Милосердная Богиня

С каждой фразой Се Лянь всё сильнее ощущал опасность. — Все назад, не приближайтесь к нему и не обращайте внимания на его слова. Остальные поспешили прислушаться и в панике разбежались прочь. Лицо в земле, улыбаясь, продолжало: — Эй, ну же, не уходите! Зачем вы так со мной? Я ведь тоже человек, я ничего вам не сделаю. Однако следом произошло непредвиденное. Один из торговцев, возможно, решив во что бы то ни стало добыть лечебной травы для спасения соратника, осторожно подобрался поближе к лицу и нагнулся, чтобы подобрать пучок травы шань-юэ, что прежде от испуга обронил. Глазные яблоки лица в земле немедленно повернулись в его сторону и ярко блеснули. Мяо в душе воскликнула «Беда!» и бросилась к торговцу с криком: — Оставь! Вернись назад! Вот только было уже слишком поздно. Лицо в земле внезапно разинуло рот, из которого со свистом вылетело что-то ярко-красное, скользкое и гладкое. Ужасно длинный язык! Девушка, схватив торговца сзади за ворот, потянула его на себя. Но штуковина, вылетевшая изо рта лица, оказалась на удивление длинной. С противным звуком разрывающейся плоти она проникла в ухо торговца! Мяо ощутила, как сильно задрожало тело торговца в ее руках. Несчастный испустил короткий вскрик ужаса, и, подёргивая конечностями, повалился коленями на землю. Длинный язык молниеносно вытащил через ухо жертвы большой кусок чего-то, истекающего кровью, сжался и вернулся в рот лица в земле. Чавкая и смеясь, разевая окровавленный рот, лицо визгливо расхохоталось, словно своим смехом собиралось опрокинуть крышу разрушенного дворца государя: — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Вкуснятина, вкуснятина, вкуснятина! Вкуснятина, вкуснятина! Ох, как я голоден, как я голоден! Пронзительный и резкий голос вкупе с кровавыми прожилками, которые заполнили глазные яблоки, представляли собой картину поистине омерзительную! Человек, зарытый здесь более пятидесяти лет, стал единым целым с колдовскими землями этого государства и окончательно превратился в иную сущность! Мяо Шань разжала правую руку, в которой держала воротник торговца, и уже хотела нанести смертельный удар мерзкой твари, как вдруг лицо в земле снова завопило: — Генерал! Генерал! Они здесь! Они здесь! С рёвом, ещё более свирепым, чем рык дикого зверя, с небес сверзилась тёмная фигура, которая тяжело приземлилась прямо перед девушкой. В тоже мгновение по обе стороны от неё оказались Сань Лан и Се Лянь. Стоило фигуре выпрямиться, как всех остальных присутствующих накрыло огромной тенью, что она отбрасывала. Смуглая кожа цвета тёмного железа, грубые черты лица, походящие на звериную морду, грудь и плечи защищены доспехом, ростом девять чи. Следом за первым с крыши дворца спрыгнул ещё один, двое, трое… более десятка «человек». Все эти «люди» как на подбор оказались рослыми и крупными мужчинами, каждый держал на плече палицу, тщательно утыканную острыми волчьими зубами. Оказавшись на земле, они окружили торговцев в саду плотным кольцом, словно стеной из огромных стальных башен. Воины Баньюэ…. С первого взгляда на воинов становилось ясно: справиться с ними крайне трудно. Каждый, как на подбор, крепкий и толстокожий, и даже на то, чтобы задушить одного из них при помощи Жое, придётся потратить немалое время. Сань Лан молчал, впрочем как и наследный принц. Остальные и так не проявляли особенной активности. Лицо в земле всё не переставало вопить: — Генерал! Генерал! Позволь мне покинуть эти земли! Я помог тебе схватить врагов, отпусти меня домой! Я хочу домой! Воин Баньюэ ростом в девять чи, которого остальные называли генералом, увидев, что в земле кривляется и визжит какая-то тварь, кажется, тоже посчитал её омерзительной, поэтому нанёс удар палицей, вонзив острые шипы прямо в голову существа. Лицо издало пронзительный визг, а когда палица поднялась, на своих шипах она вытянула наружу из