Засыпать колодец снегом (2)
12 октября 2025 г., 00:16
Я смотрю на идеально выглаженное белоснежное чудовище, также известное как офицерский плащ. Мало того, что вещь, сама по себе, довольно отвратительная, он ещё и на размера так два шире. Уж не знаю, кто и какими подпольными сделками добивался моего повышения (дед бы не стал, он вообще сейчас где-то в Норт-Блю шатается), но их рукожопость меня конкретно так раздражает. Разве, подлизываясь к кому-то, вы не должны убедиться, что делаете всё максимально хорошо? Или это в канцелярии что-то напутали?
Впрочем, не время устраивать трагедию. У меня тут приказ! Прямое назначение куда-то к чёрту на куличики! Спасибо, хоть, не сразу после разбора полётов нашего экзамена, а-то и такие были... Многоуважаемое начальство явно не горит желанием иметь со мной дел. Ну, может, дедовщина у них такая?
Кстати о дедовщине...
Я сижу на краю крыши, свесив ноги, и наблюдаю, как матросы загружают припасы на безымянный линкор Дозора, чей номер я не потрудилась запомнить. Судно выглядит потрёпанным, но целым, ухоженным и вполне готовым к отправке. Помимо завершения погрузки ждут здесь только одного: прибытия лейтенанта. То есть, меня.
Спуститься что-ли, помочь?
Свои вещи я уже на борт протащила, и с полной уверенностью могу утверждать, что офицерские каюты ни в какое сравнение с кадетской общагой не идут. Как минимум потому, что надоедливых соседей по комнате у меня теперь нет, места полно, а спинка стула идеальной ширины, чтобы повесить на ней тот злополучный офицерский плащ.
— Ого, а ты такое поднимешь? – среднестатистический матрос второго плана насмешливо, но беззлобно хмыкает, проходя мимо со своим ящиком.
Я пожимаю плечами и поднимаю бочку. Могу, конечно, и больше взять, но оно мне надо? От скуки же в грузчики записалась, да и неохота самооценку солдатам опускать, вот так, с ходу. А рабочие отношения? Ешё бунт поднимут, такого уж точно никому не надо.
— Заканчиваем и отправляемся, – высокий загорелый офицер, наблюдающий за погрузкой, смотрит на меня с очень озадаченным выражением лица. – Все нужные бумажки и этернал-посы уже должны быть у штурмана.
Офицер открыл было рот, но его перебил пожилой моряк с убитой книжецой в руках. Судя по всему, наш интендант.
— Будет исполнено, – он ещё так хрипло хихикнул и подмигнул, будто я его с полувзгляда понимать должна.
Пожала плечами. Он ветеран, ему виднее. А если просто над новичками подшутить хочет, так кто старику помешает?
***
Мы отплыли достаточно далеко, чтобы Маринфорд стал едва различимой точкой на горизонте. Погода хорошая, но это Гранд Лайн, так что расслабляться пока рано. Я вернулась в каюту и тут только поняла, почему на меня, отдающую приказы, так странно смотрели офицеры. Чёртов лейтенантский плащ торчал посреди каюты ехидным белым пятном! Ну, приказы выполнялись, так что жаловаться мне не на что. Пока команда ещё разбирается друг с другом и делится свежими штабными сплетнями, решила пролистать местную макулатуру. Наш пункт назначения как был в Саут-Блю, так там и остался. Приятно знать, что хоть где-то они компетентны. С подчинёнными дела обстаяли интереснее. Команду мне, видимо, выписали кого-то, кто либо помер, либо на пенсию вышел. То есть: они друг друга знают, много лет вместе плавали, а тут я, шибздик-выскочка, ещё и лейтенант. У них, у самих-то, без меня старшим был бы некий Баккара. Тот вон загорелый офицер, шкафоподобный, с выцветшим веником на голове, стриженный под кривой горшок с выбритыми боками и затылком, с квадратной челюстью и треугольной бородкой. Он ещё с интендантом тогда стоял, погрузками руководил. Милый мужик, не удивлюсь, если солдаты его бы предпочли, вместо незнамо кого. Он сам из Саут-Блю, там вырос, там во флот записался, служил много лет, вот, повысили... В дверь постучали. — Открыто! – кричу я и собираю стопки бумаги со стола. Входит юнга, нерешительный, любопытно озирается. Его взгляд цепляется за висящий на стуле плащ, нервно перебегает с него на меня, всё ещё наводящую порядок в каюте. В руках держит поднос с едой. — Это для лейтенанта, – осторожно сообщает он, уже немного расслабившись, не найдя этого самого лейтенанта в помещении. Ха-ха... – Оставить на столе? — Ага, потом принесу посуду.***
