Прелестный аллерген

Юэ Чжиши ни капли не расстроился, что увидел ответ так поздно. Напротив, записи Сун Юя стали для него вдвойне приятным сюрпризом. Перед тем как идти в школу на вечерние самостоятельные занятия, он сложил в рюкзак рабочую тетрадь, которая целых полгода пылилась в забытом углу комнаты. Но книга оказалась тяжелой, и Юэ Чжиши решил не носить ее с собой. Вместо этого он осторожно вырезал те две страницы с ответами гэгэ и вложил их в серый скетчбук, который как-то раз подарил ему Сун Юй. Чем дольше Юэ Чжиши любовался красивым, но строгим почерком Сун Юя, тем сильнее хотел поделиться своей находкой. Вот только рассказать было некому. После недолгих раздумий, Юэ Чжиши выложил приватный пост в QQ, видимый лишь ему одному. [Cheese1010: Послание из прошлого полугодия наконец получено!] У Сун Юя — гений от бога, способный приручить такого, как Юэ Чжиши. Ему и в голову не приходило, что однажды, расставшись с Сун Юем, он не только позабудет о тревоге разлуки, но и с воодушевлением поспешит домой. Любой, даже малейший намек, любой знак, оставленный Сун Юем, мог всколыхнуть его сердце. Телефон завибрировал: пришло сообщение от Сун Юя. [Гэгэ: Ты уже дома?] В тот же миг Юэ Чжиши машинально настрочил ответ, но, немного подумав, стер набранный текст и вместо этого отправил пару фото со страницами тетради. [Юэ Чжиши: Умеешь же ты скрытничать! Я бы не выдержал и давно бы уже тебе все показал.] По другую сторону Сун Юй прочитал сообщение и ошеломленно замер, вспоминая, как в детстве они играли в прятки. Юэ Чжиши был в точности таким, каким себя описывал. Когда они прятались вдвоем, он совершенно не мог тихонько сидеть на месте. А если их долго не находили, он все норовил улизнуть один. Сун Юю приходилось закрывать ладонью ему рот и удерживать его рядом, не разрешая выходить. Иногда водил Сун Юй. Стоило ему окликнуть Юэ Чжиши, и тот непременно издавал какой-нибудь шорох, пошевелившись, если, конечно, был в комнате. В общем, Юэ Чжиши всегда проигрывал, потому что не умел прятаться. Другое дело Сун Юй. Он мог оставаться незамеченным так долго, как сам того желал, и Юэ Чжиши ни за что бы его не отыскал. Однако Юэ Чжиши от паники начинал плакать, и Сун Юй выходил из укрытия, не в силах вынести его слез. И кажется, между ними всегда такие отношения: до конца не ясно, кто и кого заставляет. Внезапно дверь общежития распахнулась. Вынырнув из воспоминаний, Сун Юй оглянулся и увидел Чэнь Фанъюаня, который только что вернулся с улицы. Недовольно бурча, что устал как собака, парень бросил сумку на стол. — Я-то уж надеялся, наводнение продержится целую неделю и нас отпустят на каникулы. А сегодня вся вода ушла. Вот тебе и «море из окна», называется. Во время своей баллады он наткнулся взглядом на пирожки, аккуратно разложенные на его столе. С озадаченным видом он оглядел остальные столы в комнате. Затем, сунув руки в карманы, вразвалочку прошествовал к Сун Юю. — Так-так-так… Сун Юй с недоумением поднял голову, мельком взглянул на него и снова уткнулся в книгу. — Что с тобой? — Признавайся, ты сюда девушку приводил? Нахмурившись, Сун Юй перелистнул страницу и спокойно ответил: — Спятил? Чэнь Фанъюань оперся ладонью о его стол и продолжил натиск: — За дурака меня держишь? Кто тогда поставил нам подарки на стол? — Это гостинцы от моих родных, — сказал Сун Юй, даже не оторвавшись