Побег с корпоратива

      Новогодний корпоратив — мероприятие добровольно-принудительного характера, как любит выражаться руководство. Если не пойдёшь — старшие коллеги будут ворчать, подкалывать. Лизе этих проблем и риска стать изгоем не нужно, как и доброй половине других молодых преподавателей. Часть из присутствующих она даже не знает, хотя работает в университете уже год. А причина в том, что Андрющенко слишком погружена в образовательный процесс: хочет вложить в юные умы как можно больше информации, преподнеся её при этом интересно. Желает хотя бы наполовину быть таким же хорошим педагогом, как её любимая научная руководительница — Лаура Альбертовна. Строгая, но справедливая женщина.       За этот непростой, порой изнурительный год работы Лиза однажды умудрилась допустить мысль о том, чтобы уволиться. Виолетта — её подруга со времён института — слишком заманчиво зазывала Лизу в центр дополнительного образования. Зарплата в должности репетитора ничуть не хуже, а нервотрёпка меньше, чем в высшем учебном заведении.       Но Лиза пока настроена двигаться по карьерной лестнице вверх, преодолевая трудности. До профессионального выгорания ей ещё далеко, зато энтузиазма и вдохновения хоть отбавляй.       К сожалению, и неформальные собрания, подобные сегодняшнему, приходится посещать. Лиза молится, чтобы время пролетело как можно быстрее. Охота вернуться домой, принять душ и лечь в мягкую постель. Девушку изрядно раздражает эта предпраздничная суета, почти истерия, охватывающая население стабильно каждый декабрь. Бешеные очереди в магазинах, заезженные песенки, от которых тошнит... Это же просто смена цифры в календаре, разве оно того стоит?       Но в глубине души Индиго понимает, хоть и вряд ли признается вслух: будь она не одинока в романтическом плане — воспринимала бы Новый год с большей теплотой. Гораздо приятнее, когда есть с кем разделить морозные вечера, просмотр рождественских фильмов, бой курантов, в конце концов.       Лиза бросает взор на часы, бесшумно вздыхая. Только полтора часа прошло, а испанский стыд она успела ощутить раз пять. То, что Андрющенко ведёт подсчёт — показатель степени скуки. Примитивные конкурсы, как в детском саду; коллеги, многие из которых успели налакаться, кажется, ещё до начала корпоратива и показали себя во всей красе...       Обводя скучающим взглядом вышеупомянутых, Лиза делает глоток апельсинового сока и чуть не давится напитком, цепляясь за одного человека. Её глючит, определённо. Среди прочих людей брюнетка подмечает некую стоящую к ней спиной фигуру с широкими плечами и собранными в хвост волосами платинового цвета. А когда обладательница прямой осанки разворачивается на девяносто градусов, чтобы вступить с кем-то в мимолётную беседу, Лиза вздрагивает, видя знакомый профиль. Та самая однокурсница, которая бегала за Андрющенко, но была беспощадно ею отвергнута несколько раз.       Лиза тянется к своей небольшой сумочке, за телефоном, дабы зайти в чат и по привычке сообщить Виолетте, кого она встретила. Подруги частенько так делали, когда неожиданно сталкивались с общими знакомыми. Но что-то заставляет Елизавету отложить эту затею на потом. Облизнув потрескавшиеся от холода губы, молодая преподавательница принимает самый невозмутимый вид, на который способна, и неспешно приближается к Медведевой. Возможно, она пожалеет об этом решении, но мозги сегодня работают медленнее стройных ножек.       — Кира? — делано удивлённо вопрошает, когда равняется с девушкой.       Блондинка поворачивает голову и выгибает бровь, перечёркнутую шрамом. Весь её образ излучает холод, словно сталь, но Лизе чудится, будто в тёмно-карих глазах мелькает искорка.       — Кира Андреевна, — поправляет Медведева, но затем уголки её губ ползут вверх, а лицо принимает более расслабленное выражение. — Привет, Индиго. Вот так сюрприз.       — Индиго Андреевна, тогда уж, — подмигивает Лиза, добродушно улыбаясь в ответ — довольна тем, что теперь хотя бы будет с кем поговорить. — Ты давно устроилась? Я не видела тебя в корпусе ни разу.       — Пару месяцев, — Кира поправляет рукава голубой толстовки.       Её сегодняшний прикид далёк от праздничного. Простенький, хоть и приличный, свитшот и джинсы. Совсем не чета Лизе, одетой в короткое платье тёмно-синего цвета и туфли на высоком, но устойчивом за счёт толщины каблуке.       — Я смотрю, ты дресс-код на хую вертела, да? — вполголоса произносит Андрющенко, не подразумевая что-то обидное.       — Ещё не хватало, чтобы я прогнулась под кого-то, — фыркает Кира, задерживая взгляд на декольте Лизы больше положенного. — Да и блять, думаю, что от физруков большего и не ожидают. Не спортивный костюм — и заебись.       Лиза посмеивается, чувствуя, как её настроение стремительно улучшается, благодаря присутствию блондинки. Да и внимание ей льстит. Другие сотрудники заняты танцами, пением или просто снуют мимо, не обращая внимания на девушек, и это им только на руку.       — Что ж, Лиза. А ты что преподаёшь? — прищуривается Кира.       — Физику, — машинально покачивая стаканом с соком, отвечает Андрющенко. Всё-таки после окончания основной программы обучения их пути разошлись, когда наступило время выбирать специальность, и они даже не знали, кто куда поступил.       — Пиздец солидно. Но теперь понятно, почему ты меня не видела, — хмыкает Медведева. — Разные этажи всё-таки. А скоро перейду в бассейн, там как раз...       — У нас есть бассейн? — Лиза округляет глаза, перебивая собеседницу. Ненароком в голове возникает образ Киры в спортивном купальнике, её рельефные мышцы, украшенные татуировками конечности... Как же хорошо, что предубеждения насчёт рисунков на теле почти канули в лету, и сейчас это становится помехой при трудоустройстве только в исключительных случаях.       — Ну ты даёшь, Индиго. В январе откроется в соседнем корпусе. Совсем из своей берлоги не вылезаешь? — Кира кладёт руку на плечо девушки, притягивая её к себе в недолгие объятия и вырывая из фантазий.       Лиза собирается что-то заворчать в знак протеста, но понимает, что ей, в общем-то, приятно общество Медведевой. И едва она улавливает лёгкий запах чужого парфюма, отдающего чем-то цитрусовым, как её отпускают. Даже обидно становится.       — Тухлая вечеринка, — критикует Кира, закидывая в рот тарталетку с креветкой и глядя по сторонам. — Но главное, что фуршет не тухлый, — добавляет не совсем разборчиво, пережёвывая угощение.       — Да они даже не потрудились арендовать ресторан, — Лиза растерянно пожимает плечами, хотя ей, по большому счёту, плевать, где проходит торжество — институтская аудитория хотя бы дешевле обходится.       — Есть предложение, — Медведева вытирает губы салфеткой, как настоящая аристократка, и продолжает, видя заинтересованность на лице Лизы. — Свожу тебя на экскурсию до бассика. После пар там будет время для сотрудников, может, захочешь плавать.       — Давай, — Индиго кивает и смотрит, как Кира выбирает со стола один бокал с коктейлем розового цвета. — Что ж ты за физрук, если пьёшь?       — Охуенный. Я ещё курю, прикинь, — Кира протягивает руку ладонью вверх, а когда Лиза кладёт поверх неё свою — притягивает к себе. — Ты ещё краше стала, если хочешь знать, — шепчет на ухо. — Небось студентам сердца разбиваешь только так. В этом ты профи.       — Кира-а, — тянет возмущённо Андрющенко, чувствуя, как кровь приливает к щекам, и надеясь, что окружающим это незаметно.       Кира шагает в коридор, ведя девушку за собой и стараясь не расплескать содержимое бокала. Лиза тем временем теряется в догадках: отчего она реагирует на флирт Медведевой так чувствительно? Пока они были студентками, вызвать смущение у Индиго было почти невозможно. Просто отвыкла от Киры? Стареет? Или всему виной чёртова овуляция, от которой обостряются все чувства, ещё и либидо подскакивает? При последней мысли Елизавета внутренне матерится.       — Как на личном? — вырывается у Лизы, после чего она поджимает губы.       — На личном всё отлично. Свобода, — беззаботно отзывается Кира, сжимая крепче изящную ладонь в своей, а Андрющенко испытывает облегчение почему-то. — Мы пришли, кстати.       Отпустив руку Лизы, Медведева достаёт ключи. Звенит связкой и открывает замок, пока Лиза осматривает часть здания, в которой ни разу не была. Вокруг тишина и пустота, немудрено: все на корпоративе. Лиза вчитывается в какой-то плакат на спортивную тематику и очухивается, когда Кира подталкивает её к открытой двери, ненавязчиво положив ладонь на талию. Лиза улыбается и проходит в тускло освещённое помещение, пока Кира возится с замком изнутри.       — Забыла, где свет включать, — с нервным смешком произносит Кира, наконец справляясь с дверью.       — Не нужен он, — отрезает Лиза, шагая вдоль резервуара с прозрачной водой и цокая каблуками. — Не будем привлекать чужое внимание.       — Осторожно, не поскользнись, — с волнением в голосе говорит Кира, торопливо догоняя Лизу.       — Ты же меня спасёшь, — легкомысленно встряхивает волосами Индиго и замечает сбоку в стене проход. — А здесь что?       — Женская раздевалка, — Кира расслабляется, когда Лиза отдаляется от бассейна, заглядывая внутрь и скрываясь в полутёмном коридоре. — Кисуль?       Вопрос эхом отражается от стен, а Медведева собирается шагнуть за Индиго, как вдруг брюнетка ловит её за руку и затаскивает; от резкого движения коктейль выплёскивается на запястье Киры.       — Что ты там копошишься, — бормочет Лиза, оказываясь почти вплотную к девушке и наблюдая, как та поднимает ладонь к губам. Андрющенко перехватывает кисть и слизывает с кожи сладковатые капли, бессовестно глядя в глаза Киры. — Не делай вид, что я тебе неинтересна.       Сглотнув, Кира проводит пальцем по линии челюсти Индиго, и та закусывает губу. Такую Лизу она не знает.       — Что ж ты от меня раньше бегала? — ухмыляется, наклоняя голову.       — Скорее... бегала от себя, — Лиза надавливает на плечо Киры, прижимая её к стене. — Я уже другой человек. Набралась опыта, уверенности, — почти мурлычет, щекоча дыханием ухо.       — Да уж, заметно, — Медведева водит ладонью по спине, облачённой в синее платье. — Я тоже другая. Меня не интересуют одноразовые встречи ради секса.       — А двухразовые? Шутка, — выдыхает Лиза, касаясь кончиком носа скулы Киры.       — Чёрт тебя возьми, Лиза, — Кира прикрывает глаза, сдаваясь чужим чарам, и перемещает руку с поясницы ниже.       — Ну если чёрт — это ты, я только за, — легонько прикусив мочку уха, Андрющенко игриво улыбается. — Давно ты благородно ругаешься?       — Последние пять минут. Это ты на меня так действуешь, — Медведева сжимает ягодицу девушки сквозь одежду, которую уже, на самом деле, не терпится снять. — Загладишь вину?       — Залижу, — поправляет Елизавета и оборачивается.       