Повезло с погодой. До Калм Белта ничего слишком экстремального с нами не случилось, и никому не понадобилось срочно искать таинственного новоназначенного начальника. А мне вот понравилось болтаться с нештабскими моряками! Ребята весёлые, дружные, видно, что давно вместе служат, уже притерпелись. Не мерзкие, не подлизы, не проплаченные. И историй у них навалом. Одни плюсы! С командной конструкцией, конечно, недоразумение вышло... Но да ладно. Судя по всему, команда решила, что я какой-то личный помощник их незадачливого командира... Так сказать, «Адъютант». Всё-таки плащ имеет решающее значение. Уж простите, морячки, но я не надену это без веской причины, а если и надену, то только после того, как внесу некоторые... поправки. Времени переправы через Калм Белт должно хватить.***
Баккара по долгу службы обходил палубу. Нагрузив тело рутинной работой, он наконец-то остался один на один со своими мыслями. Совсем недавно его повысили до младшего лейтенанта и назначили под командование этого недавно появившегося изнеоткуда таинственного лейтенанта Ригель, которого никто ещё не видел, несмотря на то, что он был на корабле – еда елась, а приказы отдавались команде через какую-то девочку, то-ли подручного, то-ли адъютанта, чьего имени, кстати, тоже никто не знал... Зато ела она – будь здоров! И куда только влезало всё? — Что ты делаешь? – спросил Баккара, чуть не споткнувшись в предрассветном полумраке об этого самого Адъютанта. – До утренней смены ещё почти час. — Хм? – подросток, до этого возившийся с иголкой, ниткой и офицерским плащом, обернулся, нисколько не смущённый откровенно ужасным освещением. — Что ты делаешь? – на всякий случай повторил офицер, разглядев на плаще лейтенантские эполеты. – Для этого есть же прачечная. Или краска, если совсем всё плохо. — О. Точно, – она посмотрел на ткань в руках и пожала плечами. – Но я уже закончила. — Э? Девушка накинула плащ на плечи и развернулась. — Ну как? На спине вместо стандартных иероглифов «Правосудие» были вышиты новые:«Справедливость».
— Кто это такой остроумный тебя вышивать отправил? – Баккара оглядел результат, отметил, что, судя по ширине плеч плаща, начальничек не больно-то складный. – Уж не наш ли загадочный лейтенант? — Мм, можно и так сказать.***
Солнце ещё не показалось, но тёмное небо над нами побелело в ожидании светила. Я потянулась и в качестве разминки пробежалась по фальшборту. Солдат на марсе дремал. Тогда я забралась на крышу и перешла к более серьёзным упражнениям. Природа природой, а растяжку по утрам не делать – грех. По крайней мере, если хочешь оставаться в форме, или не слишком сильно уступать по гибкости одной придурковатой резиновой обезьяне. Ещё раз сравнив оттенок бледно-розовых полос и прожилок на свисающих передо мной ступнях с цветом предрассветного неба, я опустила пальцы ног до досок крыши, мягко оттолкнулась и перекатилась в вертикальное положение. Теперь в душ, но по дороге можно ещё попрактиковаться... сегодня с картами, да.***
Первой остановкой на пути был остров прямо на самой границе с Поясом Спокойстаия, в названии которого было слишком много сочетаний букв К и Ч, чтобы запомнить и тем более выговорить. Хотя встречающие нас солдаты как-то справились. Опыт, наверное. Экскурсия по базе была скучной, и ничего нового мы там не увидели. Всё-таки, приплыли из Штаба, а тут просто остановка на окраине. По единственному «пиратскому» маршруту до Обратной горы ещё вон сколько недель пути, а так близко к Калм Белту никому держаться надобности нет. Спокойствие, тишина. Больше склады, чем база. Казалось бы, мечта... Но какие-то они все дёрганые. И мои тоже дёрганые стали, некоторые только. Зараза, что-ли, какая?..***