земли повисшее на них лицо, осуществляя его желание «покинуть эти земли». Вот только вместе с лицом и шеей далее из земли показалось вовсе не человеческое тело, а жуткого вида белые кости! Случившееся напугало торговцев до такой степени, что они закричали от ужаса. Окровавленное лицо сползло с шипов палицы, затем, взглянув на собственное тело, кажется, столь же сильно перепугалось. Хватанув ртом холодного воздуха, оно заголосило: — Что это? Что это такое? Мяо тактично напомнила: — Это твоё тело. Если хорошенько поразмыслить, всё станет ясно. Этот человек пролежал зарытым в пустынной земле пятьдесят с лишним лет, его плоть и кровь давно без остатка впитали корни травы шань-юэ, несъеденным остался лишь скелет. Лицо из земли, не в силах в это поверить, не унималось: — Это же невозможно?! Моё тело вовсе не такое, это не моё тело!!! Сань Лан же прыснул со смеху и саркастично заметил: — Тебе только сейчас своё тело начало казаться странным? Но тогда что за штуковина только что высунулась из твоего рта? Она не показалась тебе необычной? Лицо из земли немедленно возразило: — Что в этом странного? Всего-то… Всего-то язык, немного длиннее, чем у обычных людей! Насмешка угадывалась даже на кончиках бровей Сань Лана. Он ответил: — Ага, точно, немного длиннее. Ха-ха. Лицо из земли воскликнуло: — Да! Лишь немного длиннее! Просто он постепенно вытянулся за столько лет, пока я поедал летающих и ползающих насекомых, чтобы выжить. Лишь поэтому он стал таким! Возможно, когда его только закопали в землю, человек был ещё жив, и чтобы хоть как-то выжить, изо всех сил высовывал язык, чтобы поймать пролетающих и проползающих мимо насекомых. Но постепенно он перестал быть человеком, язык его становился всё длиннее, а «пищей» вместо насекомых стали вещи куда более ужасные. — У некоторых людей языки бывают длиннее обычного! Сань Лан улыбнулся и спросил: — Ты всё ещё считаешь себя человеком? Существо из земли словно услышало в вопросе угрозу. Оно внезапно заволновалось и закричало: — Конечно, я человек, я — человек! С криками оно изо всех сил засучило руками и ногами, превратившимися в белые кости, пытаясь ползти по земле. — Я возвращаюсь домой, я могу вернуться! Ха-ха-ха-ха-ха-ха… Хрясь! Раздражающий пронзительный смех, в конце концов, надоел генералу воинов Баньюэ. Один удар ногой — и череп существа из земли раскололся на части. Его крики «Я — человек» прекратились. Раздавив надоедливое существо, «генерал» что-то крикнул остальным воинам, и те, размахивая палицами из волчьих зубов и прикрикивая на группу торговцев, погнали их из дворца в другое место. Когда воины Баньюэ снова начали переговариваться между собой, а на пленников перестали обращать внимание, принц тихо произнёс: — Они называют своего командира «генералом». Только вот неизвестно, кто он такой. Сань Лан ответил: — К моменту гибели государства Баньюэ генерал оставался только один. Его имя, если перевести на наш язык, будет звучать Кэ Мо — «высекать жернова». Девушка что тоже слушала, переспросила: — Кэ Мо? Имя действительно звучало весьма странно. Сань Лан объяснил: — Именно так. Говорят, он был слабым и хилым ребёнком, и потому люди часто его обижали. Тогда он поклялся стать сильнее, а в качестве тренировок высекал из кусков скалы мельничные жернова, потому и заполучил такое имя. По легенде Кэ Мо являлся самым бесстрашным полководцем за всю историю государства Баньюэ, огромного роста и недюжинной силы. Кроме того, он служил верным защитником советника Баньюэ. — И после смерти остался им? А теперь он ведёт нас к советнику Баньюэ? — Возможно. Се Лянь шёл, погружённый в размышления, но всё же замечал, что Генерал Кэ Мо ведёт их всё дальше и дальше к окраинам. В конце концов, они оказались на самом краю государства Баньюэ и только здесь остановились. Целью воинов оказалась та самая Яма Грешников. Яма Грешников была расположена и