Тварь у порога

Себастьян тонул. Его не спасало даже неплохое умение плавать. Он барахтался в воде, пытаясь отдышаться, отплеваться и сопротивляться. Хотя, последнее становилось уже невозможным. Мертвые руки цеплялись за его одежду, тянули вниз, на самое дно. Его конечности слабели все больше. Особенно левая рука, которую утягивали под воду кольца. Они будто весили тонну, были неподъемными и, казалось, помогали тем, кто пытался утащить его. Но снять и выбросить их отрицалось даже мало соображающим и паникующим разумом - они были тем, что осталось от Бэна. Парень с ужасом ощущал, что мышцы дрожали от усилий и натуга, предавая стремление тела выжить любой ценой. Он уже наглотался воды, но смог как-то вынырнуть, и во рту ощущался противный вкус водорослей. Силы иссякали, а сам он с каждой секундой все отчетливее признавал, что вот-вот встретит свою смерть. У него оставалось все меньше времени и он умрет таким молодым. От этой мысли становилось еще тягостнее. Ему было так страшно, особенно умирать в одиночестве, страх топил его не хуже воды, до боли кусал сердце и сбивал дыхание. Он безнадежно прощался с жизнью, пытаясь насмотреться на бледно светящее солнце и надышаться воздухом - вряд ли на том свете его ждет что-то подобное, а также райские кущи и радость, разделенная с близкими. С отцом, который покинул его слишком рано. С матерью, умершей при родах. С Бэном, если тот все же обрел мир где-то за гранью и не переселился в Мора. Даже доносящийся звук летящего вертолета, который наверняка прибыл для его спасения, не внушал надежды - тот просто не успеет к нему. Себастьян собрал силы и осмотрелся, находясь в полном замешательстве. Никого и ничего вокруг, лишь утопленники под водой. Никто не спешил на помощь, откуда доносится этот грохот? Звук не утихал, смущая и путая, и какие-то особенно цепкие пальцы дернули его вниз. Себастьян успел вздрогнуть, судорожно вдохнуть побольше воздуха, прежде чем над головой сомкнулась вода. Свет постепенно размывался, тускнел по мере того, как его стремительно уносили вниз, во тьму, а легкие начинали гореть. Он зажмурился перед неминуемым концом. И сделал последний вдох, наполняя легкие водой. И выдох. Он вдруг понял, что в этом было что-то неправильное. Разве можно дышать под водой? Он ведь не рыба. Либо он уже умер, либо...он распахнул глаза, моргнул и уперся взглядом во что-то серое. Не черное. Будто он просматривал слайд-шоу, где резко сменился кадр. Звук все не утихал, раздражая барабанные перепонки. Себастьян вновь судорожно вдохнул, облегченно убедившись в том, что он уже не под водой. На суше. Он осмотрелся, припомнив прошлые события и узнав место. Он находился в трейлере, который станет ему темницей. Тюрьмой. Железной коробкой. На всю оставшуюся жизнь. Или сколько ему уготовили гости с другого конца вселенной. Ровное дыхание окончательно убедило его в том, что это был лишь сон. Кошмар, но такой реалистичный. Хотя, реальность была не в пример хуже смерти. Или лучше, смотря как относиться к этому и с какой стороны смотреть. Но на рассмотрение под разными углами требовались силы и трезвость ума, которые отсутствовали в данный момент. Страх утопления постепенно стихал. Обреченность разгоралась в душе все ярче по мере того, как он осознавал, что его нашпиговали мелкими инопланетными частями, как рождественскую индейку - яблоками. Его заразили, лишив всякой возможности вернуться к людям. Мор и здесь лгал, предлагая ему уйти. Его обрекли на одиночество или сомнительную компанию с Мором плюс один, чтоб тому пусто стало. Приняв сидячее положение, парень потер ладонь, которая уже не болела. Он внимательно присмотрелся к ткани и ничуть не удивился. Не