Прелестный аллерген

— Он его, наверно, подобрал. — Подобрал? Но бейджик такой маленький, как он его увидел вообще? Не обманывай меня! — насупившись, Цзян Юйфань побежал за Юэ Чжиши на второй этаж. — Даже если и так, как он узнал, что Юэ Чжиши это ты? — продолжал допытываться он, поднимаясь по лестнице. — Разве я серая мышка? Благодаря миловидной, необычной для Китая внешности Юэ Чжиши с первого дня покорил всех в средней школе. Но Цзян Юйфаня так просто не провести: — Я до смерти за тебя испугался. Уж думал, тебе конец, как увидел Сун Юя с повязкой на руке. Юэ Чжиши, запыхавшись, держался за перила. — Почему? — Как почему? Мало того, что в первый учебный день ты нарушил правила, так еще и с ледышкой Сун Юем на дежурстве столкнулся. Я решил, он тебя на месте четвертует, когда он к тебе потянулся. Они почти дошли до класса, поэтому Юэ Чжиши повернулся и шикнул на него. Ребята прошмыгнули в кабинет. Руководитель как раз проверял посещаемость. Юэ Чжиши, затаив дыхание, остановился в дверях, от бега его кудрявые волосы слегка растрепались. — Учитель… Их классный руководитель, Ван Цянь, был еще весьма молод. Он преподавал китайский и легко находил общий язык с детьми. Но если его разозлить, он спуску не давал. К счастью, Юэ Чжиши относился к послушным ученикам. Он никогда не опаздывал и не прогуливал, не нарушал дисциплину и получал хорошие оценки. Юэ Чжиши нравился учителям, и сейчас их руководитель не стал к нему придираться: — Заходи. Но Цзян Юйфаню повезло меньше. На лице Ван Цяня заиграла ехидная улыбка: — Так-так, вот и наш неизменный участник команды опаздывающих. — Учитель Ван, — Цзянь Юйфань почесал затылок. — Я ж на полшага от Юэ Чжиши отстал. — Верно. Похвальная задумка, — Ван Цянь скрестил руки на груди. — Отныне не отставай на уроки от своего товарища больше, чем на полшага. А иначе, утреннее занятие проведешь стоя, в качестве наказания. — А? — обомлел Цзян Юйфань. Ученики восьмого класса, наблюдавшие за потешным представлением, дружно рассмеялись. — Какие-то вопросы? В таком случае, садись на свое место, — Ван Цянь закончил его отчитывать и принялся дальше наставлять класс. — В обычное время небольшие шалости еще простительны. Но на торжественной линейке ведите себя прилично! Если вас поймает директор, я ничем не смогу помочь. Отличитесь перед всеми, еще даже не поступив в старшие классы, и можно сказать, не зря в школу ходили. Ученики тихонько рассмеялись, кроме Юэ Чжиши, который все еще восстанавливал дыхание. Юноша попытался запихнуть рюкзак в ящик под партой, но как бы ни старался, ничего не выходило. Внезапно он осознал, что там уже что-то лежит. Юэ Чжиши пошарил рукой и выудил изящную коробочку сапфирово-синего цвета. Странно. Он пригляделся. — Это от кого? Первый день в школе, а ты уже подарки получаешь, какая прелесть, — шепотом поддразнил Цзян Юйфань, облокотившись на парту. — Хорошо быть красавчиком. — Не очень, — Юэ Чжиши украдкой кинул взгляд на учителя, а потом открыл коробку. Внутри лежали элегантная перьевая ручка и пузырек чернил, а сверху — открытка. Не доставая ручку, он развернул открытку и внимательно прочитал. Затем сложил ее обратно и убрал коробку в ящик под партой. Охочий до сплетен, Цзян Юйфань развесил уши: — Из какого она класса? Такие перьевые ручки дорого стоят. Юэ Чжиши поджал губы, призадумавшись. — Нас же не сразу отпустят домой после линейки? — Нет, наверное, мы сначала в кабинет пойдем. А что? — Я хочу зайти в одиннадцатый класс и вернуть его. Ученики начали подниматься с мест, чтобы отправиться в спортзал. Цзян Юйфань недоумевал, зачем Юэ Чжиши возвращать подарок. — Как можно, Лэ Лэ. Уверен? Ты же ранишь девичьи чувства. Юэ Чжиши немного проголодался, так что расстегнул молнию на рюкзаке и достал рисовую булочку. Разорвав упаковку, он откусил сразу половину. — Но