К Анне

      

Пятница, 30 марта

      С утра Фуджихару так и не появилась. Я заглянула в местную сеть, чтобы проверить статус последнего онлайна. Ни Фуджи, ни Рафаэль со вчерашнего вечера в сети не светились. Я ощутила легкое беспокойство, поэтому, решив, что Хару могла остаться у Юки, я перед парами заглянула к ней. Юки лишь развела руками. Тогда я направилась к Скарлет.       — Привет, — сказала я, стоило двери распахнуться. — Твоя соседка появлялась? А то Фуджихару со вчерашнего дня так и не видно.       — К отсутствию своей соседки я, знаешь ли, привыкла, так что ее отсутствия даже не заметила, — девушка небрежно оперлась плечом о дверной косяк. —  Думаешь, что-то пошло не так?       — Произошла смэрт от отсутствия рильсов более десяти часов! Ведь интернета в том измерении нет! — иронизировала Анна.       — Очевидно, я тут не просто так, — с легким сарказмом отозвалась я.       — А хотелось бы, чтобы все было иначе, милочка, и сюда заглядывали ради меня, — Скарлет снисходительно усмехнулась, качнув головой, и махнула, приглашая войти. Она подошла к столу и подхватила смартфон. Быстро набрав номер, прижала трубку к уху. — Дени, доброе утро, дорогуша. Твой сосед случайно не пропадал?       — В этом кружке журналистики прямо какая-то тотальная асексуальность, — усмехнулась моя дорогая, усаживаясь на диван. — С другой стороны, в ее тоне я слышу снисходительность госпожи. Так клуб журналистов ли там вообще? Одна играет в журналиста, остальные фетушуги подчиняются госпоже.       По мне, так эта черта даже забавна, да и самих парней, кажется, все более чем устраивает. Но отрицать не могу, что, вероятно, часть вступили в клуб только ради Скарлет.       Девушка тем временем внимательно слушала ответ, неторопливо накручивая на палец темный локон.       — Понятно. А можешь узнать, пропадал ли кто из мальчишек совета еще? Все. Спасибо. Целую. Жду звонка, — она убрала телефон от уха, заблокировала экран одним коротким движением и обернулась ко мне. Ее уста тронула легкая ухмылка. — Похоже, нам придется сходить на место и посмотреть самим. Дай мне пять минут, я соберусь.       

******

      Мы пришли в фойе крытого стадиона. Именно сюда Рафаэль должен был привести Фуджи, и именно здесь, на самом видном месте, должна была висеть та самая картина.       — Это не та картина, — выдохнула я, смотря на стену, которую украшал портрет, который мы вчера сняли. — Мы же предупреждали персонал, что это ненадолго!       — Что за свидание без незапланированного путешествия? — с легкой, едва заметной улыбкой отозвалась моя дорогая, скрестив руки на груди. — Думаешь, если потрясти эту раму, их там внутри тоже взболтает?       Не знаю, но что, если вдруг они просидели всю ночь на каком-нибудь складе, где глушат связь?       — Предупреждали, — протянула Скарлет. Ее взгляд скользнул в сторону стойки ресепшена. За стойкой сидела уже другая женщина. Девушка решительно направилась к ней. Опершись о стойку, Скарлет улыбнулась: — Прошу прощения. Здесь должна была висеть совсем другая картина. Наша. Вы не подскажете, куда она исчезла?       — Другой человек заступает на работу. Нужно ввести его в курс дела? Да похуй! — шутила Анна.       Знакомо.       — Вааааль, — просто повернувшись вполоборота к приоткрытой служебной двери, крикнула женщина за стойкой, даже не пытаясь изобразить вежливость.       — Ау-у-у, — донесся из недр подсобки женский голос.       — Ты когда уборку делала, картину никакую тут не меняла? — администратор говорила в сторону двери, но ее глаза смотрели на нас.       — Так меняла, конечно! — отозвалась Валя. — Это ж любимый портрет директора! Его вообще трогать запрещено! Она в фойе испокон веков висит!       — Так директор на посту всего полгода как, нет? — замечала мое солнце.       Мы со Скарлет одновременно переглянулись. В ее глазах я уловила какое-то легкое раздражение. Видимо, ей не по-душе, когда ее работе и планам мешают какие-то директора.       — А та где, которую сняли?       — Так на складе у Азры, где ж еще!       — Она на складе у Азры, — с самым невозмутимым видом повторила женщина, полностью развернувшись к нам, будто мы сами только что не слышали этот крик на весь стадион. — Подсказать вам, как пройти к складу?       — Нет, спасибо. Я знаю дорогу, — поблагодарила я, уже разворачиваясь.       

