Трещины вокруг

Спустя двенадцать дней. Рядовой-адъютант Рингер Вимолт.

-...продолжают проводить операцию по поиску сектантских ячеек, которые пытались организовать массовые убийства в госпиталях,- продолжал вещать диктор гражданского вокса,- По данным, полученным на допросах у выживших после штурма, задачей ячеек было ворваться в госпитали, после чего с помощью специальных ножей убить каждого пациента, которого смогут найти. В ходе операции было обнаружено и ликвидировано четыре тысячи двести двадцать восемь сектантов. Блиндаж буквально взорвался одобрительными возгласами десятков парней, с которыми мы сидели. - Красавчики! - Так этих лождей лерговых! - Туда их!- выкрикивали бойцы. Это были приятные новости с Ульрихона, которых уже давно не слышали. Обычно оттуда приходила всякая рутина, по типу "сбили", "сбитая ракета попала в здание, погибших нет", "противник был обстрелян и понес большие потери", "были обнаружены сектанты". Но с позавчерашнего дня началась прям лавина новостей о том, как начали устраивать массовые облавы и задержания на сектантов по всему Ульрихону. Сообщения, конечно, были однотипными. В таком-то дистрикте взяли штурмом дом, убили столько-то сектантов, потерь не было или же есть несколько раненых. Однако, эти новости все равно радовали парней в период между постоянным запуском ракет, обстрелом ракет, сбитием ракет и копанием хоть каких-то убежищ, в которых можно было спрятаться от холодов. Котла ведь не было, чтобы занять себя и узнать нормально новости. Меня и самого радовало происходящее в Ульрихоне. Мысленно я, конечно, понимал, что нам многого не рассказывали по официальному воксу - я видел, как это работает, я знал, как это работает. Однако, я также понимал, что на пустом месте этого бы не было. В городе что-то происходило. Скорее всего, там действительно накрыли что-то серьезное и сейчас во всю вычищали город. Приятно было подобное осознавать. Десятки тысяч сектантов обнаруживались и истреблялись во Имя Бога-Императора. Правда, внутри все же появлялось некоторое ощущение... зависти, что ли. На Нарянских островах уже ничего не происходило, кроме взаимных бомбардировок и редких разбирательств тех, кто что-то сделал не так. После той атаки противник больше не пытался высадить новый десант. А вот в Ульрихоне прямо сейчас происходило то, ради чего я пошел на фронт - уничтожение врагов Бога-Императора. Мысли о переводе в эти дни начали закрадываться особенно сильно. Все же, сами острова уже освобождены, мосты через три реки, разделявшие Ульрихон и Дергыбон, уничтожены, сам Дергыбон тоже регулярно обстреливается. По сути, мне и парням уже делать тут было нечего - местные силы безопасности вполне могли справиться сами со всем, что тут происходило. А вот Ульрихоне от нас толку будет больше. Им явно не помешает еще несколько толковых бойцов для рейдов... - Ужин! Как-только прозвучало вожделенное слово, все тут же начали вставать, брать с двухъярусных кроватей миски с макаронами быстрого приготовления и начали становится в очередь к бойлеру, в котором был приготовлен кипяток. Там же выдавали копченую колбасу, водоросли и рекафф. Где-то в стороне прозвучал приглушенный хлопок. Ногами я почувствовал легкую вибрацию. Очередной прилет. Или же сбитая боеголовка. Прислушавшись, я понял, что вторичных детонаций там не было. Значит, промах. Попади они по батарее раке или хотя бы ПВО, мы бы почувствовали. Это уже стало для нас привычным. Хотя и стоило признать - каждый такой взрыв меня немного все же радовал. Ведь каждая ракета, полетевшая в нас, не летела в Ульрихон, не уничтожала какой-то важный объект, не падала после сбития в жилой дом и никого не убивала. Уж мы-то были готовы рисковать ради этого. Ради людей. Подождав пару минут, я все же получил свою порцию кипятка и направился к парням, чтобы наконец-то поесть... Резкий звук тревоги по воксу заставил и меня, и всех вокруг одновременно вздрогнуть. Все тут же бросили миски с макаронами и кипятком, начали вскакивать с кроватей и бежать к стойкам с костюмами. - Внимание!- проговорил голос сержанта Шагара, который и включил тревогу,- Мутанты в секторе три-восемь! Вылазят прямо из воды! Их десятки тут! Оружия нет, лезут на нас! Лазганы даже в голову не берут! Мы отходим! Блять. Вот это было уже серьезно. - Так, парни, вы все слышали!