Зомби-Стоун

[Префектура Ибараки, Цукаба.

23 сентября.]

      Кинро выбрался из супермаркета и огляделся. Парочка мертвецов ещё осталось, но большинство и правда сбежали за проехавшими мимо машинами.       К сожалению, карты под рукой у него не нашлось, поэтому Кинро пришлось интуитивно идти туда, куда казалось правильней - поблизости должна была быть заправка, а там и карта найдётся. Дальше, конечно, сложнее. Он знать не знал, где его брат и где, вероятнее всего, может быть. Изначально предполагалось, что он находится где-нибудь в зелёной части города, где меньше всего зомби, но сейчас, когда люди из его лагеря направились в абсолютно противоположную сторону, Кинро решил, что сбежавшие всё ещё среди улиц.       Если это так и сейчас Цукаса доберётся до них раньше него, то Гинро не жить.       Кинро вздрогнул. Он не мог допустить такого исхода. Но и догнать их машины он тоже никак не мог. Только если сам не найдёт подходящий транспорт, что, на самом деле, не так-то просто. Цукаса собрал лучшие машины, которые смог бы найти на улицах Цукабы. Конечно, в радиусе десяти километров, а не всего города. Но всё же, сам Кинро дальше зайти не смог бы, а вероятность, что где-то осталась хорошая машина, была низкой. Поэтому Кинро продолжал взволнованно бродить по улицам, оценивая каждый автомобиль. Даже идея о том, чтобы украсть автобус, ему казалась не такой уж и плохой.       Наконец, перед глазами замаячила заправка, но радоваться он не спешил, ведь рядом с ней гуляли мерзкие твари, что-то вынюхивая и злобно рыча. Кинро поднял пару камушек и со всей силой бросил в противоположную сторону. Из-за размера камней, звук был не особо громким, но этого всё равно хватило, чтобы зомби резко подняли головы и голодными глазами начали оглядываться. Кинро взял ещё камней и швырнул в ту же сторону. Зомби истошно закричали и бросились на поиски. Воспользовавшись моментом, Кинро побежал к заправке.       На первый взгляд, казалось, что внутри совсем пусто – товары со стеллажей разбросаны, свет не горит и продавца нигде не видно. Только Кинро никак не мог вспомнить, чтобы кто-то из зомби на выходе был одет в форму...       Оставалось надеяться, что здесь не принято её носить.       Как и ожидалось – Кинро нашёл карту. Она висела на стене, рядом с кассой. Проблема была лишь в том, что половину карты запачкали чьей-то кровью. Кинро взял салфетки с прилавка и начал её отирать. Поражало то, что он делал это с невероятно спокойным лицом, как что-то привычное.       А ведь прошло всего ничего с момента, как мир рухнул. Просто в один миг всё пошатнулось. Казалось, что это давно спланированно, подготовлено и оставалось всего-то нажать кнопку. А потом бум – мир перестал существовать.       И с лёгким стыдом, Кинро чувствовал, что не особо скучает по тем временам.       Когда-то ему тоже приходилось работать на заправке, пока он не нашёл более стоящую работу. Но те времена были самыми тяжёлыми. Хотя бы из-за долгов, которые он умудрился набрать.       А теперь долгов нет, на работу не надо, деньги ничего не значат — это почти свобода. Всего-то осталось найти брата и уехать как можно дальше, туда, где их никто не найдёт и можно будет остаток жизни спокойно гулять по миру.       Единственное, с мертвецами надо драться, но Кинро верил, что справится. К тому же, мертвецы не настолько страшные, насколько бывают люди.       Кинро снял карту и нашёл точку, в которой он сейчас находился. К счастью или нет, он оказался совсем близко к местному парку. Только вот уверенности в том, что ему туда надо, у него уже не было.       В любом случае, если Гинро там, то он в большей безопасности, чем если он всё ещё среди улиц. Поэтому, Кинро всё же решил оставить парк и найти машину, чтобы следовать за Цукасой.       Забрав с собой карту, Кинро пошарил ещё немного у прилавка и нашёл ключи от машины. Перед заправкой он ничего не видел, поэтому прошёл к заднему выходу. Машина там нашлась, но с одним минусом: за рулём сидел мертвец. Он оглядывался по сторонам, словно потерявшийся ребенок, и не мог вылезти. При виде Кинро, он быстро взбодрился и начал биться в окно машины. Забеспокоившись, что он его сломает и ему придётся кататься с открытым окном, Кинро поспешно взял швабру из магазина, отломил от неё палку и открыл дверь со стороны водителя. Тварь бросилась в его сторону, но Кинро среагировал быстрее и одним крутым движением снёс ему нижнюю челюсть. Это была ещё одна из главных причин, почему зомби казались не такими страшными, как люди: они ломались от одного хорошего удара. Словно были сделаны из дешёвого пластика. Только зубы держались крепко и всё ещё могли прокусить по самое не хочу.       – Блять! – садиться в машину Кинро побрезгал.       Давно згнивший труп оставил жуткую вонь в салоне. Ему пришлось снова сбегать в магазин, чтобы взять пару освежителей. Не сказать, что помощи от них было много, но главное хоть что-то.       Машина завелась и бак оказался полон. Кинро безжалостно проехался по валявшемуся внизу трупу и отправился в ту же сторону, в которую недавно направлялась группа Цукасы.

