Трещины вокруг

Спустя три дня. Комиссар Августин Мерцелиус.

Ночной Имдыгон горел ярко. На каждом здании горели сотни прямоугольников окон и десятки вывесок с названиями или рекламой, улицы были освещены тысячами оранжевых фонарей, а по дорогам ездили машины, на некоторых местах скапливаясь в пробки. В Ульрихоне такого уже давно не было. Ни машин, ни уличного освещения, ни вообще электричества по ночам - в такое время он представлял из себя темное пятно, в котором лишь изредка можно было увидеть фары проезжающих машин и пролетающих урботтлов городских служб, а также людей, что ходили по улицам с фонарями. Сразу ощущалась разница. Тут... не было войны. Тут была мирная жизнь. Урботтл продолжал стремительно гореть, пока не залетел не начал пролетать между циклопическими зданиями центральных дистриктов города, которые также светились во всю. После них, наконец-то, появился правительственный квартал, в центре которого и был Штаб. Я волновался. Все внутри бурлило от предвкушения. Предложение еретиков, которое они передали через Гихьяна, зажгло во мне идею, которая затем переросла в план. План, что был способен решить вначале одну проблему, а затем, если это получится, вторую. И прямо сейчас я летел разбираться с первым препятствием на пути решения первой проблемы. Урботтл залетел внутрь доков и приземлился. Стоило двери открыться, как я сразу же выбрался наружу вместе с Гихьяном, после чего быстрым шагом направился к лифту. Мне нужно было поговорить с Кафучанури лично, однако сделать это, учитывая тему, можно было только в безопасном месте, где точно нет и не может быть никакой прослушки. Со слов Гихьяна - это могла быть только личная квартира Кафучанури, так как он вряд ли стал бы рисковать записью всего того, что он там делает. То, что нужно. Сев в лифт, я быстро спустился вниз на пять этажей и оказался в жилом отсеке, где находился пост охраны, на котором был молодой комиссар-кадет с повязкой адъютанта, что сидел за столом, и четверо сционов в полной броне. Кадет неслабо удивился, после чего встал и сложил ладони аквилой. - Комиссар Мерцелиус,- произнес он с некоторым непониманием,- Чем могу помочь? - Нужно встретиться с комиссар-капитаном. Срочно,- ответил я серьезным голосом. - Комиссар-капитан сейчас занят,- прямо-таки на автомате ответил парниша,- Можете прийти к нему завтра... - Это не может подождать. Что бы у него там ни было - нужно встретиться сейчас,- проговорил я с еще большим напором. Было видно, что кадет мнется, но затем все же активировал вокс, начав ждать. - Господин комиссар-капитан. Тут комиссар Мерцелиус. Говорит, что ему нужно срочно встретиться с вами,- кадет начал ждать, смотря в пол,- Да, я это сказал. Он ответил, что встреча важнее... Слушаюсь, господин комиссар-капитан. Парень отключил вокс и вновь посмотрел на меня. - Сдайте оружие и карту памяти, после чего можете проходить. Один. Я тут же достал свой цепной меч, лазпистолет, нож и клинок, которые положил ему на стол. - Руку тоже,- неожиданно произнес кадет. Вот уж блять паранойя так паранойя у старика. Спорить времени не было, так что пришлось быстро отсоединить руку по плечо, вытащив ее из рукава рубашки, и также положить ее на стол. Затем я достал из головного когитатора карту памяти и передал ее Гихьяну. - Прошу за мной,- произнес парень и повел меня по коридору. Идти пришлось пару минут, пока мы не добрались до роскошной двойной двери, сделанной явно из дерева. Рядом стояло еще четверо сционов. В воздухе при этом витал какой-то сладкий сапах... Словно духов. Стоило нам остановиться, как один из сционов подошел ко мне и стал водить вокруг меня каким-то устройством, напоминавшей палку. Видимо, искали жучки. Проводив так несколько секунд, сцион посмотрел на другого и кивнул, после чего они вдвоем приставили карточки к двум терминалам и дверь открылась. Внутри оказалась роскошная просторная квартира, обставленная деревянной мебелью, с мраморным полом и обоями на стенах. Запах духов, что я ощущал в коридоре, был еще более сильным. И к нему же присоединился запах алкоголя... и табака. Разувшись, я добрался до просторной гостиной. Со стороны звучали какие-то стеклянные звуки. - Господин комиссар-капитан?