Часть 116
3 июля 2026 г., 01:07
Воскресенье, 2 апреля
Открыв глаза, я первым делом посмотрела на Киоко. Она мирно сопела, лежа на спине, будто вчера ничего не произошло. Затем перевела взгляд на соседнюю кровать. Николь спала поперек матраса, раскинув руки и ноги так, словно ночью пыталась отбиться от кого-то. Одеяло валялось на полу. Ночь выдалась долгой. Сначала я пыталась уложить Киоко. Потом привели Николь, которая словно превратилась в активного ребенка. Она все норовила выбраться из комнаты и требовала показать ей «что-нибудь интересное». В итоге, когда я их уложила, сил хватило только на то, чтобы рухнуть рядом с Киоко и уснуть. Я нащупала телефон. Вот уже более двенадцати часов магазин оставался без меня. Слишком долго. По привычке открыла браузер. Вместо главной страницы появился бесконечно вращающийся кружок загрузки, а затем сообщение: «Отсутствует соединение с сетью». Я машинально посмотрела на значок связи. Интернет действительно отсутствовал. Тогда я открыла местную социальную сеть. Та даже не пыталась загрузиться. На сеть мне в целом все равно, я давно перестала в нее заходить, а вот интернет… — Ты так-то, если без шуток, ориентируясь на возраст, самая что ни на есть настоящая зумерша, а переживаешь не потому, что мемчики не посмотреть, а потому, что работать не можешь! — появившись возле меня на кровати, негодовала Анна. — Готова ебашить, несмотря на выгорание, как твоя прабабка, закрывая пятилетку за два года! Где слезы и выгорание? Смотри, из-за тебя вселенная схлопнется. Я невольно усмехнулась. И правда странно. Работа за пару месяцев мне уже успела надоесть. Чего-то позитивного от нее мало. Иногда от нее буквально тошнит, но стоило появиться свободной минуте, так рука сама тянется проверить магазин. С утра первым делом туда и перед сном все надо проконтролировать. И дело тут даже не в деньгах. — Страшно за будущее Фуджихару с ее луппопами и психолагами, — пробормотала я. Ведь Карины в моем окружении больше нет, а подобные высказывания все еще слышны. — Только проснулась, а уже напряженная. И все из-за отсутствия чертова интернета. Расслабься, — мое солнце многозначительно поиграла бровями. — Рядом такая девочка лежит. Самое время насладиться моментом. Я села на край кровати и перевела взгляд на спящую Киоко. Удивительно, что она даже не проснулась. Видимо, тот газ еще и расслабляет. Или вымоталась, пытаясь сбежать, больше, чем я, пытаясь ее остановить. — Эй! — возмутилась Анна. — Я вообще-то про себя говорила! — она раскрыла свои объятья, протянув руки ко мне, и запела: Положи голову на мое плечо, Прошепчи мне на ушко, малышка, Слова, которые я хочу услышать, Скажи мне, что ты тоже меня любишь. — Как-нибудь в другой раз, «очаровашка», — ответила я и, усмехнувшись, поднялась с кровати. Думаю, нужно уйти до того, как все проснутся, чтобы никого не смущать. — Люди говорят, что любовь — это игра, Игра, в которую просто невозможно выиграть. Если и существует способ, Я найду его когда-нибудь, И тогда ты, глупышка, ко мне примчишься — с легкой обидой закончила песню моя дорогая. — Я почти купилась, — с улыбкой сглаживала я углы обиды ее игры. — Идем. Встречи с Лисарой у меня не так часто, чтобы отложить их. В конечном итоге я и так понимаю, что будет. Кого-то накажут, кого-то уволят, сад со временем восстановят, а произошедшее еще несколько недель будет главной темой разговоров всей академии. — Элиза? — стоило мне сделать шаг, как Киоко открыла глаза и сонно уставилась на меня. — Ты что здесь делаешь? — Прости, что разбудила, — извинилась я. Вспоминая вчерашний вечер и ее поведение, я слегка улыбнулась. — А ты совсем ничего не помнишь? — Можно придумать вообще любую историю, — тут же оживилась Анна, вскочив на кровать. — Надавим на нужные чувства, и сосочка поверит во что угодно, оказавшись у нас в долгу. Есть идеи? Будь моя дорогая отдельным человеком, думаю, я бы никогда не доверяла ни единому ее слову. Хотя не сказать, что сейчас прямо доверяю. — Был праздник, — она потерла висок. — Потом я выиграла конкурс на самого умного, получив пару дней выходных с другом в награду. Хотела обсудить планы насчет них с тобой. — С тобой, смекаешь? — Анна спрыгнула с кровати и «ткнула» меня пальцем в грудь. — Не со Скарлет. — Обсудить со мной план на Скарлет, — мысленно закончила я. — Жаль, если приз аннулируют, — фыркнула мое солнце. Вот противная! Победа есть победа. Что было после — это уже отдельная история. Если только цветочный газ теперь официально не считается допингом в интеллектуальных конкурсах. — Потом началась какая-то суматоха, — продолжала Киоко, сильнее морща лоб. — Всем было очень весело. А дальше пустота. Вообще ничего не вспоминается. Так… Она взглянула на меня, явно ожидая, что я продолжу рассказ. — Я могла бы пересказать все, разыграв сценки по ролям, — с невинной улыбкой сказала я. — Но, думаю, тебе будет куда интереснее собрать картину самой. Глядишь, еще что-нибудь вспомнишь. — Спасибо, отличная психологическая помощь! Вообще не думаю, что