Ради других.

Бывший разрушитель часто обдумывал совет Инка, но так ни к чему и не пришел. Все события прошлого действительно висели на нем мертвым грузом, и всегда, когда он не занимал себя чем-либо, травмирующие воспоминания давали о себе знать. Глюк не знал, как долго у него получится бежать от себя. Даже ранее любимые занятия стали интересовать его гораздо меньше, и, соответственно, хуже отвлекать. С обожаемым миром потихоньку происходило то же самое. “Может, если рассказать Инку, то это поможет? Почему бы и не рискнуть? Если ему помогло, то может и мне станет легче? — размышлял черный скелет. — Нет, лучше не стоит рисковать, а то после этих слов станет еще хуже”. Ему было даже в какой-то степени жаль, что они были знакомы так давно, но по-настоящему друг друга совсем не знали. Все эти размышления надоели ему, хотелось тишины. Как получить покой, не отвлекаясь на приевшиеся развлечения? Можно пойти в уже знакомую ау, больше вариантов нет. Точнее есть, но они непроверенные, и оттого неподходящие. “Стоп, а что если там снова находится никчемный художник? И вообще, как так получилось, что у нас одно и то же место для отдыха?! Хотя ладно, плевать, лучше слушать его бредни, нежели оставаться наедине с мыслями”, – решил Эррор, открывая портал на том же месте. Глюк расслабленно прогулялся по известному пути к берегу. Когда он вышел из сосновой рощи, его встретил не только ясный алый закат и мягкий шум нескончаемого дождя, но еще и спина сосредоточенного на рисунке создателя. Он сидел почти на том же месте, что и вчера. Несмотря на его присутствие, бывший разрушитель прошел вперед и тоже сел. Эррор окинул взором периметр береговой линии, на которой они сидели, и задал вопрос, интересующий его со вчерашнего дня: — Почему ты создал кувшинки и цветы только у этой части берега? Инк слегка подпрыгнул от удивления, чуть не выронив угольный мелок. — Как давно ты здесь?! — Только пришел. Ответишь? Художник взял мелок поудобнее и продолжил штриховать рисунок, параллельно отвечая: — Ну, просто захотелось… Я создатель, я так вижу, — со слабой улыбкой произнес Инк, наклоняясь к скетчбуку. — Просто признай, ты все спланировал так, чтобы я не перекочевал в другое место от твоей надоедливой компании. Неожиданно для глюка, творец немного посмеялся. — Да-а, мое непонятно откуда взявшееся предположение о том, что ты ценитель кувшинок и лотосов, подтвердило себя. Видимо, интуиция у меня неплохая. Эррор фыркнул в ответ. Спустя некоторое время диалог продолжился. — Кстати, я заметил, что ты часто здесь бываешь. Что думаешь об этой вселенной? — спросил увлеченный рисованием создатель. — Я толком не знаком с ней, так что не могу сказать наверняка. Вроде бы неплохая. Художник понимающе улыбнулся, все еще работая над рисунком, и продолжил занимательный диалог: — Я на днях создал локацию и что-то мне в ней совсем не нравится… Так вот, не мог бы ты оценить ее? Только тебе есть с чем сравнивать. Глюк приоткрыл рот, видимо, хотел возразить, но потом закрыл и подумал немного. Вполне безобидная и логичная просьба, не так ли? Не похоже на какую-либо коварную ловушку, да и зачем Инку ему вредить? Если бы хотел, то давно бы уже что-то сделал. Было несколько причин, по которым он очень хотел принять предложение бывшего врага. Во-первых, ему банально хотелось разнообразить бестолковую жизнь. Во-вторых, возможно, он действительно мог бы внести пару правок, чтобы улучшить проживание в ней. И в третьих, создатель умело потешил его самолюбие, все-таки приятно, когда твое мнение снова на что-то влияет… — Если там нет людей, то почему бы и не сделать ее более пригодной для жилья, — монотонно ответил глюк. Инк внезапно отвлекся от рисунка. Теперь он широко улыбался и оба его зрачка представляли собой желтые, поблескивающие на солнце звезды. — Ничего себе, ты поразительно быстро согласился! И да, там нет людей. Думаю, это первый шаг к твоему обожанию этого мира! Вместо ответа творца, Эррор невольно обратил все свое внимание на завораживающие глаза художника, пристально разглядывая их. — Все в порядке? — один из зрачков изменился фиолетовый вопросительный знак, в то время как Инк обеспокоенно махал рукой, выводя глюка из транса. — Не заставляй меня жалеть об этом решении, — сказал бывший разрушитель, растерянно отворачиваясь в противоположную сторону. — Что ж, тогда выдвигаемся! — ответил скелет во все еще приподнятом настроении и моргнул, возвратив привычные красочные фигуры.