- громко спросил я. - Да, да, иду,- проговорил он не особо довольным голосом и вскоре вышел из-за поворота. На нем был только шелковый халат синего цвета, а глаза и выражение лица давали понять, что мне тут не рады. - Что случилось?- проговорил он немного взволнованно. - Есть разговор. Важный. И строго конфиденциальный,- ответил я. Старик немного скривился. - Присаживайтесь,- указал на один из двух больших кожаных диванов, что стоял тут. На стеклянном столе между ними виднелись крошки и несколько круглых мокрых следов. Стало понятно - он тут был не один. И я ему умудрился испортить хороший вечер. Стыдно не было. Жаль тоже. Я сел на указанный диван, Кафучанури сел напротив и откинулся на спинку с усталым видом. - Итак, я слушаю,- сказал он с некоторыми нотками сарказма. Мысленно я выдохнул. Пора было начинать. - Три дня назад с нами на связь вышли... представители еретиков,- начал я сразу, на что глаза старика вмиг распахнулись. - Неожиданно,- проговорил он и наклонился вперед, уперевшись локтями в колени,- И что... они хотели? - Предлагают перемирие на фронте. Кафучанури фыркнул, отвернувшись, а затем посмотрел на меня с немного сочувствующим видом. - Как-будто такое предложение от еретиков имеет смысл,- произнес старик таким голосом, словно говорил с дурачком. - Как по мне - имеет,- сказал я,- Предложение поступило не от еретиков. А только от правительства Дергыбона. Лицо комиссар-капитана стало более задумчивым. - Вряд ли есть разница,- все же сказал он. - Нам противостоит не единая сила. По ту сторону - союз восставших мега-городов,- пояснил я. Благо, разведка все же умудрялась, несмотря на все сложности, получать данные о противнике,- Каждый из них действует в своих интересах. Неудивительно, что один из них пошел на такую самодеятельность. - Довольно сомнительно, что Дергыбон решился на такое,- Кафучанури не скрывал своего скептицизма. - А кто узнает?- парировал я,- В случае чего - будут просто говорить, что копят силы, так как это делаем мы. Пусть попытаются заставить. Старик немного скривился и покачал головой. - Даже если и так... Перемирие бессмысленно. Гарантий никаких не будет и мы не сможем отвести войска - всегда будет риск, что они предадут. - А я и не собирался соглашаться на перемирие,- на лице появилась интригующая улыбка, от чего комиссар-капитан сморщился в недоумении,- Я хочу попытаться заставить их уйти. Вот от такого глаза Кафучанури полезли на лоб. - Уйти?- с полным недоумением спросил он,- Откуда? Из Ульрихона? - Не только Ульрихона. Но и пригородской территории. Встать на прежней границе по реке Амара. На это старик посмотрел на меня так, словно я был дураком. - Вы хотите заставить их вернуть то, что они с таким трудом забрали? - Да. И шансы на это есть,- уверенно заявил я. - Тут вообще нет шансов,- также уверенно парировал Кафуч, словно это было само собой разумеющееся. В ответ я покачал головой. - Отнюдь. Их положение безнадежно. Тот факт, что они пошли на переговоры, это окончательно подтвердил. - Безнадежно?- переспросил комиссар-капитан, сморщившись максимально сильно,- Они контролируют сколько? Двадцать семь процентов Ульрихона? И готовятся к наступлению, которое вам отбивать придется новобранцами. - Они явно исчерпали свои возможности. Причем все,- начал я говорить подготовленные аргументы,- Вначале они попытались захватить Ульрихон во время восстания, но в итоге смогли взять только восточную часть города и уперлись в Ифару, причем выдавили нас оттуда с огромными потерями, как по людям, так и припасам. Одновременно было подавлено восстание, от чего их культы извратов, из того, что мы поняли, вышли из под их контроля и пустились во все тяжкие, прекратив адекватную деятельность против нас. Потом была попытка бомбить энергосистему, чтобы мы погибли в Левельде, но мы ответили тем же и это прекратилось, установился негласный паритет. Морозы мы пережили. Мы занимаем Наряны, уничтожаем мосты через реки, усложняем снабжение их группировки в городе и берем Дергыбон на прицел, что явно не нравится населению. Они атакуют через Агибарские Врата, надеясь на восстание культа карателей, но мы