(Not so) Monstrous

— Он прирожденный убийца вампиров. Ты должен гордиться волчонком, Джеффри. Альфа проигнорировал выпад одного из оборотней. За все это время он ни разу не отвел взгляда от сына, который молча сидел в центре комнаты, бурно обсуждаемый всеми членами Совета. С момента убийства вампира прошло несколько дней. Кайл находился под охраной прежде, чем члены Совета вновь собрались в большой зале для обсуждения дальнейших шагов. Все понимали, что битва неизбежна. Перерастет ли она в очередную войну — вот тот вопрос, который волновал оборотней в данный момент. Кайл, не мигая, смотрел в точку поверх плеча Альфы. Он впервые убил. Пусть и вампира — кровожадного убийцу, который напал на беззащитную девушку. Кайл не понимал, что чувствует. С одной стороны, он поступил правильно. Не из-за клановой войны и какой-то ненависти на уровне генетического кода. Он защищал человека. И сделал бы так с любым, кто напал на безвинного. С другой… Эта вампир знала Ларса, была в курсе их отношений. У него в голове не укладывалось, как они могут быть настолько разными? Ларс не производил впечатление того, кто станет терпеть несправедливость, охоту на беззащитных людей и вседозволенность членов своего клана. Зачем вообще вампиру убивать человека так близко к резиденции оборотней? Они на протяжении веков скрывались точно не для того, чтобы настолько глупо себя обнаружить. Молодой волк впервые с начала заседания Совета моргнул. На дне все еще янтарных глаз плескались грусть, вина, отчаяние, страх и неожиданно смирение. Кайл наконец-то примирялся со своей сущностью, осознавал природу волка в полной мере. Внутренний конфликт человека и животного исчез в тот момент, когда клыки с ненавистью сомкнулись на бледной шее кровопийцы. Кайл бросил взгляд на Альфу, возвышавшегося над ним каменной глыбой. Он больше не чувствовал себя несмышленым и беспомощным щенком перед отцом. Пропал благоговейный ужас, который раньше вселял вожак стаи. Кайл понял, что не превращение делает их оборотнями, а гармония с внутренним волком. Он ее почувствовал, когда бросил к ногам сородичей оторванную вампирскую голову. — Зачем ты сбежал? — голос Альфы был пропитан льдом. — Зная, что на тебя откроют охоту. — Почувствовал присутствие вампира рядом с домом, — с новоприобретенным безразличием отчитывался Кайл. Сын перевел равнодушный взгляд на отца. Альфа старался этого не показывать, но резкая перемена в молодом волке настораживала его. — Попытайся я рассказать, никто бы не поверил. Решил проверить сам и вернуться до того, как меня хватятся. — Окно надо было открыть прежде, чем через него прыгать, — послышался веселый голос одного из оборотней. Другие члены стаи поддержали его тихими смешками. — Заканчивай этот допрос, Джеффри, — один из оборотней поднялся со своего места. — Волчонок поступил, как его дед в свое время. У нас есть более важные вопросы для обсуждения. Кайл слушал оборотней вокруг и понимал, что ему все равно. Даже сейчас его волновал только Ларс. Они теперь никогда не смогут быть вместе. Свои шансы Кайл разрушил, когда убил этого вампира. От ярости, обиды, в попытке проявить себя и доказать отцу свою независимость или же ради защиты тех, кто не может за себя постоять — уже не так важно. Когда Ларс узнает, кто убил его знакомую, никогда Кайла не простит. Альфа еще несколько минут смотрел на сына, затем медленно кивнул и вернулся на свое место — во главе Совета. После небольшой заминки по правую руку от вожака приземлился Кайл. Новые обязанности больше не заставляли молодого волка дрожать от волнения. Теперь он куда лучше понимал, что нужно стае и как можно этого достичь. После заседания Совета Кайл поравнялся с Альфой на выходе из комнаты. Он все еще не смотрел на отца, фокусируясь на скрывающихся в дверях оборотнях. — Ты говорил, что вампиры пахнут смертью, — Альфа дернулся, как от пощечины. Ему, к своему стыду, не приходилось сталкиваться с вампиром во всей его мощи. — На вкус они еще хуже.

