Хуже некуда

      С чего же будет правильнее начать… Наверное, прежде всего с того, что Минхо не тупой. Определённо не тупой, а очень даже смышлёный и расчётливый. Просто этого не показывает. Но ещё важным уточнением будет отметить, что он не псих. Нет. Не псих. Просто порой чересчур расчётливый. Как тогда, во вторую их встречу, когда Ли складывал одежду Хана на тумбочку, пока тот кутался в одеялах. Глупо же и наивно будет предполагать, что он не заметил пакетик с белым порошком во внутреннем кармане куртки парня. И то, что он сам сообразил, как этот пакетик может быть связан с амбалами, преследовавшими Джисона и откуда-то знавшими номер его квартиры. Сам вывел его на этот разговор во время игры и заставил сознаться. А потом ещё позаботился о так называемых 《необходимых мерах》, на случай пропажи Хана с радаров. Поставил на его телефон скрытое приложение по типу тех, что ставят мамочки своим детям, дабы следить за их местонахождением и прослушивать.       Да, это может быть не совсем нормально для обычного влюблённого человека, но Минхо уверял себя, что именно благодаря подобным маленьким ловушкам сможет уберечь Джисона от любой проблемы и помочь ему. Этот парень ведь очень проблемный. То деньги задолжает, то изобьют его, то сам кого отмудохает. Да и потом, не будет же Ли пользоваться этими 《мерами》 постоянно. Он же не сталкер и не одержимый какой-то. Просто немного гиперопекает. И абсолютно точно понимает, что у каждого должно быть своё личное пространство, собственная жизнь. Только в необходимых ситуациях он прибегнет к своим ловушкам.       Но вот совсем недавно Минхо чуть не сорвался, когда Хан ушёл встретиться со своим знакомым… и это что-то да значило. И Ли это пугало. Очень пугало. Он постепенно переставал считать себя нормальным. А ещё больше его беспокоила новая «старая» работа Джисона. Танцор в стрип-баре. Почему не официант или уборщик? Разносчик почты или доставщик еды? Почему именно танцор в стрип-баре?!       Да, он говорил, что любит танцевать с детства.       Да, это его личная жизнь, и не Минхо туда лезть.       Да, он сказал, что с платными интим-услугами покончено.       Но, чёрт возьми, как же раздражает. Что, Хан, приключений тебе на задницу мало? Не хватает, скучно, да? Осточертело трахаться с Ли, нужна какая-то изюминка?       … Почему ты такой? Почему не можешь спокойно жить, никуда не встревая? Почему меня тебе вечно недостаточно? Я же так стараюсь… всё же так хорошо было… зачем вообще тебе нужна была эта чёртова работа, если моих денег с зарплаты хватает, чтобы нам двоим жилось спокойно…

***

      Копия ключа была готова где-то через неделю после того, как Хан впервые попросил об этом Ли. Он не мог сдержать своего счастья, когда вертел дубликат в руках. Минхо же только косо глянул на него из кухни и снова принялся за готовку.       Конечно, Джисон не мог этого не заметить. То, что Ли не нравилось. Ни перспектива того, что Хан вообще теперь будет иметь возможность выходить из его квартиры, ни тот факт, что на своей новообретённой работе он будет вертеться на шесте и выставлять свои прелести всем на показ. Джисон ведь тоже весьма не глуп, и ещё на моменте с предложением Минхо пожить пока у него сразу прочухал, в чём заключался его план. Ли хочет взаимности. Отношений. Официальных отношений. А Хан — нет.       По началу он думал так: «да с кем угодно, но только не с этим психом». Но потом Минхо заботливо продемонстрировал ему, как сильно он изменился за два года, и Джисон немного расслабился. Но всё ещё стоял на своём. Он не влюбчивый. Он сам по себе и всегда так было. Возможно, иногда может казаться, что он нуждается в ком-то. В чьих-то объятьях, ласке и тепле. Но, как же больно потом становится человеку, так решившему, ведь, насытившись всем этим, Хан обычно просто исчезает.       