Баккара пребывал в глубоком замешательстве. По всем правилам присутствие лейтенанта с ними было обязательным. Но его не было. Обязанности старшего офицера, как повелось, выполняла их Адъютант, зачем-то таскающая под мышкой лейтенантский плащ, так жутко скомканый, что, пожалуй, если бы не эполеты, он сам бы и не признал. — Где начальник-то? – спросил Баккара интенданта. Старик только посмеялся и с довольным выражением лица поплёлся руководить погрузками. Мужчина почувствовал, что он очень сильно здесь чего-то недопонимает. Вопрос разрешился, когда солдат привёл их в кабинет местного капитана. Как только доложили об их прибытии, дверь распахнулась. Споря и переругиваясь, вышли низенький, загорелый докрасна младший матрос лет тридцати и старшина, сильно помоложе. Увидев Адъютанта, двое немедленно вытянулись по стойке смирно. Тот, что повыше, с перебинтованной шеей, почему-то жутко побледнел. — Ты-! – начал было он, выпучив глаза, но был перебит с равнодушием человека, которому что говоришь ты, что не говоришь – всё по боку. — Ты кто? – Адъютант засунула палец в ухо. – Лицо знакомое. Солдат, который изначально привёл их сюда, поманил из-за двери, и Баккара отвлёкся на него. Старший младший матрос и молодой старшина исчезли. Следивший за перепалкой капитан добродушно усмехнулся. — Наслышан о вас от ваших же бывших товарищей-кадетов, лейтенант Ригель. Адъютант незаинтересованно пожала плечами, как бы говоря: «Что я могу на это ответить?» Баккара мысленно затянулся сигарой и лаконично подумал: «Блять».***
Оказывается, откровения о том, что тощая девочка на побегушках и твой начальник – это одно и то же лицо, достаточно, чтобы на короткое время вызвать перезагрузку системы у приблизительно половины команды. Кто знал?***
Пробыли на базе меньше дня. По сути, просто поспали. Отплытие выдалось суматошным. Интендант и горстка других просвящённых провожали ошарашенных моряков с ласковыми ухмылками победителей. Адъютант, – лейтенант Ригель, – только развела руками, мол, так вышло. И подозрительно прищурилась в сторону интенданта, который сделал вид, что не заметил, и продолжил шпынять носильщиков. Баккара же заимел сомнительное удовольствие с безопасного расстояния наблюдать за продолжением диалога их крошечного лейтенанта и симпатичного молодого старшины, который последние несколько часов очень решительно маячил в её поле зрения. — Так, ты, чьих, в итоге, будешь-то? Солдат заметно сдулся. — Ещё издеваетесь, офицер? Адъютант сделала задумчивое лицо, сложила руки и медленно обошла старшину вокруг, внимательно разглядывая. Наконец, её осенило: — А! С КорБы что-ли? — ...ну, вы, лейтенант, кадр, – он нервно рассмеялся. – Я думал, умру, а она не помнит даже. Девушка махнула рукой. — Ты что, думал, особенный такой? Покусанный? – сказала она, не подозревя, что только что обеспечила старшину прозвищем на всю оставшуюся жизнь. — Почти надеялся, – вздохнул он и, повеселев, отдал честь. – Ну, удачной охоты, лейтенант! До встречи!***