отличить от того, что было раньше. Идеальная копия. Хотя... Пришельцы научились каким-то образом обманывать тест людей на выявление свой-чужой (когда к капле крови подносили горящую зажигалку и та спасалась бегством). Джек его с успехом прошел, когда вторгся в их лагерь. Что уж говорить о внешности - все детали были учтены. И даже усовершенствованы. ( Парень мог поклясться, что его ладонь была шершавой, а теперь нет) Себастьян провел рукой по груди, прислушавшись к ощущениям. Ровное биение сердца без сбоев порадовало, но с оговоркой - ровное, пока он не рыпается. Все может измениться в долю секунды. Неизменным было то же жужжание - дребезжание вокруг, которое смутило и спутало его даже во сне. Звук, который он принял за шум вертолета, оказался работающим двигателем; трейлер был снова на ходу. Или...он кинул взгляд на живот - урчанием пустого желудка, который был не менее громок. Парень чувствовал, что живот прилип к позвоночнику и он съел бы слона. Себастьян встал, постоял с минуту под гнетом легкого головокружения, и направился к холодильнику. К его счастью, в него заложили новые продукты, а старые выкинули. С легкой руки Мора. На него с полки особенно пристально смотрел банан и Себастьян ответил ему взаимностью. Это была любовь с первого взгляда. Даже не заметил, как очистил, жевал - не жевал, быстро проглотил. Тепло от перекуса тут же разлилось по венам и вселило в него крохи эндорфиновой радости. Мир перестал казаться темным убийственным местом. Сытость разбавила его серыми тонами, когда не все так плохо, как кажется. Как там сказал Мор? Если присмотреться внимательно? Да. Что бы ни говорили, еда приносила радость. Себастьян, прихватив с собой бутылку воды и по пути сделав несколько глотков, вышел из трейлера. Занавески на окнах были закрыты, создавая таинственный полумрак, и свет от солнца, проглядывающего через серые облака-дымку, поначалу ослепил его. Глаза заболели и он прикрыл их ладонью, чтобы привыкнуть и унять резь. Подувший ветер взъерошил волосы, даря чувство свежести и бодрости. Он подставил лицо, ощущая прохладу, и повел носом. Приятно пахло травой и лесом. Одежда перестала казаться волглой и прилипшей. И, о черт, он только сейчас почувствовал, что его переодели в чистое. Себастьян старался не думать на эту тему. Лучше не надо. Когда он открыл глаза, то первым, что появилось в поле зрения, была припаркованная неподалеку машина, серый невзрачный хэчбэк лохматых годов, через прозрачное стекло которого виднелись пластиковые канистры с желтой жидкостью. Он узнал её. Бензин. Или керосин, он мало смыслил в горючем, но это имело малое значение - оно могло гореть. Мысли зашевелились в голове с поразительной скоростью, рождая грандиозный план, для осуществления которого не хватало лишь зажигалки. Или небольшой искры. Он мог бы уничтожить Мора. И Джека. Он настолько втянулся в планирование и обдумывание открывшихся взрывных перспектив, что окрик сзади заставил его подпрыгнуть и быстро повернуться. Из руки от неожиданности выпала бутылка и откатилась в сторону стоящих. За спиной обнаружились, конечно же, Мор и Джек, которые наверняка заметили интерес парня к машине. Джек усмехнулся, нагнулся и поднял упавший предмет, с дружественным выражением лица протянув его парню. Себастьян облизал губы и потянулся рукой, чтобы забрать воду. Вопрос о том, почему тот вдруг стал таким дружелюбно-милым, отпал сам собой, когда Джек резко отдернул руку. Как по-детски. Губы Себастьяна искривились, а сам он недовольно фыркнул, пронзая пришельца гневным взглядом. Вот говнище. -Привет, Себастьян, - как ни в чем не бывало поздоровался Мор, будто не на его глазах развернулась эта мерзкая по сути