Wrong Way

***

12:00. Эла разбудили яркие лучи солнца, направленные прямо на лицо. Медленно открыв глаза, он не поверил, смотря на настольные часы, что мог столько спать. Обычно его день начинается около шести утра, чтобы успеть сделать все запланированные дела. В особенности это важно по причине профессии Рьюзаки: каждая минута без надзора может стать источником новых проблем, которых и так предостаточно. Из-за этого у него есть проблемы со сном, ведь он вполне в состоянии не спать более двух суток, что в общем заметно: бледный оттенок кожи, который почти напоминает белые стены, характерные синяки под глазами, а еще — причудливая прическа, лишь подчеркивающая оправданность прозвища странного парня. Но вчера Эл сильно утомился: дошло даже до высокой температуры. Такого никогда не было. По крайней мере максимум, как могла сказаться на нем бессонная ночь, так это головной болью, длящиеся не дольше пятнадцати минут. Поэтому температура — очень странное явление для организма детектива. Пришлось приостановить работу над делом Киры на несколько часов. Данная проблема не так беспокоила Эл, как тот сон. Лежа в кровати, у него снова появились воспоминания о мальчишке, которого душил. Детектив очень редко видел сны, поэтому так заострил внимание именно на нем. Может, это всего лишь из-за того, что была высокая температура и голова ходуном? Вполне возможно. Чувство, будто он этого парня знает — единственное, что не давало покоя. У Эл не было ни одного знакомого, который был бы настолько молод. Всё его окружение уже имело семьи. Поэтому это показалось достаточно весомым поводом задуматься, ведь сны — всего лишь воспоминания за день, собранные воедино в один миг. Эмоциональная обработка каждого момента в течение суток создает внутри нас маленькие фильмы, которые мы видим суммарно около девяноста минут. Потому вовсе не ясно, почему же во сне Эла появился этот человек. Возможно, это сигнал интуиции, который предостерегает от надвигающихся проблем. Главное правильно трактовать моменты. Закончив с этими размышлениями, Эл нашел в себе силы и встал с кровати, чтобы взять ноутбук и посмотреть входящие сообщения от группы расследования по делу Киры. Когда его нет в офисе, что было редко, они отправляли разную информацию, связанную с новыми смертями от сердечного приступа. Проверив и убедившись, что еще никто не пострадал, Рьюзаки двинулся в ванную, чтобы как можно скорее прийти к группе. По пути в голову ударила боль, которая сопровождала его еще с вечера. Открыв двери в ванную и подойдя к зеркалу, Эл очень насторожился, увидев перед собой того самого парня из сна. Самое странное, что при входе в комнату в ней никого не было, то есть, это мог быть утренний бред. Но фигура не уходила, а лишь пристально наблюдала за последующими действиями детектива. Эл же смотрел на него, и все было так же, как во сне. Точнее, он был таким же: каштановые волосы, красивые и аккуратные черты лица, достаточно высокий рост и школьная форма. Сам по себе был опрятным, хоть и лежал под давлением чужих ног. Изо рта мальчика текла кровь. Не давало покоя и то, что у него была прострелена рука, не соответствующая канонам сна. Ничего не поменялось, кроме этой детали. Он даже не пытался остановить ее или попросить о помощи, лишь наблюдал. В один момент парень поднял руки и начал снимать пиджак с рубашкой, оголяя свое тело. Делал все действия аккуратно. Эл же наблюдал за всем и не мог найти ни одного логического объяснения, что тот задумал. После парень достал из кармана брюк складной ножик и вонзил его себе прямо в сердце. Детектив прикрыл глаза, потирая их ладонями и пытаясь осознать, что происходит. Пришло яркое чувство дежавю, которое только путало. «Может, это как то связано с делом Киры? Если так порассуждать, то с вероятностью в девяносто семь процентов тот, кто выбирает жертву, имеет некую силу, способную убивать определенных людей. Правда, я без понятия, как пришел к тому, что пытаюсь соединить эту гипотезу с галлюцинациями. Он вонзил себе нож прямо в сердце. Это ли не намек на сердечный приступ?» — подумал про себя Эл. Когда он снова открыл глаза, фигура исчезла, оставив детектива одного в ванной со своими размышлениями.

