Doll

— Мистер Поттер, вас ждут в больничном крыле.       Минерва Макгонагалл, статная женщина в летах, всегда одетая в строгие, но элегантные платья по щиколотку и замшевые темные сапоги на высокой шпильке, не поднимая взгляда от написанных заданий, строгим голосом сообщила уже уходящему ученику. — Меня? Зачем, профессор Макгонагалл?       Учитель подняла круглые глаза на удивлённого мальчика и чуть смягчила тон. — Мистер Кэрроу очнулся и пожелал вас видеть. Директор Дамблдор также ждёт вас там.       Сказать по правде, декан красных была весьма предвзято настроена к мальчику. Она признавала, Джеймс был героем войны и надёжным союзником, однако, как учитель, строгая женщина знала и другую его сторону: взбалмошный, вспыльчивый, задиристый сорванец, который доставлял школе кучу проблем и саботировал все школьные правила. Лили, это прелестное дитя, несомненно, была хорошей девочкой, отличницей, но доставляла проблем не меньше отца своим скандальным характером. Они были лидерами по натуре, популярные детишки, свято верившие в собственные убеждения. И если кто-то с ними был не согласен или не соответствовал львиному миру, то эти люди были обречены быть изгоями. Минерва боялась, что плод их любви, может пойти по стопам родителей. Но к её огромному облегчению, Гарри, этот славный мальчик, был совершенно другим. Тихий, старательный, приветливый ребенок, внимательно слушающий все её слова и с первого раза выполняющий задания.       "Несомненно, он вобрал лучшее, что было у Лили и Джеймса.» — Хорошо. До свидания, профессор.       Проходя по светлым коридорам, брюнет приветливо улыбался проходящим мимо студентам, которые смущенно кивали в ответ. У гриффиндорцев было неопределенное ощущение неправильности дружелюбия слизеринца, но его положение героя и жертвы смягчало их сердца. Красивое лицо с легкой улыбкой искрилось детской невинностью, которая подкупала. Былая замкнутость и мрачность, которые витали вокруг Поттера в первый день, позабылись. — М…м…мистер Потер.       На полпути его остановил профессор по ЗОТИ — Квирелл. Несуразный заика с нелепым тюрбаном на голове, от которого у Гарри бегали мурашки по телу. Квиринус Квирелл казался совершенно обычным. Гарри бы сказал «среднестатистическим». Он был непопулярен у учеников из-за монотонного и скучного преподавания, которое становилось еще невыносимее из-за заикания. Но Поттера выводил из себя взгляд. Изучающий, липкий. Мёртвый. Ученик улыбнулся ещё приветливее. — Я могу вам чем-то помочь, сэр? — Д…да. Я…Я бы хотел, чтобы ты по…помог подготовиться к вашему следующему занятию. Не мог бы ты зайт…зайт…зайти ко мне в-ка…ка…ка…кабинет, пож…пож…пожал… — Конечно, профессор. Сейчас я спешу к директору, так что не могу задерживаться. Но я могу зайти к вам сегодня после занятий. Вас это устроит? — Да. До…до…до вечера, мистер Поттер.

***

      Перед больничным крылом стоял Дамблдор вместе с деканом слизерина. — Гарри, добрый день. Как ты, наверно, догадался, мистер Йонатан только что очнулся. И первое, что он сделал, это попросил позвать тебя. Нет догадок, почему? Как мне известно, вы ещё не успели сдружиться. Неужели, в тот вечер случилось… что-то ещё? — Я удивлен не меньше, директор.       Беспомощное выражение заставило Альбуса вновь пожалеть мальчика. Он не стал дальше копаться в этом деле, учитывая, что он был вторым, после медведьмы, кто говорил с пострадавшим, но показания того все равно совпадали с показаниями старост. Все это действительно казалось лишь ужасной случайностью, вызванной проблемным учеником. Как жаль, как жаль, такой хороший мальчик попал в интриги юных, но не по годам хитрых созданий. Дамблдор по отечески вздохнул, будто принимая проказы сына как должное, и морщинистой ладонью подвинул Поттера ближе к себе. Большой палец медленно выводил незамысловатые круги на чужом плече. — Я верю, что взрослые не должны вмешиваться в детские войны. Но это правило действует лишь тогда, когда мы уверены в вашей безопасности. Всё ради вашего блага. — Да, я понимаю, директор Дамблдор. — Каждый ученик Хогвартса может обратиться за помощью и мы, учителя, сделаем всё, чтобы помочь. Эта школа всегда являлась последним пристанищем для нуждающихся, у кого нет семьи или дома, никто не будет обделен. Это дом для всех нас, Гарри. Мы семья. Ты понимаешь? — …Да, я очень благодарен вам за то, что попал сюда.       Старое лицо казалось ещё приветливее чем обычно, блеск голубых глаз утопал в нежности, а ладонь медленно переместилась с плеча к взъерошенной макушке. — Я прошу прощения, что прерываю ваш… душевный диалог, но если мистер Поттер хочет успеть на обед, то ему лучше поспешить закончить все его… геройские дела.       С тихим хохотом пожелав парнишке хорошего дня, Великий маг ушёл в сопровождении его полной противоположности, которая дольше положенного тайно смотрела на Поттера внимательным взглядом всё это время. Гарри же, как только старик выпустил его из своих объятий, сделал несколько глубоких вдохов и разжал кулаки.       