от книги. — Я сам их разложил. — Сказки тут мне не рассказывай. Ты в жизни нам ничего так красиво не раскладывал. Возвращался из дома и оставлял подарки на окне, чтоб мы сами разбирали. Кроме того, а вот это тогда что? — Чэнь Фанъюань указал на стену у стола Сун Юя. — Только посмотри, какие маленькие белые цветочки! Актер до мозга костей, Чэнь Фанъюань принюхался к цветам, как щенок. Затем, с чувством полного удовлетворения, вздохнул: — Ах, нежный аромат моей невестки. У Сун Юя мурашки побежали по коже. — Ты бредишь… — Я, знаешь ли, большой ценитель прекрасного. Теперь я жажду знать, что за неземная красавица завладела мыслями такого привереды [2], как ты. У этой милашки наверняка бледная кожа, нежное личико и длинные ноги! Хочу на нее взглянуть! Чэнь Фанъюань был тем еще приколистом, и Сун Юй как никто это знал. Однако он все равно поддался его дьявольским речам и с полной серьезностью сопоставлял приметы: бледная кожа, нежное личико, длинные ноги, милашка… Честно признать, попадание довольно точное. А западная внешность только добавила бы ему очарования в глазах Чэнь Фанъюаня. — Постой, кажется, она и на столе у меня прибралась — вон как опрятно стало! — Чэнь Фанъюань ускакал в другую часть комнаты и провел рукой по своему столу. Там было удивительно чисто. Парень припомнил, как выглядело его рабочее место, когда он только ушел. — Здесь вроде бы валялись книги в куче, да и стул не был так аккуратно задвинут. Сун Юй потерял дар речи. — Это я убрался, — наконец выдавил он. — Я тебе не верю, — прямо заявил Чэнь Фанъюань. — Ты не такой хороший человек, я точно знаю — это была моя невестка. Как же хочется на нее взглянуть! — Мечтай дальше. Сун Юй не горел желанием объяснять, что человек, приехавший к нему — это его младший брат. Все равно Чэнь Фанъюань ни за что ему не поверит. Зайдя в ванную, Чэнь Фанъюань конечно же обнаружил туалетные принадлежности, которые Сун Юй еще не убрал, и закричал на всю комнату: — Она что, на ночь оставалась?! Сун Юй, а ты хорош! Сун Юй заткнул уши наушниками и вздохнул: — Ничего такого не было, ты все себе напридумывал. *** Через неделю после того, как Юэ Чжиши вернулся на занятия, в школе началось празднование семидесятилетней годовщины. В Пейе к этой дате относились с особым вниманием и готовились не покладая рук. Мероприятие проходило с небывалым размахом, средняя и старшая школа собрались вместе и веселились несколько дней напролет. Но веселье — удел остальных. А Юэ Чжиши, ученику выпускного класса, праздники не светили. Во всем, что касалось торжеств, Пейя всегда щедро тратила деньги. Чтобы запечатлеть семидесятую годовщину, руководство пригласило команду профессиональных операторов для съемки школьного торжества. Даже Юэ Чжиши, которому не суждено было участвовать в празднике, засветился в кадре. Вместе с одноклассниками он возвращался из столовой, как вдруг один режиссер утянул его в сторону, попросил дать короткое интервью и сказать пожелания школе. На годовщину организовали праздничный концерт и культурный фестиваль. Приглашения тоже отправляли с размахом: даже Сун Юю, закончившему школу три года назад, пришла почтовая рассылка. Впрочем, он был занят по горло и не мог выкроить время на поездку домой. Раз уж Юэ Чжиши не участвовал в празднике, Сун Юй рассудил, что ему там тоже делать нечего. Ночью после начала мероприятия