спроектирована таким образом, что являла собой задуманное кем-то весьма сильное магическое поле. И это поле имело лишь одно действие — не позволить упавшим в Яму людям выбраться оттуда! Се Лянь, не подавая вида, дотронулся рукой до стены Ямы и прошёл так немного, чтобы выяснить, из чего она построена. Оказалось, что стены лишь издалека кажутся глинобитными, а на самом деле представляют собой несравнимо твёрдый камень. Вполне возможно, также защищённый каким-то заклятием, ведь его наверняка очень трудно пробить. Когда ступени под ногами закончились, процессия оказалась на самой вершине Ямы Грешников, и чувство, что посетило их при виде картины, открывшейся с края жёлтых стен, можно было описать лишь словом «потрясение». Вся Яма Грешников представляла собой высокие стены, что окружали её с четырёх сторон. Каждая стена — в длину около тридцати чжанов, в высоту — около двадцати чжанов, и в ширину примерно в четыре чи. Четыре стены устрашающе возвышались над землёй, окружая огромное пустое пространство. Над пустотой не было ни платформ, ни перекладин, на которых можно было бы стоять. Уже стемнело, и дно огромной чернеющей ямы разглядеть не представлялось возможным. Из темноты то и дело поднимался холод и запах крови. Через некоторое время впереди показался длинный шест, установленный вертикально, с висящим на нём трупом. Именно этот шест они видели ранее, ещё снизу. Мёртвое тело оказалось очень маленьким и принадлежало девушке в чёрных одеждах, изодранных в клочья. Девушка висела на шесте, уронив голову на грудь. Как Мяо знала, этот шест использовался специально для подвешивания преступников, которых воины Баньюэ хотели преднамеренно опозорить. Зачастую тюремщики срывали с такого преступника одежду и голышом подвешивали на шест, где несчастный умирал от голода или жажды, после чего его труп качался на ветру, жарился на солнце, мок под дождём, иссыхал от пустынных бурь. Конечности его либо сгнивали, либо отрывались и падали вниз. В целом смерть весьма и весьма неприглядная. Труп девушки пока не сгнил. Наверняка она умерла совсем недавно, и возможно, являлась одной из местных жительниц. Тот факт, что воины Баньюэ даже совсем молоденькую девушку подвесили в подобном месте, подтверждал их невероятно жестокий и бесчеловечный характер. А Чжао, Тянь Шэн и остальные торговцы, увидев подобное, побледнели и застыли на месте, не решаясь идти дальше. К счастью, Кэ Мо не стал подгонять их. Он развернулся к Яме Грешников и издал громкий долгий крик куда-то вниз. Словно в ответ на зов Кэ Мо, со дна Ямы, чернеющей непроглядной тьмой, прозвучал многоголосый рёв. Торговцы на краю стены перепугались так, что едва могли устоять на ногах. В Яму Грешников сбрасывали только преступников. Неужели со дна Ямы на зов Кэ Мо отвечают их неупокоенные души? Затем Кэ Мо обратился к воинам, что вели «пленных». И смысл фразы принц понял предельно точно. Генерал произнёс следующее: — Сбросим только двоих. Мяо видя что люди позади даже без знания языка примерно догадались о сказанном и начали паниковать. Выступила вперед и с улыбкой повернула голову назад и проговорила: — Не волнуйтесь. Что бы ни произошло далее, я буду первой. В случае если придётся прыгать в Яму она несмотря ни на что, пойдёт первой,чтобы осмотреться внизу. Всё равно на дне ее не ждёт ничего нового — либо ядовитые твари или дикие звери, либо свирепые призраки и озлобленные духи. Как бы то ни было, Мяо невозможно убить ни ударом о землю, ни когтями, ни зубами, ни ядом. И если внизу не бурлящая лава и не отравленные воды, нырнув в которые, обращаешься трупом, то вполне возможно, что, спрыгнув в Яму, девушка не окажется в слишком незавидном положении. Кэ Мо приказал «остальных увести и взять под стражу», значит, пленники временно окажутся в относительной безопасности. Всё-таки посреди пустыни непросто изловить живых людей, нельзя же