Зрение уже более-менее адаптировалось к обстановке, Лиза различает несколько лавочек напротив зеркал, душевые кабинки, разделённые перегородками. Но стоит ей отвлечься, как Кира перехватывает всё в свои руки. В прямом смысле этого слова. Затягивает в порывистый поцелуй, как только Лиза оборачивается, а руками ловко расстёгивает молнию на её платье. Та, оторвавшись от губ, помогает стянуть его с себя и оставляет в скомканном виде на кафеле. Теперь утончённое тело Андрющенко украшено лишь полупрозрачным бельём тёмного цвета и туфлями, которые на голых ногах смотрятся так развратно, что аж хорошо.       Кира ведёт девушку за собой, в одну из душевых кабинок. С внутренней радостью отмечает, что та достаточно просторная для двоих человек. Лиза избавляется от бюстгальтера, вешая его на дверцу, и сама возвращается к тому, на чём они остановились. Закинув руки на плечи Медведевой, приникает к манящим губам. Мычит нечленораздельно, когда чувствует раздвоенный язык, скользящий по её собственному. Эту модификацию Лиза не заметила во время диалога, зато сейчас ощущает крайне ярко.       Тонкая ниточка слюны тянется и рвётся, когда Кира отстраняется, чтобы залпом выпить содержимое своего бокала. Андрющенко опирается спиной о холодную стену за собой, делая глубокий вдох. Терпеливо ждёт, когда партнёрша снимет своё худи, оставаясь в спортивном топике. Любуется торсом Киры, пока та моет руки, а после достаёт два кубика льда со дна сосуда, оставленного на полу.       — Что ты?.. — Лиза замолкает и вздрагивает, когда ледышки соприкасаются с ярёмной ямкой.       — Ну-ка, физик, скажи, за какое время растает лёд от контакта с горячей девушкой? — Кира наклоняет голову вбок, словно издеваясь, и ведёт руками ниже.       Лёд стремительно тает, оставляя мокрый след на мягкой коже, но Медведева успевает обогнуть грудь, а затем коснуться обоих сосков. От последнего действия Лиза вздыхает едва слышно и выгибается; и без того возбуждённые горошины при контакте с холодной субстанцией становятся ещё более твёрдыми и чувствительными. На них хочется ощутить больше, чем влагу; Андрющенко накрывает грудь рукой, но Кира отводит ту в сторону, удерживая и в качестве компенсации оставляя поцелуй на шее, возле татуировки. Капли стекают по телу тонкими полупрозрачными дорожками, одна из них почти доходит до уровня пупка. Кира любуется своей работой, словно художник своим шедевром.       — Сейчас исправлю, — с коварной ухмылкой воркует Кира и наклоняется.       Собирает то языком, то нижней губой влагу, поднимаясь от живота к груди. Лиза машинально кладёт ладонь на светлую макушку, ощущая растущее напряжение внизу живота. Кира обводит кончиками языка светло-коричневую ареолу, сосок, а второй зажимает между пальцев. Андрющенко, ахнув, зарывается в её волосы и окончательно портит аккуратный Кирин хвостик.       Медведева с негромким похабным звуком отпускает грудь и скользит носом вдоль ключицы. Прикусывает кожу около плечевого сустава и переходит к шее. Лиза прижимает девушку ближе к себе, положив ладони на лопатки, и отклоняет голову. Кира губами улавливает пульсацию сонной артерии, когда целует мимолётно, и затем мажет по углу челюсти.       — Кир... — Лиза хмурится, шумно втягивая воздух. — Я не могу уже.       Ноги и правда готовы подкоситься от безумного возбуждения, не только витающего в воздухе, но и текущего по венам Лизы. Она подаётся вперёд, упираясь пахом в туловище Киры. Трётся о грубую ткань джинсов, цепляется пальцами за чужие бока, оставляя следы от ногтей.       — Что не можешь? Хочу, чтобы ты произнесла вслух, — Кира заправляет прядь коротких чёрных волос за ухо и целует в висок. — Долой стеснение, кошечка. Это моя месть за...       — Сними эти злоебучие трусы и возьми меня, — громче, чем следовало бы, выпаливает Лиза, перебивая — стеснения уже не осталось, как и стыда.       — Замечательно, — Кира одобрительно хмыкает, стягивает нижнее бельё с девушки и вешает на кран. — Главное не забыть потом.       Андрющенко облизывает нижнюю губу и притягивает Киру к себе, обхватив ладонью её затылок. Впивается в губы с жадностью, проникает языком в чужой рот. Сдавливая рукой талию девушки, Кира опускает вторую ладонь на её ягодицу, сжимает, затем звонко шлёпает. Лиза поскуливает, чувствуя, как приятно горит кожа от удара, а промежность буквально истекает природной влагой. Прерывает поцелуй и опускает голову, проводя носом по подбородку Киры, желая понаблюдать за её действиями. Медведева оглаживает внешнюю сторону бедра Лизы, а затем приподнимает и удерживает таким образом, что согнутая в колене нога Индиго огибает её тело.       Кира скользит свободной рукой по лобку и наконец дотрагивается до половых губ. Пачкаясь в обильной липкой смазке, раздвигает складки и поглаживает сверху вниз и обратно. Индиго хнычет и прикрывает глаза, хочет двинуться навстречу, усиливая трение, но Кира вовремя утягивает её в поцелуй, отвлекая и оставляя власть в своих руках.       Палец проезжается по чувствительной точке в очередной раз, после чего погружается в тесное жаркое лоно на две фаланги; Лиза рефлекторно дёргается, отрываясь от уже покрасневших губ блондинки. Кира чувствует напряжение её тела, в частности в ноге, которую до сих пор держит, и ждёт некоторое время, осыпая шею хаотичными поцелуями. Индиго кивает, и Медведева входит глубже. Двигается плавно, задерживаясь внутри, иногда надавливает на переднюю стенку и получает негромкий, но всё равно сладостный стон из уст Индиго.       Растянутые мышцы влагалища пропускают второй палец, толчки становятся более частыми и резкими, а вздохи Лизы — менее сдержанными. Она хватается за сильные плечи Киры, выгибаясь в спине, и сипло выбрасывает «ещё, сука» между очередными стонами. Понимая, что Индиго уже близка к кульминации, Кира делает ещё несколько грубых движений, что сопровождаются хлюпающими звуками, и выходит, перемещаясь на клитор. Быстро стимулирует, напрягая пальцы до предела, и Лиза вскрикивает, содрогаясь и случайно врезаясь носом в щёку Киры. Нехотя Медведева убирает руку с пульсирующей промежности и оглаживает туловище Лизы, дожидаясь, когда закончится послеоргазменная судорога.       Андрющенко довольно быстро приходит в себя. Заглядывает в тёмные глаза с огоньком, не чувствуя даже намёка на усталость.       — Ты до сих пор, блять, в джинсах, — кажется, раскрепощённость Лизы повлияла на её речь, и матерные слова теперь льются водопадом.       Оставаться исключительно в пассивной роли Индиго не любит, поэтому, отмахиваясь от протянутого Кирой лифчика, подталкивает ту к лавочке. Давит на плечи, вынуждая сесть, а сама опускается на пол голыми коленями, располагаясь между ногами Медведевой.       — Лиза? — неуверенно произносит Кира, когда та расстёгивает ширинку. — Тебе неудобно будет.       — Хрень собачья, — фыркает Лиза, исподлобья глядя на девушку. — Если не хочешь — остановимся, — кладёт руки на бёдра в ожидании ответа.       — Хочу, — на выдохе отвечает Кира, шустро через голову снимает топ и кидает в сторону, а затем приподнимается, дабы помочь Андрющенко стянуть с неё джинсы.       — Это я уже заметила, — бесстыдно комментирует Лиза, трогая мокрое пятно на ткани нижнего белья.       