провалы в памяти можно назвать интересными, — выдохнула, усмехнувшись, моя подруга. — Скорее стремными. — Ой, писатели фэнтези сейчас бы с тобой поспорили, — тут же вставила Анна. — Амнезия главного героя — это ведь лучший способ начать книгу о приключениях. Думаю, это просто упрощение. Ты не знаешь, каким будет по итогу твой мир, и исследуешь его с героем. Удобно. И не надо париться с предысторией. — Слушай, я, конечно, не уверена, но если судить всех по тебе, то ты, вероятно, будешь не одинока в этом плане, — продолжала шутя я. — Возможно, я одна из немногих среди студентов, кто все помнит, хоть и не была участником событий. Вероятно, именно поэтому и без провалов. — Ты так загадочно улыбаешься, будто произошло что-то ужасное, — хмыкнула девушка, прищурившись. — Но, вероятно, это всего лишь чья-то способность. — Думаю, — протянула Анна, — после такой коллективной накурки престиж академии только вырастет. «У нас настолько весело, что потом никто ничего не помнит». Представляешь, какая привлекательная история для молодежи. Особенно если никого не накажут. Сомнительно. — Можно сказать и так, — коротко ответила я. — Подожди. Если ты здесь, хотя собиралась провести ночь с Анной и дверь сама открыть не можешь, — она медленно начала выстраивать логическую цепочку. — Значит, я сделала что-то плохое? — Первое, что думает человек, не помня вчерашнее, что сделал что-то плохое, а не хорошее или постыдное, — рассмеялась моя дорогая. — Это о чем-то да говорит. — Если человек норовит постоянно подъебать или что-то припомнить, это тоже о чем-то да говорит, — парировала я. — Мне лестно, когда меня считают человеком! — Если признание в безграничной любви Джейд, которую ты то ли придумала, то ли так называла Анну, считать чем-то плохим, — я пожала плечами. — Хотя мне понравился момент, когда ты угрожала выломать дверь, если мы не откроем. — Я испортила ваш вечер? — словно извиняясь, поинтересовалась Киоко. — Это как посмотреть, — усмехнулась я. — В каком-то смысле сделала его гораздо веселее. — Думаю, Лизочка хотела увидеться с альтушкой больше, чем посидеть со мной, так что скорее нормализовала планы, — выдохнув, произнесла моя дорогая. Эти слова неожиданно кольнули. Слышать это было неприятно, ведь я правда старалась. При этом мне казалось совсем наоборот. Что это ей не особенно хотелось разговаривать, а я как раз старалась провести время вместе. И не просто посмотреть фильмы. Поговорить. Побыть рядом. — Это неправда, — мысленно с обидой произнесла я, взглянув на Анну. — Зачем ты это говоришь? — Извини, — сказала она, явно не желая озвучивать свои настоящие мысли. Чтобы я не продолжала расспросы, она растворилась. — Сказала лишнего и просто пропала?! — мысленно крикнула я ей вслед. Тяжело. — Надеюсь, я ничем не обидела вас? — тихо поинтересовалась Киоко. Видимо, она заметила, как мгновенно изменилось выражение моего лица после невидимого для нее диалога с Анной. — Да нет, — я улыбнулась, тронутая этой милой заботой. — Думаешь, я бы в таком случае провела ночь тут? — У меня ужасно болит голова, — донесся с соседней кровати глухой страдальческий стон. Николь выглядела действительно плохо. Лицо бледное, волосы растрепаны, глаза едва открываются. Даже странно видеть ее настолько разбитой. В этом есть даже нечто забавное. — Принести таблетку? — предложила я, искренне сочувствуя ее похмельному или, точнее, «газовому» синдрому. — И воды, если можно, — едва слышно попросила Николь, нормализуя свою позу для лежания. — Сейчас вернусь. — Слушай! — я уже развернулась к выходу и сделала шаг по направлению к двери, когда меня окликнула Киоко. — Ничего не планируй на следующие выходные. Помнишь, мы как-то хотели съездить в казино? Я подумала, раз уж я выиграла этот конкурс, то субботы, воскресенья и пары призовых дней нам вполне хватит. Отдохнем как следует перед экзаменами? Стало быть, планы все же на меня. Казино, значит? Я не думала, что эта поездка случится в этом году, да и вообще не подозревала, что Киоко настолько сильно хочет это попробовать. С другой стороны, это ведь еще и маленькое путешествие. Главное, чтобы Киоко туда вообще пустили по возрасту, но, должно быть, она уже все узнала заранее. — Давай не будем забегать вперед, — я оглянулась на подругу. — Не хочу тебя заранее огорчать, но, в общем, скоро сама все узнаешь. В конце концов, никто не знает, какое решение руководство примет по поводу праздника, разрушений и всего остального. Да и вообще, нашла время, когда об этом поговорить. Неделя впереди, но нет, надо в момент, когда проснулась и ничего не понятно. — Задолбала байтить! Заставляешь меня звонить Скарлет? — Киоко забавно поджала губы, демонстрируя крайнюю степень недовольства. — Давай-давай, звони, — рассмеялась я, прикрывая рот ладонью и думая о том, что наш доблестный «пожарный» сейчас наверняка пребывает в точно такой же амнезии. — Ладно, скоро вернусь.******