если не вернуть, она решит, что я ответил взаимностью, — неразборчиво пробормотал он с набитым ртом. — А это не так, нехорошо получится. Да и я в средней школе учусь, нельзя мне пока на свидания ходить. Цзян Юйфань неверяще приподнял бровь. — Когда это ты стал пай-мальчиком? У пацана из параллели в прошлом семестре целых три подружки было. Ладно уж. Все равно тебе не понять девушку, которой разбили сердце. Разбитое сердце. Юэ Чжиши и правда не знал, каково это, но он рассудил, что разбитое сердце лучше обмана. — Я все ей объясню. Юэ Чжиши быстро прожевал и поспешил за одноклассниками. Вдруг из рюкзака выпала новенькая упаковка с лекарствами, и он наклонился, чтобы ее поднять. Юноша хотел положить коробочку в карман, но тот оказался слишком мал. Тогда Юэ Чжиши решил порвать таблетницу, но она была из хорошего пластика. — Пошли уже, — подтолкнул его Цзян Юйфань. — Иду, иду. Ученики со всей школы буйным потоком хлынули в спортивный зал. Уже внутри Юэ Чжиши оглянулся по сторонам и не обнаружил мусорного ведра. Тогда он спешно прикончил последний кусочек булочки, а потом смял упаковку и засунул ее в карман школьных брюк. Пейя — очень известная старшая школа в их районе. Здесь преподавали по западному образцу, в отличие от более бюджетных учебных заведений в округе. Многие выпускники дальнейшее образование получают за границей. О Пейе ходит присказка: только половина ее старшеклассников сдают экзамены в местные университеты. К тому же их школа славилась богатством и широкими габаритами — средняя и старшая параллели соседствовали бок о бок. Учеников было много, и ежегодная торжественная линейка представляла собой поистине грандиозное зрелище. Обычно школьников в Пейе никто не ограничивал, и на шалости смотрели сквозь пальцы, но такой день испортить нельзя. Старшеклассники заходили первыми и рассаживались в зале по классам. На страже порядка стоял Циркуль. — Ученики средней школы с шестого по одиннадцатый класс, садитесь в центре, — указал он. — А? — Почему снова синие? — Эх, опять на пол садиться. Летняя форма средней школы Пейя — светло-голубые рубашки с короткими рукавами, а у старшей школы они белые. Те же цвета имели вязанные жилеты для зимнего сезона. Со временем цвета стали использовать как отличительные знаки. Учащиеся принялись занимать места. Девочки не виделись целое лето и спешили поделиться горячими новостями. В конце концов, они обожали сплетничать. — Видели прошлой ночью доску откровений? — Нет, а чье там письмо? — Ученицы из второго класса средней школы. Она призналась Сун Юю — написала целое сочинение, говорит, втюрилась в него еще в том году. — Ого, какая храбрая… он же школьный принц [1]. — А как у нас выбирали школьного принца? Не помню, чтобы я голосовала. — Мы и не выбирали, но Сун Юя негласно все признали принцем. Не могу поверить, что она решилась за ним приударить. Не видела, чтобы он хоть раз сближался со старшеклассницами, а с девушками из средней школы и подавно. Услышав имя Сун Юя, Юэ Чжиши взбодрился, хоть ему и стало немного неуютно. У него зачесалось лицо, он поправил волосы и огляделся, а потом направился к своему классу. Их руководитель скомандовал всем садиться на пол. Юэ Чжиши примостился в конце группы мальчиков. Девочки впереди оставили тему любовного послания и переключились на обсуждение школьных красавчиков. — А потом на доске откровений начался спор. Кто-то написал, что у Сун Юя непроницаемое лицо и ему нет ни до кого дела. И он не чета Юэ Чжиши из средней школы. Помираю со смеху. Подумать только, все свелось к нашему классу. — Почему это он не чета Юэ Чжиши? Лэ Лэ симпатяшка. У него миленькое личико с европейскими чертами и хороший характер. — Кто-то написал, что он еще не дорос. Поэтому после долгих перепалок решили, что у старшей и средней параллелей будут свои