Прелестный аллерген

Субботним утром Юэ Чжиши проснулся раньше обычного и помог Линь Жун приготовить завтрак. Выпив стакан молока, он зашелся кашлем — вчерашняя простуда не прошла до конца. Тетя Жун настояла, чтобы он выпил лекарство. Спустя какое-то время спустился Сун Юй, съел несколько пельменей шаомай и ушел на конференцию. Едва за ним закрылась входная дверь, как Юэ Чжиши сорвался с места и начал собираться. — Тетя Жун, я тоже ухожу. Линь Жун поспешила из кухни за ним. — Ты уже наелся? Или вы сначала перекусите в какой-нибудь кафешке? — Затем она увидела, как Юэ Чжиши застегивает черную толстовку и надевает маску. — Милый, ты на день рождения собрался или грабить банк? — Я опаздываю, потом поговорим! Собравшись, Юэ Чжиши со всех ног побежал из дома. Завтрак занимал важную часть в жизни их города, и по утрам на улицах было особенно оживленно. На каждом углу стояли кафе и магазинчики всех цветов и размеров, к которым выстраивались бесконечные очереди голодных покупателей. В маленьких кафешках зачастую не хватало мест на всех, а потому, получив заказ, многие люди выходили наружу и за разговорами уплетали свои любимые блюда. По пути на уроки школьники покупали горячую сухую лапшу[1] или доупи[2] и ели прямо на ходу, пока дожидались автобуса или метро. Каждый выживал, как умел. Юэ Чжиши пересек улицу, полную дыма и болтовни, и наконец увидел Сун Юя у светофора. Гэгэ предстояла речь, а потому на нем была официальная черная рубашка, заправленная в брюки и с подвернутыми манжетами. Такая одежда подчеркивала его длинные ноги и узкую талию, и Сун Юй сильно выделялся из толпы. Юэ Чжиши изначально не горел желанием светиться на дне рождения одноклассницы, но как только он узнал о выступлении Сун Юя, ему и вовсе расхотелось идти на праздник. Но раз Сун Юй отказал даже родителям, то и Юэ Чжиши ни за что бы не разрешил посмотреть выступление. Так что выбора не оставалось, и Юэ Чжиши решил последовать за ним тайком. В конференц-зале будет куча народа, Сун Юй точно его не заметит. Загорелся зеленый, и они направились ко входу в метро, Юэ Чжиши держался на расстоянии в десять метров. Поначалу он волновался, что Сун Юй вызовет такси, но, к счастью, обошлось, и гэгэ выбрал общественный транспорт. Иначе поездка напоминала бы шпионский блокбастер — пришлось бы просить водителя следовать за машиной, в которой ехал Сун Юй. Юэ Чжиши в самый последний момент прошмыгнул в вагон следом за Сун Юем. Спрятался за пожилым господином и выглянул на Сун Юя. Любопытный старичок проследил за его взглядом, а потом с подозрением покосился на юношу. Юэ Чжиши опустил капюшон на глаза и отступил на полшага. Затем сменил прикрытие — теперь он притаился за офисным клерком, который сосредоточенно копался в телефоне. Как и в любом поезде на второй линии уханьского метро, весь интерьер в салоне был выполнен в девчачьих розовых цветах, даже поручни. А потому Сун Юй во всем черном смотрелся крайне вызывающе и неприступно, словно его от остального мира отделял невидимый барьер. Юэ Чжиши, который то и дело озирался по сторонам, не слишком понимал, что и сам одет в черное и привлекает не меньше внимания. В море розовых пузырьков они оказались маленькими черными точками. Не прошло много времени, как они приехали и поспешили к розовому выходу из вагона. Затаившись в толпе, черная точка помладше старалась не отставать от своего старшего собрата. Они очутились на станции со множеством входов и выходов, и тут же их подхватил поток людей. Юэ Чжиши заметил на лестнице молодую мать с большим рюкзаком — одной рукой она тащила тяжелый на