Я быстро сбегала на пост к Прие. Забрала таблетки, заодно попыталась разведать обстановку. Комендант лишь тяжело вздохнула и выдала крайне неутешительное: «День будет тяжелый». Судя по всему, преподавателям и администрации сейчас достанется больше всех, хотя наша Прия вообще была ни при чем. — Интернет и связь не работают, — стоило мне переступить порог комнаты, объявила Киоко, тыкая пальцем в экран смартфона. — Никому не дозвониться. Известия неутешительные. — Вот, держи, — я подошла к кровати Николь и протянула ей таблетки и стакан прохладной воды. — Спасибо, — прохрипела та, кое-как приподнимаясь на локте и жадно припадая к стакану. — Скажу так: вчера вы дали жару, так что повреждений в академии, возможно, куда больше, чем мне показалось на первый взгляд. Оттого, вероятно, и связь лежит, — с легкой иронией предположила я. Остается надеяться, что все быстро починят. Если я пропаду из сети надолго, у меня совершенно точно возникнет куча проблем с текущими заказами, которые никто не решит. Даже думать об этом не хочется! — Рассказывай давай! — Киоко, не выдержав томления, легонько ударила ладонями по матрасу, требовательно уставившись на меня. — Приду вечером и расскажу, — я с улыбкой попятилась к выходу. — А пока… — Толку от тебя, ПОДРУГА! — язвительно бросила мне вдогонку Киоко, скрестив руки на груди. — Ничего из первых уст не узнать, одни приколы. — Я тебя тоже люблю! — я послала ей воздушный поцелуй. — До вечера! С этими словами я выскользнула в коридор и закрыла дверь, оставив девочек наедине с их утренней головной болью и туманными загадками вчерашнего накурапокалипсиса.******
К контрольно-пропускному пункту я шла, подгоняемая нетерпением. Мне хотелось поскорее увидеть Лисару, поболтать и в красках рассказать обо всем, что стряслось вчера, и про библиотеку с картиной. Однако моим планам, как и самой встрече, сбыться было не суждено. На КПП меня огорошили новостью о том, что сегодня из академии не выпускают вообще никого. Разочарование. Ситуация, видимо, была куда более серьезной, чем мне казалось поначалу. А ведь я-то наивно надеялась, что пока остальных будут мариновать тут со всем этим, я смогу весело провести время снаружи и посижу в интернете, разрулив все. А теперь… Никакого побега, да еще и Лисаре не позвонить, чтобы предупредить о том, что ждать меня не стоит. — Во дела, — протянула Анна, расплываясь в довольной улыбке. — Пришлось сжечь целый зимний сад, лишь бы не идти на свидание и не расписывать потом в «подробностях», как вы с Лисарочкой провели день. — Смешно, пипец, — покачав головой, ответила я. — А что? Ты всегда пишешь о ней так неохотно. Скупо, словно отчеты сдаешь. Бандит встретился. ДЕСЯТЬ СТРАНИЦ. Картина пропала. ВОСЕМЬ СТРАНИЦ. Киоко обдолбалась. ПЯТНАДЦАТЬ СТРАНИЦ. Лисара. Посидели. Погуляли. Встреча проведена. Контакт установлен. Поцелуев — ноль. Чисто пара слов в пересказе. Ни развития отношений, ни романтики, только отписки, — продолжала подначивать моя дорогая. — Не хочу, чтобы подробности моих отношений читали всякие, — оправдывалась я. — Еще и осуждать будут. — Ты про подводных жителей или Трисс? — уточняла язвительно Анна. — Кто знает… Шутки шутками, но проблему это не решало. Нужно было как-то передать весточку Лисаре, чтобы она не беспокоилась. На ум приходила только… София! Идти к преподавательскому общежитию я не рискнула, понадеявшись застать ее в кабинете. И? О, чудо книжных сюжетов! Она действительно была у себя. Женщина выслушала меня и успокаивающе кивнула, пообещав, что сама свяжется с Лисарой. Мы немного поговорили о происходящем. София пребывала в неведении относительно того, какие меры собирается принимать руководство, да и вообще предпочитала держаться от этого подальше. В конце концов, ее самой на празднике не было. До нее доходили слухи про драки, погромы и травмы. Но, по ее мнению, не было ничего сильно страшного, что тянуло бы на уголовку или радикальные меры. Все дело в обычной халатности и факторе силы. Последнее в некоторой степени можно считать смягчающим обстоятельством. От нее же я узнала и главную причину отсутствия сети. Это не поломка. Ее намеренно глушили. Руководство не хочет, чтобы какая-либо информация просочилась за пределы закрытой территории, пока они разгребают последствия и решают все с «Пионом». — Добро пожаловать в Северный Догард! — отсылая к строгой закрытой стране с диктатурой, шутила Анна.******