- сказал я громко,- Идем в рукопашку и уничтожим этих выродков! Во славу Императора! - Аминь!!!- ответили мне все, после чего продолжили одеваться в костюмы биологической защиты, которые нам прислали недавно вместе с цепными мечами. Их прислали на случай, если с мутантами все же придется вступать в рукопашный бой. Не прогадали. Я как можно быстрее надел свой - на это ушло чуть больше минуты. Затем помог Канафиру и Щаесу. - Щай со мной, Гриш с Каном,- коротко приказал я. По рекомендациям, нужно было работать в паре, чтобы было, кому прикрыть в таких ситуациях. Схватив лазган и легкий цепной меч, я вместе с остальными выбежал из блиндажа наружу. Там все уже светилось от ярких белых зажигательных ракет, которые медленно планировали вниз, пылая и выбрасывая искры во все стороны. Со всех ног мы бежали в сторону сектора три-восемь, что как раз был соседним с нашим три-девять. Вместе с нами выбегали бойцы из других блиндажей, тоже в костюмах химзащиты и с цепными мечами. Вдалеке я увидел бегущие фигуры. Это были наши бойцы, что бежали, сломя голову, с пляжа, пока за ними уже бежали голые бледные фигуры с широкими мечами. Стало понятно - они не выдержали. Можно было понять. Они там стояли не для того, чтобы десант отбивать, а лишь диверсантов всяких. Но теперь их нужно было остановить. Я ускорился, пытаясь успеть добежать до них. - Гриша, звук,- приказал я, поднимая меч вверх,- Всем стоять! Голос сервитора прозвучал громко и четко над тихой округой. Никто меня не слушал. Все продолжали бежать прочь от надвигающейся толпы мутантов. Немного сместившись, я встал перед парнем, что бежал быстрее всех. - Стоять!- повторил я,- Стоять, я сказал! Парень не слушал. Просто продолжал бежать без оглядки. Это уже было не отступление. Это бегство. Решение было одно. Рука зажала рычаг активации цепного меча. Тот сразу же завибрировал. Пару секунд. Рывок. Меч без проблем вонзается в живот бойца СГО, пробивая его химзащиту насквозь и тут же останавливая. Почти сразу я вынул меч и парень рухнул на землю. Остальные тормозят. - Все в бой! Победа или смерть! За Императора!- проорал я, поднимая окровавленный меч. На этот раз бегущие солдаты остановились. Их лиц не было видно из-за скафандров, но по их позам я видел, что им было страшно. Затем они все же развернулись и начали бежать в сторону мутантов. Я сразу же устремился за ними. Спустя несколько секунд первые бойцы столкнулись с выродками, пытаясь убить их цепными мечами. Свою цель я выбрал - бледный мускулистый лысый урод со сморщенной во всех местах кожей, покрытой всякими прыщами и язвами, с яйцами размером с кулак и свисающим хуем длинной в предплечье минимум. В руках он держал что-то, напоминавшее большой нож. Меч активировался. Между нами оставалось несколько метров... Ублюдок замахнулся и попытался меня ударить. Левая рука схватила его руку с мечом, останавливая удар, тело ушло влево, чтобы не столкнуться, меч ударился о горло ублюдка и стал прогрызаться через него, пока не отрубил голову. Тело рухнуло, но продолжило биться в конвульсиях. Следующий мутант уже был рядом. Схватить его я уже не успевал, потом начал разворачиваться вправо. Наши мечи столкнулись. Вспыхнули искры, которые тут же пропали, как только меч отвелся в сторону, сам ублюдок по инерции ушел мимо меня. Удар ногой под колено заставил его потерять равновесие. Тут же к нему подбежал Щаес, который стал пилить ему голову. Взглядом я замети, как Гриша схватил руку твари, что держала меч, и сразу же ударил ногой вторую, отталкивая от себя и валя на землю, после чего ею занялся Канафир. Третья тварь приближалась. Правой руке меч, на левой руке вместо пальцев - пять длинных щупалец с присосками. Вот тут было опасно. Я приготовился, выждал, пока он приблизиться, а затем резко ушел вправо, подставляя сжатую в кулак левую руку. Щупальца тут же обвили их, сжимая с нечеловеческой силой, но для меня это было неопасно. Удар и меч ударил по шее мутанта, отсекая ему голову. Тело начало дергаться в конвульсиях, пока я начал пытаться отрезать щупальца, которые так и продолжали меня держать. Рядом со мной возник мутант, но перед ним встал Щаес. Тот уклонился от удара, уйдя влево, а затем ударил снизу вверх, по горлу, отсекая противнику голову. Щупальца были разрезаны, но те, что были на руке, все также крепко сжимали меня. Благо, кулак и локоть остались