Отбросы Навсегда Останутся Отбросами

В мрачной черной комнате, наполненной гнилым запахом и вкусом крови, Шэнь Цинцю был единственным обитателем. Он давно забыл, каково это — иметь руки и ноги. Время от времени в этой тихой, пустой комнате было слышно, как капли падали в небольшую лужу внизу. Капли крови из ран, которые продолжали вскрываться. Один глаз у него тоже давно отсутствовал. Возможно, Ло Бинхэ сохранил один глаз, чтобы Шэнь Цинцю мог видеть огромное удовольствие, которое Ло Бинхэ испытывает, мучая его, или презрительный взгляд, которым он смотрит на Шэнь Цинцю. Также источником радости Ло Бинхэ являлся взгляд Шэнь Цинцю наполненный гневом. Заклинателям не нужно есть, Ло Бинхэ хорошо знает этот факт. Ему также было очень приятно мучить этим Шэнь Цинцю. Находясь так долго в этой комнате, Шэнь Цинцю задумался о многих вещах, а также осознал пару вещей. Если бы только в прошлом он уделял немного больше внимания этому маленькому демоническому отродью, фактически обучал и воспитывал его, возможно, он бы не закончил таким образом. Может быть, если бы он обманул и использовал его, он мог бы даже держать весь этот мир у себя на ладони? Его эгоизм вместе с сильной завистью к этому мелкому зверёнышу, конечно огромен, но если бы он знал, что зверь вырастет в могущественного повелителя демонов, способного уничтожить весь мир, смог бы он обманом заставить зверёныша слушаться? Чтобы тот слепо следовал за ним, не видя ничего, кроме Шэнь Цинцю? Это всего лишь принятие желаемого за действительное, конечно, он не мог не посмеяться над собой. Он самым позорным образом проиграл Ло Бинхэ, самым позорным образом потерял собственное достоинство, самым позорным образом потерял свою школу, и теперь он осмелился даже подумать: «А что, если?» И в такое время он мог подумать об использовании Ло Бинхэ? Как смешно. Пытки и мучения, вероятно, свели его с ума.

***

— Шэнь Цинцю, я пришел навестить тебя. Как будто он нуждался в оповещении, чтобы понять, кто пришел. Повелитель демонов медленно подошел к тому месту, где он сидел, но, как ни странно, не пнул его, не потянул за волосы и не поднял с пола, даже не сунул палец в его рот, чтобы потянуть за уже отрезанный язык, заставляя рану вновь кровоточить. Только посмотрел на него сверху. — Почему ты так со мной поступил? Шэнь Цинцю не смог сдержать ухмылку. Он единственный, кому отрубили все конечности, постоянно вскрывали раны, а ещё он сидел в луже собственной крови, и Ло Бинхэ спрашивает его о том, почему Шэнь Цинцю обращался так с ним? — Не мог бы ты быть ко мне немного добрее? Шэнь Цинцю закатил глаза. Он никогда не знал понятия «доброта», никогда не знал понятия «добро» по отношению к такому ублюдку, как Ло Бинхэ, чёртов демон полукровка. — Мне скучно видеть твое гниющее тело. Завтра приедет демон-медик, чтобы залечить твои раны. Потом он просто ушел. Что за идея пришла в голову этому ублюдку на этот раз? Он устраивает какую-то глупую ловушку? Нанести раны и пытать, разрывая тело, а после привести лекаря, чтобы что? Чтобы он мог снова разорвать его на части? Когда наступил следующий день, к нему действительно зашёл лекарь-демон, который начал обрабатывать его раны, первым делом взявшись за язык. Шэнь Цинцю был на взводе. Когда демон открыл его рот и сунул туда руку, он укусил ее. Сильно. Демон громко закричал, его голос эхом разнесся по комнате, крик был громким до такой степени, что у Шэнь Цинцю начали болеть уши. Внезапно все его тело почувствовало сильную боль изнутри и снаружи, но он не мог пошевелиться. Ло Бинхэ просто молча наблюдал за ними издалека, не обращая внимания на взгляд Шэнь Цинцю, направленный в его сторону. После того, как Шэнь Цинцю разжал челюсть и рука была отпущена, демон все еще был вынужден выполнять свою работу. Его рука осторожно снова попала в рот Шэнь Цинцю. Все тело Шэнь Цинцю контролировалось демонической кровью, даже если бы он захотел пошевелиться, он не смог бы. Демон наконец смог сделать то, ради чего его призвали. Некоторое время спустя Шэнь Цинцю снова почувствовал свой язык. Его тяжесть на губах казалась почти чужой. Несмотря на то, что Цинцю по-прежнему невероятно больно, когда он говорит, он по крайней мере, мог разговаривать, а не издавать жалобные стоны. Пару дней спустя пришел еще один демон, держащий две ноги, чтобы прикрепить их к нему. Потом через пару дней пришел демон с рукой. Поскольку его язык и ноги были прикреплены к телу с помощью демонической ци, медленно убивая духовную сущность внутри него, они смогли прикрепить к нему только одну руку, чтобы замедлить энергетический ущерб. Несколько дней спустя для Шэнь Цинцю был пойман заклинатель, чтобы передать ему больше духовной энергии, уравновешивая демоническую ци, текущую внутри него. Шэнь Цинцю хотелось блевать от действий Ло Бинхэ. Он чувствовал отвращение, но все еще не понимал, каковы намерения этого демонического отродья.