***

Ларс был поглощен очередной книгой, когда дверь в комнату открылась. Лицо вампира против воли посветлело, заметив неожиданного гостя. — Ты вернулся! — Ларс отложил книгу и улыбнулся. Роберт вернул приветствие. Что-то был не так. Ларс мог это сказать по напряженным плечам Древнего вампира, его нахмуренным бровям и настороженному взгляду — будто он боится напугать обращенного. Роберт прошел в комнату, закрывая за собой дверь. Ларс встал. Там, в коридорах, было чересчур оживленно. Ларс уже хотел поинтересоваться, что происходит: на них напали, клан решил перейти к активным действиям? Но он еще толком не восстановился, у них должно быть больше времени! Диана говорила… — Пойдем со мной, — Роберт протянул ему руку, и Ларс ее с готовностью принял. — Вот так сразу, к делу? Ты ведь только вернулся, — Роберт вздохнул и перехватил его ладонь покрепче. — К сожалению, того требуют обстоятельства. Вскоре они оказались в лесу, из которого минувшей ночью Ларс сбежал, ставя точку в своих отношениях с Кайлом. Воспоминания о расставании, оборотне и его отчаянных попытках все исправить причиняли боль. Но Ларс просто не мог забыть предательство и двигаться дальше. За аналогичные поступки он в свое время отдалился от Роберта. Правда теперь, несмотря на голос разума, их отношения налаживались. Ларсу хотелось думать, что вместе с расположением Роберта получится перевернуть ход еще не начавшейся войны. — Что мы здесь делаем? — спросил Ларс. Роберт промолчал, продолжив идти вперед. Они подошли к оврагу, где уже находились несколько членов их клана. При виде Роберта они поднялись, поклонились и отошли в сторону, открывая Ларсу вид на поистине чудовищную картину. В яме лежала девушка. Практически полностью высушенная, она умерла от холода и шока, а не от потери крови. Рядом с ней виднелись очертания еще одного тела. Фарфоровая кожа, блестевшая в лунном свете, элегантное платье, соскочившие с миниатюрных ног каблуки. Головы не было, но Ларс и без нее прекрасно знал, на кого смотрит. — Кто? — спросил он. Один из вампиров протянул ему планшет. Вблизи рана с засохшей кровью, разорванными тканями и треснувшими костями выглядела еще хуже. — Похоже на работу оборотней, — Ларс задрожал. В ту ночь он не почувствовал присутствия других волков, кроме Кайла. В этой части леса они были вдвоем. С другой стороны, Диана могла появиться позже. Как и оборотни, которые ее убили. Кайл же… Нет, он просто не мог этого сделать! Это совсем не похоже на того Кайла, который пришел к нему домой, совершенно не готовый убить вампира; который не отвернулся, зная о кровной вражде, сделал все для того, чтобы добиться расположения Ларса. Нет, Диану наверняка убил кто-то другой. Ларс неосознанно потянулся к Роберту, не до конца понимая, что потерял лучшего друга. Диана была ему, как сестра. За такой короткий срок Ларс вспомнил, каково это — иметь семью вдали от дома. Диана дарила ему свое тепло, нежность и заботу. У него не было предлога усомниться ее верности и дружбе. Это безграничное доверие делало их сильными и свободными в логове живущих только местью вампиров. Но теперь Дианы нет. И мир Ларса, пошатнувшийся от предательства Кайла, был окончательно погребен под руинами его души и разбитого сердца. — Прости, — Роберт обнял Ларса в ответ, прикоснулся губами к виску. — Почему она пошла кормиться сюда? — спросил Ларс. В логове было много людей, готовых добровольно подставить свою шею. — Диана ушла еще на закате, — отозвался один из вампиров. — Сказала, есть какое-то важное дело. — Может, это как-то связано с девушкой? — слова давались Ларсу с трудом. Лес перед глазами расплывался. На ногах его держала только крепкая рука Роберта. — Кто она? — Выясняем. — Я хочу домой. — Хорошо, — Роберт кивнул и жестом подозвал кого-то. — Тебя проводят к коттеджу. — Нет, — Ларс покачал головой. — Роберт, я хочу домой. Древний вампир тепло улыбнулся. Теперь он понял, что Ларс имеет в виду. Он провел ладонью по чужой спине в успокаивающем жесте. Потеря Дианы несомненно подкосила Ларса. Но Роберт сделает все, чтобы даровать своему возлюбленному долгожданное возмездие. — Пойдем, — Роберт бросил последний взгляд на Диану. Тело вампира уже готовили к сожжению. — Тебе не нужно на это смотреть.

