Потрясающий Человек-Паук

. . Изуку Мидория мчался над городом, раскачиваясь на паутине между крышами. Он ловко выполнял воздушные трюки — сальто, винты, перевороты — на радость тем, кто случайно поднимал взгляд снизу. Но на самом деле всё это было не для зрителей. Это был способ разогнаться, сфокусироваться… и отвлечься от воспоминаний о последнем бое. Он направлялся за своим рюкзаком — тем самым, что он оставил прикреплённым паутиной к рекламному щиту, когда сорвался в погоню за Стервятником. Бой, который до сих пор отзывался в теле тупой болью и звоном в ушах. Это была первая настоящая битва со времён Трапстера. Изуку скривился, вспомнив, как промахнулся. Если бы он точнее выстрелил ослепляющей паутиной, мог бы закончить всё за секунды. Вместо этого — разрушения, паника, пострадавшие. Потому что он был не в форме. С тех пор, как месяц назад он стал мстителем, он почти перестал тренироваться. Он слишком полагался на уже имеющиеся навыки и паучьи способности. Больше так нельзя. — Я буду лучше. Я буду тренироваться, оттачивать каждое движение, каждую реакцию. Пока не стану лучшим. Пока не стану Совершенным, — поклялся он, резко метнув паутину вперёд. THWIP! — раздался знакомый звук, и его снова потянуло вперёд. Наконец, спустя пару минут он добрался до того самого билборда — огромного экрана с рекламой Roxxon Energy. Голограмма пульсировала: «Нуформ — чистая энергия для всех». Изуку отпустил паутину, мягко приземлился на край конструкции, отклеил рюкзак, заботливо запеленутый в кокон из паутины, и закинул его на плечо. Уже потянулся к молнии костюма, чтобы переодеться — и замер. Зачем? Он мог бы долететь до П.И.Р.а на паутине. Быстро и удобно. Но… тратить веб-жидкость — нерационально. А если однажды веб-шутеры откажут? Если паутина кончится? Он не может зависеть от технологии. Паркур. Это будет отличная тренировка. — Решено! — сказал он, вскинув кулак. — Если я хочу быть Совершенным — должен работать, не покладая рук. Он сделал несколько шагов назад, разбежался и прыгнул. 30 метров полёта. Перекат. Отталкивание. Прыжок. Следующее здание. Водонапорная башня. Очередной рывок. Паркур в чистом виде. Он вошёл в ритм. Обувь стучит по бетонным крышам. Мышцы ног сжимаются перед прыжками. Кровь пульсирует. Мир вокруг будто замедляется, пока он ускоряется. Это не полёт на паутине. Это — движение в чистом виде. Обычный человек давно бы выдохся. Но не он. Даже спустя двадцать минут безостановочного паркура его тело и не думало уставать. Паутина внутри него — настоящая и метафорическая — держала его в тонусе. Его мышцы не накапливали молочную кислоту. Он был рождён для этого. — Ну вот, почти у станции! Осталось только…

TRRING!

— А? — Он вздрогнул. Паучье чутьё взвыло тревогой, но слишком поздно. С резким щелчком что-то обмоталось вокруг его пояса. Верёвка. До того как он успел понять, его дёрнуло назад — и вниз. BAM! Он врезался в крышу, перекатился, застонал. — Ух-х... Меня заарканили? Серьёзно? Как какого-то бычка на родео... — прохрипел он, вставая на ноги. Верёвка исчезла — саморассасывающийся механизм? Но...

TRRING!

