Воспоминания

Они держат слово и не упоминают о случившемся в тот день, но теперь Франческо не может не задумываться, как их видят другие люди, когда они с Джулиано сходятся в напряженных перепалках, забывая об окружающих. Он старается избегать Медичи еще больше, чем раньше, и это очень просто, пока они живут в разных городах, но Джулиано не был бы самим собой, если бы не достал Франческо даже за триста километров от Флоренции. В баре шумно и тесно от количества вчерашних студентов, набившихся внутрь, чтобы отпраздновать окончание университета. Франческо держится рядом со своими приятелями, потягивая пиво, и смеется над их глупыми шутками. Ему хорошо - редкий момент, когда он не вспоминает о том, что нужно возвращаться домой, чтобы перенять часть обязанностей по управлению банком, потому что дядя Якопо все больше интересуется политикой, а Гульельмо - все меньше семейным бизнесом, предпочитая ему собственную юридическую практику и дружбу с Лоренцо Медичи. Франческо не против; он любит цифры, в отличие от Лоренцо, умеющего обращаться только со словами, и знает, что у него все получится, но он слишком привык к свободе за те годы, что провел в Риме без постоянного надзора дяди, и искренне радоваться возвращению домой у него не получается. Он откидывается на жесткую спинку стула и делает глоток, а потом пиво застревает у него в горле и чуть не идет носом, когда он видит на пороге бара братьев Медичи - таких разных, но в равной мере красивых, мгновенно привлекающих взгляды всех женщин и половины мужчин, мимо которых они протискиваются, пытаясь добраться до Франческо. - Франческо, друг мой, поздравляю! - Лоренцо лезет к нему с объятиями, не обращая внимания на изумление, точно написанное на его лице, пока Джулиано с мрачным видом складывает руки на груди, ясно показывая, что находиться здесь - последнее, чего бы он хотел в этой жизни. Он повзрослел, сравнявшись ростом с братом, черты его лица начали заостряться, отчего недовольная гримаса стала еще выразительнее, чем раньше, и Франческо, в голове которого уже шумит от алкоголя и веселья, почему-то не может отвести от него взгляд. - Как вы меня нашли? - А, - отмахивается Лоренцо, одной силой мысли притягивая внимание бармена и подавая ему какие-то непонятные знаки. - Гульельмо сказал, где вы будете праздновать. А мы решили тебя поздравить, раз уж оказались в Риме. Франческо не слышит звука, но знает, что Джулиано хмыкает, намекая, что “мы” - это “Лоренцо и те, за кого он принял решение”, а потом его толкают, и со смешно округлившимися от неожиданности глазами он почти падает на Франческо, едва успевая расцепить руки и опереться на его бедра. Они снова оказываются слишком - непозволительно - близко, даже ближе чем тогда, во Флоренции, почти сталкиваются лицами, и Франческо достаточно было бы всего лишь чуть податься вперед, чтобы… Он не успевает додумать мысль, потому что Джулиано толкают снова и снова - незнакомые Франческо и явно нетрезвые люди, пытающиеся пробиться к бару за добавкой, - и ему приходится развести колени, чтобы Медичи смог встать еще ближе, почти прижаться к нему грудью, позволяя держать себя за плечи. В его синих глазах плещется растерянность: он явно еще не успел осознать, что случилось, поэтому не пытается отскочить от Пацци в ужасе и отвращении, и его горячие ладони жгут ноги Франческо через ткань брюк. - Боже, мальчики, - неожиданно смеется у него над ухом знакомый голос, и Франческо дергается сам, убирая от Джулиано руки. - Снимите себе номер. Лукреция Донати с факультета политологии смотрит на них с понимающей улыбкой. Взгляд Джулиано мгновенно проясняется; Франческо, уже открывший рот, чтобы оправдаться и сказать, что Лукреция все неправильно поняла, чувствует, как его тело напрягается, словно готовясь к броску, а потом чужие ладони упираются ему в грудь, потому что Джулиано опять толкают те же люди, идущие обратно к своему столику, и у них обоих нет выхода, кроме как терпеть вынужденную близость. Щеки Джулиано окрашиваются ярким румянцем - Франческо видел такой только раз, в тот же день во Флоренции, - но отвернуться, как тогда, он не может, и просто смотрит куда-то за левое плечо Франческо, пока не получает возможность отодвинуться. - Какой красавчик, - продолжает смеяться Лукреция, гладя на Джулиано, но обращаясь к Франческо. - А брата у него, случайно, нет? - Случайно, есть, - Лоренцо протискивается между ними, улыбаясь девушке со всем возможным очарованием. - Сегодня ваш счастливый день, синьорина. Лукреция мгновенно теряет к ним интерес, и Франческо с облегчением поворачивается к Джулиано и напарывается на взгляд, полный странной смеси злости и мучительной неловкости. “Мы никогда не будем это вспоминать,” - ясно читается в нем, и Франческо едва заметно кивает, думая, что если так пойдет и дальше, это станет их новой традицией.