***

Время от времени Ло Бинхэ использовал Синьмо, чтобы прийти и посмотреть, чем занимаются другой Ло Бинхэ и другой Шэнь Цинцю. Чем больше он смотрел, тем больше он тосковал. Он не уверен, было ли это потому, что он редко получал любовь, поэтому бросался на каждую девушку, которая была с ним мила, и позволял им оставаться под его крылом. Или, может, он хотел иметь возможность любить кого-то так сильно, чтобы отдать жизнь за этого человека, и, чтобы пожертвовали жизнью ради него. От этого его сердце ещё сильнее болело, когда он смотрел на пару с такими же лицами, как у него, и у подонка, который когда-то был его учителем. Он смутно подумал, не потому ли, что Шэнь Цинцю тоже прятал в себе какую-то обиду или внутреннюю боль, которая превратила человека в такого подонка. Он задавался вопросом, сможет ли он восстановить человечность этого ублюдка так же, как он мог бы восстановить его тело. Если бы он относился бы к нему лучше, стал бы этот таким же, как другой Шэнь Цинцю? Ло Бинхэ сегодня снова пришел навестить своего пленника. Он планировал закончить то, на чем остановился, и прикрепить Шэнь Цинцю еще одну руку, как только ци придет в гармонию, а затем переместить его в комнату побольше и получше. Но когда он добрался до тюрьмы заклинатель был мертв, Шэнь Цинцю вонзил меч совершенствующегося себе в сердце. Он совершил гребанное самоубийство. Ло Бинхэ посмотрел на беспорядок перед собой, но не почувствовал никакого удивления. Он должен был знать, что те мысли, которые у него были, слишком наивны и идиотски. Люди, подобные Шэнь Цинцю, независимо от того, сколько их чинить, нет, независимо от того, сколько раз их переродить, они всегда будут отбросами. Во всех бесконечных вселенных с Ло Бинхэ есть только один счастливчик с таким добрым Шэнь Цинцю. Жизнь, конечно несправедлива.

