тайный санта

— Ким Сынмин, чёрт возьми, помогай украшать ёлку. Украшать дом к Рождеству и Новому году с друзьями – затея плохая, но весёлая. Во всю пахнет Рождеством, люди готовят друг другу подарки и веселятся, радуясь жизни, а у Джисона ничего. Нет, друзья есть и подарки для них подготовлены, Джисон счастлив как-никак, даже дом украшает, но его любимого человека рядом нет. И какой дурак делает рабочими днями рождественские праздники? Джисон этому не рад уж никак, а Минхо и подавно это надоело. От некого одиночества Джисона спасают друзья, один из них Сынмин, пришедший помочь Джисону украсить дом к празднику. Чуть позже подойдут другие, готовить вкусности на стол и веселиться. Да, Джисон готовится в последний момент. Атмосфера грядущего праздника в доме царила бы по-настоящему празднично, если бы в нём присутствовал второй хозяин. Без него пусто. Но Джисон нос не вешает, он пообещал Минхо повеселиться и без него. За год совместной жизни они оба стали единым целым и разделять их уж точно нельзя. Единственное место, куда им всегда хочется вернуться – дом. А дом у них там, где они вместе. Они хотят домой. Это единственное желание на Рождество и Новый год. Раньше Джисон и Минхо часто препирались, хотя и сейчас бывают бытовые ссоры, которые самые незначительные и быстро забывающиеся. Удивительно, как они вообще начали жить вместе, если друг друга ненавидели. Но, как говорят, от ненависти до любви один шаг. Так и получилось, судьба свела двух прекрасных людей и теперь они связаны красной нитью. Они счастливы и сейчас, всегда будут счастливы, это неизменная классика, но скучать тоже свойственно человеку, что парни и делают. Джисон вешает шары на ёлку и улыбается самому себе, прокручивая все моменты, связанные с Минхо. Сынмин закатывает глаза и пихает друга в бок, мысленно гордясь тем, что когда-то решил познакомить Ли с Ханом, думая, что они друг друга просто съедят и разойдутся. Так и было однажды, но примирение сыграло свою роль, что и к лучшему. — Хан Джисон, я понимаю, что ты скучаешь, но давай оторвемся в это рождество на максимум? Ты понимаешь, что я имею ввиду, не вечеринка, а спокойное Рождество, наполненное любовью, – старается подбодрить Ким, взъерошивая волосы Хана. Любимая привычка. — Я бы не думал так много, если бы мы не были с Минхо в небольшой ссоре, – Хан смотрит на Кима, смешно и мило надувая щёки. — Ты сам знаешь, как я не люблю ссориться, а особенно с ним. Я всегда переживаю. — Хватит вешать нос, – выдыхает Сынмин, вставая прямо, оглядывая украшенный дом, — позвоните друг другу ночью, мило пообщаетесь и ты будешь спокоен, обещаю. Минхо на тебя зла никогда не держит, он готов всегда всё бросить, лишь бы быть рядом с тобой. —... Хорошо, понял я тебя, не учи меня, – в шутку говорит недовольно Хан, устало падая на диван. — Если бы у меня не было вас, Сынмин, я бы провел это рождество в одиночестве, в обнимку с плюшевыми игрушками. Поэтому спасибо. — Если бы у тебя не было нас, то Минхо бы примчал к тебе хоть на своих двух, я тебе клянусь, – посмеялся Сынмин, тепло улыбнувшись своему другу. —... И так, дом украшен, осталось дождаться остальных и заниматься праздничным столом! Эффект неожиданности, соответственно, неожиданный. Джисон до этого делал ставки, кто доберется быстрее, а кто опоздает. Как итог: добрался быстрее Сынмин, что, собственно, и неудивительно. Джисон конечно же ждал своих друзей, но эффект неожиданности не всегда приходит туда, где никого не ждут. Бывает в точности наоборот, как в случае Джисона. Хаотичный стук в дверь заставляет