Потрясающий Человек-Паук

. . Как только они сели в машину, Инко заговорила: — Хорошо, что там случилось? Изуку бросил на неё взгляд. Она продолжила, уже строже: — Изуку, ты четыре месяца почти день и ночь тренировал свою причуду. Я не поверю, что ты не рассчитал силу. Изуку вздохнул: — Это... ещё одна способность моей причуды, о которой я узнал только сегодня. Инко удивлённо подняла бровь. Он пояснил: — Когда я дрался с Бакуго… он сказал кое-что… очень неприятное. Я разозлился. Почувствовал, как гнев переполняет меня. Когда я замахнулся кулаком, чтобы ударить его в живот, вены на руках засветились электричеством. Сквозь кожу. Удар вышел сильнее, чем я ожидал. Он выблевал свой обед… а электричество, кажется, парализовало его. Наверное, так, — закончил он, глядя на свои руки. Инко была, мягко говоря, шокирована. Причуда её сына поражала своим разнообразием… но и пугала. Она читала множество статей — и ни в одной не говорилось, что причуда может пробудиться после четырёх-пяти лет. Изуку беспокоил её. Не сам по себе — нет, скорее, то, что он что-то скрывает. Её мысли раз за разом возвращались к тому дню, что предшествовал пробуждению его "причуды". Он пришёл домой уставшим и вялым, но она решила, что это из-за школы. А ещё… тот паук. Тот жуткий, разноцветный паук, которого Изуку держал в банке в своей комнате. Она столько раз хотела избавиться от этой гадости, но сын не позволял. Говорил, что он помогает ему сосредоточиться. Что мотивирует его. Пауки. Всё связано с пауками. Она не понимала. Что происходит с её сыном? Почему его "причуда" такая странная? Действительно ли это причуда? Или… нечто другое? Неизвестная мутация? Как его природная огнестойкость? Она не знала. Но знала одно: она будет ждать. Ждать, когда Изуку сам решится рассказать ей правду. Она будет рядом. Будет поддерживать его — несмотря ни на что. Она только надеялась, что его секреты не причинят ему вреда. . .

Ооооо

. .

Заброшенный порт. Ночь.

Камера включилась. На записи появился Изуку, облачённый в самодельный супергеройский костюм: тёмно-синие штаны карго, красно-чёрный лонгслив с рисунком паутины и алым пауком на груди, красная спортивная куртка с капюшоном и маской без очков, а также пара веб-шутеров на запястьях. Позади него — пустынный ночной порт. Лишь редкие фонари освещали ржавые контейнеры и треснувший асфальт. — Окей, это новая запись и продолжение моего тренировочного курса по освоению паучьих способностей, — сказал Изуку, закрепляя камеру на ящике, — Эта рубрика будет называться Паучье биоэлектричество №1. День 126. Сейчас час ночи, и мне нужно успеть вернуться домой до трёх — пока мама не начала ночной обход. Начнём. Он хлопнул ладонями и провёл рукой по лицу, словно прогоняя сон. — Итак. Что я узнал о биоэлектричестве. Всё, о чём я расскажу, — это информация из интернета. Биология — не мой сильный предмет, так что мне придётся подтянуть её... может, даже заняться генетикой, чтобы наконец понять, что со мной и что это был за паук. Он замолчал на секунду, затем пожал плечами: — Ну ладно, мы отвлеклись. Как я понял, биоэлектричество — это не какая-то фантастика или мистика. Это естественный процесс. Организм человека генерирует его для передачи сигналов через нервную систему. Только... напряжение у обычного человека крошечное — от 10 до 100 милливольт. Его невозможно контролировать. Но есть исключения. Например — электрические угри. Они способны вырабатывать до 840 вольт. Их тела на 80% состоят из специализированных электрических органов, которые они используют для охоты и защиты. Он постучал пальцами по груди. — Похоже, тот паук, который меня укусил… обладал схожей способностью. И, передав её мне, каким-то образом усилил в разы. Но прежде чем я смогу подтвердить свою теорию, мне нужно выяснить, как активировать это биоэлектричество. Мой камуфляж включается при страхе. А это? Кажется, в прошлый раз я был зол. Очень зол. Бакуго сказал… кое-что о моей матери. Гнев. Возможно, это и есть триггер. И, знаете что? Гнева у меня полно. Он снял веб-шутеры, аккуратно положил их вместе с телефоном рядом с камерой. Затем отступил назад, сделав сальто и приземлившись в нескольких метрах от оборудования — на случай, если ток его поджарит. Закрыв глаза, он нырнул в воспоминания.

ДУН-ДУН…

…больничный кабинет. Холодный голос врача. — У вашего сына нет причуды. Это бывает. Такое случается. Смиритесь и… забудьте о мечте.

ДУН-ДУН…

…мать на коленях, плачет, обнимает его. На экране компьютера — Всемогущий спасает людей. “Скажи мне… просто скажи: Да, милый. Я верю в тебя…” А вместо этого — извинения за то, что она не смогла ничего изменить.

ДУН-ДУН…

— Вы можете прочитать часть в имени "Изуку", как "Дэку"! — шестилетний Бакуго улыбается, — С этого момента "Дэку" — это тот, кто ни на что не годен!

ДУН-ДУН… ПЗШ…

На груди, в районе сердца, появляется слабое свечение. Пульсирующий зелёно-голубой свет пробивается сквозь кожу и ткань лонгслива. — Ты как? Встать сможешь? — Юный Изуку стоит по колено в воде, протягивая руку к Кацуки. — Если ты ударился головой, это плохо! Бакуго смотрит на него в замешательстве. На его лице рождается ярость. — Не смотри на меня свысока! Взрыв. Его взрыв бьёт в грудь Изуку и швыряет того обратно в воду. — ДЭКУ!

ПЗШ-Ш…

— Что вообще может такой бессильный, как ты?!

ПЗШ! ТЗЗ…!

Свет становится ярче. Сквозь кожу проступает биение сердца, словно светящийся мотор. Вены начинают пульсировать ярким голубым с тонкой зелёной каймой. Свет пробегает по рукам, словно ток по проводам. — Если ты так сильно хочешь быть героем ...то лучше просто нырни головой с крыши! И молись, чтобы в следующей жизни у тебя была причуда!

ЗЗАААТТ!

Глаза распахнулись. Изуку резко вдохнул. Веки подёрнулись. Воздух был насыщен запахом озона. Его руки дрожали, окружённые мерцающими молниями. Зелёно-голубые искры хаотично танцевали между пальцами, по коже, словно живые. Он стоял, глубоко дыша, не отрывая взгляда от собственных рук. Постепенно энергия угасала, оставляя лишь лёгкое послевкусие электричества. Наконец он подошёл к камере, выключил запись и положил руки на ящик. — Передышка… мне точно нужна передышка, — пробормотал он. Он знал: впереди будут бессонные ночи и немало боли. Но это было начало. Начало чего-то по-настоящему мощного. . .

Ооооо

. .

Токио. Башня Детнерат.

Несколько часов назад.