Сун Юй сидел в общежитии и писал отчет, как вдруг в WeChat посыпались сообщения от Линь Жун. Сун Юй открыл приложение, и на него обрушился поток фото и видео — похоже, Линь Жун сама забежала повеселиться на огонек. [Мама: Я сходила в школу проведать Лэ Лэ и заодно немного поснимала праздник. Вот, глянь!] Судя по всему, навестить Лэ Лэ — это был просто удобный предлог. Сун Юя не особо заинтересовали присланные фото и видео. Он равнодушно пролистал переписку и, не найдя ничего нового, собирался уж закрывать, как вдруг Линь Жун прислала новое сообщение — на сей раз репост из официального аккаунта школы. [Мама: Сяо Юй, скорее посмотри это видео — Лэ Лэ на 3 минуте 12 секунде!] Недолго думая, Сун Юй перешел по ссылке. Как и ожидалось, она привела его на статью, посвященную праздничным мероприятиям по случаю годовщины средней школы Пейя. Сун Юй прокрутил колесико мыши в поисках видео, которое упоминала мама, и обнаружил его в самом низу страницы. Под ним была подпись: «Ученики и учителя Пейи отмечают 70-летний юбилей школы». Но стоило только Сун Юю кликнуть по видео, и к нему подошел староста общежития Ван Чэнчжи, держа в руках телефон: — Сун Юй, ты заполнил заявление? Я на почту тебе скинул. — Гм, чуть позже заполню. — Чем занимаешься? — Ван Чэнчжи заглянул в его ноутбук. — А, школьная годовщина? Так ты из Пейи? У меня в моментах [3] столько народу уже об этом написало, похоже, все они выходцы из твоей школы. Сун Юй кивнул и перемотал видео на 3 минуты 12 секунд, в точности, как и сказала Линь Жун. Там, конечно же, был Юэ Чжиши. Паренек на видео шел, ничего вокруг не замечая, а потому явно растерялся, когда его остановил репортер. Полным энтузиазма и дружелюбия голосом, ведущий попросил его посмотреть в камеру и сказал: — Доброго дня, молодой человек! Вы ведь ученик Пейи? Не поделитесь, как вы празднуете юбилей? Юэ Чжиши огляделся по сторонам в поисках объектива: похоже, камер было больше одной. — Эм, я… я учусь в выпускном классе. У меня скоро экзамены, поэтому совсем нет времени на праздники. Но я очень завидую всем, кто принял участие. Ведущий тем временем задавал новые вопросы, а Юэ Чжиши, вытянувшись в струнку, старательно на них отвечал. Сун Юй так внимательно смотрел видео, что Ван Чэнчжи не удержался и спросил: — Милый парнишка. У него кто-то из родителей европеец? Ты знаешь его? Сун Юй бросил взгляд на старосту: — Гм, он мой младший. — Ого, у тебя и брат есть, везунчик, — Ван Чэнчжи определенно его не понял. — Мда, гены у вас нереальные. Сун Юй не стал утруждать себя объяснениями и вернулся к просмотру видео. Интервью как раз подошло к пожеланиям школе. Юэ Чжиши светло улыбался, как румяный подсолнух, и стоял ровно, распрямив плечи: — Желаю нашей школе процветания еще на семьдесят лет! Вдруг на видео вылез другой парень, рослый, на полголовы выше Юэ Чжиши, с коротким ежиком волос. Закинув руку на плечи Юэ Чжиши он блеснул улыбкой: — Семьдесят как-то мало. Пусть лучше будет семьсот. Юэ Чжиши на видео не спешил отталкивать этого назойливого типа и даже позабавился над его предложением: — Семьсот лет — это слишком долго. Парень, однако, стоял все в той же фамильярной позе, приобняв его за плечи. А еще он рукой сложил половину сердечка и показал в камеру — Юэ Чжиши поначалу не заметил, и парень пихнул его плечом. Юэ Чжиши тут же все понял и хлопнул парня по