Опять! Он развернулся — и увидел, как на него бросился человек в тёмно-фиолетовом костюме в смешной шляпе и с усами. Металлический посох в руках. Выглядел так, будто сбежал с цирковой арены… в 80-х. Противник кинулся в атаку, нанося удар ногой в прыжке. Изуку перекатился в сторону, моментально выстрелив паутиной. Но фигура в цилиндре взмахнула посохом — и перехватила паутина в воздухе. ЧТО?! глаза Мидории расширились, Он перехватил мою паутину?! Как? — А я думал, восьмидесятые уже как сто лет назад вышли из моды! — бросил он, не скрывая иронии. Противник не ответил. Лишь молча шагнул вперёд, вращая посох. Изуку нахмурился под маской. Его инстинкты вопили об опасности, а разум требовал анализировать. Он начал стрелять паутиной — быстро, точно, как пулемёт. Но нападавший уворачивался от каждого выстрела с пугающей грацией. Его движения были отточены, как у акробата с десятилетним стажем. Не просто бандит — профессионал. Слишком спокойно. Слишком уверенно. Надо застать его врасплох. Мгновенно Изуку выстрелил двумя нитями паутины по краям крыши и запустил себя вперёд, ногами вперёд, словно снаряд. В полёте он уже предвкушал удар… но фиолетовый костюмчик даже не дёрнулся. Словно знал, что будет дальше. Посох резко взметнулся — БАМ! — блокируя выпад, словно это был не удар героя, а лёгкое прикосновение. Но именно этого Изуку и хотел. Оттолкнувшись от врага, он выстрелил паутиной — теперь не точечно, а широкой сетью. Враг снова взмахнул посохом — сеть обмоталась вокруг него… и вот тут он показал зубы. Резко дёрнув посохом, он сорвал паутину с себя и в том же движении развернулся, нанося сокрушительный удар ногой прямо в челюсть Мидории. Голова дёрнулась вбок. БОЛЬ. …как в тот раз. В памяти всплыла сцена: первый класс средней школы, Ацуши Исидзука с причудой Каменный кулак врезает ему под дых. Тогда — унижение. Сейчас — ярость. Изуку отлетел, но не потерял контроль. Паутину он не отпустил. Напротив — метнул по ней импульс. Попробуй моего Жала! Слабое, едва заметное жужжание, и по нити скользнуло зелёно-бирюзовое электричество. Противник вздрогнул от неожиданности и быстро отпустил посох. Бинго, Мидория резко дёрнул паутину, отбросив оружие вниз, Надеюсь, это его единственное. — Теперь давай драться на равных. Mano a mano¹, хоббит! — усмехнулся он, не сдержав насмешки. Фраза сработала. Глаза парня резко дёрнулся когда он указал на его низкий рост. Подкол сработал и тот без слов бросился в атаку. Костюмчик решил поиграть в рукопашку? Отлично. Изуку уклонился от мощного нисходящего удара ногой, скользнул вбок и встал в стойку — руки подняты, подбородок закрыт, движения пружинистые. Боксёром он себя не считал, но парочку приёмов знал. В бою каждый навык — на вес золота. Они столкнулись. С первого же обмена стало ясно: этот парень — мастер ближнего боя. Каждый удар — выверен. Каждое движение — точно. Он блокировал, парировал, отвечал молниеносно. Его стиль был чистый, дисциплинированный — словно у кого-то, кто учился в додзё, а не на улице. Но у Изуку было преимущество. Он был не просто быстр — он предчувствовал удары. Паучье чутьё вело его как радар. Он наклонялся в доли секунды до удара, скользил, отбивал, уходил. Он был гибче. Ловчее. И, самое главное, голоднее до победы. Но это был не односторонний бой. Во время одного из выпадов, когда Мидория попытался перейти в атаку, враг резко перехватил его руку, ухватился за куртку — и выполнил бросок через плечо. — УГХ! — выдохнул Изуку, когда спина врезалась в крышу, выбив воздух из лёгких. Он перекатился, кашляя и в этот момент — Щёлк.. Враг достал из-под пиджака пистолет. Настоящий. Глаза Изуку расширились. Нет. И сразу — невидимость.

BLAM!

Пуля вылетела из дула со скоростью почти 375 м/с. Полметра пролетела за 4 миллисекунды. Но Изуку двигался ещё до того, как палец полностью нажал на спусковой крючок. Когда раздался выстрел, он уже был над ним, в воздухе, в трёх метрах. В полёте он отключил камуфляж — только на миг — и выстрелил паутиной. Тонкая нить вылетела из веб-шутера и зацепилась за спину врага. Резкий рывок. Он метнулся вниз, как молот, и врезался спиной в спину противника. Тот пошатнулся, не ожидая атаки сверху. А потом Ядовитое Касание. Пальцы Мидории коснулись его шеи. Биоэлектричество пробежало по руке в виде короткого, жгучего импульса. Враг вскрикнул от боли. Мышцы дёрнулись. Тот попытался обернуться — но было поздно. Изуку уже соскочил и сделал кувырок назад, вставая в боевую стойку. Его грудь тяжело вздымалась. Маска слегка съехала от удара. А напротив него — фигура в фиолетовом пошатнулась… и рухнула на землю, полностью парализованным и выведенным из строя. Тело дёргалось от спазмов, как у человека, попавшего под ток высокого напряжения — неконтролируемо, беспорядочно, судорожно. — Ладно... это был один из самых крутых боёв в моей жизни, — пробормотал он себе под нос, заматывая парня в паутину.