В большой комнате больничного крыла было светло из-за солнечных лучей, согревающих всё помещение через огромные окна и отражающихся от медовой мраморной плитки. Запах лекарств витал в воздухе, но не резал нос, а лишь слегка окутывал и расслаблял тело. Гарри выдохнул и вновь улыбнулся. — Ну и ну, только зашёл, а уже показываешь это бесячее выражение больному. — Вы хорошо себя чувствуете, сэр Кэрроу? — Сэр? Это ты кому?       Рыжий мальчишка озадачено показывал на себя пальцем, глупо хлопая длинными ресницами и смотрел по сторонам в поисках неизвестного сэра. От этого он беспокоил перебинтованную шею и болезненно морщился. — Прошу, лежите спокойно, иначе рана откроется. — Ха, с чего бы ей открываться? Она уже зажила, смотри.       Худые руки начали разматывать стерильные бинты, круг за кругом ткани становилось всё меньше, пока на свет не показался длинный тонкий шрам, проходивший чуть ниже щитовидного хряща, практически затрагивая ещё несформировавшееся адамово яблоко. Он был настолько длинным, что обхватывал половину шеи, задевая выпирающие правую и левую сонную артерию и находящиеся рядом яремные вены. Гарри в первый раз за несколько дней по настоящему улыбнулся, он приблизился к пациенту и с восхищением провёл ледяными пальцами вдоль пореза.       «Всего за одну ночь. И не единого шва. Невероятная регенерация. Будь это обычный человек, то он умер бы практически мгновенно. Этот мир действительно удивителен.»       Йонатан перехватил чужую руку и положил к себе на щеку. Белые глаза хитро прищурились. — Знаешь, в тот момент я чувствовал, как жизнь утекает из меня вместе с кровью. Я думал, что умру. — Ты бы и умер. Я задел яремную вену, а это смерть через 10 секунд без оказания первой помощи. Расскажи, как он это сделал?       Огненная копна непослушных длинных волос колыхалась от тихого смеха, пока парень изучал чужую ладошку, что была немногим меньше его собственной. На бледной коже по середине краснели свежие следы от ногтей. Будто он только что очень сильно сжимал их. — Кто тебя так разозлил? Неужели директор? Или всё-таки зануда Снейп? — Если я скажу, сможешь показать как вылечить их? — Наконец на «ты». Значит, теперь мы друзья?       Гарри уже полностью очутился на кровати, его колени были по обе стороны от полулежащего парня, который всё размазывал выступающие капли крови с чужих ладоней по щекам. Это были незначительные ранки, так что пятна крови не пачкали Кэрроу, а лишь придавали иллюзию румянца. — Если ты этого хочешь. Раз тебе всё равно на мою попытку убить тебя. Ах, да, извини, это вышло случайно. — Ахахаха, ну да. Случайно. Ты не выглядишь хоть каплю раскаянным. — Ты напал на меня. — Да не волнуйся, это было весело. Наверное, самое веселое, что происходило со мной. Взамен…Эпискей.       Поттер с детским восторгом наблюдал, как царапины медленно затягиваются, всасывая всю близлежащую кровь обратно. Счастливый, он лукаво посмотрел на Кэрроу. — Ты только что применил беспалочковую магию. Мне говорили, что немногие так могут. — Это потому что я сильный. В этом мире всё решает сила. Даже этот тупица Флинт лебезит передо мной. Но он такой тупой и скучный. Так что, я буду на твоей стороне, Гарри. -… Я планирую вести размеренную жизнь, так что не буду перерезать тебе горло каждый вторник. Со мной будет скучно. — Да плевать, я всё равно планировал уйти из школы. Если я потеряю интерес, то просто убью тебя.       Зеленые глаза на мгновенье сузились. Гарри поднял руку и пригладил гладкие волосы. А затем сжал их, опрокинув голову назад, больно вырвав рыжий клок. Йонатан болезненно вскрикнул и хотел скинуть брюнета с колен, но тот сжал его сильнее, посмотрев прямо в слезящиеся от боли глаза. — Айяйяйяй, больно же!.. — В моё понятие спокойной жизни входит и отсутствие таких как ты. — …Это каких? — Считающих, что лучше меня. — Ты же говорил, что хочешь тихой жизни. — Спокойнее всего живут те, кто находится на социальной вершине. Поэтому, ты можешь быть на моей стороне, но если ты попытаешься предать меня, я убью тебя.       Поттер встал с койки и поправил одежду. Йонатан с веселым лицом собирал выпавшие локоны и заклинанием пытался превратить их в кузнечиков. У него ничего не получалось, но тот не выглядел разочарованным, наоборот, он с восторгом поглядывал на младшекурсника. В отличии от Гарри. Он надеялся научиться у того беспалочковой магии, но похоже, тот владеет ей от силы чуть лучше него самого и то, лишь из-за большего опыта и знаний. Что-то вроде этого он сможет оптимизировать и самостоятельно. Но Кэрроу был всё еще полезным. Да и общение с ним было комфортным, раз уж контроль за ним не требовал лишнего лицемерия. — Бёрк расскажет тебе всё, если ты решишься встать на мою сторону. — А если нет? — То постарайся больше не приближаться ко мне. — Уууууу, нет, мне так не нравится. С остальными не весело. Так что я буду с тобой, может, ты ещё раз попробуешь меня убить. — Дело твоё. И да, постарайся не болтать лишнего при Дамблдоре или кем-либо ещё. Ты добавляешь проблем. Просто слушайся Бёрка или Флинт.       