Часть 3- Зверь Здесь
7 января 2024 г., 18:45
Шэнь Цинцю смотрел на долину сверху вниз. Было видно ряды маленьких детей разного возраста, вкладывающих все свои усилия в копание ям.
Хотя он не обращал внимания ни на кого, кроме него. Мелкий зверёныш. Юный Ло Бинхэ. Он вспомнил, что в прошлом он даже не мог взглянуть на этого зверя. Он видел слишком большой потенциал, слишком много красоты. Комплименты, которые все делали этому существу, заставили его и без того полного зависти завидовать Ло Бинхэ еще больше.
Но в тот самый момент, когда он посмотрел на Ло Бинхэ, возникло странное чувство волнения. Перед смертью, Ло Бинхэ что-то бормотал и спрашивал о том, почему он не был добрее и милее к нему в прошлом. Несмотря на то, что Шэнь Цинцю не до конца понимал и даже находил это смешным, после некоторых тщательных размышлений он понял, что Нин Инъин была добра к Ло Бинхэ только в течение того короткого времени, когда он учился на пике Цинцзин, и даже так постоянно доставляла ему неприятности. Первым человеком, которого он взял под свое крыло, была она.
Шэнь Цинцю, хотя и не знал, как быть добрым, все же планировал, по крайней мере, терпеть Ло Бинхэ, чтобы, если его план в конечном итоге потерпит неудачу, он, по крайней мере, не был бы врагом номер один для этого зверёныша.
Если бы это была его прошлая жизнь, он, вероятно, возненавидел бы эту идею, назвав себя слабаком, а может быть и трусом. Но Ло Бинхэ — его одержимость номер один, наряду со страхом. Что бы ни случилось, он по-прежнему не заинтересован в том, чтобы его вновь лишили конечностей.
Юэ Цинъюань увидев его интерес к кому-то из кандидатов, обернулся, желая понять, кто привлек внимание его шиди. Через некоторое время он заговорил:
— Шиди тебя заинтересовал этот ребенок? Он кажется довольно молодым, но полным потенциала.
Шэнь Цинцю медленно кивнул, соглашаясь со своим старшим боевым товарищем, добавив в уме: среди всех людей, этот ребенок — лучший.
Пока они обсуждали это, он внезапно почувствовал, что кто-то приближается. Когда этот человек ступил на камень, на котором находились Шэнь Цинцю и Юэ Цинъюань, даже не было нужды смотреть, чтобы понять кто это.
Лю Цингэ.
Сейчас этот человек находится на пике своей карьеры. Молодой, свежий, мощный, безрассудный, крикливый и вспыльчивый. Он всегда был занозой для Шэнь Цинцю, и в этой жизни ничего не изменилось.
Хотя, Лю Цингэ ничего не сказал. Он просто молча подошел, посмотрел на мертвую, отливающую синевой, руку Шэнь Цинцю и нахмурился. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но в итоге промолчал, повернувшись вместо этого узнать, на что смотрит Шэнь Цинцю.
Юэ Цинъаюнь улыбнулся ему и мягко спросил: — Шиди Лю, заинтересован ли ты в том, чтобы в этом году у тебя было больше учеников?
Лю Цингэ оглядел лица присутствующих, коротко вздохнул и сказал: — Все будет как обычно, если они хотят прийти, то пусть приходят.
Шэнь Цинцю слышал эту фразу много раз, и ему уже она надоела. Он не слышал их, пока они разговаривали друг с другом, и даже не моргнул глазом, когда Лю Цингэ ушел, он смотрел только на Ло Бинхэ.
Через некоторое время Ло Бинхэ, наконец, закончил свою работу, взволнованный, он повернулся, чтобы посмотреть на скалу, с которой должны были наблюдать лорды Пика, и заметил, что какой-то Лорд постоянно смотрит в его сторону. Решимость горела внутри него.