***

      Хром быстро нашёл Челси. Та разговаривала со своим телохранителем, но недолго, он что-то сказал ей, и она кивнула. Когда её телохранитель ушёл, Хром заговорил.       – Нам нужно отсюда уехать.       – Ты не поверишь, но Укио сказал то же самое, – хмыкнула Челси.       Они не могли больше здесь задерживаться. То, что тут не нашлось зомби, казалось преимуществом, вот только еды тоже не было, как и многого другого необходимого для человека.       Но, судя по тому, что творится в мире, они легко могли найти себе жильё в городе. Вряд-ли кто-то мог отказать им в аренде...       – Тогда, можем собираться прямо сейчас.       – Да, ну а как же твой Ишигами? – Челси любила говорить тоном, который словно провоцировал.       Будто она всё время хотела вывести его на агрессию. При этом с другими она говорила намного спокойней и веселей.       Вот только, Хром привык и быстро смирился. Его окружало достаточное количество различных кретинов. Чего стоил один Ксено, с которым ему когда-то пришлось работать совместно на протяжении месяца. Хром до сих пор с ужасом вспоминал то время. Никогда он ещё не был так рад видеть Сенку, как тогда, когда практика закончилась.       – Далеко не уедем, но если боитесь, то можете сделать так, как посчитаете нужным. Я останусь с девочками и Гинро в городе.       – Чтобы их использовать, как разменную монету или приманку?       Да. Хром никогда не считал себя плохим человеком, но и хорошим тоже. Будет жаль этих детей, что так отчаянно бежали, но Хром от них быстро откажется ради Сенку.       Он очень надеялся, что до этого не дойдёт.       – Не говорите глупостей, Чайлд, сейчас нам совсем не до этого.       – Конечно, – она улыбнулась, – Но мы с Укио останемся здесь. Нам спешить некуда.       – Как пожелаете, – Хром кивнул и про себя подумал, что и их сдаст.       И не обязательно за Сенку.