TRRING!

Он подпрыгнул, когда сзади его чуть не сбил здоровенный человек-бык.

TRRING!

Паучье чутьё сошло с ума, и, действуя чисто инстинктивно, он сделал полный круговой оборот всем телом. Это спасло его от пули, которая чуть не проделала в нём новую дырку, но он всё же не остался полностью невредимым. Пуля царапнула плечо, разорвав ткань костюма и кожу. Рана была поверхностной, но она стала ясным предупреждением: надо быть внимательнее.

TRRING!

BLAM! BLAM! BLAM!

Паучье чутьё вновь стало его спасением. Новый противник — в ковбойской шляпе (что, надо признать, было довольно забавно) — открыл огонь из револьвера. Три выстрела с убийственной точностью. Но Изуку уклонился с той же лёгкостью, с какой вчера увернулся от автоматной очереди. Пули пролетели мимо...

TRRING!

SPING! SING! SPING!

Белые линзы расширились: пули отрикошетили от стены за его спиной. Пришлось прыгнуть и сделать винт в воздухе, чтобы уйти от второго захода. К счастью, они потеряли инерцию и теперь летели гораздо медленнее. — Ха, а жук-то быстрый, — сказал ковбой с американским акцентом. Он ловко убрал пистолет в кобуру и достал кожаный кнут. — Бык, как Красавчик Дэн? — В отключке. И не просыпается, — рявкнул человек с рогами. — Значит, у парня есть навыки... Плохо. Я рассчитывал на лёгкую работёнку, — почти с грустью сказал он. — Прежде чем мы начнём мутузить друг друга, может, скажете, кто вы такие? — спросил Паук, мысленно анализируя: Два противника. Один — мутант, второй — вспомогательный тип. У первого повышенные сила и стойкость, возможно, из-за мутации. Сильные ноги, хорошее ускорение, но, вероятно, плохо поворачивает. По глазам — зрение неважное. Похоже на быка: скорее всего, различает только движение. Рога — опасны. Нужно ослепить, запутать, потом атаковать. Второй — может придавать объектам отскок, как у резины. Скорее всего, работает только с мелкими предметами, но его меткость делает его опасным. Отлично стреляет. Кнут может быть усилен. По походке — он лидер. — Обычно мы не представляемся, но, думаю, в этот раз сделаем исключение, — начал ковбой. — Большой шкаф рядом со мной зовётся Бык. Он очень хочет тебя обнять, — ухмылка Быка показалась подозрительно похожей на ухмылку Кацуки, от чего Изуку передёрнуло. — Того, кто в отключке, зовут Красавчик Дэн. Он хотел разобраться с тобой сам, но... мы тебя недооценили. А я — Монтана. Мы — Громилы. — О, американцы! — Паучок перешёл на идеальный английский. — Nice to meet you, gentlemen, but perhaps you could kindly turn around and go back where you came from? Монтана ухмыльнулся и начал раскручивать кнут: — Прости, но нет, малыш. Ты перешёл дорогу очень важному человеку. А нас наняли, чтобы это исправить. — Под "исправить", вы имеете в виду...? — Сыграть в ящик! — с усмешкой рявкнул Монтана и взмахнул кнутом. Тот превратился в сияющую петлю и заискрил жёлтым электричеством — он нажал кнопку на рукояти. Изуку рванул с места и сделал перекат с винтом — 360° дайв-ролл, прямо сквозь петлю. Кнут пролетел мимо и разрезал металлическую ограду, как горячий нож сквозь масло. — Классный кнут. Не скажешь, кто производитель? Я хотел приодеться на Хэллоуин в стиле "Ковбоя Бибопа", — поддразнил он, отпрыгивая. Монтана вновь продемонстрировал рефлексы уровня Дэна — ловко перехватил паутину своим оружием.