Джисона и Сынмина подняться с дивана, и с улыбкой на лице направиться открывать жданным гостям. Как бы хотелось специально оттянуть момент встречи на несколько секунд, а то и минут, ноги сами идут быстрее, предвкушая эту волшебную встречу. — И почему я не удивлен, что именно Сынмин приехал первый, поддерживать скучающего тебя, Джи? – с ходу посмеивается Крис, с теплом во взгляде глядя на друзей. Джисон, не сдержавшись, приобнимает каждого вошедшего друга, потому что соскучился, но, конечно же, не так сильно, как по Минхо. Чувствуется родное тепло в составе друзей: шутки Чана, который не успел даже нормально войти в дом, тактильность Феликса, который всегда вызывает улыбку на лице, лисий, хитрый взгляд Чонина, парфюм Чанбина, сносящий голову в прямом смысле, Хёнджин, похожий на искусство. Не хватает Минхо, его тёплых объятий, исцеляющего смеха и поцелуев. — И так, Джисон, твоё исцеление на эти дни – мы, – Чонин по хозяйнечески распоряжается в зале, поправляя свои волосы рыжеватого оттенка. — Ты же рад нам? — Конечно он рад, – цыкает Хёнджин, разглядывая украшенный дом. Не много и не мало украшений – всё в меру. — Но Минхо конечно тот ещё..., – сдерживается от оскорблений и вздыхает, — поссорился с Джисоном, так ещё и на работу укатил. — Хёнджин, воздершись оскорблений в эти дни, я не потерплю такого в адрес Минхо, – Джисону не нравится, как Хван с ходу начал про Минхо. Ладно бы хорошее, но надо плохое. — Ой да хватит вечно спорить, я на кухню, времени и так мало, – Феликс, не дождавшись ответа, бежит на кухню, распоряжаясь как у себя дома. Он эту кухню знает, как свою. Парни не раздумывая следуют за Феликсом, распределяя обязанности на кухне. Сынмин сразу отходит в сторону, не желая прикасаться к чему либо – не потому что не умеет готовить, нет, готовит он бесподобно. У него есть другие дела, связанные с подготовкой к празднику. Он как вторая главная рука Джисона на эти дни. Джисон же делает всё так же, как делал раньше с Минхо, но атмосфера, конечно же, меняется, но не суть. Любой другой бы сказал, что это уже привязанность к человеку, но Джисон просто любит. Слово «любовь» несёт в себе много, поэтому перечислять можно бесконечно, насколько сильно Хан влюблён. Он и Минхо – соулмейты, этим всё объясняется. Они созданы друг для друга и эта разлука в Рождество мучительна. — Без Минхо наскучивает, угораздило же ему поехать на работу именно в праздники, – недовольно бурчит Чан, помогая Хану с закусками. Начинают с лёгкого и закончат этим же: всё равно ещё пол дня впереди. — Чёртов деловой офисный работник крупной компании, которого неожиданно повысили в должности. — Но я им горжусь и рад, что он многого добился. И я уверен, он отлично проведёт Рождественские праздники, а мы потом наверстаем упущенное, – спокойно разъясняет Хан, действительно чувствуя внутри гордость за своего парня. — Упущенное – это много поцелуев и зажиматься, как мартовские коты? – смеётся Чан, видя покрасневшие уши и щёки Джисона. — Понятно всё с вами, влюблённые дураки. — Они не влюблённые дураки, они Рождественские подарки друг для друга, – встревает Чанбин, уже что-то поедая. — Клянусь, им даже «Тайный Санта» не нужен, они сами себя друг другу давно подарили. И правда, год назад в Рождество парни признались друг другу и спустя неделю решили съехаться. Это было их лучшее Рождество в совместной истории и лучший рождественский подарок. — Кстати, куда делся Сынмин? – заметив пропажу, Хан возмущённо смотрит на остальных парней. — Почему никто не сказал, что он куда-то подевался? — А, он куда-то