sold

С самого утра Чимин взволнованно сновал по комнатушке, которую ему выделили здесь, в ночном клубе, совмещённом с отелем. Изначально несколько комнат по соседству с Чимином занимало множество других парней и девушек, так что круглые сутки стоял шум, а теперь мечтавший о тишине Чимин слышит в этом звенящем молчании звук собственного отчаяния. Он остался здесь совсем один и если бы не сегодняшний его визитёр — Чимина бы попёрли отсюда искать другой способ заработать. Чимин не считал себя серой мышью, но, видимо, на вкус мужчин и женщин, что приходили сюда все прошедшие два месяца, он был вовсе не тем, кого хотелось бы… купить. Старательно подкрашивая большие глаза, Чимин прикусил от усердия пухлые губы, раскрашенные блестящим тинтом. Неужели он настолько плох, что совершенно никому не интересен? В фильмах и, не дай господи, дурацких книжках даже самых неумелых, но более-менее симпатичных разбирали только так. Чимин хоть и не прошаренная в интимных делах девушка или невероятных форм парень, но?.. Но Чимину очень нужны деньги, и очень большие деньги как можно быстрее, так что сейчас он наводит максимальный лоск, на какой способен, чтобы произвести впечатление. Он даже не знает, правда, на кого, ему не сообщили даже имени. Мужчина или женщина, а может и вовсе старик, подобные которым чаще всего и приходили сюда, в это пропахшее сексом и деньгами гнилое место. Наконец закончив с макияжем, Чимин осмотрел свой образ в мутном и потёртом зеркале в полный рост: белый чокер на шее, нежная полупрозрачная рубашка белого цвета с глубоким вырезом и облегающие джинсы с дырками на коленях и бёдрах. Наверное, этого должно хватить? Чимин вздохнул, поправляя старательно уложенные чёрные волосы, и взял в руки лежащий рядом телефон, чтобы бездумно открыть переписку с «госпожой». Два сообщения, её и Чимина, значились в сегодняшней переписке в четыре часа утра. «к тебе сегодня гость, подготовься» — и Чимин вот уже весь день томится от ожидания, даже успел прибраться. Наконец, раздаётся вежливый стук, и дверь в комнату без препятствий открывается, а в проёме Чимин узнаёт женщину: — Привет, Чимини, — улыбнулась невысокая дама в строгом деловом костюме, — Готов? — Да, — Чимин как можно скорее натянул на ноги вычищенные ботинки и поспешил к двери. — Тогда идём, — «госпожа» учтиво кивнула на выход, пропуская Чимина вперёд. Пыльный коридор заливал мягкий тёплый свет ламп вдоль потолка, в углах стен, обитых узорчатыми тёмно-красными обоями, виднелась паутина. Номера, в одном из которых жил Чимин, не предлагались постояльцам и были отведены специально для таких, как Чимин. Волнение разгоралось в груди всё сильнее с каждым шагом, а сердце стучало в ритм звуку каблуков, на которых вышагивала госпожа позади Чимина. Так, они проехали на лифте несколько этажей вверх до люксовых номеров, двери в которые располагались вдоль светлых стен. Чимин нервно перебирал пальцы, раздумывая, в какой же из запертых дверей ему предстоит найти надежду? Или, быть может, потерять её? — Нам в номер семьсот три, — ответила на неозвученный Чиминов вопрос госпожа, и Чимин нашёл нужный номер по левую руку от себя. — Что ж, здесь я тебя оставляю, — подойдя к Чимину, женщина положила руку ему на плечо и слегка потрепала, — Будь умничкой и всё получится. Одарив его сдержанной улыбкой, женщина удалилась прочь, а Чимин, глядя на выведенные вверху двери цифры, постарался вдохнуть глубже. И как он докатился до такого унижения?.. Ах, да… Собравшись с силами, Чимин трижды постучал костяшками пальцев в дверь, прислушиваясь к тишине за ней и ожидая разрешения войти.

***

Он уже позабыл, каково это — проводить время в подобных заведениях. Посещал он их, в целом, всего несколько раз за всю свою жизнь. Надобности особо не было, как и желания. Всё изменила женщина, которая заключала с ним несколько недель назад сделку по бизнесу. Расплываясь перед ним в лепёшку, она доказывала, что у неё для такого одинокого господина, как Тэхён, есть нечто очень интересное. То, что однозначно заинтересует его. «что мне может понадобиться в борделе? Шлюха?», «Нет, кое-что получше, господин». — Уже скоро? — спросил мужчина, развалившись на диване и не скрывая того, что ему было здесь скучно. К чему представления? — Ещё немного, — ответила девушка-официантка и уважительно поклонились. Откинув голову назад, он посмотрел на потолок. Вся комната была тёмной, даже немного мрачной, ничего не рассмотришь, но звёздное небо расслабляет, позволяя разглядеть на нём знакомые созвездия. Когда дверь скрипнула, мужчина вздохнул и сел ровно. В комнату робко вошёл парень. На фоне общей тёмной обстановки его светлый образ очень выделялся, притягивал к себе внимание. — Оставь нас, — бросил он официантке и та поспешила удалиться. Мужчина, разглядывая смущённого парнишку, похлопал по дивану, приглашая его присесть рядом с собой. Чимин не сразу нашёлся, чтобы среагировать на пригласительный жест, потому что мужчина, которого он увидел, был одновременно мрачен, как ночная мгла, и сверкал, как звёздное небо за окном, из-за большого ожерелья на груди. Невероятно красивый и изящный, такими Чимин представлял себе самых кассовых актёров в дорамах и популярных айдолов. Но взгляд… Чимин почувствовал как вдоль позвоночника от него прошёлся холодок. — Здравствуйте, господин, — Чимин тихо закрыл за собой дверь и поклонился, поспешив занять место там, куда ему указали. Рядом с этим незнакомцем даже аура ощущалась другой, воздух вокруг него плотно заполнял ненавязчивый, но обволакивающий запах парфюма, а Чимин не переставал чувствовать на себе изучающий взгляд. — Меня зовут Пак Чимин, — парень аккуратно протянул мужчине руку для приветственного рукопожатия, потому что делать было больше нечего, тот не проронил и слова, а значит, инициативу нужно брать Чимину, — Я буду очень рад познакомиться с вами, — на лице Чимина засияла обворожительная улыбка, которую он постарался сделать как можно более непринуждённой. — И что же ты умеешь делать, Пак Чимин? — проигнорировав протянутую руку, спросил мужчина. Он не воспринял сначала это всерьёз, но госпожа видимо не шутила, когда уже на входе в это заведение добавила, что Чимин никому не интересен по неизвестным причинам, и он — его последний шанс уехать отсюда. — Можешь рассказать кратко, а можешь показать, я не против, — лениво протянул мужчина, разглядывая такого невинного Чимина с ног до головы. Сглотнув, Чимин растерянно смотрел на незнакомца. Обычно никто