отступаем, стабилизировав обстановку по реке. Потом мы уничтожаем сам культ. И в конце - запираем Ишанирские Врата огромной системой окопов, которые они даже не попытались атаковать. По итогу - идти им некуда. Штурмовать Врата - оказаться в окопной мясорубке, на что не хватит ресурсов. Прорываться через Церпонский Коридор - мы его подорвем, нежели допустим это. Форсировать что Ифару, что Бовару - это и сложно, и упереться в городскую бойню. Пытаться идти в обход Керцегранских гор - уже просто нереально. И при этом мы сможем обстреливать их с Нарян, уничтожая Дергыбон. Они это все понимаю. И видно, что они в отчаянии. Потому... шансы есть. Стало тихо. Кафучанури сложил руки вместе и положил на них голову, начав смотреть на стол с задумчивым видом. Вот теперь получилось до него донести мои мысли. Идея перемирия меня не особо интересовала. Понятно, что еретикам доверия не было - то же перемирие на время Левельды держалось исключительно на возможности взаимного уничтожения энергетической инфраструктуры. Но вот идея заставить их уйти.... это уже был совсем другой уровень. И я верил, что это может сработать. Нам нужно было это. Нужно было предотвратить летнюю компанию и дать городу передохнуть. К тому же... это было нужно для второй части плана. - Так...- начал тихо Кафучанури,- Идея... понятна. Но они не уйдут просто так. Им выгоднее сидеть и пытаться уничтожить ваши войска на Нарянах. И у них это получится. Это я прекрасно знал. - Да,- кивнул я,- Потому мы предложим им... равнозначный обмен. Отдадим Наряны и... сделаем Ульрихон нейтральным. Лицо Кафучанури скривилось не в просто в шоке, а буквально в неверии. - Не... Нейтральным?- чуть ли не пропищал он,- Это невозможно. - У нас уже есть три нейтральных города,- парировал я. - Вы предлагаете нам отступить из города, который стоил нам так дорого,- Кафучанури говорил уже возмущенно. - Отступят только СПО,- у меня аргументов было еще много,- СГО и хемтары смогут сами управится с порядком в городе. - Но в итоге город перестанет быть нашим. Будет выведен из нашей системы обороны,- продолжил старик,- Мы больше не сможем рассчитывать на его ресурсы, на его население. - Как и еретики,- добавил я,- Что важнее в наших обстоятельствах. Не говоря уже о том, что Ульрихон сейчас нам не дает ничего. Мы только тратимся на него. - Как и еретики,- повторил за мной Кафучанури,- Не забывайте, сколько это стоит Дергыбону. Не проще ли оставить все как есть и ждать, что все это приведет к их коллапсу? Вот это был действительно серьезный аргумент. - Я думал об этом. И похоже, что нет. Если Дергыбон будет ослаблен из-за нас слишком сильно, то это позволит другим городам навязать ему свою волю. - Вражда в стане врага нам выгодна,- уверенно ответил комиссар-капитан. - И именно вражду мы им предотвратим,- Кафучанури посмотрел на меня с непониманием,- Ослабленный Дергыбон будет настолько легкой жертвой, что никакой междоусобицы. Его просто возьмут под влияние и они сдадутся, потому что будут знать - ответить им нечем. А вот если они останутся сильными... Они станут еще одной точкой силы в их системе. Полноправным конкурентом для всех остальных. Это не позволит еретикам сконцентрировать слишком много ресурсов против нас, потому что часть их все равно будут оставлять при себе отдельные города, как гарантию безопасности. Чем больше таких будет, тем лучше для нас. Это заставило старика задуматься. - Интересная... гипотеза. Только вот освобожденные войска Дергыбона враг пошлет в другое место. И учитывая нейтральный статус Ульрихона, им не придется волноваться о тылах. - Нам тоже не придется. И мы тоже высвободим ресурсы,- на это у меня тоже ответ был,- По сути дела... это будет ставка. Каждая сторона соглашается на определенные правила и что-то ставит в надежде, что именно у нее получится воспользоваться ситуацией и выиграть. Кафучанури криво ухмыльнулся. - Возможно. Только это все приведет к медийной катастрофе. Нам не скрыть, что Ульрихон стал нейтральным от населения. Попался. Как же я ждал, когда речь зайдет о медийности... - Уж с этим мы справимся,- сказал я уверенно,- Зато... это поможет нам в будущем. - В будущем?