отъехал, – резко отвечает Хёнджин и легонько бьёт себя по губам, сам от себя не ожидав такой резкости. — Сказал, что через часик вернётся. Не кипишуй. Джисон кивает и оставляет друзей одних, решая проверить телефон на наличие уведомлений, но там ничего нет – пусто, ни одного сообщения, даже от Минхо, хотя обычно он пишет целыми днями. Подумав, что он сильно занят, парень плюхается на диван, приобняв плюшевую игрушку-кота, которую купил от нечего делать. Готовка отнимает силы, а Минхо мог простоять на кухне целый день, готовя лучше, чем в ресторане, потому что готовит с любовью. Нет, Джисон может думать не только о Минхо, но сейчас трудно получается. Скучает, как никак, да и через несколько часов будет год, как они вместе. Это заставляет чувствовать действительно волшебство в этот праздник. Джисон любит Рождество и снег, он готов как маленький ребёнок бегать по улице, радуясь празднику и веря в волшебство. Он бы хотел погулять с Минхо этой ночью, но, видимо, не судьба, поэтому они наверстают упущенное после возвращения Минхо. Улыбку вызывает и украшенный дом, создающий атмосферу праздника и любви. Неизменная классика – Джисон счастлив. С готовкой было покончено и всё было расставлено на стол, осталось лишь дождаться момента и веселиться в тёплом, родном кругу. Под ёлкой появлялись подарки, подготовленные во время игры «Тайный Санта», Хёнджин делал смешные фотографии и смеялся, Феликс каждого успел обнять, Чонин увлечённо листал ленту «Инстаграм», а Чанбин и Чан с улыбкой на лице наблюдали за всем. Сынмин вот-вот вернётся и Джисон уже в нетерпении завалить друга вопросами. Куда он так неожиданно уехал? Стук в дверь даёт знак, что друг приехал, поэтому Джисон просто крикнул «заходи», не вставая с дивана. Все свои и Хан больше никого не ждёт, а неожиданные недоподарки ему ни к чему. Не хватало ему еще испорченного настроения, которое подняли то только друзья. — Где ты был, Ким Сынмин, – вскрикнул Джисон, боковым зрением замечая, что парень собирался под шумок пройти на кухню. — Вечно не предупреждаешь! — Я отъезжал по делам, скажем так, сюрприз готовил, вам лишь только дождаться нужно, – загадкой отвечает Ким, позабыв, куда вообще шёл. — Хан Джисон, нос не вешай, праздник в дверь скоро постучится. — Ага, а Минхо нет, – фыркает Джисон, сложив руки на груди. —.. Он целый день ничего не пишет, даже утром ничего не написал. Я хочу знать, что с ним всё в порядке и он хотя бы на немного счастлив. Джисон переживающий человек, ему важно знать, что с его любимым человеком всё в порядке, иначе он не успокоится и места себе не найдёт. Это неизменная классика. — Может занят подготовкой к празднику в офисе, кто знает, – пожимает плечами Ким, зная всю правду. Он знает где Минхо, но не скажет никому. — И так, каков план, давайте повторим. В это Рождество сидим дома и позже гуляем, а в Новый год идём... в караоке-бар? — Караоке без Минхо – не караоке, – вздыхает Чан, надеясь на какое-то чудо. Быть может, Минхо сейчас вылезет из под ёлки? Бред. — Но да, план у нас таков, придерживаемся его, чтобы лишнего не натворить. — Кто-то когда-то придерживался этого плана? Нет, – вскрикнул Хван, привлекая к себе внимание. — Вспомните прошлый год, у нас в план не входил поцелуй Минхо и Джисона рядом с главной ёлкой! — Замолчи! — Эй, я же имею ввиду, что не придерживаясь плана можно сделать еще лучше, чем хотелось, – обиженно бормочет Хёнджин, сложив руки на груди. Как ребёнок. — Прекратите на меня гнать! — Успокойся, – хором проговаривают парни и смеются. — Скоро начнём подарки