Послышался грохот и ребяческий гам. В крыло вошла орава подростков во главе с Поппи Помфри, очень милой женщины в возрасте с элегантными седыми кудрями, аккуратно уложенными в медицинский чепчик. Это была команда Пуффендуя по квиддичу. Видимо, кто-то свалился во время тренировки. — Мерлин великий, год ещё толком не начался, а уже травмы! Я давно говорила, запретить надо все эти варварские игрища, только детей мучают! Айя-айя, какой ужас, такой хороший мальчик, а пошёл к этим сорванцам в команду.       На кровать положили молодого парня лет 14, смущенно улыбающемуся носящимся вокруг него сокомандникам и однокурсницам. Он выглядел как типичный популярный мальчик, с правильными чертами лица, светлыми глазами и шелковистыми каштановыми волосами. Опрятный, приличный, вежливый.       «Скорее всего является отличником, любимцем учителей, а в будущем станет старостой или капитаном. Примерно такое же положение я желаю. С властью и влиянием. Чтобы больше никто не мог мной помыкать. Как жаль, что ради достижения этой цели мне всё равно придётся какое-то время подстраиваться под остальных. Но оно того стоит.» — Я пойду, скоро начнётся урок у профессора Трюк. Желаю скорейшей выписки. Поправляйся, Йонатан. — Агааааа. Как скажешь.       Поттер снова вежливо улыбнулся на прощание Кэрроу и пуффендуйцам. Те, как щенки, закивали в ответ. Мальчик скрытно усмехнулся подобному простодушию, но в дверях наткнулся на пристальный взгляд из-под густых темных ресниц. Парень с поврежденной ногой, поняв, что его слежку заметили, не стушевался, а лишь очаровательно поднял уголок тонких губ. У Гарри возникло нехорошее предчувствие.       

***

-Итак, первый урок полётов! Все встаньте с левой стороны от ручки метлы. И поживее! Вытяните правую руку над метлой и четко скажите «вверх»!       Детские голоса начали раздаваться по зеленому газону, ровно выстриженному на километры вокруг. У кого-то получалось совладать с метлой с первого раза, в основном это были чистокровные, которые были знакомы с этим необычным предметом передвижения. Метла Гарри метнулась к нему ещё до того, как тот успел произнести нужные слова, но никто из увлеченных детей этого не заметил. Парень привык использовать свои силы без каких либо ограничений в виде слов или палочки, поэтому он только учился подстраиваться под местные стандарты. Он посмотрел на блондина, который самодовольно улыбался, смотря на мучающегося Забини и Нотта. Дафна скучающе смотрела на небо, элегантно держа дерево двумя руками. В другой шеренге дела шли хуже, только рыжий Уизли посмеивался с метлой в руке над копошением однокурсников и истерическим тоном Грейнджер, у которой не было даже намека на движение. — Вверх! Вверх! Как глупо! Я уверена, что мою метлу просто перепутали с обычной! — Хахахаха, что, заучка, не получается? Не быть тебе отличницей. — Уж прости, что у кого-то мозги работают лучше мускулов. — Ну да, такая большая голова, наверное, сильно будет перевешивать в воздухе. — Рон Уизли! — Тишина! Итак, когда вы схватили метлу, сядьте на неё верхом и крепко схватите ногами, иначе вы соскользнете. Когда услышите мой свисток, оттолкнитесь ногами от земли посильнее, держите метлу ровно, зависаете на пару минут, слегка наклоняетесь вперед и приземляетесь.       Мадам Роланда Трюк, суровая женщина с властным голосом, закаленным ещё во времена профессиональной квиддичной карьеры. Фигура её была статной и подтянутой, несмотря на средний рост и приличный возраст. Черты лица, угловатые и грубые, губы тонкие, а желтые глаза с заостренными и поднятыми вверх кончиками следили за каждым, будто ястреб на вершине зеленой секвойи. Следуя приказам, ученики оседлали метла и с воодушевлением ждали момента, когда наконец смогут полетать. Каждый мальчишка мечтал попасть в команду факультета и приобрести известность. В воздухе повисла напряженность. Лицо одного героя было всё еще спокойно, но приглядевшись, можно было заметить испарину на бледном лбу.       » Насколько безболезненно держать эту деревяшку между ног? И вы предлагаете мне, опираясь на неё всем весом, летать над многоэтажной высотой? Да как вообще на этом держаться и тем более играть, если у меня расстояние между внутренней частью бёдер больше, чем диаметр этого веника? Но… Раз никто об этом не волнуется, значит, всё будет в порядке? » — По моему свистку! Три, два!..       Вместе со свистом послышались звуки паники. Долгопупс, глупо пошатываясь и хныча, стремительно набирал высоту. — Что ты делаешь? — Ми… Мистер Долгопупс! — Невилл, осторожнее! — Спускайся вниз сейчас же!       «Кричит так, будто не видит, как его мотыляет по всему полю. Можно же понять по крикам, что он не может её управлять.»       Брюнет спокойно следил за хаотичным маршрутом внепланового летчика, как кошка поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, пока орущий гриффиндорец пересчитывал метлой стены замка, то наклоняясь вниз, следуя указаниям мисс Трюк, стремительно приближаясь к земле, то взметая обратно, рефлекторно от страха поднимая бревко. — Мистер Долгопупс!       Разозленная мадам Трюк никак не могла прицелиться, чтобы остановить мальчика, а когда тот в очередной раз спикировал в сторону растерянных учеников, то профессор только на мгновение вышла вперед, защищая подопечных, но сразу отпрыгнула от летящего объекта, открывая тому путь к детям. К счастью, никто не пострадал, но Гарри, смотрящий на творившуюся вокруг вакханалию, изменил своё мнение о Роланде. Теперь она скорее напоминала не свирепого ястреба, а снующую туда-сюда ворону. — Аааааа, он же сейчас упадёт!       