вид чемодан, а другой вела ребенка трех-четырех лет. Устав, женщина остановилась отдохнуть пару секунд. — Дайте же пройти… пропустите, пожалуйста, — в раздражении бросил ей «белый воротничок» и, протиснувшись мимо, побежал дальше по лестнице. — Простите. — женщина притянула к себе ребенка и повернулась боком. — Проходите. Поначалу Юэ Чжиши видел эту сцену издалека, но толпа быстро вынесла его к лестнице, и он оказался рядом с молодой мамой. — Давайте я вам помогу, — предложил он, а затем подхватил чемодан и пошел по лестнице рядом с женщиной. Она рассыпалась в благодарностях, и даже малыш мило улыбнулся ему и сказал «спасибо». Лестница была очень длинной. Когда Юэ Чжиши наконец поднялся наверх и поставил чемодан, Сун Юя уже и след простыл. Ох нет! Он совсем забыл о своей слежке. Куда ни посмотри, повсюду мельтешат люди, повсюду царит неразбериха. Юэ Чжиши вытянулся на носочках и огляделся по сторонам, но даже тень Сун Юя уже исчезла. Он побродил взад-вперед, обошел вокруг выхода пару раз и вдруг наткнулся на чайную лавку — популярное сетевое местечко, где готовили молочный чай. По соседству располагалось бюро находок, но там за прилавком никого не было. Да и Юэ Чжиши, так или иначе, ничего не потерял. Разве что человека, за которым следил. Но теперь Чжиши, по всей видимости, пропустит выступление. Он изо всех сил старался не раскисать и как-то взбодриться. От сладостей всегда улучшается настроение, так что юноша решил выпить молочного чая, а потом поехать домой и сделать вид, что ходил на утреннюю прогулку. — Здравствуйте, хотите что-нибудь заказать? — М… — Юэ Чжиши окинул взглядом меню. — Полусладкий зеленый чай с молоком. И добавьте, пожалуйста, тапиоку и кокосовое желе, — попросил он, и только потом сунул руку в карман штанов и с удивлением обнаружил, что там пусто. Похоже, он забыл мобильный дома на диване. Увидев, что продавщица уже начала готовить чай, Юэ Чжиши стал лихорадочно ощупывать одежду, в надежде найти хоть какие-то деньги, которые он оставил в прошлый раз. Но все его усилия оказались тщетны. Ему отчаянно хотелось, чтобы за спиной возникла огромная рука и встряхнула его как следует — вдруг что-нибудь да выпадет. Тем временем продавщица протянула ему стаканчик. — Вот, ваш зеленый чай. — Ох, спасибо, — Юэ Чжиши растерялся: брать напиток или нет? Его рука застыла в воздухе. — Как желаете оплатить? Наличные, Alipay или WeChat? — с вежливой улыбкой спросила продавщица. У Юэ Чжиши полыхали уши. Со стороны казалось, что он раздумывает как лучше рассчитаться, но на самом деле все его мысли занимал лишь вопрос — позволят ли ему вернуться домой за деньгами, а потом приехать обратно? — Эм… — WeChat, — раздался за спиной знакомый голос. Он резко повернулся и увидел Сун Юя, который с ледяным лицом протягивал телефон. Отсканировав QR-код, он взял чай, вставил соломинку и сделал большой глоток. Затем развернулся и ушел, так словно Юэ Чжиши был для него пустым местом. — Гэгэ… — кружил вокруг него Юэ Чжиши. — Это мой чай… Сун Юй слегка нахмурился, остановился и с толикой недовольства посмотрел на стаканчик с чаем. — Слишком сладкий. Так сахара положили вдвое меньше. Все равно слишком сладко? Затем Сун Юй протянул ему стакан. Не найдясь с ответом, Юэ Чжиши просто забрал свой чай и дальше пошел за гэгэ по пятам. — Почему ты сюда пришел? Сун Юй указал на оставшийся позади прилавок рядом с чайной. — Бюро находок. — Юэ Чжиши кинул за спину беглый взгляд и вновь посмотрел на Сун Юя — тот приподнял бровь и спросил: — Зачем ты меня преследовал? — Я… слова застряли у Чжиши в горле. От Сун