распаковывать, друзья, – радостно продолжает один Чан, напевая какую-то песенку. Время пролетает незаметно: наконец-то настало время распаковывать подарки, подготовленные «Тайным Сантой». Все смеются и шутят друг с другом, восхищённо рассматривая полученные подарки. Каждый получил нужную вещь (например для Феликса даже игрушка гнома кажется нужной), чувствуется любовь в этих подарках. Джисон же посмеялся и удивился кактусу, который он получил от Сынмина. Как он додумался подарить ему кактус? Точно не он придумывал. Сынмин сам бы не догадался, что кактус и вовсе существует – настолько неинтересны ему все эти растения. Настроение поднялось ещё больше и Хан, принявшись поедать закуски, коих парни приготовили немного, поскольку много им и не нужно, проверял телефон на наличие уведомлений, но ничего. Лишь поздравления от родителей, но самого важного нет. Рождество без Минхо – не Рождество, на самом деле, но подарки, атмосфера и шутки друзей помогают этому празднику хоть немного. «Тайный Санта» действительно тайный, потому что любимый человек-подарок тайно скрылся. — Хан Джисон, это лишь часть от моего подарка, – выдает Сынмин, качаясь в стороны и оглядывая счастливых друзей. — Как же тебе повезло, что твоим Сантой оказался я. — Сынмин – Санта для нас всех, сюрприз какой-то обещал, я помню, – Чанбин напоминает и видит, что Хван готов вставить свои пять копеек и заставить этим всех упасть от шока. — Нет, лучший подарок от Санты по имени Феликс, он подарил мне кружку, которую сам сделал из глины, – хвастается Хёнджин и остальные закатывают глаза. — Ладно, Минхо так и не поздравил. Куда он подевался? Если честно, это уже как-то напрягает. —... Мм, предлагаю ещё немного посидеть, послушать песни и пойти гулять, – переводит тему Сынмин, желая отвлечь друзей от каких-либо плохих мыслей. Скоро они в любом случае выветрятся. — И Хёнджин! Давай на твой фотоаппарат сделаем несколько фотографий. Парни с подарками в руках становятся покучнее, играясь с режимом гирлянды. Хёнджин, как подобает профессиональному фотографу, делает несколько качественных снимков, смеша друзей, чтобы на фотографиях получились настоящие улыбки. После этого друзья ещё немного веселятся дома и собираются на улицу, чтобы прогуляться до главной ёлки и продолжить веселье. Джисон надевает шарф, подаренный ему Минхо, да и про куртку не забывает, которую помогал выбрать тоже Минхо. Ждёт остальных друзей, и дождавшись, радостно выбегает на улицу, словно ребёнок. Наконец-то идёт мелкий снег, поднимая настроение ещё выше: но снова не до пика, до него ещё далеко. Настроение окончательно поднимется, если Минхо хотя бы ответит, а так больше никак поднять не получится. У катка собралось много парочек, державшихся за руки, они делают множество фотографий на фоне радости и ярких золотых огней, привлекающих внимание, а рождественская песенка заставляет пританцовывать и подпевать. Праздник наступит через несколько минут и многие чувствовали его приближение всем, чем можно, но Джисон чувствует его только сейчас: он дышит прямо в спину. Помешать этому чувству решил чересчур весёлый Феликс, зовя Джисона попрыгать, как маленьким детям. Зато весело, верно? Здесь чувствуется волшебство, любовь, атмосфера праздника и запах мандаринов. Родное чувство. Будто всё, как и всегда. — Эй, ребят, вы готовы увидеть сюрприз? – Сынмин улыбается, несколько раз оглядываясь назад. Друзей он заинтриговал ещё днём, а сейчас продолжает держать эту интригу. — Уверен, вы будете рады, а особенно Джисон. — Не томи давай, – парни в нетерпении, а Сынмин, пару раз