Долгопупс все-таки не удержался и свалился с метлы, ему повезло — он зацепился мантией о пику одной из статуй на вершине башни. — Помогите!       Разрозненная толпа бегала у башни во главе с учителем. Змеи вовсю забавлялись. Грифы не выглядели особенно напуганными за друга, Невилл не пользовался популярностью в своем окружение, не считая Гермионы, которая искренне беспокоилась, но всё-таки их злила реакция слизеринцев на одного из них. Забыв о нуждающемся, они начали перепалку, мадам Трюк металась от одних к другим, выкрикивая своим громким голосом что-то вроде «Мистер Малфой! Мистер Уизли! Мистер Долгопупс! Мисс Паркинсон!». Особенно громкий крик вместе с железным скрежетом обратил на себя внимание всех. Затаив дыхание, присутствующие следили за тем, как копье, на котором весел ребенок, медленно сгибается, зловеще угрожая скинуть парня с огромной высоты. Послышался ещё один треск, дорогая мантия, которая не порвалась даже в таких условиях, медленно скользила по изогнувшемуся наконечнику, держась из последних сил. Ещё пару дюймов, и!.. — Ааааа!       Ученицы взвизгнули и закрыли глаза, когда тело сорвалось и начало падать. Но последующего звука превращения парня в кровавую кучу не последовало. — Мистер Поттер!       У вершины башни парил ребёнок, находящийся у самого основания метлы, а на ее конце спиной вверх лежал Невилл, придерживаемый им. Медленно опустившись вниз, Гарри осторожно положил испуганного мальчика на газон. Их окружила толпа, которую быстро утихомирила наконец пришедшая в себя преподавательница. — Мистер Поттер, как вы могли так опрометчиво подвергать себя опасности! Вместе с Долгопупсом могли пострадать и вы!       «Если бы лучше выполняла свою работу, мне не пришлось бы так рисковать. Хотя это оказалось и удобнее, чем я думал, но в самом начале я и правда чуть не упал. Слава богу, что никто этого не видел, такой позор.» — Я сделал то, что должен, он ведь мог умереть.       «Кэрроу бы рассмеялся, услышь меня сейчас.» — Не преувеличивай, ничего бы с ним не случилось. — серебристый ёжик волос, казалось стал ещё острее, Роланда Трюк наиграно беспечно развела руками и похлопала ученика по плечу. Настолько сильно, что Гарри казалось, будто синяк на том месте появился мгновенно. — Но ты поступил очень храбро, поэтому я не буду наказывать тебя. Я отведу мистера Долгопупса к целительнице, а вы даже не думайте подниматься в небо! Если я приду, а кто-то из вас не будет твердо стоять на ногах, то вы вылетите из Хогвартса раньше, чем успеете даже произнести слово Квиддич!       Поттер раздраженно смотрел вслед уходящей парочки вместе с остальными. — Зачем ты вмешался, Поттер? Пожалел жалкого гриффиндурка? — Кто бы сомневался, он, как и его мертвые родители, шавки Дамблдора. — Флинт был прав. — Он предатель.       Однокурсники обступили его, какой-то бледный мальчишка с заячьей губой и редкими прилизанными волосами даже толкнул игнорирующего их парня. Гарри и не пошатнулся, только надменно посмотрел на нападающего. Парень смутился и отступил, но заметив внимательные взгляды друзей, которые требовали от него действий, набрался смелости и снова замахнулся. Прежде, чем грубая ладонь опустилась прямо на бледную щеку почему-то несопротивляющегося Поттера, слизеринца остановили четыре руки. Две из которых оказались совершенно неожиданными в первую очередь для самого Гарри. Малфой, который оказался позади черноволосого и придвинувший его ближе к себе, грозовым взглядом прожигал высокую рыжую макушку, держащую нападавшего за локоть. — Не вмешивайся, Уизли. Это дела нашего факультета. — Разборки начались из-за нашего парня. Мы обязаны Поттеру, так что это и моя проблема. — Наша. — Грейнджер, а ты что тут забыла. — Я считаю, что он поступает не правильно, поэтому решила вмешаться. Что-то имеешь против, Нотт?       Испуганный худощавый парень, не знал, как реагировать на хватку трёх отпрысков чистокровных семей на своих руках. Николсон был полукровкой, который не оказался в самом низу иерархии только благодаря врожденному таланту пресмыкаться и подлизываться к тем, кто стоит выше. Он не понимал по какой причине, но много кто из Слизерина начали недолюбливать Поттера. Так что это был отличный шанс угодить недовольным одногруппникам и, может, даже получить одобрение капитана. По его мнению, Гарри был выскочкой, который не имел ничего, но почему-то мог на равных общаться с чистокровными. Николсон думал, что тот будет лёгкой мишенью. Но сейчас он стоит между Ноттом и Малфоем, наследниками одних из крупнейших аристократических семей, и посредниками Флинта, которые составляли большинство. Обидеть нельзя было никого. — Ты думаешь, что делаешь?       