По пути к общежитию я столкнулась с плотной толпой студентов, которые требовали объяснить, что вчера произошло, и обсуждали пугающие слухи. Кажется, немало напридумывали того, чего не было, возможно, даже специально, чтобы посмеяться. В самом центре этой сходки стоял Рафаэль, отчаянно пытавшийся воззвать к тишине и порядку. Как президент студенческого совета, он пусть и сам не до конца все знал и понимал, но был обязан отрабатывать свой статус. Он уверенно жестикулировал, призывал к порядку и изо всех сил старался убедить учеников не надумывать лишнего. Рафаэль уверял всех, что причин для беспокойства нет, студсовет полностью контролирует обстановку и держит руку на пульсе, а прямо сейчас они, как и все остальные, просто ждут официального вердикта от руководства академии. Он уверял, что студсовет защищает интересы учеников и понимает, что никто не виноват, и постарается сделать все, чтобы не было жестких наказаний, лишения стипендий и всего такого. За этой красивой речью, как я подозреваю, не крылось ни одного реального факта, а весь посыл сводился к банальному требованию сидеть тихо и не создавать лишних проблем. — Красивой? — хмыкнула Анна. — Да она сгенерирована нейросетью! Мы контролируем ситуацию. Да мы уже вчера видели. Мы держим руку на пульсе? Чьем? Растений? Студсовет защищает интересы учеников! Но ботаники вроде как не ученики, а задроты, их возгласы можно и проигнорить.******
Вернувшись в комнату, я застала Фуджихару в ванной. Пристроившись перед зеркалом, она с мрачной миной решительно красила волосы, и по всему ее виду было понятно, что девушка не в духе. На мое приветствие она лишь выдала что-то невнятно-недовольное, даже не повернув головы. Расспрашивать о причинах отсутствия настроения я не стала. Если девушка меняет имидж, значит, в ее жизни точно стряслось что-то посерьезнее обычных неурядиц. — Или ей просто осточертело быть нормисом, а тут как раз подвернулась свободная минутка, чтобы все исправить, — хмыкнула Анна, припомнив, какими комментариями в свой адрес Хару была недовольна. Или вынужденный цифровой детокс длился слишком долго и уже начинал сказываться на ментальном здоровье. Сначала картина, теперь вот это.******
Оставаться в четырех стенах один на один с недовольной жизнью Фуджихару не хотелось, а потому, вспомнив, что с утра я даже не завтракала, я решила сбежать. Я вернулась к Киоко и с порога «обрадовала» подругу новостью о том, что отныне мы официально заперты в академии. В итоге на завтрак мы выдвинулись уже внушительной компанией, так как к нам присоединились Николь и Скарлет. В столовой я наконец-то рассказала девчонкам о том, что же произошло вчера, поделилась слухами, поведала о том, что сказала мне София и что я видела на входе в общежитии. Посреди нашего оживленного диалога появилась Трисс. Смерив нас взглядом, она сухо бросила, что Николь повсюду ищет Рафаэль. Похоже, новоиспеченный президент студсовета нуждался в мудром совете своей предшественницы. Так Николь покинула нас, оставив нашу троицу наедине с вопросом: чем занять себя в мире, где внезапно выключили интернет? Тут-то мне вспомнилось недавнее предложение Фино. Так я сказала: бассейн! Возражений не последовало. План выглядел идеально, оставалась лишь одна загвоздка: как в условиях каменного века найти Джозефину? На складе ее не оказалось, и мы добрых минут пятнадцать плутали по академии, по местам, где ее можно было встретить, пока чисто случайно не наткнулись на нее у медкабинета. Сегодня Фино выглядела расстроенной и глубоко озадаченной. Выслушав нашу скромную просьбу, она лишь тяжело вздохнула, сказав: — Я была на празднике… Лишних слов не требовалось. Стало сразу понятно, что бассейн сегодня закрыт и точка. Уже позже София рассказала мне, что преподаватель Джулиани умудрилась подраться с преподавателем Грант. Кто из них вышел победительницей из этой схватки, история умалчивала, но тот факт, что Сэм провела остаток ночи на больничной койке, наводил на вполне определенные подозрения. Я даже не знала, как на это реагировать. Что именно послужило причиной для потасовки? Загадка. Думаю, в том состоянии это могла быть любая мелочь. У меня проскользнула идея зайти к Саманте, ведь она проведывала меня в минуты недуга, но я вроде как стараюсь с ней не видеться без необходимости. В общем, надеюсь, они не злятся друг на друга и все понимают. Нам же пришлось экстренно переходить к плану «Б», а именно обустройству теннисного корта.******
Ближе к вечеру томительное для многих ожидание наконец-то подошло к концу. Перед академией выступил сам директор. Его речь тянулась долго. Он обстоятельно разжевывал детали происшествия, словно оправдываясь перед прессой, то и дело вставляя успокаивающие фразы о том, что переживать и паниковать не стоит. По его словам, академия продолжит функционировать в штатном режиме и абсолютно ничего не изменится. Что касается наказаний за вчерашний погром, то здесь руководство решило проявить неожиданное милосердие. Никого не собирались лишать стипендии, заносить выговоры в личные дела или портить студентам биографию. Все ограничилось «легкими отработками». Возможно, администрации просто позарез требовались бесплатные рабочие руки или нужно было пожурить, просто чтобы не расслаблялись. Ситуацию явно решали мирно, не раздувая скандалов. Все звучит идеально, по крайней мере, для учеников, если бы не одно жирное, поистине пугающее «но». В самом конце директор буднично обронил, что интернета и мобильной связи не будет еще пару дней, а телефоны у нас изымут…Понедельник, 3 апреля