руке, глуповато посмеиваясь: — Ты такой странный. — А что тут такого? С днем рождения, Пейя! Миг и кадр сменился, теперь на видео были другие ученики. Ван Чэнчжи вздохнул: — Эх, все же твой брат красавчик. Он прямо-таки выделяется на фоне других ребят на видео. Хотя его друг тоже ничего такой, но до твоего брата ему далеко. Он осекся: Сун Юй не отвечал и вел себя как-то странно. Ван Чэнчжи заглянул ему в лицо — настроение Сун Юя неуловимо ухудшилось. Или же его глаза обманывают? Не желая смотреть дальше, Сун Юй выключил видео и открыл чат с Ван Чэнчжи, чтобы найти документ. — Ты про это заявление говорил? — А, да… — промямлил Ван Чэнчжи. — Пошли мне, как заполнишь. Что творится-то, он словно другим человеком стал. Той ночью Сун Юй был замкнутым и притихшим. В особенности, он очень рано лег в постель, явно собираясь спать. Чэн Фанъюань, лежа на своей кровати напротив, почувствовал неладное и написал Ван Чэнчжи: [Чэнь Фанъюань: Что случилось с нашим рыболовом [4]? Что он так рано спать лег, не заболел часом?] [Ван Чэнчжи: Не знаю, он был сам не свой, когда заполнял заявление вечером. Что-то мне подсказывает, он так расстроился после видео] [Чэнь Фанъюань: Видео? Вот зараза, походу нашему рыбному брату изменяют!] [Ван Чэнчжи: …сомнительно, он же ни с кем не встречается. Как ему изменить-то можно?] [Чэнь Фанъюань: А я думаю, встречается. Мне интуиция подсказывает, что у Сун Юя кто-то есть.] Тем временем Сун Юй лежал в постели, даже не подозревая о разговоре своих соседей. Он собирался пораньше заснуть, но сон никак не шел. И чем больше он лежал, тем меньше ему хотелось спать. Сун Юй снова включил телефон, и на стену упал слабый свет. Замешкавшись на мгновение, он открыл историю чата с Линь Жун и уставился на ту самую злополучную ссылку — но не успел нажать, как в WeChat всплыло новое уведомление. Юэ Чжиши прислал сообщение. [Юэ Чжиши: Гэгэ, гляди сколько я набрал баллов в тесте по математике!] Отправив фото своей контрольной, Юэ Чжиши, очень довольный собой, поднял листок перед глазами. Пока он любовался своим тестом, пришел ответ Сун Юя. [Гэгэ: Гм.] Только «гм»? Юэ Чжиши приуныл от такого ответа. Однако вверху чата возникла надпись «Сун Юй печатает». Юэ Чжиши терпеливо ждал, ждал… но вдруг надпись пропала, а нового сообщения так и появилось. Мгновением позже вновь всплыла плашка «Сун Юй печатает». Юэ Чжиши не выдержал и отправил: [Юэ Чжиши: Гэгэ, ты мне сочинение пишешь?] Минуту спустя от Сун Юя наконец пришел ответ. На первом сообщении — скриншот интервью Юэ Чжиши, в кадре видно незаконченную половинку сердечка. [Гэгэ: Этот парень тебя в игру тащил?] __________________ [1] Название главы — «草蛇灰线» — дословно переводится как «змея на траве похожа на серую линию». В буквальном смысле, это идиома служит метафорой опасности, которую не разглядеть с первого взгляда (затаившуюся змею можно принять за безобидный предмет и неосмотрительно приблизиться к ней). В переносном значении — «за деревьями не видеть леса» она описывает человека, который зациклился на незначительных деталях и упускает суть происходящего, общую картину. [2] Дословно он говорит, что у Сун Юя глаза обращены на небо, то есть он слишком разборчивый и требовательный. [3] Имеется в виду приложение WeChat Moments. [4] 送鱼 — рыболов (адаптировано). Прозвище Сун Юя (宋煜), пишется по-другому, но звучит почти также.