TRRING!

Паучок перекувырнулся через Быка, когда тот попытался схватить его, и выстрелил паутиной ему в лицо. Приземлившись, он врезал злодею ногой, сбив с ног. Но новое предупреждение — и снова кнут! Изуку отпрыгнул, выстрелил паутиной за спину и рванул назад, уклоняясь от новых выстрелов. К счастью, сзади было открытое пространство. — Да постой ты на месте, жук! — зарычал Монтана, бешено вращая кнут. — Во-первых, пауки — не жуки, — сухо заметил Паук, явно повторяя это уже в сотый раз. — А во-вторых — я не бык, не телёнок и не пони. Человека-Паука одной верёвкой не поймать! — …Ты сейчас сам себя в третьем лице назвал? — недоверчиво уточнил Монтана. — Эй, если вы, злодеи, так можете, почему мне нельзя? — фыркнул Питер и нырнул под взмах, схватив кнут. — ХА! Попался! — вскрикнул ковбой, нажимая кнопку. По кнуту прошла волна электричества. Напряжение было высоким — рассчитано на нейтрализацию героя. Но… — А это приятно, — ухмыльнулся Изуку. — Прямо чувствую заряд юности! Он резко дёрнул кнут, сделав быстрый к Монтане. Оттолкнувшись руками от земли, он врезался ему в грудь ногами и отбросил назад, впечатав в стену.

WHUD!

Паук немедленно выстрелил широкой паутиной и приковал того к стене. — Злодеи побеждены, герой торжествует, публика скандирует моё имя... если бы она была здесь, — Изуку встал в героическую позу, кулаки на бёдрах. — Спусти меня, насекомое! — орал Монтана, дёргаясь в паутине. — Что это вообще за дрянь?! — Паутина. Моя собственная разработка. Хочешь химический состав? Но голос стал серьёзным: — Кто вас послал? Ты сам сказал — "очень важный человек". Это связано с той партией оружия, да? Вы — наёмники? Личные дворецкие? Лакеи?

TRRING!

— Кого ты назвал лакей?! — зарычал Бык, приходя в себя и срывая паутину с лица... вместе с бровями. Он бросился на Паука, но поймал только воздух. — Ой, простите! — весело сказал Изуку, скользнув под ним, — Я хотел сказать "мальчики на побегушках". — ГРАААА! Я раздавлю твой череп, как арбуз! — взревел Бык. — Ииихаа! — закричал Паучок, запрыгивая на плечи злодея и выстреливая паутиной ему в руки. — Погнали, кабылка! Он выстрелил сетью в лицо противника. Бык заорал от слепоты, дёргался, метался… и вдруг оказался у самого края крыши. — Бык, стой! — закричал Монтана, но было поздно.

SCRUNCH!

Реймонд Блох — и Человек-паук — рухнули с крыши. — Аааааа! — вопил Бык, падая. Паук же быстро выстрелил паутиной в карниз и зацепил ею паутину, обмотанную вокруг рук Быка. Резкое торможение. Удар об стену и вскрик боли. — Можешь попробовать порвать её, но… я бы не советовал, — хмыкнул Питер, начиная ползти вверх. — Не бросай меня! Я боюсь высоты!! — Как и все плохие парни. Не переживай — если паутина не выдержит, тебе больше не придётся бояться. Потому что… ну, уже не успеешь, — хихикнул он мрачно. — Ты мелкий су— ХМММ! — дальше Бык не договорил: ему заткнули рот паутиной. — Не выражайся. Дети же смотрят! — весело сказал Паук, указывая на школьников внизу, снимающих всё на телефоны. Поднявшись, он огляделся… но Монтана и Красавчик Дэн исчезли. Их паутина — разрезана. Концы покачивались на ветру. Линзы сузились, Кто они такие?.. . .

Ооооо

. .

Район Цсилла. Центр помощи П.И.Р.