Вчера я честно пыталась устроить себе выходной и выкинуть работу из головы, но, проснувшись сегодня, ощутила самую настоящую ломку. К тревоге о том, что там сейчас происходит, добавился интерес. Спрашивал ли кто-то о чем-то? Может, кто-то оформил заказ, не дожидаясь ответа? От этих мыслей было никуда не деться. Но Фуджихару, кажется, было еще хуже. Утром она буквально вслух воскликнула: «Я сейчас с ума сойду от скуки!» — и предложила мне сыграть в карты. Поскольку у меня есть ноутбук, я открыла ей карты. Пасьянс. И она училась его раскладывать. В такие моменты невольно задумываешься о том, как же много сейчас для нас значит онлайн.******
С самого утра приехали специалисты из «Пиона». Судя по всему, чтобы оценить масштабы трагедии, обсудить план действий и решить другие технические вопросы. По слухам, их также сильно заинтересовал студент, который все это устроил, а точнее его необычная сила.******
Без интернета в клубе стало удивительно оживленно. Все чем-то занимались и болтали, пытаясь убить время. Только у Риты ничего не изменилось, ведь она и так всегда играла в офлайн-игры. Глядя на эту картину, я подумала, что именно об этом и мечтала Николь. Она подключала интернет, чтобы заманить всех в клуб, а нужно было сделать ровно наоборот и отключить сеть во всей академии. У этой недели не было никакой определенной тематики. Не нужно было приходить ни на совместные обеды, ни на просмотры фильмов. От нас требовалось лишь посетить одно мероприятие в четверг. О месте и точном времени встречи Николь обещала сообщить позже. Она упоминала что-то о реструктуризации клуба, и, видимо, поэтому неделя намечалась именно такой. И я могла ее понять, ведь на деле выходило совсем не то, что озвучивалось в самом начале. На мероприятия люди приходили кто хотел и когда хотел. Я даже не могу вспомнить, когда мы в последний раз собирались все вместе. Более-менее стабильно на идеи Николь отзывались только я и Трисс. Да и то лично я частенько пропускала и обеды, и кинопоказы. Правда, кажется мне, что как раз таки реальную неделю без интернета надо использовать и загрузить. Как-то даже иронично!Вторник, 4 апреля
— Почему это я должна драить женские уборные, пока остальные прохлаждаются на улице и убираются в саду?! — Киоко влетела в туалет, громыхая ведрами и швабрами, с тем же возмущением, что и вчера. Поскольку меня пронесло и под раздачу я не попала, отрабатывать повинность меня никто не заставлял. Но, слушая бесконечное нытье подруги, я благодушно вызвалась помочь. В конце концов, без интернета заняться все равно было нечем. — В мужских туалетах сейчас тоже кто-то страдает, так что, — протянула я. — Просто не нужно было строить из себя самого умного, — язвительно усмехнулась Анна. — Думала, твои тонкие шуточки понятны только избранным? Посмеялась над местным качком, а его единственная извилина сработала как надо и сослала тебя сюда. Кто бы говорил… Но я не удивлюсь, если узнаю, что мою подругу распределили сюда именно из-за острого язычка. — Ладно, вроде сегодня пусто, — Киоко начала по очереди дергать ручки кабинок. Одна из дверей оказалась закрыта. — Или не пусто, — она легонько постучала кулаком. — Эй, мы тут убираться пришли. Ты там как, надолго? Ответа не последовало. — Все в порядке? — спросила я. — Мм-м, — донесся невнятный звук изнутри. — Ладно, — Киоко пожала плечами и пошла набирать воду. Мы подготавливались, наливали воду, готовили тряпки и средства. Прошло примерно пять минут. Из закрытой кабинки не доносилось ни звука, ни слива воды, ни шороха одежды. — У тебя там случилось чего? Если нужен врач, бумага или психологическая помощь, скажи уже хоть что-то. Нам вообще-то работать надо! В ответ снова тишина. Не знаю почему, но это казалось странным. — Может, она немая? — иронизировала моя дорогая. Тогда бы не было первого «мм-м». Правда, я не думаю, что у нас вообще есть немые. — Если у тебя там какое-то деликатное чрезвычайное происшествие, ты не стесняйся, скажи! Мы все поймем и выйдем! — добавила я, начиная беспокоиться. Снова тишина. Поскольку сверху кабинки были зашиты, Киоко, недолго думая, бесцеремонно нагнулась и заглянула под дверь. — Да нет, все чисто. Там даже ног нет! — озадаченно пробормотала она. — Ты там живая вообще?! — Может, она, как в фильмах, смылась прямиком в унитаз? — смеялась Анна. — А этот замок можно как-то снаружи ковырнуть? — поинтересовалась я у Киоко. Анна, конечно, шутила про унитаз, но учитывая, какие способности бывают, я бы не удивилась. — Могу просто с ноги, — шутя сказала моя подруга, примеряясь к двери. — Или силой! Но с ноги восстановить будет попроще. — Заставь аристократку заниматься черной работой, так она сразу становится хищницей, — замечала Анна, откровенно наслаждаясь глупой ситуацией. Шутки шутками, но настроение и манеры Киоко действительно претерпевали метаморфозы, стоило ей столкнуться с необходимостью делать то, что ей совсем не по душе. Я подозревала, что хоть она и ворчит на свою приемную семью, жилось ей там, в роскоши, очень даже недурно. Отсюда и эти замашки принцессы. В этот самый момент из будки наконец раздался звук. Но это был не человеческий голос, а странный сухой стук. Какой-то