свободны, потому нестрашно. Еще мутант. Мы подбегаем друг к другу, после чего он пытается ударить боковым ударом в живот. Я ставлю руку в блок и бью его в голову. Его нож сталкивается в рукой, ударяя по щупальцам и аугментике, а затем сразу же уворачивается от меня. Он отводит оружие и поднимается, пытаясь замахнуться. Я бью вправо, вновь целясь ему в голову, но он сгибается с невероятной ловкостью назад и меч снова уходит в сторону. Левая рука тут же хватает его за горло. Попался. Его рука бьет мою по плечу, но и там бесполезно. Рядом оказывается еще один ублюдок - мутировавшая уродливая женщина, из паха которой торчали десятки щупалец. Взмах, удар и меч врезается в горло первому. Нога поднимается, после чего со всей силы бьет уродину, опрокидывая ее на спину. Голова отсекается и я иду к твари, что прыжком умудрилась встать на ноги, но в этот момент меч летит слева направо и сталкивается с ее шеей. Минус еще одна. К ней уже бежал новый мутант. Уход в лево от ножа. Противник пытается повернуться, но взмах меча отсекает голову. Новый. Уже наносит удар. Подставляю левую руку и нож бьет по ней, пока я бью мечом. Противник также подставляет руку и меч начинает прогрызаться через кость. Нож противника делает дугу по верху и заходит мне снизу, пытаясь ударить в бок. В последний момент успеваю ее перехватить, а сам бью снизу вверх в подмышку ублюдка, начав отрубать ему руку. Он попытался вырвать руку и ударить ногой, но я успел уклонится. Его рука падает, после чего меч и идет дальше. Противник летит вниз, вновь уклоняясь и падая на землю, одновременно увлекая меня за собой. Нога мутанта врезается мне в пах. Боль пронзила тело. Я вскрикнул, но держался. Кое-как получилось удержаться на ногах. Слева промелькнуло пятно. Еще один мутант замахнулся и уже бил. В последний момент я отпустил нож первого и уклонился назад. Противник ушел по инерции вперед и меч врезался в его горло, тут же отсекая его уродливую голову, из которой росло куча мелких рогов. Первый прыжком поднялся на ноги и вновь стал замахиваться. Я увернулся и ударил его слева направо, но он вновь увернулся и схватил мою живую руку с мечом. Хватка была чудовищно сильной и тут же вспыхнула болью. Рука ублюдка взмахнула ножом и попыталась ударить, но я успел ее перехватить и стал сжимать аугментикой. Кости с трудом поддавались. Куда прочнее, чем у простого человека. Сзади подбежал Щаес и взмахом меча отсек твари голову, от чего та отпустила мою руку. Боль была сильная, но двигать рукой получалось. Перелома не было. О большем волноваться не следовало. Я попытался осмотреться. Битва была в самом разгаре. Уже сотни наших солдат сражались с сотнями мутантов, что продолжали прибывать сплошным потоком. Все поле было усеяно трупами. Трупы наших, в скафандрах, просто лежали, в то время, как трупы мутантов дергались в жесточайших конвульсиях, а некоторые даже пытались встать. Несколько вообще ползали на четвереньках и пытались проверять окружение руками, словно что-то ища. Догадка пришла быстро - они искали свои головы. - Да блять, вы ебанулись...- ответил я, понимая, что ситуация была куда сложнее, чем я надеялся. Однако, с обезглавленными телами можно было еще повременить. Нужно было разобраться с этим пиздецом. Посмотрев вперед, я нашел новую цель - очередной мутант с щупальцами, что росли на нижней части лица, словно борода. Он бежал в мою сторону. Я побежал ему навстречу. - Сдохни, раб Трупа!- проорала мразь хриплым голосом, замахиваясь на меня. Отхожу влево и нож противника бьет мимо, но он не улетает по инерции, а сразу же останавливается и бьет локтем в стекло скафандра, от чего приходится отшатнуться на пару шагов. Он снова бьет правой рукой, но на этот раз я уже ловлю ее. В ответ ублюдок пытается ударить меня кулаком в максу, но я успеваю отшатнуться, а затем бью мечом ему по горлу. Тело в конвульсиях падает. Один выродков впереди повалил нашего и прямо сейчас бил его ножом, пробив костюм. Парню конец, но я не стал медлить. Несколько шагов. Взмах. Меч отрубает голову. Еще удар, по горлу раненого. Лучше сразу добить. Внезапно я вижу движение прямо перед собой. Глаза фокусируются и я понимаю, что это было нечто на стекле скафандра. Щупальце. Оно ползло, словно червь, по стеклу, оставляя разводы какой-то мутной слизи. Только сейчас заметил, что на левой руке уже никаких щупалец не было. Движение. Передо мной. Ублюдок попытался ударить справа налево, в бок. Рука перехватывает клинок, но ублюдок тут же бьет меня головой о стекло и одновременно пытается ухватить меня за правую руку. Успеваю увернутся и бью мечом, но ублюдок успевает ударить по нему, одновременно наклонив голову назад под неестественным углом, и удар проходит мимо. Его рука все же хватает мою и я не могу атаковать. - Отринь учение Трупа!