***

По приходе в офис Эл увидел Ягами Соитиро, который всегда по утрам был невероятно злым. Сейчас определенно что-то произошло, ведь обычно к двенадцати часам шеф уже вовсю работает, но сейчас стоял с невероятным выражением лица и смотрел на остальную группу расследования. — Кхм...Что тут произошло, Ягами-сан? — произнес Эл. — Рьюзаки! Доброе утро! Где ты был? — сказал Мацуда с каким-то виноватым подтоном. — Это не особо важно. Вы скажете мне, что произошло? — Рьюзаки, эм... Здравствуй, — грубо произнес Соитиро. — Что ж... Кхм... Мацуда решил заняться делом Киры своим подходом, сев за компьютер и не предупредив нас, и... Там были отчеты, которые он в результате своих действий удалил. — Там много было информации? — с холодом ответил Эл. — Достаточно, но мы уже восстановили ее. Это было не так сложно. — сказал Моги. — Хорошо, я понял. Есть что-то новое по делу Киры или нет? — Нет, пока ничего не было. Мы тут с семи утра, но новостей никаких. Рьюзаки, где ты был? Всегда же раньше нас приходишь: как бы мы не пришли, уже сидишь и работаешь, — поинтересовался шеф. — Я проспал, мой будильник не сработал. Давайте меньше разговоров и продолжим работать. Вся группа спокойно отреагировала и снова начала искать информацию в разных источниках. Спустя час Эл сказал то, что повергло в шок всю группу. — Я сделал выводы насчет Киры, проведя цепочку размышлений после смерти Рей Пенбера. Отныне мы будем вести расследование в отношении к тем, за кем он следил. Рей Пенбер проверял двух полицейских и их ближайшее окружение. Это касается господина Китамуры и шефа отдела Ягами. С этого момента будет вестись слежка именно за этими двумя семьями. В их домах придется установить прослушивающие устройства и камеры видеонаблюдения. — Но... Ладно, Рьюзаки, я понял... — с большим удивлением отрезал Соитиро. — Если это необходимость, то я готов пойти на такое. Настолько быстрый ответ удивил всех, кроме Эл. Его выражение лица ни капли не поменялось, будто стало только задумчивее, чем раньше. — Как ты себе это представляешь, Рьюзаки? Если мы поставим камеры и о них кто-то узнает, то мы лишимся работы! — возразил Аидзава. — Мы рискуем не только работой, расследуя данное дело, но и своей жизнью, — ответил Рьюзаки. — Рьюзаки, скажи, пожалуйста, какова вероятность, что Кира живет в моем доме? — с опасением спросил Соитиро. — Десять процентов. Хотя... Нет, пять процентов. — Какой смысл ради каких-то пяти процентов делать такое? — возразил Мацуда. — Если до этого у нас не было ни одного подозреваемого, то эти пять процентов очень нам на руку, поэтому не стоит возражать Элу, — холодно и задумчиво ответил Соитиро. — Спасибо, Ягами-сан, за Ваше согласие, — поблагодарил Эл. — Ватари, скажи, когда есть возможность организовать расстановку камер? — Возможность есть даже завтра, если будем знать, когда дом Ягами будет полностью пустым.