не просил такого у него, его просто внимательно разглядывали, как и всех остальных, и выбирали. Никаких лишних разговоров. Убрав руку, Чимин в замешательстве отвёл взгляд, как можно скорее соображая: соврать? Это быстро раскусят. Начать упрашивать просто забрать его наконец? Чимин ещё не успел пасть так низко и уронить своё какое-никакое достоинство. Поэтому, тихо выдохнув, Чимин поднял взгляд, но заглянуть в эти ледяные глаза не решился, остановившись на большом жемчужном ожерелье, что обрамляло широкую грудь незнакомца. Ему не было чем похвастать даже в том, о чём речь в борделе вообще идти не может, вроде работы или учёбы. Всё, что у Чимина есть, — слабая надежда и готовность ко всему. — Прошу прощения, господин, но я… Я не совсем опытен в том, о чём вы говорите, но я готов научиться всему, чему вы пожелаете, — наступая на горло собственной гордости, Чимин звучал едва ли уверенно, но, всё же, он не глупый и понимает, зачем этот мужчина здесь, и зачем ему Чимин — тоже. Поэтому о порядочности и стыде речи идти не может, ведь так? Именно с такими мыслями Чимин поднялся и, остановившись аккурат перед широко разведёнными коленями мужчины, осторожно присел на колени, мягко поглаживая облачённые в кожаные штаны бёдра мужчины. И теперь всё же осмелился посмотреть в тёмные глаза напротив. Тот не смог сдержать усмешки. Он прыснул в кулак от подобной картины, даже не пытаясь это как-то скрыть. — Ох, Чимини, — начал он, смотря на парня очень пристально, — Ты знаешь, сколько за тебя предлагают? Сколько стоит твоя жизнь? Пять сотен зелёными, и всё. Я бы даже поспорил, потому что ты и на пятьсот не тянешь. Скажи мне, — мужчина положил ладонь на голову Чимина и потрепал его по волосам, — Почему ты здесь, а, заяц? — Мне нужны деньги, — упёрто отозвался Чимин, прекрасно слыша, что сейчас пытаются сделать. Показать ему, что он ничтожество. Чимин выучил все эти мерзкие приёмы наизусть, — Столько стоит лишь то, чтобы вы забрали меня. Прочие условия вы и я обязаны обговорить здесь и сейчас, — Чимин придвинулся чуть ближе, внутренне разгораясь от раздражения, которое вызывает такое общение с ним, — И если вы не согласны, то можете просто уйти. — Умоляй, — прозвучало резко, хлёстко и непреклонно. — Умоляй, чтобы я забрал тебя отсюда. Я знаю, что ты не хочешь здесь оставаться и что тебе светит дальше. Отбрось гордость, — улыбнулся незнакомец, поглаживая волосы младшего. — Умоляй. Этот парнишка ему нравится, однозначно, но пускай ещё немного поунижается и привыкнет к своему месту. Чимин на мгновение прикрыл глаза, хмуря брови и выбирая между гордостью и банальным желанием не быть убитым в ближайшие сутки, если его оставят слоняться на улице. Сердце встревоженно трепыхалось в груди, а в голове эхом резонировало это безжалостное «умоляй». Что, если его заставят лишь попусту унижаться? Позабавятся и выбросят? Он не узнает, если не проверит. Поэтому, подняв взгляд на мужчину вновь, Чимин аккуратно взял в руки чужую большую ладонь, что поглаживала его волосы, и нежно поцеловал каждый палец. — Пожалуйста, господин, — Чимин оставил мягкий поцелуй и на самой ладони, — Заберите меня, — а затем ещё и ещё, прикрывая глаза, — Мне больше некуда идти, если вы бросите меня здесь. Умоляю вас, господин… — шептал Чимин и, пересилив себя вновь, он приоткрыл рот, чтобы робко провести языком крошечную дорожку посередине чужой ладони. — Отлично, — спокойно выдохнул мужчина. — Иди собирай вещи, я буду ждать тебя внизу. Чёрный джип сразу найдёшь. У тебя есть не больше десяти минут, сладкий. С этими словами он отнял руку от Чимина и поднялся с места, нарочно при Чимине отсчитывая нужное количество купюр, и вышел с комнаты прочь, чтобы встретиться с хозяйкой и уехать наконец-то домой. В этом отеле ему совсем не нравилось. Вокруг витал один только запах спермы, пота и душок дешёвых презервативов. Как этот заяц только здесь жил?

***

У Чимина с собой была лишь одна большая спортивная сумка, подготовленная ещё утром, поэтому сборы не заняли и пары минут, лишь закинуть косметику в маленькую сумку. До самого выхода Чимина проводила госпожа, что с довольной улыбкой вручила ему конверт, в котором он обнаружил те пятьсот долларов, о которых и говорил мужчина. Сжав челюсть от досады, ведь он видел, что незнакомец отсчитывает за него в три раза больше, Чимин всё же спросил у неё как можно вежливее: — Я могу получить назад свои?.. — Я уже передала все ваши документы господину Киму, — перебила она, настойчиво проталкивая Чимина к выходу. Тот лишь вновь нахмурился. Чего ещё можно было ожидать? — Счастливого пути! — пожелала она прежде чем выставить Чимина на просторную лестничную площадку у входа в отель. Не оглядываясь назад Чимин прошёл к парковке и очень быстро нашёл нужный джип, припаркованный у самой лестницы. Задняя дверь открылась и Чимин оказался внутри просторного салона на мягком кресле, на котором даже просто сидеть было в тысячу раз удобнее, чем спать на узеньком диванчике в его номере. Незнакомец сидел у противоположной двери и, кажется, смотрел прочь. Когда Чимин захлопнул за собой дверь, машина плавно тронулась. Крепко сжимая в руках собственную сумку, Чимин какое-то время ждал, что с ним заговорит хоть кто-то, но в конце концов гнетущее молчание ему осточертело и он, воткнув в уши наушники, включил любимую песню погромче, наблюдая за смазанными ночными пейзажами за окном. Дорога оказалась длинной, спустя только добрых восемь песен Чимин увидел, как они заехали в уединённый жилой массив, усеянный огороженными кустами или забором участками. В свете уличных фонарей за тонированным стеклом Чимин едва ли мог разглядеть что-то точнее, но в конечном итоге они доехали до большого дома, который он уже мог разглядеть лучше, так как машина, дождавшись, когда автоматические ворота откроют им путь, проехала по длинной дорожке к самому входу. Хозяину-же прельщало то, с каким интересом Чимин наблюдал за дорогой и территорией, а та была просто огромной. В его владении был просторный двор с беседкой и мангалом. Десятки квадратных метров клумб, бассейн на заднем дворике, там же большой деревянный стол и шезлонги. Сам дом был также немаленьким. Трёхэтажный особняк с большими окнами и просторными комнатами внутри, одна из которых уже была приготовлена для Чимина. Сам мужчина поторопился выйти из машины, пока младший всё рассматривал через окно, снова не обронив ни слова, но один Чимин не остался: — Добрый вечер, — к парню подбежала молодая