******

      Мы пришли в канцелярию заведующей складами. Здесь со времен моего последнего визита со Штюком не поменялось абсолютно ничего: все те же покосившиеся стеллажи, папки с накладными и стойкий запах застоявшегося чая. Выслушав наш рассказ, Азра даже не повела бровью.       — Так я холст этот, того, Джозефине передала. Мне тут незаконные неучтенные картины даром не нужны, — она раздраженно махнула рукой. — Быть может, она к себе ее закинула. А быть может, холста уже и в помине нет, пустили на растопку.       Женщина, конечно, своеобразно шутила, но никто не посмеялся.       — Но если все действительно так и они сгорели, возникает философский вопрос, который придется решать в суде: а кто убийца? — прислонив руку к лицу, интересовалась моя дорогая.       

******

      Пришлось на ходу набирать номер Джозефины. Фино согласилась встретить нас. Пока девушка неторопливо звенела связкой ключей, пытаясь совладать с замком своего склада, я вкратце, опуская детали, обрисовала ей ситуацию.       — У меня ее нет, — спокойно отозвалась Фино, когда дверь, наконец, отворилась. — По дороге я встретила Жак Мон Дуна. Он, когда увидел картину, сразу начал расспрашивать. Я сказала, что она бесхозная. Ну он и попросил отдать ее ему. Я подумала: зачем добру пропадать, раз человеку приглянулась? И отдала.       — Значит, она уже висит у него дома, — иронично подытожила Анна, явно намекая на ту историю с компьютером.       Скарлет, стоявшая чуть позади, скрестила руки под грудью, сделала глубокий беззвучный выдох, а на ее лице со всей отчетливостью проступило то самое «о боже». Заметив это, я невольно заулыбалась, чем, наверное, только большее ее раздражала.       — Хорошо, спасибо. Мы пойдем тогда к нему, — я благодарно кивнула Джозефине. — Прости, что сорвали тебя из-за этого.       — Да нет, мне все равно нужно было на склад заглянуть, — девушка отвела взгляд, явно примитивно привирая, чтобы казаться вежливой. — Только, думаю, к Мон Дуну вы без ключей не попадете. У него там ни звонка, ни домофона, ни чего, связь почти не ловит, а дверь в подвал всегда заперта.       Я заглянула через ее плечо в открывшуюся темноту помещения и нахмурилась. Байков, которые раньше красовались прямо напротив входа, сейчас там не было.       — И где ключи? — нетерпеливо, с требовательными нотками в голосе спросила Скарлет.       — Они есть у заведующей складами Азры, — неловко пробормотала Фино.       Скарлет едва заметно, но выразительно закатила глаза. Грациозно развернувшись, она решительным шагом направилась обратно.       — Будто бы вернулись во времена клуба с дебильными квестами от куратора, — смеялась Анна.       Действительно. Есть такое ощущение.       — Ты перевезла байки на стоянку? — поинтересовалась я, прежде чем побежать догонять Скарлет.       — А, нет, — Фино мотнула головой. — Их забрала Лисара.       Вот как.       — Давно? — уточнила я.       — Пару дней назад приезжала за ними, — уточнила девушка.       В груди неприятно кольнула обида. Лисара приезжала сюда. Была совсем рядом. Но со мной даже не попыталась встретиться и словом об этом не обмолвилась. Настроение тут же ухудшилось.       — А считается ли, что приезжала, если она туда-сюда быстро переместилась при помощи своей силы? Ну, знаешь, занята была, не до тебя, — подлила масла в огонь моей разгорающейся обиды Анна.       Как же в этот момент захотелось ее ударить. И даже не за саму суть слов, а за то, с каким весельем, с какой легкой издевкой в голосе она это произносила!       — Понятно, — сказала я, стараясь держать лицо. — Еще раз спасибо, Фино!       Развернувшись, я быстрым шагом пошла вслед за Скарлет.       

