Единственный

      «Дорогой Эндрю Джозеф Миньярд!       С радостью уведомляем Вас, что для Вас найден человек со стопроцентной совместимостью! Довольно редко выпадает такой шанс — найти человека, который поддержит в любых начинаниях и успокоит, если задуманное не удалось, но Вам повезло! Такой человек был найден!       Рене Уокер — вот Ваш шанс на счастливое будущее! ДНК тест показал, что именно этот человек станет для Вас всем миром! Для ознакомления с анкетой данного человека, Вам нужно всего лишь перейти по ссылке…»              Эндрю, зло хмыкнув, отправил сообщение в корзину, даже не дочитывая. Количество восклицательных знаков, расплывчатых слов «человек» и уважительных обращений просто поражали воображение. «Письмо счастья» пришло парню с легкой руки его кузена, Ники Хэммика, который умудрился втихаря отправить его генетический материал, собранный с оставленной без присмотра зубной щетки. Уже за то, что кузен без спроса брал не свои вещи, его бы стоило придушить во сне подушкой, а если учесть, с какой целью он это сделал, четвертование будет самым гуманным из списка кар.              Способ поиска идеальной пары по ДНК тесту был открыт учеными не так давно, однако люди буквально помешались на поиске «идеальной» пары. Семьи, годами живущие душа в душу, распадались словно по щелчку пальцев; люди, продавая дома, оставаясь без гроша в кармане, срывались в другие страны; число детских домов возросло до неописуемых цифр, так как большинство предпочитало начинать жизнь с чистого листа, а ребенок зачастую являлся тяжким бременем, с которым счастья не построишь. Мир просто сошел с ума. Утопия оказалась не такой радужной, порождая уйму эгоистов и несчастных людей. Многие, приклеив к своим глазам розовые очки, разочаровывались в своей паре буквально в первые минуты общения, ведь анкета — это такая дрянная штука, которое просто отказывалась сообщать об изъянах предложенного диагностикой человека. Так, «соулмейт», как принято было называть в народе ДНК-пару, запросто мог оказаться алкоголиком, наркоманом или просто душевно больным, но большинство, с уже потрескавшимися розовыми стекляшками, оставались с «избранниками» в надежде перевоспитать и наставить на путь истинный.              Эндрю искренне презирал концепцию ДНК партнеров. Его вместе с братом-близнецом, Аароном, мать, не задумываясь, отдала в детский дом, как только получила «письмо счастья». И забрала одного из них, как только узнала, что партнер не против одного ребенка от чужого мужчины. Очевидно, что счастливчиком оказался не Эндрю. И таких, как он, было полно в системе, не сказать, что каждый первый, но каждый второй уж точно стал жертвой прогресса в сфере науки. И парень ни за что бы не стал узнавать, кого предначертала ему природа, если бы не неугомонный родственник.              Посмотрев на часы, висевшие на стене его квартиры, Эндрю понял, что уже непозволительно поздно для бодрствования, да и в глазах уже давно образовалась Сахара, поэтому, отбросив телефон в сторону до лучших времен, парень начал готовиться ко сну. Привычные ритуалы по типу чистки зубов, вечернего душа и расстилания кровати, прошли в полусне, и только когда Миньярд начал подходить к входной двери, дабы убедить свою паранойю в том, что она точно закрыта, легкую дрему сняло как рукой.              — Помогите! Откройте кто-нибудь! Пожалуйста, — в подъезде раздавались чьи-то отчаянные возгласы, на которые Эндрю просто не мог не обратить внимания, так как каждое слово сквозило неким страхом.              