методичный, с четкими короткими паузами. — Что это значит? — поинтересовалась я у Киоко, хотя вопрос был чисто риторическим. — Азбука Зорме, — задумчиво протянула она, наклонив голову и прислушиваясь к затихающим ударам. — Теория с немой теперь не такая уж и глупая, — хмыкнула Анна. — «Сос, братан, я попал», — перевела Киоко. Я несколько секунд переваривала услышанное, глупо переводя взгляд с двери на подругу. Киоко произнесла это с абсолютно невозмутимым видом. Я никак не могла понять, шутит ли она сейчас в своей манере или действительно учила шифровальные коды. Самое страшное, что и вводило меня в ступор, то, что я почему-то склонялась к первому варианту. — Так называемая ловушка постиронистов, — смеялась моя особенность, смотря на мой ступор. — Ты шутишь? — в итоге выдала я. Как там мог оказаться парень, на которого она намекает, если вход сюда по браслетам! Будучи парнем, ты не сможешь зайти в места, предназначенные для девушек, и наоборот. — Но Юки как-то попадает в раздевалку мужчин, — справедливо замечала Анна. Так ее никто не видит, она может пройти просто следом. — Хочешь сказать, там… Не успела я договорить, как с глухим стуком в комнату влетел увесистый булыжник. Он прочертил в воздухе стремительную дугу и попал Киоко в голову. Девушка охнула, взмахнула руками, теряя равновесие, и повалилась на мокрый кафель, а из рассеченного места тут же потекла кровь. <-- <-- <-- От произошедшего сердце тут же екнуло, вбросив адреналин, и я по инерции использовала силу быстрее, чем успела осознать весь ужас произошедшего. Я снова стояла позади Киоко. Не теряя времени, я бесцеремонно оттолкнула подругу в сторону, одновременно отскакивая сама. Камень снова влетел в окно. Послышался глухой тяжелый удар. На этот раз он угодил в противоположную стену, выбив крошево из плитки. Следом за ударом раздался резкий сухой треск. В стекле появилась неровная рваная дыра, а оставшаяся часть стеклопластикового полотна мгновенно покрылась густой паутиной мелких трещин, став похожей на потрескавшийся экран смартфона. До этого момента я вообще не знала, что такое окно можно легко разбить обычным камнем, но, видимо, мэсы с их силой спокойно справлялись с этой задачей. В момент удара защелка на закрытой кабинке с треском отскочила. Дверь распахнулась, и наружу, едва не спотыкаясь о собственную обувь, рванул парень. Но Киоко, даже дезориентированная моим внезапным толчком, среагировала как профессиональный перехватчик. Не растерявшись, она мертвой хваткой вцепилась ему в воротник, крутанула вокруг оси и, заблокировав своим телом дверной проем, отрезала единственный путь к отступлению. — Вы что, дебилы?! Вы что, совсем ебанутые, что ли? — невольно, слишком эмоционально возмутилась я, переведя взгляд с разбитого окна на замершую парочку. Сердце все еще бешено колотилось в груди после прыжка во времени. Хочу посмотреть в глаза тому гению, который решил, что разбить окно — отличная помощь для побега. — Смотрю, ты активно готовишься к казино, вот уже и фразы нужные подучиваешь, — смеялась чудовище над моей реакцией. Я просто не понимаю, что вообще происходит в головах местных студентов. Может, газ все еще не выветрился? — Это называется юность! — спокойно констатировала моя дорогая. — Это не я! — тут же вскинул руки парень, испуганно переводя взгляд с Киоко на меня. — Честное слово, девчат, я тут вообще ни при чем! Это все форс-мажор! Я подошла к разбитому окну и осторожно заглянула на улицу. Во внутреннем дворике лениво шелестела листва, а напарника, который только что сотворил это, и след простыл. Конечно, идеальное преступление. Надеюсь, он в курсе, что камеры, в отличие от интернета, не отключали. — И что же ты тут делал? — строго спросила Киоко. Скрестив руки на груди, она угрожающе нависла над нарушителем. — Я понимаю, как это выглядит, — парень, оказавшись зажатым между двумя явно не настроенными на шутки девушками, попытался боком отползти к раковинам, выставив перед собой ладони, словно отгораживаясь от угрозы. — В жизни каждого человека бывают моменты, когда зашел не в ту дверь. — Это точно, братик, — смеялась Анна. — Не получится отделаться шутками, цитируя поп-звезд, — вздохнула Киоко. — Ну, оправдываться вообще не очень по-мужски, — он нервно хихикнул. Невысокий, худощавый, со светлыми растрепанными волосами парень явно пребывал в паническом замешательстве, а потому пытался отшучиваться. Он судорожно оглядывался, явно не зная, куда деться и что сделать. — Я тебе эту швабру знаешь куда засуну? — Киоко усмехнулась и демонстративно схватила указанный предмет, перехватив деревянную рукоять поудобнее. — Малышка дважды не повторяет, — с улыбкой пропела мое солнце. — Ладно-ладно! Мужской туалет был просто закрыт! — затараторил виновник, отступая спиной к зеркалу. — И я подумал: эй, ты же быстрый, заглянешь на секунду в женский, никто и не заметит! — И для этого ты обзавелся напарником и придумал целый план побега? — безжалостно перебила его Киоко, прищурившись. — И вообще, как ты