Прелестный аллерген

В вагоне было очень шумно, однако Юэ Чжиши ничто не могло отвлечь от сообщения. Лицо его оставалось спокойным, но сердце учащенно пульсировало в груди.   Наконец он погасил экран и перевел глаза на маршрутное табло, где показывались следующие станции. Впрочем желание снова взглянуть в телефон пересилило, и Юэ Чжиши прочитал сообщение еще раз и даже сделал скриншот, будто так слова Сун Юя точно останутся с ним.   Держась за ремешок поручня, Юэ Чжиши рассматривал свой силуэт в окне поезда. На мгновение почудилось, что юноша в отражении, как две капли воды похожий на него, носит школьную форму Пейи.   Вспомнился случай, когда Сун Юй пришел на родительское собрание вместо тети Жун.   Произошло это в прошлом году десятого октября, в день рождения Юэ Чжиши. Родительское собрание — такой себе подарок, и вряд ли кого осчастливит. К тому же, было очень холодно, под утро температура опустилась ниже нуля. Спросонья Юэ Чжиши как обычно натянул тонкую спортивную толстовку, однако Линь Жун не пустила его в таком виде и велела вернуться и надеть толстый вязаный жилет и пальто из школьной формы.   Уже позже Юэ Чжиши мысленно поблагодарил тетю за то, что заставила его одеться как следует. Во время обеденного перерыва ему пришло от нее сообщение. Тетя Жун писала, что им с дядей нужно посетить очень важное мероприятие, и вместо них на родительское собрание приедет Сун Юй. А еще она сказала, что день рождения они отметят на выходных.   Обед выдался ужасно неаппетитным: свинина под соусом юйсян [1] и яичница-болтунья с морковью [2] вместо привычных ростков бамбука. Но окрыленный Юэ Чжиши умял все без раздумий.   До конца перерыва он даже не вздремнул — было не до сна. Вместо этого он наводил порядок на своей парте и начищал ее до блеска. Вскоре вернулась одноклассница, сидевшая рядом. Округлив глаза, она уставилась на идеально убранный стол.   — Как тебе это удалось?   Юэ Чжиши в третий раз протер парту влажной салфеткой, затем выбросил ее и похлопал ладонями, стряхивая пыль.   — Глаза боятся — руки делают.   Следующие три урока он сидел аккуратно, чтобы не запачкать парту, и опрятно складывал в ящик принадлежности и учебники после каждого занятия. Наконец подошло время родительского собрания. Обычно школьники терпеть не могли эти мероприятия. Отличники отделывались легким испугом: их почти не вспоминали, словно они невидимки. А вот тем, у кого проблемы с учебой, везло куда меньше. Они обрекали своих родителей на публичный позор.   Однако Юэ Чжиши с нетерпением ждал начала собрания. Такое с ним было впервые.   К вечеру погода только ухудшилась, деревья склонились от ветра, а мрачное небо заволокло грозовыми тучами. Юэ Чжиши волновался, вдруг польется дождь, а у Сун Юя с собой не окажется зонтика. Незадолго до собрания в кабинет вернулась классная руководительница. Она вывела на экран презентацию PowerPoint, и попросила учеников выйти из класса и подождать в коридоре.   Первой из родителей приехала мама одной девочки. Неброско одетая, она зашла в классную комнату и в растерянности огляделась. Юэ Чжиши вполглаза смотрел, как одноклассница повела маму к своей парте, но ему быстро наскучило, и он выскользнул в коридор. Юэ Чжиши постоял немного, свесившись через перила, и направился к лестнице, чтобы встретить Сун Юя.   — Лэ Лэ, а где твои мама с папой? — спросил одноклассник, тоже коротавший время на лестнице, и легонько пихнул его плечом.   — Они заняты, вместо них придет гэгэ.   — У тебя есть брат? Круто.   К ним подошла одноклассница.   — А ты не знал? О, точно, тебя же не было с нами в средней школе. Его брат учился в старших классах, он такой красивый и умный!   Юэ Чжиши зарделся от гордости, даже сердечко застучало чаще.   — Да ладно, не преувеличивай, — скромно ответил он так, как ответил бы Сун Юй. Словно по наитию Юэ Чжиши обернулся, и в тот же миг на лестнице появился герой сплетен.   На Сун Юе был черный плащ в тон к его волосам, который подчеркивал выразительные черты лица и невероятную харизму. Парень очень выделялся в толпе родителей. Поднимаясь по ступенькам, Сун Юй взглянул наверх и встретился глазами с Юэ Чжиши. Его губы тронула легкая улыбка, а холодный, невозмутимый взгляд чуточку потеплел.   — Гэгэ, — окликнул Юэ Чжиши и шагнул навстречу, поравнявшись с Сун Юем. — Я покажу тебе мою парту.   Позади шушукались одноклассники.   — Ну, правду же говорила? — шепнула девушка. — Какой он симпатичный!   Юэ Чжиши охватило волнительное нетерпение: гэгэ впервые оказался в кабинете, где он учился. Сам Сун Юй, напротив, сохранял спокойствие.   Юэ Чжиши повел его к своему месту — к предпоследней парте на третьем ряду. Усадив Сун Юя за стол, он указал на стакан только что налитой теплой воды.   — Если пить захочется, вот, возьми.   Сун Юй кивнул и обвел взглядом парту. На его лице не отразилось никаких эмоций, однако он похвалил:   — Какая чистота.   Одноклассница, сидевшая за соседним столом, тут же сдала Юэ Чжиши его красавчику-брату:   — Еще бы, он весь вечер парту оттирал.   Пойманный с поличным, Юэ Чжиши сердито зыркнул на девушку.   — А вот и нет, не весь… — он отчаянно пытался сохранить лицо, но Сун Юй как будто не придал словам девушки особого значения. Вместо этого он окинул классную комнату изучающим взглядом, и Юэ Чжиши полюбопытствовал: — На что ты смотришь?   Сун Юй перевел глаза на Юэ Чжиши.   — Я вдруг понял, что учился в этом кабинете во втором классе старшей школы.   В Пейе учеников частенько переводят в новые кабинеты, а иногда даже меняют таблички на дверях из-за ремонта. У Юэ Чжиши это уже был четвертый кабинет с момента поступления в старшую школу, включая тот раз, когда их перераспределяли по группам. Он даже не ожидал, что закончит школу там же, где учился на втором году Сун Юй.   — Правда? — с трепетом спросил он.   Сун Юю всегда казалось, что счастье Юэ Чжиши возникает буквально из ниоткуда. Сун Юй кивнул, поставив локти на стол.   — Я сидел позади тебя, — невозмутимо добавил он.   Его слова раззадорили фантазию Юэ Чжиши.   Вот бы они и впрямь занимались в одном классе, и гэгэ сидел позади него… Юэ Чжиши в любой момент мог бы обернуться и увидеть Сун Юя. Если бы параллельная вселенная, где время задержалось на один год, наложилась на нашу реальность, то Сун Юй оставался бы рядом каждый день этого тяжелого последнего года старшей школы.   Пару мгновений Юэ Чжиши витал в облаках, и его губы невольно расплылись в улыбке.   — У тебя в парте есть что-то, о чем мне лучше не знать?   Юэ Чжиши развел руками и великодушно предложил:   — Нет, смотри что хочешь.   Он убирался с таким усердием лишь потому, что Сун Юй любит чистоту и порядок.   Между тем, учительница выпроваживала из кабинета учеников. Юэ Чжиши не мог больше оставаться и последовал за одноклассниками в коридор. Как и всегда, ребята столпились у окон в кабинет и заглядывали внутрь, чтобы понаблюдать за реакцией родителей. Но сегодня всеобщее внимание привлек Сун Юй, внезапно пришедший на собрание, и все взгляды были устремлены к нему. Одноклассники сплетничали без малейшего стеснения. Парни обсуждали, как потрясающе Сун Юй играет в баскетбол, а девочки — какой он невероятный красавчик и какие у него высокие оценки. Даже Юэ Чжиши, который души не чаял в своем гэгэ, не мог соперничать с этими льстецами.   