Рикия Йоцубаши задумчиво смотрел на ночной Токио из окна своего офиса. Несколько минут назад он завершил разговор с одним из ключевых агентов — куратором идеологического центра в средней школе Альдера, в городе Мусутафу. Эта школа была единственной в том регионе, где АРИС тайно обучала детей учению Дестро. Особый интерес она представляла ещё и потому, что среди её учеников числился один беспричудный мальчик. В отличие от других учреждений АРИСа, Альдера по каким-то причинам сделала исключение. И хотя Рикия лично не видел в этом проблемы — пусть дети "поиграют" с игрушкой, прежде чем она "сломается" — он всё равно следил за ситуацией. И вот сегодня он получил тревожный звонок от Хамелеона. Мальчик без причуды — пятнадцатилетний подросток — вдруг проявил мета-способности. Это было невозможно. Всё, что наука знала о причудах, утверждало: они проявляются в раннем детстве. Позднее пробуждение попросту исключено — организм не может адаптироваться к таким изменениям. И всё же… Йоцубаши задумался не о возрасте. А о характере способностей. Способности были паукообразные. Не просто ползание по стенам или стрельба паутиной. Подросток не имел мутаций, выглядел совершенно обычно, но обладал всем набором: сила, ловкость, ускоренные рефлексы, сцепление с поверхностями… Хамелеон даже прислал записи: сцены в столовой и у входа в школу. На них подросток в стычке с пользователем "Взрыва" — мальчиком по имени Бакуго — и дважды одерживал победу. Рикия был впечатлён. Особенно его заинтересовало второе видео. При замедленном просмотре было видно небольшое свечение на кулаке подростка в момент удара. По словам Хамелеона, Бакуго потерял сознание, а позже проявил симптомы паралича — будто его ударило током. Неужели ты, мой дорогой доктор Уоррен, проводил эксперименты на людях за моей спиной?.. Или это просто моя безумная фантазия? Звук открывшейся двери отвлёк его от размышлений. Он развернулся — в кабинет вошёл доктор Майлз Уоррен. — Здравствуйте, доктор. — Господин Йоцубаши, — вежливо кивнул Уоррен, — Вы вызывали меня? — Да, — Рикия поднялся, обошёл стол. — Это касается проекта «Чёрное Сердце»? — нахмурился Уоррен, — Я как раз собирался отправить вам последние данные об… — Нет, дело не в этом, — прервал его Йоцубаши. Он повернул монитор к гостю, — Это видео снято у одной из наших школ. Уоррен посмотрел. На экране — обычная драка двух подростков. Один с "взрывной" причудой атакует, другой уверенно уклоняется. — Простите, сэр, но я не понимаю. Всего лишь двое детей дерутся своими причудами. — Возможно. Но вот этот мальчик, — Рикия указал на подростка с зелёно-красными волосами, — всего пару месяцев назад считался беспричудным. Уоррен изумился: — Но он же... подросток. — Именно. Ему пятнадцать. И это делает ситуацию ещё интереснее, — Рикия прищурился, — Но главное — не возраст. — А что? — У него способности, схожие с паучьими: сила, скорость, липкость, ловкость. А ещё… — он перемотал видео до момента удара и замедлил запись, — …вот это. На экране — едва заметная голубая вспышка на его кулаке. Затем — удар. — После этого, — продолжил Рикия, — Другой мальчик потерял сознание. По данным у него случился кратковременный паралич, будто от удара током. Доктор Уоррен молчал. Его мозг уже анализировал информацию. Несколько связанных способностей, основанных на пауках. А теперь ещё и биоэлектричество — сила, которая не вписывалась в его исследования. — Если вы намекаете, что это результат моих экспериментов, — наконец произнёс Уоррен, — боюсь, вы ошибаетесь. Я никогда не проводил тесты на людях. Да и ни один из моих экземпляров пауков не обладал электрогенезом. — Эта школа находится в Мусутафу, префектура Сидзуока, — уточнил Йоцубаши. — Что лишний раз доказывает: этот мальчик — аномалия. Не результат моей работы, — спокойно заключил доктор. Йоцубаши некоторое время молчал. Затем вздохнул: — Вы, вероятно, правы, доктор. Просто… фантазия. — А фантазия, — усмехнулся Уоррен, — это основа любой великой идеи. Скоро наши фантазии станут реальностью. Рикия тоже усмехнулся, — Верно сказано. Простите, что отвлёк от работы. — Ничего страшного. Иногда таким лабораторным крысам, как я, стоит выбираться из норы, — улыбнулся доктор. — Если вы так говорите. Вы свободны. Уоррен вежливо поклонился и вышел. Йоцубаши остался один. Он посмотрел на потухший экран, затем выключил монитор и закрыл глаза. Ну что ж. Одним беспричудным больше, одним меньше… Хотя этот, похоже, не из простых. . .

Ооооо

. .

Детнерат.

Лаборатория Майлза Уоррена

Пальцы доктора Майлза Уоррена быстро скользили по клавиатуре. На экране — интерфейс закрытой базы данных по причудам. Он сказал Йоцубаши, что мальчик не имеет никакого отношения к его экспериментам. И, скорее всего, так оно и есть. Но "скорее всего" — это не "точно". А в его работе допущения были недопустимы. Он вбил запрос. _________________________________________

ИМЯ: Изуку Мидория.

[Поиск...]

ОТКРЫТЬ ДОСЬЕ?

Загрузка...

ИМЯ: Изуку Мидория ДАТА РОЖДЕНИЯ: 15 июня 2083 года ВОЗРАСТ: 15 лет РОДИТЕЛИ:   [ОТЕЦ] — неизвестно   [МАТЬ] — Инко Мидория ПРИЧУДА: Паук ОБНОВЛЕНО: 8 апреля 2098 года КЛАСС: Мутант ОПИСАНИЕ: Наделяет пользователя способностями паука. Включает в себя: • Повышенную силу, ловкость, скорость и рефлексы • Способность к приклеиванию к поверхностям различной структуры • Высокую стойкость ПРИМЕЧАНИЕ: У пользователя зафиксирована врождённая генетическая мутация, не связанная с текущей причудой, обеспечивающая повышенную огнестойкость тканей. Мутация стабильна, наследуемость — не подтверждена. Не классифицирована как отдельная причуда. _________________________________________ Уоррен нахмурился. Слишком мало данных. Нет уровня активации, нет сопутствующих эффектов, нет даже подтверждения стабилизации причуды. Даже для государственной базы — это подозрительно поверхностная запись. Он скользнул взглядом по строке "отец — неизвестно". На долю секунды это зацепило его внимание, но он быстро отмахнулся. Сейчас его интересовало другое. Описание причуды выглядело… чрезмерно обобщённым. Словно кто-то намеренно постарался упростить, затушевать настоящие особенности. Если он действительно был беспричудным до недавнего времени, то откуда мутация? Почему в 15 лет? И откуда биоэлектричество? Он откинулся на спинку кресла, сжав подбородок рукой. Если мальчик сам заполнял форму регистрации после «пробуждения» — он, очевидно, не доверял властям. Или был достаточно умен, чтобы скрыть настоящие характеристики. Инстинкт самосохранения… или врождённая паранойя? Майлз Уоррен не был суеверным человеком. Он не верил в совпадения. Аномалия в его городе. Паукообразные способности. И, если его догадки верны — нерегистрируемый генетический сдвиг, возможно, вызванный искусственным мутагеном. Он не мог позволить себе игнорировать это. — Стоит понаблюдать за этим мальчиком... на всякий случай… . .

Ооооо

. .

На следующий день.