Доброта сражалась с равнодушием, словно те два волка из всем известной притчи. Миньярд, вцепившись в свои нарукавные повязки, дышал в закрытую дверь, прикрыв глаза. Квартира была его островком спокойствия, нерушимым замком, доступ в который имело лишь ограниченное число лиц, которым он не то чтобы доверял, но от удара в спину уклонится бы смог, а человек по ту сторону, несмотря на просьбу о помощи, был потенциальной угрозой. Вероятность того, что это все подстроено, чтобы выкурить парня из квартиры, была велика, у Эндрю было много конкурентов и недоброжелателей, желающих укоротить язык всемирно известного писателя.              — Сегодня точно на один труп станет больше, и это все благодаря вам, бездушные уебки, способные только лишь прижиматься ушами к двери в поисках свежих сплетен! — голос стал ближе и злее, пропали нотки страха и отчаянья, словно загнанное в угол животное готовилось к последнему бою.              — Прекращай орать, — Миньярд и сам не понял, как провернул ключ и приоткрыл дверь. — Бездушные уебки, как ты выразился, предпочитают спать в это время.              Голубые глаза полыхали истинным смятением с толикой безумия. Это было первым, что бросилось Эндрю во внешности парня, который замер на лестничном пролете, как только услышал чужой голос. Вторым, что привлекало внимание, были, конечно, волосы ядерно-рыжего оттенка даже в свете тусклых ламп подъезда.              — Впусти меня, пожалуйста, — с мольбой в голосе попросил юноша. — Обещаю, что дальше порога не уйду, мне всего лишь нужно переждать, пока…              — Н-и-л-и-и, ну, где же ты? — раздался новый голос откуда-то с нижних этажей. — Решил поиграть со мной в прятки?              — Пожалуйста, — еще раз тихо повторил рыжеволосый, с опаской кинув взгляд вниз.              — Мне не нравится это слово, — хмуро сказал Эндрю, отворяя дверь чуть шире.              — Спасибо огромное, — парень в одно мгновение оказался на пороге, тут же самостоятельно запирая за собой дверь, стараясь не произвести ни звука.              Они замерли в узкой прихожей, прислушиваясь к звукам по ту сторону квартиры. Шаги становились все ближе и ближе, человек, ищущий «Нили», словно специально издавал как можно больше звуков, дабы уведомить о своем приближении.              — Спрятался значит, да? — громкий вопрос прозвучал прямо у двери. — Ну, прячься, прячься, только учти, что я знаю, где ты живешь. И еще знаю, что ты обязательно вернешься домой, ведь кому-то нужно кормить твою драгоценную кошечку… Мы в любом случае будем вместе, от судьбы не сбежать!              — Тварь, — на выдохе сказал беглец, как только услышал звук удаляющихся шагов. — Надо было все-таки его прикончить в какой-нибудь подворотне, а не прислушиваться к законодательству.              — О, так трупом должен был стать не ты? — насмешливо спросил Эндрю, включая свет в прихожей, дабы получше рассмотреть своего внезапного гостя.              Рыжий парень с недоумением повернулся к нему, пробегаясь взглядом по розовой пижаме с принтом трахающихся единорогов, которая была подарена Эндрю на очередном семейном празднике. Кто оказался дарителем, так и не выяснилось, однако глаза Аарона как-то подозрительно весело блестели в свете елочной гирлянды. Миньярд, в свою очередь, тоже осмотрел неказистый наряд человека напротив, хмыкнув с надписи на кофте «Все люди делятся на две части», под которой был изображен милый кролик с окровавленным топором.              — Конечно, нет, — закатил глаза юноша. — Если бы я умер от его рук, то переродился бы, раскопал свою могилу и плюнул бы себе в лицо, ибо… Кстати, хорошая идея!              Эндрю, невольно напрягшись всем телом, пронаблюдал, как парень резко потянулся к заднему карману своих поношенных джинсов, доставая оттуда видавшую жизнь записную книжку.              — У тебя есть ручка? — спустя секунду поинтересовался гость. — Я, кажется, свою где-то проебал. Десятую за неделю. То есть за два дня.              — Нет, — коротко ответил Миньярд, сложив руки на своей груди.              — Очень странно, — брови парня чуть приподнялись, — что у популярнейшего автора, взорвавшего мир своими книгами про несовершенство системы ДНК-пар, нет письменных принадлежностей. Но да ладно. А есть шило или нож с острым концом? Я и кровью написать могу…              Почуяв малейшую угрозу, тело Эндрю среагировало быстрее, и уже спустя секунду к чужому горлу прижималось лезвие ножа, молниеносно появившегося из-под нарукавных повязок.              — О, — ни капли не удивившись сложившейся ситуации, юноша уверенно забрал оружие из рук не ожидавшего такого исхода событий Миньярда. — Спасибо, оперативно работаешь.              Эндрю в мгновение ока отпрянул от парня, ожидая нападения. Роли сменились слишком быстро.              — Да успокойся ты, я не тебя резать собираюсь, — фыркнув, парень провел острием по подушечке пальца своего мизинца, на котором уже итак не было живого места от количества белеющих шрамов, а после, подняв упавшую книжечку, начал водить кровью по ее листам. — То, что я попал именно в твой дом и твою квартиру — истинная случайность, я и предположить не мог, что спасителем Рико окажется небезызвестный Эндрю Миньярд. Собственно, твоя личность открылась мне только после того, как ты включил свет. На вопрос о том, откуда мне известно твое лицо, ведь ты не ведешь какие-либо соцсети, а интервью просто игнорируешь, отвечу, что предпочитаю знать коллег в лицо, взламывая личные дела в базе издательств.              — Кто ты? — напряженно спросил Миньярд, следя за каждым движением парня.              — Нил Джостен, — пожав плечами, ответил парень, дуя на страницы, дабы импровизированные чернила засохли побыстрее.              — Балтиморский Мясник, — хмыкнул Эндрю, тут же вспоминая всю информацию об эксцентричном писателе, о котором ходило множество слухов и баек.              — Ага, а еще «Беглец», «Гнездо воронов» и «Выживший», — кончиком губ улыбнулся Нил. — Вот и познакомились. Я твой фанат, кстати. Говорить о том, что я не из той категории поклонников, которые маниакально преследуют своих кумиров, стоя на твоем пороге, я не буду, ты мне не поверишь.              В голове Миньярда уже крутились сюжеты упомянутых романов, в которых преимущество отдавалось сценам боя, сражения за жизнь, да и в целом выживанию. Он бы солгал, сказав, что не засиживался с этими книгами до самого рассвета, игнорируя сон, ведь каждая книга была настолько живая, что представить себя на месте главного героя особого труда не стоило. Самым любимым его произведением стал «Балтиморский Мясник», в котором не просто рассказывалось о серийном маньяке, безжалостно забирающим жизни самыми негуманными способами, а о том, как этот человек пришел к тому, чтобы взять в руки тесак, о его первой любви, о том, чем он жил, и с какими неисполненными мечтами умирал . Эндрю никогда не мог и подумать о том, что автор столь захватывающих произведений будет истязать себя на его пороге его же ножом.              — Как ты здесь вообще оказался? — потерев переносицу, задал интересующий его вопрос парень.              — Ты имеешь ввиду всю ситуацию в целом? — веселье сверкнуло в глазах Джостена, когда ему хмуро кивнули. — Что ж, уверен, что тебе понравится, и я, возможно, дам тебе новую идею для книги. Если вкратце, Рико, тот обделенный мозгами и чувством самосохранения имбецил, что за мной гнался, как-то получил мой генетический материал, кстати, возможно, в этом виновата одна из моих потерянных ручек, у меня есть привычка их жевать во время наплывов вдохновения… — парень задумчиво нахмурился. — Ну, не суть. Так вот, он сделал ДНК-тест, чтобы доказать мне, что мы с ним идеальная пара. И с тех пор, как он за меня получил «письмо счастья», этот ушлепок преследует меня с этим сраным уведомлением. Даже вот смертью моей кошки от голода пригрозил, как видишь.              — Да, это хорошая идея, — спустя полминуты молчания произнес Эндрю, мысленно дополняя сюжет деталями.              — Отлично, — беззвучно хлопнул в ладоши Нил. — Как только выпустишь книгу, я жду подарочный экземпляр с твоей подписью. А теперь мне, пожалуй, пора. Надеюсь, этот долбаеб уже убрался восвояси.              Миньярд пронаблюдал, как внезапный гость повернулся к нему спиной, открыл дверь и выскочил наружу, словно его здесь и не было. Только пустота в одной из нарукавных повязок говорила хозяину квартиры о том, что скандально известный автор в наглую спер один из его ножей.              ***              Кофе текло рекой, а горы сладостей постепенно уменьшали свои габариты, сначала превращаясь в сиротливые холмики, а затем и вовсе в пустоту, словно фанатичный ландшафтный дизайнер решил удалить все неровности рабочего стола. В противовес этому, мусорное ведро просто молило о том, чтобы его спасли из-под завала фантиков, ведь воздуха для дыхания оставалось все меньше и меньше. Эндрю Миньярд творил исключительно на том топливе, которое вводило в ужас стоматологов, дерматологов и диетологов. Если так подумать, то уже пора собирать конференцию врачей, которые бы обсудили феномен его нормального здоровья при таком образе жизни.              Слова о хорошей идее не были пустым звуком, как только Эндрю убедился, что нож ему все-таки не вернут, он закрыл дверь на все возможные замки и поспешил сесть за свой компьютер, дабы начать работу над новой книгой. И пускай у него на рабочем столе, умирая в легком забвении, было десятки начатых книг, он создал новый файл под ласковым рабочим названием «Ночной долбаеб» и приступил к долгим часам творческой деятельности.              В такие моменты Миньярд просто умирал для остального мира. Его телефон ставился на беззвучный режим или вовсе отключался, дабы редкие звонки не отвлекали; питался он в основном бесконечными запасами сладкого или, уж если очень приспичит, заваривал еду быстрого приготовления, поглощая которую, можно было не отвлекаться от клавиатуры и мигающего курсора. Планета крутилась вокруг солнца и вокруг своей оси, ночи сменялись днями, но писателю не было до этого дела, он находился не в этом мире, погружаясь полностью в выдуманную историю.              И только один человек имел право приходить к Миньярду, дабы проверить, не пора ли заказывать панихиду.              — Эндрю, ты в порядке? — мягкий голос разорвал тишину, царившую в помещении уже долгие дни.              Парень вздрогнул, откидывая мышку в сторону, с хрустом в спине поворачиваясь к визитеру.              — Привет, — хрипло от долгого молчания произнес Миньярд, близоруко смотря в голубые глаза Рене. — Хорошо выглядишь, — отпустил дежурный комплимент юноша, подмечая, что девушка вновь подкрасила свои кончики волос.              — А вот ты нет, — слегка нахмурившись, фыркнула Уокер.              И действительно, Эндрю словно вылез из детской страшилки: светлые волосы висели сосульками и словно потускнели, хотя если учесть, сколько раз парень в поисках мыслей запускал в них свои руки, это было неудивительно; вокруг глаз залегли глубокие тени, создавая впечатление, что парень моргал углем, а после растирал его вокруг; кожа отдавала далеко не аристократичной бледностью, а болезненностью. Сам парень был замотан в изумрудно-зеленый плед, согнувшись в три погибели над экраном компьютера, который освещал его искусственным светом.              — Представляю, — хмыкнул Миньярд. — Скоро подкину тебе работенку для редактирования. Мне осталось только…              — Ничего не хочу слышать, — тряхнув волосами, прервала его девушка. — Тебе пора сделать перерыв.              Эндрю и сам это прекрасно понимал, но детское желание сказать «нет» скреблось в его сознании. Рене бы отстала. Ушла, напоследок открыв окна, дабы хоть чуть-чуть разогнать духоту, как делала это обычно. Ему попался самый понимающий и внимательный редактор, которого можно было только пожелать, задувая свечи на праздничном торте. Но, проанализировав свое состояние и подсчитав, сколько раз он просто падал головой на стол не засыпая, но теряя сознание, парень просто заставил принять себя правильное решение.              — Я в душ, — напрягая затекшие ноги, Миньярд просто сделал нечеловеческие усилия для того, чтобы подняться.              Он знал, что как только закроется дверь в ванную, девушка тут же начнет наводить порядок и, возможно, после загрохочет чем-то на кухне, выжимая из скудного запаса продуктов что-то наподобие полноценного обеда. Эндрю не заслуживал Рене. Мир в целом ее не заслуживал. Сила ее спокойствия и любви ко всему, что существует, просто сражала наповал, не оставляя никого равнодушным.              — И зачем было так себя изводить? — заинтересованно спросила девушка, листая не закрытый документ на рабочем столе, когда Миньярд, вытирая все еще влажные волосы полотенцем, подошел к ней. — Не сказала бы, что это на тебя не похоже, но…              — Хочу поскорее вернуть свой нож, — ничего не объясняя, произнес Эндрю, падая на кровать. — Закажи доставку.              — Хорошо, — с улыбкой произнесла Уокер, но парень этого уже не увидел, так как просто напросто вырубился.              ***              «Верни нож. Э. Миньярд» — красовались рукописные слова на форзаце.              Нил Джостен с ухмылкой крутил в руках книжку, которую в него буквально швырнула чем-то раздраженная Эллисон. На обложке красовался ярко-голубой глаз, заглядывающий в замочную скважину, и название «Где же ты?». Эндрю все-таки написал книгу. И, конечно же, он взял его внешность, вернее цвет глаз, ведь третьего участника тех ночных событий писатель не видел. Судя по всему, Миньярд был сильно раздосадован потерей своего оружия, иначе как еще объяснить, что помимо обложки еще и аннотация была пронизана обещанием того, что от Нила теперь станут шарахаться еще больше, чем обычно, ведь она буквально начиналась с «Его пронзительные синие глаза следили за каждым шагом, заставляли нервно оборачиваться, даже когда вокруг не было никого…»? Спасибо, Эндрю не додумался сделать приписку «все совпадения с реальными людьми — случайность», тогда бы Джостену уж точно жития не было.              То, что Нил обзавелся новым имуществом, он заметил только после того, как в ту ночь начал пробираться в окно собственного дома, ища по карманам то, чем можно поддеть раму. Парень знал, что Рико обделен хоть каким-то намеком на критическое мышление, и если уж он начнет действительно караулить у дома, то никогда не додумается до того, что хозяин будет ломиться к себе же через окно. Хотя до этого додуматься было не сложно, учитывая специфику работ Джостена. Тогда, обнимая свою кошку, юноша искренне радовался своей забывчивости.              И сейчас он раздумывал, стоило ли легкое попадание домой того? Теперь понятно, почему Рейнольдс была так недовольна, учитывая с какой прозорливостью она умела сопоставлять факты. И дело не в том, что карьера могла хоть как-то пошатнуться от очевидных совпадений, нет, дело в том, что Нил ни разу не заикнулся о том, что был знаком с Миньярдом, о нелюдимости которого ходило столько слухов и баек.       

      «Это Нил. Где и когда мы можем встретиться?»