сцена, заставившая Себастьяна ненавидеть Джека еще больше. Парень перевел на мужчину взгляд и понуро кивнул. - У тебя что-то болит? Немного растерявшись, парень отрицательно помотал головой. Озабоченность здоровьем не вызвала у него никаких подозрений. Или особой радости. Бэн часто задавал подобные вопросы. И Мор также поинтересовался. В груди что-то кольнуло. -Славно. В трейлере работает душ, если ты заинтересован... Парень, бросив напоследок неприязненный взгляд на Джека, который демонстративно отсалютовал бутылкой ото лба, поспешил покинуть их общество. В чистоте он находил особый интерес, особенно при ее отсутствии...довольно длительное время. Когда он вышел из кабинки, приняв горячий душ, на постели его ждал сюрприз - Мор, а на выходе из трейлера стоял Джек. Все мышцы разом сковало, а легкость от водных процедур мгновенно улетучилась. Он нервно поправил полотенце, обмотанное вокруг бедер. -Что? - спросил Себастьян. Нехорошее подозрение зародилось в сердце, заставив его не на шутку занервничать. -Я скучал, - произнес Мор, поднявшись на ноги. Себастьян не мог ответить тем же и отступил на шаг назад, замер, решая, не улизнуть ли обратно под хрупкую защиту стекла. Наверно, не стоило - щупальце все равно пробьет его, вытащит и заодно лишит удовольствия мыться. Мор остановился в трех шагах от него. -Ты обещал, - напомнил парень, поняв, зачем пришельцы собрались в трейлере и перекрыли пути отхода. Его, грубо говоря, отмыли. И намеревались пустить в дело. -Я держу обещание. Подойди ко мне, - настойчиво произнес Мор, сощурив глаза. Себастьян мог поспорить с этим. Держать слово пришелец ни хрена не умел. -А если нет? - Себастьян тянул время и усиленно прикидывал, сможет ли он быстро выскочить в окно. Почему-то это казалось достаточным для побега. Добраться до окна. Хотя, понятие "быстро" было весьма относительным на Земле, а в случае с пришельцами вполне определенным и явно недостаточным. Его успеют поймать и перед окном, и за ним. И тогда тон Мора изменится на противоположный, а руки заменятся щупальцами, которые... -Себастья-я-я-н, - вырвал его из мыслей Мор, протянув руку. Себастьян прикинул перспективы и шагнул вперед, вяло вложил руку, не имея иного выбора. Его дернули к себе и он впечатался в тело, показавшееся ему стальным. Пришелец даже не двинулся с места. Пока парень приходил в себя, моргал, Мор взял его лицо в чашу рук, заставив посмотреть на себя. -Я скучал, - повторил Мор, но Себастьян предпочел молчать. Что ему сказать, если в мыслях пустота, а сам он оцепенел от страха? Солгать? И вообще какой реакции от него ждут? Крепких объятий? Он лишь продолжил смотреть второму в глаза, постепенно узнавая Бэна. Тот же проникновенный взгляд. Тот же изгиб губ, густые брови, длинные ресницы, бросающие тени на веки, как у девчонки. Себастьян раньше не задумывался над одной вещью - его друг был красив. Но не так, как бывает, когда человек влюблен и не видит никаких недостатков в объекте страсти. Нет. Бэн был объективно красив. Очень. И обращал на себя внимание обоих полов. Он мог получить любого. Или любую. Грусть прокралась в мысли, а глаза опустились на кольца. Бэн почему-то предпочел его, Себастьяна. Память тем временем подкинула слова, которые произнес Мор. Не все. Часть смазалась из-за боли. Но эти четыре запомнились. "Я и есть Бэн". Себастьян согласился с физической составляющей. Копия похожа. За исключением одной детали. Руки сами по себе поднялись и приземлились на некогда надежных человеческих плечах. Себастьян всегда находил особое удовольствие класть на них голову по поводу и без. Но не сейчас. Правая по памяти скользнула выше и зарылась в волосы, пропустив локоны через