***
Перед Шэнь Цинцю стоял молодой Ло Бинхэ, почтительно стоя на коленях и приветствуя своего нового мастера, учителя. Глядя на это яркое и молодое лицо, Шэнь Цинцю почувствовал себя почти некомфортно. Ло Бинхэ был немного обеспокоен тем, что с тех пор, как он вошел, лорд пика только молча смотрел. Он подумал, что, возможно, сделал что-то не так, и разгневал мастера, но затем услышал, как Мин Фань твердо сказал: — С сегодняшнего дня ты принадлежишь пику Цинцзин. Глаза Ло Бинхэ светились ликованием, а лицо пылало. Он поклонился: — Ученик, Ло Бинхэ, с этого момента под вашей опекой! Шэнь Цинцю просто молча обмахивался веером, Мин Фань еще раз заговорил вместо него: — Почему ты хочешь присоединиться к школе Цанцюн? Мин Фань уже слышал, как Шэнь Цинцю задавал подобные вопросы когда они в последний раз принимали новых учеников, а теперь, когда шифу не разговаривает, это меньшее что он мог сделать. Ло Бинхэ застенчиво ответил: — Я давно восхищался учениками хребта Цанцюн, если бы я смог присоединиться и стать успешным заклинателем, моя мать на небесах тоже была бы счастлива. Мин Фань повернулся и посмотрел на своего шицзуня, пытаясь увидеть, нет ли у него каких-либо возражений или изменения выражения лица. Шэнь Цинцю все еще просто смотрел на Ло Бинхэ с неизменным выражением лица, пока его рука медленно двигала бумажным веером взад и вперед. — Шицзунь, хотите ли вы узнать что-нибудь еще? Шэнь Цинцю пренебрежительно махнул рукой. Правильно поняв этот жест, Мин Фань уважительно поклонился и вышел, увлекая за собой Ло Бинхэ. Если быть честным, Шэнь Цинцю действительно не мог смотреть на это мелкое отродье. Несмотря на то, что он сказал себе не идти по пути, который он когда-то уже выбирал, умерев позорной смертью, видя Ло Бинхэ таким маленьким и беспомощным, ему действительно хотелось мучить его, и даже забить до смерти. Этого, конечно, нельзя было сделать, он знает. Когда Мин Фань намеренно дал Ло Бинхэ поддельное руководство по культивации, Ло Бинхэ не только не умер и не получил никакого урона от отклонения ци, но даже вскоре после этого победил старейшину Тянь Чуя. По какой-то причине у него невольно всплыла одна мысль: за кем бы ни пришла смерть, зверёныша она не затронет. Он знал, что Ло Бинхэ не мог умереть, но взгляд на человека, который в прошлом принес столько хаоса и боли в его жизнь как разуму, так и телу, который сейчас так невинно стоял на коленях перед ним, действительно всколыхнул ярость внутри него. Если бы Ло Бинхэ остался возле него еще на миг, он мог бы не просто вылить ему на голову чашку чая, как это было в прошлой жизни, а вместо этого вылить целую кастрюлю. Ло Бинхэ, которого увели, просто послушно последовал за Мин Фанем на улицу, но он все еще был очень обеспокоен. Он был уверен, что видел, как шицзунь смотрел на него, когда он копал, но сейчас стоя перед своим учителем он видел в его глазах какой-то странный гнев. Или это было отвращение? Он сделал что-то не так? Когда они были уже далеко от бамбуковой хижины, Мин Фань наконец отпустил его. Нин Инъин случайно подошла и сразу же бросилась вперед, взволнованно обнимая одну из рук Ло Бинхэ. Мин Фань не мог не нахмуриться, смотря на это. Ло Бинхэ было немного не по себе, хотя он улыбался и пытался оторвать от себя Нин Инъин, но его усилия не увенчались успехом. — Эм… можно спросить..? Некоторое время назад шицзунь ничего не сказал, когда я вошел, и он выглядел весьма недовольным. Мне было интересно, может ли это быть потому, что я сделал что-то не так? Если да, то можете ли вы двое помочь мне это исправить? Мин Фань недовольно глянул на Нин Инъин, цепляющуюся за Ло Бинхэ, уже начиная ненавидеть этого новичка. Он фыркнул: — Конечно, шицзунь будет недоволен. Ты пришел с таким грязным лицом. Шицзунь носит белое, разве ты не видишь? Он ненавидит таких грязных паршивцев, как ты. Глаза Ло Бинхэ расширились, он поднял руки, попытаясь стереть грязь с лица. Мин Фань еще раз вздохнул: — Не пытайся, ты теперь выглядишь еще грязнее. Нин Инъин шлепнула Мин Фаня по руке: — Хватит его задирать! Он же новенький, ты так его спугнешь! Ло Бинхэ лучше принеси шицзуню чаю. Если он увидит твою преданность, он простит тебя за считанные секунды! Ло Бинхэ аж посветлел лицом, стоило ему услышать ее слова. Он кивнул и послушно последовал за Нин Инъин, не замечая, убийственный взгляд Мин Фаня смотрящий ему в след.***
