Кислотный дождь

Вопрос Вовы Суворова остаётся не отвеченным. И так понятно, что именно здесь произошло. Его младшего брата безжалостно избили. — Сдвинешься с места — сам лично найду и убью, — Обращается Адидас-старший к Андрею, прежде чем подойти к Марату, и подать ему руку. Блондин верит Вове. Адидас это тот человек, которого наверняка следует бояться. Он же старший. — Эх, Маратик, расскажи ка мне, как жалкая скорлупа смогла тебя так уложить? — Продолжает говорить Адидас, поднимая Марата с холодного кафеля. Андрею остаётся только ждать. Интересно, какое наказание его ждёт? В лучшем случае, изобьют до полусмерти, в худшем — до смерти. И единственное, что чувствует сейчас Васильев, это безысходность. Марат еле стоит, опираясь на подоконник и злостно скалится на блондина: — Он не такой хилый, какими кажется на первый взгляд, — отвечает Суворов, и вытирает кровь с лица рукавом своей красной олимпийки. Вова хмуро смотрит на брата. Старший явно разочарован в Адидасе-младшем. — А ты, видимо, не такой грозный, каким кажешься. Ну ничего, будешь тренироваться в три раза больше. Сейчас найдём его старшего и чушпану не поздоровится. Андрей облегчённо выдыхает, по законам улицы Адидас не имеет права его трогать. Со своим идиотским страхом он успел позабыть об этом. — Не нужно, сам с ним разберусь. Я первый на него накинулся, — обращается Марат к брату. С чего это вообще Суворов заступается за блондина? Нет, всё не так. Марату стыдно, что его смог одолеть, по его же словам, чушпан. Он просто не хочет, чтобы кто-то об этом узнал. Мысли блондина, кажется, совсем спутаны. Он не знает наверняка, и может только догадываться. Вова Адидас подходит к брюнету, и отвешивает хороший подзатыльник, а Андрея только забавляет эта ситуация, виноват он, а получает Суворов. — Я вижу, как ты разобрался. Ладно, решай тут сам, не маленький уже. Но если ещё раз такое повторится, придётся тебя отшить, если с мелкотнёй справиться не можешь, — скалится Адидас-старший на брюнета, прежде чем направится к выходу. И Андрей тоже собирается уходить, но его останавливает грубый голос Суворова: — Куда пошёл? Стоять! И Васильев повинуется, сам не знает почему, но после произошедшего у него появляется доля уважения к Марату. — Чего тебе? — Блондин оборачивается, и подходит к Адидасу-младшему. — Ну чё, ты теперь должен мне, — просто говорит Марат. — С чего бы, а? — Спрашивает Андрей, приближаясь ещё на один шаг ближе. Васильева пугает необъяснимая тяга к Марату. Это всё адреналин, именно он заставляет его кровь закипать. Как же хочется ещё раз ему врезать, но брюнету и так знатно досталось. — Зря я что ли твою жопу прикрыл? Знаешь, что за такое бывает? Нет, Андрей не знает. Ему плевать. Это Суворов не хотел потерять свой авторитет, и ещё что-то предъявляет ему? — Давай, расскажи мне. — Васильев бросает вызов парню напротив. — Ты слишком неопытный в этом деле, и я просто тебя пожалел. — Жгучий взгляд, карих глаз прожигает блондина насквозь. Температура в комнате становится на пару градусов выше, Андрей настолько близко, что склоняется над раненым телом Суворова. Блондин чувствует некое превосходство, с удовлетворением отмечая их разницу в росте. — А ты больно опытный, как я вижу? Научишь? — Дерзит блондин, и кажется их разговор переходит в совершенно другое русло. Так, словно они говорят о чём другом. О чём-то более интимном. — Пидоров не учу, — будто прочитав мысли Васильева, отвечает Марат. Андрей видит, как брюнет приподнимает голову, открывая взор на бешено пульсирующую жилку на шее. Брюнет боится, волнуется, злится, или это что-то более глубокое? Младший пытается отогнать эти мысли. — Поясни, почему это я пидор? — Находясь в паре сантиметров от лица Адидаса-младшего, интересуется Васильев. — Губы у тебя блядские. Прям как у девчонки, — хриплый голос Марата прошибает до мурашек. Сейчас блондин должен втащить ему за такие слова, но постепенно накаляющаяся обстановка только возбуждает его интерес. Васильев плохо соображает, и даже не понимает, что сейчас происходит. Разве так должны общаться настоящие пацаны? Дверь в уборную открывается. Им снова помешали. Андрей тут же резко отстраняется от Суворова. Группировщик по кличке «Турбо» подходит к парням: — Адидас тебя ищет везде, а ты тут со шпаной прохлаждаешься? — Спрашивает новоприбывший у Марата. — Да надо было кое чё порешать, — непринуждённо отвечает брюнет. — Это ладно, а чё побитый то такой? — Хитро прищурившись, интересуется Валера. — Упал, — Огрызается Адидас-младший и проходит мимо Андрея, задев, на последок, его плечо своим. Турбо уходит следом, а Андрей остаётся, пытаясь успокоить своё сбившиеся дыхание. Оставшуюся половину вечера Васильев украдкой наблюдал за Маратом, который в свою очередь обхаживал свою подружку, Айгуль кажется. Андрей никогда не понимал таких. В банде грозный парень, а перед девчонкой стелется, как каблук.