Всё изменилось. Он понял это в тот момент, как переступил порог школы. Люди смотрели на него иначе — молча отступали в стороны, словно инстинктивно давая дорогу. Похоже, вчерашняя стычка с Бакуго и тот факт, что его не наказали, дали понять остальным: он больше не "слабак", над которым можно смеяться. И всё же вместо удовлетворения он чувствовал неловкость. Его одноклассники внезапно стали дружелюбными — слишком дружелюбными. Очень быстро это начало раздражать. Лицемерие людей его поражало. И он не собирался идти им навстречу. Школьный день прошёл так: — отсидел скучные уроки, — ответил на все вопросы Такахаси-сэнсэя (чем вызвал у него недовольство и раздражение), — раздал парочку вежливых приветствий, — коротко ответил на вопросы о своей причуде, — вежливо отклонил предложение пообедать вместе, — и не пошёл ни в какие аркады. Он просто хотел уйти. День казался невыносимым. К счастью, Бакуго полностью его игнорировал, за что Изуку был ему по-настоящему благодарен. Видимо, вчерашняя встряска, а также пара хлёстких слов от тёти Мицуки вырвали из Кацуки яд, хотя бы временно. Перейдя дорогу, он остановился возле кирпичной стены, ограждающей его место для тренировок. Огляделся — никого. Он подпрыгнул, одним движением перелетев через трёхметровую ограду и мягко приземлился по другую сторону. За последние недели он научился контролировать силу своих прыжков, чтобы не переборщить. Во время первых тренировок на пляже он частенько оказывался в море — особенно когда оно ещё не было полностью очищено. Это его тогда забавляло, но главное — он понял, как регулировать силу в ногах. Добравшись до тренировочной площадки, он переоделся в спортивные шорты и кроссовки, оставив верх тела обнажённым. Во время наблюдений за изменениями в своём теле он выяснил важную вещь: с появлением новых способностей у него ускорился метаболизм. Теперь ему требовалось как минимум 5000 калорий в день, чтобы поддерживать организм в рабочем состоянии. Это означало много белка, жиров и углеводов. Если он ел меньше — наступала усталость, дрожь, головокружение, признаки гипогликемии. Он составил себе диету на основе рациона олимпийских спортсменов прошлого: она не только помогала держать форму, но и наращивать массу. Результат? Из худощавого, жилистого подростка он постепенно превращался в спортивного, подтянутого юношу. Уборка пляжа Дагоба, тренировки, рацион — всё это дало плоды. И теперь он чувствовал это с каждой мышцей. Его тело стало как сталь под кожей — не массивное, но невероятно спортивное. Каждое движение — точное, как у хищника. Мышцы на руках — подтянутые, без излишней массы, но с отчётливым рельефом. Живот — плотный, как камень, с намеченными 6 кубиками пресса. Грудные мышцы очерчены, плечи расширились, но не теряли естественной гибкости. Его длинные ноги были упругими и выглядили рельефными, а каждый его шаг был бесшумным словно походка паука, охотящегося в тишине. А если смотреть на него сзади, первое, что бросалось в глаза — удивительно подтянутая спина и зад, словно выточенные специально для рекламного плаката спортивной формы. Он не выглядит, как Всемогущий или Старатель с их массивными, словно высеченными из камня мышцами. Вместо этого его тело напоминает профессионального гимнаста или худощавого бойца — подвижное, собранное, выточенное для скорости и гибкости. Он быстрый, сильный, ловкий — именно таким и должен быть настоящий паук — Хорошо, приступим! — хлопнув в ладони, он протёр руки, затем развёл их в стороны. Изуку сосредоточился на биении собственного сердца, представляя его как аккумулятор, а гнев — как источник энергии, который его питает. Сегодняшнее раздражение, сдерживаемое целый день из-за одноклассников, стало идеальным началом — искрой, вызвавшей цепную реакцию. Подпитываемый этим гневом, он почувствовал, как сердце начало светиться — мягким зелёно-голубым светом, пробивающимся сквозь кожу. Свет струился по венам, будто энергия оживала внутри него. Он напрягся, сосредоточившись, стараясь удержать электричество в правой руке. Волоски на предплечье вспыхнули дымком. Он открыл глаза и увидел, как вены под кожей засияли — мерцание стекало в кисть, становясь всё ярче. Его пальцы будто перестали быть плотью — они казались вылитыми из чистой бирюзы, живой энергии. — Удивительно... — выдохнул Изуку, голос дрожал от сменившегося волнения. Его губы расплылись в широкой, почти мальчишеской улыбке. Взгляд упал на стоящий поблизости железный контейнер — и в голове тут же вспыхнула идея. Он слегка присел, выставив левую ногу вперёд, а правую отведя назад для опоры. Светящийся кулак откинул за спину, мышцы напряглись, энергия в венах засияла ярче. А потом рывок. Он метнулся вперёд и с глухим грохотом ударил по металлическому боку контейнера. Воздух дрогнул от столкновения — энергия вспыхнула в момент контакта, и по корпусу прокатилась вибрация, словно от мощного короткого замыкания.

СМЭШ!

Удар высвободил взрыв зелёно-голубого электричества, который пронёсся по поверхности, деформируя двухтонный контейнер. Легированная сталь, толщиной в два миллиметра, вжалась внутрь, словно была сделана из фольги. Разряд, сопровождаемый пронзительным треском, ударил в металл — и в следующую секунду воздух разорвала ослепительная вспышка. Языки дугообразной плазмы вырвались из кулака Изуку, вцепившись в корпус контейнера. Электричество буквально раскололо воздух, как раскат грома. По поверхности металла побежали ветвистые, светящиеся жилы — как будто сама сталь обрела нервную систему и содрогнулась от боли. В словно замедленной съёмке, он смотрел, как сталь прогнулась внутрь, выгибаясь под напором не только механической силы, но и электротермического импульса — на месте удара образовалась глубокая вмятина, по краям которой шёл налёт побежалости, словно металл пытались сварить изнутри. Там, где ток был максимален, материал начал плавиться, создавая чёрное оплавленное пятно с стекловидным блеском, окружённое паутинкой микротрещин. Мгновение спустя внутри корпуса контейнера возник краткий акустический взрыв — сработавший как резонансный удар по объёму. Мелкие детали, крепления и петли с силой отлетели в стороны, а сам контейнер подпрыгнул на месте и содрогнулся, скрипя из-за перегрузки. Поверхность вокруг удара начала испускать дым с запахом раскалённого железа и озона, а на полу под контейнером появились искры, словно часть тока прошла сквозь металл в землю. Изуку медленно вытащил руку которая вошла по локоть внутрь. По ней всё ещё пробегали остаточные разряды. Потрогав металл, он ощутил какой он был тёплым, почти раскалённым — не только пробитым, но и частично преобразованным. Поверхность вокруг была намагничена, притягивая мелкие гвозди, металлическую стружку и даже сорванные с петель болты. Если бы внутри находился человек — он оказался бы как минимум оглушён, а при незащищённой конструкции — возможно, получил бы ожоги или травмы от осколков. Контейнер теперь полностью стал непригоден для транспортировки — корпус дал трещины, а его структурная целостность нарушена. Изуку в шоке стоял перед искорёженным контейнером. Его рука всё ещё покалывала — пальцы будто онемели от напряжения, и по ним пробегали остаточные волны биоэлектричества. Он впервые применил свою новую силу на полную, пусть и неосознанно. Удар был импульсивным — смесь любопытства и радости. Я-Я… даже не ударил в полную силу... мелькнуло в голове. На полу вокруг контейнера ещё плавно тлели искры. Запах палёного металла и озона заполнил помещение, как после грозы. Контейнер — толстый, промышленный, армированный — согнулся и обуглился, словно консервная банка. Изуку смотрел на свою руку, которой он ударил. Вены светились голубовато-зелёным, будто кровь тоже изменилась. Он снова коснулся края вмятины — металл всё ещё был тёплым. Его ладонь оставила на нём отпечаток с синим сиянием. Если бы я ударил человека… Он бы… он не договорил мысленно. Но образ не исчез. Он отступил, глядя на результаты. Это была всего лишь проверка. Контейнер, импровизированная цель. А теперь — оплавленный, сломанный, испорченный. На складе было тихо, только эхо капающей воды и шипение разряда. Это не просто удар. Это... оружие. Мощь, которой я не понимаю до конца… Он подошёл к рюкзаку, достал блокнот и дрожащей рукой записал: Жало. Ядовитое Жало. Разряд разрушительной силы. Контроль критически важен. Сталь — деформирована. Не использовать рядом с людьми на полную мощность. Он провёл пальцем по строчке. Потом снова посмотрел на руку. - Я хотел быть героем. Это сила невероятна даже если я получил её случайно. Но теперь я чувствую себя… я даже не знаю, что я вообще такое. Он не испугался. Но тревога въелась глубоко. И в этой тревоге было что-то важное — понимание, что сила требует не только мужества, но и границ. И если их не будет… последствия могут быть куда страшнее. — Больше тренировок... на много больше... . .