- прохрипел мутант развратным голосом,- Хватит страдать за него! Нога поднялась и ударила со всей силы ублюдка, отталкивая его. Одновременно левая рука отпустила мутанта и тут же схватилась за меч, после я сразу же начал уходить от удара клинка. Тот ударил, но промахнулся. Меч прошел над моей схваченной рукой и ударил выродка по горлу. Еще один, слева. Левая нога ударила его в грудь, но в последний момент он схватился за ногу и начал пытаться ее резать. Бесполезно. Придавив его ногой к земле, я отсек ему голову. В этот момент прозвучал громкий, утробный голос и я посмотрел в сторону пляжа. Новый мутант. Куда более накаченный, чем все остальные, ростом под два метра, с двумя огромными яйцами, с которых росли щупальца, большим стоящим колом членом и при этом четырьмя внушительными сиськами, стоящих в два рядм, каждая из которых имела по три соска. В руках у этой образины был длинный лом. - Похоже, командир явился,- сказал Щаес. - И мы его убьем,- произнес я, немедленно направляясь к нему. На пути оказался очередной выродок. Уклонение влево, он проходит мимо и сталкивается горлом с мечом, лишаясь головы. До главаря оставалось метров десять, когда на его пути оказался боец. Одним ударом он пробил его заостренной стороной лома, а затем поднял, словно кусок мяса на вилке, завопив торжествующими воплем. Перейдя на бег, я направился к нему, пытаясь успеть, пока он не видит. Движение справа. Резко останавливаюсь и противник бьет мимо, двигаясь немного вперед. Удар меча в шею, минус голова. Еще один, тоже справа. Уклоняюсь от ножа и бью снизу вверх мечом в горло. До главаря несколько метров. Он уже выкинул тело и посмотрел на меня. Его рука схватила член и начала дрочить. Раздвоенный язык облизал губы. Как же мерзость. Я двинулся вперед. Выродок двинулся навстречу, выставив лом вперед правой рукой, как копье. - Рингер! Режь ему хуй!- прокричал Гриша по воксу. Несколько последних шагов. Он бьет колющим ударом. Я отхожу вправо и хватаю лом левой рукой, после чего делаю взмах и меч проходит по основанию эрегированного члена выродка, в момент отрезая его. Мутант вздрагивает, выгибается дугой и вопит чудовищно громким голосом, в котором слышалась непередаваемая смесь боли и экстаза. Тут же я отпускаю лом, обхожу ублюдка, замахиваюсь и бью мечом по горлу. Секунда и голова отваливается. Тело в конвульсиях падает вниз. В ответ остальные мутанты остановились и завопили горестным голосом, после чего стали убегать обратно в сторону пляжа. - Как... как ты узнал?- спросил Щаес явно у Гриши. - Сражался с такими во время абордажа,- ответил Зенец,- Ударь в пах или отрежь там что-то и их прям контузит от удовольствия. Можно воспользоваться. - Спасибо,- произнес я, понимая, что никогда бы не догадался о подобном без его помощи. - Обращайся,- спокойно ответил бывший сервитор. Когда последние из них прошли мимо крайних рядов, я двинулся следом за ними, чтобы проследить, куда они двинутся дальше. Добравшись до края склона, я увидел, как десятки уродов бежали к морю и бросались в него, пока другие уже плыли прочь от острова. Они отступали. Обернувшись, я посмотрел на сотен бойцов, что стояли сейчас с цепными мечами в окружении дергающихся трупов, многие из которых пытались ползти в сторону берега или даже встать. - Победа!- прокричал я, подняв меч вверх. В ответ все солдаты радостно заорали, поднимая оружие вверх. - Хорошая работа, парни!- произнес я по воксу, когда все стихли,- Добейте все, что движется, остальным займутся огнеметчики. Но не расслабляйтесь! Эти ублюдки вернутся! И мы должны быть готовы их встретить и уничтожить! Во славу Бога-Императора! - Аминь!- ответил мне громкий хор, после которого солдаты приступили рубить на куски все трупы, что как-то шевелились. Я вместе с парнями отправились помогать им. Внутри так и бурлила радость. Это была победа.

Спустя тридцать шесть дней. Комиссар Августин Мерцелиус.