съедать их всех в один присест. Наверное, остальных оставят про запас, чтобы съесть их постепенно. Вероятно, А Чжао решил, что раз смерть неизбежна, лучше встретить её мужественно — в бою, и потому юноша сжал кулаки и внезапно ринулся вперёд, врезавшись головой прямо в Кэ Мо. Кажется, в этот порыв он вложил всю свою готовность унести за собой жизнь врага, то есть столкнуть Кэ Мо в Яму. И тот, даже несмотря на крепкое телосложение, напоминающее несокрушимую башню, от удара, полного предсмертной решимости, пошатнулся и едва не оступился, отойдя на три шага назад. После чего генерал страшно разгневался и ответным ударом отбросил А Чжао прочь. Глядя, как юноша падает в тёмную глубину Ямы, торговцы завопили от ужаса. Не удержался от выкрика и Се Лянь: — А Чжао! Внезапно из чёрной Ямы, дна которой разглядеть было невозможно, раздались радостные выкрики, а потом жуткие звуки безжалостного чавкания и разрываемой плоти, словно злобные демоны остервенело отбирали друг у друга пищу. Лишь по звукам становилось ясно: юноша по имени А Чжао уже никогда не вернётся живым. Воины Баньюэ начали искать новую жертву, которую собирались столкнуть вниз. Кэ Мо взмахнул рукой, указывая на Тянь Шэна. Один из воинов немедля протянул к юноше лапы, чтобы схватить несчастного. Тянь Шэн от испуга заголосил: — Ааа! Помогите! Не трогайте меня! Я… Девушка видя что ситуация принимает дурной оборот, выступила вперед и заговорила на их языке: — Генерал, постойте. Стоило Кэ Мо услышать фразу, прозвучавшую на языке Баньюэ, на его смуглом лице отразилось неподдельное удивление. Он сделал воинам знак остановиться и заговорил с Мяо Шань: — Ты умеешь говорить на нашем языке? Откуда ты сама? Мяо мягко ответила: — Я прибыла из центральной равнины. Народ Баньюэ всем сердцем ненавидел лжецов и обманщиков. Если ее уличат во лжи, итог будет ещё более неприятным. Стоило Кэ Мо услышать, откуда прибыла девушка , на смуглом лице генерала сверкнула вспышка гнева, а остальные воины Баньюэ принялись выкрикивать всяческие проклятия и оскорбления. Мяо расслышала лишь «ничтожество»,«сбросить ее вниз», но ничего более. Кэ Мо произнёс: — Наша страна исчезла в песках двести лет назад. Ты не из нашего народа, но знаешь наш язык, кто ты есть на самом деле? Она уже приготовилась начать заговаривать зубы воинам Баньюэ, как вдруг с чернеющего дна Ямы вновь раздался свирепый громогласный рёв. Твари, обитающие внизу, кажется, уже расправились с телом А Чжао. Но всё ещё не насытились, стройным рёвом выражая жажду свежей крови и плоти. Кэ Мо взмахнул рукой, будто вновь собираясь схватить Тянь Шэна, когда Мяо опять его прервала: — Генерал, позвольте мне стать следующей. Кэ Мо наверняка никогда раньше не слышал, чтобы в подобной ситуации кто-то просил стать следующим. Его глаза расширились до размеров бронзовых колокольчиков, а в голосе прозвучало изумление: — Ты станешь следующей? Почему?! — Генерал, все эти люди — всего лишь ни в чём не повинные проезжие торговцы, среди них даже есть ребёнок. Кэ Мо, послушав его, холодно усмехнулся. — Когда армия государства Юнань омыла кровью наше государство, вы почему-то не задумались, что среди нас также есть безвинные торговцы и дети! Гибель государства Баньюэ произошла двести лет назад, с тех пор по обе стороны границ давно сменились многие поколения. Однако для воинов Баньюэ, которые стали умершими пленниками застывшего времени, месть не могла исчезнуть следом за сменившейся династией. Кэ Мо добавил: — Ты слишком подозрительная, я собираюсь задать тебе вопросы. Тебя сбрасывать нельзя. Хватайте другого! В таком случае, иного выхода нет.Девушка планировала уже пригнув как и хотела в самом начале , как вдруг Сань Лан рядом с ней внезапно шагнул вперёд. Сердце подскочило, она повернулась и посмотрела на юношу. Тот стоял, сложив руки на груди, и безразличным взглядом, как будто думая о чём-то своём. В душе невольно зародилось не очень хорошее предчувствие. — Сань Лан? В ответ на зов юноша повернул голову и слегка приподнял уголки губ со словами: — Всё в порядке. А потом сделал ещё шаг вперёд, оказавшись на самом краю опасного обрыва.