Ооооо

. .

Апартаменты Мидория.

Комната Изуку.

Три недели спустя.

Камера включена. На экране — Изуку в домашней одежде, сидящий за своим загромождённым верстаком. Справа — манекен с его «не-геройским» костюмом и маской, слева — книжные полки, заполненные справочниками, журналами и парой свободных мест, откуда недавно пропали фигурки (вынужденно переселены). Половина поверхности верстака была завалена инструментами, проводами и запчастями — от новеньких микросхем до странных штуковин, явно откопанных в мусорке. Рядом стоял старенький автомобильный аккумулятор с двумя прикуривателями, один из которых был уже подключён к веб-шутеру. Изуку глубоко вздохнул, сделал короткую молитву всем паучьим богам, каких только знал, и подсоединил второй. Щёлк! — посыпались искры. Он дёрнулся, но быстро выдернул оба провода и выдохнул с облегчением. Затем повернулся к камере и начал записывать, — Окей. Тест изоляции веб-шутеров, версия №3. Предыдущие две попытки были… хм, скажем так, неудачными. Версия №2 выглядела многообещающе — пока не начала плавиться. Проблема в том, что изоляционный пластик и резина не выдерживают моего Ядовитого Жала — так я назвал свою биоэлектрическую способность. Некоторые пауки используют яд для парализации жертв — как тарантулы. А я — ну, я могу вырубить человека даже на минимальной мощности. И... да, Ядовитое Жало звучит круто, не спорьте, — добавил он с ухмылкой, прежде чем перейти к более серьёзному тону. — По показаниям мультиметра, я могу вырабатывать напряжение свыше 1000 вольт. Один раз я запустил Жало на полную, и устройство взорвалось. Мне пришлось покупать новый. После нескольких экспериментов выяснилось, что сила тока при импульсных выбросах — около 100 миллиампер. Этого вполне достаточно, чтобы вывести из строя электронику… и человека. Поэтому я научился регулировать и напряжение, и силу тока. Методом "поджарь — проанализируй — повтори". Он вздохнул, почесав затылок. — Главное — не терять контроль. Я заметил: если мои эмоции берут верх, биосилы могут выйти из-под контроля. И тогда — бам! — кого-нибудь можно поджарить, как сосиску на гриле. Так что — спокойствие, концентрация и отсутствие гнева. Или хотя бы минимум гнева. Он сделал паузу, набрав воздуха, — Окей, теперь к делу. Поскольку переделывать веб-шутеры с нуля слишком долго, я решил импровизировать. В ход пошли старый аккумулятор, прикуриватели, немного медной проволоки и молитвы. Я намагнитил компоненты, чтобы они держали заряд и не коротили при активации Жала. В теории. Повторяю: в теории. Он надел веб-шутеры. Закрыл глаза. Вдох. Выдох. В его руках вспыхнуло бирюзовое биоэлектричество. Вены засветились сквозь кожу. Он уставился на них с восхищённым блеском в глазах. — Ну, по крайней мере пока они не взорвались, — пробормотал он. Настал момент истины. Изуку прижал средний и безымянный пальцы к спусковому механизму. Щелчок.

ТВИП!

Паутина ударила в потолок, слегка искрясь, но не загорелась. Он подтянулся, повис вверх ногами и засмеялся: — О, да! Это работает! Новые веб-шутеры держат заряд, а формула паутины теперь проводит ток и при этом не плавится! Он отпустил нить, сделал сальто в воздухе и мягко приземлился на ноги. Поднял правую руку — бирюзовые искры всё ещё танцевали по пальцам. Он сжал кулак, отключая силу. Взгляд упал на манекен. Тонированные линзы маски смотрели на него в ответ. Он не смог устоять. — Пора переходить к полевым испытаниям… . .

Ооооо

. . Ночь опустилась на Мусутафу. Солнце скрылось за горизонтом, уступив место неоновым огням, озарившим город, который, кажется, не знает сна. На улицах гуляли люди, кто-то торопился домой, кто-то просто ловил тишину ночи. Но среди них был один, кто двигался с иной целью. Юноша в тёмно-синих карго-штанах, красно-чёрном лонгсливе с узором паутины и капюшонной куртке, поверх которой был накинут распахнутый бомбер, шёл с руками в карманах. Красные ботинки уверенно касались асфальта, а лицо скрывал капюшон. Его зелёные глаза, отсвечивая неоном, поднялись вверх — к самой вершине Башни Асано Роботикс.

Изуку Мидория собирался нарушить закон.

Он и сам не верил. Но это было неизбежно. Последние месяцы он работал над устройством — веб-шутерами — и тестировал их в заброшенном порту. Но этого было недостаточно. Они требовали настоящей среды. Городской среды. Он знал, что подобные вылазки запрещены. Он знал, что это может стоить ему места в Юэй. И всё равно он здесь. Почему? Он не мог объяснить. Может, укус изменил его — не только телесно, но и психологически. Может, уверенность, которой он никогда раньше не имел, теперь давала о себе знать. Или это просто был... бунт? Подростковая жажда показать миру, на что он способен? Что бы это ни было — он уже слишком далеко зашёл. Слишком поздно возвращаться назад… Он надел маску. Спрятал лицо. Слился с тенью. Изуку пробрался на территорию корпорации, ловко избегая камер, используя камуфляж. Он бежал по вертикальной стене, не ощущая гравитации, будто его тело знало, что делать. Подошвы цеплялись за стекло, как если бы оно было полом. Через пару минут он уже был на крыше. Всё чисто. Он отключил камуфляж и провёл проверку: маска — на месте, линзы на глазах, веб-шутеры — закреплены под рукавами, перчатки — надёжные, а пояс с запасными картриджами спрятан под курткой. Его сердце билось чаще. От страха? От волнения? От адреналина? Перчатки точно скроют отпечатки? Надеюсь… О боже, я реально начинаю думать, как преступник, подумал он, подходя к краю здания. Снизу гудел город. Машины, уличный шум, голоса. Где-то вдалеке сверкнула полицейская мигалка. Он почувствовал укол страха. И что-то ещё. Как будто… приближается момент.

Особенный. Судьбоносный.

— Возможно, это была плохая идея… — пробормотал он, присаживаясь на край, — Но кто вообще сказал, что путь к героизму будет простым? Он сполз вниз, цепляясь пальцами за край, включил камуфляж и медленно сполз по стене. Стекло было холодным. Порывы ветра били в спину. Он вцепился крепче. Мозг начал быстро просчитывать последствия: Если он прыгнет — он рискует всем. Мечтой. Будущим. Намерением поступить в Юэй. И всё ради... теста? Но вдруг... его сознание замерло.

Не думай…

Словно чей-то голос пронёсся в голове.

Не бойся…

Страх исчез. Мышцы расслабились.

Сделай этот…

Мир стал тише.

Скачок веры…

И он прыгнул.

SHKRASHH!!

Стекло под ним треснуло и разлетелось. Изуку толкнулся ногами, сделал сальто назад, и нырнул вниз, головой вперёд. Осколки стекла падали рядом, искрились в неоновом свете, будто звёзды на фоне ночного неба. Мир перевернулся с ног на голову, и в этот миг он отпустил всё: страх, сомнения… прошлое.

Это был момент свободы.

Чистый, как небо. Острый, как ветер.

Момент триумфа.

Ветер бил по лицу, распахнув молнию его спортивки. Под ней — символ красного паука. Город видел его впервые.