горничная и поспешила поклониться. — Пожалуйста, следуйте за мной. Чимин, сжимая покрепче сумку, поторопился выбраться из машины и поспешил за девушкой, всё так же осматривая большую территорию, освещённую кое-где маленькими уличными фонариками. — Я провожу вас к вашей комнате. Пожалуйста, не огорчайтесь из-за немногословности господина, у него сегодня много дел, — быстро говорила девушка и вела парня вглубь дома. Сразу у входа их встретил просторный коридор, где Чимину выдали домашние тапочки. Чимин со слабой улыбкой поблагодарил приветливую девушку, что учтиво провожала его по тускло освещённому особняку. В тёплых домашних тапочках вместо жутко неудобных ботинок Чимин не спеша шёл за девушкой, с любопытством и восхищением осматриваясь вокруг. В широком холле с потолка свисала большая люстра, вокруг которой вверх вилась лестница. Такой простор и со вкусом обставленный интерьер были под стать самому мужчине, напоминавшему холодного принца. — Простите, — обратился он к невысокой девушке, та отзывчиво кивнула, обернувшись к нему, — Можете пожалуйста немного рассказать мне о… Господине Киме? — припомнил обращение к мужчине Чимин, когда они вместе поднимались по широкой винтовой лестнице на второй этаж. Имени он до сих пор не расслышал. — Конечно, — девушка поправила рюши на своём рабочем платье и немного занервничала. — Я недолго здесь работаю, всего две недели. Старшая очень тщательного подбирает персонал для господина. Он очень любит порядок, чтобы всё было на своих местах. В его кабинете, том, что напротив вашей комнаты… Я слышала, что одну девушку уволили из-за того, что на столе был развод от мокрой тряпки, — боязливо оглядываясь, девушка отворила дверь в комнату, позволяя Чимину войти. — Просто будьте вежливы и не суйте нос не в свои дела, и тогда господин будет благосклонен к вам. Вы ведь новый секретарь? Чимин внимательно слушал девушку и, будто бы перенимая её настороженность, поглядывал на дверь, словно в любой момент незнакомец мог войти в неё. Загадочный господин Ким производил на всех одинаковое впечатление властного и требовательного человека. Замешкавшись, когда девушка задала и ему ответный вопрос, парень суетливо отвернулся, чтобы поставить сумку на кровать и приняться перебирать вещи в ней: — Нет, — отозвался он наконец, — Не совсем. Спасибо, что проводили, — Чимин обернулся к ней, чуть поклонившись с вежливой улыбкой. Ему одновременно хотелось, чтобы хоть кто-то «нормальный» остался с ним, однако вместе с тем ему было необходимо время, которое он не мог себе позволить во время поездки. Время, чтобы понять: его купили, как какую-то породистую кошку, и Чимин сам об этом попросил.

***

Тэхён просыпался рано. В пять часов утра он уже был на ногах и завтракал на веранде после тренировки под классическую музыку. Утро сегодня было по-настоящему чудесным. От старшей он узнал о том, что выбранная и обустроенная им же комната пришлась Чимину по душе и от позднего ужина он не отказался, хотя Тэхён ожидал совершенно другой реакции. Немного перекусив, он в хорошем настроении поднялся со своего места и вошёл в свою комнату, чтобы достать оттуда несколько подарков для Чимина. В небольшой красивый пакет он уложил несколько вещей, которые с удовольствием оценил бы на Чимине, и очень надеялся, что тому понравится такой презент. Условия их «работы» они не обсуждали, но мужчина не особо в этом и нуждался. Он купил Чимина и вправе делать с ним всё, что ему захочется. Не умеет сосать? Научит. Не умеет красиво двигаться во время секса? Тоже научит. Он научит его всему тому, от чего сам без ума, и сделает Чимина идеальным партнёром, а в обмен даст ему всё, что тот пожелает. Поправив ворот свободной рубашки с леопардовым принтом, Тэхён вышел со своей комнаты и отправился в ту, что была дальше по коридору. Внутри было очень светло, всё залито светом, но никого в кровати не было, однако с душа доносился шум. Решив его подождать, Тэхён сел в подвесную качелю и уставился на дверь.

***

Чимин спал удивительно хорошо. Хотя наверное ничего удивительного в этом нет — Чимин был на ногах с четырёх утра до самой поздней ночи, а вкусный ужин и приятный горячий душ так разморили Чимина, что ему хватило шести часов, чтобы выспаться. Если бы Чимин проснулся в полном беспамятстве, как если бы он вдруг потерял память, он бы ни за что не подумал, что эта комната, залитая розовой дымкой рассвета — его личная золотая клетка, а человек, которого Чимин видел за окном на веранде — его хозяин. Утренний душ был для Чимина привычным, за два месяца жизни в борделе Чимин приучился максимально быстро и эффективно приводить себя в порядок так, чтобы если вдруг ему нужно будет сделать что-нибудь… Не возникло никаких казусов. Но в то же время Чимин старался насладиться тёплой водой и утренней тишиной, стараясь не думать ни о чём хотя бы сейчас. Чимин даже телефон выключил и, наверное, ему стоит улизнуть ненадолго из особняка в магазин, чтобы купить новую симкарту, когда выдастся момент. Закончив с утренним уходом, Чимин надел удобные домашние вещи, а мокрые волосы зачесал рукой назад, накинув на плечи полотенце. Но каково было его удивление, когда, вернувшись в комнату, он застал господина Кима сидящим на плетёном подвесном кресле напротив кровати. — Доброе утро, господин, — приветственно поклонился мужчине Чимин, зачем-то на цыпочках пробегая мимо к кровати, параллельно как можно быстрее суша полотенцем волосы. — Доброе утро, Чимин. Я уже было подумал, что ты собираешься провести в душе весь день, заяц, — шутил Тэхён, поднимаясь со своего места. — Я принёс тебе кое-что. Хочешь заняться со мной сексом сейчас или позже? — совершенно обаятельно спрашивал мужчина, подойдя к Чимину как можно ближе. Так, чтобы он всем собой ощущал аромат его парфюма. Чимин зачем-то буквально ловил каждый раз, когда господин называет его «заяц», хотя он вроде как даже приблизительно не напоминал это животное?.. Замерев от прямого предложения, или скорее даже приказа заняться сексом, Чимин обернулся, буквально дыша ароматом чужого парфюма. В руке у мужчины — небольшой милый пакетик, в котором Чимин даже предположить не может, что спрятано, а на лице привычная для него ухмылка. Этот обаятельный мужчина умел производить впечатление. — Прошу прощения, но разве… У меня есть выбор? — аккуратно переспросил Чимин, заправляя непослушную чёлку за уши. — Думай, как хочешь, Чимин, — не отвечал прямо мужчина, вручая в руки парнишки пакет. И всё же, какое