Он лишь молча смотрел на Сун Юя. Тогда как остальные родители слушали классную руководительницу с серьезными и почтительными лицами, Сун Юй даже глаз на нее не поднял. Вместо этого он нагнулся и выудил из ящика Юэ Чжиши тесты и учебники.   — Тебе крышка, — шепнула Юэ Чжиши соседка по парте. Она, как и все, глазела в окно класса. — Сун Юй увидел твои тесты. Вдруг предкам настучит?   Все ребята засмеялись, однако Юэ Чжиши и бровью не повел.   — Не настучит. Он никогда на меня не ябедничал, да и родители за оценки меня не ругают.   — Да? Везет тебе.   — Зачем тогда он достал твои тесты?   — Вот-вот, лично я не люблю, когда роются в моих вещах. Даже если это красавчик.   После таких речей Юэ Чжиши нахмурился.   — Он мой гэгэ, а не просто какой-то красавчик. И мне нравится, что он смотрит мои вещи, — сердито заявил он и отошел к соседнему окну. Он славился добрым и мягким нравом, почти никогда не злился и не грубил. Но на сей раз Юэ Чжиши явно был недоволен, чем весьма удивил стоящих рядом девушек.   — Лэ Лэ, вы с братом совсем не похожи, — подметил кто-то другой. — Он слишком холодный и отстраненный. Хотя его лицо очень правильное и точеное… У него тоже западные корни? А почему тогда его волосы и глаза такие темные?   Как-то много вопросов, подумал Юэ Чжиши.    — Китаец он, на сто процентов, — буркнул он.   — Тогда не удивительно, что вы такие разные. Вы же не настоящие братья? Двоюродные?    Юэ Чжиши промолчал: не хотелось отвечать на этот вопрос.   Когда он поступил в старшую школу, они с Сун Юем разлучились. С тех пор не было смысла ходить в читальный зал напротив кабинета 3-5, и домой возвращаться ему стало не с кем. Иногда он подолгу стоял у доски почета в столовой — там вывешивали список учеников, кто заработал больше всех баллов на вступительных экзаменах — и зачарованно глядел на имя Сун Юя. Но пролетел год, имена на доске сменились новыми.   Юэ Чжиши даже слегка жалел, что остался в Пейе один-одинешенек. Нужно было переходить в другую школу, тогда бы он не думал о Сун Юе каждую секунду: в столовой — о блюдах, которые не любит Сун Юй, на спортплощадке — как эффектно Сун Юй закидывал мяч в баскетбольную корзину.   Но самое беспощадное, самое ненавистное место — это открытый коридор на третьем этаже.   — Если вы неродные, значит, не так уж и близки.   Юэ Чжиши устремил взгляд на стеклянное окно, его лицо в отражении наложилось на профиль Сун Юя, словно фотография на пленке.   Внезапно ему ужасно захотелось выглядеть в точности как Сун Юй, чтобы люди с первого взгляда понимали, кем они друг другу приходятся. Никто бы не задавал лишних вопросов, а он перестал бы терзаться от беспокойства и неуверенности.   Пока Юэ Чжиши предавался безутешным мыслям, руководительница сошла с трибуны. Открыв дверь в коридор, она велела, чтобы староста вывел всех на улицу или отправил по домам. Едва только дверь затворилась, одна из девушек предложила посидеть в столовой, и все дружно согласились. Ребята двинулись вниз по лестнице.   Уходить Юэ Чжиши было неохота. Он с грустью бросил прощальный взгляд на Сун Юя. Гэгэ уже снял плащ и повесил его на спинку стула, оставшись в белом вязаном свитере. Сидел он спокойно и расслабленно: пальцы сжимали ручку Юэ Чжиши, взгляд опущен на парту, а на лице застыло серьезное выражение, так словно он глубоко задумался.   