Бронеавтомобиль стремительно ехал по широкой дороге, обгоняя нескончаемую колонную грузовиков, автобусов и микроавтобусов, которые ехали на северо-восток и везли с собой людей вместе со всем необходимым для их жизни и работы. Сорок дней прошло с тех пор, как началась наша Большая Окопная Стройка, которую мы начали между собой называть БОС. Работы было проделано немеряно. В общей сумме мобилизовано было чуть больше сорока пяти миллионов мужчин, которых отправили жить в Ишанирские Врата и копать пятнадцать линий обороны, каждая из которых имела по пять линий укреплений. Работали они круглые сутки, по сменно и одновременно на протяжении каждой линии, от Церпонских до Керцегранских гор. Какие усилия приложили снабженцы, чтобы обеспечить всю эту гигантскую толпу просто едой, я даже боялся себе представить, не говоря уже про жилье, топливо и все прочее, без чего нельзя было бы не то, что работать, а вообще выжить. Кафучанури, к моему удивлению, тогда даже не стал особо спорить. Да, он злился, но злился на то, как все быстро и резко я пытался сделать, а не на сам факт того, что я пытаюсь прикрыть город с фланга, закупорим Ишанирские Врата пробкой. То есть даже он понимал необходимость подобного мероприятия, просто хотел, чтобы я это делал незаметнее и неофициально. Но на это мне было абсолютно похер. У меня была одна цель - защитить Ульрихон, закрыв Ишанирские Врата так, чтобы противник не смог пробиться через них и атаковать город с тыла. Больше ничего меня не волновало. Правда, был один момент, который даже я не мог игнорировать. Спустя сорок дней мне нужно было провести инспекцию всего того, что мы построили - все же, нужно было убедиться, что получаемые отчеты соответствовали действительности. Сколько бы бы мне не показывали фото и видео, я отлично понимал, что это может быть просто пустышкой, а посылать для проверки кого-то из Штабного Трио не сильно хотелось, у них работы в городе было немеряно. Но просто прийти и провести проверку в открытую я не мог. Ведь официально у нас не было конфликта к культистами. На планете был гражданский конфликт, которым пользовались культисты, устраивая всякие непотребства. Меня же отправили следить, чтобы гражданский конфликт не навредил десятинным предприятиям. И тут возникало противоречие - а с чего это вообще имперский комиссар проверяет окопы одного города, который тот официально строит против другого города? Тут вообще логики никакой не было, как не изворачивайся. Даже нахождения Рингера с командой на фронте оправдывалось тем, что он просто следил за состоянием дел на фронте и настроениями в войсках, а участие в бою и вовсе отрицалось. Потому пришлось идти на ухищрения. На меня нацепили мундир урбо-подгенерала СГО, а лицо немного загримировали, добавив бороды с усами и бакенбардами, одновременно сменив глазную аугментику на самую дешевую и простую, какая была доступна для местных. Гихьяна я вообще не брал с собой - его спрятать никак не выйдет, потому пришлось вызывать Щаеса, чтобы со мной был хоть кто-то, а также брать с собой хемтаров, которые уже приехали и занимались моей защитой на случай, если у Кафучанури что-то переклинит в его и так не сильно здоровой головушке. Теперь я был урбо-подгенералом Авгусом Мерацелом, одним из заместителей урбо-генерала Цакто, который должен был провести инспекцию. Понятно, конечно, что офицеры СГО обо всем знали, но для них официально все это было сделано, чтобы не допустить покушения, которое противника наверняка захочет провести, так как я уж точно буду целью номер один. Чувство, конечно, было необычное - быть одетым во что-то, кроме комиссарского мундира. Ощущалось это, словно на мне была чужая кожа. Уж сильно я привык к другому. Однако, это было неукоснительное требование самого Кафучанури, который заявил, что я ни в коем случае не должен появляться на позициях, как комиссар. Обострять я не хотел. Все же, тут был риск, что он встанет в позу и решит меня просто снять с Ульрихона. Все же, ситуация там была стабильной, а значит я уже был не так нужен, как раньше. Блядская ирония. Алатнзор же пока молчал. Все это время. Ни весточки. Это напрягало. Заставляло волноваться, учитывая, что ситуация на планете явно не становилась лучше. Но опять же, ничего не получалось сделать. Нельзя было просто позвонить Алтанзору и сказать "Хей, родной, как там продвигается вербовка комиссаров для свержения Кафучанури? А то ты как-то долго, я тут волнуюсь." Если такое перехватят, шанс на что никогда не равнялся и принципиально не мог равняться нулю, то все пойдет наперекосяк - Кафуч или избавится от нас, любым из способов, или же обезопасит себя, укрепив позиции. В очередной раз я убеждал себя - нужно было ждать. Довериться Алтанзору и его опыту. Как бы мне не было непривычно и даже боязно в какой-то мере доверять важное дело другому и надеяться на него, мне нужно было успокоиться и ждать. По