Час спустя

Центр помощи П.И.Р. — или просто Приют П.И.Р. — был четырёхэтажным кирпичным зданием с аккуратным фасадом, широким входом и пандусом для инвалидных колясок. Раньше здесь стояла унылая заброшка, но её снесли, а на освободившемся месте выросло светлое, современное здание — островок надежды в бетонном море. Новую жизнь ему дал человек по имени Мартин Ли, филантроп, который появился в Мусутафу сравнительно недавно, но уже успел заслужить уважение. Изуку знал о нём немного, но и этого было достаточно, чтобы восхищаться. Осиротевший в детстве, Ли вырос в приюте, а затем в восемнадцать уехал в Китай, где преуспел в судоходном бизнесе. Десять лет спустя он вернулся в Японию — уже как миллиардер и человек с великой миссией. Он основал П.И.Р. — «Поддержка и Руководство», сеть приютов, которые предоставляли еду, крышу над головой, медицинскую помощь и обучение. Это был амбициозный проект, и Изуку не мог не уважать человека, посвятившего свою жизнь помощи другим. Он помог большему количеству людей, чем я за всё лето, подумал Мидория, стоя на противоположной стороне улицы от здания, глядя на вывеску.

П.И.Р.

Еда. Медпомощь. Приют. Тренинг.

Мартину Ли не нужна маска, чтобы помогать людям... мелькнуло в голове, А нужна ли она мне? Может, я смогу помогать и как Изуку Мидория, не только как Человек-Паук? Это была новая мысль. И странная. Герои для него всегда были кем-то вроде идеалов — полубогами, на которых хочется равняться. Они вдохновляли, спасали, светились как маяки надежды. А он был слабым, беспричудным ребёнком, который смотрел на них снизу вверх, словно лягушка в колодце, мечтая выбраться. Даже получив силы, он всё ещё цеплялся за этот образ, но со временем начал видеть трещины. Мир был далёк от идеала. Преступления никуда не исчезали. Страдание продолжалось. Герои были повсюду, а Эри — маленькая девочка с добрым сердцем — всё равно оказалась в аду. Всемогущий исчез с крыши, где оставил Изуку, и будто унёс с собой ту самую детскую веру. Если герои не смогли спасти её... если даже Всемогущий не смог — то что мог сделать он? Один парень. Один паук. Эти мысли были тяжёлыми. Но вместо того, чтобы погрузиться в них, Изуку сосредоточился на другом: нервозности. Он редко общался с людьми — ни в детстве, ни после. Почти все праздники он проводил только с мамой. Конечно, были дядя Хисаши, дядя Масару и тётя Мицуки... но и там отношения были напряжённые. кхм..Кацуки..кхм.. Теперь, с силами, он стал увереннее. Мог говорить с людьми, шутить, защищать слабых. Но всё это — под маской. В костюме он был другим: отважным, остроумным, блистательным. Человеком-Пауком. А кто такой Изуку Мидория? Тихий. Замкнутый. Умный. Но всё ещё одинокий. Всё ещё в поисках ответа, куда он идёт и кем хочет быть. Он взглянул на здание. Оно казалось не просто приютом — в нём было что-то большее. Что-то, что могло изменить его. Новая глава. Новый шанс. Мама была права. Мне нужно больше быть Изуку Мидорией, чем Паучком. Иначе у меня скоро начнётся раздвоение личности. Он глубоко вдохнул и медленно открыл дверь. Внутри его встретил просторный вестибюль с бело-синими стенами, на которых висели листовки, фотографии и доска с надписью:

«Добро пожаловать. Здесь вам всегда рады».