***

Инк создал высокий портал и долго листал список, иногда возвращаясь обратно и сравнивая коды миров с записями на шарфе. После трех минут усердных поисков открылся нужный портал, отображающий берег океана под ярким синим освещением. Небо было совершенно ясным, за исключением полной сияющей луны. Создавалось ощущение, будто небосвод не хотел отнимать внимание от чего-то более красивого. Бывшего разрушителя очень успокаивали неистовые сапфировые волны, с силой бьющиеся о прибрежный песок. Инк первым зашел в него и вскоре стоял по ту сторону, взглядом приглашая глюка, все еще неуверенного в своих действиях. Создатель занимал почти все поле зрения, которое мог предложить портал. Но, несмотря на это, черный скелет все еще мог наблюдать за плавным движением волн, касающихся босых ног Инка. Художник заметил, что Эррор с интересом глядел на задний план. — Если что ты засматриваешься на океан, — с добродушной улыбкой произнес творец. Черный скелет слегка кивнул, и, в конце концов, принял волевое решение переступить через портал. Инк прошел вперед, полностью освободив место для гостя. Когда глюк оказался в незнакомой альтернативной вселенной овальное окно, ведущее в другой мир, исчезло. После чего он, по-прежнему стоя на месте, плавно обернулся и понял, что волны получили завораживающий блеск благодаря светящимся небоскребам. Неоново-синий мегаполис, омываемый мятежным океаном, выглядел очень контрастно на фоне мрачного неба. Бывший разрушитель застыл и широко раскрыл глаза, пораженный красотой этой уникальной вселенной. В прежней мультивселенной миры чаще всего представляли собой обычные уютные деревушки. Были и с городами, но такого масштабного, захватывающего дух поселения он ни разу не видел и не думал, что когда-либо увидит. Инк стоял на прежнем месте, наслаждаясь реакцией Эррора. — Как тебе? Чисто на первый взгляд, — поинтересовался творец, понимая, что вряд ли получит честный отзыв. Глюк и не спешил отвлекаться от красоты вокруг него, чтобы ответить на вопрос. Он продолжал рассматривать прекрасную окружающую среду и наслаждаться морским бризом. Спустя несколько секунд проигнорированный художник решил спросить громче: — Эррор, как тебе? Бывший разрушитель устал делать вид, что ничего не слышит, поэтому медленно повернулся к собеседнику и вяло ответил: — Ты что-то сказал? — Ага. Как тебе обстановочка? – энергично переспросил художник. — Ответ “хорошо” устроит? — Ну, не совсем. Слишком сухой ответ, противоречащий твоим восхищенным глазам. — По моим глазам в принципе тяжело понять, что я испытываю, в отличие от твоих. Инк в ответ отрицательно покачал черепом, многозначительно улыбаясь. — Да и вообще, зачем меня отвлекать, если ты уже всë “прочел по глазам”?! — Всегда приятнее слышать реакцию, нежели видеть. Ну, по крайней мере, для меня так. — Художник выдержал интригующую паузу и отвел взгляд в сторону величавых небоскребов. — Кстати, я знаю, как добиться от тебя бурной словесной реакции. В этот же момент одновременно на всех небоскребах вместо голубого свечения появилась реклама разных типов шоколада, в разных обертках и с разными рекламными лозунгами. Глюк последовал примеру и тоже окинул взором высокие здания, совершенно не ожидая такого поворота событий, его рот чуть приоткрылся от удивления, а раскрытые глаза пытались пробежаться по каждому объявлению. — К-как ты это сделал?! И почему именно шоколад?