THWIP! THWIP!

Две нити паутины рассекли воздух, зацепились за здание, и Изуку резко качнулся, взмыв обратно вверх. На вершине дуги он замер — только он и город. Огни внизу сияли, как океан звёзд. Он улыбнулся. Он снова упал, выпустил новую нить, раскачался. Больше не было страха — только восторг и чистый, безумный адреналин. — ЭТО ПРОСТО НЕВЕРОЯТНО! — закричал он, пролетая высоко над улицами. — Круче всего, что я когда-либо делал! На мгновение он заметил своё отражение в стекле небоскрёба — как будто другой Изуку смотрел на него с удивлением. Вот чёрт! Люди внутри!Сконцентрируйся! Стань невидимым! Быстрее! — прошептал он, и его тело исчезло из глаз, растворившись в воздухе, Фух. Пронесло. — Осталось долететь до центра города, потом — в переулок, и пешком до вокзала. Легкотня, — пробормотал он, делая кувырок в воздухе. Он набирал скорость, делал сальто, тестировал себя и свои веб-шутеры. Всё тело работало как идеально отлаженный механизм. Так вот каково это — быть Ястребом? Он хотел закричать. Он не мог не кричать. — ПОТРЯСАЮЩЕ!!! Через десять минут он приземлился на крыше. Камуфляж исчез, и он сделал пару глубоких вдохов, сбрасывая напряжение. Пот струился по лицу. Использование невидимости во время активных манёвров было чертовски утомительным. — Чёрт... это было… шикарно… — тяжело выдохнул он, — Если бы я это снял — было бы кино! Ладно, пора домой. Мама взволнуется…

WHUMP!

Глухой грохот пронёсся неподалёку. Изуку тут же обернулся. — Что это? Он подошёл к краю, присел. Внизу — тёмный переулок. Звук повторился. Он спрыгнул, мягко приземлился на противоположной стене, и ползком пошёл вдоль кирпичей, скрываясь в тенях. Он увидел её. Маленькая девочка. Лет шести. Худенькая, в изодранном белом платье. Бледная кожа. Повязки на запястьях и лодыжках. Грязные, спутанные волосы с синеватым отливом. И — рог. Светло-серый, спиральный, растущий сбоку головы. Но больше всего его зацепили красные глаза. Напуганные. Ищущие выход. Что она тут делает одна?.. прошептал Изуку, не веря глазам. Тут он услышал шаги. Несколько мужчин появились в переулке — в чёрной одежде, с капюшонами и масками. — Ну вот ты где, — сказал один с ухмылкой. — Мы уже волноваться начали. Кто они, чёрт возьми? — Нехорошо так убегать, — сказал другой. — Знаешь, как Кай рассердится? Девочка попятилась, спиной к стене, слёзы выступили на глазах. Изуку сжал кулаки. — Пожалуйста… нет… — захныкала она. Один из них схватил её за руку. Она вскрикнула. — Нет! Пожалуйста, отпустите! — закричала она, извиваясь. — Заткнись, малявка! — огрызнулся мужчина, грубо дёрнув её к себе. — Пожалуйста… Кто-нибудь…

Помогите…!

THWIP!

Внезапно раздался странный звук. Что-то быстрое, острое — будто хлыст. Из темноты вылетела тонкая белая нить, вцепилась в ногу одного из бандитов… и резко утащила его в тень переулка. Мужчина закричал — коротко, испуганно — и исчез. А потом тишина. Жуткая, мертвая тишина, от которой мороз пошёл по коже. Остальные резко обернулись, всматриваясь в темноту. — Шин?! Эй, где ты?! — крикнул один, шагнув вперёд. Ответа не последовало. Только шорох. И вдруг — шлёп! — тело упало на асфальт. Шин. Завёрнутый в кокон из паутины, без сознания. — Чёрт побери, кто здесь?! — прорычал главный из них, выпуская из запястий костяные лезвия и принимая боевую стойку. В следующую секунду он толкнул девочку в сторону мусорных баков — она ударилась о них и рухнула, сбив с собой ведро и посыпав пол ржавыми крышками и гнилыми остатками. — ВЫХОДИ! — рявкнул он в переулок. Его голос дрожал. Остальные бандиты не медлили. Один вытянул пальцы, которые тут же сомкнулись, образуя форму пистолета. Другой сформировал в ладони огненный шар. Третий скинул пальто, демонстрируя мускулистое тело с выступающими костяными пластинами. Последний зажёг в пальцах трескучее электричество. Изуку наблюдал с высоты тени, его тело словно замерло. Но разум работал на максимуме. Один с костяными лезвиями. Один со "стреляющими пальцами" — наверняка быстрая дальняя атака. Есть пиромант, есть мускулистый с защитой, и ещё один — с электричеством. Два мутанта, три излучателя, Паутина взвилась внутри его головы, переплетая угрозы и решения. Времени на ошибки не было, Сначала стрелка — не хочу проверять могу ли я увернуться от пуль. Затем — огонь и ток. Паутина в лицо пироманту ослепит его, а электрика обмотать, пока он не сгорит сам. Силач — позже. Главное — не дать костяному парню подойти близко, Он глубоко вдохнул, Но прежде всего… За линзами его глаза сузились, полные решимости. Я должен спасти девочку! Он активировал камуфляж. Спрыгнул с крыши. Приземлился без звука. Только лёгкое топ ног об асфальт. Бандиты услышали это. Насторожились. — Эй… вы слышали?

THWIP! THWIP!

Со странным всплеском воздуха из ниоткуда вылетела тонкая белая нить — и ударила точно в руку стрелка, с хрустом сбивая пальцы с траектории. — Чё за— АГХ! — он не успел договорить, как тут же получил мощнейший апперкот под челюсть. Камуфляж рассеялся, и все увидели фигуру в красной маске. — Дерьмо, он здесь! — рявкнул босс, метнув костяные шипы. Изуку отскочил вбок, и снаряды едва не задели мускулистого парня с костяными пластинами. — Эй, смотри, куда кидаешь, идиот! — Прости! Но не успел он договорить, как в лицо ему прилетела паутина, захлопнув глаза. Он завопил и зашатался назад, врезавшись в стену. — Фу! Что за дрянь?! Прилепившись к стене и уже нацеливаясь на следующего, Изуку не удержался: — Ну, знаешь, когда мальчики достигают определённого возраста, их тела начинают выделять... эээ, всякое, — ухмыльнулся он за маской. — СДОХНИ! — заорал пиромант, бросая сразу два огненных шара. В тот же миг электрик выстрелил дугой молнии, разряды змеились по воздуху. — Вау! — Изуку резко отпрыгнул, приземлившись на стену, — Эй, а вы не слышали, что перебивать невежливо?

TWIP! TWIP!

Две сети ударили точно по целям, сковывая обоих противников. Электрик оказался замотан в липкий кокон и заорал, выпуская волны тока, но сеть выдержала. Пиромант, как и ожидал Изуку, сжёг паутину, вырвавшись с яростью. — Проклятье, — пробормотал Паук, мысленно добавляя в список задач "Создать огнестойкий состав". Не теряя ни секунды, он скользнул вниз по стене, словно тень, и метнулся вперёд. Колено с силой врезалось электрику прямо в челюсть, отбросив того назад. Не дожидаясь, пока тот упадёт, Изуку подтолкнул его рукой, уложив на землю, и сразу же сделал кувырок в воздухе. Он приземлился в лёгкой стойке, готовый к следующему раунду. — Один за всех, как говорится. Он бросил взгляд на упавшего противника, слыша как бьётся его сердцебиение. Хорошо, что я научился контролировать силу. А то бы пришлось объяснять полицию, как 'нечаянно' вмазал кому-то в морду со скоростью гоночного поезда, подумал он с облегчением.

TRRING!