Сердце девушки забилось в бешеном ритме и она хотела уже шагнуть к нему, как рядом стоящий Се Лянь схватил ее за руку. Тем не менее это не помешало ей позвать юношу стоящего на краю обрыва: — Постой, Сань Лан, просто не двигайся. Юноша стоял на краю высокой стены, полы его красных одежд шумно трепетали от ночного ветра. Сань Лан, улыбнулся и произнёс: — Не надо бояться. Се Лянь: — Ты… сначала отойди оттуда. Отойди от края, и мы перестанем бояться. — Не волнуйся. Я покину вас ненадолго. Очень скоро мы сможем увидеться снова. Мяо Шань умоляюще взглянула на него и жалобно протянула: — Прошу, не надо… Фраза повисла в воздухе. Юноша, сохраняя позу со сложенными на груди руками, сделал ещё шаг, легко оттолкнулся от земли и в одно мгновение исчез в неизмеримо глубокой темноте. В этот момент казалось сердце девушки остановилось, она легко высвободила руку из плена Его Высочества , и кинулась к обрыву: — Сань Лан!!! Ни единого звука в ответ. После того, как юноша спрыгнул, из Ямы не раздалось ни звука! Воины Баньюэ на стене рядом с принцем начали громко перекрикиваться, явно поражённые случившимся. Девушка не давая себе отчета в действиях прыгнула следом, но находясь в воздухе ее кто-то схватил за руку. Оказалось что это Генерал Кэ Мо, протянул руку и схватил ее, не давая упасть! Девушка применила всю доступную ей силу и потянула генерала в пропасть за собой, уже падая вместе в пропасть она заметила боковым зрением , что труп висевший на длинном шесте, вдруг пошевелился и приподнял голову. Воины Баньюэ, которые также заметили это, с громкими криками и палицами наперевес бросились в атаку на труп. Ну а девушка в чёрных одеждах, шевельнувшись, каким-то никому неизвестным образом развязала верёвки, на которых была подвешена, спрыгнула с шеста и молниеносно бросилась навстречу воинам. Словно порыв чёрного ветра, она пролетела по краю стены, быстро и безжалостно сбивая на своём пути всех воинов, которые с жуткими криками повалились вниз. Падая, Кэ Мо своим яростным рёвом едва не оглушил девушку. Чтобы спасти уши, пришлось ударить Кэ Мо ногой посильнее, чтобы тот отлетел подальше.Подняв голову в верх она заметила Се Ляня на краю обрива что смотрел на неё с отчаянием и Жое что питалась ее схватить. Когда Мяо Шань уже решила что сейчас разобьётся в лепёшку, произошло непредвиденное: во тьме сверкнула серебристая вспышка. Спустя мгновение пара рук легко ее подхватила. Человек точно подгадал момент. Казалось даже, что он прямо-таки специально поджидал внизу, чтобы поймать Мяо. Одна рука обхватила за спиной, обняв за плечи, другая подхватила под колени, аккуратно и легко остановив бешеное падение с высоты. Мяо которая еще не отошла от падения, нерешительно спросила: — Сань Лан? Кругом стояла тьма, в которой невозможно было что-либо различить, но слова сами по себе сорвались с губ девушки. Не получив ответа, она провела рукой по плечам и груди незнакомца, пытаясь убедиться в догадке. Она спросила снова: — Сань Лан, это ты? Возможно, потому, что сейчас они оказались на самом дне Ямы, запах крови здесь стал настолько сильным, что от него можно было потерять сознание. — Это ведь Сань Лан, да? С тобой всё в порядке? Ты не поранился? В предельной близости от неё раздался низкий и глубокий голос: — Всё в порядке. Мяо спросила: — Сань Лан, с тобой правда всё в порядке? Поставь меня на землю. Сань Лан, однако, возразил: — Не поставлю. Внезапно с противоположной стороны Ямы раздался крик, полный скорби и негодования, затем перешедший в надрывное: — Что с вами стало?! Голос кричал на языке Баньюэ, и в нём явственно угадывался Генерал Кэ Мо, которого девушка