пальцы. -Все так, как ты помнишь? - взгляд не отпускал его, а слова сливались в очаровывающее мурлыканье. -Почти, - признался Себастьян, потянув за идеальную прядку. - Из-за нервов в последнее время у Бэна начались проблемы с волосами. Они стали выпадать, редеть, потускнели. Но откуда тебе знать об этом, если я ему не говорил, а сам он не особо зацикливался на этом. Себастьян приблизил лицо почти вплотную, преодолевая желание бежать без оглядки от неоднозначного существа напротив. Кто стоял перед ним? Пришелец? Или частично Бэн? И как ему определить это? По каким признакам? -Я скучал, - шепнул он в губы мужчине. Он лгал и не лгал одновременно. - Дашь мне минуту? Мор кивнул и парень почти бегом скрылся в кабинке. -Ты ему веришь? - пошевелился и подал голос Джек. - Что-то он подозрительно мил. -Ни капли, - отрезал Мор, наученный горьким опытом их первой встречи. Он повернулся к части, почесав нос. - В душевой есть окна? Химические средства? Тяжелые предметы? Колющие, режущие? -Неа, - лениво отозвался Джек, улыбнувшись каким-то своим мыслям. - Я все убрал. Оставил только шампунь и мыло, а ими особо не повоюешь. Встроена вентиляция, но там места мало. Не пролезть. Себастьян особо не спешил возвращаться. Мор уже начал нервничать, мелко постукивая по полу ногой, когда вдруг подумал, что тот захлебнулся, самоубившись. Когда послышался шум открывающейся двери, они на пару с Бэном облегченно выдохнули. И снова нетерпеливо застучали ногой. Мало того, что Себастьян вышел через "минуту", растянувшуюся в десять, так еще ковылял крайне медленно, с особой тщательностью прикрыл дверь, постоял, подумал, сделал медленный шаг и так далее. Неторопливость раздражала, и Мор, чтобы отвлечься, успел осмотреть его с ног до головы, особенно задержался на руках и месте, прикрытом полотенцем. Себастьян недоуменно проследил за чужим взглядом, явно не понимая причины столь пристального внимания. Или понял, однако смутился из-за повышенного интереса к полотенцу. Мор подошел и сорвал полотенце под недовольный возглас парня. Палец лег на губы возмущенного Себастьяна. -Тихо, - шикнул на него Мор, а затем раскрыл сжатые кулаки парня. Явно не обнаружив ничего опасного и не теряя времени, он накрыл губами губы парня. Себастьян прикрыл глаза и вцепился руками в плечи мужчины, не намереваясь облегчать тому задачу и отвечать на поцелуй. Пришелец, не прекращая целовать, начал подталкивать его к постели, шаг за шагом, пока они не оказались у изножья. Тогда он оторвался от губ и мягко толкнул парня в грудь. Себастьяна качнуло. Тягучее недовольство и протест исказили черты его лица, но были быстро подавлены более значимым - рациональным опасением. Тем, что случится, начни он сопротивляться, а если его покалечат при этом, то ему станет намного хуже, чем сейчас. Парень послушно присел. -У меня есть условие, - заметил Мор, присаживаясь рядом. Парень напрягся еще больше, но слегка расслабился, когда из кармана пришелец достал черную тряпку и показал ее, развернув. - Ты не будешь видеть. Твоя задача - осязать. Себастьян удивленно раскрыл рот, не отрывая глаз от повязки, но передумал перечить и спорить. Какой в этом толк? Кивнул через силу. Осязать-так осязать, что еще ему остается? Чем дольше он сопротивляется, тем дольше продлится...