сегодня замечательное утро. — Я хочу использовать всё, что там есть… Разве что хвостик можем оставить на потом. Скажи мне, Чимин, ты когда-то уже занимался сексом? У тебя есть опыт быть снизу? Сверху? Чимин принял пакетик и, раскрыв его, совсем забыл, что ему по-хорошему стоит отблагодарить господина за подарок. Вот только ошейник и кляп, первые попавшиеся на глаза, тут же отбили у Чимина все мысли на мгновение. Чуть заторможенно поняв суть вопроса, который после ему задал мужчина, Чимин не сразу нашёлся с ответом, но сказал абсолютно честно: — Да, у меня был такой опыт. Я… — Чимин смущённо прикусил губу, сжимая ручки пакетика, — Занимался сексом с девушкой один раз, а в паре с остальными партнёрами я был снизу, — не без нерешительности отозвался он, бездумно заглядываясь на то, как красиво блестит солнце в чужих волосах, и как идеально ложится мягкая ткань на чужое тело. — Тогда ты знаешь, что со всем этим делать, Чимини. Не отрывая от парня глаз, мужчина отошёл немного поодаль, чтобы снова сесть на качелю и иметь возможность беспрепятственно рассматривать парня со всех сторон. Чимин смущённо смотрел господину в ноги, с секунду колебаясь. Он и правда знал, что со всем, что принёс мужчина, нужно делать, вот только на себе он ни разу подобное не пробовал. Всё же отведя взгляд обратно на пакет, Чимин принялся осторожно доставать каждую вещичку одну за одной, аккуратно раскладывая всё на заправленной постели. Под всем остальным нашлась и короткая, безумно короткая юбка, и Чимин тихо вздохнул. Он вряд ли сможет к такому привыкнуть, но он выбрал это сам. Его никто не заставлял. — Ты раздевайся, я посмотрю. Вчера слышал ваш разговор, — немного грубо начал Тэхён, — Тебе не стоит сплетничать. Особенно с горничными. Откуда тебе знать правду они говорят или нет? — Но вы ведь ничего не говорите мне, — осторожно проговорил Чимин, принимаясь потихоньку стягивать штаны. — даже своего имени. — Прежде чем обвинять меня, вспомни, спрашивал ли ты у меня что-то. Ты ведь предпочёл узнать информацию от горничной, а не от меня? — мужчина стучал пальцами по качеле и неотрывно рассматривал Чимина. — Тогда расскажите мне о себе, пожалуйста, господин Ким? — на Чимине осталась лишь футболка, от которой он пока не спешил избавляться. Аккуратно подцепив пальцами юбку, Чимин продел в неё сначала одну, а потом другую голую ногу, пока не начал медленно подтягивать её за поясок на талию. Когда юбка полностью скрылась под длинной большой футболкой, Чимин завёл руки за спину, чтобы застегнуть пуговицу и небольшой замочек. — Не обязан, — фыркнул мужчина, покачиваясь из стороны в сторону. Он уставился на прекрасные изгибы тела младшего, а конкретно на его ноги. — Ты такой красивый. Почему тебя не купили до сих пор? — Не знаю, — Чимин сглотнул от грубого отказа, но не имел никакого права настаивать. Стянув футболку, Чимин и вовсе перестал даже поглядывать в сторону мужчины, на сей раз подняв с кровати белый ошейник, но надевать самостоятельно не стал. Подойдя к мужчине, Чимин старался не обращать внимания на маленькую длину юбки, и вновь, как вчера, присел на колени перед ним, смотря в глаза: — А почему же вы взяли меня? — взяв ошейник двумя руками, Чимин протянул его господину в немой просьбе его сделать это. — Просто захотелось, — Тэхён взял ошейник и не сильно затянул его вокруг чужой шеи. — Ты просто понравился мне, не ищи в этом скрытого смысла, заяц, — мужчина схватился за ошейник и потянул Чимина на себя, чтобы впиться поскорее в его губы и начать целовать. Чимина будто всего пробрало от этого страстного, жадного поцелуя, которым требовательно впились в его губы. Ошейник, за который потянул мужчина, больно сдавливал шею, а Чимин стыдливо ощущал, насколько сильно этот жест ему… Понравился? Вот так, привстав на коленях, Чимин отвечал на поцелуй мужчины, что склонился над ним, а сам, с мгновение поколебавшись, всё-таки робко положил руки на чужие плечи для большей устойчивости. Умелые губы целовали его так приятно и пылко, что Чимин, не имевший такого удовольствия как ласки уже очень давно, чувствовал, как неумолимо тает. Отстранившись, Тэхён наблюдал очень приятную картину: сам Чимин не ожидал, что это случится так быстро, а потому выглядел очень смущённо, а его взгляд растерянно бегал туда-сюда. — Понравилось? Дальше больше. Я сделаю в этот раз всё нежно, чтобы ты навсегда запомнил, каким я могу быть. Тэхён поднялся с кресла и подхватил Чимина на руки, наслаждаясь звоном бубенчика на ошейнике. Подойдя к кровати, он бросил его, от чего и без того короткая юбка задралась ещё сильнее. Рывком перевернув парня на живот, Тэхён хлопнул его по одной из половинок, наслаждаясь всё тем же звоном колокольчика. Так Чимин будет звучать теперь всегда. Склонившись над чистой, и даже приятно пахнущей мылом попе, Тэхён взялся за ягодицы двумя руками, играя с ними и растягивая их в стороны. Ему доставляло удовольствия наблюдать, как растягивается и сжимается обратно узкая дырочка. Склонившись над ней, мужчина провёл по ней языком, обильно смачивая слюной, и повторил это ещё несколько раз, а затем вновь прикоснулся к дырочке языком, дразняще вырисовывая шершавым кончиком круг, наслаждаясь сдавленным стоном парня под ним. Чимина безумно смущало то, что каждое мельчайшее движение, каждый шаг, каждый вздрог отзывается мягким перезвоном колокольчика. Тот зазвенел ещё громче, когда господин резко, даже грубо перевернул Чимина на колени, а после опалил горячим дыханием только вымытую дырочку. Непроизвольно Чимин сжался, когда сильные руки сжали мягкие половинки, а когда горячий язык впервые прикоснулся к чувствительному входу, Чимин и вовсе тихо замычал. Он займётся сексом с абсолютно незнакомым человеком, даже чьё имя ему неизвестно. С человеком, который буквально купил его, чтобы трахать, как игрушку. У Чимина не выходило это из головы, а когда влажный язык начал настойчивее ласкать его попу, эти мысли стали лишь громче и отчётливее. И Чимин хотел провалиться под землю от того, как из-за приятных ощущений эти мысли приобретают совсем иной, куда более возбуждающий оттенок. — М-мх, господин… — бормотал Чимин, выгибаясь в спине и крепко обнимая подушку от того, как приятны были ему эти непривычные ласки. — Нет, нет, нет, милый. Ни слова больше. Тэхён медленно отстранился и потянулся за кляпом, что лежал прямо у ног Минни. Затянув его покрепче на Чимини, он продолжил: — Хорошие пёсики должны слушать хозяина и не издавать ни звука. Ты