***

Дни быстро сменяли друг друга. Между ними не было перерыва. Днем Ларс тренировался под руководством Роберта, который не поднимал тему убийства Дианы. Вампир и не хотел знать подробностей. Перед глазами все еще стоял яркий и обжигающий огонь, окончательно уничтожающий его подругу. Личные вещи Дианы Ларс забрал себе. Их было немного: несколько записных книжек, аккуратный футляр с перьевой ручкой, тонкий мобильный телефон и гребень, который он подарил ей на день рождения несколько веков назад. По ночам Ларс запирался в комнате, никого не пуская. Даже Роберт не мог до него достучаться. Не то что бы он пытался. Сейчас у Древнего вампира были свои дела и заботы. Он пропадал днями, возвращался, чтобы снова закрыться в кабинете, заманивая союзников, готовясь к теперь уже неизбежному конфликту. В какой-то момент Ларс понял, что больше не хочет сопротивляться. Он не видел смысла менять мнение Роберта об оборотнях, отговаривать его от войны. Ларс уже потерял всех, кто был ему дорог. Лишенная надежд, бессмертная жизнь с порушенными планами и мечтами резко потеряла всякий смысл. — Я занят, Роберт, — впервые Ларс забыл закрыть дверь комнаты. — Мы поймали волков, — Ларс повернулся. — Они рыскали вокруг дома. Сейчас их допрашивают. Не задавая лишних вопросов, Ларс тут же пошел за Робертом. В одной из дальних комнат особняка действительно лежали связанными несколько оборотней. Ларс заметил, что волки относительно целы: есть несколько ссадин и порезов. Но это мелочи, по сравнению с пытками, которые ему пришлось вынести. Ларс занял место в углу комнаты. Роберт подошел к оборотням ближе, схватил одного за шею и поднял в воздух. Глаза волка расширились от ужаса. Он впервые столкнулся с настолько сильным вампиром. Схваченная девушка завозилась на полу. Ларс дернул головой. Значит, пара. Что ж, это только сыграет им на руку. — Кто вас послал? — Роберт смотрел на волка перед собой, но обращался явно к его спутнице. Она зарычала и задергалась еще сильнее, пытаясь избавиться от пут. Вампир за ее спиной достал из-за спины серебряный нож и резко воткнул его в ладонь с проступившими когтями. Женский крик заполнил комнату. Оборотень в руках Роберта ринулся в сторону своей возлюбленной, но это было бесполезно. Древний вампир держал крепко, усиливая хватку на шее. Волк продолжал рычать, задыхаясь. В его глазах было столько боли. Он посмотрел на Ларса с немой мольбой, но Старший вампир лишь отвернулся. Время быть добрым и всепрощающим прошло. Как иронично, что история начала повторять себя только после его пробуждения. Правда, в этот раз хватило всего одной смерти. — Мне повторить вопрос? — Альфа, — прорычал оборотень в лицо Роберта. Оборотень на полу продолжала дрожать от полученной раны. Нож все еще был в ее ладони, не давая выхода яду. — Мы должны были найти логово и дождаться подкрепления. — Ваш вожак просчитался, — с улыбкой произнес Роберт. — Надо было посылать кого-то опытнее. — Не тебе судить об этом, кровосос, — отозвалась девушка с пола и тут же получила очередную дозу серебра. В этот раз нож оказался в бедре. Волчица снова закричала. — Я вырву твое горло зубами, — янтарные глаза оборотня заполнились яростью, но Роберта это не проняло. — И разорву всех, кто посмеет мне помешать. — Конечно, — кивнул Роберт. — Кто убил вампира в лесу? Неожиданно оба оборотня стихли. Это заинтересовало Ларса. Он еще раз присмотрелся к волкам. На вид им было не больше двадцати пяти лет. Может, чуть старше. Они спокойно рассказали о приказе Альфы, прекрасно понимая, что вожаку ничего не угрожает. Но при упоминании об убийстве вампира в лесу, оба оборотня напряглись. Значит, они знакомы с этим волком. Возможно, даже дружат. Ларс подавил очередную волну подозрений. — Что ж, — не дождавшись ответа, заговорил Роберт, — вы не оставляете мне выбора. Роберт отшвырнул оборотня от себя и щелкнул пальцами. В тот же момент двое вампиров подхватили волчицу. Один из них достал кинжал