***

      Сенку проснулся оттого, что его всего трясло, а голова неприятно билась о что-то твёрдое. Он нехотя открыл глаза и огляделся. К сожалению, со связанными ногами и руками, – да, снова, как же без этого, – Сенку не мог особо повертеться. Но обзора всё равно хватило, чтобы узнать кузов внедорожника и заметить пару хмурых лиц.       Сенку помедлил, прежде чем выдать:       – Привет, – для большего эффекта он даже улыбнулся.       Но мужчины рядом с ним не шевельнулись.       Сенку смиренно вздохнул и попытался встать, но в ту же секунду к его виску приставили ружьё.       – Ладно, понял, лежу дальше.       Раздражение и злость бездушно щекотали нервы, но он не мог им поддаться. Он и так находился в ужасно невыгодном положении, а сопротивление только всё испортило бы.       Сенку не сдался, но согласился тихо залечь на дно и просто ждать, анализируя происходящее. К тому же, с большой вероятностью его никто не убьёт, да и бить особо сильно не станут. Он слишком важен. Сам Сенку хорошо это понимал. В настоящее время он играл очень ценную роль для человечества, как учёный с обширным багажом знаний.       К тому же, помимо внезапного "апокалипсиса", где-то на западе, постепенно развивалась другая угроза. Сенку это чувствовал, как бы поверхностно ни звучало.       Удивительно, что, когда привычный мир начал рушиться, небо осталось всё таким же голубым. Сенку наслаждался этим видом и редкими облаками. На секунду он даже забыл, где находится: чистота голубого цвета завораживала до ужаса. Обычно, в фильмах про конец света, небо застилали клубы дыма или тучи, вот-вот готовые разразиться громом.       Но это небо сильно контрастировало с беспорядком вокруг. Его и правда не волновало человеческое несчастье, даже наоборот, с исчезновением всего людского, небо словно вспомнило про свои размеры и решило вернуться на своё место.       Сенку даже стало смешно от осознания, что по сравнению с их планетой и со всем его богатством, люди - это лишь счастливчики, которые всё это получили. Если они исчезнут, если вымрут все до единого, мир даже не дрогнет, постепенно забирая всё то, что изначально было его.       И ведь на самом деле, людям ничего из этого не принадлежало, они являлись таким же набором атомов, который достаточно развился, чтобы присваивать.       Вплоть до воды и еды, которых хватило бы на всех, если бы человек перестал бояться и присваивать всё, что плохо лежит.       Жаль, что сейчас бесполезно об этом говорить. Даже просто думать слишком поздно: постепенно люди перейдут в агрессивный режим выживания, начнут не просто присваивать, а драться за еду. Бояться каждого нового человека, остерегаться соседей и убивать чужаков. Чувство защищённости и безопасности исчезнет, сковав всех страхом. Будут создаваться группы, команды, альянсы, а всех чужаков запишут во враги.       Всего через пару месяцев, а может и недель, простая доброта перестанет быть хорошим качеством, став явным показателем глупости.       Сенку прекрасно мог представить во что превратиться человечество в ближайшее время.       Конечно, если для этого выживет достаточное количество людей. Тут Сенку не мог сказать точно, но и считать не хотел. Прошло не так много времени, чтобы кого-то хоронить.       Неважно, насколько всё плохо, он постарается сохранить как можно больше. И в первую очередь людей. Да, это явно не то, в чём нуждается планета, но, как бы много ни было плохих людей, Сенку верил в лучшее. Он не верил в бога, но верил в искупление, в осознание своих ошибок и в развитие. По вселенским меркам времени, все люди являлись не больше, чем зародышами, которые ещё не осознали своё окружение и его ценность.       Они просто нуждались во времени. Ещё немного. Сенку готов был за это побороться. Он верил в людей, в их силу, значение и доброту...