- переспросил старик, явно не понимая, о чем я. - Нам, Комиссариату, нужно думать не только о том, как победить. Но и о том, как сохранить порядок после победы. В нашем случае сделать это можно, если люди и дальше будут верить, что СГИКОМСО - это просто планетарный конфликт, которым еретики просто пользовались. И лучшим доказательством, что никакого серьезного конфликта не было, будет уход обеих сторон из Ульрихона. Ведь... с еретиками не договариваются. Никогда. Старик замер, словно оказался заморожен. Я знал, что это его заденет. Ведь мое предложение касалось не населения. Оно касалось его самого. Ему нужно было доказать Командованию, что этот конфликт был сугубо планетарным. И лучшим доказательством этого будет тот факт, что "обе стороны ушли из мега-города, за который сражались, сделав его нейтральным". Это будет говорить лучше всяких отчетов, ведь это уже будет частью истории, которую увидят все. И было видно - старика это задело. Он думал. Долго, где-то полминуты. Затем он закрыл глаза и выдохнул. - Что ж... если так посмотреть - это возможно,- я приложил все усилия, чтобы прямо сейчас не подпрыгнут и не выкрикнуть "Да!" от радости,- Действуйте. И позаботьтесь о том, что Ульрихон... будет силен и без СПО. О том, на какие уступки пойти - решайте сами. Но они должны быть в рамках разумного. - Несомненно, господин комиссар-капитан,- сказал я, выпрямившись,- Однако... если все же не получится их убедить уйти... Можно ли договориться о простой остановке огня? - Нет,- покачал головой Кафучанури строгим тоном,- Если не захотят уйти - бомбите Дергыбон до такого состояния, чтобы у них все там развалилось. Что ж, вот это было неприятно. Я все же надеялся, что мы сможем хотя бы решить проблему обстрелов в преддверии следующей зимы. - Нам будет куда выгоднее договориться хотя бы об отмене обстрелов энергетики,- все же попытался я,- Если мы будем уничтожать их инфраструктуру - они будут уничтожать нашу. - Если они откажутся от одной ставки - мы сделаем другую,- спокойно сказал Кафучанури,- И мы сделаем все, чтобы преуспеть в ней. "- Тебе-то легко говорить..."- проговорил я сам себе, но стало понятно, что лучше не рисковать. Я получил самое важное, что хотел. И того достаточно. - Хорошо,- все же сказал я, кивнув. - Можете идти. Буду ждать новостей,- ответил Кафучанури. - Непременно. Встав, я быстро вышел из квартиры и отправился к посту. Внутри были все же смешанные чувства. Так-то я планировал получить или самый лучший результат, или просто нормальный, но вышло "Все или ничего". Или я смогу выгнать еретиков, или Ульрихон будет иметь все шансы погибнуть под обстрелами. Так что нужно будет постараться. На провал я права не имел.

Спустя два дня.

- Идут,- произнес Гихьян, который сейчас сидел за столом в одном из подвалов полуразрушенного здания Церпонского коридора. Его глаза смотрели в сторону одного из входов и передавали изображение мне. Спустя секунд двадцать из коридора в небольшое помещение вышел боец в броне СПО, полностью разрисованной кровавыми символами. Тот все проверил и вышел. Затем вошли трое фигур. Все были укутаны в плащи и капюшона, на каждом были маски с прорезями для глаз, рта и носа. Они тоже скрывали свои лица. Для них переговоры тоже были тайными. Смотреть на них было неприятно. А уж от мыслей, что они делали в Дергыбоне, когда у них нет никаких ограничений, то и вовсе тошно становилось. Но нужно было перетерпеть. У нас был шанс победить в этой битве, выгнать их из Ульрихона и тем самым спасти огромное количество жизней. Оно того стоило. Пройдя комнату, все трое встали у стала, за которым их ждал Биндегиж. Фигура посередине улыбнулась. - Приветствую,- прозвучал от него спокойный, расслабленный голос, который хоть и был мужским, но все же с нотками женственности. - Приветствую,- ответил я через Гихьяна. Все же, стоило соблюдать приличие. Гихьян сел и переговорщики также сели. От мужчины посередине прозвучал томный вздох, а глаза на секунду закрылись. "- У него что там, анальная пробка?"