Чутьё вспыхнуло — и Изуку мгновенно оттолкнулся от земли, сделав сальто назад, чтобы избежать огненных шаров и костяных шипов.

TWIP! TWIP!

Две нити паутины выстрелили из его веб-шутеров, прицепившись к головам двух бандитов. Он резко дёрнул — и те столкнулись лбами с глухим Тумп! Пока они шатались, оглушённые, Изуку приземлился и резко развернулся — инстинктивно выставил ладонь навстречу летящему кулаку мускулистого громилы…

KRRRKK!

— АААА-А-А-АА!! Мужик отшатнулся, завопив от боли. Он зажал руку и, корчась, упал на колени. — О боже, моя рука! Он сломал мне руку! ААА— ХММ?! Крик тут же оборвался, когда его рот был заклеен паутиной. Изуку тут же обмотал его всего, прижав к стене, как новогодний подарок. — Прости! — искренне воскликнул он, Чёрт, нужно быть осторожнее… Люди будут ломать себе кости, просто ударяя меня!

TRRING!

Почти инстинктивно он прыгнул в сторону и вцепился в стену, когда в него полетели огненные шары. Но тут же — два костяных шипа направились к его лицу. Он резко поднял руки — и поймал оба снаряда у самого лица, вызвав у лидера банды настоящее замешательство. — Мамы вам не говорили, что играть с огнём и ножами — плохая идея? Если нет, не удивительно, какими вы выросли, — он уклонился от следующего залпа, отпрыгнув вбок. — Вы, что, хотите сделать из меня шашлык? Ребят, ну вы хотя бы промаринуйте меня для начала… — БОЖЕ, ТЫ ЗАТКНЁШЬСЯ?! — заорал пиромант, забрасывая Паука огненными шарами. — И вообще, кто ты вообще такой?! — Кто я? Я просто... дружелюбный сосед. Имя мне — Человек-Паук! Он мягко приземлился, выстрелил двумя нитями… но промахнулся. — Ха! Поработай над точностью, пацан! — пиромант засмеялся, поднимая руки для нового броска. Но тут Изуку резко дёрнул за нити, и стоящее рядом мусорное ведро с силой врезалось в голову поджигателя, сбивая его с ног. Пылающий шар вылетел в сторону, промахнувшись. Изуку даже не успел отпустить очередную шутку, как лидер банды бросился на него с шипами. Паук увернулся в последний момент — и началась настоящая дуэль. В это время маленькая девочка с голубовато-белыми волосами испуганно смотрела из-за мусорных баков. Незнакомец в красной маске двигался так быстро, что её глаза едва поспевали за ним. Он прыгал, скользил, стрелял белыми нитями и говорил странные, но почему-то смешные вещи. Она наблюдала, как он уклоняется от очередного шипа, резко приседает, выстреливает нитями — одна в лицо, другая в живот — а затем делает рывок, проскальзывая под ногами бандита. С глухим шлепком тот рухнул лицом в асфальт. — Совет на будущее, — сказал Питер… то есть, Изуку, и быстро заклеил того несколькими кольцами паутины, — Не целуй асфальт. Послевкусие — не ахти. Он огляделся: все бандиты либо лежали без сознания, либо были связаны паутиной. В груди у него вспыхнуло тепло — впервые за долгое время он действительно сделал что-то важное. Он спас человека. Он дал отпор тем, кто причиняет боль и остаться победителем. И, чёрт побери, он даже шутил в бою! Либо маска начала менять его, либо он сходит с ума. Скорее всего — второе. — Окей… а где же… — пробормотал он, когда его острый слух услышал тихий грохот. Он обернулся — возле перевёрнутого мусорного бака дрожала маленькая девочка, едва выглядывая из-за железной крышки, что лежала рядом на асфальте. — Ах, вот и ты, — мягко произнёс он, подходя ближе, — Всё в порядке? Они не навредили тебе? Она тут же отпрянула, забиваясь глубже в угол. Он замер, подняв руки в успокаивающем жесте. — Эй-эй, спокойно! Я не причиню тебе вреда! — сказал он, медленно опускаясь на корточки. Но она всё так же дрожала и смотрела на него испуганно, — Не бойся… Я не плохой. Просто... немного странный на вид, я знаю, — он сделал паузу, а затем хлопнул себя по лбу, — Ох, точно! Маска! Он приподнял очки на лоб и стянул нижнюю часть маски, показывая лицо. Её взгляд чуть смягчился. — Вот. Видишь? Я обычный парень. Никакой не монстр. Обещаю, я здесь, чтобы помочь. Он улыбнулся и указал на себя: — Я Изуку. А как тебя зовут? Девочка колебалась, прежде чем едва слышно прошептать: — …Э-Эри… — Эри… — он повторил имя с тёплой улыбкой, — Красивое имя. Ты живёшь где-то рядом? Она покачала головой. — Понятно… — он мягко продолжил: — А у тебя есть… семья? Вопрос застал её врасплох. Она замерла, словно не понимала, что это слово значит, а потом медленно отрицательно качнула головой. — Нет семьи… — тихо повторил он, — А эти парни… почему они за тобой охотились? Но он тут же замолчал, когда увидел, как Эри сжалась, прижавшись к стене и закрыв голову руками, будто снова ждала удара. — Прости! Прости, тебе не обязательно ничего говорить, — поспешно сказал он, отступив на шаг, — Всё в порядке. Просто… просто давай я отведу тебя в безопасное место. Хорошо? Он протянул к ней руку — но та отшатнулась с испуганным вздохом. Его сердце сжалось, когда он увидел чистый, животный страх в её глазах. Что же эти люди с ней сделали?.. Он глубоко вдохнул и заговорил тихо, ласково: — Эй… всё хорошо. Я знаю, ты боишься. И ты права — ты имеешь право бояться. Но теперь ты в безопасности. Обещаю. Она немного расслабилась. Он продолжил, чуть склонив голову: — Хочешь знать, почему всё будет хорошо? Эри посмотрела на него с опаской… но всё же кивнула. Изуку подарил ей тёплую, искреннюю улыбку — такую, которую дарила ему мама когда он чувствовал себя одиноким. Улыбка, способная успокоить, как солнечный свет после долгой грозы. — Потому что теперь у тебя есть я. Твой дружелюбный сосед… Человек-Паук. Его слова — и голос, полный доброты — словно растопили лёд в её груди. Медленно, почти неуверенно, она протянула дрожащую руку к его. Он осторожно взял её ладошку в свою, сжал — нежно, как только мог. Её рука была тёплая, хрупкая… и полная доверия. А потом — она шагнула вперёд и обняла его. Он на мгновение замер, ошеломлённый. А затем, не сдерживаясь, обнял её в ответ, прижимая к себе аккуратно, будто она была стеклянной. — Ну вот, — прошептал он, поглаживая её по спине, — Всё будет хорошо, Эри. Я с тобой. Она прижалась к нему крепче, словно боялась, что он исчезнет. И Изуку стоял, позволяя ей держаться столько, сколько нужно. И в ту самую секунду он понял: вот зачем ему была дана сила. Не для славы. Не для одобрения.

А чтобы спасать тех, кто не может спасти себя.

— Теперь, — сказал он, собираясь отвезти её к себе домой. — Давай вытащим тебя отсюда и…!

TRRING!!!