и приставил его к шее девушки. Ее возлюбленный завозился, пытаясь встать, но веревки позволяли ему подняться только на колени. Он уже начал двигаться в сторону волчицы, когда Роберт одним ударом пригвоздил его к полу. Ларс напрягся. Он хотел узнать, кто виновен в смерти Дианы, но точно не готов был терпеть издевательств над волками. Если Роберт перегнет палку, вампир вмешается. — Поступим так: зуб за зуб. Ну или клык за клык, как вам больше нравится, — Роберт присел рядом с оборотнем. — Вы не хотите признаваться, кто убил одного из нас. Поэтому вместо него умрет она. Честно, как считаешь? — Ничего им не говори! — волчица дернулась, но вампиры быстро вернули ее на место. Лезвие полоснуло по шее. На смуглой коже появились алые ручейки. — Это Кайл! — закричал оборотень. — Кайл Брукс. Вашего вампира убил сын Альфы. Ларс вылетел из комнаты прежде, чем Роберт успел отдать новый приказ. Дверь в спальню слетела с петель. Тяжело дыша, Ларс направился к столу, сметая с него все. Следом на пол полетел книжный шкаф. Стул грудой деревяшек упал на пол после удара о стену. Рядом с дорогим пейзажем теперь красовалась глубокая вмятина. Ларс рвал и швырял вещи, не глядя. Он бы с удовольствием достал и смял свое собственное сердце, если это поможет избавиться от урагана поглощающих чувств. Вампир был разбит виной и оправдавшимися подозрениями. Голова кружилась от горя. Ларс закричал и ударил по столу. Тот разлетелся на две ровные части. Диана не заслужила такой смерти. Сам Ларс не заслужил оплакивать двоих дорогих ему людей, пусть один из них до сих пор был жив. Сможет ли он убить Кайла, если до этого дойдет? Или Роберт сделает все сам, оправдываясь высшей целью, возмездием и своей безграничной любовью, направленной на обращенного? Столько мыслей и возможных исходов, но все, о чем Ларс мог думать, это черная волчья морда, смыкающая клыки на шее его друга. Вампир схватился за грудь. Тонкая ткань рубашки треснула под пальцами. Как бы он хотел повернуть время вспять: вернуться в свою обветшалую усыпальницу, провести там еще несколько веков, пока жадные до власти хищники занимаются дележкой территории. Но сейчас Ларс не мог просто отсидеться и переждать конфликт. Пришло время выбирать сторону. Как ни странно, в угол загнал его именно Кайл. Ларс бросил ошалелый взгляд в сторону вещей Дианы. Там, среди потрепанных письменных принадлежностей, лежал ее портрет. Диана рассказывала, что какой-то бедный художник нарисовал ее на одном из светских приемов, когда она еще была человеком. Ларс знал, что потрепанная ткань холста с изображением счастливой девушки хранится именно между страниц ежедневников. Вампир потянулся к обтянутым кожей книжечкам, пытаясь найти нужную вещь. Ему просто хотелось взглянуть на Диану — счастливую и беззаботную, полную жизни — в последний раз. Пока он еще полностью не потерял рассудок. Неожиданно на пол выпал маленький клочок бумаги. Ларс откинул ежедневники в сторону и поднял его. По плотной бумаге скакали буквы. Диана волновалась и спешила, когда оставляла сообщение… для Ларса: «Здесь больше небезопасно. Роберт задумал что-то страшное. Если мы не сбежим сейчас, лишимся всего. Найди меня в лесу» — Д. Вампир зашатался и осел на пол. Перечитал еще раз. Диана хотела встретиться с ним в лесу, но почему не передала записку — планы поменялись или попросту не успела? Ларс провел пальцами по высохшим чернилам. Диана уже тогда боялась, что ей могут помешать связаться с ним. Но кто мог вызвать у нее такой благоговейный ужас и трепет, кроме… Клочок бумаги с хрустом сжался между пальцами. Ларс зло усмехнулся. Он ведь почти поверил в этот спектакль. К счастью для него, манипуляции Роберта за последние несколько сотен лет не поменялись. Древний вампир не удивился, увидев Ларса на пороге своего кабинета. В последнее время они хорошо общались. Ларс почти начал ему доверять, как раньше. Роберт ценил это и продолжал делать все для того, чтобы завоевать