Юя, как всегда, ничего не получилось утаить, а потому он честно признался: — Очень уж посмотреть хотелось. Я бы тебя не потревожил, а потом уехал бы сам домой. Ты и дяде с тетей не разрешил, а меня бы и подавно не взял. Что мне еще оставалось? Только тайком увязаться за тобой, — а потом, понизив голос, добавил: — Ты мне даже не рассказал. Плечом к плечу они вышли из метро на залитую ярким солнечным светом улицу, и Сун Юй невольно зажмурился. — Что не рассказал? — Что тебя выбрали на «Сяньхао», — Юэ Чжиши шумно втянул чай сквозь трубочку. — Я чуть все не пропустил. — Не в моих правилах срывать чьи-то встречи[3], — спокойно произнес Сун Юй. Юэ Чжиши показалось, что у слов Сун Юя есть двойное дно, но сейчас ему хотелось лишь оправдаться. — Не было у меня никаких встреч! — вспылил он и продолжил упрямо доказывать: — Я не принял приглашение. Сун Юй гэгэ, опять ты все не так понял, как тогда, в медпункте. Мимо них на всей скорости пронесся велосипед. Сун Юй успел его заметить и ловко схватил Юэ Чжиши за локоть и притянул к себе, чтобы тот не поранился. — Ясно, — Сун Юй отпустил его руку. — Смотри по сторонам, маленькая вертихвостка[4]. Да он точно издевается! Чжиши чуть не взорвался от гнева, но тут Сун Юй произнес: — Когда в следующий раз устроишь за мной слежку, не забудь телефон. — Затем Сун Юй взглянул на светофор на другой стороне дороги. Загорелся зеленый, и ребята пошли. — Я не стану тебя искать, если снова потеряешься. Это слово — «снова» — что-то всколыхнуло в душе Юэ Чжиши, и вся его злость вмиг рассеялась. Тогда ему было пять, и он увязался за Сун Юем поиграть в парке. Юэ Чжиши очень хотелось мороженого, и Сун Юй повел его к ларьку, чтобы купить. Мимо прошел торговец с целой связкой красивых воздушных шаров, особенно взгляд Юэ Чжиши привлек шарик в форме рыбки. И мальчик, позабыв обо всем на свете, отправился за продавцом. Когда Сун Юй заплатил за мороженое и повернулся, Юэ Чжиши как ветром сдуло. Хорошо, что Сун Юй сразу обратился к сотруднику парка, который объявил по громкоговорителю о пропавшем ребенке. Иначе кто знает, может, его бы так и не нашли. Но все обошлось, и вскоре Юэ Чжиши привели к Сун Юю. После того происшествия у Юэ Чжиши поселился страх потеряться и остаться в одиночестве. Однако он не знал, как повлиял этот случай на Сун Юя. Единственное, что он хорошо запомнил — лицо Сун Юя, влажное от слез, когда они наконец встретились. Тогда он в первый и последний раз видел, как Сун Юй плачет. Конференция проводилась в городском Дворце Молодежи. За стойкой у входа сидели администраторы и проверяли всех, кто проходил внутрь. Ребята встали в очередь за девочкой, которую сопровождали родители. — Мы ее семья. Верно, мама и папа. Пропустив их в зал, сотрудник переключил внимание на следующих в очереди и долгих две секунды рассматривал Юэ Чжиши. Сун Юй показал удостоверение личности, и мужчина кивнул ему, а затем указал на Юэ Чжиши: — А он?.. — Член семьи, — ответил Сун Юй. Юэ Чжиши подумал о родителях с дочкой, которые стояли впереди — настоящая семья, в отличие от них с Сун Юем. Ну а как по-другому его представить? Младший брат — куда более узкое понятие, которое подходит ему и того меньше. По лицу работника скользнула тень недоверия, но все же он кивнул и выдал Юэ Чжиши пропуск слушателя. — Проходите, волонтеры помогут вам найти места. — Спасибо. Юэ Чжиши сидел сзади в окружении, по большей части, родителей. На него никто не обращал внимания. Сун Юй проследил, чтобы он нормально устроился, и уже собрался уходить к своему ряду, где сидели выступающие. Как вдруг к ним подошли