другому никак. Только хуже сделаю, если начну вошкаться лишний раз. Вскоре мы стали съезжать с самой крайней левой полосы на правую сторону. По ту сторону я увидел гигантский палаточный лагерь, в котором виднелись сотни человек. Сотни маленьких палаток стояли ровными рядами, среди них виднелись крупные, на одной из сторон были ряды биотуалетов и горы ящиков, в которых было все необходимое. Мы почти прибыли. Спустя еще минуту мы добрались до конца лагеря и остановились. - Итак, приехали,- ответил Щаес, сидевший за рулем, после чего я одел шлем и открыл дверь, выходя наружу. Было прохладно. По местному календарю еще была середина весны, так что еще часто были ветра и особенно дожди, которые в данный момент хоть и мешали строительству окопов, но все равно помогали тем, что не давали противнику наступать, так как почва была слишком сильно размягчена. Посмотрев налево, я увидел уходящую вдаль трассу, которая была вся перекопана окопами - из того, что я знал, тут пришлось взрывчаткой уничтожать покрытие, так как оно было слишком прочным. Еще чуть дальше виднелся овраг - насколько я помнил, у него было три метра ширины и пять глубины, чтобы даже танки не проехали. Сбоку от трассы лагерь сменился на огромную бескрайнюю коричневую равнину, перекопанную огромным количеством траншей, пространство между которыми было вытоптано и перемолото машинами. Это была, как я понимал, пятая линия окопов первой линии укреплений. Область, что прилегала к трассе Дергыбон-Кальтагон имела с самого первого дня наивысший приоритет, потому тут уже все должно было быть построено. Как я понимал, все действительно было построено. Уже хорошо. Но было понятно, что проверить нужно было еще очень много. Я тут минимум дней на десять. Пройдя дальше, к делегации в виде урбо-полковника Хонзорода, командовавший этим сектором - уже немолодой мужчина с лысой головой, бородой и небольшими мешками под глазами. Рядом с ним было два человека, один среднего возраста, с погонами урбо-майора инженерных войск, и еще один совсем молодой,- урбо-лейтенант. - Господин комиссар,- проговорил офицер, подняв левую ладонь с загнутым большим пальцем,- Урбо-полковник Гонвац Хонзород. Это урбо-майор Парац Альир, начальник инженерных войск. И урбо-лейтенант Рипож Уртазан, мой адъютант. К вашим услугам. Я повторил за ним жест воинского приветствия Ульрихона. - Приветствую, урбо-полковник. Господа,- сказал я, кивнув,- Как вы тут? - Работаем во всю, господин комиссар,- ответил он мне уверенным тоном,- С чего хотите начать? Было слышно, что мужчина вообще не волнуется. Это уже вселяло уверенность. Если он не волнуется, значит у него все действительно в порядке. Но все равно, нужно было увидеть все лично. У нас были слишком большие риски, чтобы доверять отчетам. - Давайте с трассы и оттуда на восток,- проговорил я, показывая на позиции, что были вырыты на дороге. - Вас понял,- ответил офицер и указал рукой в сторону траншей. Мы все двинулись следом. - Как вообще у вас тут обстановка, урбо-полковник?- спросил я, понимая, что нужно было спросить про очень многие вещи. - Не без проблем, конечно,- ответил мужчина уже более серьезным голосом,- В лагере эпидемия хебды. Чуть больше четырехсот уже умерло, восемь тысяч заражены и сейчас в лазарете. Врачи обещают, что к моменту выздоровления умрет еще не больше двух тысяч. Цифры, конечно, были серьезные. Но особенно сильно удивляло, с каким спокойствием говорил об этом мужчина. Вот просто минус две тысячи человек и ничего особенного. Не, понятно было, что это в масштабах не то, что города или тех, кто работал на БОС, а даже тех полтора миллиона, что работали на первой линии укреплений, это было немного. К тому же, мы уже за эти дни полмиллиона потеряли - болезни, расстрелы, несчастные случаи и бунты сектантов давали о себе знать. И все же, такое количество смертей от одного инцидента как-то не особо мне нравилось. Цепляло. Сколько бы я не пытался об этом думать... - Позаботьтесь о том, чтобы не возникло эпидемии,- строго произнес я. - Уже все сделано... урбо-подгенерал,- ответил более осторожно Хонзород. Видимо, рядом уже могли быть посторонние,- Новых зараженных нет три дня, так что распространение мы пресекли. - Хорошо,- сказал я,- Есть подозрения на саботаж? - Это он и есть. Самый первый умерший имел зараженные бинты с кровью человека, который умер в городе, в инфекционном диспансериуме. Он был из пополнения. Заразил себя, чтобы успеть заразить остальных перед тем, как сляжет. - Понятно. Следите за тем, чтобы подобное не повторилось. Тщательно проверяйте вещи. - Уже делаем это. Мы подобрались к траншее и остановились. По форме она напоминала гармошку - множество коротких линий, которые соединялись друг с другом под прямым углом. Вырыли ее довольно широкой - два метра в ширину и глубину. Передняя часть имела ступеньку для того, чтобы можно было стрелять стоя. Сверху была