- пронеслось у меня в голове, но я сразу же отбросил эти мысли. Не хотелось об этом думать. - Итак,- начал мужчина,- Каков ваш ответ? Я выдохнул. Пора было начинать. - Перемирие нас не интересует,- сказал я, на что мужчина посередине наклонил голову,- Однако... у нас есть другое предложение. Более масштабное. Фигуры переглянулись. - Мы вас слушаем. - Ваш уход из Ульрихона и его пригородских территорий в обмен на наш уход с Нарянских островов и нейтралитет города. Тут же фигура посередине фыркнула, после чего немного затряслась, видимо от смеха. - Ваша наглость... довольно забавна,- проговорил переговорщик,- Однако, мы сюда не смеяться пришли. Мы предлагаем вам остановить военные действия по линии фронта и на это мы согласны. Прямо сейчас. Предложенное вами - просто бред. Его и обсуждать нет смысла. - Заморозки не будет,- сказал я. - Тогда мы можем прямо сейчас уходить,- уверенно и самодовольно ответил голос. - И тогда война продолжится. - И это будет плохо для вас. - Но именно вы предложили перемирие. Не мы. - Мы предложили перемирие из великодушия,- переговорщик раскинул руки в стороны,- Чтобы остановить бессмысленное кровопролитие. Я не удержался и сам фыркнул. - Давайте без этой ерунды. - Может быть для вас это и ерунда, но мы не желаем лишнего кровопролития,- уверенно говорила фигура. - Но раньше желали,- парировал я,- А теперь, когда ситуация изменилась, вам нужна передышка. Именно ее мы и предлагаем. - Вы предлагаете не передышку, а бегство. Бросить все, что мы освободили от вашего гнета. Уничтожить все наши достижения. - И это ваш единственный шанс получить передышку. - Хах!- воскликнул переговорщик,- С чего вы взяли, что мы нуждаемся в ней? - С того, что ваше положение уже безнадежно и вы это сами признали, запросив переговоры. - Мы совсем недавно за сутки захватили огромный кусок города практически без боя и с минимальными потерями. Вы же теперь во всю окапываетесь, ожидая нашего наступления. Где вы в этом увидели безнадежность? - Не в этом. В общей картине. У вас больше не осталось возможностей,- начал я, приготовившись сыпать аргументами,- Город с ходу не пал, для того, чтобы выбить нас за Ифару, вы потратили гигантские силы, а восстание было подавлено. Наряны захвачены и логистика серьезно нарушена, не говоря уже про обстрелы Дергыбона. Атака через Агибарские Врата должна была спровоцировать восстание, но мы этого не допустили и вновь стабилизировали фронт, наступать снова нужно через реку, ведь Церпонский Коридор мы снесем и плевать на наводнение. Над извратами контроль вы потеряли, каратели разгромлены, общество сплотилось, так что нового восстания не организовать. Вернуть Наряны с помощью мутантов не вышло даже с первой попытки, когда была надежда на эффект неожиданности, теперь и этого нет. Последняя надежда была бы на Ишанирские Врата, но мы успели их перекрыть. Пытаться наступать - это такие потери, которые вы себе позволить не можете. И вот - теперь мы здесь. По вашей просьбе. Ответа не последовало. Было видно, что глаза двигались из стороны в сторону. Явно задел. - Это не особо что-то меняет. Мы способны накопить силы, причем достаточно быстро, чтобы сломить ваше сопротивление. - Нет, не способны,- ответил я уверенно. - Вы знаете, сколько в одном только Дергыбоне боеспособных мужчин и женщин?- с нескрываемым самодовольством спросил еретик. Я знал, что эту тему поднимут. Не могли не поднять. - И это ничего не значит, потому что вы не способны их отправить в армию. До сих пор вы использовали присоединившиеся части СПО, СГО и хемтаров, плюс добровольцев, как из Дергыбона, так и из других городов. Призыв вы так и не ввели. - В этом нет необходимости,- спокойно сказал переговорщик, пожав плечами. - Есть, иначе бы вы не ловили людей в Ульрихоне, отправляя на убой. Теперь же у вас людей не хватает критически, войск по ту сторону Бовары у вас в семнадцать раз меньше, чем у Ифары, вы захватили столько территорий, сколько и не ожидали, от чего теперь не можете найти войск. Постройке укреплений в Ишанирских Вратах вы тоже мешать не стали, даже не попытались, хотя возможности были. Но все равно - призыва нет. Только пропаганда, пайки, прощение долгов, амнистия. И ответ тут прост. Вы не можете себе это позволить. Потому как-только вы начнете ходить по домам и ловить людей на улице, чтобы отправить в