Чернокожий парень вместе со скучающей девочкой с темным каре подошли к импровизированному «крысиному королю» из зелёных и красных. Маленькие глазки нападающего быстро забегали по приятелям, которые подбивали его на это, в поисках защиты. Но увидел только безучастные лица, предпочитающие делать вид, что их эта ситуация не касается. Детский голос противно запищал, будто мандрагора вдруг решила заговорить с ними на человеческом языке. — Я…Я не хотел! Это случайно получилось! — Ты случайно замахнулся на него второй раз? Что за дебильные отговорки. И это змей называют хитрецами? — Львов тоже кличат храбрецами, но что-то Долгопупс не оправдывает звание.       Драко и Уизли снова начали скалиться друг на друга, но страдал только бедный полукровка, который корчился от усилившейся хватки двух парней, вымещающих на нем всю агрессию. Теодор и Гермиона, поняв, что их помощь излишня, давно отпустили парня, хотя и продолжали осуждающе посматривать. Зрители не знали, что делать. — Почему ты вообще все ещё стоишь возле Поттера? Хочешь продолжить угрожать?       » Я бы давно ушел, если бы вы не удерживали меня!» — Нет-нет, просто вы, ну… — Да отпустите его уже. И меня заодно.       С заминкой, но мальчишки отошли, не забыв при этом оттолкнуть Николсона подальше от Гарри. Тот упал на поле, больно ударившись коленями. На глазах выступили слезы. Ребенок сразу же незаметно вытер их рукавом, не поднимаясь с колен, боясь посмотреть в лица друзей. — Не понимаю, из-за чего вы развели такой скандал при посторонних.        Поттер, сохранявший все это время безмолвие, стряхнул с себя руку блондина и сделал шаг в недовольную толпу. — Ты помог гриффиндору. — Это повод нарушать главное правило факультета?       Один из провокаторов цыкнул и хотел подойти к Поттеру ближе, чтобы схватить за черный воротник мантии, но остановился, когда за маленькую спину встала толпа недовольных последователей героя. То, что в их числе был весь красный факультет, злило остальных только больше. — Когда дело касается тебя, то да, это повод. — Мы не признаем тебя, герой. — И вас, предателей, тоже. Посмотрим, что скажут родители по этому поводу.       Слизеринцы самоуверенно ухмылялись, смотря на софакультетников по ту сторону. Помимо приятелей героя, никого из первого курса не было на том злополучном собрании. Никто из них и подумать не мог о том, что те хотят любыми способами заполучить мальчика себе, поэтому искренне считали, будто Малфой, Нотт и Забини — предатели, что повелись на миловидное личико избранного света. Так что, естественно, их ждёт наказание от круга. — А вы так хотите быть злодеями? Мне все равно на ваши разногласия. Я помог другому ученику, потому что мог, ни больше ни меньше.       Гриффы восхищённо смотрели на мальчика, что так спокойно противостоял своим из-за такой благородной цели. У Грейнджер даже волосы дыбом встали, будто через них прошёлся разряд тока, заодно зацепив большие карие глаза, светившиеся восторгом. У Драко с Ноттом же, в отличии от красных, было сложное выражение на лицах. Прежде, чем воинственно настроенные школьники начали потасовку на новом уровне, на поле вышла профессор, не заметившая витающего напряжения, и продолжила урок.

***

— Зачем ты это сделал?       Идя поодаль от других вспотевших детей, Малфой серьезно посмотрел на небрежно собирающего в хвост волосы Поттера. Зелёная радужка из-под полуопущенных век лениво повернулась в сторону блондина. — Разве я уже не говорил? — Ты считаешь, это достойная причина? — Достойная для чего? — Поттер, не играйся с нами!       Взбешённый парень прижал черноволосого к стене, яростным взглядом из-под длинных белоснежных ресниц прожигая дыру в толстокожем парне, который даже не поморщился от сильного удара спиной. Двое других просто смотрели. — Мы, конечно, встали на твою сторону тогда, но ты думаешь, мы, как дураки, всегда будем защищать тебя, если ты обманываешь нас? — А я что, когда-то просил вас о защите?       Драко стиснул зубы и быстрым движением приставил к горлу парня палочку. — Ты все-таки на стороне Дамблдора? Ответь мне, герой! Ты просто водил нас за нос?       Послышался тяжёлый, протяжный вздох. — Я не понимаю, из-за чего вы разводите всю эту драму. Я лишь помог ребенку. — Ты не просто помог ребенку. Ты помог гриффиндору, факультету директора, Долгопупсу, ребенку людей, чья преданность старому маразматику известна всем. Ребенку, что дружит с Уизли, чья лояльность магу не подвергается сомнению вот уже несколько поколений, и являются предателями крови, самой ненавистной для нас семьёй. И чей отпрыск заступился за тебя сейчас.       «В конце концов, он ведь один из тех, кто пытался очернить нас перед тобой!» — О.       Лицо, смотревшее на них с лёгким раздражением и закатившимися вверх глазами, после гневной тирады расслабилось в удивлении. Гарри скептически поднял бровь и осмотрел троих жалко выглядевших парней, остановившись на двух серых тучах. — Какие громкие слова: «известны всем». Вы в этом так уверены? — Конечно уверены! Все, кто вырос в волшебном мире, знают, что… а. — Б. Пошлите на урок. И передайте потом мисс Флинт, что стоит начать проводить для меня дополнительные занятия.       Оттолкнув от себя обессиленную руку Малфоя, Гарри пошел к теплицам. Через какое-то время его догнала смущенная троица и они в тишине дошли до кабинета травологии.