двое очень симпатичных парней. Юноша слева особенно притягивал взгляд своей очаровательной улыбкой с тигриными клычками. Солнечный и открытый, он был полной противоположностью Сун Юя. Парень легонько пихнул Сун Юя плечом и сказал: — Давно не виделись! — Ся Чжисюй, — оглянулся Сун Юй с непроницаемым лицом. Он также заметил и другого юношу — изящного и опрятного, который стоял рядом с Ся Чжисюем. Они обменялись кивками. После такого тихого приветствия Сун Юй спросил: — Вы с Сюй Цичэнем тоже участвуете? В Цзинцзяни от одного класса отправили двоих? — Не разбрасывайся так обвинениями, — ухмыльнулся Ся Чжисюй. — Наши с Цичэнем дороги разминулись во втором классе. У меня естественно-научный профиль, а у него гуманитарный. Люди наслушаются тебя и будут думать, что Цзинзцянь — какая-то мутная школа, — он по-свойски закинул руку на плечо Сюй Цичэня. — В прошлый раз мы с тобой пересекались в первом классе на соревнованиях по баскетболу между старшими школами. Не удивительно, что ты не в курсе. Затем все с той же открытой улыбкой он перевел глаза на Юэ Чжиши. Уловив заинтересованность в его взгляде, Юэ Чжиши и поднялся с места. — Здравствуйте. — А он твой?.. — Ся Чжисюй перевел взгляд на Сун Юя. — Член семьи, — не дожидаясь ответа гэгэ, Юэ Чжиши просто повторил сказанное им ранее. Затем украдкой взглянул на Сун Юя, но не смог ничего прочитать на его лице. — Член семьи? — что-то в этих словах так позабавило Ся Чжисюя, что он расхохотался и получил толчок в бок от Сюй Цичэня. — Простите за смех, меня посетили «радужные"[5] мысли. Вы просто совсем друг на друга не похожи. Значит, у младшенького кто-то из родителей не китаец? Беленькая кожа, милые глазки… — продолжал он, не сводя глаз с Сун Юя и тщательно подбирая слова. — Может, он твой двоюродный брат? По отцу или по матери? Только не говори, что он сын ваших соседей. — Я живу в его доме, — торопливо уточнил Юэ Чжиши. Но в голове его вертелась фраза, которую он все не мог понять, поэтому спросил в лоб: — Скажи, а какие такие у тебя радужные мысли? Сун Юй бросил на него взгляд, и Юэ Чжиши добавил «пожалуйста». — Ну… как бы… — Ся Чжисюй попытался соскочить с темы. Он бросил беглый взгляд на Сун Юя, а потом повернулся к Сюй Цичэню и вздохнул: — Как же здорово иметь такого миленького братишку. Вот бы и мне такого. Юэ Чжиши поправил, что они с Сун Юем не связаны братскими узами, но ему никто не ответил. Тишину вдруг нарушил Сюй Цичэнь. — И мне, — сказал он Ся Чжисюю. Казалось, как бы Юэ Чжиши ни оправдывался, разговор все равно скатится к теме братьев. Так что он оставил попытки что-либо объяснить. Сюй Цичэнь посмотрел на него с мягкой приятной улыбкой. — Ты все еще не сказал, как тебя зовут. У юноши были печальные, словно подернутые туманной дымкой глаза. Юэ Чжиши сразу же вспомнились герои из манги с трагичной судьбой. Он задумался на пару секунд, пытаясь отыскать подходящее определение. Пожалуй, слово «меланхоличный» как нельзя лучше описывало его взгляд. Поскольку Юэ Чжиши не торопился с ответом, Сюй Цичэнь сам протянул руку и представился. Для Юэ Чжиши это был важный момент — не так уж часто выпускник первым знакомится с учеником средней школы. Он сразу пожал руку и искренне произнес: — Прости, я немного отвлекся. Я Юэ Чжиши. С улыбкой в глазах Сюй Цичэнь вполголоса повторил его имя. — Добрый дождь знает свою пору[6]. 　　 — Мне тоже нравится это стихотворение, но когда я родился, дождя не было, — заметил Юэ Чжиши. Сун Юй окинул его взглядом. «Зато дождь полил, когда ты приехал». — Ты как всегда ищешь скрытый смысл в именах, — вмешался Ся Чжисюй. — Давай и я попробую, — произнес он и указал на Юэ Чжиши. — Камешек с высокой той горы, — затем указал на Сун Юя. — Может также обточить нефрит[7]! Юэ Чжиши в восторге распахнул глаза, словно ему открылась невероятная истина. — Что ты там болтаешь? — под предлогом выступлений Сун Юй пресек дальнейшие подначки, и все трое направились к своим местам. Юэ Чжиши, в свою очередь, все еще смаковал слова Ся Чжисюя. — Просто сиди здесь и никуда не уходи, — сказал перед уходом Сун Юй. Проводив их, Юэ Чжиши вернулся на свое место. Ся Чжисюй и Сюй Цичэнь шли очень близко друг к другу, то и дела соприкасаясь руками. Они походили на двойное фруктовое мороженое из его детства — две палочки, соединенные вместе. Захочешь съесть — нужно разделить их пополам. Он вновь взглянул на Сун Юя. Лишь гэгэ возвышался одинокой палочкой, разлученной со своей половиной. Выступления номинантов на премию «Сяньхао» оказались менее захватывающими, чем он представлял. Ребята по одному выходили на сцену и произносили заготовленные речи. Все они были выдающимися учениками, в том числе и Ся Чжисюй с Сюй Цичэнем. Один держался свободно и открыто и легко располагал к себе зрителей, второй очаровал зал неторопливой и спокойной речью.　　 Но в глазах Юэ Чжиши Сун Юй отличался ото всех, кто поднимался на сцену, хотя он даже не мог объяснить почему. Но даже свет от прожекторов так естественно падал на его плечи. Члены комиссии, сидящие на первых рядах, в конференции почти не участвовали. Когда выступил последний ученик, они объявили, что результаты придут в течение двух недель. Мероприятие длилось целое утро. Юэ Чжиши так долго сидел, что у него затекли ноги. А еще першило горло, потому что он всю конференцию сдерживал кашель. На часах было примерно полдвенадцатого. Зал постепенно пустел, и уже скоро Сун Юй со своими друзьями подошел к его месту, и дружной компанией они направились к выходу. На улице внезапно хлынул дождь, но никто из них четверых не взял с собой зонт. В Дворце Молодежи оставаться не разрешалось, так что Ся Чжисюй предложил перебежать через дорогу в японский ресторанчик и переждать дождь там. — Мы чур первые! — воскликнул юноша. Затем снял куртку, ловко накинул ее на голову Сюй Цичэню и притянул его к себе, приобняв за плечи. И они побежали вместе под дождем. Юэ Чжиши смотрел за ними как завороженный, и ему захотелось повторить. Он расстегнул молнию и снял толстовку, затем протянул ее Сун Юю. Сун Юй нахмурился и с непониманием посмотрел на него. — И зачем это? — Давай как они, — искренне и простодушно предложил Юэ Чжиши. На его лице читалось: у меня тоже есть толстовка, я защищу тебя от дождя. — Мы не такие, — Сун Юй вышел из-под крыши, так и не взяв толстовку. — Почему? — В его больших глазах промелькнула детская наивность. Ему хотелось понять, почему Сун Юй отказал. — Потому что они друзья, а мы братья? Сун Юй забрал толстовку и помог ему просунуть руки в рукава. Затем аккуратно надел капюшон, чтобы Юэ Чжиши не промок. Ладонь его скользнула ко лбу и на пару мгновений замерла. — Они не друзья. Да и мы не братья. ________ Автору есть, что сказать: Ся Чжисюй и Сюй Цичэнь — главные герои моей первой новеллы (BE Crazy Demon Survival System). Читать ее не обязательно, вы и так все поймете. Это лишь эпизодические герои, которые сильно повлияют на нашего гуна. Сцены, в которых они появляются, можно по пальцам пересчитать. Стоит также уточнить, что в этой главе они по уши влюблены друг в друга. [1] Горячая сухая лапша (热干面) — это традиционная уличная еда города Ухань. Это отварная лапша, обваленная в соусе и приправах, с