же не хочешь, чтобы слуги подумали, будто господин нанял себе секретаря постыдным путём через постель? Вот и я не хочу, сладкий. Мужчина хлопнул Чимина по попке и достал с кармана, заботливо брошенную туда перед выходом, смазку. Небольшой тюбик он выдавил на дырочку сразу весь и на пробу скользнул внутрь одним пальцем, чтобы убедиться, что этого достаточно. Недолго думая, он взял хвостик с достаточно широкой пробкой и медленно начал толкать её внутрь, наблюдая за тем, как дырочка податливо растягивается и принимает её внутрь. Чимин часто часто задышал, когда внутрь него настойчиво начал толкаться большой и толстый кончик пробки. Настолько большой, что Чимин обеспокоенно обернулся, жалостливо смотря на мужчину, но тот был непреклонен. — Чимини, как же ты прекрасен прямо сейчас. Раз уж ты не можешь говорить, позволь я расскажу тебе некоторые правила, да? — спросил Тэхён, чуть надавливая на пушистый хвостик. — Горничная была права, не стоит со мной спорить. Особенно если ты не уверен в том, что выиграешь спор. Слугам ты не должен ничего говорить о нас и трепаться с ними попусту тоже. Посмеешь вести себя дерзко и грубить мне — условия твоей жизни изменятся навсегда. Будешь жить в клетке и пользоваться тобой будут все подряд, ты понял? Я выставлю клетку прямо на улице и каждый мимо проходящий человек может пользоваться твоей попкой, Минни. Будто и не слыша молящих глухих стонов Чимина сквозь плотно вжатый в рот пластиковый шарик, он заставлял его слушать и понимать, что Чимин здесь, в этом доме, в полной чужой власти. Безвольно тычась языком в шершавую поверхность кляпа, будто так он мог вытолкнуть его, Чимин удобнее обхватил губами казавшийся невероятно большим шарик, причмокивая губами вокруг него. Чимин тихо захныкал, пряча смущённое лицо в подушке, когда большая пробка вошла в него так, что растягивала вход максимально широкой своей частью. Всхлипнув и вздрогнув, когда пробка резко скользнула внутрь полностью, Чимин завилял попой и крепко зажмурился. Тугую дырочку уж слишком сильно распирало пробкой, вокруг тонкого основания которой колечко мышц рефлекторно сжималось. Между бёдер Чимин ощущал мягкую щекотку пушистого хвостика и вновь рвано вздохнул. Когда Чимин попытался повернуть голову и взглянуть непроизвольно слезящимися глазами на своего мучителя, предательский бубенчик вновь глухо зазвенел, когда Чимин кивнул в знак того, что всё понял. Игрушка. Он просто жалкая игрушка в этих руках, это унижение никак нельзя было вообразить тогда, когда Чимин, отчаявшись, решился на всё это. И даже предположить не мог, что будет испытывать так противоречащие друг другу возбуждение и стыд. — Не подумай, что я хочу тебя запугать, сладкий. Просто я очень сильно люблю, когда меня слушаются. Тэхён игрался с пробкой так, как ему хотелось. То вытаскивал её наполовину, то полностью, то надавливал на неё так, что член Чимини дёргался от наслаждения и распирающих чувств, а сам парень жалостливо хныкал от невыносимо большой для узкой дырочки пробки. Если он так реагирует на обычную пробку, то что будет, когда ему в руки попадут шарики? Когда дырочка оказалась достаточно растянута и Тэхён мог свободно войти тремя пальцами внутрь, мужчина посмотрел на настенные часы и недовольно прошептал: — Твоя попка такая узкая. Пришлось потратить двадцать минут, сладкий, а так не годится. Будешь ходить с пробкой теперь постоянно, чтобы я мог трахнуть тебя даже просто в коридоре. От одних мыслей о подобном сексе, член Тэхёна предательски дрогнул. Мужчина достал его из своих свободных брюк и растянул по всей длине резинку, открыв упаковку зубами. — Я вхожу, слышишь, — и с этими словами он ткнулся головкой к дырочке, проскальзывая внутрь. Чимин мечтал схорониться под землю в этот же момент, когда и длинные пальцы, и пробку, которые господин больше не пытался вставить внутрь, заменил чужой член. Он снова зажмурился, впиваясь в собственную подушку удушающими объятиями. Челюсть немного сводило от непривычно долго открытого рта, который мешал закрыть полый, но плотный шарик. Младший тихо-тихо захныкал, стараясь заглушить и собственный голос, и звон бубенчика в большой пушистой подушке. Кажется, у него даже дрожали коленки, и как хорошо, что старший не видит его напряжённого, твёрдого члена в такой позе. Чуть повернув голову в сторону, чтобы глубже вдохнуть, Чимин вновь взглянул на мужчину, что замер, войдя до упора. И, прикрыв глаза, Чимин попытался сделать первый толчок самостоятельно, стараясь словить каждый проникающий в него сантиметр горячей плоти. Шарик уже был полностью влажным от истекающего слюной открытого рта, Чимин чувствовал эту влагу щекой на подушке, начавшей пропитываться ею. Тэхён взволнованно протёр капли пота со лба. Всё же, возбуждение давало о себе знать. Изнывающий от стояка член вмещался в Чимине просто идеально. Ухватившись руками за края юбки, мужчина начал двигаться. Сначала толчки были невинно нежными, но с каждым разом он всё сильнее ускорялся, отдавая предпочтение ритмичному и отчасти даже грубому сексу. Чимини под ним стонал и дрожал. Он видел, как его член упирается в животик и сам изнывает от желания, но он к нему не прикоснётся. В конце концов, когда мужчина дошёл до пика, живот свело ноющей болью, а в глазах на какое-то мгновение потемнело. Ритмичные толчки оборвались резко, когда господин, крепко вжав Чимина в себя, кончил, ощутимо дрожа. Сам же Чимин, извиваясь под Кимом и постанывая всё громче, тоже весь замер, чувствуя жар внутри себя. Семя заполняло резинку, но даже так Чимин мог это ощущать. Надрывно дыша, Чимин непроизвольно тихо простонал, когда внутри снова стало пусто и мышцы сжимались вокруг этой пустоты, словно Чимин желал вновь быть заполненным. Но вместо того, чтобы как это делали другие партнёры Чимина помочь кончить и ему, господин просто встал с кровати, чтобы привести себя в прежний вид и застегнуть брюки. Оставив полуголого и возбуждённого Чимина, мужчина глубоко вздохнул и, отбросив использованную резинку в мусорную корзину, ушёл, бросив напоследок лишь имя: — Ах, да. Меня зовут Тэхён, — захлопнув за собой дверь. Тэхён. Надрывно выдохнув, Чимин перевернулся на бок, не спеша снимать с себя унизительный кляп или ошейник. Напротив, он наслаждался этим наедине с собой, стараясь заполнить этим удовольствием унижение и пустоту, что оставил после себя этот мужчина. Чимин крепко жмурился, трогая себя и словно в бреду думая о Тэхёне и о том, кто или что вообще Чимин для него.