школьные принцы. Так что спор утих. — Ха-ха, и то верно. Такие красавчики есть только в играх. Вот бы их рядом увидеть, чтобы сравнить. — Трудно будет их вместе сфоткать. Они почти не пересекаются. Цзян Юйфань навострил уши и увлеченно ловил каждое слово, совершенно забывшись. — А ты хорош Лэ Лэ, — прищелкнул он языком. — Тебя вон даже с Сун Юем сравнивают. Юэ Чжиши, вытянув шею, сосредоточенно искал в зале Сун Юя и не слышал, что о нем говорили девочки, а потому шутка Цзян Юйфаня застала его врасплох. — А? Вдруг девочка, сидящая впереди, повернулась к ним с пытливой улыбкой на лице. — Лэ Лэ, что ты думаешь о Сун Юе? Его впервые спросили о Сун Юе с тех пор, как он пошел в среднюю школу. Юноша ощутил укол вины. Подобное чувство он испытывал, когда прятался под солнцем и ждал Сун Юя. Юэ Чжиши невольно захлопал ресницами, придумывая подходящий ответ, словно они с Сун Юем незнакомцы. — Сун Юй очень красив, и оценки у него хорошие, — а потом Юэ Чжиши не устоял и принялся его защищать: — А еще я думаю, он неплохой человек. Просто неразговорчивый. Но это не значит, что у него скверный характер. Хоть он и немного пугающий, но правда очень хороший… — необычайно серьезно произнес Юэ Чжиши. С каждым его словом девушка все больше ощущала какой-то подвох. Как вдруг ее осенило. — Погоди, откуда ты знаешь, что он хороший? — в смятении прервала она Юэ Чжиши. Все-таки не умел он хранить секреты. На мгновение Юэ Чжиши утратил дар речи. — А Сун Юй не так плох, как я думал, — вдруг встрял в разговор Цзян Юйфань. — Он сегодня дежурил и не доложил, когда нашел бейджик Юэ Чжиши. И даже помог ему тайком от Циркуля. — Правда? — Настоящий герой! — Недаром он школьный принц! Линейка началась, и классный руководитель велел им прекратить разговоры. Только тогда болтушки поутихли. Юэ Чжиши облегченно вздохнул — он чуть себя не выдал. Узнай они об их с Сун Юем отношениях, разнесли бы сплетни по всей школе. Из года в год на линейке говорили одно и то же. Юэ Чжиши совсем не следил за выступлениями на сцене. Немного позже вышла ученица из их класса, которая представляла среднюю параллель — настоящий школьный тиран [2]. Юэ Чжиши расправил плечи и поднял голову, стараясь увлеченно слушать ее речь, но яркий свет в спортзале слепил ему глаза. Голова его потихоньку опускалась, словно подсолнух, увядающий под жаркими солнечными лучами. Слегка крутило живот, возможно, он слишком быстро съел булочку. Казалось, будто внутри набух ком ваты, и ни назад, ни вперед сдвинуться не может. Юэ Чжиши потер живот и посмотрел на свои холщовые кеды, которые случайно испачкал в грязи. Юноша сфокусировал взгляд на пятнышке на носочке — оно, как тяжелая грозовая туча, медленно увеличивалось и расползалось. Шум аплодисментов ознаменовал окончание выступления и хлынул ему в уши кипятком, обжигая до самой груди и заполняя паром легкие. По спортзалу пронеслись волнительные шепотки. В горле пересохло и першило, словно там застряло перо. Юэ Чжиши опустил голову и прокашлялся, а в это время на сцену вышел следующий представитель от школьников. Едва он приблизился к микрофону, воздух разрезал визг динамиков — зловещее предзнаменование. Но мгновением позже из непослушного микрофона раздался глубокий голос: — Прошу прощения. Юэ Чжиши тут же вскинул голову и взглянул на выступающего. Грудь его вздымалась. — Всем доброго утра. Я Сун Юй из класса 3-5 старшей школы. Сердце Юэ Чжиши стучало с ненормально бешенной силой. Как и говорили девушки, красоту Сун Юя разве что слепой не заметит. Стройный и высокий, с проницательными острыми глазами — все в нем казалось невероятно отстраненным и серьезным. На его изящном лице не отражалось ни единой эмоции. В отличие от него Юэ Чжиши так и лучился мягкостью и теплом, и его черты казались юными и невинными, лишенными всякой агрессии, а