небольшая насыпь с проемами для стрельбы, прикрыты мешками. На краях "зубцов", что указывали на север, были также небольшие углубления для стрелков. Стены были подперты влагостойким гипсокартоном, чтобы защитить стенки от развала, а пол был выстлан паллетами без проемов. Так-то вообще стенки окопов бетоном лучше всего было залить, но уж на такую роскошь у нас просто не было никакого времени и даже возможностей. Все же, на работу с бетоном нужны были толковые строители, строй техника, материала и время, а у нас был дефицит всего этого. Особенно последнего. Но в основном, было видно, что тут все соответствует всему показанному на пиктах - действительно, окопы были и были хорошие. - Хорошая работа,- проговорил я и пошел к мосту, который был проложен над окопом. Быстрым шагом я прошел дальше, разглядывая все, что тут было. Между "гармошками" были видные прямые линии изрытой земли и обложенные колючей проволокой - насколько я знал, там были траншеи, укрытые металлическими листами, мешками с землей и заминированные. Их использовали, чтобы можно было быстрее переходить по траншеям. Все же, строительство гармошкой имело свои проблемы в виде того, что общий путь становился куда больше. Длинна и расстояние не одно и тоже... В воздухе позади прозвучал знакомый гул. Обернувшись, я увидел, как с юга на север быстро летела крылатая ракета. С ревом она пронеслась мимо нас и полетела дальше, пока солдаты, что были в окопах, начали задорно улюлюкать и свистеть ей в след. За ней спустя несколько секунд пронеслась еще одна. Это меня не удивляло. Все это время мы, по возможности, бомбили трассу и железную дорогу Дергыбон-Кальтагон вместе с мостами через множество рек из всего, что у нас было, чтобы перемолоть их до состояния воронок и тем самым перекрыть подступы. Подойти туда вручную уже было нельзя, противник поставил там заслоны из войск, потому приходилось использовать ракеты, даже несмотря на то, что это было довольно затратно. Результат был налицо - атак окопов ни разу не последовало. У сектантов не получалось ни накопить войск для удара, ни подвести ракетную технику, чтобы атаковать баллистикой малой дальности или же вообще из РСЗО, которая тут была бы очень болезненное. Бывали лишь редкие попытки атаковать нас дальнобойными ракетами, но из этого мало что получалось путного, ПВО мы смогли подвести хорошую. Вскоре мы все подошли к передней линии. Дальше за ней был сразу же огромный овраг - пять метров глубину, четыре метра в ширину и в ширину на всю трассу, плюс метров двадцать дальше от нее по земле. Сейчас он был почти полностью заполнен водой. Он не был единым, таких рвов было немного, лишь на самых важных участках, вроде низин между холмами, плюс этот, из-за трассы. Дальше шел слой колючей проволоки шириной в тридцать метров, которая тянулась от горизонта до горизонта - ее уже было гораздо больше и получалось закрыть в общей сумме половину Врат. Еще дальше - километровое минное поле из противотанковых и противопехотных мин, на котором сейчас трудились сотни человек, пытаясь его обустроить должны образом. Ставили даже на трассу. Пускай там видно, однако просто так не проедешь, а значит будешь легкой добычей. - Что ж, тут вы хорошо поработали,- сказал я, свернув на дорожку, устланную поддонами, и направляясь в сторону окопов, что были построены уже на земле,- Как продвигается установка минных полей? - Медленнее, чем хо...- урбо-полковник запнулся, как только услышал гул очередной крылатой ракеты. Та пролетела с гулом вместе с еще тремя другими, после чего все стихло. - Медленнее, чем хотелось бы, если честно,- ответил Хонзород. - Причина?- коротко спросил я. - Мало саперов. Часть уже умерла из-за эпидемии, также были погибшие во время диверсии - в столовой заложили бомбу, семнадцать человек погибли, двадцать пять ранено. Все саперы. Мы сейчас приказали просто устанавливать мины, чтобы затем саперы их активировали, но даже так медленно - установщиков на это не хватает, почти всех забирают на стройку. Что ж, никто не говорил, что будет просто. - Понятно,- ответил я, идя дальше. Вскоре мы добрались до первой танковой позиции - огромной прямоугольной ямы, к которой было подведено сразу три траншеи. Тут, в случае чего, должен был стоять "Леман Русс", чтобы вести огонь из закрытой позиции. Я прошел дальше, чтобы осмотреть другие позиции. Из того, что я видел, становилось понятно, что тут все было довольно хорошо. Позиции действительно были хорошо построены... В этот момент зазвонил вокс. И от имени я неслабо удивился. Резер-префект Орифей Хагжард. Тот пока что продолжал оставаться на своей должности, хоть и с куда большим окладом и гарантиями, что он отправится в Муниторум на руководящую должность. Я его там оставил на случай, если вновь потребуются переговоры. Было понятно - просто так он не станет звонить. - Извините, господа, у меня звонок,- ответил я, отходя