расположение обращенного. Ларс прошел вглубь кабинета, остановился у окна. Он молчал, и Роберт подумал, что ему нужно узнать судьбу пойманных им оборотней. Верный своему слову, Древний вампир их не убил. Они вернулись в стаю практически невредимыми. — Диана была влюблена в тебя, — неожиданно заговорил Ларс. Роберт подошел к нему ближе, присел на край стола. — Я знал, — Роберт скрестил руки на груди. — И дал ей понять, что для меня важен только ты. — Но все равно пользовался ее чувствами в своих целях, — Ларс бросил взгляд на невозмутимого создателя. — Как давно ты вернулся, Роберт? — За несколько дней до смерти Дианы, — не ожидав получить честного ответа, Ларс молча протянул Роберту найденную записку. Древний вампир прочел сообщение, а затем откинул клочок бумаги в сторону. С той же легкостью, с которой пожертвовал Дианой ради своей игры. — Зачем? — Мне нужен был рычаг давления. Нечто ужасное, способное вернуть тебя на мою сторону. Диана отлично подходила. Я рассчитывал, что кто-то из волков ее убьет. Твой щенок сделал все только лучше, оказавшись в нужном месте в нужное время. От безысходности хотелось провалиться сквозь землю. Ларс не мог смириться с мыслью, что Диана умерла из-за него. Просто потому, что у Роберта не получилось добиться взаимности другим способом. Как и Видара, Древний вампир заставил Диану пожертвовать собственной жизнью, только чтобы Ларс усвоил урок, от которого скрывается безумно долгую вечность: ему никогда не избавиться от создателя. Роберт найдет способ сломить Ларса, используя все возможные средства. — Что ты наделал? — Ларс опустил голову и прикрыл глаза. Роберт надменно хмыкнул, отходя к противоположной стене. Послышался щелчок. Ларс снова оказался в подготовленной специально для него ловушке. — А что еще мне оставалось делать? — с каждым словом голос Роберта становился громче. — Ты совсем потерял голову со своим щенком, забыл о своей сущности! У меня не осталось ни сил, ни терпения на эти игры. — Диана любила тебя! — Ларс повернулся к Роберту. Алые глаза горели от возмущения. — Неужели для тебя это пустой звук? — Как и для тебя — моя любовь! — Роберт подлетел к Ларсу, пригвождая его к стене. — Даже сейчас, узнав, что этот щенок убил Диану, ты все еще держишься за него. Продолжаешь любить! Почему он, а не я?! — Потому что это твоя вина! — Ларс оттолкнул Роберта, тут же нанося удар по лицу. Он был такой силы, что вампир рухнул на пол. Послышался хруст паркета под ковром. — Ты вынудил его убивать! Заставил всех плясать под свою дудку! — Еще нет. Роберт поднялся, возвращая сломанную челюсть на место. Ларс зло улыбнулся. Одна сломанная кость была недостаточным наказанием для того, что Роберт сделал. Время шло, а Древний вампир все еще ничего не предпринимал. Он стоял и смотрел на Ларса, будто ждал атаки. Это заставило вампира напрячься. Вспомнив последние слова Роберта, Ларс побледнел. — Ты не посмеешь, — Ларс в панике обернулся в поисках окна, но тут же застыл, почувствовав знакомые волны принуждения. — На колени. Роберт довольно улыбнулся, когда ноги Ларса подкосились. Вампир упал на пол под гнетом связи с создателем. За столько лет Ларс уже успел забыть, как невыносимо трудно сопротивляться влиянию того, кто буквально даровал тебе вторую жизнь. С ужасом он осознал, что полностью находится в руках Роберта. У него больше не было выбора. Древний вампир отнял последнее, за что Ларс держался. — Война неизбежна, — заговорил Роберт. — И ты будешь стоять рядом со мной, когда мы одержим победу. Хочешь того или нет. — Я не твоя игрушка, — Ларс попытался дернуться, но тут же застонал от боли. Сопротивляться связи было практически невозможно. Роберт достаточно усыпил его бдительность, чтобы полностью взять под свой контроль. — Конечно, нет, — Роберт взял Ларса за подбородок, прикасаясь к чужим губам в легком поцелуе. — Я люблю тебя, поэтому готов подарить весь мир. Вот увидишь: у нас будет самая лучшая жизнь.

