Прецеденты и алименты

      Они занимались любовью в душе (не столь лёгкое занятие, вопреки распространённым представлениям, но, как говорится, было бы желание), затем на кровати, поверх расстеленных полотенец. Затем долго лежали в обнимку, разговаривали. Затем Ангел, обмотав вокруг талии одно из полотенец, быстро сходил к себе в комнату и не менее быстро оделся. Когда он вернулся, Баффи тоже была одета – в свою военно-походную форму (только куртка пока висела на спинке стула). Заплетать влажноватые волосы она не стала, лишь расчесала их, а резинку сунула в карман.       - Привет. – Баффи спокойно улыбнулась. Абсолютное умиротворение на неё не снизошло, но режущие эмоции притупились, разбавившись теми эмоциями, которые она и Ангел подарили друг другу. Баффи взяла его за руки и подвела к креслу. – Иди сюда. – Усадила, сама села к нему на колени. – Во-первых, слушай и не перебивай. Во-вторых, ещё раз прости за мои вчерашние слова. В-третьих, повторяю: в том, что со мной случилось, нет ни капли твоей вины. – Вчерашний выпад Корделии идеально совпадал с настроением Баффи, но чем ближе был момент икс, тем сильнее Баффи боялась за Ангела, боязнь перекрывала даже страх за собственную судьбу (в общем-то, чего теперь за неё страшиться, всё уже решено и ничего не изменится). Она не хотела, чтобы он мучился, и уж точно не хотела, чтоб исполнилось пророчество Корди. Волосы вставали дыбом оттого, насколько оно, если подумать, правдоподобно. Ангел не заслужил такого. – В-четвёртых, я запрещаю тебе превращать нашу любовь, воспоминания обо мне, меня саму в памятник, которому надо поклоняться. Не смей. Тебе не понравится то, что я сейчас скажу, но напоминаю: не перебивай. Пройдёт время. Неважно сколько – сто лет или один год, да пусть хоть неделя, мне без разницы. Рано или поздно в твоей жизни появится женщина, которую ты полюбишь… Милый, я же просила не перебивать. Появится женщина, которую ты полюбишь, которая полюбит тебя. Я не знаю, какой она будет; вовсе необязательно похожей на меня, главное, чтобы она заботилась о тебе и рядом с ней ты чувствовал себя счастливым. Так вот, когда появится такая женщина, не вздумай прикрываться мною, не вздумай считать, что я хотела бы для тебя одиночества. Слушай внимательно: я хочу, чтобы ты был счастлив, и всегда буду хотеть. Потому сделай одолжение: не записывайся ни в отшельники, ни в монахи, ни в евнухи. И двойное одолжение: когда у тебя появится новая любимая женщина… не перебивай… когда у тебя появится новая любимая женщина, не принимай решение за вас обоих, не держи её за идиотку, не способную самостоятельно выбрать то, что лучше для неё. Не отказывайся от любви, от совместной жизни. Будь счастливым. Понял? Теперь повтори. – Она обхватила его лицо ладонями, лишив возможности отвернуться или даже толком отвести взгляд. – «Когда я полюблю другую женщину и это будет взаимно, я не откажусь от неё и от нашего счастья». Повтори.       - Баффи, я… - Какая ещё другая женщина?! Какая ещё новая любимая женщина? Да он охотнее откусит себе язык, чем произнесёт такое!       - Повтори. – Это был не приказ, а просьба, но важная, очень, очень важная для Баффи.       - «Когда я полюблю другую женщину и это будет взаимно, я не откажусь от неё и от нашего счастья», - послушно вымолвил Ангел.       - Правильно. – Баффи улыбнулась и запечатлела на его губах нежный, трепетный поцелуй. Встала, взяла свою куртку. – Мне пора.       Ангел подскочил, как ужаленный.       - Пора? Нет, подожди. – Он попытался забрать у неё куртку. – Ещё слишком рано.       Она подняла запястье, показывая маленькие электронные часы.       - Одна минута.       - Минута?! – прохрипел Ангел. Как он прозевал, как не уследил за временем, как не заметил, что оно почти истекло?!       Как он будет жить без неё?! Пусть они не виделись несколько лет, но Ангел знал, что она где-то ходит, дышит, смеётся, что хотя бы в теории он может услышать её голос. А теперь? После трёх суток, которые они провели вместе - и друг с другом, и со своим сыном, - как Ангелу жить, зная, что они имели, что они могли бы иметь?       - Нет, постой. – Он таки забрал несчастную куртку, как будто без неё Баффи бы никуда не ушла. – Этого не может быть, твои часы спешат, ещё слишком рано! – Остатки выдержки, которые он с таким трудом наскрёб, стремительно рассыпались в прах.       Ладно-ладно, он оценил шутку. Он сейчас чувствует примерно то же, что чувствовала Баффи перед тем, как оракулы повернули время вспять. Он усвоил урок, можно отменять наказание. Ведь для этого всё затевалась, правда? Чтобы он полностью осознал свою ошибку, раскаялся, после чего они с Баффи будут жить долго и счастливо? В этом смысл, да? Силы вознамерились проучить его, открыть ему глаза. У них получилось, честное слово, получилось! Он всё понял, Баффи может остаться! Он больше никогда не оттолкнёт её, больше никогда не будет решать за неё, больше никогда её не обидит! Силы должны быть довольны, они должны отменить её уход, они должны…       Да ничего они никому не должны, на то они и Силы. Судьба однажды преподнесла Ангелу бесценный подарок, а он вернул его. «Как не понравившийся товар в магазин», - прозвучал в ушах голос Корделии. С какой стати снова расщедриваться? Миллионы людей ждут своего чуда, своего шанса, который не упустят. Многие, слишком многие не получают того, о чём страстно мечтают, даже если по-настоящему этого заслуживают. С чего Ангел вообразил, будто он достойнее этих многих, причём настолько достойнее, что ему фантастически, невероятно повезёт не один раз, а два? Он струсил и бросил любимую женщину. Он отвратил её от их ребёнка. Косвенно подтолкнул её к работе, которая её убила. Какое уж тут право на чудо, тем более повторное?       - Нет. – Ангел замотал головой. - Ты не умрёшь. Ты не умерла! – Его ладонь легла на её грудь. – Я чувствую, как бьётся твоё сердце. Все эти дни чувствовал. Я чувствовал, как бьётся твоё сердце…       - Ангел. – «Не усложняй, мне и так тяжело!» - хотелось взвыть Баффи, но это совсем сломало бы его. Она положила руки ему на плечи; а он свои руки намертво сцепил за её поясницей, не собираясь отпускать Баффи. – Всё будет хорошо.       - Конечно! – лихорадочно согласился он. – Конечно, всё будет хорошо, всё обязательно будет хорошо, не плачь!       - Я не плачу, Ангел, это ты плачешь, - ласково-ласково сказала Баффи, непостижимым образом впрямь сдерживая слёзы. Она провела кончиками пальцев по влажным дорожкам на его лице – от глаз, по щекам, к углам рта и к подбородку.       Ничего Силы не отменят, ничего не исправят. Для них люди не дети, которых надо лелеять, для них люди - нечто вроде делового, а то и развлекательного проекта. Беда одной конкретно взятой личности волнует Силы не больше, чем человека – судьба обречённого на убой телёнка. Один человек пожалеет и поможет, другой пожалеет и не поможет, третьему наплевать, а четвёртый сам и убьёт для своих нужд. У Сил с людьми тот же принцип. На Силы можно надеяться, но рассчитывать на них нельзя, надо всё делать самому. И Ангел сделал – разрушил их с Баффи счастье.       В холле на первом этаже начали бить часы.       Баффи вряд ли слышала, но вампирский слух Ангела чётко улавливал каждый удар.       - О боже, нет! – Он панически оглянулся куда-то, словно собирался разглядеть часы сквозь пол и стены. – Времени недостаточно, недостаточно!       - Ангел, пожалуйста, - всё-таки всхлипнула Баффи и потянулась к нему.       Отчаянный поцелуй, отчаянные объятья, отчаянное прощание, уже без слов. Ангел зажмурился, изо всех сил прижимая Баффи к себе.       Раз - и прижимать стало нечего, в руках осталась лишь пустота. А он не успел последний раз взглянуть на Баффи. Вдруг он забудет её черты? Вдруг исчезнут все её фотографии, и он никогда не сможет вспомнить, как она выглядела?!       Мысль о фотографиях, которые они сделали вчера в будке, резанула по сердцу не хуже тесака. Только эти снимки и останутся у Коннора от матери. Ангел даже не предложил ей ещё раз зайти в детскую. Он столько всего не сделал! Не попросил прощения! Она перед ним извинялась, а он перед ней – нет…       - Баффи! – Ангел вылетел из комнаты, побежал по коридору и лестнице в холл, словно Баффи не исчезла, а просто ушла и он ещё мог её догнать.       В холле были Корделия, Гру, Фред, Ганн, Лорн. Зная, что произойдёт, никто из них ночью не сомкнул глаз, но и мешать Ангелу с Баффи никто не собирался. Ближе к шести утра, не сговариваясь, все побрели в холл. Там ничего толком не сказали друг другу и Ангела тоже встретили молчанием. А он задал глупый вопрос, бессмысленность которого сам понимал:       - Баффи проходила здесь?       - Нет, - тихо сказала Корделия.       - Нет, - ещё тише сказала Фред.       Мужчины покачали головами.       Свет уже взошедшего солнца проникал в холл, стелился по полу кривыми четырёхугольниками и заливал лестницу у выхода. Казалось, двери светились, как ворота рая. Они были манящими, Ангелу хотелось войти в них, сгореть на солнце, умереть, чтобы последовать за Баффи. Но даже этой милости ему не видать, он не может покончить с собой и оставить Коннора круглым сиротой. Надо заботиться о сыне, у которого теперь нет матери.       От горя и безысходности Ангел кинулся на Корделию:       - Ты должна была рассказать мне сразу, едва узнала!       Корделия, сроду не позволявшая никому безнаказанно на неё орать, осталась верна себе и тоже повысила голос:       - Баффи запретила мне рассказывать. – При этом она не забывала успокаивающе сжимать ладонь Гру, готового в любой момент вмешаться. - Я сделала, что смогла: вправила тебе мозги по мере сил. Иначе ты бы и эти три дня потратил впустую, пустил псу под хвост!       Да уж. Ангел был превосходным бойцом, Гру ему не уступал, Ганн тоже являлся опасным противником даже для вампиров и демонов. Но в умении наносить удары, не прикасаясь, Корделии равных не было. Она сама поняла, что чересчур жёстко обошлась с тем, кто только что потерял женщину, которую любит (правда, и ей, и себе измотал всю душу и испортил всю жизнь, ну да сейчас не о том).       - Прости. – Корделия облизнула губы. – Я всем сердцем сочувствую тебе. И мне тоже горько. Баффи, конечно, не любовь всей моей жизни, но она моя подруга, она мне дорога. И как минимум ради неё я не позволю тебе переругаться со всеми нами и остаться в гордом одиночестве. Если понадобится, я сама поругаюсь с тобой так, что на ругань с другими тебя уже не хватит.       Ангел невольно ухмыльнулся и, на секунду-другую закрыв глаза, покачал головой.       - Она заставила меня сказать, что я буду счастлив с другой женщиной. – Пришлось закусить нижнюю губу до крови, чтобы суметь говорить дальше: - Фактически заставила пообещать это.       Тут Фред, как самая впечатлительная, не выдержала – со слезами на глазах кинулась обнимать Ангела.       - Это всё ужасно несправедливо! – Она приостановилась, но лишь на пару мгновений. - Не представляю, каково тебе! Мне так жаль! Ох, Ангел!..       - Ангел…       Значит, вот как теперь будет? Ему будет слышаться, как Баффи зовёт его по имени? Что ж, он не возражает. Так он не забудет её голос.       - Ангел…       Остальные как-то синхронно выпучили глаза.       - Ангел, - третий раз проговорила Баффи, и он обернулся.       Она стояла в дверях, всё в той же форме, с курткой в руках, с распущенными волосами и с выражением лица как у человека, которого только что стукнули кирпичом по голове.       Если рассуждать логически, то Ангел, наверное, подбежал к ней; но он совершенно не осмыслил этого действия, ему почудилось, что он телепортировался из центра холла к дверям. К Баффи. Баффи…       - Баффи… - Он протянул руку, но побоялся дотронуться. Побоялся, что рука пройдёт сквозь Баффи, которая окажется иллюзией.       - Ага… - Гипотетическая иллюзия кивнула.       - Как?..       - Я не знаю. – Баффи взглянула на Ангела испуганно, точно сама боялась, что она не настоящая. – Был такой яркий свет, невесомость, и вдруг меня швырнуло обратно, я снова оказалась у вашего порога. – Она растерянно улыбнулась. – Может, я им там, - указала наверх, - не подошла по каким-то стандартам? – Она сама не особо понимала, что говорила. Всё её внимание было приковано к Ангелу.       Который, наконец, отважился до неё дотронуться – провёл тыльной стороной ладони по щеке и подбородку, затем обеими руками взял за плечи. Настоящая. Тёплая. Живая!       - Баффи!       Как они оказались на полу, Ангел опять же не осмыслил. Просто в какой-то миг обнаружил, что он и Баффи друг перед другом на коленях, обнимаются, целуются невпопад – каждый целует другого то в губы, то в щеку, то в лоб, то в подбородок, то вообще в ухо.       - Я не понимаю, что произошло, - сбивчиво протараторила Баффи в перерыве между поцелуями.       - Это неважно, - отвечал Ангел, вновь целуя её. – Неважно. Главное, что ты здесь. – Его поразила жуткая мысль. – Ты ведь больше не уйдёшь?       - Надеюсь, нет. По крайней мере, я никуда не собираюсь.       - А я тебя больше никуда не отпущу. – Он обнял её и поцеловал в шею, не отодвигая волосы. – Никогда.       - Это уже смахивает на тиранию, - нервно пошутила Баффи.       - Ну, ты тоже можешь меня тиранить, я не против. – Он погладил её по спине. – Или вместо всего этого мы будем лучше слушать и слышать друг друга.       - Отличная идея.       Фред, Ганн, Корделия, Гру и Лорн наблюдали за парочкой, которая напрочь забыла об их существовании.       - Я, конечно, рад за них, - изрёк Ганн. – Но меня одного удивляет, что Ангел сейчас преспокойно стоит, ну или сидит в солнечном свете?       - А ещё у него бьётся сердце, - вставила Фред. – Я почувствовала, когда обнимала его.       - Ничего не понимаю, - выразил Лорн общее мнение.       Почти общее. Корделия кое-что понимала.       - Кстати, где Уэсли? – спохватилась Фред.       А Уэсли был в Саннидейле, куда приехал поздним вечером накануне, и приводил в чувство полуживую от изнеможения Уиллоу. Ритуал, который они составили из кусочков разных магических обрядов, заклинаний и заговоров, потребовал огромных энергетических затрат. Шутка ли – забрать у вампира бессмертие, чтобы вернуть к жизни умершего человека. Естественно, такое с кем попало не провернёшь, между двумя душами должна быть мощнейшая связь. А учитывая, что Ангел был первым и единственным в мире вампиром с душой, можно смело утверждать, что прежде никто ничего подобного не совершал. Слегка досадно, что ни Баффи, ни Ангел даже не подумали обратиться к Уиллоу или Уэсли за помощью, хотя бы за консультацией. Уиллоу и Уэсли пришлось самим проявлять инициативу – созвониться, обсудить, встретиться и в экстренном порядке организовывать ритуал. Зато какой шикарный прецедент они создали!

Конец (15 сентября – 31 декабря 2023 г.)