потянула за собой вниз. Генерал уже являлся мертвецом и, разумеется, насмерть не разбился, лишь сильно ударился о землю и, возможно, оставил после себя яму в виде человеческого силуэта, в которой и застрял. А когда выбрался, начал громко кричать: — Что с вами? Воины! Братья мои, что же с вами стало?! Когда генерал кричал со стены Ямы, снизу ему явственно отвечали бесчисленные голоса, словно на самом дне толпились злые духи, бушующие яростью от голода. Но теперь, именно в этот момент, кроме гневных и полных горя выкриков Кэ Мо осталась лишь мёртвая тишина. Внезапно она замерла, на мгновение перестав дышать, и заметила  кое-что неправильное. Да, она крепко прижималась к Сань Лану, но… совершенно не могла расслышать дыхание и биение сердца юноши! Кэ Мо снова взревел: — Кто убил вас, кто вас убил?!Вы уничтожили моих воинов, вы заслуживаете смерти! Я должен вас убить! Девушка взволнованно сказала: — Сань Лан, осторожно! Сань Лан ответил: — Не обращай на него внимания. — По-прежнему держа ее на руках, он легко шагнул в сторону, кажется, развернувшись. Во тьме она услышала тоненькое эхо — цзинь-цзинь, весьма приятное на слух, мелодичное, но при этом звонкое, которое спустя мгновение исчезло. Бросок Кэ Мо пришёлся в пустоту, но вскоре он напал снова, пытаясь их схватить. Сань Лан ещё раз проворно и легко увернулся от атаки.Неосознанно Мяо крепче прижалась к юноше обнимая его за шею. В темноте вокруг сверкнула серебристая вспышка, раздался звук летящего по воздуху острого лезвия, а затем гневные крики Кэ Мо. Кажется, генерал государства Баньюэ был тяжело ранен, но всё же оставался на удивление отважным. Сверху послышался голос Се Ляня, что спрыгнул за девушкой: — Жое! Послушная приказу, белая лента вылетела вперёд, раздался хлопок, словно Кэ Мо в воздухе совершил кувырок от атаки Жое и упал. После удара о землю Кэ Мо взревел: — Вас двое! Двое на одного, это подло! Сань Лан же усмехнулся, совершенно при этом не улыбаясь, и произнёс: — Тебе не победить даже один на один. Не стоит вступать в бой. — Последняя фраза предназначалась Се Ляню, поскольку тон голоса сделался немного тише, а также исчезла насмешка, что присутствовала в первой фразе. Се Лянь ответил: — Хорошо. — Он обратился к девушке что еще находилась на руках у Сань Лана: —А-яо, ты в порядке? Не поранилась? Девушка немного улыбнулась поворачивая голову в сторону Се Ляня: — Все в порядке не стоит так волноваться,— затем она обратилась к юноше на руках которого находилась,—Сань Лан может поставиш меня на землю? Я мешаю тебе двигаться. Сань Лан же возразил: — Не мешаешь. Тебе не следует спускаться. Она недоумевая спросила: — Но почему? Юноша ответил лишь одним словом: — Грязно. — … Но ведь ты не можешь всё время вот так держать меня на руках. — Очень даже могу, — ответил Сань Лан. Кэ Мо проревёл: — Эта мерзавка приказала вам… Однако закончить фразу ему не удалось, раздался громкий звук удара, и грузное тело с грохотом свалилось на землю, наконец, не в силах снова подняться. Се Лянь произнёс: — Не убивай его пока. Если мы хотим выбраться отсюда, боюсь, придётся выяснять у него, как это сделать. Сань Лан в самом деле перестал наносить удары и остановился, отвечая принцу: — Я и не собирался его убивать. В противном случае, он уже давно был бы мёртв. В Яме Грешников вновь воцарилась тишина. Помолчав недолго, Се Лянь спросил: — Сань Лан, все случившееся здесь, внизу, — твоих рук дело? Несмотря на непроглядную темноту вокруг, судя по запаху крови и убийственной Ци, что буквально застилала дно Ямы, а также по состоянию Кэ Мо, который едва с ума не сходил от негодования и скорби, можно было явственно представить, что же здесь всё-таки случилось. Спустя некоторое время тишины, Се Лянь услышал ответ Сань Лана: — Да. Ответ вполне ожидаемый. Помолчав, Се Лянь со вздохом произнёс: — Ну что сказать… — Поразмыслив, принц всё-таки начал проникновенно вещать: — Ох, Сань Лан. В  следующий раз, когда увидишь такую яму, ни в коем случае больше не смей необдуманно прыгать в неё.