эту бойню - от вас избавятся. Переговорщик наклонился вперед. - Население радо тому, что мы помогли им сбросить оковы Трупа-на-Троне,- его голос стал куда более нервным. Я был на верном пути. - Вовсе нет,- проговорил я,- Населению плевать на происходящее. Потому что они уже привыкли к тому, что они ни на что не могут повлиять, потому что им нет дела до происходящего. Им плевать что носить - аквилу или еретические символы, им нет дела до того, кто сидит у власти, им не интересен весь наш конфликт. Они просто живут свою жизнь, а на остальное не обращают внимание. Вот только это работает до тех пор, пока вы их не трогаете, не вторгаетесь в их жизнь, не тащите за собой на бойню. Благодаря этому власть захватить было легко. Благодаря этому же ее сложно удержать. И вы это знаете. Вы запросили перемирие, потому что у вас нет надежд победить, не вмешивая население в войну, чего позволить себе вы не можете. При этом обстрелы с Нарянских островов разрушают вам энергетику и одновременно показывают населению, что что-то явно идет не так. В довесок - экономику у вас уже сыпется. Теперь время у вас на исходе. Или закончите все сейчас, чтобы заняться внутренними проблемами, или же вы потеряете вообще все. Переговорщик по центру уже заметно нервничал. - Ульрихон тоже находится на грани,- проговорил мужчина раздраженным голосом,- И если мы продолжим - его тоже ждет коллапс. - Ульрихон не ждет коллапс,- сказал я немного жалостливо,- Экономики там уже нет, население на пайках, разрушения гигантские, инфраструктура едва держится. Ему буквально... некуда падать. Он на дне и живет только за счет того, что его поддерживают все остальные мега-города. Только вот мы способны эти выдержать. Население вас ненавидит, а потому готово сражаться дальше и терпеть. Им некуда деваться, сдаваться вам они не собираются. Дергыбону же есть, куда падать, он и близко не знает, что такое война. У него еще есть силы, есть экономика. Однако... правительству Дергыбона падать уже некуда. Вы на грани. И стоит населению увидеть, как все ухудшается слишком резко, оно снесет вас и поставит кого-то другого, чтобы он решал их проблемы и восстановил прежний порядок, когда их никто не трогает и жизнь идет своим чередом. Переговорщик размял шею. Наверняка от нервов. - Вы сильно преувеличиваете возможности своих сил. После вашей мобилизации они, по большей части, состоят из необученных бойцов, которые никогда в бою не бывали. Вы не сможете удержать Ишанирские Врата, учитывая каким преимуществом мы обладаем благодаря принявшим благословение Принца. Вы вряд ли даже форсирование Ифары и Бовары предотвратите. - Несомненно,- сразу же ответил я, на что все трое немного сдвинули головы, явно в удивлении,- Вот только смысл будет не в том, чтобы остановить вас. Смысл в том, что вы не сможете организовать обвал фронта. Мы будем отступать - это несомненно. Но каждый километр продвижения, каждый окоп или здание будут стоить вам во много раз дороже, нежели нам - наступающие всегда несут большие потери. И даже, если вы выиграете, вы заплатите за это такую чудовищную цену, что вы больше не сможете восстановиться. Вы ослабнете до такой степени, что станете просто марионетками в руках других мега-городов. Фигура посередине резко вздохнула. Задел. Очень сильно. Несколько секунд стояла тишина. - Мы сейчас вернемся,- произнесла фигура, после чего все трое встали и быстро вышли в коридор. - Он прав,- услышал я другой голос, благо, у Гихьяна был хороший слух,- Мы в любом случае тут проигрываем. Лучше согласится. - Если мы уйдем, это будет катастрофа,- злобно но очень тихо проговорил переговорщик,- Нас послали заключить перемирие. - Нас послали остановить войну, пока мы еще может удерживать порядок,- прозвучал еще один голос, видимо, третьего переговорщика,- Если для этого нужно уйти в обмен на нейтралитет и Наряны - это приемлемо. - Совет не согласится - общественность от такого взорвется,- сказала цен,- Столько сил потратили... - Забудь про общественность. Войну терпели - и окончание стерпят. Даже рады будут. - А кто будет недоволен - без проблем отправим в подвалы. - Тем более, что сил будет на это достаточно. Я улыбнулся. Эти