кивнув, отходит в сторону и ждёт. Джисон, подумав, что до сюрприза осталось еще немного подождать, вновь разглядывает украшения и донельзя счастливые лица других людей. Он вдыхает полной грудью, заполняя лёгкие, даже пусть, чужими эмоциями. Нет ничего сложного влиться в толпу и их веселье, выпить горячий напиток, уцепиться за восторг, предаться волшебству праздника – хотя, и так давно это получилось. Но сердце всё же ноет, просит другого, просит родного тепла и любви. Хан словно десятилетний ребенок, который получил подарок с, к сожалению, недостающей частью, которая была ещё и основной. — Минхо бы здесь понравилось, – шепчет сам себе и мягко улыбается. — Любовь моя, надеюсь ты понимаешь, что кактус был отвлекающим манёвром? Бархатный, родной голос слышится за спиной, муражки осыпают кожу, а сердце начинает биться в бешеном ритме. Кровь неожиданно приливает к щекам, а улыбка натягивается на лицо донельзя счастливая. Минхо и Джисон встречаются взглядами и, словно разговаривая таким образом, начинают тихо смеяться. У Джисона словно целый мир приобрёл утраченные краски, настолько без Минхо всё погано. — Перед тем, как я вручу тебе подарок, я бы хотел извиниться за ту ссору из-за чёртовой ревности, – начинает Минхо, подходя ближе, не переставая улыбаться. — Ну и забегая вперёд отвечаю: ты мне важнее, чем работа, поэтому я здесь. Музыка на фоне становится громче, из-за чего Хан подходит к Ли ближе, вставая чуть ли не вплотную, но оба не против. Соскучились за несколько дней, как-никак. Праздник наступил вдвойне, концетрация праздничного настроения заполняет собой всё пространство окончательно. — С Рождеством и нашим праздником, дорогой, – Минхо, услышав знакомую мелодию песни, приобнимает своего парня за талию, прижимая к себе. — Твой подарок в эту ночь – я. — И всегда будешь ты, – Хан смотрит Минхо в глаза, видя в них всю любовь и нежность. — Всё как и год назад. Рождество. Наша любимая песня. И мы счастливы. Всё произошло быстро: Минхо неожиданно появился и пазл сложился, недостающая частичка круга друзей вернулась. Чувствуется донельзя родное тепло в сердце, родные касания и бархатный голос – всё что нужно для действительно семейного праздника. Всё, что было днём, словно стёрлось из памяти, Минхо рядом – единственное желание на Рождество и Новый год сбылось. И как после такого в чудеса не верить? Минхо – волшебство и любовь, Хан порой поверить не может, что этот парень его и что он существует. «Тайный Санта» с подарком не прогадал. Мягкие, потрескавшиеся губы Минхо накрывают губы Джисона, и это кажется черезчур правильным. Всегда будет казаться правильным. Ладонь младшего накрывает затылок Ли, а друзья за спиной радостно воскликнули. Джисон словно плавится в родных объятьях, а огоньки от гирлянд, по сравнению с чувствами внутри, кажутся тусклыми и ничем. Чувства ярче в разы, они заполняют собой всё пространство – и вокруг и в сердце, груди. А поцелуи в губы и щёки – лучший подарок на всю жизнь. Неописуемые краски. Лучшее Рождество наступило и подарок сам пришёл. Неизменная классика. — Это и было основным подарком, Хан Джисон, – Сынмин самодовольно улыбается, как только парни, держась за руки, подошли к друзьям. — Ну и... сюрприз! — Ты знал! — Конечно, днём я уезжал встречать Минхо из аэропорта, а работу в Пусане он успел доделать раньше срока, – все остальные удивляются и налетают на Минхо, чуть ли не роняя его на землю. Поистине лучший праздник. — С Рождеством, дураки, и раз уж мы опять не придержались плана, предлагаю взять коньки и покататься, – Хван, уже зная