И ты А-Яо, у меня чуть сердце не остановилось когда ты прыгнула! — Прости..—Неуверено протянула девушка, и после обратилась к Сань Лану,— Спасибо. Ты в порядке нигде не поранился? — Ты больше ничего не хочешь спросить? — Что бы ты хотел, чтобы я спросила? — Например, человек ли я. Се Лянь потёр точку между бровей и ответил: — Насчет этого… мне кажется, нет никакой нужды спрашивать. — Да? Нет нужды? Мяо продолжила: — Да. Разве она есть? Человек или нет, это ведь совершенно не важно. — Оу? — Общаясь с человеком, нужно обращать внимание на то, подходите ли вы друг другу, на сочетание ваших характеров, а не на то, кем вы являетесь. Если ты мне понравился, этого не изменить, будь ты хоть нищий попрошайка; и если ты мне не понравился, сделайся ты хоть императором, я буду ненавидеть тебя по-прежнему. Разве так не должно быть? Сань Лан рассмеялся: — Да, ваши слова действительно весьма разумны. Се Лянь воскликнул: — Ну вот видишь! Немного посмеявшись, девушка вновь обратилась к юноше: — Послушай, Сань Лан может, всё-таки поставишь меня на землю? Сань Лан, кажется, улыбнулся, затем ответил: — Подожди. Он пронёс ее на руках ещё немного вниз, и только потом осторожно отпустил. — Спасибо тебе! Сань Лан ничего не ответил ей. Принц попробовал ещё раз забросить Жое наверх. Как и ожидалось, лента взвилась в воздух, но потом её словно задержала невидимая сила — Жое отлетела прочь, не в силах дотянуться до края стены. Сань Лан произнёс: — Вокруг Ямы Грешников стоит магическое поле. Се Лянь: — Я знаю, просто хотел проверить. Ведь если не попробовать, так и будешь надеяться попусту. Интересно, как дела у людей наверху? Мяо решила сделать пару шагов вперёд, но вдруг наступил на что-то, кажется, на чью-то руку. Едва не споткнувшись, она быстро пришла в равновесие, но Сань Лан и Се Лянь всё же поддержали ее под локти со словами: — Осторожнее. — Я же говорил, здесь грязно. Внезапно неподалеку вновь раздался голос Кэ Мо: — За то, что вы служите этой мерзавке, бесчисленные души безвинно погибших жителей нашего государства проклянут вас в веках! Се Лянь повернулся на звук и задал вопрос на языке Баньюэ: — Генерал Кэ Мо, кто же всё-таки эта…, о  которой вы говорите? Кэ Мо с ненавистью в голосе прокричал: — К  чему эти притворные вопросы? Это та чародейка! Се Лянь спросил снова: — Та заклинательница, что прогуливается по городу? Кэ Мо со злостью громко сплюнул, по всей видимости, ответ был положительным. Се Лянь задал ещё вопрос: — Но разве вы не служите советнику Баньюэ? Его слова взбесили Кэ Мо, тот выкрикнул: — Я  никогда не буду снова ей служить! Моей пощады мерзавка не дождётся! Затем из его рта посыпались градом неразборчивые проклятия. Кэ Мо от злости заговорил чрезвычайно быстро. Девушка в конце концов совершенно растерялась, не в состоянии понять ни слова. Пришлось тихонько попросить: — Сань  Лан, Сань Лан. Сань Лан ответил: — Он бранится. Говорит, советник предала их государство, открыла городские ворота, чтобы впустить армию центральной равнины, которая истребила всех жителей города. Потом столкнула его братьев в эту чёртову яму. Он бы повесил её еще тысячу раз, десять тысяч раз. Се Лянь перебил Кэ Мо: — Генерал, советник Баньюэ, о которой вы говорите, — подвешенная на шесте над Ямой Грешников девушка в чёрных одеждах? Кэ Мо: — Кто же ещё это может быть, кроме неё?! — … Но кто же тогда заклинательница в белом, что праздно прогуливается по городу и обещает убить их всех до одного? И кто её спутница в чёрном? И как вышло, что девушка в чёрном, обладающая столь необыкновенной магической силой, что позволила ей в одно мгновение сбросить со стены несколько десятков свирепых и бесстрашных воинов Баньюэ, оказалась подвешена над Ямой Грешников?