***

Следующий день.

Школа уже не казалась Андрею особенно интересным местом, всё попросту наскучило. Уроки закончились, и парень уже собирался уходить, но у преподавателя по английскому были другие планы на Васильева. Флюра Габдулловна «вежливо» попросила его подтянуть знания одного мальчика. Андрей всегда был хорош в английском, но почему именно он должен это делать? Нашли козла отпущения. Но ладно, Васильев согласился. Если у паренька светлая голова, то навряд ли на это уйдёт много времени, так ведь? Тем более, сегодня у Разъезда не было сборов. Возможно, они даже подружатся. У блондина мало друзей, и даже из группировки он общался с немногими. Андрей всего лишь подросток, и ему, как и всем, не хватало простого общения со сверстниками. Флюра Габдуловна первая входит в кабинет, а за ней следует и Васильев. Он замечает полулежащего на парте парня, развалившегося на два стула. — Просыпайся, — требует учительница. Но брюнет не реагирует на её просьбу. — Знакомься, это Васильев, он тебя подтянет, — уже более спокойным тоном продолжает Флюра Габдуловна, и только тогда брюнет лениво оборачивается. Этот человек точно не сможет стать новым другом для Андрея, потому что это Адидас-младший, собственной персоной. И не сказать, что Марат тоже рад видеть блондина. Это хорошо, что их чувства взаимны. С взаимной неприязнью не придётся набиваться друг другу в товарищи. Они оба удивлённо таращатся друг на друга, пока учительница английского не отпускает их, со словами: «идите мол, учитесь». Вот, и за какие грехи, такая участь выпала Васильеву? — Я не буду с тобой заниматься, — говорит блондин, как только они оказываются на улице. Конечно, ещё чего? Марат это одна сплошная проблема. — А ты у нас оказывается плохой мальчик, Андрюша. Хочешь ослушаться нашу многоуважаемую учительницу? Васильев пытается вообще не слушать Адидаса-младшего, но он настырно следует по дороге за ним. — Нет, сам справишься, — произносит Андрей и ускоряет шаг, чтобы брюнет отстал от него. Уж слишком много противоречивых чувств вызывает у него Суворов. — Ну ты чё, чушпан, что ли? Слово же дал, — никак не унимается Адидас-младший. Что ему вообще нужно от Андрея? — Слово дают только пацанам, забыл? — Блондин останавливается, чтобы посмотреть на Суворова. — Да, ладно, — томно вздыхает Марат, а после продолжает: — Мы с тобой не с того начали. Ты подтянешь меня по английскому, а я тебя тоже может чему научу. По рукам? — Суворов протягивает Андрею, свою ладонь. Неужели ему так важен английский, что готов смириться с времяпровождением с блондином? Но, какой от этого толк Васильеву? И всё же парень соглашается. — По рукам, — тихо отвечает Андрей, протягивая и свою руку в ответ. Ладонь Суворова кажется ему горячей, несмотря на вьюжную погоду, и от этого создаётся некий контраст. Блондину просто хочется зарыться головой в снег, чтобы прийти в себя. Потому, что не должны прикосновения другого парня вызывать дрожь и стаю мурашек, проходящих по телу. Господи, как же ему стыдно. — Ты чего такой задумчивый? — Хитро прищурив глаза, спрашивает Суворов. — Нет, я... Всё нормально. — Андрею приходится отстраниться. — Я уже подумал, что ты сейчас в обморок грохнешься. Ладно, пошли, чушпан, — улыбаясь во все тридцать два, говорит Марат. — Да, не чушпан я! — Агрессивно выпаливает блондин. — Конечно, конечно. Пошли ко мне, там позанимаемся. И, с каких это пор, Марат такой дружелюбный? Всё это слишком подозрительно. Андрей просто хочет узнать, что будет дальше.