ответ друзей, первым направляется к месту, где выдают коньки на прокат, и ждёт остальных. — Эй, я вас что, ждать должен? Неизменная классика – счастливые лица друзей и лучший праздник. Сюрприз удался, это стопроцентно. Дни пролетели незаметно и время праздновать Новый год; в этот раз стараться не особо нужно, главное придти здоровым в караоке-бар и отлично провести время. Караоке парни любят всей душой и готовы провести там всю свою жизнь, хотя чего там только они не делали. В общем и целом, караоке-бар на эту новогоднюю ночь – главная цель. И опять же игра «кто первый доберётся до места назначения». Очевидно, побеждает Сынмин, а самый опоздавший, на удивление, Крис. Все в хорошем настроении и нацелены отлично повеселиться, особенно Джисон и Минхо. Конечно, караоке-бар не основная цель и задача на новогоднюю ночь, хотя по сравнению с катком, это в разы лучше и точно кажется основой. И какой дурак попрется на каток на пьяную голову? Конечно же Хёнджин, а за ним и остальные. — Чур я с Феликсом первый порву это караоке, – выдает Хёнджин сразу, как только подошёл. Опоздал, так ещё и раскомандовался. — Минхо и Джисон наверняка посидят с нами немного, а потом укатят куда-нибудь, чтобы провести время только вдвоём, поэтому предлагаю уже начинать. — До Нового года два часа, ты и до этого весь день ходил пел, у меня уже уши болят, – ноет Чанбин, но начинать всё же соглашается. — Но окей, всё нормально, время пролетит сейчас незаметно. Начинаю игру «кто напьется быстрее!» Заказав напитки, Джисон с Минхо садятся в угол, переплетая пальцы. Не то что бы им неинтересно, нет, просто хотелось как можно быстрее скрыться с поля зрения и отметить праздник вдвоём. После полночи они под шумок обязательно уйдут в своё место и проведут отлично время там. Такой исход им нравится больше. Как и ожидалось, время идёт быстрее, поскольку вокруг никто не наскучивает. Парни отчаянно пытаются зачитать рэп, смеются и, смотря на время, садятся в позу ожидания, замолкая. Тишину обрывают радостные вскрики и поздравления, Джисон даже на секунду задумывается – реально, что-ли, Новый год так быстро наступил? Атмосфера вмиг меняется на более праздничную и парни, еще немного выпив любимой текилы Феликса, возвращаются к пению и бурным разговорам, даже планам на предстоящий год. Никто и не замечает отсутствие Минхо и Джисона, которые вопреки веселью друзей скрылись через полчаса, как Новый год наступил. Парни направились в студию, где Джисон любит проводить время с Хёнджином, Сынмином либо в одиночестве. Минхо бывает там редко, он и дома может послушать игру своего любимого человека на гитаре. Там то они время и проведут, выпьют и потанцуют. — Я знаю, как ты не любишь подарки, но меня же ты любишь и сейчас, – шепчет Ли, приобнимая парня за талию. — С Новым годом, дорогой, – подняв бокал вина, Ли улыбается и «чокается» с Ханом, целуя его в висок. — Где-то здесь же, в студии, есть ещё две бутылки вина, красного и полусладкого, – Хан поднимается с места и указывает на полку с дисками, где стоит две темно-зеленые бутылки алкогольных напитка. — Они наши на эту ночь. — Меня опьяняет не вино, не текила, выпитая нами ранее, а ты, – шёпот Ли всегда сводит с ума, и сейчас не исключение. — Твоя рубашка лишняя, тебе так не кажется? — Твоя тоже лишняя, как думаешь, стоит ли исправлять это дело? – Хан, оседлав крепкие бёдра Минхо, обвивает его шею руками и долго в глаза смотрит. — Готов ли ты принимать подарок, дорогой? — Этот подарок у меня уже давно в руках, большего мне не нужно, – самодовольно улыбается Ли, оставляя