Внезапно его голову пронзила резкая боль, будто по черепу ударили кувалдой. Паучье чутьё взбесилось — оно кричало, визжало, как сирена на пожаре. Он рывком натянул маску на лицо — как раз в тот момент, когда асфальт под ногами начал трескаться. Из земли с лязгом вырвались острые серые шипы. Рефлексы сработали на 110% — он мгновенно схватил Эри и оттолкнулся, уводя её из зоны поражения. Он вцепился в стену, удерживаясь мёртвой хваткой благодаря силе Ван-дер-Ваальса. Паучье чутьё вновь вспыхнуло — и он отпрыгнул ровно в тот миг, когда шипы с треском пронзили камень там, где он был всего секунду назад. Он взмыл в воздух, Эри закричала от испуга. Он схватился за бельевую верёвку и повис над переулком, усеянным острыми шипами, словно мама-обезьяна с детёнышем на руках. Каким-то чудом солнцезащитные очки не слетели и остались на лбу, оставив его бирюзовые глаза открытыми — сейчас было не до маскировки. Паучье чутьё указывало источник угрозы. — Что ты творишь?! Кто ты такой?! — рявкнул он, когда из тени вышел незнакомец. Мужчина был бледным, стройного телосложения, с короткими бордовыми волосами, тонкими бровями и небольшими глазами с золотыми радужками. В левом ухе поблёскивали три золотых пирсинга. Он носил чёрную деловую рубашку с классическими брюками, поверх — зелёный расстёгнутый бомбер с фиолетовым меховым воротником. На руках — белые перчатки. Но главным в образе была оранжевая маска в форме клюва, украшенная золотыми вставками, словно чумной доктор вышел из мрачной легенды. Эри вздрогнула у него на руках. Изуку сразу это почувствовал. Он вновь взглянул на незнакомца, напряжённо всматриваясь. Чёрт… Он мог задеть Эри. Это была атака — не предупреждение, мысли Изуку бешено крутились в голове, Герой?.. Я бы его узнал. Но моё чутьё — оно просто сходит с ума! Кто, чёрт побери, этот тип?! Его взгляд стал стальным. — Что ты творишь, псих?! Ты мог ранить Эри! — закричал Изуку на незнакомца. Мужчина прищурил свои золотые глаза. Он молча посмотрел на Эри — взгляд за маской был неясен, но от него веяло чем-то… холодным. Эри задрожала в объятиях Изуку. Лишь после этого на лице мужчины появилось что-то вроде спокойствия — почти извинения. — Мои извинения. По твоему наряду я подумал, что ты один из тех, кто хотел причинить вред Эри, — сказал он, указав сначала на Изуку, потом на лежащих без сознания головорезов. — Я просто… слишком остро отреагировал на то, что к ней подошёл незнакомец. Прости, если напугал. Но паучье чутьё не успокаивалось. Оно всё ещё звенело у него в голове, будто предупреждая: опасность не миновала. Слишком остро отреагировал? Да он чуть не превратил нас с Эри в швейцарский сыр! Изуку спрыгнул с бельевой верёвки, мягко приземлившись на землю. Он почувствовал, как Эри прижалась к нему ещё крепче. — Я так понимаю… ты её знаешь? — спросил он, не выпуская девочку из рук. — Можно и так сказать. Она моя дочь. Просто… заигралась и зашла слишком далеко. У неё есть склонность слишком увлекаться — иногда до травм, — сказал мужчина почти бесстрастным голосом. Слово «дочь» прозвучало как чужое. Неестественное. И что значит — травмы во время игры?! Она выглядела, как будто побывала на фронте. — Я благодарен тебе за то, что защитил её от этих… хулиганов. Но теперь я должен забрать Эри домой. Уже поздно, — продолжил он и протянул руку к девочке. — Пойдём, Эри. Пора возвращаться. Эри в ужасе вжалась в Изуку и не двинулась с места. — Пожалуйста… — прошептала она ему на ухо. — Не позволяй ему забрать меня. Изуку напрягся. Его глаза расширились от шока. Это не была просьба — это была мольба. Он медленно вернул очки на лицо, закрывая глаза тёмными линзами. Взгляд за ними стал холодным и сосредоточенным. Правая рука крепче прижала Эри. Левая — медленно скользнула за спину. Средний и указательный пальцы опустились на спусковой механизм веб-шутера. — Твоя «дочь»… кажется, напугана, — сказал он, не сводя взгляда с мужчины. — Ну… она знает, что её будут ругать за неприятности, — мужчина говорил спокойно, но Изуку видел, как тот внимательно за ним следит, — Дети всегда боятся наказания. — Эти бинты… — Изуку кивнул на забинтованные руки и ноги Эри, — Это не похоже на травмы от детских игр, — в его голосе звучало обвинение. Глаза мужчины сузились. — Она часто падает. Немного неуклюжая. Нарушительница спокойствия, — произнёс он с лёгкой усмешкой. Ложь. Чистой воды ложь Тело Изуку было готово к любому движению. — Так сильно падает? Тогда почему прямо сейчас она дрожит от одного твоего голоса? И почему она до сих пор не сказала тебе ни слова?.. — голос его стал жёстким, а линзы на маске сузились в тонкие щели, — Если бы я не знал лучше… Он сделал паузу. — …я бы сказал, что именно ты с ней это сделал. Глаза мужчины сверкнули опасным светом. Его рука медленно потянулась к перчатке. — Это… очень грубо — обвинять отца в том, что он причинил вред своему ребёнку, — произнёс он с ядом в голосе, — Ты не понимаешь, о чём говоришь, малец. — О, неужели? Тогда просвети меня! — отрезал Изуку, не отводя взгляда, — Потому что прямо сейчас я вижу до смерти напуганную девочку с явными следами насилия. А передо мной — парень-птица в модном прикиде, который косит под заботливого папашу, но сам же пытался нас с ней убить! Мужчина замер. Тишина в переулке стала тяжелее воздуха. Напряжение нарастало. — …Б-босс… — раздался слабый голос. Изуку обернулся и увидел электрика — одного из головорезов, всё ещё шевелящегося в паутине на земле. Тот едва поднял голову, его лицо было искажено болью. — Б-босс… Кай… осторожно… этот парень… он опасен… Бирюзовые глаза резко расширились. Он снова посмотрел на человека в птичьей маске… и заметил, как его золотые глаза опасно сузились. Босс? Кай? Он их командир? Значит, они работают на него?! Сердце Изуку забилось чаще. Он крепче прижал Эри к себе. Кай — теперь уже по имени — перевёл взгляд на своего подчинённого. Несколько секунд он просто смотрел. А потом вздохнул — будто устал, будто разочарован. — Почему ты не мог просто держать язык за зубами?.. — произнёс он спокойно. Он снял левую перчатку. — Нет—! — начал было Изуку, но было поздно. Кай положил ладонь на голову электрика… и в одно мгновение человек взорвался в кровавое месиво. Хлопок. Всплеск. Мясо и кровь брызнули на стены переулка, заливая всё вокруг. Глаза Изуку распахнулись от ужаса. Эри тихо всхлипнула, крепко вцепившись в его костюм. Он чувствовал, как она дрожит. Кай медленно опустил руку, как будто ничего не произошло. Его глаза снова встретились со взглядом Изуку. — Ну… это было неприятно, — сказал он небрежно, сгибая пальцы. — Но раз уж кота выпустили из мешка… как насчёт сделки? Он сделал шаг вперёд и Изуку непроизвольно отступил назад. — Ты неплохо справился с моими людьми. Это заслуживает уважения. Поэтому я предлагаю тебе сделку: верни мне Эри, и я позволю тебе уйти отсюда живым. Он кивнул на девочку у него на груди. — ...Зачем она тебе? Почему она так важна? — спросил Изуку. Его голос дрожал, но он не отступал. — Это тебя не касается. Всё, что тебе нужно знать — если ты не отдашь её мне, ты не выйдешь из этого переулка живым. Изуку прижал Эри крепче. Он чувствовал, как в нём закипает что-то… огненное. Не страх. Не ярость. Решимость. — Теперь… — Кай снова протянул руку. — Почему бы тебе не поступить по-умному? Изуку поднял голову. Его глаза горели. — Я лучше поступлю по-глупому! — выкрикнул он. — Ты заберёшь её только через мой труп, птица-переросток! Кай зарычал. Его лицо исказила злоба. Он сорвал вторую перчатку и шагнул вперёд, пальцы напряглись, готовые разнести всё, к чему прикоснутся. — Ты сам выбрал свою судьбу… В ту же секунду паучье чутьё взревело, как сирена в сердце Изуку. Он рванул вниз, уклоняясь, ровно в тот миг, когда рука Кая метнулась к его лицу — смертоносно, быстро, как кобра. Он чёртовски быстрый! Изуку активировал всё: паучью скорость, реакцию, силу ног. Он отпрыгнул вбок, уворачиваясь на волосок от смерти — всё ещё держась за Эри. Рука Кая ударила по земле — и та мгновенно взорвалась, вздымая в воздух облако пыли и обломков. Из пыльного облака вырвались острые шипы, устремляясь прямо в Изуку. Он среагировал в последний момент, резко подпрыгнув в воздух с Эри в руках. Шипы взрезали воздух под ним, едва не задев ноги. Он приземлился на стену — и тут же отпрыгнул, потому что поверхность под ним начала мутировать, превращаясь в подушку из игольчатых камней. Изуку выстрелил паутиной в соседнее здание, зацепился и рванулся вверх, вытаскивая себя и Эри из смертоносного переулка. Они вылетели на крышу одного из зданий, и он сразу же побежал вперёд, стараясь сохранить скорость и дистанцию. — Чёрт возьми! У этой птицы точно кукушка съехала! — выдохнул он сам себе, несусь по крышам. Он обернулся — и увидел, как Кай поднимается на крышу, создавая под собой каменный столб, поднимающий его вверх. Вот чёрт…! Подумай, Изуку, думай! Он сосредоточился, сердце бешено стучало. Он знал, что от понимания этой причуды зависит их жизнь, Он прикасается — и объект взрывается… а потом снова собирается, но уже в другой форме. Он не просто разрушает — он перестраивает материю. Это не просто взрыв. Это… перекомпоновка!