Будто трансе Юэ Чжиши вернулся мыслями на три года назад, когда он точно так же стоял у кабинета и ждал, пока у гэгэ закончится уроки.   — Давай с нами, Лэ Лэ.   Юэ Чжиши обернулся.   — Хорошо.   Родительские собрания всегда проходили по одному сценарию. Учительница поведала о важности и серьезности вступительных экзаменов, затем огласила результаты последних промежуточных тестов. Сун Юю все уже было прекрасно известно — он и сам не так давно проходил весь этот путь. Только теперь его роль изменилась: он сидел среди родителей и слушал полезные рекомендации.   Было скучно. Все это ему твердили уже сотню раз целых три года старшей школы — Сун Юя смело можно называть экспертом по сдаче экзаменов. Даже если бы он пропустил все слова учителя мимо ушей, все равно помог бы школьникам лучше, чем любой из присутствующих здесь родителей, которые мало что смыслят во вступительных экзаменах.   Между делом Сун Юй листал промежуточные тесты Юэ Чжиши. С английским у него как всегда прекрасно — Сун Юй задумался, не передаются ли знания на генетическом уровне? А вот с математикой Юэ Чжиши так и не подружился: его оценки были уже не такими блестящими, как по остальным предметам. От контрольной к контрольной он то справлялся успешно и получал хорошие баллы, то отставал от других одноклассников.   Сун Юй вытащил тетрадь для работы над ошибками, которую вел Юэ Чжиши, и внимательно ее изучил. Как оказалось, Юэ Чжиши из раза в раз спотыкался на похожих вопросах, и в последнем тесте тоже. Ко всем этим задачам имелись четкие подходы. Если их знать, то решение не составляет сложности. Пока было время, Сун Юй записал объяснение в тетрадь Юэ Чжиши. Листая дальше, он указал еще несколько полезных и распространенных методов для проблемных заданий.   Пока он сосредоточенно писал в тетради, классная руководительница вдруг назвала имя Юэ Чжиши. Сун Юй поднял голову и обнаружил, что на него смотрят все родители.   — В качестве родственника Юэ Чжиши к нам пришел выдающийся выпускник Пейи — Сун Юй. Во время учебы в школе он всегда зарабатывал высшие баллы, а на вступительных экзаменах показал исключительный результат, — учительница выжидающе смотрела на Сун Юя. — Нам несказанно повезло, что сегодня он присутствует на собрании. Сун Юй, не поделитесь с родителями своим опытом? Как вы готовились к экзаменам, на что лучше обратить внимание?   Сун Юй оказался не готов к такому повороту событий, и под взглядами родителей ему сделалось неловко. Он почувствовал себя не старшим братом, а скорее отцом Юэ Чжиши. Ему не прельщало вести собрание вместо учителя, и он поджал губы, недовольный этой странной сменой старшинства. Помолчав немного, он произнес низким голосом:   — В действительности, на данном этапе уже поздно обсуждать чей-либо опыт подготовки.   Своим прямолинейным заявлением Сун Юй поставил учительницу в неловкое положение, и та слегка опешила.   — Ох, и правда…   — Но есть кое-что, что родителям желательно понимать. Последние полгода — критический период перед экзаменами. По возможности не давите на своих детей слишком уж сильно. Вместо того, чтобы заставлять их учиться или заниматься спортом каждую свободную секунду, лучше позаботьтесь об их ментальном состоянии, не стоит зацикливаться только на образовании. — Сун Юй тактично закончил речь, оставив учительнице возможность сохранить лицо, и передал ей слово с легкой улыбкой: — На мой взгляд, вы в полной мере осветили все остальные детали.   