Boy Butter

Хосок покраснел от смущения, и все его лицо стало красным, когда он ерзал на своем сиденье в самолете. Они наконец-то возвращались в Корею после долгого мирового турне, и хотя обычно все было хорошо, но в этот раз случилось непредвиденное: он возбудился до такой степени, что чувствовал себя почти как в течку. Его нос уже был забит запахом его собственного маслянистого аромата, воздух стал густым из-за него. И все, что он мог делать, - это сидеть в изнеможении, наблюдая за тем, как все остальные постепенно начинают понимать, что происходит. - Хоби, - Сокджин положил теплую руку ему на бедро, и Хосок едва не подпрыгнул от неожиданности этого прикосновения. - Что тебя так взволновало? - Сокджин даже выделил немного своих альфа-феромонов, чтобы успокоить быстрое сердцебиение Хосока. Но было ясно, что ему любопытно и, возможно, даже очень не терпится. Еще немного покорчившись, когда из его сокращающейся дырочки вытекло еще больше пахнущей маслом смазки, Хосок простонал, закрыв лицо ладонями. - Я буквально не знаю. - и действительно, он не знал. Он на сто процентов, без сомнения, знал, что у него нет течка или предтечка из-за противозачаточных средств. Но он также не был ничем возбужден. Во всяком случае, ему было уютно и спокойно, он находился в том комфортном промежутке между сном и бодрствованием, когда заметил, что пачкает штаны, и предположил, что слегка запаниковал. - Серьезно, я как раз собирался вздремнуть, когда заметил, что мокрый, а теперь это не прекращается. Сокджин, тихо посмеиваясь, чуть крепче сжал его бедро. - Со всеми нами такое иногда случается, тебе, наверное, просто комфортно. А это то, что нам не всегда удается почувствовать. - Верно, - хмыкнул он, чувствуя себя немного лучше в своем затруднительном положении. По крайней мере, до тех пор, пока Сокджин не наклонился вперед, чтобы прошептать ему на ухо: - Знаешь... - рука, лежащая на его бедре, переместилась к промежности, кончики пальцев грозили нащупать его в любую секунду. - Если хочешь, я могу тебе немного помочь. В самолете только мы, и нет никаких камер. Было бы забавно присоединиться к Mile High Club. Оглядев остальных, он заметил, что некоторые из них с интересом смотрят в сторону, но никто не собирается вмешиваться в предложение Сокджина. В какой-то момент на пути Бантан к становлению стаей они все дурачились друг с другом. Это не было запланировано, и уж точно об этом никогда не говорилось. Это просто происходило всякий раз, когда возникала необходимость. Например, когда начиналась течка, или когда напряжение было слишком велико. В некотором смысле все они понимали, что на данный момент это просто быстрое решение проблемы, поскольку из-за их известности встречаться с кем-либо было сложно. Особенно когда им приходится скрывать запахи с помощью блокаторов. Поэтому они часто объединялись в пары, помогая друг другу. На самом деле, единственные, кого Хосок подозревал в том, что они действительно вместе, были Тэхён и Чимин, да и то совсем недавно. В последнее время они не проводили свои циклы ни с кем другим в стае и были очень надоедливы. По мнению Хосока, это был лишь вопрос времени, когда они объявят, что стали парой или, по крайней мере, скоро станут ею. Неужели для Хосока действительно будет так плохо позволить их главному альфе позаботиться о нём на их личном самолете? В конце концов, самолет принадлежит им. Хосок еще больше наморщил лоб, но решение было принято, и он слегка кивнул Сокджину. - Что бы ты хотел сделать? - прошептал он, чувствуя себя немного скованно из-за окружающей обстановки, несмотря на то, что за эти годы он не раз видел всех в разной степени раздетости, а также в разных сексуальных позах. Теперь рука альфы полностью обхватила его через шорты и нащупала твердый член, прежде чем начать возиться с поясом. - Я подумал, что мог бы потрогать тебя прямо здесь, на твоем сиденье. При этих словах по его телу пробежала дрожь, а с губ сорвался тихий стон. Черт, это