***

      Не успел внедорожник заглохнуть, как его подобрали, словно мешок картошки, и затащили в незнакомое, потрёпанное здание. Их окружали одни каменные стены и захламленный пол. Видок, словно у старой заброшенной многоэтажки. Сенку вдруг подумал, что их старая база могла пострадать из-за зомби, ведь они нехило так пошумели в последний раз.       – Кинь его в девятую.       – В девятую чт... – не успел он договорить, как его швырнули в тёмную комнату с каменным полом.       Поскольку он был весь связан, то не мог ни защитить голову, ни хотя бы сгруппироваться. Ударившись о бетонный пол, Сенку зашипел от боли и почувствовал, как в глазах вспыхнули «звёздочки». Он готов был молиться, чтобы снова не упасть в обморок. Ощущение, что последние пару дней проходят во сне, жутко удручало, словно все важные моменты просто проходили мимо него.       – Ведь можно аккуратней, я же не мешок картошки, – пробурчал он.       Но ему не ответили. Два послушника Цукасы встали перед комнатой, а его самого поблизости не нашлось. Сенку собрал все силы, чтобы просто перевернуться и попытаться сесть. Помимо усталости и боли от многочисленных синяков и ссадин, его желудок начал требовать еды.       Сенку не мог вспомнить, когда в последний раз нормально кушал, кажется, это было пару дней назад.       Сложно было понять, что удивительней: то, что он так давно не ел, или то, что прошло несколько дней с тех пор, как они с Юдзурихой вышли искать своих близких.       – Может, у вас найдётся что-нибудь попить или поесть?       Его снова проигнорировали. Тяжело вздохнув, Сенку огляделся, но не найдя ничего интересного, посмотрел в сторону двери, где открывался прекрасный вид на ещё одну бетонную стену.       Сенку снова тяжело вздохнул. Он чувствовал усталость и скуку одновременно. Но даже "надзиратели" его игнорировали, а так долго сидеть в молчании, в четырёх серых стенах, сильно давило на его нервную систему.       Поэтому он решил использовать единственный способ побороть надвигающуюся тревогу - начать читать лекции...       Двадцать минут спустя один из надзирателей не выдержал и принёс тряпку, которую запихнул Сенку в рот, а потом замотал скотчем.       Сенку даже не сопротивлялся, его лишь рассмешило то, что они отказались бесплатно слушать научные записи и ценный опыт учёных, хотя обычно ему за это платят.       Жалко только, что теперь голод ощущался ещё агрессивней, но он ничего не мог с этим поделать.       Сенку прилёг боком на прохладный пол и начал думать. Это всё, что он умел делать по-настоящему хорошо.       Но это не всегда было что-то умное, нет. Ведь он тоже самый обычный человек. Он часто поддавался довольно тривиальным мыслям: о жизни, о людях и даже о счастье. Кстати, источник последнего он так и не нашёл. Не то, чтобы он был несчастен, совсем нет. Просто, он ещё не понял что имелось в виду под "счастьем" в этическом смысле. Объяснений всегда было много, но ни одно из них, будто бы не попадало под то, что могло из себя представлять счастье.       Сенку закрыл глаза и перевернулся на спину.       Чаще всего, люди говорили, что счастье – это семья или любимый человек. Что-то или кто-то приносящий много радости.       Сейчас Сенку готов был признать счастьем миску с лапшой.       А ещё возможность встретиться с Бьякуей и Лилиан. Наверное, когда он их снова увидит или хотя бы услышит, он почувствует «счастье». Логично, что в первую очередь облегчение, но вместе с ними и те самые яркие эмоции, которые приписывают счастью.       Но это позже, а пока что возможность показать настоящее счастье была у того, кто принес бы ему покушать.       Ему так не хватало Хрома и его ворчания насчёт питания. Желудок настолько агрессивно требовал еды, что у него начались галлюцинации. Ему казалось, что он чувствует запах жаренного мяса и специй. Его мозг был слишком жесток с ним...       Неожиданно, на лицо попало что-то холодное и мокрое. Сенку вздрогнул и отвернулся, стряхивая с ресниц капельки жидкости. Он открыл глаза и посмотрел на своего посетителя.       Якен возвышался над ним, держа в одной руке стакан, а в другой тарелку. Они некоторое время смотрели друг на друга, не мигая. Якен хмуро, а Сенку словно несчастный щенок, которого мало того, что бросали из стороны в сторону, так ещё облили водой без причины.       Якен поднял руку со стаканом и сделал глоток, а потом неожиданно брызнул её Сенку в лицо.       – Ммгхм, – Сенку всей душой проклинал эту агрессивную собаку.       