в сторону и активируя вокс,- Слушаю. - Есть новости,- проговорил Орифей серьезным тоном,- Они хотят снова встретиться. В том же месте. Сегодня ночью, в полночь. Условия те же. Вот уж, блять, вовремя. - Они сказали зачем? - Нет. Только предложение. Это было необычно. И при этом - очень интересно. Раз они не сказали причину, то это должно было быть что-то очень серьезное. Видимо, настолько, что нельзя было давать об этом знать своим агентам скватом. Вариант был один - снова бомбардировки. Возможно, Наряны их довели до того, что они уже под угрозой полного коллапса энергетики, а значит им угрожает новая зима. Нам тоже угрожала. - Хорошо,- коротко ответил я и отключился, после чего тут же начал звонить Гихьяну. Тот ответил почти сразу. - Слушаю. - У нас снова попросили встречу. В полночь. На том же месте. Несколько секунд стояла тишина. - Неожиданно. В честь чего это они? - Не сказали. Но сам понимаешь... Не просто так. - Это точно. Я все сделаю. - Буду ждать. Канал отключился и я стал стоять в тишине. Переговоры с еретиками, конечно, были той еще мерзостью. Причем мерзостью невероятно опасной. Однако мы тоже были под угрозой холодной зимы. В этот раз нас ждала, конечно, не Левельда, но минус тридцать на пике без отопления мы тоже выдержать не сможем. При коллапсе поможет только эвакуация, а это катастрофа. Потому если был шанс вновь заключить перемирие, то лучше было на это пойти. Во всяком случае, нам нужно было хотя бы потянуть время, чтобы система не сколапсировала до того, как мы сможем свалить Кафучанури. После этого уже можно будет усилить ПВО до такой степени, чтобы не волноваться об обстрелах. - Что ж, господа, продолжим,- проговорил я, продолжив идти дальше. Среди траншей начали попадаться куда меньшие ямы - для минометных позиций. По плану их тут должны были установить немало, чтобы иметь возможность уничтожить наступающую пехоту. Также встречались входы внутрь подземных помещений. Это были морские контейнеры, которые быстро переделали под нужные помещения, закопали в землю и сделали частью полуподземной системы туннелей. Правда, на первой линии траншей они были довольно неглубокими и немногочисленными - просто, чтобы хватало на дежурный гарнизон и все необходимое для их жизни. Причина была той же, по которой тут до сих пор не было танков, "Гидр", минометов и всего остального - мы прекрасно понимали, что когда все начнется, первую линию снесут артиллерией и только после обстрела мы сможем вернуть солдат, технику и артиллерию, чтобы они отбивали штурм. Просмотрел тут все, я направился вглубь позиций, после чего мы зашли в сами окопы и спустились в подземную часть. Туннели были освещены редкими белыми лампами, что свисали на потолках. На стенах висели десятки проводов разных цветов и диаметров, на которых были надписи "Связь" и "Электричество". Правда, воздух мне не особо нравился. - Как-то душно, не находите?- спросил я, повернувшись к урбо-полковнику. - Вентиляцию еще не монтировали. - Должны были уже,- строго сказал я. - Приказ урбо-подгенерала Разагиса - вентиляции дали второстепенный приоритет,- объяснил Хонзород. Что ж, если и разбираться, то явно не с ним, а с Разагисом, которого назначили Мы прошли дальше, осмотрели несколько помещений, выделенные под кухню и лазарет первого уровня. Там все было хорошо и чисто - за санитарной частью следили хорошо. Отсутствие тараканов и крыс тоже радовало. Затем мы отправились по переходному туннелю на вторую линию. Правда, тут тоже нашлось нарекание. - Почему коридор такой прямой? По плану должны быть повороты. - Тоже приказ урбо-подгенерала. Экономия времени. Можно было понять такое решение, но если так подумать, это было все же опрометчиво. Один взрыв в этом туннеле и волна тут всех если не прибьет, то контузит. Не говоря уже про оборону, если будут штурмовать. Инспекция продолжилась... Мы прошли туннель, вышли на вторую линию обороны, прошлись там. Затем посетили уже сеть глубоких убежищ, медпунктов и складов. Там все также было готово и чисто. Дальше я уже решил взять автомобиль и отправится дальше, проверить, как обстояли дела на других позициях. Нам удалось проверить сто километров укреплений и один из холмов, где была обустроена хорошая артиллерийская позиция для восемнадцати "Василисков". К концу дня мы прибыли в подземный штаб первой линии и там нам предоставили несколько комнат для сна. Однако, спать я не собирался. Я напряженно ждал полуночи. Когда полночь наступила - напряжение и волнение возросли еще сильнее. Каждая минута тянулась буквально вечность. Приходилось заставлять себя не смотреть на часы. Прошло восемнадцать минут. Звонок заставил меня вздрогнуть. Гихьян. С плеч свалилась целая гора. Тут все в порядке. Он жив. Значит, прошло без осложнений. Мысленная команда активировала вокс. - Слушаю,- сказал я тихо. Все внутри бурлило от предвкушения. - Они предлагают полное перемирие.