***

«Множество трупов покрыли весь горизонт. Они все были без каких-либо повреждений, из-за которых бы могли умереть. Будто упали на землю и отключились. Неужто ли это дело рук Киры? Я шагал по ним с мерзким чувством внутри, а они не заканчивались, будто не было конца жертв. Пространство, в котором находился, было пустым, не имевшим ничего общего с реальностью, что заставляло задуматься, где это все происходит. Вдалеке мне показалась высокая фигура. Вокруг было множество камер, которые направлены прямиком на нее. Я не мог понять, какой конкретно пол у этого человека, потому что он будто бы обычное пятно, размытое и невнятное, но у него полностью человеческое телосложение. Невольно направился прямиком к нему, и мною что-то управляло, поэтому я совершенно не мог контролировать себя. Как только приблизился к фигуре, увидел, что позади нее было множество живых людей. Такое странное разделение: на моей стороне все мертвецы, а на этой... Все с точностью наоборот. Как только я взглянул на фигуру, меня передернуло: это был тот же парень из сна, который в этот раз был более опрятным, как с иголочки, таким идеальным. Он стоял выше меня на какой-то лестнице, будто давая понять, что имеет полную власть надо мной. Он резко посмотрел своим пронзающим душу взглядом прямо в глаза и проговорил: — Эл Лоулайт, ты же помнишь, что мы все смертны? — со странным выражением удовлетворения произнес парень. В ступоре я стоял и не знал, что сказать. Такого никогда не было. Именно рядом с ним чувствую такое ощущение потерянности и совсем не осознаю, что предпринимать. Не успел я ответить, как тот заговорил. — Знаешь, есть правило «пяти секунд», которые придумали необразованные люди, но также есть правило «сорока секунд», о котором знают лишь яблоки, прогнившие в другом мире. — Яблоки? Как обычные фрукты связаны с твоим выдуманным правилом «сорок секунд»? Почему ты решил мне сказать об этом? — произнес я. Совершенно не понимая, что к чему, ожидал его ответ. Парень же, лишь взглянув на свои часы, посмотрел на меня и саркастично засмеялся. — Я бы хотел тебе сказать, что делать что-либо бесполезно — только сойдешь с ума. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Все мы живем в мире обмана, нет ничего правдивого, справедливость лишь за тем, кто ее заслуживает. Ты сам попадешь в свою ловушку, которую так избегаешь, — проговорил парень. Вдруг меня резко одарила боль в сердце, тело не слушалось, и я рухнул прямо на землю, а тот лишь произнес: — Правило «сорока секунд», Эл Лоулайт. Я в последний раз взглянул на него до того, как мои глаза закрылись навсегда». Проснувшись, Эла преследовали одышка и мысль о том, что он мертв. Он не смог ничего понять, а также вспомнить, отчего резко открыл глаза. Сон не остался в памяти, пока сердце бешено стучало от страха и паники. Проснулся Эл в офисе, что странно, ведь в таком уязвимом состоянии его никто не должен видеть, и он за этим следит с особым вниманием. Вчера, отпустив группу, он остался работать допоздна. Но вспомнить, как отключился, не удавалось: такого давно не было — сон посреди работы. Часы показали семь утра. Уже намного лучше, нежели проснуться почти в обед. Совсем скоро должен прийти Ягами Соитиро, а за ним — уже все остальные. Эл связался с Ватари, чтобы тот принес ему чай. Хорошая доза сахара наполнит организм энергией. В офис, с характерным хлопком двери, зашел Ягами-сан, снова с агрессией. Эл уже привык к этому, как минимум потому, что уже понятно — он либо ссорится с женой, либо со своими детьми. — Здравствуй, Рьюзаки. Есть что-нибудь нового? — спросил Соитиро. — Доброе утро, Ягами-сан. Я еще не проверял. Может, вам стоит взять перерыв от дела Киры? — Что? Почему ты так решил? — с удивлением сказал Соитиро. — Каждое утро Вы приходите агрессивным и первое время не способны здраво реагировать на что-либо. Я подметил это еще с момента, как мы начали работать вместе, — ответил Эл. Их разговор прервал Ватари, который нес кружку чая. — Господа, доброе утро. Эл, вот твой чай. Я также принес тебе пирожное с шоколадной начинкой. — Спасибо, Ватари. Если что-то еще понадобится, я с тобой свяжусь, — сказал Эл. — Хорошо, всего хорошего. Ватари пропал в темноте, и Соитиро продолжил начавшийся диалог с Эл. — Кхм... Рьюзаки, у меня, как и у любого женатого мужчины, есть разногласия с супругой. Ей очень не нравится моя профессия и катастрофически не хватает моего внимания. Из-за этого каждое утро начинается с ссор. Понимаешь, она сама по себе женщина-зажигалка. Я постараюсь быть сдержаннее, чтобы не тратить время впустую, — рассказал Соитиро. — Я понял вас, Ягами-сан. Спасибо за честность. — Рьюзаки, хотел бы уточнить насчет установки камер в доме. Мой дом свободен с трех до шести вечера. Этого времени будет достаточно, чтобы их установить? — Думаю, да. Это надо уточнить у Ватари. Но чисто физически группа людей вполне могут за три часа управиться. Эл решил проверить новостные каналы и сайты, чтобы убедиться в том, что новых смертей не было. Но как в воду глядел: умерли еще четыре преступника, все — от сердечного приступа. В офис пришел Мацуда, который был с достаточно грустным настроением. — Доброе утро Рьюзаки и шеф! Что нового? — Умерло еще четыре преступника, — поникшим тоном ответил Соитиро. — Доброе утро, Мацуда. На данный момент другой информации по делу Киры нет, поэтому только ждем. К трем часам мы с командой помощников поедем к дому Ягами-сана, чтобы расставить камеры. — Ух ты! Так быстро? — удивился Мацуда. — Да, терять время нет смысла, лучше сделать все быстро и оперативно, чтобы отбросить сомнения в том, что в семье Ягами-сана есть Кира. Насчет Китамуры пока не ясно. Мне нужно связаться с ним. — Понятно... А где Аидзава? Сколько времени уже прошло? Он обычно к восьми уже тут, — спросил Мацуда. — Я думаю, опаздывает, — ответил Соитиро. После диалога все расселись и стали работать в обычном режиме.