Джисон не любит сложностей. И конфликтов по поводу чувств. Он никому и ничего не должен за хорошее к нему отношение. Если только благодарность. И он умеет и знает, как благодарить.       Ему казалось, с Ли всё будет не сложно. Не было же условия, связанного с любовью в их сделке? Нет, только временное проживание и взамен секс, и то, если только Хан сам захочет. Первые разы было даже весело. Ли многое умеет в сексуальном плане и достоинством не обделён. Джисону нравились прикосновения, поглаживания и поцелуи. Все они казались сахарными и хрупкими. Словно снежинки, таявшие на тёплых ладонях. А потом стало как-то некомфортно. Потому получалось так. Интимная жизнь не пропала, просто Хан не всегда хотел, но часто притворялся. Чтобы успокоить Минхо. Насчёт работы, например. Ведь, опять же, Джисон не любит конфликтных ситуаций. А таковых становится всё больше в этой квартире. Хан чувствует напряжение между ними. В глазах Ли, в его сжатых порою в кулак ладошках, в его напряжённом дыхании, тяжелых шагах. Чтобы это хоть ненадолго прекратилось, приходится вводить в дело прелюдии и интим. После секса, минета или легкой дрочки обычно глыба шероховатого льда Ли Минхо начинает таять. И тогда, говори ему всё что хочешь, он будет воспринимать это куда спокойнее. Правда эффект у такого препарата недолгий. Чёрт, да он как пациент, ищущий успокоение в своих лекарствах, или наркоман, нуждающийся в дозе. Хану надоедает быть дилером и товаром.       Но вот у него сейчас в руках копия ключа от квартиры, в кармане телефон с сотовой связью, а в барсетке, что одолжил Ли, несколько долларовых купюр (что тоже он одолжил). Джисон идёт на встречу с одним своим хеном, а после на работу, которая с сегодняшнего дня только начинается. Он радуется, что хоть немного сможет развеяться, размять суставы и мышцы.       По пути к месту встречи ему приходит в голову забавная мысль. Надо будет как-нибудь прийти в бордель вместе с Минхо за ручку и посмотреть на реакцию персонала. Особенно Нуны. Два года назад она активно участвовала в произошедших событиях. Ведь именно она оттаскивала Хана от полумёртвого Ли. Она вызвала скорую и она же убедила приехавших на вызов мед-работников не вызывать полицию. А тут, представьте себе, через два года в тот же бордель, держась за руки и мило воркуя, входят эти двое. Интересно, какое у неё будет лицо? Наверное, она взбесится… черт, будет не очень прикольно, если так произойдёт. Ну ничего, Джисон успокоит её.       Ретро-кафе «Винтаж» уже виднеется за углом. Дойдя до места назначения, парень достаёт телефон и проверяет время. На 3 минуты запоздал. Но да и это ничего. Хёнджин простит. Всегда прощает.       — Давно не виделись! — улыбается Хан, отстегивая и закидывая барсетку на диванчик. После слету приземляется на него сам. Темноволосый парень в чёрной кепке и солнцезащитных очках недовольно косится на него и театрально вздыхает. — Как поживаешь, бука? — продолжает скалить улыбку Джисон.       — Перед тем, как разыгрывать тут сцены, ты лучше сразу скажи, будешь продолжать на меня работать или я сейчас впустую трачу время на встречу с тобой? — Хван скрещивает руки на груди и с долей презрения рассматривает приятеля. Хан обиженно гнёт губки и наигранно фыркает.       — За кого ты меня принимаешь, Хен? Давай сюда всё, что есть, сегодня же откопаю тебе штук пять жирных толстосумов!       Хёнджин одобрительно кивает и удовлетворённо улыбается.       — Новая партия придёт послезавтра, — наклоняясь ближе к Джисону еле слышно шепчет он, — сегодня я отдаю оставшееся, только попробуй проебать! — под столом протягивает ему хорошо замотанную упаковку товара в черном пакете и не сильно бьёт ногой по голени парня. Хан подпрыгивает, шикает недовольно, но товар принимает. Аккуратно запихивает в барсетку, стараясь не издавать лишних звуков и поглядывая на камеры. Столик, где сидят парни — их излюбленное место, находится в слепой зоне, обзор камеры до неё не дотягивает. И все же Джисон предельно осторожничает.       — Я буду продавать с наценкой, — предупреждает он Хвана тем же шёпотом. — Так что когда перекину клиентов на тебя, в твоих же интересах возвращать мне мои проценты. Мы договорились, Джинни?       Хван закатил глаза в лёгком раздражении, но потом лениво кивнул. — Посмотрим сначала, как ты эту порцию распродашь. Но, в целом, договорились. — он откидывается обратно на спинку диванчика и произносит уже нормальным голосом, — Что, как жизнь у тебя, парень? Давно не виделись!       Хан тоже поудобней устраивается на своём месте и с довольным видом потягивается.       — Пока ничего, с коллекторами вот недавно разобрался, с чужой помощью, правда…       — Нашёл себе кого? Богатого папика? — щурится Хёнджин.       Джисон ухмыляется и качает головой. — Помнишь, я давно ещё рассказывал про одного психа, что меня изнасиловал на работе? Так вот, он, похоже, ещё больше сбрендил!       Хван в удивлении качнул головой.       — Что с ним?       — Он заплатил коллекторам всю сумму, прикинь? Сказал, что это он так извиняется за насилие. А ещё у нас теперь сделка. Я живу у него, а за это, он меня трахает.       Хёнджин изумлённо вытянул шею и несколько раз проморгался.       — Ты ему нравишься? Ох, чёрт…       — Ага, — поддержал его Хан морща носик, — но он, похоже, пока не собирается сдаваться. Не знаю, как ему намекнуть…       — Ля, соболезную ему, — вздыхает Хван, и вроде как хочет ещё что-то сказать, но Джисон перебивает его, громко смеясь.       — Уж тебе ли не знать это чувство, а, Джинни? Сколько ты за мной бегал? Год? Полтора? — дразня пинает парня под столом.              — Скотина ты, Ханни! — скалится в нисколь не дружелюбной улыбке Хёнджин, берёт со стола кружку и отпивает немного своего айс-американо. В этот момент к их столику подходит официантка.       — Добро пожаловать! — искренне и широко улыбается Джисону. Хан кивает в ответ, — Что-то хотите заказать?       — Просто воды, спасибо! — ласково отвечает он и провожает девушку взглядом.       — Не думаю, что смогу долго просидеть на шее у того парня, — не поворачиваясь, тихо признаётся Джисон, — Иначе сделаю только хуже и больнее, так что, — наконец переводит взгляд на Хвана, после чего тупит глаза в пол. С ноткой грусти в голосе произносит, — нужно мне искать ещё кого-то. Кого-то, кто обо мне позаботится.       Хёнджин ловит его мысль.       — Не-е-ет! Нет, нет, нет! Ни за что! Даже не думай подлизываться, я на тебя больше не поведусь! Хватит с меня. — а Хан снова смеётся звонко и заливисто.       — Ну как знаешь! Не соскучился ещё по мне?       — Ищи себе другого дурака! — фыркает Хван и отводит недовольный взгляд к окну. — Что ещё нового? — чуть погодя спрашивает он.       — Приходи в бордель на Мэйпл авеню, узнаешь! — кусает губы Джисон.       — Что, снова там работаешь? — Хёнджин раскусывает его на раз-два. — Господи, — жалобно вздыхает, — дай бог сил твоей несчастной Нуне!       — Точно, они-то ей пригодятся. — кивает Хан, поглядывая на часы, — к слову о работе, мне пора бы на неё бежать! Ещё свидимся, любимый! — снова переходит на шёпот, — Пиши, когда новую партию привезут! — встаёт с места и беглым шагом удаляется, на входе столкнувшись с официанткой, что именно ему и несла воду в тот момент. Хван лишь уныло смотрит тому вслед, попивая свой американо.       Как этот придурок всё ещё умудряется быть таким обаятельным и манящим, чёрт побери…?