Изуку ожидал что-то вроде армейских казарм или столовой для бездомных. Но всё оказалось совсем не так. За дверным проёмом простирался огромный зал, в котором царила атмосфера домашнего тепла. Кровати, ширмы, столы, стулья, кухня в дальнем углу, лестница на второй уровень, где люди неспешно беседовали за чашкой кофе. Он заметил, что многие постояльцы имели мутантские причуды — чешуйчатую кожу, крылья, пушистые уши или звериные глаза. Но никто не смотрел на них с осуждением. Здесь они были просто людьми. Изуку почувствовал: это место безопасно. — Привет, я Глория, — раздался голос. Перед ним стояла женщина со змеиным лицом и жёлтыми глазами. — Эм... привет. Я... пришёл стать волонтёром, — смущённо пробормотал он. — О? Почему? — Моя мама и младшая сестра уже помогают здесь. У мамы зелёные волосы, у сестрёнки — белые... — он почесал затылок. — О! Ты Изуку, да? — девушка расплылась в улыбке. — Твоя мама столько о тебе рассказывала. — Надеюсь, ничего плохого... Глория хихикнула, высунув раздвоенный язычок: — О, нет. Только что ты — маленький ангел, который любит всё поджигать. — Это была случайность! — вспыхнул он. — И я больше так не делаю! — Прости, — рассмеялась она. — Но твоя мама права. Ты очарователен. Он покраснел, не зная, куда себя деть. И тут... — БРА-АТИК! Он обернулся — и вовремя поймал Эри, которая с разбега прыгнула к нему. Он рассмеялся, закружив её в воздухе, подбросил — и поймал. — Привет, малышка. Как ты? — Отлично! Я помогала маме на кухне, нашла шапку мисс Хоси и стирала с мисс Давилой. Я сама включила машинку! — Умница! Горжусь тобой, — с любовью сказал Изуку. Беловолосая девочка широко улыбнулась и крепко обняла старшего брата. Её длинные волосы недавно подстригли в стиль пикси, а на голове она носила красный берет, чтобы скрыть рог. На носу сидели детские полупрозрачные очки с круглыми синими стёклами, а одежду составляло милое красное платье, надетое поверх белой рубашки с длинными рукавами, чёрные леггинсы и бежевые сапожки. Через плечо у неё висела небольшая сумочка с цветочными заклёпками. Внутри находились салфетки, бутылка с водой, складной телефон на экстренный случай — и белый игрушечный пистолет, который на деле был версией паутинных эжекторов, способной выпускать электризованную нить, достаточную, чтобы оглушить взрослого человека. Нормально ли это? Вряд ли. Знала ли мама? Нет. Сожалел ли он? Ни капли. Так... на всякий случай. Изуку лично считал, что это лучше, чем дать ей нож или настоящий пистолет. — Изуку! — его мама встретила его в столовой с такими крепкими объятиями, словно не видела много лет. — Привет, мам, — ответил Изуку, целуя её в щёку. Если бы он ещё не держал Эри на руках, его бы точно раздавили мамины объятия. Отпустив его, она пригладила его волосы: — Как прошёл день? Ничего не случилось? — прищурившись, подняла бровь. — Ничего особенного, — с усмешкой ответил он. — Одна сбежавшая птица и трое панков... но я с ними быстро справился. — Ты не пострадал? — озабоченно спросила Инко. — Не-а. Я задал им жару. Двое сбежали, бросив своего товарища. — Ты должен был просто уйти. — Я не ухожу от драки. Они первые начали — приставали ко мне. Я только защищался, — твёрдо сказал Мидория. — Тогда, думаю, поздравления уместны. Семья Мидория вместе с Глорией обернулась — к ним подошёл высокий человек с тигровыми чертами, ростом около 180 сантиметров, в чёрных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. Он был босиком, без украшений или аксессуаров. Его легко можно было принять за обычного волонтёра — если бы Изуку не знал, кто он. — Здравствуйте, мистер Ли, — поздоровался подросток, протянув руку. — Я Изуку Мидория. Сын самой красивой женщины на свете. И если вы её обидите — я вас в крендель сверну. — Изуку! — вспыхнула Инко, слегка покраснев. Хотя, по правде говоря, ей было приятно. С тех пор как её сын обрёл свои силы и снова начал улыбаться так, как в детстве, она тоже изменилась. Стресс, копившийся годами, ушёл, и она вновь занялась собой. За лето сбросила лишний вес и снова обрела стройность, которой не было с тех самых времён, когда Изуку был маленьким. И хотя она пока не была готова к новым отношениям — ведь всё её внимание было на Эри — подруга Мицуки уже пыталась устроить ей свидание. Инко вежливо отказалась. Но всё равно было приятно ощущать себя красивой. Вернувшись к настоящему, Инко услышала, как Мартин рассмеялся и пожал руку её сыну: — Ты не из тех, кто молчит. Мне это нравится. У тебя замечательный сын, Инко. Матриарх семьи Мидория слегка покраснела. — Спасибо, — ответил Изуку с лёгкой улыбкой. — Ты здесь, чтобы присоединиться к нам? У нас уже есть два прекрасных волонтёра, — Ли посмотрел на Инко и Эри, и обе тепло улыбнулись в ответ. — Думаю, для ещё одного Мидория у нас точно найдётся место. Изуку бросил взгляд на свою семью. Мама. Сестрёнка. Дом, которого у них никогда не было — теперь был. Он улыбнулся и повернулся к Мартину Ли: — Когда приступать, босс?