TRRING!

Паучье чутьё вспыхнуло снова. Изуку подпрыгнул, как раз в тот момент, когда крыша под ним взорвалась и превратилась в очередной лес из каменных шипов, Похоже, у него есть небольшой интервал времени между разрушением и реконструкцией! Этот момент — ключ! Он увидел, как Кай снова прикоснулся к земле. Шипы под ним взорвались, но тут же снова собрались — только теперь в форме земляных верёвок, которые рванулись к нему, пытаясь оплести его тело. Вот оно! Его руки — это ключ! Он должен касаться объекта, чтобы активировать свою причуду! — Вау! — выдохнул он, резко выстрелил вбок паутиной, резко сменив направление, уводя себя и Эри из траектории каменной верёвки. Он оттолкнулся от неё в воздухе, ловко избежал следующей — и ударом свободной руки разнёс одну из конструкций в пыль. Он использовал всё: паутину, прыжки, развороты, паучьи рефлексы и акробатику. Его движения были точными, как у гимнаста в полёте — скольжение, раскачка, резкие рывки… он ускользал от каждой новой атаки, изредка крушив каменные капканы.

TRRING!

Паучье чутьё взревело. Он резко опустил взгляд — и увидел Кая, стремительно приближающегося на поднимающемся каменном столбе. — Не сейчас! — прошептал он, выстреливая очередью паутины вниз. Белые нити сорвались в воздух, заставив Кая уклониться, спрыгнув со своего обломочного трона. Выражение чистой ярости исказило его лицо. — Сукин сын! — прорычал он, создавая новые, толстые каменные канаты, вздымающиеся, как змеи. Изуку начал падать вниз, прямо к живой улице, где уже собрались люди. Он использовал этот момент — время и гравитацию — чтобы раскачаться, выстрелив паутиной в стену. Тело пронеслось над дорогой, ускользая от хлыста из камня. Нужно убрать бой с улиц! Слишком опасно — тут повсюду люди! Эри прижималась к нему крепко, головой упершись в грудь, с закрытыми глазами. Изуку держал её одной рукой, стиснув зубы от напряжения. Всё внутри кричало: не допусти, чтобы она пострадала. Что делать?! Камуфляж не сработает — Эри слишком заметна! И я не могу сражаться, держа её в руках! Он резко выстрелил паутиной в противоположное здание, вырвал рывок, уклоняясь от очередной атаки. Ещё мгновение — и он оглянулся через плечо. Глаза расширились. Кай гнался за ним, создавая под собой дорожку из каменных конструкций, как бешеный ткач, разрывая и перестраивая улицу снова и снова. Всё вокруг рушилось — он не обращал ни малейшего внимания на прохожих, машины или здания. Его цель была одна: Паук и Эри. — Чёрт, да этот парень упорный! — фыркнул Стенолаз, уходя от очередного удара, — Лучше бы он так гонялся за девушками своего возраста, а не за ребёнком! Он едва не рассмеялся от собственной мысли, Что за хрень я только что сказал? Похоже, я окончательно тронулся... Пролетая над улицами, он заметил строительную площадку — идеально. И, что ещё лучше — кран с подвешенной трубой. Хорошо, думай: угол, масса, сопротивление ветра... Он раскачался на паутине, отпустил её в начале подъёма и, используя инерцию, взлетел по дуге вверх, ногами вперёд. Снова выстрелил паутиной, подтянулся — и проскользнул прямо сквозь огромную металлическую трубу, будто снаряд. Он приземлился на строительную площадку рядом с недостроенным зданием, скрывшись из поля зрения. . .

Ооооо

. . Кай остановился. Он увидел, как надоедливый акробат исчез в районе стройки. Не обращая внимания на заграждение с надписью ROXXON, он одним жестом снёс его в пыль каменными лентами и приземлился на твёрдую землю. На улицах кричали прохожие, кто-то снимал на камеру, кто-то звал героев, но он не слышал ничего. Он шёл вперёд. Упертый. Холодный. Зацикленный. Найти паука. Убить. Забрать Эри. Он огляделся. Ни следа. Ни пацана, ни девчонки. — Это уже начинает БЕСИТЬ! — прорычал он, поднимая руку, готовясь взорвать всю площадку...

ZAКТ!

— АААА-ААА! — рёв боли вырвался из его глотки. Оглушающая боль. Будто в сердце вбили тысячи раскалённых игл. Мозг вспыхнул яростью и туманом. Нервы отказывали. Мир закружился. И тьма накрыла его. Кай рухнул. Рядом с ним из воздуха появился Изуку — активировал камуфляж, подкрался, и в нужный момент активировать Ядовитое Жало в шею двумя пальцами. 1000 Вольт, но низкий ток. Как с Бакуго — вырубить, но не убить. И, чёрт возьми, как же приятно это было! Подумал Изуку с ухмылкой. Он стоял над поверженным телом. Перед ним был монстр — мучитель Эри, хладнокровный убийца, зверь, у которого не дрогнул ни один мускул, когда он взрывал человека у всех на глазах. А теперь он лежал, связанный паутиной. Поверженный. Изуку вздохнул, руки дрожали когда он начал стрелять паутиной. — Полежи тут, птичка. Полиция тебя скоро заберёт, — пробормотал он, завязывая последний слой паутины.

TRRING!

Паучье чутьё сработало в последний момент. Он отпрыгнул в сторону — и в ту же секунду в то место, где он только что стоял, ударил поток пламени. Жар обжёг воздух, а пламя отразилось в тёмных линзах очков, раскрасив их в красно-оранжевый. Перекатившись, он резко обернулся и сердце застучало. Из пламени вышел высокий, мускулистый силуэт. Огненные плечи. Гудящая броня. Глаза — пылающие угли. Старатель. ...Вот чёрт. . .