поцелуй на щеке младшего. — Ради этого стоило досрочно заканчивать с работой в Пусане. Ты отлично смотришься на моих бёдрах. — Когда-то ты мне это уже говорил, – шепчет на ухо младший, начиная расстегивать рубашку Минхо, открывая себе вид на ключицы и молочного цвета грудь. — И буду повторять до конца жизни. Минхо приближает свое лицо к Хану и соединяет их губы в поцелуе, чувствуя на языке вкус вина и вишнёвого бальзама для губ. Парень медленно сминает то верхнюю, то нижнюю губу, словно пробуя в первый раз, и чувствует на своём затылке руку Хана, играющуюся с пушистыми волосами. Он издаёт смешок в поцелуй, кладя свои руки на бёдра младшего. По студии раздавались чмоканья и тихие вздохи, становилось жарко и кислорода в лёгких не хватало. Джисон, решив взять инициативу на себя, спускается губами к шее Ли, оставляя засосы-укусы, слыша тихие постанывания на ухо. В паху начинало ныть, а разум давно уже опьянен, из-за алкоголя и атмосферы, стоящей в студии, – но по большей части из-за Минхо, конечно же. Его руки пробираются под рубашку, выводя пальцами какие-то узоры на спине, а потом и вовсе избавляется от ненужной одежды. — Вот тебе и твой новогодний подарок, Минхо, – произносит Джисон, кусая парня за мочку уха и слыша тихое шипение. — Люблю тебя, дорогой. Ли аккуратно перевернул парня на спину, припадая губами к ключицам, оставляя красные пятна, и доходя до сосков. Он коснулся одного губами, слыша сверху стон и чувствуя, как младший прогнулся в спине. Парень руками ведёт по прессу Хана, расстегивая ремень брюк и откидывая их в сторону. Туда же летят чёрные боксеры. Свои он стягивает до колен, ища в карманах баночку смазки, и кидая её на диван рядышком. В студии стало жарко, в паху у обоих парней ныло. Хан в нетерпении елозит задницей по дивану, размякая под горячим телом старшего и его касаниями. Минхо обильно смазывает пальцы смазкой, чтобы подготовить Хана к своему члену. Он расстягивал его долго, дабы хорошо подготовить. Когда он протолкнул два пальца, Джисон приоткрыл рот, издавая немой стон и изнывая от нетерпения почувствовать в себе член Ли. Минхо улыбнулся, большим пальцем потирая красную головку члена младшего, а Хан хнычет и хочет. Лучший Новый год, не так ли? — Ты такой поддатливый, – шепчет Ли, облизывая мочку уха младшего и оставляя поцелуй на щеке. Он приподнимается, растягивая момент, и снова улыбается. — Просто войди в меня уже, – заныл Джисон, влюблёнными глазами глядя на Ли. — Так сильно хочешь подарок? — Ты мне давно подарен, Минхо, и мне всегда нужен только ты. На любой праздник, – Джисон громко простонал, почувствовав в себе головку члена. Минхо вошёл резко, уткнувшись носом в шею младшего и вдыхая парфюм парня в свои лёгкие. Он чувствует, как Хан обвивает его шею своими руками и тихо стонет на ухо. Ли делает несколько резких толчков, задевая простату и выбивая из Джисона громкие, сладостные стоны, звучащие лучше любой песни. Парень медленно выходит, оставляя после себя некую пустоту, садится, раздвигая ноги и хлопает себя по бедру, тем самым зазывая Хана просто оседлать их. — Не изменяем нашим традициям, да? Ты же хочешь на мои бёдра, верно? – Ли специально говорит шепотом, вызывая муражки по телу, зная, какую реакцию это вызывает у Хана. Джисон послушно самостоятельно налаживается на член, вновь обвивая шею Ли руками, и начинает медленно двигаться, делая круговые движения. Минхо толкается бёдрами вверх, сжимая зад младшего в своих руках. Оба постепенно ускорялись: Джисон не мог держать в себе все стоны, они вырывались каждую секунду, а