Во многом благодаря его выдающимся успехам, многие родители прислушались к его словам и согласно закивали. Сун Юй, наконец опустившись на стул, вновь сосредоточился на контрольных своего подопечного. Он просмотрел большую часть тестов, сложил их аккуратной стопкой и убрал обратно в ящик парты. Сверху он положил тетрадь для работы над ошибками, чтобы Юэ Чжиши обратил внимание, когда вернется.   По случайности вместе с контрольными работами он вытащил небольшую книгу в фиолетовой обложке. Это оказался учебник по математике. От нечего делать Сун Юй решил пролистать и его тоже. Этот учебник был из тех, что не нужно сдавать на проверку учителю, обычно он заполнялся свободно и не целиком.   Как и ожидалось, этот учебник не пользовался особым спросом у Юэ Чжиши. Казалось, он открывал его, только чтобы скоротать время. В правом нижнем углу были незамысловато нарисованы любимые аниме персонажи Юэ Чжиши. Если быстро перелистывать страницы, между человечками затевалась настоящая сцена боя. Угадать автора рисунков было несложно — только у Юэ Чжиши хватило бы на такое фантазии.   Внезапно родительские собрания показались Сун Юю очень интересными. Листая учебник дальше, Сун Юй обнаружил на страницах затейливые каракули — чем их становилось больше, тем сильней они сливались в неразборчивые закорючки, а одна и вовсе стала жирной кляксой. Видимо, Юэ Чжиши ужасно хотелось спать, но на уроке пришлось сидеть ровно и прилежно заниматься, вот он и притворялся, будто что-то пишет.   Стоило только взглянуть на эти милые закорючки, и в воображении всплывал забавный, непоседливый Юэ Чжиши.   Открыв книгу в случайном месте, Сун Юй удивленно замер. Несколько мгновений он не отрывал глаз от страницы, а потом взял ручку и что-то написал.   Увлекшийся своим делом, Сун Юй не заметил, как пролетело время. После родительского собрания к нему подошла группа родителей в надежде выведать больше полезной информации. Холодный и молчаливый, Сун Юй все же был вынужден сказать пару слов — просто из вежливости. Однако родители все продолжали засыпать его вопросами. Он уже собирался прямо отказать, но вдруг одна особо прозорливая женщина поинтересовалась, как с ним можно связаться — ей бы хотелось, чтобы Сун Юй стал репетитором для ее ребенка.   — Простите. Я очень занят в университете и редко бываю дома. Да и у нас в семье свой ребенок есть, надо бы сперва с ним позаниматься, согласитесь, — ответил Сун Юй и, накинув на плечи плащ, покинул кабинет.   Не найдя в коридоре следов Юэ Чжиши, он набрал ему по телефону, но никто не взял трубку. Обычно в школе Юэ Чжиши выключал телефон или ставил беззвучный режим. Сун Юй логично предположил, что он просто не слышит звонок, и отправился искать его сам.   На самом же деле, Юэ Чжиши сейчас было совсем не до телефона. Он стоял в столовой, со всех сторон окруженный одноклассниками, в эпицентре крайне щекотливой ситуации: ему внезапно призналась девушка из класса. Он и не предполагал, что нравится ей, однако девушка даже приготовила ему подарок на день рождения. Приставучие парни усадили его на стул и встали за спиной, отрезав пути к отступлению.   — Я специально сходила сегодня за тортом, — смущенно пролепетала девушка, сидящая напротив, и придвинула к нему торт. — В той кондитерской готовят очень вкусные пирожные, они принимают заказы за неделю.   Торт и правда выглядел восхитительно: со вкусом розы и личи, а сверху красовались слова: «С днем рождения Юэ Чжиши».   