ясные янтарные глаза сияли искренностью и простотой. — Сегодня первый учебный день… — произнес Сун Юй, опустив взгляд на папку, которая лежала на его предплечье. Говорил он не быстро, не медленно и временами поднимал на аудиторию спокойные глаза. С раннего детства Юэ Чжиши любил, когда Сун Юй что-нибудь рассказывает, неважно что. Но сейчас ему было дурно — он изо всех сил вслушивался в каждое слово, но совсем не мог сконцентрироваться. Зуд и першение в горле становились все явственнее. С каждым вдохом легкие все больше сдавливало, воздух едва проходил по суженным бронхам. О нет. Слишком хорошо ему знакома эта реакция. Юэ Чжиши вытащил из кармана смятую упаковку, чтобы проверить. От каждого глотка воздуха легкие раздувались с шипением кузнечных мехов. Как и ожидалось, он ошибся. У этой фирмы обычная булочка от рисовой отличается только значком в нижнем правом углу, в остальном упаковка совпадает. Юэ Чжиши страдал от сильной аллергии на пшеницу. Кроме стандартных симптомов — сыпи и зуда в горле, у него возникала самая тяжелая аллергическая реакция — астма. Она проявлялась лишь из-за большой дозы аллергена, но всегда с ужасающей силой. В спортзале царила тишина. Юэ Чжиши слышал лишь голос Сун Юя и все более различимые хрипы в легких. Первое, что он ощутил — это сожаление за то, что оставил лекарства в классе. Кто же знал, что в единственный раз, когда он не возьмет их, у него начнется приступ аллергии. Но эта мысль быстро вылетела из головы, обернувшись инстинктивной потребностью как можно скорее позвать на помощь. Борьба с астмой отняла у него всю энергию, и юноша из последних сил бросился вперед и схватил Цзян Юйфаня за руку. Люди вокруг заметили, что он странно себя ведет. — Новый семестр — это новое начало, — продолжал вещать Сун Юй, не поднимая глаз. Ученики под сценой оживленно заголосили, особенно шумно было у одного определенного класса. Некоторые школьники даже поднялись и образовали круг. Учащиеся из других классов тоже почуяли неладное и оглядывались по сторонам, вытягивая шеи. — Для нас это и шаг вперед, и поворотная точка. Все накопленные знания и опыт готовы вырваться на свободу — переломный момент уже на пороге. Сун Юй оставался себе верен и продолжал речь как ни в чем не бывало. Наконец он поднял глаза и увидел сквозь толпу людей упавшего на пол ученика. Вот только лица его Сун Юй не разобрал. — Лэ Лэ! Как ты себя чувствуешь?! Директор, не понимая, что происходит, принялся утихомиривать школьников. — Мальчики, что у вас там случилось? — Учитель! — с тревогой воскликнул Цзян Юйфань, стоя на коленях. — Здесь человеку плохо! Речь выступающего на сцене внезапно прервалась. С резким и неожиданным грохотом упала папка, и звук усилился динамиками. Директор посмотрел на сцену, но там уже никого не было. — Ну и бардак! Член школьного кружка фотографии, ответственный за съемку линейки, с потерянным видом держал камеру. Он не знал, гнаться ему за выступающим или снимать и дальше пустую сцену. Из-за несчастного случая небольшую заминку в речи еще можно было понять и простить. Но представитель старшей школы просто сбежал со сцены, и словом не обмолвившись. И был это не кто иной, как Сун Юй. Вот что особенно странно. ________ Автору есть что сказать: Позже на доске откровений в разделе комментариев появилась еще одна взрывоопасная новость, но никто не вспомнит причину ее отправки. Примечания переводчика: [1] В оригинале звучит как "школьная трава", так говорят про самого красивого мальчика в школе. Для девочки есть аналогичный термин - "школьный цветок". В угоду благозвучности в переводе данные прозвища заменены на "школьного принца" и "принцессу школы". [2] "Школьным тираном" (学霸), в свою очередь, называют самого умного в классе с самыми высокими оценками. Подобные определения встречаются и в университете.