******

      По пути к подвалам Скарлет позвонил Дени. Выяснилось, что свита Рафаэля вчера так и не появилась. Из этого мы сделали вывод, что ребята либо про прежнему внутри картины, либо торчат где-то в катакомбах Мон Дуна. Я уверенно вела Скарлет сквозь петляющие сырые подвальные коридоры. Пахло сыростью и дешевым табаком. Последнее — явный верный признак того, что мы приближаемся к «кабинету» местного заведующего.       Хозяин, сидя за заваленным хламом столом, буравил нас недобрым взглядом, явно давая понять, что гостям не рад. Я же после обмена приветствиями взглянула на стену, где свежая картина закрывала собой часть странных рисунков, которые всегда украшали эти стены.       — Ну и че приперлись? — смерив нас взглядом, произнес Мон Дун, деловито сложив руки на животе. — У меня тут, между прочим, объект строгого учета, а вы шастаете, как у себя дома!       — Это не та картина! — вырвалось у меня. — На этой вообще библиотека изображена, а на той…       — Это та картина! — перебила меня Скарлет. Она шагнула ближе и, наклонив голову, рассматривала раму. — Рисунок по каким-то причинам другой, но саму раму тоже создавала ее сила. Я узнаю ее из тысячи! Это точно она. Забираем!       Может, поэтому ее и сняли со стены стадиона? Подумали, что мы уже вернулись и забрали, повесив новую.       — Одного аттракциона было мало? — усмехнулась моя дорогая, с увлечением рассматривая настенную графику, прямо как в прошлые разы. — Решили сымпровизировать на ходу?       — Так я че-то не понял! — Мон Дун с грохотом хлопнул ладонями по столу и начал угрожающе привставать. — Вы это что, на мою собственность позарились?       — Понимаете, эта картина создана силой одной студентки, — я решила объяснить все. — И прямо сейчас внутри нее заперты несколько учеников! Мы страшно беспокоились, что она пропала, а она, оказывается, у вас. Мы просто заберем ее и все.       — Да щас, разбежался! Чего ж я тогда в нее не провалился, раз она такая волшебная? — Мон Дун подошел к нам и заслонил холст своей широкой спиной, после чего размашисто провел ребром ладони по горлу. — Мне эти ваши мэсовские байки вот где сидят! Слыхали уже, плавали! Картину не отдам, свободны! Студенты.       — Стойкое ощущение, что этот жук будет защищаться и спорить за любую мелочь, даже если она ему не нужна, — иронично заметила моя дорогая.       Сложно не согласиться. Этот человек всегда вставал в позу, стоило кому-то заикнуться о «его» вещах. Видимо, привычка торговаться за каждую мелочь у него в крови. На секунду даже стало интересно, откуда взялась эта черта? Не был же он с рождения таким.       — Давайте мы не будем тратить наше драгоценное время и решать эти пустяковые вопросы через администрацию академии, — вкрадчиво вставила Скарлет.       — А вот пугать меня не надо, мадамочка! — строго отрезал электрик. — Я ежели каждому встречному буду все раздавать под честное слово да под сказочки, так я отсюда без штанов выйду!       — Я вот все думала, что тут за непонятные рисунки. Но вот сейчас еще раз взглянула и, наконец, поняла, что это не что иное, как мемы! Типа вот этот, — Анна указала на убегающего человечка от какой-то странной формы капли. — Когда высказал мнение не в той пещере!       — Слушайте, давайте мы вам другую картину принесем, еще лучше, с пейзажем, а эту заберем? — предприняла я попытку договориться по-хорошему.       — Не нужна мне другая, мне эта нравится! — Мон Дун упрямо скрестил руки на груди.       Прав был куратор, как Анна вспомнила, реально жук. Так вот ему нужна эта дурацкая картина. У меня и так настроения нет, а тут еще он.       — Давайте так: вы отдаете нам картину, а я и дальше продолжаю молчать о том, что компьютер, принадлежащий академии, с легкой руки Штюка теперь преспокойно стоит у вас дома, — ровным голосом произнесла я.       — Пф-ф, — Мон Дун презрительно фыркнул и покрутил пальцем у виска. — Что там при Штюке было, я уже и не упомню! Если он какие махинации за моей спиной крутил, то удивительно, что этого прохиндея уволили. Он, быть может, компьютеры свои вообще всем раздавал. Пойди разбери.       — Вот тебе и друг, — смеялась Анна.       — Идем, Элиза, — Скарлет разочарованно вздохнула. Ее пальцы мягко легли мне на плечо, слегка сжав его. — Не хотят мирным путем, что ж, устроим маленькую войну. Администрация так администрация.       — Да проще подождать, когда ученики сами из картины вывалятся, нет? — интересовалась не то у меня, не то у Скарлет моя дорогая.       — Если вывалятся, — заметила мысленно я.       Тут явно что-то пошло не по плану.       — Так даже лучше! — щелкая пальцами, замечала Анна. — Ты сама говорила: новый студсовет говно, а тут одним махом половину выкосило вместе с главой.       Не припоминаю такого.       — Нет, — я упрямо мотнула плечом, не разрывая зрительного контакта с Мон Дуном. — Я знаю, что вы в сговоре с водителем мусоровоза. И при помощи его машины возите всякое добро со склада. Лично видела, как в понедельник вы ящик с тушенкой туда закинули. Стоит мне попросить тщательно проверить камеры, а там…       Я знала об этой схеме еще при кураторе, но помалкивала. Иногда, проходя мимо, замечала подозрительную суету, прямо как на этой неделе, но держалась в стороне. Но вы сами меня вынуждаете!       — Ах кхм… пх-п… — мужчина аж поперхнулся воздухом. — Ишь ты какая нахалка! Чисто Штюковская школа воспитания — выдумывать всякие небылицы на честных тружеников! Забирайте свою мазню и проваливайте отсюда, чтоб духу вашего не было! Не хватало мне еще, тратя свое время, со школотой тут воевать!       Скарлет, наблюдавшая за этой сценой с явным наслаждением, лукаво взглянула на меня. На ее губах заиграла довольная улыбка, после чего она протянула руки к холсту.       — Силы он не боится. Администрации не боится. Студсовета не боится. А вот ревизии склада боится! — смеялась Анна. — Настоящий взрослый человек!       — Не трогайте! — вскрикнул электрик, бесцеремонно отпихивая ее ладони в сторону. — Я сам вынесу! А то сломаете еще рамку или чего похуже. Ждите снаружи, сказал!       — По всей видимости, не просто так она ему нужна, — тихо хмыкнула Анна, когда нас фактически выставили за дверь. — Эх, жаль, сквозь стены и предметы я смотреть не умею. Наверняка, он туда заначку припрятал. Правда глупо это как-то. Все катакомбы его, прячь не хочу, а тут на видном месте? Или он руководствовался схемой: прячь на видном месте, чтоб никто и не подумал?       Это уже не наше дело.       — Я и не знала, дорогуша, что ты у нас такая искусная шантажистка, — Скарлет привалилась спиной к стене подвала, глядя на меня с некоторым восхищением. — Глаз наметан, как у заправской журналистки. Может, сменишь кружок и перейдешь ко мне под крылышко?       — Я блефовала, — отнекивалась я.       — Так это делает тебе еще больше чести, — Скарлет расплылась в улыбке, явно довольная мной или нашим походом.       — Что с картиной-то делать будем? — покачав головой, я перевела тему.       — А что мы можем? — задалась вопросом девушка. — Внутрь не попасть. Ни до кого не достучаться. Остается ждать. Заберу ее к себе. Думаю, Тина все контролирует. В конце концов, пропадать на пару дней в другой реальности для нее норма.       Для нее, может быть, а для других? Я уверена, что оставлять все как есть и ни к кому не обращаться — не лучшая идея, но решив, что она лучше знает о силе соседки, доверилась Скарлет.       — Дом горит. Машина горит. Реальность горит. Да ладно. Наверное, кто-то все контролирует, — иронизировала Анна. — Вода-то у них там есть? Или пофигу, человек без воды живет прилично!       Думаю, до вечера можно подождать, а то опять скажут, что я какая-то паникерша!       