то, что задумал Мор. Себастьян содрогался от мыслей о возможном, однако несмело надеялся на то, что необязательный Мор сдержит слово на этот раз. И больше не причинит никакой боли. Хотя, что-то не прекращало нашептывать на ухо предостережение. Если уж Мор сотворил с ним то самое с открытыми глазами, то что он сделает, завязав их? Ужас медленно парализовывал волю. Глаза накрыла повязка, очень мягкая и не чета тому мешку, который надевал на него Джек. Она погрузила парня во тьму. И отрезала от остального мира, где он когда-то был счастлив. И которого скоро не станет. Теперь же он оказался во власти пришельцев с весьма своеобразными понятиями и желаниями. Пока парень накручивал на себя, просчитывая варианты, его схватили за плечо и повалили на кровать. Он ойкнул, а потом ощутил, как прогнулся матрас рядом. Себастьян понял, что Мор также принял лежачее положение и парень выдохнул. Его хотя бы не придавили сверху. Ведь чтобы засовывать щупальца в разные отверстия, нужно прижать тело, не так ли? Щека ощутила осторожное касание пальцев, вынудившее его повернуть голову. Губы оккупировал рот пришельца. Себастьян никогда не задумывался, как целовался Бэн при жизни. Был ли тот мягок и уступчив с любовниками, или требователен и властен, утверждая за собой право лидерства. В любом случае, уже не узнать. Однозначным было то, что Мор целовался напористо. Также, как захватывал планету. Разрушал границы и сносил любые препятствия, подавляя сопротивление. Язык, длина которого была больше среднестатистического, - наверняка Мор не растерялся и увеличил его, реализуя одну из своих фантазий, - ласкал язык Себастьяна, периодически устремляясь глубоко в горло. Парень давился и кашлял, что, казалось, нравилось и только раззадоривало Мора. Он не отпускал его губы ни на секунду, будто никак не мог насытиться вкусным блюдом. Ощущение чего-то влажного и подвижного на головке члена буквально подбросило парня вверх. Он резко двинул головой, разрывая поцелуй, руками оттолкнул от себя Мора и так быстро подобрал под себя ноги, задев при этом нечто теплое, что сам не заметил, как сгруппировался в комок. Рука уже потянулась, чтобы сорвать повязку, но сильные пальцы перехватили ее на полпути. Знакомое фырканье напротив расставило все по своим местам, отчего волосы поднялись на загривке. -Какого хрена? - просипел Себастьян, судорожно ощупав достоинство свободной рукой. Оно было в порядке, никаких повреждений или болевых ощущений не было, но...влажность на головке говорила о том, что ... Джек...А это был точно Джек, точнее...его рот с языком...а щупальца не были влажными... Мысли отказывались оформляться в связное, путаясь и сбивая с толку. Переносить жестокое обращение, тем более от пришельцев, для которых люди являются своеобразными игрушками - это одно, но вот терпеть что-то настолько личное и интимное, явно требующее доверия и симпатии, это совсем другое. Да и какого хрена? Они что, втроем стали вдруг любовниками? Откуда взялось это? Что они задумали? Ужас разверзся черной дырой в сердце, а руки затряслись. -Ляг и осязай, - прошипели ему почти в ухо, за руку потянув к матрасу. -Ты чего творишь? - тонким от волнения голосом пропищал Себастьян, попытавшись вырвать руку. Рука ощутила свободу, но он подавился, когда горло внезапно перехватили, лишив возможности дышать. Ему стало больно и даже показалось, что шейные позвонки захрустели. Мор явно злился. Не на шутку. И снова нарушил обещание. -Либо с Бэном. Либо со мной, - от тона мурашки поползли по спине. Себастьян ничуть не сомневался в том, каким будет вариант "со мной" - область таза все еще периодически пронзало острой болью. -С Бэном, - быстро выбрал парень, снова свободно вдохнув. Сделав пару вдохов, он осторожно лег и вытянул ноги, пощупав горло. Синяки обеспечены. Судя по прогнувшемуся слева и в районе ног матрасу, Мор вновь лег рядом, а Джек приблизился к паху. Себастьян подавил желание отодвинуться от них подальше, замер на месте и задержал дыхание. Член вновь влажно захватили, заставив Себастьяна крупно вздрогнуть и шумно через нос вобрать воздух в