Так Изуку Мидория стал волонтёром в приюте П.И.Р.

Не как герой. Не как линчеватель. А как он сам. . .

Ооооо

. .

Полицейский участок

Спустя несколько часов

Было уже далеко за полночь, когда из дверей 7-го полицейского участка, освещённого только уличными фонарями и неоновой вывеской над входом, вышел Бык — и настроение у него было хуже некуда. Он провёл пять часов в обезьяннике! Пять чёртовых часов в камере временного содержания, где пахло потом, разочарованием и прокисшим раменом. Каждую из этих часов он сидел, мечтая свернуть тощую шею одному прыгающему выскочке в трико. Паутиноголовый... Он до сих пор не мог поверить, что его уделал какой-то пацан — молокосос с голосом подростка и костюмом, будто тот сбежал из цирка. Тот победил их всех, но именно его тот выставил на посмешище, оставив висеть на паутине как новогоднюю игрушку. И всё это — под хохот копов и школьников, пока они не сняли его. Монтана и Красавчик Дэн по всей видимости успели улизнуть до прибытия патруля. А вот ему повезло меньше. Конечно, его допросили, но он всё отрицал. Сказал, что просто курил на крыше, когда на него напал агрессивный линчеватель. Всё закончилось дракой и... паутиной. Хорошо, что его не отвезли в 13-й участок, где работал коп с причудой Детектора Лжи. Вместо этого — 7-й, где половина состава получает конверты от Большого Босса. Теперь, выходя на прохладную улицу, Рэймонд Блох желал только одного — отомстить. — Эй, здоровяк! Мы тут! — окликнул знакомый голос. Он обернулся. У обочины стоял жёлтый Hummer, фары были погашены, но габариты подмигивали в темноте. Прислонившись к капоту, лениво жевал зубочистку Брайс, известный также как Монтана. Чуть в стороне стоял Даниэль Брито, спорящий с кем-то по телефону — голос был напряжённый, тихий, с нотками раздражения. Наверняка — бывшая. У Брито была тяжёлая история: развод, опека, редкие встречи с сыном. Блоху было по-своему жаль напарника. Жизнь у них была такая — наёмников, громил, людей с грязной работой и ещё более грязной совестью. Бык подошёл, и Монтана коротко свистнул. Брито закончил разговор и молча кивнул, убирая телефон в карман. Вскоре вся троица сидела внутри Hummer’а, укрывшись от прохлады ночи и угрюмых взглядов прохожих. — Каков план? — спросил Рэймонд Блох, сжав кулак. Суставы хрустнули так, словно хотели сломать что-то — или кого-то. — Я хочу раздавить эту блошку за то, что она со мной сделала. — Успокойся, Бык, — сказал Монтана, заводя двигатель. Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась решимость. — Ты ещё успеешь отыграться. Но нам нужно подготовиться. Мы недооценили этого жука. Ошиблись — и получили по зубам. — И что теперь? — вмешался Красавчик Дэн, хмуро глядя в окно. Его тон был резкий, но глаза — внимательные. Он тоже хотел реванша. Монтана ухмыльнулся, руль в его руках скрипнул от напряжённого поворота: — Теперь достанем большие пушки. Я знаю одного парня. Он не задаёт вопросов и за пару зелёных — достанет нам такие игрушки, от которых даже про-герои сбегут. Он перевёл взгляд в зеркало заднего вида, где отражались лица его напарников — полные ненависти и нетерпения. — А потом… запускаем операцию "Дави Паука". . .