******

      Я отсидела пары, заглянула в клуб, успела немного поработать, но внутри все сильнее разрасталась тревога. Фуджихару все не появлялась. Когда я уже думала пойти к Скарлет, дверь с грохотом отворилась, и на пороге появилась Хару. Ее лицо было красным от недовольства.       — Ты где была?! — подорвалась тут же я с расспросами.       — В библиотеке, нахуй! — рявкнула Фуджи.       Я буквально опешила. Из уст всегда сдержанной Хару мат звучал как раскат грома среди ясного неба. В голове мгновенно пронеслась мысль о том, что свидание прошло не просто плохо, а, видимо, обернулось катастрофой.       — Да уж, не видать тебе теперь ноутбука, — прямо над моим ухом язвительно пропела Анна.       Глядя на перекошенное от злости лицо Фуджихару, сомневаться в этом не приходится.       — В смысле? — осторожно уточнила я.       — Да в прямом! Там, в этой вонючей картине, оказалась библиотека, а не что-то прикольное, как мне обещали! Такая же, как на одном из праздников была. Картина. Не библиотека, — моя соседка буквально пылала гневом, эмоционально размахивая руками. — И оттуда нельзя было выйти, пока ты, черт возьми, по алфавиту не рассортируешь и не расставишь книги по полкам! А их там было две тысячи! Две! Тысячи! Вонючих книг! А я даже алфавит не помню!       Похоже, идеальный план пошел не туда…       — Релаксационное занятие, так называемый цифровой детокс, оказалось совсем не по душе СДВГ-зумеркам?! Бумажная пытка архивариуса! — залилась смехом мое солнце.       — У нас есть что пожрать? — спросила меня Хару. — Я сейчас слона бы сожрала целиком! Сейчас умру!       — Если только в холодильнике, — неловко пробормотала я, чувствуя в произошедшем часть своей вины.       Хару лишь обреченно махнула рукой и, развернувшись, вылетела за дверь.       Как только дверь за ней захлопнулась, я тут же набрала Скарлет. Трубку она сняла почти сразу. Голос ее был веселый. Оказалось все куда прозаичнее. У ее соседки сработала «побочка». Из-за того, что мы слишком увлеклись тестированием реальности, система потребовала плату. В тот момент, когда Тина создала новый мир и туда вошли ребята, пространство захлопнулось и изменилось. Сила заблокировала выходы, выставив условия в виде «свобода после выполнения задания». И задание это было — рассортировать книги в библиотеке по алфавиту!       Пока Хару с Рафаэлем, сходя с ума от нудности процесса, расставляли тома в своей локации, парни и соседка Скарлет торчали в комнате ожидания. И там им тоже пришлось сортировать книги. При этом они находились в параллельных слоях и никак не могли взаимодействовать друг с другом.       Теперь лично мне стало понятно, почему соседка Скарлет время от времени пропадала на, как она говорила, долгие промежутки времени.       Выходит, что мы со Скарлет заигрались с силой Тины, а сила решила отыграться на Хару, Фуджи и парнях. Неловко.       

      

Суббота, 1 апреля

      С утра мне позвонил Рафаэль. Он сказал лишь: «Жду у входа в общагу, выходи», после чего сбросил трубку.       Спускаясь по ступеням лестницы, я мысленно перебирала оправдания. В голове крутились самые нелепые шутки, которыми я буду объяснять кошмар с книгами. Однако на крыльце меня встретил вовсе не разъяренный парень, а абсолютно спокойный, излучающий уверенность Рафаэль, который уже в преддверии праздника нарядился в костюм бычка.       — Вот, держи, как и договаривались, — президент улыбнулся и протянул мне увесистую сумку. — Зарядка там же, внутри. Интернет уже настроен, летает. Почти как книги после десяти часов сортировки!       В последней шутке, пусть она и была подана по-доброму, я уловила какую-то колкость.       Я замерла на секунду, а затем приняла ношу, ощутив приятную тяжесть.       — Но свидание ведь пошло совершенно не по плану? — слегка морщась от странности его решения, с удивлением произнесла я.       — Да брось, так даже лучше! — Рафаэль задорно хохотнул, закинув руки в карманы куртки. — Это было неожиданно. И прикольно! Знаешь, пока мы ковырялись с этой макулатурой, мы тонну времени болтали. За общим делом как-то и сблизились даже. Лучше узнали друг друга! Ну да, после десяти часов нервишки у всех сдавать начали, напряжение росло, но в целом… Такое свидание мы точно до старости не забудем.       Что есть, то есть. Такое точно не забудется. Позитивное мышление Рафаэля приятно удивляет. А о настроении Фуджихару и мыслях обо всем этом я, пожалуй, умолчу.       — Вот оно как, — на губах сама собой расплылась облегченная улыбка.       Заказчик доволен, работа выполнена, а у меня на руках теперь новенький ноутбук.       — Ты же понимаешь, глупышка, что сейчас радуешься лишь тому, что сможешь впахивать еще эффективнее? — с легким ядом в голосе произнесла Анна.       — Ну, спасибо, — мысленно отозвалась я.       Блин. После этих слов стало грустно.       — Ладно, мне пора, не хворай там! — Рафаэль по-дружески хлопнул меня по плечу.       Я не успела даже открыть рот, чтобы попрощаться, как он уже припустил по дорожке легким бегом, на полуобороте весело махнув мне на прощание своей ладонью.       