попал сюда без женского браслета-пропуска? Платишь кому-то? — Медвежонок явно забрала себе роль плохого полицейского, — Анна плавно переместилась поближе ко мне. — Будешь хорошим? Или сразу перейдем к пыткам хлоркой? Я, честно говоря, даже не знаю, что сказать. Мой мозг просто отказывается понимать логику поведения этих парней. Единственное, что я понимала отчетливо, так это то, что у меня только что появились лишние, абсолютно ненужные заботы и разборки. — Ну, — он нервно пожевал губу. Было видно, как внутри его головы прокручиваются шестеренки в поисках спасительной лжи. — Давай телефон, — Киоко решительно выставила вперед раскрытую ладонь. — Так мы же их вчера все сдали на хранение в администрацию! Из-за блокировки связи, помните? — парень состроил самое невинное лицо, на какое был способен. — Расскажешь это кому-то другому. Тому, кто не знает, что у каждого пятого здесь есть второй, контрабандный аппарат, — требовательно надавила Киоко, шевельнув пальцами. — Живее. Пока я не обыскала тебя сама, и поверь, тебе это не понравится. — Думаешь? — он подставил руку к лицу, словно оценивая внешность Киоко. — Больные фантазии об обыске змеюкой, — улыбалась моя дорогая. — Как знакомо. И не осудить! — Телефон, — коротко отрезала Киоко, замахиваясь так, словно заряжала швабру для одного супермощного удара. — Или обыскивать уже будут качки. Что-то Киоко разошлась. Видимо, отыгрывается за туалеты. — И сцена уже будет из разряда гачи, — смеялась Анна. Парень переменился в лице и замолчал. Набирая в грудь воздух, он перевел взгляд с терроризирующей его дамы на меня. В его глазах мелькнула отчаянная решимость. Резким движением он выхватил из внутреннего кармана тонкий черный смартфон, замахнулся и со всей силы швырнул его об пол, намереваясь разбить вдребезги. О боже. Мы, видимо, действительно имеем дело с извращенцем, заметающим следы. <-- <-- <-- Я снова воспользовалась силой. Смартфон снова был в его кармане. Опережая его движения, я шагнула вперед, ловко выдернула мобильник прямо из его ладони, сделала быстрый шаг назад и мгновенно активировала экран. Пароля, к его несчастью, не было. Как глупо. Я сразу тыкнула по значку галереи. — Я могу объяснить! — тут же запричитал парень. Он уставился на свои пальцы, потом на меня, сглотнул и поднял руки. — Э-э-э… правда, пока не знаю как, но наверняка этому есть какое-то сугубо научное или художественное объяснение! Я внутренне приготовилась увидеть самый отвратительный непристойный контент, который только может нафантазировать озабоченный подросток. Что-то компрометирующее, выставляющее наших девочек в максимально некрасивом или постыдном свете. Но реальность оказалась куда более специфической. Я листала один за другим снимки. И на всех были запечатлены исключительно ноги. Точнее, голени, лодыжки и ступни наших девчонок из академии. Снято все было через ту самую узкую щель между полом и дверью кабинки. Ракурсы были подобраны с какой-то маниакальной, почти художественной точностью, и все одинаковые, как на подбор. Иногда видишь странные подборки фотографий в интернете на необычные темы и думаешь, кто такое фотографировал и зачем. А он вот… — Пропал интернет, и все в этом мире начало стремительно разваливаться, — угорала Анна, тоже рассматривая галерею. — За неимением сетевой эротики мальчики совершают набеги в женский туалет! Каков масштаб трагедии! Сняла прямо с языка. Я почувствовала, как волна липкого возмущения сменяется желанием приложить ладонь к лицу. Спецоперация «щиколотки». Можно было сделать все нормально, как-то соскользнуть, но нет, с этим окном и всем остальным только отяготил себе приговор. — Что там? — требовательно поинтересовалась Киоко, не способная отойти от двери. Я быстро промотала ленту до самого конца, проверила папку с видео. К счастью, ничего более откровенного или криминального там не обнаружилось. Просто глупый фут-фетиш. Я глубоко, устало выдохнула. — Ладно, пусть идет, — тихо сказала я, выключая экран. — Серьезно?! — он округлил глаза так, словно ему только что объявили об амнистии. Он даже рот приоткрыл от изумления. — Да, — я равнодушно протянула ему телефон. — Вот она, истинная солидарность от любительницы красивых ножек, — уважительно кивнула Анна, отвесив мне большой палец. Действительно. Правда, я люблю, чтобы была композиция, а не просто отдельные части тела. Но, кроме шуток, я не вижу ничего глобально предосудительного или опасного в таких безобидных по сути пунктиках, но способ реализации, конечно, оставляет вопросы, заставляя осуждать. В общем, я подумала, что лучше просто решить все по-тихому, без публичного линчевания. Парня отпустить, а самой пойти в студсовет, рассказать обо всем Рафаэлю и попросить как-то мягко, без скандала, разобраться со всем. Если это возможно. Меньше шума, а значит и меньше проблем для всех нас. Да и Скарлет радовать не хочется, а то у нее не выпуск, а золото будет! Извращенец + накур и сад. — Спасибо! Ты просто королева, я уже практически влюбился! — тут же ожил