Всякий раз, когда у Шэнь Цинцю появлялось свободное время, он проводил его в медитации в своей комнате, но, увидев молодого Ло Бинхэ, все, о чем он мог думать, когда закрывал глаза, — это горящее пламя, которое уничтожило весь Цанцюн, и злобную ухмылку на лице этого придурка, пока он смотрел, как все превращалось в руины. Шэнь Цинцю решил, что прогулка будет лучшей идеей. Во всем хребте Цанцюн он всегда был доволен только своим пиком Цинцзин. Дело не в том, что Шэнь Цинцю — из тех людей которые любят прятаться в месте, где бесконечно тихо или что-то в этом роде, но его и не интересуют места, где слишком много шума и слишком много людей, поэтому пик Цинцзин, где было спокойно, можно было услышать щебетание птиц, тихий шелест листьев, случайную музыку и перелистывание страниц в учебниках его учеников — был идеальным местом для него. Даже когда он закрывал глаза, он все равно мог прекрасно идти, ни с кем не сталкиваясь, и, честно говоря, никто все равно не хотел с ним сталкиваться. Шэнь Цинцю гулял и наслаждался приятным ветром, как черт его возьми он мог игнорировать это простое действие в прошлой жизни?! Внезапно какой-то непонятный шум прервал блаженную тишину, заставив его остановиться. Он медленно открыл глаза. Благодаря своей бесцельной ходьбе он каким-то образом добрался до зоны отдыха, еды и купания учеников, откуда он обычно слышал тихий шепот или хихиканье, но в этот момент раздавался другой звук. Было такое ощущение, будто кого-то избивали. Шэнь Цинцю, легко проследил за источником звука, оставшись незамеченным. Честно говоря, он сделал твердое предположение и был примерно на 90% уверен, кто был жертвой, а кто виновниками, поэтому, когда он увидел происходящее, он не удивился. Перед ним была группа его учеников, возглавляемая Мин Фанем, один держал белую тунику и убегал, в то время как другие преграждали путь Ло Бинхэ, который пытался вернуть свою одежду, иногда они пинали и наносили удары кулаками, намеренно сбивая его с ног. Некоторые ученики просто указывали пальцем и смеялись, время от времени бросая грязь, просто «для дополнительного развлечения». Ло Бинхэ, одетый в старую рубашку, в которой он ходил до этого, и в новые белые штаны от его униформы которые теперь были испачканы из-за того, что он упал и в него бросали грязь. И все же он все равно молчал, сколько бы раз над ним ни издевались и смеялись, ставя ему подножку. Он просто гнался за парнем, у которого была его новая рубашка. Другим детям постепенно наскучила игра в догонялки. В заключение парень, в руках которого была рубашка Ло Бинхэ, бросил ее в кучу грязи, не забыв наступить на нее, уходя. Они засмеялись, когда Ло Бинхэ подошел, чтобы поднять её, и беспомощно пытался стереть грязь. Мин Фань скрестил руки на груди, на его лице была видна самодовольная улыбка: — Ты уже не нравишься шицзуню. Ты грязный, даже твоя жизнь грязная и жалкая. Ты пытаешься завоевать сердце шицзуня своим глупым поступком? Не смеши меня! — С бессердечным смехом Мин Фань ушел вместе с другими учениками. Ло Бинхэ все еще стоял на коленях на земле, глядя на свою грязную одежду и на себя, его брови хмурились, он закусил нижнюю губу, а руки были сжаты в кулаки, но он просто глубоко вздохнул. Он собирался встать и найти способ отчистить свою форму, когда увидел стоящего перед ним Шэнь Цинцю. Он подпрыгнул от удивления. С какого момента шицзунь был здесь? Он даже не услышал никаких шагов! Ло Бинхэ молчал, разве Мин Фань не говорил, что шицзунь ненавидит грязные вещи? Ло Бинхэ стал еще грязнее, чем в начале. Он тут же поклонился: — Этот ученик поступил неправильно, пожалуйста, накажите меня! Прежде чем Ло Бинхэ успел осознать, что происходит, он уже был оторван от земли и врезался спиной в дерево неподолеку.