***

Шэнь Цинцю прибыл к реке судьбы, река, которая течет случайными путями, позволяя любому, кто плывет по ней, плыть туда, где бы хотела быть его душа, будь то перерождение, чтобы исправить свои ошибки, или переход к совершенно новому. Он понятия не имел, куда он хочет пойти и где хочет оказаться, что он хочет делать. Прикрыв глаза он просто позволил воле решить его судьбу. Когда он открыл глаза, его охватил жуткий страх, что это снова будет черная, мрачная комната, пахнущая кровью, но то, что он увидел, было совсем не так. Вид и запах были чем-то, что он уже давно забыл, или, точнее, у него не было причин больше помнить. Он лежал на кровати, подушка и одеяло были аккуратно сложены. Снаружи послышался тихий шорох листьев, которые двигались вперед и назад касаясь друг друга из-за небольшого ветерка. Он вернулся в школу Цанцюн, на пик Цинцзин. Он посмотрел на себя: на нем была чистая белая одежда, которую он всегда носил до того, как его заперли в тюрьме, верхняя зеленая мантия была аккуратно сложена в конце кровати, бумажный веер лежал рядом с его подушкой. Все было как раньше. Он медленно попытался пошевелить конечностями. Его ноги и правая рука, кажется, в порядке, их немного трудно контролировать, но они, по крайней мере, двигались, в отличие от его левой руки, которая даже не сдвинулась с места. При ближайшем рассмотрении она даже кажется немного более голубоватой по сравнению со всем остальным телом. Его левый глаз тоже совершенно бесполезен. Он осторожно попытался сесть. Его правая рука пыталась поддерживать верхнюю часть тела, но большая часть работы в конечном итоге пришла на спину. С едва пригодными для использования конечностями и медленным, несколько тяжелым телом, казалось, что все травмы, нанесенные зверем, а также его собственная неподвижность в последние пару лет, когда он был заперт в тюрьме Ло Бинхэ, сказывались на теле. Он медленно потер шею. Если все травмы присутствуют, значит демоническая ци, которая должна была поддерживать эти части тела прикрепленными и пригодными для использования, все еще должна быть внутри него. Помня об этом, он покрутил рукой и пальцами, чтобы привыкнуть к этому, прежде чем взять кисть и бумагу, написав простую записку, которая гласила: «Я буду совершенствоваться в уединении», прежде чем медленно отправиться в пещеры для медитаций.

***

Он пребывал в одной из пещер уже более двух лет, в течении которых, если быть до конца честным, большая часть его совершенствования заключалась в том, чтобы практиковаться в ходьбе и выполнении основных боевых приемов, а затем медитировать, чтобы помочь духовной энергии легко перемещаться по его телу. Пару раз он пытался заговорить, однако, смог издать лишь непонятные хрипы. Попытки заговорить пришлось забросить, да и он все равно не знал о чем говорить. Были моменты, когда он спотыкался во время тренировки или терял равновесие из-за своих новых ног, однако боль была тем, что он привык чувствовать, так что он просто полз обратно и продолжал. Со временем его тело постепенно становилось гибким и более управляемым, единственное, с чем он мало что мог сделать, это левая рука. Он не мог сдвинуть ее с места, Шэнь Цинцю ее даже не чувствовал. Он много раз думал о том, чтобы отрезать ее, но в конце концов решил не делать этого. Когда он наконец вышел из уединения, его духовная сила стала мощнее, чем когда-либо. В своей прошлой жизни, после того как он получил должность лорда пика, все, что он когда-либо делал, это смотрел на привлекательных девушек, учил своих учеников и иногда находил радость, мучая звереныша, которым являлся Ло Бинхэ. Неудивительно, что он так закончил, его сила была едва сносной по сравнению с нынешним состоянием. Чем больше он думал о своей прошлой жизни, тем больше ему хотелось дать себе пощечину. Из-за своего плохого физического состояния сейчас он приложил в десять раз больше усилий, чем когда-либо в прошлой жизни, даже без руки и глаза, его скорость, ловкость и сила были лучше, чем когда-либо. Кроме того, демоническую ци, текущую внутри него, нужно было контролировать, но не полностью уничтожать, чтобы она могла поддерживать части тела, что сделало его способность контролировать энергию, как демоническую, так и духовную, намного выше. Он мог почти полностью контролировать демоническую энергию внутри себя, а также свою духовную энергию. Если бы это был он из прошлой жизни, одной лишь мысли о том, что внутри него находится демоническая ци для поддержания частей его тела на месте, было бы достаточно, чтобы свести его с ума и отрезать все конечности, не говоря уже о попытках контролировать и использовать ее так же, как можно было бы поступать с духовной энергией. Но теперь он не заинтересован в том, чтобы быть бесполезным мусором. Шэнь Цинцю вернулся в это время с миссией и целью, которую нужно достичь. На этот раз этот мелкий демонический ублюдок Ло Бинхэ станет его рабом.