******

      Как и было запланировано, пока вся академия облачалась в праздничные наряды и стягивалась к зимнему саду, мы с Анной заперлись в клубе. Я честно исполнила обещание и оставила телефон в номере, а дверь заперла на ключ, предусмотрительно оставив его в замке, чтобы ни одна живая душа не посмела нарушить наше уединение.       Развернув на стене белоснежное полотно, я настроила проектор. План был простым: выбираем фильмы по очереди, не бухтим, не оспариваем вкусы друг друга и крутим кино до самого утра. Минус во всей этой схеме был один, и заключался он в том, что к рассвету я буду напоминать зомби, а мне еще предстояла встреча с Лисарой. Но об этом пусть заботится Элиза из будущего. А пока нас ждет приглушенный свет, тепло, мягкие подушки и редкая возможность провести вечер вдвоем, болтая о том, о чем в обычной жизни мы молчим. По крайней мере, хотелось бы поговорить о чем-то таком.       Пару часов все шло хорошо. Мы лениво перекидывались репликами, спорили из-за сюжета, полностью растворившись в атмосфере уютного вечера. Как вдруг тишину нарушил резкий оглушительный грохот.       Я вздрогнула, едва не выронив стакан. Переглянувшись с Анной, я затаила дыхание и мысленно зачем-то сказав: «Тихо, делаем вид, что нас нет». Это был наш вечер, и я не хотела рушить его. Однако стук повторился и стал более упорным.       — Открывай, сова! — раздался за дверью неестественно веселый голос Киоко. — Медведь пришел! Фильмы смотреть!       — У нас вечер на двоих! — крикнула я в ответ, надеясь, что она уберется. — Посторонним вход воспрещен!       Зачем она вообще пришла сюда. Знала же о планах.       — А я тогда сейчас замок силой вскрою! — беззаботно пригрозила она. — И будет вместо замка дыра!       Я повернулась к Анне с немым вопросом: «Что, черт возьми, с ней не так? И почему у нее такой веселый голос?»       — Да открой уже, — махнув рукой, сказала мое солнце.       Я вздохнула, повернула ключ в замке и распахнула дверь. На пороге, раскинув руки в стороны и сияя, стояла Киоко. В плюшевом костюме бурого медведя. Ее обычно холодные, язвительно-саркастичные глаза сейчас блестели восторгом, сами зрачки были неестественно большими, а рот растянулся в улыбке до ушей.       — Хей-й-й-й! — протянула она. Прежде чем я успела вымолвить хоть слово, этот плюшевый хищник резко выкинул руки вперед, мертвой хваткой вцепился мне в щеки, сплюснув их в «уточку», и с размаху влепил крепкий мокрый поцелуй прямо в губы. — Привет, звездочка! — выкрикнула она прямо мне в лицо       — Ну… такой себе поцелуй. Какой-то сестринский, без огонька и любви, — оценила со стороны Анна, приставив руку к подбородку.       Пожалуй, отсутствие «огня» было к лучшему, но поведение подруги выходило за рамки разумного. И до этого было понятно, что тут что-то не так, а теперь и подавно.       — Ты что, напилась? — нахмурилась я, пытаясь заглянуть в ее блуждающие зрачки.       Ибо объяснить то, что я вижу перед собой, сложно. Ее голова жила отдельной жизнью, плавно покачиваясь из стороны в сторону, колени то и дело подкашивались, заставляя ее совершать нелепые волнообразные движения руками, словно она так стабилизировалась.       — Нет, ты что-о-о, это был бы кося-а-ак! — оглушительно рассмеялась она, буквально заваливаясь в комнату и едва не сбивая меня плечом. — Да не, ну реально, смотри! — с этими словами она сделала глубокий выдох прямо мне в лицо: — Я в поря-я-ядке, просто ве-се-ла-я!       Алкоголем от нее действительно не пахло. Тогда все куда хуже?       — Да походу она угашенная, — рассмеялась моя дорогая.       