***

      Теплые солнечные лучи приятно щекотали разморившихся учеников. Веселый голос Помоны Стебль, рассказывающий об основах науки, изучающей волшебные растения, совершенно не помогал сосредоточится. Поттер стоял в самом конце, облокотившись о длинный стол и рассматривал различные горшки с необычной флорой. Единственное, что никогда не надоедало мальчику в этом мире — природа. Люди, будь то маглы или маги, были одинаковыми, имели те же амбиции и слабости. Стремились к власти, деньгам, удовольствиям, безопасности. Природа же была другой. Первобытной, в своём кристальном проявлении, каждый элемент был уникальным, не испорченным временем, войнами, обстоятельствами. — А вот это, дорогие мои, Ядовитая Тентакула! Это прелестное растение, несмотря на безобидный вид, является весьма опасным и редким экземпляром. В чистом виде их сок не смертелен, а плоды лишь вызывают сильное жжение в горле и фиолетовые оттенок кожи. Но опытный зельевар может сделать из них смертельный яд или хорошее лекарство от болей в горле.       Девушка — пуффендуйка, стоявшая рядом с Поттером, завороженно потянулась к размеренно колыхающимся тонким стеблям куста. Гарри с интересом следил за робкой на вид девушкой с тёмно-красными волосами, пока остальные слушали наставницу, уже переключившейся на какой-то красивый экзотичный цветок. Как только ученица дотронулась до стебля, тот молниеносно начал обвиваться вокруг пухлой фигуры и целиться в открытые участки тела. Прежде, чем пуффендуйка успела закричать, ее вырвал из пут и потянул на себя всем известный слизеринец. — Вы в порядке? — Ах! Да, спасибо большое.       Девочка смущенно улыбнулась и начала поправлять дорогую на вид накидку. Помимо этого, ее вещи и канцелярия были на одном уровне с детьми из слизерина, но вот держалась она ни в пример хуже доморощенных аристократов. Неуклюжая, неуверенная, слегка сутулая девочка, всегда смотревшая в пол. Взглянув на доброжелательное лицо своего спасителя, ученица покраснела и робко открыла пухлые губы, окруженные многочисленными темными веснушками. — Ты ведь… Гарри Поттер? — Да, а вы?.. — Боунс. Сьюзен. Ну, ты скорее всего знаешь мою тётю, Амелию Боунс, она самая молодая в истории глава отдела Магического правопорядка. — А. Ну да, конечно. Слышал.       «Понятия не имею, о чём она говорит.»       Любезно поддакивая на каждое слово хвастающейся своей талантливой родственницей Боунс, Гарри посматривал на реакцию окружающих. Барсуки одобрительно улыбались. Он уже представлял, как по Хогвартсу пожаром будут распространятся слухи о нём.       » Дамблдор блестящий пример, насколько репутация важна для сохранения власти. Управлять людьми, которые считают, что сражаются за друга по своей воле, проще всего. Жаль, что меня распределили на Слизерин, предрассудки о них слишком сильны и переубедить ограниченное большинство будет сложнее, нежели прагматичную тёмную сторону. Сложнее, но не невозможно. Сегодняшнюю ошибку с тем увальнем можно исправить, проявив лояльность не только к гриффиндорцам. Слизерин будет воспринимать меня как добродушного дурачка первое время, но пока шайка Берка с Лордами на моей стороне — это не важно.»       Малфой, Нотт и Блейз затерялись в толпе других зеленых, которые выглядели спокойными, но теперь кидали пренебрежительно-насмешливые взгляды. Видимо, поспешили и остальным сообщить о его ошибке.       «Это правильное решение, но всё ещё раздражает.» — Ты очень красивый. И добрый. Я слышала, что ты живёшь в приюте. Знаешь, моя тётя могла бы забрать тебя. У нас много денег. Со мной ты не будешь ни в чём нуждаться.       Слова, сорвавшиеся с детских губ, вырвали героя из раздумий. Невинная интонация бросила Поттера в дрожь. Карие глаза с опущенными внешними уголками неотрывно смотрели на сжатые губы. Сьюзен потянулась дрожащей рукой к чужой мантии. Гарри чуть нахмурился, но не переставал улыбаться, ему нельзя было срываться на людях. Спасало ситуацию только то, что они находились слишком далеко, чтобы другие могли расслышать тихий лепет девчонки. Оставалось только смириться и со сжатыми кулаками проглотить рвущийся из души шквал оскорблений.       «В какой раз за этот день…» — Боунс? Богаты? Разве твоя семья не живёт в каком-то захудалом магловском городке? Твой отец магл безработный, а мамаша живёт на выпрошенные у твоей тети деньги. Ты считаешь, что госпожа Амелия, словно домовик, будет исполнять все твои прихоти и хотелки? — Г-Гринграсс, что тебе нужно? Мы с Гарри разговариваем.       