Минхо блаженно закатывал глаза, издавая гортанные стоны. По студии разносились звонкие хлопки, вздохи и скрип от дивана. Не всегда же музыке здесь звучать, верно? Джисон поцеловал Минхо в губы, проникая языком в чужую полость рта. Сжав его волосы на затылке, он прерывисто простонал, а после углублял поцелуй, продолжая чувствовать толчки мощных бёдер, выбивающие из него весь дух. Поцелуй мокрый, жадный и он словно без конца: парни целовали и целовали друг друга, не желая отпрянуть хотя бы на секунду. Член у Хана болезненно тёк, смазка стекала на пресс Минхо и парень вот-вот достигнет конца. Младший просит еще, быстрее и резче, и получает то, чего хочет. Подарок, который «Тайный Санта» не в силах доставить в нужное место. Но Минхо смог. Он продолжал делать толчки в тело младшего, получать от него поцелуи и удовольствие. У Хана же искры перед глазами от этого удовольствия, они словно бенгальские огни во время празднования. — Пока все сидят в караоке-баре, пьянея от дорогого алкоголя, мы пьянеем от друг друга, – прохрипел Минхо, чувствуя, что скоро кончит. — Считаю, это лучше алкоголя и лучше любого другого подарка. Ты в моих руках и на моих бёдрах, ничто не сравнится с этим. — Ты серьезно ради меня досрочно закончил с работой в Пусане? – Хан закатил глаза, позволяя Минхо поцеловать кадык в виде сердечка. — Ты несносный, дорогой. — Ох, нет, меня доставил к тебе твой Тайный Санта по имени Сынмин, – хохотнул Минхо. — Если бы не он, ты бы еще неделю не сел на мои бёдра, – парень вновь делает толчок. — Но всё в любом же случае получилось, Джисон. — Молчи..., – Хан тихо простонал и прижался лицом к шее старшего, краснея в щеках. — Боже.. Минхо, я сейчас.., – Джисон, простонав, вздрогнул, когда белая полоса спермы оказалась на груди и прессе Минхо, скатываясь вниз. Парень размяк в объятьях Минхо, продолжая чувствовать медленные толчки. Старший гортанно простонал, кончив внутрь, и медленно начал поглаживать спину и талию младшего и оставляя поцелуи на его шее, щеках и носу. Всё прошло, как обычно – большего не нужно, вот и всё. Хан аккуратно поднялся с бёдер, посидев перед этим на них ещё несколько секунд, и взяв салфетки со столика, стоявшего рядом, аккуратно стёр белёсые капли с пресса Ли и привёл в порядок себя. Джисон и Минхо, уже не в идеально выглаженных рубашках, сделали несколько глотков вина и приблизились к себе так, что аж соприкоснулись носами. Ли приобнимает Хана за талию, оставляя ещё несколько поцелуев на его лице, и нежно улыбается, слыша знакомую мелодию из колонок. От любви к любви, и так всегда. Никак иначе. — Пора танцевать, верно? – Минхо начинает медленно двигаться под музыку, всё так же держа парня перед собой за талию. — Зайди сюда какой-нибудь посторонний человек, он бы несколько раз нас осудил за то, что мы здесь вытворяем. А мы всего лишь любим друг друга. — И дарим подарки. — И дарим подарки, верно, – тихо смеётся Ли, уводя Хана в танец с концами. —... Джисон, ты же будешь моим мужем? – склонив голову на бок, спрашивает парень. —... Ты правда сводишь меня с ума, – шутит Хан и, немного помолчав, смущённо отвечает: — Буду, мой дорогой, буду. Я всегда твой и ты всегда мой. И это определенно лучший Новый год, и все последующие будут такими. И никак иначе. «Тайный Санта» в лице Сынмина порадовал и на этом ему спасибо, хотя парни и без этого бы наверстали чуть позже упущенное. И как там говорят? Как Новый год встретишь, так его и проведёшь? Парни встретили все вместе, это и есть лучший подарок на всю жизнь. От любви к любви – неизменная классика.