Припасов немного не хватило до следующей запланированой остановки. На базе что-то напутали или недорассчитали, а может и не они виноваты – несколько раз их линкор чуть не перевернул непонятно откуда взявшийся в одном из Синих шторм уровня, близкого к Гранд Лайн. Даже удивительно, что экипаж не понёс потерь. От маршрута отклонились они знатно... Пришлось сделать экстренную остановку на ближайшем острове. Что неудивительно для Саут-Блю – это были необитаемые джунгли. Матросы и несколько младших офицеров впали в уныние, полностью уверенные, что до ближайшего населённого людьми острова питаться им одними кокосами да бананами. Более опытная часть команды, в числе которых был и Баккара, слыша их причитания, посмеивалась и расчехляла самодовольные удочки. Сидящая на одной из пушек лейтенант Ригель выглядела воодушевлённой. После случившегося большая часть команды так и не смогла отучить себя называть её иначе, чем «Адъютант». Благодаря шторму прозвище только закрепилось и даже пустило корни: считающие себя особенно остроумными при случае спрашивали о том, какие приказы сегодня передаёт команде их командир. Адъютант-лейтенант на эти шуточки только пожимала плечами, мол, пока все работают, незачем суету наводить. Хотя нашлись и те, кто слёзно умолял избавить их от позора и просил перевода. Таких было всего пара чаловек, но их тоже похлопали по плечу и пообещали, что на следующей же базе сделают всё, что смогут. Корабль встал на якорь, несколько шлюпок тут же были спущены на воду. Адъютант сидела на носовой части одной из них со своей любимой трубкой на плече и по какой-то причине без обуви. После высадки на остров довольно быстро выяснилось, что их лейтенант по части выживания в джунглях была опытнее даже некоторых старших офицеров. Источник пресной воды был найден ещё до прихода второй шлюпки, а через час перепачканная грязью босоногая девушка появилась в лагере с полудюжиной зрелых фруктов и с подробными указаниями, где их искать, какие лучшие срезать и чего стоит избегать по пути. За полдня солдаты успели заполнить столько пустых бочек, что старый интендант начал ворчать на них, будто им такими темпами провизии и до Штаба доплыть хватит, а на острове после отплытия хоть шаром покати. Матросы посмеивались. Вечером над озером, вокруг которого был разбит временный лагерь, поднялось целое облако мошки. Солдаты стали собираться. Наблюдая за перетаскивающими вещи подчинёнными, лейтенант одолжила у одного из поворят сковороду и под озадаченные взгляды солдат стала размахивать ей из стороны в сторону прямо посреди тучи насекомых. — Что вы делаете? – с любопытством спросил матрос, когда Адъютант стала соскребать противную массу прибитых мошек со стенок сковороды. Лейтенант с совершенно плоским, ничего не выражающим взглядом ответила: — Белковые котлеты из комаров по забытым рецептам старейшин древних матриархальных племён Вест-Блю. И с ровным лицом опустила сковородку на лениво догорающие угли. Опасаясь на самом деле получить ответы, все единодушно решили не спрашивать ничего.***
— Слушай, Почта, хочешь фокус? Чайка подарила мне птичий эквивалент взгляда дохлой рыбы. Да ладно, не настолько же я жалко выгляжу? Ну да, грязь и глину с одежды ещё отмыть надо, надеть чистое что-нибудь... Но не настолько же плохо всё? — Эй, Почта-а-а, – я так просто не сдамся, – меня команда с прошлого острова шугается почему-то, совсем публики нет, хочешь? Спросила и сделала вид, что достаю из воздуха сочные дольки нектарина. Птица восторженно зачирикала, приняла подношение и послушно захлопала крыльями, когда я на её глазах заставила монетку исчезнуть, чтобы тут же появить из-под форменной фуражки Ньюс Ку и достать якобы из неоткуда ещё две такого же номинала. Как бы сильно чайки не ассоциировались с Дозором, за газеты всё равно из своего кармана платим. Морган – скряга. С макулатурой новостного назначения, естественно, были и новые листовки с наградами. Примечательного никого не было, но и мы не на Гранд Лайн. Просто местные какие-то знаменитости.— Баккара, ты газеты читаешь?
— Бл- Лейтенант! Вы там что делали?!
— На, почитай.
— ...и ушла, как ни в чём не бывало.
***
Я не прям верю в судьбу и совпадения, но флаг, развевающийся над медленно приближающемуся к нам по левому борту пиратским галлеоном очень точно соответствует описанию из утренней газеты.