***

После разговора прошло десять часов. Команда уже успела установить необходимые подслушивающие устройства и камеры видеонаблюдения в доме Ягами, которых в свою очередь было много. Вернувшись с группой расследования в офис, Ватари помог Эл с подключением, и изображения всех комнат с разных ракурсов стали транслироваться на большом экране. Перед включением детектив попросил уйти Мацуду и уже появившегося Аидзаву, чтобы соблюдать конфиденциальность. — Скоро должен прийти мой сын, Лайт. Сегодня у него нет дополнительных занятий, — подметил Соитиро. Эл сразу же переключил камеры на входную дверь, чтобы убедиться в том, что Лайт не несет опасности на данный момент. Замок начал открываться, и в дом зашел высокий парень с каштановыми волосами и яркими янтарными глазами, в опрятной школьной форме. У Эла закололо в сердце от увиденного: он точно такой же, как подросток из сна. Это странное чувство ударило детективу в голову и в живот с каким-то неприятным ощущением. Он не мог поверить своим глазам и полностью перестал дышать, слушая свое сердцебиение, которое участилось во много раз. Стараясь успокоиться, Эл произнес: — Ягами-сан... У вас очень красивый сын и у него достаточно интересное имя для парня. — Спасибо, Рьюзаки. Что-то случилось? Твой голос стал намного ниже. Увидел в моем сыне что-то подозрительное? Молчание Эла сильно испугало Ягами, но сам же детектив думал совершенно о другом. Он не мог понять, что все это значит. Это обычное совпадение или что-то большее? — Рьюзаки, не заставляй меня нервничать. Что происходит? — агрессивным тоном проговорил Соитиро. — Прошу извинить, Ягами-сан. Я просто задумался, не обессудьте. Успокоив Соитиро, Эл снова ушел в себя, по-прежнему наблюдая за Лайтом. Неужели и правда душа детектива предупреждает его и говорит о чем-то?