***

Первое масштабное противостояние не заставило себя ждать. Оборотни были готовы к схватке. Против вампиров вышли все члены стаи. Даже те, которые давно уехали из Роузлейк-сити. Армию волков вел Альфа — довольный своим влиянием и уверенный в очередной победе. Сегодня они раз и навсегда избавят свой город от вампиров, устанавливая господство оборотней на сотни лет вперед. Противник не заставил себя ждать. Вампиры появились в ночи огромным теневым щитом. Бледные, опьяненные недавней кормежкой, с горящими от предвкушения битвы глазами. Их было не больше пятидесяти. Оборотни имели явное численное преимущество. Это заставило Альфу улыбнуться еще шире. Стоявший по правую руку от отца Кайл не разделял его радости. Среди них все еще был Древний вампир и с десяток таких же опытных хищников, как Ларс. У волков, недавно прошедших через обращение, шансы выжить практически нулевые. — Их так мало, — сказал кто-то из оборотней за спиной Кайла. — Не расслабляйтесь, — подал голос Тобиас. — Один вампир может убить с десяток оборотней. Волчата замолчали, съежившись, и Кайл решил не пугать их еще сильнее. В стае было несколько оборотней, прекрасно осознававших исходящую от вампиров угрозу. Еще меньше сталкивались с ними лично. Неосознанно Кайл взглядом нашел на противоположной стороне Ларса. Он стоял с высоко поднятой головой, надменно рассматривая готовых к атаке оборотней. Рядом, снисходительно улыбаясь и поддерживая Ларса за локоть, был Роберт. Они выглядели почти так же, как и на портрете, который Кайл нашел в одной из книг в домашней библиотеке. Внутри неприятно закололо, и молодой волк отвернулся, борясь с превращением. Альфа проследил за взглядом своего сына и помрачнел. Он прекрасно понимал, что у Кайла не хватит сил и решимости убить этого вампира. И дело даже не в том, что они каким-то образом обручились. Волки выбирают пару на всю жизнь. Потеряв ее, оборотень сойдет с ума. Но, к сожалению, они на тропе войны. У них нет права на поражение. А с безумием собственного сына Альфа как-нибудь справится. — Ты принесешь мне его голову, — обратился он к Кайлу, положив ладонь ему на плечо. Сын дернул плечом, скидывая руку вожака. — Я сам решу, что мне делать. Битва началась внезапно. Как по команде, оборотни перевоплотились и двинулись на вампиров, которые только этого и ждали. Мертвую ночную тишину разрезали протяжный вой и агрессивное рычание, хруст ломающихся костей, звуки ударов и скольжения по твердой земле. Роберт откидывал от себя одного мертвого волка за другим. Остальные вампиры, увидев превосходство Древнего, стали более агрессивными. В ход, кроме когтей, пошли клыки. Волчата скулили от тяжелых ударов, янтарные глаза тихо закрывались, а место шерсти уступала мягкая человеческая кожа. Оборотни тоже в долгу не оставались. Ларс двигался по полю боя через части тел своих соратников. Пустые алые глаза смотрели на него с земли, но вампир не останавливался. Он все еще был под влиянием Роберта, но путы связи ослабли. Древний вампир, поглощенный битвой, уже не так пристально следил за своим обращенным. Это был единственный шанс Ларса действовать. Кайл отшвырнул очередное тело вампира в сторону и оглянулся. Рядом несколько оборотней пытались отбиться от нападения. На подмогу к вампиру пришел еще один. Вдвоем им практически удалось убить оборотня. Помешал Кайл, напавший на вампиров из-за спины. Втроем они покончили еще с двумя кровопийцами. Почувствовав знакомый запах, волчья морда дернулась в сторону, тут же натыкаясь на облаченную в тонкие брюки и рубашку фигуру. Лапы уже двинулись в сторону вампира, но оборотень вовремя остановился. Теперь они были по разные стороны. Кайл не был уверен, что сделает Ларс, встретив его на своем пути. Но это не мешало ему смотреть. Вампир с присущей ему нечеловеческими скоростью, ловкостью и реакцией лавировал мимо оборотней, обходя одного волка за другим. Они пытались его атаковать, напасть со спины. Челюсти одного из волков прошли в опасной близости от шеи Ларса, но вампир увернулся от атаки, продолжая свой путь. Он не нападает, с удивлением осознал Кайл. Пока молодой волк примерно выполнял свой долг, избавляясь от врага, Ларс сдерживал свою сущность даже сейчас, применяя силу, только чтобы убрать очередного волка, бросившегося под ноги. И все же что-то здесь было не так. Ларс, хоть и игнорировал оборотней, явно преследовал какую-то цель. Кайл повертел головой, пытаясь предугадать действия вампира. Янтарный взгляд упал на холм, где за битвой наблюдал Альфа. Отец, в отличие от Роберта, предпочитал переждать кровопролитие и вмешаться, только если ситуация станет патовой. Кайл снова нашел среди сражающихся хищников Ларса. Вампир не сводил взгляда с холма и шел прямо к нему. Оборотень сорвался с места. Это же очевидно: лиши стаю вожака, и победа обеспечена. Но Кайл не мог позволить этому случиться. Несмотря ни на что, он не даст отцу умереть. Даже если придется погибнуть самому. Когда путь ему преградил черный волк, Ларс даже не удивился. «Радость» встречи омрачала разворачивающаяся за их спинами схватка, смерть Дианы и невидимая цепь, на которую вампира посадил Роберт. Кайл прогнулся в спине и зарычал. С клыков на землю капала слюна. Ларс выпрямился. Во взгляде всего на секунду мелькнула ярость. Вампир сделал несколько шагов вперед. Волк дернулся, скуля, а затем предупреждающе рыкнул. — Все идет по плану, — сказал Ларс и неожиданно улыбнулся. В следующую секунду вампир оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Кайл растерянно оглянулся по сторонам, только чтобы увидеть Ларса за своей спиной. Вампир оскалился, всем своим видом демонстрируя превосходство, и на немыслимой скорости двинулся к холму. Альфа начал пятиться назад, услышав в отдалении сдавленный вой. Джеффри замер, когда перед ним появился Ларс — вампир, которого несколько месяцев назад он схватил и пытал. Альфа понимал, что никто из оборотней не сможет вовремя прийти к нему на помощь, но не собирался умирать без боя. — Нужно поговорить, — сказал Ларс. С этими словами они исчезли с холма.