грудь. Рука легла на щеку и скользнула на затылок, притянуть ближе. Мор вновь начал целовать его. Он ощущал с тревогой, как по члену плавно скользили губами вверх, язык приходился по головке, и потом следовало движение вниз. Движения языка во рту странно совпадали с ритмом, который выбрал Джек. Себастьян отрешенно подумал, что те наверняка как-то ментально договорились и его затошнило от стыда. Вроде бы насилие отсутствовало в общепринятом смысле, его не связали по рукам и ногам, даже ласкали и сверху и снизу, боли также почти не причиняли, однако ощущение, что его просто бесчувственно имеют, не отпускало. Его телом пользовались, что переворачивало его мировосприятие с ног на голову - секс случался с ним только тогда, когда оба партнера были хотя бы симпатичны друг другу. А не когда одному из них захотелось пересчитать органы изнутри. Он ощущал себя подопытной белой мышью, над которой ставят опыты и унижают. Мор ставит, поправил он себя, а Джек ему во всем потакает и также является жертвой. Вряд ли тот в здравом уме и при сложившихся неприязненных отношениях стал бы ему ...отсасывать. Будь у Себастьяна выбор, он бы предпочел что угодно, чем это. Даже чертово щупальце в заднице. Ему было с чем сравнивать, ведь когда Мор исследовал его внутренности, попутно разрывая нежные ткани, он не ощущал себя настолько мерзко и терпел боль стойко. Теперь же обостренное чувство неправильности сковало мысли и просто заставляло ожидать, когда же этот ужас закончится. Сказывалось отсутствие половых партнеров. Или поцелуй с Мором так странно подействовал, задев нужные струны, или все вместе. (Вряд ли он был одним из тех латентных извращенцев, которым нравится насилие. ) Тем не менее, Себастьян начал с удивлением и стыдом осознавать, что у него вставало. Его собственный орган предавал его. В паху стало теплеть, концентрируя возбуждение в одном месте. Мышцы живота сковало, они подрагивали. Тело бросило в жар, на лбу выступили капли пота. Себастьян пытался сбить намечающийся стояк, думая о чем-то противном - о слизи, выпавших кишках и прочем, однако его член не слушал доводов рассудка, явно интересуясь происходящим. Хотя Джек, следовало признать, мастерски делал свое дело и в мыслях Себастьяна появилась уверенность, что тот поглотил какую-то представительницу ночных бабочек с огромным опытом в этой сфере и теперь повторял его. Он окончательно уверился в этом, когда пришелец заглотил его член на всю длину, поочередно вобрав и яйца. Он о таком даже не слышал, но ощущения были волнительными. Сногсшибательно. Непередаваемо. Сладко. В любой другой ситуации он бы уже кончил от подобного, однако Джек сбил настрой, согнув его ноги под коленями. И выпустив изо рта член. Дыхание прервалось, напряжение в паху не давало сосредоточиться. Бедра инстинктивно подались кверху, и стон помимо воли сорвался с губ, когда орган вновь захватили губами и повторили финт. Себастьян буквально сходил с ума, едва сдерживаясь, чтобы не начать стонать в голос. Хотя, кажется, какие-то звуки прорывались через стиснутые зубы. Полностью отдаться процессу и кончить мешало осознание, маячившее букашкой где-то на задворках сознания - он сошел с ума, раз лежит и получает удовольствие. Но он плюнул на это, решив, что если он уже пал так низко, то что ему терять? Его дыхание мешалось с жарким дыханием Мора. Или Бэна, которого он любил сильно. Его язык несмело коснулся чужого языка, а потом с упоением влился в глубокий поцелуй, вскипятивший кровь. По венам заструилась лава, возбуждение пульсировало и все больше нагнеталось в паху, а жгучее желание накрыло его с головой. Крышу сносило и через пару секунд из головы выветрились всякие нормы и