Плывущей походкой Дафна вплотную приблизилась к удивленному Поттеру и по-собственнически обхватила его за предплечье. Золотистые волосы струились по мальчишескому рукаву и сверкали ещё ярче на чёрном фоне мантии и Гарриных волос. Серые глаза по лисьи прищурились, посмотрев на стушевавшуюся пуффендуйку, пытающуюся согнуться ещё сильнее, словно черепаха, в страхе прячущаяся в свой домик. — Думаешь, что в состоянии содержать кого-то, вроде Поттера? Почему ты вообще уверена, что он выберет… — холодный взгляд прошелся по бедной Боунс с головы до пят несколько раз, остановившись на красном, как вареный рак, лице. Девушка хмыкнула в подставленную к персиковым губам ладонь. — такую как ты?       Смотря на быстро ретировавшуюся спину Сьюзен, которая даже не удосужилась попрощаться с новым знакомым от накатившего стыда, Гарри честно старался не засмеяться. Но смешок всё равно прошелся по теплице, заставив ничего не понимающих учеников наконец обратить на них внимание. Помона Стебль лишь попросила тишины и продолжила урок. — Ты только что сравнила меня с домашним животным? Это была твоя месть за Историю Магии?       Да, Поттера разозлили слова бестолковой Сьюзен, которая искренне верила в его никчемность и думала, будто бы ему нужна её дешёвая жалость. Но вот Гринграсс — совсем другое дело. Она вкладывала в свои слова только намерение оскорбить, сама осознавая, что это было далеко от правды. Такая милая попытка унизить его, которая наоборот спасла от неловкой ситуации, лишь забавляла. Как только на нее никто не смотрел, кокетливость и изящность спадала с красивого лица, даже множество драгоценностей, что украшало ангелоподобную Гринграсс, как коллекционную куклу, переставали сиять гламурным блеском и отдавали сталью. Дафна была мечом, что был создан для убийств, но использовался только для декорации. Она, как и Гарри, носила маски. Это импонировало. — Нет. Я просто не выношу вас обоих, поэтому убила сразу двух зайцев. — Как мило. И за что же ты не любишь мисс Боунс? Неужели за внешность? Тогда каждый в школе заслуживает твоего презрения. — Естественно, кроме Малфоя?       Поттер изумленно посмотрел на ухмыляющуюся блондинку. То, что она так хорошо помнила его подколы в первый день, которые даже он сам забыл, напоминало сироте о других детях в приюте, что были такими же злопамятными. Это было настолько по ребячески и не сочеталось с всегда держащей планку взрослой леди Гринграсс, что Гарри снова не сдержал смех. — Ну да, с Малфоем мало кто сравнится. — Мне всё равно на внешность, наоборот, я презираю людей, которые зациклены на ней. Боунс как раз одна из них. Думает, что ничего из себя не представляет, только потому что не соответствует каким-то собственным стандартам, но при этом пользуется положением госпожи Амелии, чтобы дружить только с теми, кого считает красивым. Остальных игнорирует. При этом, если сделать замечание по поводу её поведения или неопрятного вида, она сразу бросается в слёзы и выставляет тебя злодеем. Меня раздражают такие слабаки. — Звучит так, будто ты уже давно с ней знакома.       Двое детей в тени каких-то безобидных на вид деревьев стояли, прислонившись к стене в расслабленной позе и умиротворенно болтали. Гарри слушал голос, похожий на его собственный, тихий и ритмичный, невольно проникаясь больше, чем хотел бы. Мальчик ощущал, что они с ней одного сорта. — Раньше мы дружили. Наша семья вела дела с мадам Амелией, я восхищалась ей. На самом деле, до сих пор восхищаюсь. Сьюзен часто гостила у неё дома и мы играли вместе. Раньше она была не такой. Доброй и жизнерадостной. Но когда нам исполнилось восемь и Боунс начала посещать балы вместе с тетей, она изменилась. Стала тихой, поникшей, неуверенной. Начала выслуживаться перед какими-то высокомерными девчонками и высмеивать других за спинами. Кичиться властью госпожи Боунс. Однажды, я не выдержала и накричала на неё. Наговорила много нехороших вещей. — И поэтому она на тебя обиделась и вы перестали дружить? — Лучше бы так. Нет. Она начала извиняться передо мной, чуть ли не руки целовать. Это было настолько мерзко, что я возненавидела её. Она до сих пор ничего не может мне ответить. Только из-за моего лица. Разве это не жалко?       Серые лезвия глаз с весёлой яростью взглянули на спокойного парня. Они оба могли сказать, что история ничего не затронула в их душе. Для одной это были лишь дела минувших дней, для другого — скучная история об очередном людском пороке. — Думаю, она не отстанет от меня. Не поможешь мне и в следующие разы? — Только если расскажешь, для чего тебе плоды тентакулы, которые ты стащил под видом спасения. — Не понимаю, о чем ты говоришь. — Хах. Ну ладно.