Обступившие их ребята взволнованно заголосили. Почти никто в школе не знал, что у него аллергия на пшеницу, кроме разве что Цзян Юйфаня, но тот учился в естественно-научном классе. Наперебой ребята уговаривали Юэ Чжиши отрезать кусочек и попробовать, и отказываться было неудобно. Он подумал: ничего страшного ведь не случится, если съем немного крема сверху.   Юэ Чжиши взял вилку и потянулся за тортом, а сам размышлял, как бы ему уйти, чтобы не показаться слишком уж невежливым. Однако осуществить задуманное так и не получилось: запястье крепко перехватила знакомая рука. Юэ Чжиши тут же вскинул голову и встретился взглядом с холодными, суровыми глазами Сун Юя.   — У него аллергия. Ему нельзя без разбора есть пирожные, — ледяным тоном отрезал Сун Юй и рывком поднял Юэ Чжиши на ноги.   Девушка не знала, куда себя деть от неловкости: она мало того, что призналась в чувствах, так еще и подарила любимому человеку торт, который вполне возможно опасен для его здоровья и вызовет приступ аллергии. Удача была явно не на ее стороне.   — Все нормально, не переживай, — попытался сгладить обстановку Юэ Чжиши. — Спасибо, что купила мне торт.   Сун Юй потянул его к выходу, не дав договорить.   На улице задувал промозглый ветер, и понемногу накрапывал дождь. Под ногами уже разлились широкие лужи, и капли все чаще стучали по плечам. Можно не сомневаться: скоро хлынет ливень. Подняв воротник и вжав голову в плечи, Юэ Чжиши поспешил за Сун Юем.   — Опять тебе дают еду, а ты и рад сразу в рот тянуть. Сколько раз можно повторять? — проворчал Сун Юй. Он выглядел недовольным. — Ничему в детстве так и не научился?   Юэ Чжиши кольнула обида, и он попытался оправдаться:   — Не собирался я ничего есть, просто она…   Шаги Сун Юя остановились, и он взглянул на Юэ Чжиши.   — Призналась тебе в любви, и ты решил, что можно?   Откуда он знает о признании?..   Юэ Чжиши замер в замешательстве и надул губы. Вскоре, однако, он сменил гнев на милость.   — Не собирался я есть торт, — сказал он. — Я просто хотел попробовать крем, чтобы ей не было грустно.   Несколько секунд они простояли в молчании, а дождь только набирал обороты, превращаясь в настоящую грозу. Сун Юй бросил короткое «понятно» и направился к машине, на ходу вытаскивая ключи. Посигналив брелком, он обошел машину и открыл для Юэ Чжиши дверцу на пассажирском сидении.   Юэ Чжиши послушно скользнул внутрь, усевшись рядом с Сун Юем. Он вдруг заметил, что волосы Сун Юя стали короче. Теперь они казались еще темнее и больше не манили прикоснуться. Юэ Чжиши внезапно осенило: цвет волос — вот чем они отличаются больше всего! Промелькнула заразительная мысль — а не покраситься ли ему в брюнета? Может, так он станет похож на Сун Юя?   В глубине души ему нестерпимо хотелось быть кем-то особенным для Сун Юя, чтобы их связывали прочные, нерушимые узы. Юэ Чжиши окончательно запутался в своих мыслях.   Вдруг за окном блеснула молния и прогремел раскат грома. Юэ Чжиши рефлекторно дернулся, но Сун Юй накрыл его дрогнувшие пальцы теплой ладонью. Не произнеся ни слова, свободной рукой он включил в машине легкую фортепианную музыку, которая отлично отвлекала от страшных звуков снаружи.   За все это время он так и не отпустил руку Юэ Чжиши.   В целом мире один лишь Сун Юй понимал его полностью, без остатка: что ему можно есть, а что нельзя; что ему нравится, а что нет; и даже неприметные учебные привычки — все было у Сун Юя как на ладони. Эти нюансы Сун Юй по крупицам собирал на протяжении долгих лет.   Повернувшись к заднему сиденью, Сун Юй достал элегантную белую коробку и поставил ее на колени Юэ Чжиши.   — Что это?   — Открой и узнаешь.   Внутри оказался торт, шоколадный и ароматный, политый глазурью, которая блестела, словно зеркало. Было похоже, что Сун Юй испек торт сам.   — Дома закончилась безглютеновая мука, пришлось обежать пару магазинов, пока не нашел миндальную муку. Испек на скорую руку, немного небрежно вышло. — Сун Юй был перфекционистом до мозга костей и порой неосознанно занижал свои заслуги. Но, по скромному мнению Юэ Чжиши, торт получился выше всяких похвал. Его приятно удивило, что Сун Юй помнит о его дне рождения. Но особенно грело душу, сколько сил и времени Сун Юй потратил, чтобы приготовить ему угощение.   — Как вкусно выглядит.   Юэ Чжиши думал, что отмечать его день рождения будут только на выходных, и боялся, что у Сун Юя не получится приехать.   Блеснула ослепительно-белая вспышка молнии, но Юэ Чжиши и трепыхнуться не успел — ладони Сун Юя плотно закрыли его уши. Голос Сун Юя наложился на раскат грома, и сердце Юэ Чжиши забилось чаще:   — С днем рождения.   Юэ Чжиши хорошо помнил, с каким удовольствием слопал большой кусок торта по дороге из школы. Нечаянно он испачкал нос шоколадным кремом, а Сун Юй — само коварство — ничего ему не сказал об этом, и Юэ Чжиши обнаружил свой конфуз только дома у зеркала.   Той ночью Линь Жун и Сун Цзинь так и не вернулись с мероприятия. Юэ Чжиши ни на минуту не отлипал от Сун Юя и болтал без умолку обо всем на свете. Даже домашнюю работу он до глубокой ночи выполнял в спальне Сун Юя.   В тот раз Сун Юй слишком уж нарочито интересовался, хорошо ли он занимается по рабочим тетрадям, которых накупил. После родительского собрания такой вопрос звучал довольно обыденно, и Юэ Чжиши не придал ему особого значения. Теперь уже стало ясно: Сун Юй так намекал.   Поезд в метро ехал быстрее, чем обычно. Проведя картой на выходе со станции, Юэ Чжиши со всех ног рванул домой. Бешеный стук сердца подгонял его вперед: юноше не терпелось отыскать давно спрятанный секрет.   Линь Жун тоже совсем недавно приехала из аэропорта. Ей показалось странным, что Юэ Чжиши, едва переступив порог дома, скрылся в своей комнате. Она поднялась наверх с пиалой молока с двойной пенкой и фасолью адзуки [3]. Меж тем Юэ Чжиши времени зря не терял. Он вытянулся на цыпочках и пытался достать с книжного шкафа картонную коробку. Линь Жун постучалась.   — Цыпленок, чем ты занят? Я принесла тебе молока с двойной пенкой.   Юэ Чжиши мельком взглянул на нее и вновь потянулся за коробкой.   — Тетя Жун, а в этой коробке лежат рабочие тетради, которые я купил в прошлом семестре?   Линь Жун поставила пиалу и подошла ближе.   — Наверное, нет. Помню, я сложила все тетради в белый шкаф, чтобы ты не потерял.   — Да? Сейчас проверю.   Увидев, с каким рвением Юэ Чжиши ищет учебники, Линь Жун решила ему не мешать. Видимо, после поездки в университет у него открылось второе дыхание на подготовку к экзаменам — так подумала она.   — Не забудь про дессерт, я оставлю его здесь. Если что-нибудь захочется, обязательно скажи мне. И не перетруждайся.   — Хорошо.   Юэ Чжиши сидел перед шкафом на коленях и неотрывно перебирал книги. Линь Жун тихо ушла, закрыв за собой дверь. А Юэ Чжиши еще целых десять минут искал ту самую рабочую тетрадь по математике, которую когда-то купил. Теперь круг поиска сузился, так что он не собирался сдаваться. Перенеся все рабочие тетради на стол, он начал методично просматривать одну за другой.   