двое думали в правильном направлении. - А армия? С ней что? После всего этого... - Не впустим в город, лишим артиллерии и бронетехники, положимся на избранных, ракеты и авиацию - и ничего они нам не сделают. В ответ - тишина. Секунда... Две... Три... Четыре... Тяжелый вздох. - Хорошо,- согласился Центральный,- Но нужно будет добиться больших уступок от них. Иначе Совет это не примет. - На это они пойдут. Им главное, чтобы мы ушли из города,- ответил Правый. - Что ж... тогда идем. Трио вернулось и вновь расселось перед Гихьяном. - Мы согласны,- начал главный переговорщик,- Однако... есть дополнительные условия. - Это возможно,- сказал я, понимая, что на некоторые еще уступки идти придется. - Мы уйдем из города... Но граница пройдет по рекам Шибара и Одира. - Неприемлемо,- перебил я. На такое идти было нельзя,- Только довоенная межгородская граница или воюем дальше. Это не обсуждается и никаких компромиссов тут не будет. - Нам придется отдать Ганцуванский полуостров. Это слишком большая угроза для нашей безопасности,- требовательно сказал Центральный, В первую очередь - для рыболовства. Что ж, это было справедливо, стоило признать. Но уступок тут никаких не могло быть. - Тогда так. Вы уйдете на довоенную границу, но... никакое ракетное вооружение не будет расположено восточнее рек Шибара и Одара. - Восточнее Церпонских гор,- тут же ответил глава делегации с еще большим требованием,- И на самих горах не будет ничего. - ПВО,- парировал я встречным предложением,- Но ракет не будет. Никаких. Также, как все ваши ракеты будут находится восточнее Бирценских гор. Несколько секунд Центральный смотрел в глаза Гихьяну. - Тогда между Амарой и Церпонскими горами не будет никаких ваших войск. - Этого не будет,- тут же ответил я,- Обе стороны смогут иметь войска на Амаре... Но только пехоту, легкую бронетехнику, ствольную артиллерию и все виды ПВО. И обе стороны не будут перемещать ракетные установки в сторону оппонента за Церпонские и Бирценские горы соответственно. - Граница находится ближе к нам,- твердо продолжал настаивать Центральный,- Нам нужны более серьезные гарантии. Тут давить не стоило. Все же, они явно будут держать свои отступившие войска между Амарой и Бирценскими горами. А значит, ракеты им нужны будут именно на горах. - Хорошо. Вы сможете оставить ракетные установки на Бирценских горах, мы оставим их за Церпонскими, и обе стороны будут иметь армию на своих территориях. При этом Нарянские острова и остров Оболар также будут без ракет. - С ракетами до ста километров,- предложил Центральный,- И всем спектром ПВО. - Годится,- ответил я. Тут можно было выдохнуть. - Следующее. Полная свобода полета беспилотных разведчиков над Ульрихоном для контроля выполнения условий и недопущения внезапного нападения. Тут логика была понятна, но подобное было точно неприемлемо. - Только над Церпонскими горами, чтобы вы смогли контролировать отсутствие там ракетных систем. Одновременно с этим - свобода полетов для наших беспилотников над Бирценскими и Керцегранскими горами. И еще вы будете держать системы в разряженном состоянии - наши войска будут близко к ним. - Обе стороны будут держать системы разряженными. Их зарядка будет означать нападение. - Годится. - Дальше. Из Ульрихона выводятся все СПО, вся авиация, ракеты с дальностью больше пятисот километров. Подобное было понятно. Между Ульрихоном и Дергыбоном расстояние было семьсот сорок километров. Они хотели, чтобы Ульрихон был не способен их атаковать в принципе. - Приемлемо,- все же, было понятно, что эти уебки не дадут Ульрихону существовать наравне с собой. Но ему оставляли средства защиты, так что на это можно было пойти. - У СГО остается тридцати тысяч единиц бронетехники, десяти тысяч единиц ствольной артиллерии, одной тысячи единиц реактивной артиллерии. Хемтары лишаются всей бронированной техники. Вся лишняя техника передается нам. Губа не дура. Однако, подобное меня не пугало. Они все равно не смогут быстро проломить оборону, а там мы успеем помочь. - Вам ничего не передадут. И это не обсуждается,- твердо настоял я,- Все лишнее мы выведем вместе с СПО. Центральный кивнул. Не удивлюсь, если он сразу же хотел такого результата. Проси больше - получай, что нужно. Об этом меня предупреждал Гихьян. Видимо, они тоже это умели. Но пока что результат мне нравился. - Следующее. Торговля,- я удивленно наклонил голову, хоть они этого и не могли видеть,- Монопольное право для нас на покупку руды без пошлин и налогов, а также использование металлургических предприятий. "- Да вы охуели..."