***

      Во время ужина, перед тем, как сесть за стол, Гарри слился с толпой Пуффендуйцев, которые были сегодня в Больничном крыле. Он узнал, что парня, который сломал ногу, звали Седрик Диггори, ловец квиддичной команды. Поболтав немного с разными компаниями, что звали его с одного стола на другой, Поттер направился к учительским местам. Кто-то из слизеринцев хмыкнул и произнёс что-то вроде «эта трусливая подлиза сейчас пойдёт жаловаться на нас Дамблдору», которое злорадствующе подхватили остальные. Вопреки сомнениям, Поттер подошёл к Квиреллу и начал активно с ним беседовать. Ученики удивлялись, как вообще можно было о чем-то говорить с этим профессором. Казалось, только Снейп был готов обсуждать с каким-никаким профессионалом предмет его мечтаний — ЗОТИ. Когда мальчик уже собирался уходить, к ним подошёл директор. Поттер лишь перекинулся со стариком парой фраз, не позволяя затянуть себя в разговор, и сел за стол, рядом с Малфоем и Забини. Напротив сидела Дафна. Когда наступило время и все сели за столы, которые пунктуально начали накрываться всевозможными блюдами, в зале стало тихо. Лишь звук столовых приборов да шепотки чужих разговоров отвлекали от поедания пищи. Герой с горящими глазами положил в рот кусочек горячего ростбифа, настолько вкусного, что тот даже закрыл глаза и беззвучно заскулил от удовольствия. Рядом лежал йоркширский пудинг с запеченным картофелем и куча подлив на любой вкус. Вдруг еда на тарелке всплыла вверх. От неожиданности Гарри хотел схватить долгожданную с утра еду руками, но Блейз успел остановить детские руки до того, как его попытку заметили бы. Настороженно, готовясь в любой момент схватить «добычу», зеленоглазый наблюдал как мелкие кусочки картошки и мяса ложились на мягкий бежевый пудинг и заливались каплей брусничного соуса. — Попробуй, так будет ещё вкуснее.       Бёрк мановением волшебной палочки поднёс импровизированную корзинку ко рту Поттера, который в один укус съел подношение и сильно зажмурился. Настолько сильно, что у него появились складки у уголков глаз. От наслаждения у первокурсника прошло по волосам электричество, заставив торчать их, словно паутину на ветру. Староста довольно усмехнулся. — Это не соответствует этикету. — спокойно промокнув коралловые губы краем белоснежной салфетки, Арабелла строго посмотрела на коллегу. А после нежно улыбнулась поникшему Гарри и пригладила пушистые пряди. — Но так как мы ещё его не изучали, то, думаю, можно.       Зеленые глаза приняли форму полумесяца, мальчик благодарно улыбнулся. И незаметно пнул под столом усмехающуюся от этого Гринграсс. В этой идиллии раздался девчачий крик. Все в большом зале повернулись посмотреть, как Сьюзен Боунс упала со стола первокурсников и, схватившись за горло, в припадке крючилась на полу. К ней подбежали учителя и разогнали окружившую её любопытную толпу детей. Гарри был одним из них, любопытно вглядываясь в закатанные глаза и кряхчащие звуки. На обратном пути до стола он столкнулся со спешащим директором, который, впрочем, ничего не заметил в суматохе. Как никто не заметил спрятанный в его руке самодельный саше с порошком. Когда кожа девочки начала приобретать отличительный фиолетовый оттенок, многие поняли, что дело в семени Ядовитой Тентакулы и поспешили провести срочное лечение. Бессознательное тело отнесли к целительнице,. Директор попросил о порядке, призвав всех продолжить трапезу. Но как только все успокоились и возбужденно начали обсуждать произошедшее, тоже самое случилось и с Дамблдором. В этот раз действовали быстрее. Никто, кроме Дафны Гринграсс, не смотрел в сторону флегматично продолжавшего есть Поттера.

***

— Как ты это сделал?       Они сбежали в библиотеку сразу после уроков. Дафна что-то пробормотала себе под нос и начала допрос. Поттер покосился на сидевших на креслах старшекурсников за соседним стеллажом и скептично поднял бровь. — Не понимаю о чём ты. — В невинность не играй, я поставила заглушающий барьер. Нас никто не слышит.       Гарри вспомнил, что что-то подобное сломал тогда на собрании. Он взял первую попавшуюся книгу и зарылся в неё подбородком, делая вид, что читает. — Что ты делаешь? — Читаю. — Закрываешь рот, чтобы не прочли по губам? Параноик. Хотя, ты отравил Верховного Чародея и председателя Верховного суда Визенгамота, так что если не срок, то исключение тебе точно грозит. А теперь расскажи подробно, как именно ты это сделал. — Я. Не. Понимаю. О чём ты. Говоришь. — … Ты не доверяешь мне. Ты думаешь, я сдам тебя?       Поттер вздохнул, положил книгу на место и потухшими глазами посмотрел на слишком много себе позволяющую девчонку. — Кажется, произошло недоразумение. Вы ошиблись в преступнике, мисс Гринграсс. Может, и не было никакого преступника? Лишь досадная случайность. Я, пожалуй, пойду.       Снова нацепив дежурную улыбку, Гарри Поттер склонился в поклоне и пошёл к выходу. Ему в спину прилетел холодный голос. — Ты хоть кому-то доверяешь? Неужели каждое твое действие лицемерно? — До свидания, мисс Гринграсс. — Я думала, что мы похожи. — …Я тоже.