***

Практически всю рабочую неделю, что Чимин провёл в просторном поместье, он не видел Тэхёна. Они не встречались даже за завтраком или ужином, младший мог лишь изредка видеть чужой силуэт, когда мужчина уезжал утром или возвращался с работы вечером. Всё остальное время он был предоставлен сам себе, но приказа лишний раз не болтать с прислугой и уж тем более не заводить разговоров о своём хозяине он старался не ослушиваться. Таки купив новую симкарту и выкинув старую, Чимин целые дни проводил за просмотром фильмов или чтением книг. В перемещениях по территории дома Чимина тоже никто не ограничивал, поэтому за минувшвую неделю Чимин не побывал лишь в комнате господина Кима. Даже открывать её не пробовал, хотя знал, что она не заперта. На утро воскресенья Чимин проснулся в том же приятном дурмане, что и тогда, в первое их совместное утро. Будто он в сказке, в которой нет места суровой реальности. Поворочавшись в кровати, Чимин недолго попрятался под одеялом от яркого солнца, но всё же сдался и позволил себе полностью проснуться. Привычно скинув с себя прочь мягкое одеяло, Чимин не сразу понял, что лежит в постели абсолютно голый, а когда всё же заметил, как холодно телу без тепла одеяла, Чимин мигом увидел, что пижамы на нём и след простыл. Схватив одеяло и укутавшись в него, Чимин будто пьяно припоминал: вчера он абсолютно точно надевал пижаму, да и вообще не привык спать голышом! Но тут же в мыслях всплыло простое и понятное объяснение такой странности: господин Ким. Вздохнув, Чимин всё же стыдливо выпутался из-под белой мягкой ткани, слегка смущённо прикрываясь так, будто в пустой комнате его снова где-то мог поджидать господин. Но тут же напрягся ещё сильнее, когда в шкафу около окна он не обнаружил буквально ничего из своей одежды. Полки были пусты, только несколько маленьких полотенец лежали на своих местах. Точно такая же пустота обнаружилась и в комоде, где Чимин аккуратно складывал нижнее бельё. Ничего не было. Едва ли до конца проснувшийся Чимин лихорадочно раздумывал, как теперь ему выйти из комнаты? Он, конечно, может пойти и попробовать найти такого подлого вора, как Ким, чтобы потребовать свои вещи обратно, вот только прежде чем найдёт его, он сгорит от стыда. Слуг в доме Тэхёна хоть и немного, но Чимин не может быть уверенным, что его никто не заметит… Уже успев отчаяться от стыда и смущения просто мысли о том, что придётся решиться на это, Чимин всё же заметил на подвесном кресле у окна что-то. Подбежав туда, Чимин с ужасом увидел аккуратно сложенную одежду, которую едва ли можно было назвать обычной. Оглядевшись, словно всё ещё сомневаясь, смотрят на него откуда-нибудь или нет, Чимин поднял перед собой сначала одну из своих безразмерных футболок, которую сразу же надел, а затем и… Невероятно коротенькие маленькие шортики и чёрные чулки. Под всем этим пряталось кое-что ещё, на что Чимин и долго смотреть-то не хотел, а уж тем более исполнять неозвученный, но очевидный приказ. Длинная цепочка из соединённых между собой анальных шариков разных размеров заканчивалась большим пластиковым колечком. Прозрачный пластик поблёскивал на солнце, а Чимин, обречённо вздохнув, бросив на кресло шортики и чулки, всё же схватил шарики и убежал в ванную. Подготовка заняла действительно много времени, а из головы не выходила неосторожно брошенная Тэхёном фраза о том, что Чимин слишком узкий и его следует заставить всегда ходить с пробкой. За прошедшую спокойную неделю Чимин почти забыл об этом, но теперь, когда он максимально аккуратно вставлял в себя сначала шарики поменьше, а затем всё больше и больше, это выедало ему мозг. Когда последний и самый большой шарик вошёл в Чимина, тот облегчённо выдохнул, но стоило ему попытался подняться, то он понял, что рано обрадовался: подвижные шарики перекатывались и тёрлись о скользкие от смазки стеночки при любом, даже малейшем движении или попытке сократить мышцы. Когда Чимин сжимался, шарики смещались в нём, а когда попытался просто выйти из ванной, чтобы надеть остальные вещи из оставленного ему «комплекта», то понял, что это просто невыносимая задача. Но не сделать этого было нельзя, Чимин понимал. Поэтому, умытый и… Подготовленный, Чимин надел шортики и высокие чулки по середину бедра, чувствуя себя униженным не меньше, чем тогда, когда Тэхён трахнул его, заставив молчать кляпом во рту. Вздохнув, парень тихо просеменил к двери из комнаты и так же тихо приоткрыл её, чтобы убедиться, что никто не заметит его в таком виде. Прикусив губу, Чимин направился знакомым путём на кухню, чтобы просто быстро перекусить без надобности звать служанку, молясь не встретить никого. *** Тэхён сидел на кухне и завтракал. Сегодня у него был выходной, а потому и спешить куда-то не было смысла. Заварив две кружки чая, он дожидался Чимина. Повар приготовил сегодня изумительно вкусные блины, зайцу понравится. Когда же из-за поворота показалась знакомая макушка, в заботливо оставленных ему утром вещах, мужчина и вовсе расплылся в довольной улыбке. Всё это так ему подходило. — Чимини, с добрым утром. Я уже думал, что не дождусь тебя. Как спалось? — как ни в чём не бывало начал говорить мужчина. Тихо вздохнув, Чимин вновь поклонился, проходя на кухню как можно более непринуждённо: — Доброе утро, господин Ким, — но с шариками в попе это было не то чтобы просто, — Я в порядке, а вы? Чимин как можно незаметнее огляделся, но ни одного слуги не заметил, поэтому, подойдя к стулу, перед которым на столе была приготовлена порция, очевидно, и для самого Чимина, он присел за стол. Прикусив губу от того, куда упёрся небольшой шарик на конце, Чимин поскорее отвернулся, нарочито рассматривая кушанья, лишь бы Тэхён не заметил написанного на его лице смущения. — Знаешь, замечательно, Чимини. Ты ведёшь себя более чем просто удовлетворительно. Я, можно сказать, безумно счастлив этому. Госпожа сказала, ты обожал блинчики. Можешь использовать любой джем или сгущёнку к ним, — рассказывал мужчина, опершись рукой о стол. Он рассматривал Чимина без зазрения совести. Тот был очень нежным и красивым, а то, как резинка чулков перетягивала его аппетитные бёдра…. Какой же он красивый! Даже не терпится рассказать о нём своим друзьям. — Какие планы на сегодня, заяц? Чимин учтиво кивнул, подцепляя палочками свёрнутые в маленькие треугольнички блинчики. Взглянув на Тэхёна, он ответил: — На самом деле, я ещё не думал об этом. Чуть поёрзав, чтобы хоть немного сменить положение шариков внутри, Чимин, кажется, сделал только хуже. Теперь шарики лишь сильнее вжимались в чувствительное место. — А вы хотели бы провести время со мной? — Чимин поскорее закусил безумно сладким и вкусным