добавлением маринованных овощей. Отличается от обычной тем, что подается без бульона. [2] Доупи — традиционное блюдо города Ухань провинции Хубэй. Немного напоминает многослойную запеканку — внешний слой делают из пастообразного маша (бобы мунг), яиц, молока и муки (пшеничной или рисовой), а внутренний состоит из клейкого риса и различных добавок (грибы, мясо, овощи в разных сочетаниях). [3] Сун Юй произносит фразу «有约的人不在我的通知名单里», что дословно означает «я не уведомляю людей, у которых есть договоренности». Обычно люди говорят «有约会» в значении «назначено свидание», так что Сун Юй подколол Юэ Чжиши и намекнул, что не сказал ему о выступлении из-за свидания. [4] Выражение «交际花» буквально означает «девица легкого поведения», «куртизанка», «светская львица»; в современном молодежном языке и интернет-сленге приобрело значение «активного, но не очень разборчивого в общении человека», «яркой экстравертной личности, привлекающей к себе внимание». [5] Радужные мысли — в оригинале 歪了 — изогнутый, согнувшийся — отсылка к сленговому обозначению мужчины нетрадиционной ориентации (歪男). [6] «Добрый дождь — свою он знает пору» (好雨知时节) — строка из стихотворения Ду Фу, одного из выдающихся поэтов Китая времен династии Тан. Полностью строка выглядит так: 好雨知时节，当春乃发生 («Добрый дождь — свою он знает пору и приходит вовремя, весною»), иероглифы 知时 («чжиши») — образуют имя Юэ Чжиши. В тексте использованы строки стихотворения в переводе А. Гитовича. Полный текст стихотворения: Добрый дождь — Свою он знает пору — И приходит вовремя, Весною. Вслед за ветром Он уйдет не скоро, Землю Влагой напоив живою. На реке, на челноках, Повсюду Огоньки мигают Еле-еле… На рассвете Любоваться буду, Как цветы В Чэнду похорошели. [7] 他山之石，可以攻玉 (досл. камень с другой горы годится для полировки яшмы/нефрита) — идиома, которая используется в значении «использовать чужие знания и опыт для исправления своих ошибок». В данном случае в этой идиоме прячется тройной каламбур, так как «камень» (之石) читается как «чжиши», а «полировать яшму/нефрит» (攻玉) читается как «гун юй», где «гун» имеет так же значения «атаковать, нападать» и «активная роль в однополом сексе». Каламбур можно трактовать и в идиоматическом смысле, и в смысловом значении «Чжиши придаст огранку нефриту — Сун Юю», и в контексте подтрунивания на тему отношений в однополой паре. Идиома берет свое начало из «Книги песен и гимнов» («Шицзин») — сборника древних китайских песен и стихов, созданных в XI–VIII веках до н.э. Книга состоит из 4-х разделов — «Нравы царств», «Малые оды», «Великие оды» и «Гимны». Идиома из текста представлена в стихотворении из 2-го раздела «Малые оды» и называется «Противоречия». При работе над текстом использовался перевод А. А. Штукина. ПРОТИВОРЕЧИЯ (II, II, 10) Кричит журавль меж девяти болот, Но слышен крик его среди полей, И рыба, что скрывалась в бездне вод, Теперь видна средь желтых отмелей. Как радостен для взора сада свод — Катальпа в нем посажена, растет, Но мертвый лист под ней у наших ног. А из камней высокой той горы Возможно также сделать оселок! Кричит журавль меж девяти болот, Но крик его несется к небесам, И рыба, что видна по отмелям, Скрывается порою в бездне вод. Как радостен для взора сада свод, Катальпа в нем посажена растет, Но там под ней лишь жалкий тут стоит, И камнями высокой той горы Возможно также обточить нефрит! Комментарий А. А. Штукина к стихотворению можно прочитать здесь: https://www.rulit.me/books/shiczin-read-517260-35.html#read_n251 И ссылка на сам сборник: https://www.rulit.me/books/shiczin-download-517260.html