Он быстро осознал, что до этого его не просто облили, а вот так же заплевали водой.       Якен опустился на корточки, игнорируя злобный взгляд в свою сторону, и поставил посуду рядом с Сенку. Затем, быстрым движением руки, он потянулся и содрал скотч.       – Уууу, – из Сенку вырвался приглушённый тряпкой вой.       Наконец он мог её выплюнуть, и та упала ему за голову.       Якен достал нож и грубо пнул его, заставив перевернуться на живот. Сенку почувствовал, как его оседлали чуть выше задницы и напрягся. Якен быстро перерезал веревки на его запястьях, но не успел Сенку обрадоваться, как нож оказался у его шеи.       – Будешь выпендриваться и быстро станешь калекой до конца своих дней. Ты меня понял?       – Стивен Хокинг тоже был калекой, но всё же смог внести огромный вклад в науку и жить счастливо с любимой женой.       Стоило Сенку высказаться, как в комнате повисла тишина. Непонятно на что он рассчитывал, но ему очень не хотелось показаться покладистым перед цветастым.       – Ты, – начал Якен и стукнул его рукояткой ножа по голове, – Просто, – второй раз стукнул, – Идиот, – третий раз стукнул.       – Да бля, за что?! – Сенку раздражённо дёрнулся, но в ответ снова получил по голове.       – Я принёс тебе еду, дебила кусок, где твоя сыновья почтительность?       – В твоей заднице, – Сенку снова дёрнулся, пытаясь скинуть того с себя, но Якен даже не пошатнулся.       Он взял Сенку за волосы и потянул вверх.       – Ты чересчур бойкий для заключённого. К чему весь этот протест, разве не будет удобней быть послушным и тогда никто не будет тебя сильно бить?       – Чёрта с два! Проститутки тоже послушные, но что-то количество их убийств от этого только растёт.       – Ты сейчас правда сравнил себя с проституткой?       – Я сравнил тебя с куском говна.       Якен хмыкнул и помотал его головой из стороны в сторону. Потом он положил нож, потянулся к тарелке и взял с неё булочку.       – Открой рот и отку...       Не успел он договорить, как Сенку вцепился зубам в мягкое тесто и откусил большой кусок.       Булочка оказалась не только мягкой, но и очень вкусной, плотно наполненной луком и мясом.       – Я тебе не разрешал... – Якен был недоволен, от чего ещё пару раз дёрнул его за волосы.       Но Сенку было всё равно, он дожевал кусок булочки и ответил:       – Разве? Не ты ли хотел покормить меня с рук?       Якен ничего не ответил и пару раз сжал и разжал его волосы. Потом он снова подсунул ему булочку под нос, а Сенку послушно оторвал ещё кусок.       Эта сцена продолжалась, пока булочка не исчезла, после чего Якен похлопал его по голове и коротко, если Сенку не показалось, почесал загривок.       Любой другой человек побеспокоился бы о своей гордости, но Сенку больше беспокоился о том, чтобы не остаться голодным. Голодовка – означала слабость и неспособность здраво мыслить. Он нуждался в энергии и ещё больше нуждался в своей голове.       А о том, насколько эта сцена была неловкой и почему Якен над ним так издевается, он подумает позже.       – Постарайся не создавать проблемы и помни, что нам хватит и твоей головы, поэтому не рискуй конечностями, – наконец Якен встал с него и направился к выходу.       Сенку поспешно сел.       – Я не врал тебе! – крикнул он ему вслед, но тот ушёл, так и не оглянувшись.       С его уходом стало снова скучно. Только в этот раз с едой: на тарелке лежало пару кусочков овощей.       Ему опять хотелось переубедить Якена. Он ещё не решил зачем, но ему хотелось иметь этого человека на своей стороне. Странно, но это чувство напоминало время, когда он бегал за известными учёными, желая показать себя во всей красе и получить полезные советы.       Теоретически, Якен не мог быть умнее Сенку. Но чем дольше они находились рядом, тем сильнее Сенку ощущал, что в Якене есть то, чего не хватало ему самому.       Сенку фыркнул от таких мыслей, но неловко признал, что Якен манил его, как, возможно, новый элемент в таблице.       Он мог быть прекрасным элементом таблицы его жизни...       Сенку снова фыркнул, а потом запил солённые огурцы водой.       Вдруг, он кое-что вспомнил. Вспомнил, что из этой кружки пил не только он.       Но вода уже попала в рот, а выплёвывать было жалко. Прислушавшись к своим ощущениям, Сенку почувствовал лёгкую брезгливость, но смиренно проглотил.       Всё же, они оба - люди, да ещё и мужчины, и Якен кажется достаточно чистоплотным. Так что, вряд-ли он умрёт от глотка воды...