***

— Чувствуй себя, как дома. Джеффри фыркнул, осторожно присаживаясь на диван. Ларс принес Альфу в свой коттедж. Здесь они могли поговорить без лишних ушей и влияния Роберта. Последнее уже полчаса надоедало головной болью. Вампир сжал челюсти под размеренный стук барабанов в висках. — Чего ты добиваешься? — спросил Альфа. — Хочешь поиграться перед тем, как убить? — Я, по-твоему, похож на кота? — Ларс присел напротив оборотня и скрестил руки на груди. — Да и ты не беззащитная мышь. Как я уже говорил: нужно кое-что обсудить. Джеффри воспользовался паузой, чтобы рассмотреть Ларса. Он действительно отличался от других вампиров. В позе Ларса не было напряжения от присутствия оборотня рядом. Он не хотел нападать и не ждал агрессии от Альфы, веря в то, что их беседа пройдет цивилизованно. Метка, оставленная Кайлом, не укрылась от взгляда Джеффри, но не вызвала ожидаемого раздражения. Оборотень смотрел на Ларса, медленно, но верно приходя к выводам, которые его сын сделал уже давно. — Мне не нужна эта война, — начал Ларс. — Роберт хочет доказать самому себе, что является верхушкой пищевой цепи, а я не хочу, чтобы из-за его эгоизма гибли близкие мне люди. Снова. — Думаешь, я разделяю твою точку зрения? — Альфа делал вид, что все слова Ларса не вызывают в нем ничего, кроме веселья. При этом каждый мускул волка был напряжен, а уши нетерпеливо дергались в ожидании предложения, выхода из той западни, в которой они оказались. — Твой отец выиграл прошлую войну. Это стоило ему жизни. Ты старался построить будущее, в котором щенкам не придется сражаться. Мы можем добиться этого, заключив перемирие между нашими расами. Никому не придется умирать. Прошло время для ненависти. Мы можем сосуществовать, не ущемляя друг друга. Ларс был прав. Сам Джеффри имел косвенное отношение к прошлой войне. Ее героем стал его отец. Альфа, которого все любили и уважали. К нему тянулись, за него были готовы умереть. Джеффри верил в своего отца почти с той же интенсивностью, как и вся стая. А потом Альфы не стало. И виноват в этом оказался Древний вампир. Но все равно сын осознал, что не хочет идти по стопам отца. Джеффри пытался защищать стаю миролюбивыми способами, ограждая волчат от секретов, связанных с вампирами, от изнурительных тренировок и заседаний Совета, где обсуждалась очередная охота. Он хотел Кайлу лучшего будущего до того, как вновь окунулся в пучину кровной ненависти. — А если я откажусь? — спросил Альфа. — Даже если вампиры убьют сто волков, нас все равно больше. Рано или поздно от вас не останется следа. Даже твоего Роберта. С ним я лично разберусь. — Имеешь право, — пожал плечами Ларс. — Можешь даже напасть на меня прямо сейчас. Тогда я убью тебя. А потом себя. Как показала практика, даже вынужденное заточение не избавит меня от Роберта. А рассчитывать на вашу победу я не могу. — Кайл займет мое место. — Он будет слишком подавлен и убит горем из-за смерти отца, чтобы стать Альфой, которого заслуживает стая. А Роберт не даст ему передышки. Джеффри кивнул. В разгар битвы потеря вожака станет ударом для многих оборотней. Лучшим вариантом для них станет отступление. Кто сможет, успеет убежать и спрятаться подальше от цепких вампирских рук. Остальные станут показательным примером для будущих волчат, если в их головах вдруг возникнет мысль сопротивляться. А Кайл… Джеффри любит своих детей. Даже если и не умеет этого показывать. Он отослал Марту, перестал с ней разговаривать, лишь бы обеспечить дочери будущее без забот о стае. Джеффри хотел быть уверен, что Кайл сможет управлять оборотнями без особых трудностей: обеспечил брак с влиятельной семьей, постоянно готовил его