Чуда не будет

Вернувшись с какой-то ерундой из продуктового в руках, Мария застаëт соседку в той же застывшей позе – девушка смотрит то ли в стену, то ли в потолок. Если бы Лебедева не знала, что Таня не употребляет, решила бы, что та под действием веществ. Что могло заставить гиперактивную Каширину вот так "зависнуть" в пространстве? – Таааня? Та лишь голову слегка поворачивает, будто в трансе. – Тань, пошли на кухню, я нам чай вкусный купила. Маша сама над своими словами смеётся, но, как ни странно, они действуют. Каширина поднимается, механически дойдя до кухни, садится за стол. Мария щëлкает кнопкой электрического чайника. – А теперь ты мне нормально рассказываешь, что произошло. Тане очень хочется плакать, но показать свою слабость – выше её сил. Тяжело вздохнув, она старается задавить в себе нарастающую истерику. – Я влюбилась, Маш. А ей был нужен только секс. Маша сказанному не верит. – Тань, ты никогда так из-за девушек не убивалась. Каширина изучает взглядом льняную скатерть. – Она особенная, понимаешь? Другая совсем. – Ага. Напомни, сколько у тебя было таких особенных? – саркастично вопрошает Мария, не выдерживая абсурдности ситуации. Таня её будто не слышит, игнорирует вопрос. – Я на работу к ней приезжала, домой приезжала... Такое чувство, что она пропала сразу после нашей встречи. Маша разливает по кружкам свежезаваренный чай, пытаясь сложить пазл в голове. Как бы она ни старалась посмотреть на детали короткого рассказа Кашириной с другой стороны, красивой картинки не получалось. – Таня, а ты... – Маша старательно подбирает слова, но звучит всё равно грубовато и глупо, – ты не думаешь, что чем-то её могла напугать? Каширина смотрит в упор, а в голосе её появляются нотки раздражения: – Ты о чём? Смутная догадка окончательно подтверждается. – Понятно. Рассказывай теперь, что ты с ней сделала. – Я, – Каширина запинается, осознавая, как прозвучат её слова. – Я начала её душить. – На всякий случай уточню: она этого хотела? Просила? Вы такие вещи обсуждали хотя бы? – Нет. Это было импульсивно, я, – Таня, не договорив, прячет лицо в ладонях. Маша, не зная, что вообще можно сказать в такой ситуации, лишь поглаживает по плечу подругу и пододвигает к ней вазочку с печеньем. Лебедева искренне надеется, что таинственная возлюбленная Кашириной сейчас не пишет заявление об умышленном причинении вреда здоровью, а то и покушении на убийство