Воспоминания

Первый раз их принимают за пару, когда Франческо возвращается из Рима по просьбе дяди ради какого-то важного обеда с партнерами их банка. Джулиано едва исполнилось семнадцать, и Франческо знает это только потому, что все соцсети Лоренцо забиты фотографиями с вечеринки, на которую его никто не звал, да он и не ждал - с чего бы? Они не были друзьями, что бы там Лоренцо не говорил, а с Джулиано, задиристым и язвительным - чем старше, тем больше, - Франческо вообще предпочитал не пересекаться, но пересекся - в густой тени узкой улочки, в паре минут ходьбы от Палаццо Веккьо, где дядя Якопо заседал в городском совете, пока его племянник и наследник, получивший передышку от университета, бродил по центру города, наслаждаясь мягким теплом ноябрьского солнца. Джулиано едва исполнилось семнадцать, напоминает сам себе Франческо, когда желание врезать младшему Медичи выходит на первый план. Он младше, но не слабее, смог бы выдержать удар, будь у Пацци чуть меньше разума и самоконтроля - ниже почти на голову, но шире в плечах, так что Франческо рядом с ним кажется совсем худым и слишком долговязым. Джулиано возвращается из школы, а может, с тренировки, потому что подмышкой у него зажат футбольный мяч, и Франческо сворачивает, чтобы не сталкиваться с ним, но Медичи зачем-то идет следом, нагоняет его, вынуждая остановиться и развернуться к нему лицом. - Чего тебе? - грубо спрашивает Франческо, заранее готовясь обороняться от насмешек и нападок, и тут же мысленно отвешивает себе подзатыльник, потому что Джулиано только того и надо - вывести его на эмоции, которыми Медичи, казалось, питался, если судить по тому, как начинали блестеть его глаза, когда Франческо злился и терял самообладание, и без того вечно держащееся на честном слове. - А что так неприветливо, Пацци? - ядовито улыбается тот. - Или в Риме ты совсем забыл о манерах? Он продолжает говорить - что-то про умственные способности Франческо, и семью Пацци в целом, - проходится по его характеру и неспособности заводить друзей - тут Франческо слышит как будто бы ревность, но наверняка ему просто кажется, ведь с чего бы Джулиано кого-то к кому-то ревновать. Франческо пропускает все придирки мимо ушей, потому что слышал их уже миллион раз, но раздражение на Медичи, приставучего, как пиявка, кипит в крови и заставляет сжимать кулаки. - Так и будешь молчать, Пацци? - Джулиано делает паузу и смеется с какой-то досадой. - Язык проглотил? Хоть с днем рождения меня поздравь, что ли. Джулиано бьет пяткой по брусчатке, словно капризный ребенок, и Франческо только в этот момент понимает, как близко они стоят: почти нос к носу, так, что их дыхание смешивается в прохладном воздухе. Медичи приходится задирать голову, чтобы смотреть на него, и от этого его синие глаза - почти как небо у них над головами - кажутся еще больше. Его лицо еще по-юношески округлое, но скулы уже наметились, а полные губы - почти неприлично чувственные - кривятся в подобии улыбки, напряженной и безрадостной, совсем не такой, как на фотографиях с праздника. - Вот бесстыдники! - неожиданно раздается совсем рядом, и они отскакивают друг от друга, будто преступники, которых поймали с поличным. Франческо ошалело оборачивается и замечает на другом конце улочки пожилую женщину, гневно потрясающую рукой. - Нет бы девчонок себе найти, а они тут… Срам один! Она демонстративно сплевывает на мостовую, прежде чем разразиться новыми обвинениями, и Франческо без раздумий хватает Джулиано под локоть и тащит в противоположную сторону, обратно на главную улицу, где светит солнце и можно делать вид, что ничего не произошло. - Отпусти меня! - Джулиано вырывается и отворачивается, пряча горящие неожиданным румянцем щеки. - Что за бред, - бормочет он, поправляя ворот куртки и перехватывая мяч другой рукой. - Сумасшедшая какая-то. Франческо кивает, соглашаясь. Злость бесследно улетучивается - то ли от абсурдности ситуации, то ли от вида Джулиано, растерянного и смущенного, - и Франческо молча смотрит на него, давя улыбку, чтобы не заводить его еще сильнее. В конце концов, пять лет - большая разница в их возрасте, и по сравнению с ним Джулиано и правда еще ребенок, которого слишком сильно задевает мнение случайных людей. - Мы никогда не будем это вспоминать, - Медичи бросает на него острый взгляд и сбегает быстрее, чем Франческо успевает ответить. - Договорились, - смеется он в пустоту и уходит в противоположную сторону, довольно щурясь на ярком солнечном свету.