парень, расплываясь в улыбке. — Не перебарщивай, — сухо оборвала я его. — Отпуская его, ты даешь надежду на светлое будущее, и в глазах уже облегчение, но буквально через мгновенье его схватит монстр. Так вместо одного стресса он испытает два. Лучше ли это? — задумавшись, «почесывала» подбородок Анна. — Виноват, — тут же наигранно поник он, втянув голову в плечи, но глаза его все равно блестели. — Никуда он не пойдет! У нас тут вообще-то целая организованная преступность с порчей имущества, а ты его отпускаешь?! — возмутилась Киоко. — Киоко, — тихо, но веско сказала я, выразительно взглянув подруге прямо в глаза. — Ладно! — она закатила глаза с таким видом, будто делала одолжение всей академии, а не мне. — Но с окном вам двоим придется что-то решать, — добавила я. — У вас есть, быть может, пара часов, чтобы придумать очень правдоподобное оправдание. — Все сделаем в лучшем виде, шеф! — он, видимо, чувствуя, что новых проблем прямо сейчас не предвидится, довольно кивнул, после чего боком вышел в коридор. Уборная снова погрузилась в относительную тишину. — И что это за внезапная доброта к преступнику? — Киоко повернулась ко мне, опершись на швабру. — Ты понимаешь, что косвенно нас тоже осудят? Не говоря уже о том, что последствия тоже убирать нам. За что? За то, что просто известили о проблемах? Или потому, что не привели его сразу? — Так гонцов с плохими вестями раньше и сжечь могли, кста, — замечала моя дорогая. — Просто не хочу быть палачом, — мягко ответила я. — Сейчас мы все равно пойдем в студсовет и обо всем сообщим, но решим все мирно, ладно? Без публичного позора. Не хочу, чтоб его еще исключили. Киоко спорить не стала, хотя посмотрела на меня, наверное, подумав: «Ну это же Лиза, она почти как архангел, не любит делать людям больно. Как благородно!». Нет! Она подумала: «О боже». — И все-таки, что там было, что ты стала так снисходительна? — поинтересовалась подруга. — Ты, надеюсь, снимки все удалила? — Э-э-э…Среда, 5 апреля
Сегодня телефоны нам наконец-то вернули. Здорово! Однако на экранах все так же горел значок отсутствия сети, и все по-прежнему не работало. Это все равно, что голодному дать бургер, но сказать, что есть нельзя, можно только смотреть! Администрация явно наслаждается нашими страданиями, прикрываясь благородством! Так шел третий день нашего тотального отлучения от цивилизации. Внутри академии недовольство нарастало, по крайней мере, мое точно! Я уже должна была забыть о заказах и смириться, но нет… И это давило на меня так, что я подумывала, грешным делом, переступить через гордость и обратиться к Трисс. Впрочем, вчерашний инцидент в уборной принес не только лишние хлопоты, но и пищу для размышлений, а именно новость о том, что у каждого пятого здесь припрятан второй телефон. Значит ли это, что мы могли бы иметь интернет, не парясь за достижения? Стоило мне завести об этом разговор с Киоко, как та сказала, что толку от второго телефона, по сути, ноль, ведь у нее с ее силой он есть, но она им не пользуется. Ведь даже если подключить на него какой-то интернет, здесь, он тупо не будет работать. Так, руководствуясь этими словами, я уверяла себя, что Трисс с ее возможностями не сможет сотворить чудо и подключить мне интернет. Нашла оправдания, чтобы не связываться с ней!******
По окончании последней пары у дверей аудитории меня внезапно встретила София. — Идем, — коротко бросила она, едва наши взгляды встретились, и тут же развернулась. Я оглянулась на Киоко. Подруга лишь неопределенно пожала плечами. Беззвучно шевельнув губами «до вечера», я попрощалась с ней и поспешила следом, едва успевая за стремительным шагом Софии. Девушка вела меня, не оборачиваясь. К моему удивлению, мы вышли прямиком к главному контрольно-пропускному пункту. Бросив пару коротких фраз дежурному охраннику, от которых тот лишь послушно кивнул, она открыла дверь и вывела меня наружу. Там, прямо у входа, меня ждала Лисара. Я так рада была видеть ее здесь, что, позабыв о всяком приличии и присутствии Софии, с разбегу бросилась к ней на шею. Я уткнулась носом в ее плечо, вдыхая знакомый аромат, и крепко зажмурилась, чувствуя, как внутри растекается тепло. Ее руки ласково обняли меня в ответ, согревая. Когда объятия неохотно закончились, она слегка отстранилась, глядя на меня с улыбкой. — Идем? — мягко спросила она. Протянув мне свою раскрытую ладонь, девушка кокетливо поиграла пальцами, приглашая следовать за ней. — А можно? — я нерешительно замерла и почему-то обернулась на Софию, будто она выдавала разрешения. — Уже да, — девушка едва заметно улыбнулась уголками губ, оценив мою растерянность. — Иди. Я все улажу, не переживай. — Да мы как будто бы недолго, — Лисара перехватила мою руку, крепко сжимая пальцы, и потянула в сторону лесного массива. — Погуляем часик по местным лесам, подышим воздухом. — А дальше по плану отписка о том, как мило и прикольно мы погуляли, наслаждаясь девственной природой и обсуждая последние сплетни, — язвительно подала голос Анна. Да! Именно так!