было горячо. - Что скажешь? - Сделай это, пожалуйста, сделай это, хён. - Хосок просто был слишком напряжен, и это было удивительно горячо. А остальные будут смотреть? Захотят ли они присоединиться? Может быть, они даже прикоснутся к себе при виде этого зрелища? Все эти варианты возбуждали его так, что в шортах становилось тесно и мокро. Сокджин быстро заметил его затруднительное положение, и его глаза расширились от восторга. - Блядь, ты такой мокрый, Хоби. - перегнувшись через сиденье, альфа, не теряя времени, снял с него нижнюю одежду. После того, как старший оставил его полностью обнаженным перед всем самолетом, Сокджин попросил Хосока расставить ноги по обе стороны от подлокотников так, чтобы он оказался открыт для него, а затем провел кончиком длинного пальца по краю его дырочки. - Из тебя капает. Не в силах произнести ни слова, Хосок попытался насадиться на чужой указательный палец, и его масляный запах полностью забил воздух вокруг. К тому времени, как они закончат, всё вокруг будет пахнуть им, и какой-то первобытной части его души это нравилось. - Ты такой жадный. - Сокджин полностью ввел в него палец. Ощущения от согнутого пальца были невероятными, это было лучшее, что Хосок чувствовал за последнее время, и с громким протяжным стоном он откинул голову назад и задрожал. - Так хорошо, хён. - Да. - Сокджин прижал палец к его сладкой точке, и небольшое количество предэякулята капнуло с его члена на толстовку. - Приятно? Тогда как насчет того, чтобы я дал тебе больше? Твоя скользкая дырочка так хорошо меня принимает. - второй палец присоединился к первому, и когда альфа развел их ножницами, Хосок практически зарыдал. Прямо сейчас все было так хорошо, его тело было полностью расслаблено, и, сам того не желая, он обнажил шею. Старший альфа издал низкий рык, его глаза на секунду покраснели при виде чужого обнаженного горла. - Осторожнее, Хоби, иначе мне, наверное, придется трахнуть тебя прямо здесь и сейчас. Слова Сокджина прозвучали как рычание, и третий палец проскользнул внутрь. Все, что Хосок мог делать - только стонать и выгибаться дугой в такт ощущениям, обнажая шею для альфы и вцепившись ногтями в свою толстовку. Однако звук, с которым его смазка вытекала под пальцами альфы, это то, что по-настоящему завело его: как только хлюпающий звук достиг его ушей, он кончил. На секунду все вокруг потемнело, и он потерял сознание от интенсивности оргазма, а когда пришел в себя, Сокджин отчаянно дрочил себе. Глаза альфы остекленели, покрытая смазкой рука отчаянно двигалась по всей длине члена, и Хосок с мягкой улыбкой протянул к нему цепкие руки. - Можешь трахнуть меня, хён, я не против. - Ты уверен? - рука Сокджина замерла, вопрос был написан на его раскрасневшемся и возбужденном лице, и Хосок снова кивнул. - Уверен. - О, черт, спасибо тебе. - в его голосе ясно слышалось облегчение, и в тот же миг он оказался между спинкой сиденья перед ними и Хосоком. Он держал одну руку на бедре Хосока, чтобы слегка раздвинуть его ноги, хотя Хосок с радостью самостоятельно раздвинул ноги в ожидании. Сокджин снова обхватил свой член и задрожал от ощущения скользкой руки на себе, но взял себя в руки и прижал головку своего твердого члена к влажной и открытой дырочке Хосока. Войдя в него, Сокджин сразу же задвигал бедрами в быстром ритме. Он был полностью сосредоточен на собственном оргазме, и все, что ему потребовалось - лишь несколько грубых толчков, прежде чем он замер и кончил внутрь. Ощущение тела Хосока, плотно сжимающегося вокруг его члена, и его опьяняющий запах были слишком сильными. - Черт, это было великолепно. Сокджин навалился на него сверху, крепко обнимая и обнюхивая его шею, а обмякший член все еще оставался внутри него. Хосок, широко улыбаясь и хихикая про себя, обнюхал его в ответ. Альфа всегда прижимался к нему после хорошего оргазма. - Это действительно было так. - Но от меня теперь еще неделю будет пахнуть топленым маслом. - Ты же знаешь, что тебе это нравится.