блинчиком, предварительно обмакнув тот в вязкую сгущёнку. — Да, хотел бы. Кажется, это было очевидно, — мужчина подхватил свой блинчик в сгущёнке пальцами, отчего та потекла по его руке. — Ах, чёрт, — зашипел мужчина и поднялся со своего места. Вымывая руки в раковине, он тихо хихикал от того, как Чимин пытался сделать вид, что всё в порядке и ему ничего не мешает. На самом же деле то, как отчаянно он старался скрыть то, что не в силах принять удобную позу, было абсолютно бесполезно. Сдерживать себя было невероятно трудно. — Хочешь подняться на второй этаж и посмотреть со мной фильм? Недавно нашёл один интересный. Чимин краем глаза наблюдал за Тэхёном, который не изменял своему утончённому стилю даже дома, а сам едва ли мог сосредоточиться на вкусной еде. Всё внимание сосредотачивала на себе чёртова игрушка в нём. — Хорошо, господин. Вы… Уже закончили с завтраком? — надеясь выиграть хоть немного времени в более удобной и статичной позе, так как во время ходьбы шарики внутри становились ещё невыносимее. Плотно прижав ножки друг к другу, Чимин аккуратно развернул блинчик, чтобы намазать джем внутрь. А затем скушать его, но сам не заметил, как около нижней губы посадил розовое сладкое пятнышко. — Да, я закончил, — мужчина вернулся на своё место. — Ах, Чимини, ну что же ты так, — не имея под рукой тряпочки или салфетки, Тэхён потянулся к Чимину и сразу же слизал пятнышко клубничного джема. — Ты такой растяпа. Будь осторожен, чтобы не запачкать вещи, м? А то придётся их снять. — Да, — растерянно от неожиданной близости Тэхёна прошептал Чимин, во все глаза смотря на этого невероятно красивого мужчину. — Простите, господин. Сам Чимин, будто стараясь удостовериться, что Тэхён убрал все остатки джема с его губ, быстро провёл языком там, где его коснулся Тэхён. Проморгавшись, он отложил палочки. Ему нужно поскорее вытащить эту игрушку. Он физически не может делать ничего, пока она внутри, даже кушать. — Ну так… Фильм, верно? Чимин как можно осторожнее и наверняка заметно медленно поднялся из-за стола, а Тэхён стоял в упор рядом с ним. И это… Начинало распалять. — Верно. Пошли скорее, — сказал Тэхён и хлопнул Чимина специально по попе. — Ты какие фильмы любишь? Имею в виду жанр? Чимин сильно вздрогнул от неожиданного шлепка по попе. Это был знакомый властный жест. Так любили к нему прикасаться мужчины, которые не знали, что Чимин работал в том клубе простым официантом, а не мальчиком по вызову. Ну или просто им нравилось понимать, что они могут себе позволить шлёпнуть удаляющегося за заказом официанта по заднице без особых последствий. — Даже не могу точно сказать, — замялся Чимин, — Люблю что-нибудь забавное, вроде комедий и мультфильмов, или про любовь. Хотя знаете, экранизации книг Николаса Спаркса мне нравятся всё же меньше, чем книги. Чимин сам не знал, зачем рассказал такой глупый пустяк о себе, над которым этот человек точно не упустит поглумиться. Поэтому, прикусив губу, он приказал себе следить за языком. Тем временем, они продвигались по лестнице, ведущей к комнатам Тэхёна и Чимина. — Правда? Звучит очень интересно. Я больше люблю фантастику или кошмары. Бёртон и Нолан то, что я смотрю чаще всего, — поддерживал беседу мужчина до тех пор, пока они не оказались в длинном коридоре, ведущим в комнаты. Прижав грубо Чимина к стене всем собой, мужчина ухмыльнулся, увидев растерянность во взгляде напротив. — Помнишь, что я тебе говорил? Шумно сглотнув, Чимин заставил себя смотреть Тэхёну в глаза, даже будучи вжатым в стену. Помнит. Но это перспектива слишком смущает и пугает, поэтому Чимин предпринял жалкую попытку увильнуть: — Что вы любите Тима Бёртона и Кристофера Нолана? — а сам Чимин аккуратно, будто стараясь таким образом случайно не спровоцировать чужую агрессию, пригладил облачённые в рубашку плечи Тэхёна. — Нет, глупышка, я говорил, что хочу трахнуть тебя прямо в коридоре. Как тебе такое, м? — мужчина провёл носом по румяной щёчке Минни и улыбнулся. Он говорил, что не будет более нежным, но устоять перед этим плюшкой просто выше его сил и терпения. — Так вот, зачем вы заставили меня вставить в себя эти… Шарики, — промурчал Чимин и, будто получив негласное разрешение, крепче обнял Тэхёна за шею, ловя горячее дыхание кожей щёк. — Хотите меня здесь, господин? — Хочу, но сперва, — мужчина уложил руку на макушку малыша и надавил на неё, — Отсоси. Ошарашенно смотря на Тэхёна снизу вверх, Чимин послушно поддался на властный жест, медленно опускаясь на колени так, что лопатками Чимин вжимался в стену, а пах Тэхёна чуть ли не тыкался ему в лицо. — Но, господин, — Чимин знал, что этот номер всё равно не пройдёт, но отменять попытку было поздно, — Нас ведь могут увидеть? А сам заёрзал от того, как в очередной раз длинная цепочка из шариков сместилась внутри него, но теперь начиная заставлять узел внутри скручиваться туже. Он боялся и не хотел признавать, но то, что происходит сейчас, неимоверно сильно заводит его. — А тебя это волнует? В таком случае, я хочу, чтобы нас обязательно кто-то увидел, Чимини, — мужчина лишь властно улыбнулся, расстёгивая пуговицу на штанах. Собственный член уже давно был возбуждён от одного только вида этого сладкого малыша. Чимин посчитал, что господин и слышать не желает от него больше пререканий, поэтому, сдавшись, он положил руки на чужие бёдра и схватился зубками за язычок молнии. Всё ещё смотря в чужие глаза, Чимин потянул маленькую собачку вниз, слушая тихий шорох расстёгивающейся ширинки. На господине не было нижнего белья точно так же, как на самом Чимине, а возбуждённый, твёрдый член, свободный от ткани, случайно шлёпнул Минни по щеке. Мельком облизав губы, Чимин приоткрыл рот, чтобы приняться осторожно, так, как когда-то давно учился это делать, вылизывать начавшую сочиться головку. Вязкая смазка смешивалась со слюной, а сам Чимин теперь выцеловывал напряжённую плоть, иногда обводя языком венки на длинном стволе. Он не был мастером минета, а уж тем более глубокого горлового, который придётся сделать, если Тэхён захочет вставить Чимину в рот свой член до самого упора. Взволнованно вдохнув глубже, Чимин всё же приоткрыл рот и, придерживая рукой член, обхватил губами головку, чтобы приняться неспеша, прислушиваясь к собственным ощущениям, осторожно насаживаться. — Делай это медленно, спокойно. Когда головка начнёт упираться в глотку, не спеши давиться и резко дышать. Возьми его пока за щёку, сладкий, — Тэхён сам не понимал зачем всё это говорит, но ему так хотелось получить сейчас этот неумелый, но такой желанный минет от Чимина, что ноги незаметно начинали подрагивать. Тот послушно следовал всем указаниям Тэхёна, дыша строго через нос, чтобы не подавиться. Чуть