… — Ты очень часто ел его, пока мы сидели на берегу нашей вселенной. А первый вопрос, пожалуй, проигнорирую, — сказал безмятежно улыбающийся художник, после чего обернулся и неспешно зашел по щиколотки в прохладную воду. — Ага, и поэтому ты решил посмеяться и спланировать все так, чтобы в определенный момент эту рекламу включили?! — Ну, не пос… — Знаешь что? Раз… — Что? — В отместку перебил самодовольно улыбающийся художник, уставившись на горизонт. — Развлекай себя дальше, в одиночестве, а я ухожу. Но сперва… Инк вопросительно глянул из-за плеча на бывшего разрушителя. Эррор, в этот же момент, моментально достал нити из глаза, которые обмотались вокруг фаланг пальцев руки и направились в сторону создателя. За считанные секунды он оказался связанным с черепа до ног. Видимо, жизнь среди безобидных вселенных значительно понизила его осмотрительность. — Э-эррор...? Это забавно, но мне тесновато, — сказал художник с натянутой улыбкой, понимая, что у него нет шансов выбраться, но все равно инстинктивно пытаясь. Его глаза изменились на фиолетовый восклицательный знак и красную мишень. Вскоре черный скелет начал мучительно медленно подходить к океану, смотря пустым взглядом на горизонт. А озадаченный и беззащитный создатель все это время сопровождал его встревоженным взглядом и дрожащей улыбкой. Когда волны начали касаться стоп бывшего разрушителя, он снял черные шлепки и держал их в свободной руке, пока проходил мимо творца, заходя по голени в воду. Как только глюк оказался достаточно далеко от творца, он плавно, но с силой потянул за нити и этим самым вызвал удивленный вскрик и падение беспомощного скелета лицом в бодрящую воду. После того, как Эррор повернулся к художнику, он планировал ехидно улыбнуться, но вместо этого ему предстояло подобрать свою челюсть: зона вокруг Инка внезапно засверкала огромным количеством небесно-голубых искр, которые мгновенно устремились ввысь, постепенно распыляясь на слабом ветру. Художник опомнился и, будучи наполовину под прохладной водой, перекатился на бок и из этого положения умудрился сесть. После чего с довольной улыбкой сказал: — Ах, да, я и это планировал тебе показать. Глюк стоял в абсолютном потрясении, позабыв обо всем. Тело пришло в оцепенение: руки, соответственно, свисали по бокам, а пальцы с трудом держали легкую обувь. Черный скелет поймал себя на мысли, что для него это было восхитительное явление, он даже и не подозревал, что кто-то может создать нечто подобное. Инк воспользовался моментом и резко упал на спину, потянув все еще прикрепленные к нему синие нити, тем самым вызывая падение Эррора в мутноватую воду. Всю эту сцену вновь сопровождал потрясенный крик и многочисленные брызги соленой воды. Бывший разрушитель начал глючить от неожиданного действия и моментально деактивировал прочные нити, раздраженно вставая. И без того всегда угрюмый скелет каким-то чудесным образом стал еще угрюмее. — Ушибся? — ели сдерживая смех, спросил художник. С обиженным выражением лица Эррор подошел достаточно близко к творцу и начал брызгаться. К сожалению, это действие не вызвало появление лазурных мерцаний, с какой бы силой он не бил по воде. По сути, в этом не было никакого смысла, потому что и так одежда художника уже насквозь промокла. Тем не менее, Инк искусно уворачивался, прямо как в старые недобрые времена. Создателю было необъяснимо весело наблюдать за тем, как лицо глюка становится сердитее и сердитее, когда он осознает, что не в силах банально попасть водой в ловкого монстра с широкой дурацкой улыбкой. Спустя время Эррор агрессивно вышел из воды и уже на берегу создал глючный белый портал. Творец проводил бывшего разрушителя лучезарным смехом.