к худшему, давал тяжелые жизненные уроки. Но в какой-то момент окончательно потерял связь с сыном. А времени стать отцом для своих детей оставалось все меньше. — Я не могу позволить тебе умереть, — Джеффри вздохнул. Плечи вожака впервые с момента начала их разговора расслабились. — Вы с Кайлом обручены. Он любит тебя. — Кайл убил моего лучшего друга, — взгляд Ларса потемнел. — Диана была мне как сестра. Благодаря твоему сыну, меня схватили и пытали. — Это Марта, — ответил Джеффри. — Она испугалась, что брат решил охотиться на Древнего вампира в одиночку и обратилась ко мне. Мы просто воспользовались неведением Кайла, чтобы выследить монстра. — Я тоже его люблю, — прошептал Ларс и закусил губу. — Но мы не сможем быть вместе. Не с войной на пороге. Головная боль усиливалась. Должно быть, Роберт заметил отсутствие Ларса и теперь искал его. Времени оставалось все меньше. Ларс не уверен, что сможет контролировать себя, когда Роберт снова призовет его. Древний вампир уже подавил волю своего обращенного, ему нужно приложить еще немного усилий, чтобы полностью лишить его самостоятельности. — Ты прав, — Джеффри кивнул. — От перемирия мы все выиграем. Но как ты планируешь разобраться с Робертом? — Не волнуйся, — Ларс потянулся к карману, достал оттуда небольшой флакон и поставил его на журнальный столик. Месяцы работы окупились. Он смог вывести сыворотку, достаточно сильную, чтобы заставить Древнего вампира усохнуть. — У меня есть план. Что ты будешь делать с Советом? — Я неделями водил их за нос по поводу ваших с Кайлом отношений, — Джеффри улыбнулся. — Убедить их в необходимости перемирия труда не составит. Несколько лет спустя Ларс поприветствовал оборотней, охранявших вход в дом Бруксов, и прошел внутрь. Вампир быстро пересек длинный коридор, поднялся на второй этаж, привычно пересчитывая деревянные ступеньки, и остановился перед массивной дверью. За ней было тихо. Вампир слышал только шелест штор и скрежет ручки по бумаге. Выждав еще несколько секунд, Ларс толкнул дверь, входя внутрь. — Альфа, — низкий приятный голос разрезал тишину комнаты. Сидевший за столом оборотень поднял голову. При виде гостя он широко улыбнулся, поднялся с места и тут же направился к вампиру. — Зачем же так официально? — Кайл положил руки на талию Ларса, привлекая его ближе к себе. Пальцы медленно огладили кожу под тонкой тканью водолазки. — Ты послал за мной официальным письмом, — в притворном раздражении фыркнул Ларс. — Немного воспользовался положением. Я соскучился. Без лишних слов Кайл поцеловал Ларса, одобрительно порыкивая, почувствовав руки вампира на своей шее. Они действительно долго не виделись. Ларс улетал в Румынию, чтобы проверить заточенного в одной из принадлежащих клану гробниц Роберта и переговорить со знакомыми вампирами. Со связью, правда, были проблемы, и Кайл уже начал лезть на стену без своего возлюбленного, когда получил хорошие новости. И тут же направил официальное письмо о встрече. Ему, как ответственному Альфе, нужно было выслушать отчет лидера клана-соратника. — Я тоже по тебе скучал, — Ларс прислонился своим лбом к чужому, наслаждаясь близостью любимого человека. — Ну что, обсудим результаты моей поездки? Раз уж я здесь. Кайл застонал и под смех Ларса вернулся за стол. — Ладно, рассказывай. Но не думай, что так быстро от меня отделаешься. Мне еще нужно кое-что обсудить… в более интимной обстановке. — Все еще пользуешься положением? — Ларс сел напротив Кайла, перекинув ногу на ногу. — Пока еще нет, — оборотень сверкнул клыками. — Но лучше не планируй ничего до завтрашнего вечера. Я же говорил, что сильно соскучился? В ответ Ларс громко рассмеялся.