запреты, что хорошо, что плохо, что верно и неверно. Все стало не важным, когда было так хорошо. В мозгу билось лишь одно - дойти до финала. Руки вскинулись к плечам в попытке притиснуть целующего партнера ближе, пальцы требовательно впились в кожу. Мор улыбнулся, слегка растянул губы и негромко замычал в губы парня. Рука пришельца схватила его правую ладонь, которую кольнуло при контакте, и положила на двигающуюся голову Джека. Поначалу пальцы парня протестующие дернулись, но ладонь сверху надавила, настояла и Себастьян поспешил послушаться. Так было даже еще лучше. Себастьяну нестерпимо хотелось кончить. Ему казалось, если это не случится, он просто умрет. Пальцы требовательно впились в мягкие локоны Джека, бедра неконтролируемо вскинулись. Ему хотелось быстрее и глубже, но он не смел давить на голову. Мор почувствовал это и вовремя снизил напор, начал целовать мягко, даже нежно. Рука пришельца надавила сверху на его руку. Джек послушно взял глубже, сделав глотательное движение. И ускорился. И да. Так было правильно. Гоняющийся за собственным оргазмом, Себастьян едва ли заметил, что Мор тут же оторвался от его губ и вперился в него полубезумным изучающим взглядом. И в этот самый миг, когда рука парня с силой прижала голову Джека, буквально вдавив носом в пах, а член скользнул в узкое горло, его захлестнуло в пучину пронзительного удовольствия. Все тело пронзило судорогой, выгнуло дугой спину, из глаз посыпались искры, и у парня появилось ощущение, будто бы он летит с американских горок вниз. Сердце замерло вместе с дыханием и ухнуло куда-то вниз. Из Себастьяна будто вырвался новогодний фейерверк, лишив его мыслей. Он мог с уверенностью сказать, если бы его спросили, что он умер в момент острого наслаждения. И снова возродился. Как птица Феникс. Напряжение покидало тело постепенно. Эйфория и нега разлились по венам, утяжелив конечности. Дыхание снова пришло в норму и он лениво снял повязку с глаз. На этот раз его не остановили. Шевелиться не было сил. Румянец итак не сходил с лица, а теперь усилился вместе с вернувшимся чувством унижения, когда Джек с довольным видом снял его руку с макушки и выпустил изо рта опавший член, вытер губы и переполз ближе, примостившись от него с другой стороны. Себастьян, сгорающий со стыда, отвернулся от него, наткнувшись на пронзительный взгляд Мора, и растерялся, не зная, на кого из них двоих смотреть. Также было непонятно, что говорить, и кому. Себастьян уставился в потолок, собираясь с мыслями, которые, как назло, в панике разбегались. Неизменным и стабильным осталось чувство вины, которое с радостью заполнило его до краев. -Джек, - вырвалось шепотом из Себастьяна. Он боялся смотреть мужчине в глаза, поэтому уставился на кадык. - Прости, Джек. Себастьян был почти уверен в подневольности Джека. Что бы ни происходило, это должно было случиться между ним, Себастьяном, и Мором. Без третьих лиц. Каким бы Джек ни был, что бы ему ни сделал, подобное было совершенно неприемлемым. (Хоть и приятным) -За что? - нахмурился Джек, а потом его лицо озарило осознание. - А, кажется, понимаю. Чтобы ты знал: все здесь находятся по доброй воле. Он приподнялся, нависнув над растерянным и пристыженным Себастьяном, и бросил взгляд на Мора. -Ну, разве что кроме тебя, - усмехнулся Джек, вновь глазами поймав лицо парня в фокус. Себастьян смущался и хмурился, разглядывая шею пришельца. Он уже пересчитал все имеющиеся там родинки и ничего не понимал. Зачем Мор это сделал, хотя мог бы просто...