***

      Кинро не составило труда найти группу Цукасы. Хотя бы потому, что у них было всего две базы. Одна всё ещё находилась в беспорядке из-за зомби, а другая являлась старым заброшенным зданием, которое так и не дождалось перестройки.       Кинро вылез из машины в сотнях метрах от них и пешком дошёл до соседнего здания. Оттуда, с крыши он следил за происходящим и успел заметить у них только одного заложника - Ишигами. Осознание, что они так и не достали его брата принесло лёгкое облегчение. Ишигами же его особо не волновал. Честно говоря, ему было плевать на него.       Ему было плевать на любого, кто не являлся Гинро.       – Ты их знаешь?       Неожиданно, прозвучал голос за спиной. Кинро вздрогнул и рефлекторно сделал выпад своим импровизированным посохом. Но удар так и не достиг гостя – тот быстро его отбил, крутанул и кинул Кинро на землю.       На самом деле, оппонент пытался выбить посох из его рук, но единственное, что Кинро хорошо умел, так это держаться так крепко, как это возможно.       – Знаешь или не знаешь? – снова спросил "гость".       Этот голос был слишком знаком, да и методы ведения боя особо не изменились. Агрессивно и быстро, всё как любит Хьёга.       – Ты украл мою машину, – пробурчал Кинро, пытаясь встать, но Хьёга хлестнул его посохом по рёбрам, и Кинро снова упал, – Ублюдок!       – Отвечай на вопрос.       – И что, если знаю?       – Сколько у них людей?       – Я не считал...       – Я не спешу, можешь начинать.       – Не меньше сотни, половина из которых профессиональные боксёры, а другие вооружены до зубов.       – Откуда у вас оружие?       – Полицейский участок и домашние запасы. Среди них мало послушных граждан, тебе против них не выстоять.       – А тебе?       – Мне тоже. На мою помощь можешь не надеяться, я бесполезен.       – Заметно.       Кинро закатил глаза и попытался встать побыстрее, чтобы не получить снова по рёбрам.       Он отошёл на пару метров и хмуро уставился на Хьёгу. Он не знал чего тот хочет, но чувствовал недоброе намерение. Потому и не осмелился бежать, боясь, что тот снова его ударит. Он уже смирился, что слабее, поэтому приходилось быть покорным.       Как обычно, только так он выживал всё это время.       Хьёга закончил оценивать людей Цукасы и уставился на него в ответ. Но его глаза были абсолютно безразличны, как если бы он смотрел на таракана под ногами.       – Как зовут их лидера?       – Цукаса. Цукаса Шишио.       – Вот так просто сдаёшь своих людей? Сколько же в тебе трусости?       – Не тебе меня судить.       Хьёга фыркнул.       – Боишься меня?       – Нет, – честно ответил Кинро и пусть Хьёга этого не показал, но Кинро знал, что тот был удивлён таким ответом.       Кинро боялся боли, боялся потерять близких, боялся Цукасу, но чёрта с два он боялся Хьёгу. Получить от него по рёбрам было не самым приятным делом, и он этой боли боялся, но не самого Хьёгу. Тот казался не больше, чем задирой из прошлого. Очень агрессивным задирой, но не страшным.       Возможно, в этом сыграло роль и то, что он его знал долгое время. Знал его характер, знал его приёмы, знал достаточно, чтобы не бояться.       Может ли Хьёга его убить? Ведь смерть - это страшно. Не должно ли его это пугать?       Определённо должно, но у того уже была возможность его убить, но он ей не воспользовался. Наоборот, он его спрятал. Пусть и не самым милым и безопасным образом, но именно благодаря ему Кинро остался жив.       Да-да, всё же это был он, сколько бы Кинро не злился, отрицать правду было по-детски глупо.       Хотя, если бы тот его не вырубил, то, возможно, и прятать не пришлось бы. Теперь, задумавшись об этом, Кинро даже стало смешно. Хьёга сам его вырубил, а потом сам же возился с тем, чтобы спрятать от зомби.       Этот парень умеет создавать себе проблемы своим гнилым характером.       – Что смешного?       Кинро не мог ответить «ты», поэтому постарался убрать веселые блики в своих глазах.       Хьёга покрутил своим посохом и тыкнул им в его сторону.       – Тебе лучше рассказать правду, – пригрозил он.       – Тебя это так задевает? – Кинро не знал что ему ответить, а поднимать разговор о том, как его задницу сначала чуть не угробили, а потом спасли, не хотелось.       – Нет, но ты всего лишь жалкий дохляк, которого может убить каждый второй, и ты всё равно умудряешься строить из себя непонятно кого?       – Я из-за себя никого не строю, в отличие от некоторых. Хочешь лезть в базу с сотнями отбитых громил? Вперёд! Земля тебе пухом. Насколько бы ты крут не был, там тебе не выжить.       Кинро раздражённо ударил своим посохом по его и развернулся, чтобы уйти.       Он думал, что его ударят, а может попытаются остановить. Но неожиданно позади прозвучал лишь смех.       – Считаешь меня крутым?       Кинро разозлился от такого вопроса, повернулся обратно и со всей гордостью показал средний палец, прежде чем наконец уйти.