В голове не укладывается. Даже если на территории академии откуда-то взялась травка, сложно представить, что логичная и циничная Киоко добровольно затянулась бы косяком. Она говорила, что против всего такого. Так зачем она вообще это попробовала?       — Веселая это, конечно, хорошо, — строго заметила я, скрестив руки на груди. — Но куда делись твоя серьезность, язвительность, хваленый интеллект и вообще все, за что мы ценим обычную Киоко?       — Интелле-е-ект? — Киоко зависла. Она приставила палец к губам, уставившись в потолок так, словно пыталась вспомнить формулу. — Хммм… Может, он в кармане? — она с глупым хихиканьем принялась шарить по бокам своего медвежьего костюма, пытаясь нащупать воображаемый карман. — Ах, да-а-а! У меня же нет кармана! Ха-ха-ха!       О боже.       — А что, мне нравится! — продолжала веселиться моя особенность, искренне наслаждаясь зрелищем. — Вечер наконец-то обещает быть незабываемым! Сколько интересного нам еще расскажет и покажет этот новый забавный медвежонок.       — Нет, не обещает! — отрезала я. — Я не хочу, чтобы моя подруга позорилась.       Хорошо еще, что она в таком виде пришла именно ко мне, а то кто знает, что могло бы произойти.       — Да перед кем ей позориться? Она же с нами! А мы унесем этот секрет с собой в могилу!       Ага, Анна и будет молчать? Верю! Да она до конца дней будет припоминать мне этот вечер, а я не горю желанием выслушивать эти воспоминания.       — Так, а где Скарлет? — строго спросила я, хватая Киоко за плюшевые плечи и пытаясь сфокусировать ее взгляд на себе. — И как она вообще это допустила?       Или она это спровоцировала и тоже того?       Я на мгновение задумалась. Способна ли Скарлет на такое? Разум твердил «нет», но какая-то часть мозга вполне допускала вариант «да» чисто ради научного интереса или под лозунгом «в жизни нужно попробовать все».       Но даже так, как минимум можно было подождать лета, когда мы будем не в академии.       — Да ну ее, не знаю-ю-ю! — со смехом отмахнулась Киоко, едва не влепив мне лапой по лицу. — Зато я знаю, где… — она резко замолчала, выставила вперед указательный палец и, издавая звук, похожий на работу двигателя, начала крутиться вокруг своей оси, пока ее взгляд не упал на пустое пространство рядом со стеллажом. — Джейдуха-сеструха! — вскрикнула Киоко, резко вскидывая лапы вверх, принимая позу, как в старом меме «привед-медвед», едва не теряя равновесие от радости. — Ты тоже здесь?! Как круто!       Я медленно повернула голову и покосилась на Анну, стоявшую прямо возле меня. Мы обе замерли, молча наблюдая за тем, как Киоко с абсолютной искренностью и обожанием ведет диалог с пустым местом.       — Скажи честно, ты накурилась, да? — максимально спокойным тоном спросила я.       — Не-а! — Киоко рассмеялась. — Но с Джейдулей я бы дунула! Что думаешь, Джейд? Ах, точно, — она с размаху влепила себе лапой по лбу. — Ты же сама, по сути, состоишь из пара! Тогда я просто втяну тебя в себя! О как!       И с этими словами, она шумно и неистово начала всасывать воздух ноздрями, силясь «выкурить» невидимую Джейд прямо из пространства комнаты. Смотреть на это зрелище было физически больно.       — Слушай, а почему она называет тебя Джейд? — поинтересовалась я у Анны.       — Откуда мне знать, что творится в черепушке укурыша? — хмыкнула моя дорогая, скрестив руки. — Может, она вообще не ко мне обращается, а придумала себе свою личную Анну-Джейд. Но если предположить, что это я, то мне лестно, что она так хочет стать единой со мной. Втянув меня в себя.       — Ладно, пойдем, дорогая, — вздохнула я.       