изнасиловать. Да что угодно сделать. И почему Джек пошел на это по доброй воле, как он выразился. Одни вопросы роились в голове без ответов. -Почему так? - спросил Себастьян, не зная, как иначе сформулировать требуемое. Мысли развезло, как и тело. -Потому что мы не люди, - с досадой ответил Джек, который устало и тяжело вздохнул и уложил голову на согнутый локоть. Наверняка лицо Себастьяна являло собой красочную картину недопонимания и отчаяния, так как пришелец поднял уголок губ в намеке на усмешку, так и не выросшую в полноценную из-за сосредоточенности. Или утомленности. - Мы можем имитировать руки, ноги, цвет глаз, шрамы, кровотечение. Но внутри оболочек остаемся мы. Я не думаю, что мы сможем добиться полноценного полового акта и эякуляции. Как у тебя только что. Это сложный рефлекторный акт, центр которого находится у людей в поясничном отделе спинного мозга. Мы устроены иначе, увы. Радость находим в другом. Себастьян отвернулся от мужчины и в поисках разочарования на лице Мора стер глаза. Тот не был ни капли расстроен данным фактом, даже наоборот. У парня сложилось впечатление, что это Мор кончил только что, а не он сам. Что-то во всем произошедшем сильно понравилось пришельцу и Себастьян задавался вопросом, что именно. Тот явно был не из тех, кто кайфует, просто наблюдая. Ответом на его растерянность явилась улыбка. Удовлетворение и радость, засиявшие лучиками-морщинками в глазах напротив. Себастьян мог смотреть на это вечно - счастливый Бэн затмевал собой солнце. Мысль, полная условностей и допущений, снова всплыла среди менее значимых. "Я и есть Бэн". Бэн, который радовался лишь в одном случае - когда он, Себастьян, был счастлив. Но вопрос оставался животрепещущим - был ли перед ним его друг? Мор из кожи вон лез, чтобы убедить его в этом. И не особо преуспел. Парень облизал губы, понимая, что готовые ответы ему никто не поднесет на блюдечке. Но он мог и сам допереть, если сможет выстроить логическую цепочку событий, чем и занялся в воцарившейся тишине. Мор явно поспособствовал тому, чтобы Джек сделал ему приятно. Как компенсация причиненному вреду? Своеобразное извинение? Что было вполне в духе Мора. Или, как второй вариант, чтобы подарить удовольствие Себастьяну и порадоваться самому, уж коли для пришельцев невозможен оргазм. Что было также логично - размножаются они явно иначе. Себастьян с трудом сглотнул вязкую слюну. Он не готов делать однозначные выводы о пришельце, еще слишком рано. Вот о себе он мог с уверенностью сказать, что являлся предателем рода человеческого, так как буквально плавился от минета врага. Ему впору становиться шлюхой в межгалактическом борделе и сношаться с представителями разных видов. Наверняка он будет иметь успех. Да, до чего он докатился. Молодец. Дошёл до самого днища, так сказать, и ведь ни единого оправдания он себе найти не мог, как ни старался. Правда, которую следовало признать, была таковой, что ему понравилось и он кончил так ярко и бурно, как никогда в жизни, наверно. И эта правда являлась омерзительной по сути, так как он сам был омерзительным и жалким. Мысли о канистрах с бензином снова заполнили его думы, а также всплыло обещание Мора отвезти его подальше, что показалось парню неплохой идеей. Такого ненормального, как он, следует вообще изолировать. Тем более, чем Мор находится дальше от цивилизации, тем безопаснее выжившим. Оставшимся. И тем больше у него времени, чтобы определиться. И с самим собой тоже. -Когда мы выезжаем? - нарушил он тишину, чувствуя, как Джек улегся удобнее, повозился и коленом уперся в его бедро. Себастьян раздраженно дернул ногой и пришелец, ворча, слегка отодвинулся. -Как выспимся, - спокойно и как-то умиротворенно ответил Мор, потянувшись так по-человечески, что глаза Себастьяна округлились, а затем быстро добавил, будто забыл сообщить что-то важное. - Мы едем в Северную Дакоту.