- проговорил я мысленно. Правильно говорят - аппетит во время еды приходит. Я отлично понимал, что Кафучанури совсем не понравится, если я разрешу Ульрихону торговать с Дергыбоном. С другой стороны... нейтральные города этим занимались, хоть и не афишировали это. Меры защиты от такого тоже можно было придумать без проблем - мы сможем спокойно выкупать все, что делает Ульрихон. Да и стоило признать - учитывая мой план... это не продлиться долго. - Монополии не будет. Беспошлинная торговля для всех сторон. - Хорошо. Но тогда - полная монополия на рыболовство в акватории Ульрихона. - Совместная. С разделом рыбосберегающей квоты пополам,- парировал я,- И если начнете ее превышать - мы это заметим и начнем охоту на корабли. - Три четверти на четверть в нашу пользу. - Годится,- не самая приятная вещь, но если все сложится, то делиться не придется. - Также - полный запрет на поставки оружия из Ульрихона и в Ульрихон. - Хорошо. - Теперь - противники Трупа-на-Троне. Дайте им уйти. Вот тут уже было не сильно хорошо - все же, речь явно шла про совсем конченых выродков, которых мы не успели извести. И нам предлагалось их просто отпустить. С другой стороны, их уже осталось так мало, что они не представляли какой-то опасности. А справедливость... какая тут в жопу справедливость. Нам важно было город спасти. - Годится. Мы дадим несколько дней, чтобы они успели пересечь Ифару и Бовару перед вашим уходом. Потом проход закроется и они не будут обладать никакой неприкосновенностью. - Хорошо,- согласился Центральный,- Теперь последнее - порядок вывода войск. Вначале - вы уходите с Нарян, после чего мы начинаем отвод войск из города. - С Нарян войска будут выведены в последнюю очередь,- вот тут я не собирался отступать. - И где гарантии, что вы не останетесь там, когда мы выведем войска за Церпонские горы?- с некоторым возмущением спросил переговорщик. - Гарантий две,- сразу же ответил я,- Первая - нам нужен мир. Вторая - с Нарян вы нас в любом случае выбьете, это вопрос времени, особенно, когда все ваши ракетные войска будут сосредоточены только на островах. А вот если вы нас обманете, то у вас останутся и Наряны, и территории. Неприемлемо. Несколько секунд стояла тишина. - Тогда так. Мы отходим - вы не идете за нами. Одновременно СПО уходит из города вместе со всем лишним. Часть войск прикрытия останется в Церпонских горах, пока основные силы не пересекут Амару. После этого вы уходите с Нарян, а войска прикрытия уходят. И только после этого вы занимаете территории. Подумав, я понял, что тут каких-то подводных камней не было. Обмануть они нам не смогут - попытка закрепить войска по Шибаре лишь погубит их, ведь войска прикрытия в горах мы сломим, а ракеты оттуда они не смогут отбивать, не говоря уже про логистику и тот факт, что Наряны все еще будут у нас. Слишком опасно для них. - Согласен. Центральный глубоко вдохнул. Затем выдохнул. - На этом все. Мы передадим запись переговоров Совету Дергыбона. Если они согласятся, то мы обсудим здесь детали. Если нет... то попытаемся прийти к другому компромиссу. Связь будет через этот канал,- Центральный протянул листок бумаги на стол,- Ожидайте. - Будем,- коротко сказал я. Троица встала и вышла из помещения. Теперь я был один с Гихьяном. - Что ж... ты молодец,- проговорил он,- Прям дипломат. - Я старался. Давай, возвращайся. - С большим удовольствием,- ответил Биндегиж и отключил связь. Мысленно я выдохнул от того, что переговоры прошли более менее успешно. Пускай еще нужно было получить подтверждение от их Совета, хотя бы тут удалось добиться успеха. Дальше были отчет перед Кафучанури, который остался доволен тем, о чем удалось договориться, и ожидание ответа. Ждать пришлось два дня, после которых по каналу прозвучал их ответ. Они были согласны.