Я мягко, но настойчиво приобняла плюшевого медведя за талию и повела в сторону выхода. Вечер фильмов, увы, накрылся. Киоко не сопротивлялась, безвольно переставляя ноги, навалившись на меня всем весом.       — Слуша-а-ай, прикинь прикол! — на весь коридор, не разбирая громкости, заголосила она мне в ухо. — Назвать твой дневник, как в той песне: «Звезда по имени Солнце»! А? Прикол же, ну?! Такой каламбур. Ха-ха-ха!       Я никогда в жизни не сталкивалась с подобным поведением и понятия не имела, как выводить людей из этого состояния. В голове крутились варианты. Отвести ее в общежитие и запереть там, надеясь, что по дороге нас никто не увидит и ее репутация отличницы не пострадает. В интернете должно что-то быть. Или лучше не рисковать и сразу тащить к медикам, но тогда выговора и скандала точно не избежать.       Впрочем, метаться мне пришлось недолго.       Стоило нам выйти из дверей клубного корпуса на свежий воздух, как перед моими глазами разверзлась ужасная картина. Над территорией академии клубилось огромное зловещее облако густого дыма. До моих ноздрей долетел резкий едкий запах гари, смешанный с каким-то приторно-сладким дурманящим ароматом. Удивительно, как, запершись в клубе, мы умудрились пропустить пожар?       Вдалеке полыхало зарево. Огромный стеклянный купол зимнего сада был частично разрушен, сквозь проломы шел уже угасающий дым. Но самое страшное происходило на аллеях. Киоко была далеко не одинока. Вокруг царил абсолютный хаос: десятки учеников и даже некоторые преподаватели вели себя точно так же, как наш медведь. Кто-то с безумным смехом запускал в воздух фейерверки из своей силы, кто-то обнимался с деревом, кто-то пытался раздеться до гола, а кто-то просто лежал на траве, созерцая небо. За бушующими учениками бегали охранники, пытаясь остановить и усмирить.       Киоко вообще не проблема, если накурилась вся академия! Позитив? Определенно. Так, поняв, что скрывать Киоко уже не имеет смысла, я решительно потащила ее в медицинский кабинет, который сейчас напоминал госпиталь в разгар эпидемии.       Там, пробившись сквозь хихикающих студентов, я, наконец, узнала правду. Те самые растения, которые во время прошлого инцидента мутировали от чьей-то силы (и из-за которых нам тогда пришлось носить защитные маски), как предполагалось, заразили соседние растения. В какой-то момент произошла химическая реакция, и они выделили в воздух неведомый газ. Газ, который по своему действию был схож с наркотиком.       В итоге все, кто в этот вечер находился внутри или вблизи купола зимнего сада, мгновенно поймали «приход». Одурманенные мэсы напрочь потеряли контроль над своими способностями. Начав беспорядочно и радостно применять силу, они в считаные минуты разнесли внутренние конструкции, вывели из строя автоматическую систему пожаротушения и спровоцировали пожар.       Скарлет, как мне позже сказали, проявила чудеса героизма, но весьма специфического. Используя свою силу, она из последних сил заливала потоками воды не сам огонь, а внешние стены купола зимнего сада, пытаясь запереть ядовитый туман внутри и не дать ему накрыть всю академию. Это, конечно, спасло от распространения огня, но локальной проблемы внутри сада не решило.       Слушая все это, было очевидно, что завтра утром мало кого в этой академии ждет что-то хорошее. Но с другой стороны: а виноваты ли вообще несчастные ученики? Против капризов мутировавшей природы не попрешь. Явно администрация не доглядела. Возможно, даже вопрос заключается в том, чтобы признать свою ошибку или перекинуть ее на учеников.