Как вдруг на глаза попалась тетрадь, в которой он рисовал на уроках от скуки, просто чтобы скоротать время. Сердце всколыхнулось от стыда с опозданием на полгода, а в глубине души крепла уверенность: это она.   Иначе и быть не может.   Юэ Чжиши перелистнул страницу, и взгляд его замер.   Там была задача на нахождение функции с очень длинным, запутанным условием. Требовалось рассчитать поток посетителей какого-то парка. Юэ Чжиши хорошо помнил это задание, до того оно муторное и тяжелое, к тому же, изложено непонятным языком, так что он едва мог уловить суть. В тот вечер он так устал от математики, что после прочтения условия в его голове задержались только три ключевых слова: парк, отдыхающие и каникулы. Мозг услужливо связал их воедино, и Юэ Чжиши, в порыве бунтарства, написал следующее:   [Ответ: Не хочу больше решать задачи, хочу погулять. В парке и так много отдыхающих, от еще одного человека хуже никому не будет].   Однако теперь прямо под его фразой появилась еще одна, написанная другим почерком — четким и стремительным.   [Потерпи еще немного. После экзаменов я отведу тебя, куда захочешь.]   Неужели это то самое напутствие, о котором говорил Сун Юй?   Сердце Юэ Чжиши едва не выпрыгивало из груди. Он вдруг ощутил себя героем научно-фантастического фильма — будто они с Сун Юем жили в разных временных линиях, и в один прекрасный момент их реальности начали сливаться.   Слова из прошлого, о которых никто не знал, внезапно обрели ответ.   Кончики пальцев онемели, а сердце, до краев переполненное чувствами, колотилось, словно капли проливного дождя. Юэ Чжиши с нежностью обвел пальцем слова Сун Юя, невольно повторив их про себя множество раз.   Он чувствовал: должно быть что-то еще, не мог Сун Юй оставить лишь этот маленький след. Вкусив толику сладости, Юэ Чжиши подолжил перелистывать страницы, осматривая их со всей серьезностью. На самом деле, не так уж часто он маялся от безделья на уроках: большая часть заданий из сборника была старательно прорешена.   Почти не осталось мест, где Сун Юй мог бы ему ответить.   Юэ Чжиши немного расстроился, хоть и был счастлив получить даже один-единственный ответ.   Он закрыл пособие и в оцепенении уставился на обложку. В голове вдруг что-то щелкнуло, и в тот же миг уши обдало жаром. Однажды, отвлекшись на уроке, он сделал нечто очень-очень глупое.   В панике Юэ Чжиши раскрыл рабочую тетрадь и стал отчаянно пролистывать, пока не добрался до той самой, постыдной страницы в своей истории.   Тогда ему просто было дико скучно. От нечего делать Юэ Чжиши упражнялся в каллиграфии и выводил имя Сун Юя — если вспомнить, оно там написано очень, очень много раз. Сердце вновь забилось чаще — толи от смущения, толи от чего-то еще, он не мог толком объяснить. Юэ Чжиши взглянул на имя Сун Юя, и в голове зазвучал его собственный голос: он звал гэгэ снова и снова, даже не надеясь получить ответ.   Взгляд Юэ Чжиши замер. Вот здесь он в последний раз написал имя Сун Юя — два таких знакомых иероглифа, двадцать штрихов.   [宋煜]   А ниже — лишь одно слово, которое эхом откликнулось в душе.   [М?]   _________________ Примечания переводчика:   [1] Юйсян жоусы — дословно переводится как свинина со вкусом рыбы. В названии рецепта есть иероглиф 鱼— «рыба», хотя блюдо готовится без нее. Все дело в соусе Юйсян, который, по мнению китайцев, пахнет рыбой.   [2] https://i.ytimg.com/vi/XcRHAVQ56Yk/maxresdefault.jpg https://www.youtube.com/live/XZJ_UqDsPDM   [3] Молоко с двойной пенкой — десерт из китайской кухни. Готовят его из свежего молока, которое дважды подогревают, чтобы образовались две нежные плёнки.