Укладывая руку на поясницу Киры, Лиза приподнимается и мокро целует её шею, опускается к ключицам, груди. Прикусывает сосок, и Медведева стонет, пытаясь сдвинуть ноги. Однако сидящая между них девушка этого сделать не позволяет. Избавляет Киру от последнего элемента одежды и целует внутреннюю сторону бедра, опаляя жарким дыханием. Кира шумно дышит в предвкушении и вдруг замечает перед собой зеркало.       В отражении она такая раскрытая, жаждущая, в какой-то степени уязвимая. Девушка отворачивается в сторону — становится неловко, но ненадолго. До первого небрежного мазка языком по половым губам. Кира возвращает взор и видит настоящую красоту в этой картине. Обнажённые ягодицы и спина Лизы, сидящей перед ней на коленях, эти её блядские туфли... Кира задумывается, что нога Лизы в такой обуви неплохо бы смотрелась на её спине, если бы вдруг Индиго захотела подобных игр. Но из воображения её выбивают активные движения Елизаветы. Та обхватывает клитор губами, делает кончиком языка круговые движения, чередуя их с мазками снизу вверх.       Кира кладёт ладонь на макушку Лизы, не отрывая взгляд от зеркала, и это распаляет ещё больше. Зарывается пальцами в чёрные волосы, а Индиго впивается в её ляжки ногтями, словно в отместку. Продолжает стимулировать клитор, ускоряясь. Дыхание Медведевой сбивается всё больше, а хриплые стоны вырываются чаще. Притянув Лизу ближе к себе, она кончает, запрокидывая голову и испытывая напряжение мышц вплоть до кончиков пальцев на ногах. Андрющенко, выпутавшись из сильной хватки, лишившей её клочка волос, выпрямляется и обнимает Киру, оставляя поцелуй на губах. Та лениво отвечает и, проморгавшись, вытирает Лизе подбородок, постепенно приходя в себя.       — Что дальше будет? — прокашлявшись, интересуется Кира и тянется за раскиданным по всей раздевалке бельём.       — Можно вернуться на банкет, я сегодня много энергии потеряла, — хихикает Лиза, поправляя причёску перед зеркалом.       Медведева на это лишь вздыхает едва заметно, надеясь, что их совместный путь только начинается и не ограничится пылким сексом.

***

      Вечером тридцать первого декабря в доме Виолетты царит суета. Кристина — лучшая подруга Киры — помогает Малышенко стругать овощи для салата, параллельно обсуждая что-то и смеясь.       — Они так быстро нашли общий язык, — полушёпотом говорит радостная Лиза на ухо Кире. — И, кажется, Вилке нравится твоя подруга.       Та кивает, посматривая с завистью. Уж огонёк заинтересованности в глазах лучшей подруги она не могла не заметить — слишком хорошо её знает. Взаимная симпатия с первого взгляда — просто мечта, далеко не всем так везёт.       — Лиз, выйдем на минутку?       Теперь кивает уже Андрющенко, Кира берёт её за руку и уводит на балкон. Пушистые снежинки падают на девушек, но ветра нет, и холод будто не чувствуется. А может, всё дело в том, что они согревают друг друга своим присутствием?       — Лиз, мы с тобой почти не говорили после, ну, корпоратива, — Кира хмурится, жуёт губу. Страшно оказаться отвергнутой вновь.       — Так он был пять дней назад! — оправдывается Лиза. — Я разгребала рабочие моменты, — вздыхает виновато.       — Я просто хочу понять, скажи честно. Тебя интересуют отношения со мной? Хоть немножко?       Андрющенко дотрагивается до щеки Киры, поглаживает.       — Кира, да. И ещё миллион раз да, конечно, — видя радостный блеск в карих глазах, сама невольно начинает улыбаться. — Ты мне нравишься, нет, я, кажется... начинаю испытывать влюблённость. Давай сегодняшний день считать началом?       Кира притягивает Лизу к себе, целуя нежно и долго. Обе вкладывают в этот поцелуй надежду на счастливое совместное будущее, полное взаимопонимания, поддержки, страсти. Они шли к этому долго, но верно говорят: лучше поздно, чем никогда.       Отныне Лиза обожает Новый год.