отстранившись и шире приоткрыв челюсть, чтобы пустить член за щёку, Чимин вновь аккуратно и медленно насадился настолько, насколько может. А сам вновь взглянул вверх, на не сводящего с него глаз Тэхёна, будто без слов вопрошая: «я всё делаю правильно?» — Да, вот так, заяц. Осторожнее с зубками, ладно? — мужчина потрепал Чимина по волосам, а сам прикрыл глаза, чтобы вдоволь насладиться этими ощущениями. Чимину не обязательно знать, что прислуги в доме нет. Чимин вслух хмыкнул, чтобы дать знать, что всё понял. Но неожиданно для себя вспомнил, что с членом во рту все звуки, какие бы Чимин не пытался издать, тут же отдаются вибрацией. Испуганно взглянув на Тэхёна, которому это могло совсем не понравиться, Чимин снова отстранился, чтобы вновь осторожно пустить чужой ствол за другую щёку, прикладывая при этом максимум усилий, чтобы не сделать больно своими зубами. Захлопав увлажнившимися от усердия глазами, Чимин и вовсе прикрыл их, слегка двигаясь головой вверх и вниз по члену. Слюны во рту скопилось так много, что когда Чимин вновь попытался взять член в рот так, чтобы иметь к нему доступ языком, он почувствовал, как слюна стекает по нижней губе и подбородку, наверняка при этом пачкая его чулки. Вновь тихо замурчав, Чимин склонил голову, чтобы взять член под другим углом, и пока насаживался, поворачивал голову в прежнее положение, старательно обводя языком каждый участок чувствительной кожи. Взяв максимально возможную длину в рот, Чимин плотно обхватил ствол губами и принялся с небольшой амплитудой насаживаться на член, лаская пальчиками основание, до которого не мог достать ртом. Издавал Чимин при этом абсолютно неконтролируемые и пошлые звуки: слюна и смазка хлюпали, а любая попытка чуть шире открыть губы сопровождалась влажным причмокиванием. Жмурясь от стыда, Чимин старался не думать о том, что кто угодно проходящий мимо лестницы может услышать эти красноречивые звуки. Тэхён дрожал. Этот такой неумелый минет так сильно его возбуждал и заводил, что сил сдерживаться не осталось. Последней каплей стало то, как Чимин начал причмокивать. Вытащив наспех, но очень осторожно, член с чужого рта, мужчина уложил парня рывком на пол и заставил упереться коленями и руками в пол, оттопыривая зданицу, резко натянув короткие шортики повыше так, чтобы те вжимались в его попу и давили на шарики, что всё это время были внутри. Уперевшись руками в пол, Чимин шумно сглотнул, всё ещё ощущая привкус Тэхёновой смазки на языке, а затем тихо заскулил, когда в его дырочку тесно вжалась натянутая ткань шорт. — Скажи, Чимини, ты хочешь меня, м? Виляя попой, Чимин слегка повернул голову, чтобы взглянуть на Тэхёна. Тот смотрел на него голодно, возбуждённо. Выгнувшись в спине настолько изящно, насколько не слишком опытный Минни может, он проговорил полушёпотом: — Я… Я хочу вас, господин, — окончательно прощаясь с последними остатками своего достоинства. Его действительно возьмут прямо посреди коридора, нигде и ни за чем не прячась так, что абсолютно любой может увидеть, как Тэхён его трахает. Тэхён, которого эта перспектива, кажется, только заводила. — Господин, разве мы не можем… В моей комнате?.. — всё же попытался Чимин. — Нет, Чимини, не можем. Мы можем только так, как хочу я, ясно? Тэхён хлопнул Чимина по попе, а затем стянул шортики до середины бёдер. Ухватившись пальцами за пробку, он начал медленно вытаскивать шарик за шариком. Ему нравилось, как дырочка Чимина сжималась и растягивалась вокруг игрушки. Чимин тихо постанывал от того, как игрушка, которую он старательно вставлял в себя, грубовато, резко вытягивается из него. Самыми невыносимыми были самые близкие ко входу толстые, большие шарики, на каждый вытащенный шарик Чимин реагировал тихим стоном и резким вздрогом. — Ты такой умничка, Чимин. Я счастлив, что ты прислушиваешься ко мне. Можешь попросить всё, что только захочешь. Растянутый вход сжимался, когда внутри Чимина больше не было назойливой игрушки, а реакция Тэхёна кружила голову. Тэхён хвалил его и Чимин не может исполнить собственный запрет не чувствовать настолько сильное возбуждение от этого. От желания сделать всё беспрекословно, лишь бы Тэхён вновь называл его умницей обещая исполнить всё. Приставив мокрую от смазки и чужой слюны головку к дырочке, мужчина медленно вошёл до упора. Его возбуждал и заводил дикий секс в абсолютно разных непредназначенных для этого местах. Таких, как этот пустой коридор, от стен которого эхом отражался любой звук. Чимин задышал чаще, стоило Тэхёну неспеша войти в него полностью, заполняя и растягивая не так сильно, как пробка или последние несколько шариков, но доставая глубоко и заставляя ощущать этот жар. А ещё и то, что Тэхён вошёл в него без резинки. Ошарашенно вытаращив глаза, Чимин резко оглянулся на Тэхёна. — Господин? А как же резинка?.. — прошептал Чимин, словно бы ощущая каждую напряжённую венку на чужом стволе. — Не волнуйся, я не кончу в тебя, — промурчал Тэхён и снова хлопнул Чимина по попке. Внутри него, несмотря даже на растяжку, всё ещё было очень узко, поэтому он пытался быть нежным. Его это так заводило. Вздрогнув от шлепка, Чимин опустил голову, упираясь лбом в вычищенный пол. Расставив ножки шире в надежде, что так будет менее невыносимо, Чимин старался быть тише. Он помнил, как Тэхёну не понравились лишние звуки и слова. Чимин шумно дышал через рот, колени ныли от того, как ткань чулок впивалась в них, так долго придавленных к полу. Мягкие, даже нежные толчки заставляли его прочувствовать каждый сантиметр плоти, что проникала в него, а особенно приятно, до дрожащих коленок и жалкого скулежа, было тогда, когда головка глубоко внутри Чимина сладко проезжалась по простате. — Ты ведь не боишься, что я тебя чем-то заражу, сладкий? Пока мы трахаемся, ты можешь подумать о том, чего тебе хочется больше всего, и я это выполню, — приговаривал мужчина, не останавливаясь ни на мгновение. Чимин бы с удовольствием попросил заплатить ему нужную сумму и отпустить, вот только… Отпустят ли его? В это верилось мало. Зато если Чимин будет слушаться и исполнять всё, что бы мужчина от него не захотел, Чимин сможет получить больше денег и, возможно, нежности… Поэтому, тихонечко замурчав, Чимин принялся подмахивать бёдрами в такт движениям Тэхёна, насаживаясь ещё глубже тогда, когда Тэхён входит в него до конца. От этого было настолько приятно, что Чимини поджимал на ногах пальчики. — Как же хорошо, — повторял про себя мужчина каждый раз, когда входить получалось особенно глубоко. В этот раз он решил не оставлять младшего без внимания, а потянулся рукой к члену Чимина и принялся дрочить его в такт толчкам, чтобы довести его до сумасшедшего оргазма.