             Нил отправил сообщение на предусмотрительно сохраненный номер, который хранился в его списке контактов незнамо сколько времени. Парень никогда и подумать не мог, что однажды ему выпадет шанс хоть как-то прокоммуницировать с Эндрю, но жизнь иногда выдает интересные финты.              «Удали мой номер. Кафе «Лисья нора» через час»              Джостен не ожидал быстрого ответа, однако реальность решила его порадовать. Или нет. У него из-за ограниченности времени совершено не было возможности подготовиться, а это значит, что выдвигаться нужно было сию минуту в видавшей жизнь майке и протертых штанах. Был бы он дома, ситуацию еще можно было бы как-то исправить, однако его утреннее желание сходить в издательство сыграло с ним злую шутку.              Выдвигаясь в путь пешим ходом, Нил удивлялся, что встреча была назначена именно в Норе. Это место было очень популярно у авторов и их редакторов, уютная домашняя атмосфера создавала то самое рабочее настроение, когда идеи просто градом начинают одолевать требующие кофеина разумы, из-за чего авторов иной раз просто приходилось выгонять веником из заведения. Кафе всегда было наполнено людьми, что иной раз могли вскрикнуть «Ну, конечно!» и продолжить еще больше измываться над тетрадью для записей или клавиатурой компьютера, тут кому как удобнее.              Эндрю не казался человеком, который любит публичные места. Джостен ожидал, что встреча будет назначена в какой-нибудь подворотне, и они, словно наркодилер и клиент, по-тихому обменяются любезностями и разойдутся как в море корабли.              — О, Нил, привет! Давненько ты к нам не заглядывал, — бессменный Мэтт Бойд снова стоял за кассой, поражая каждого вошедшего своей яркой улыбкой.              — Да я начал новую книгу, а там… Ну, ты сам понимаешь, — подходя к парню и пожимая его руку, произнес Джостен. — И к тому же я думал, что после того инцидента я нежелательная персона в заведении.              — Как ты мог допустить такие мысли? — удивился продавец. — Мы всем коллективом до сих пор пересматриваем ту видеозапись, где зубы Мориамы летят просто по невероятной траектории. Шеф даже расщедрилась тебе на пятидесяти процентную скидку на два месяца. Настолько ей понравилось зрелище и настолько всех уже достал Рико.              — Здорово! За такие подарочки я готов хоть раз в неделю кого-нибудь ставить на место, — улыбнулся Нил. — Передай «спасибо» и «привет» Дэн.              — Тебе как обычно? — уже печатая что-то на кассовом аппарате, спросил Мэтт.              — Ага, — кивнул парень. — Ко мне еще должен присоединиться злобный беловолосый карлик, если он будет что-то заказывать, запиши на мой счет…              — Какая щедрость, — растягивая слова, произнес кто-то за спиной Нила.              -… И приперчи заказ цианистым калием, — проговорив это самым серьезным тоном, парень развернулся, к Миньярду. — Надо же, Эндрю, ты уже здесь? До назначенного времени еще минут десять.              — Предпочитаю не опаздывать, — буркнул блондин, а после, обращаясь уже к Мэтту, сказал: — Мне шоколадный коктейль и ванильный чизкейк. Только без яда в качестве сахарной пудры.              — Принято, — хмыкнул Бойд, тут же приступая к работе. — Вы пока присядьте, я сам принесу заказанное.              Выбрав самый дальний столик, что с трех сторон закрывался декоративными элементами в виде импровизированных клумб с домашними растениями, парни сели друг напротив друга, принявшись за детальное визуальное изучение. В прошлый раз обстоятельства были не теми, чтобы цепляться взглядом за малейшие родинки или веснушки, да и освещение прихожей было таким себе.              — Шрамы? — нарушив тишину первым, Эндрю заинтересовано бросил взгляд на руки Нила, что в этот раз не были скрыты длинными рукавами.              — Не все в моих работах — сплошная выдумка, многое я писал, опираясь на собственный опыт, — слегка улыбнувшись, Джостен провел пальцем по одному из множества белеющих полос. — Например, пытки в «выжившем».              От таких откровений Миньярд замер, удивленно моргнув. Он ожидал какой-нибудь шуточной истории, по типу « решил я как-то посмотреть, что находится по ту сторону колючей проволоки у маслозавода…», а в итоге наткнулся на минное поле. И у парня, конечно же, появилось непреодолимое желание потоптаться на каждом присыпанном землей холмиков.              — То-то мне показалось, что все слишком уж… красочно, — пробормотал Эндрю, мысленно перечитывая некоторые моменты из книг.              — Ваш заказ, — Мэтт, словно повинуясь клише, появился очень вовремя, перетягивая все внимание на себя. — Если будет нужно еще что-то — вы знаете, где меня искать.              — Спасибо, — поблагодарил Нил, принимая свой американо без сахара, а после взглянул на Миньярда, который все еще сидел в прострации. — Ой, да ладно тебе, не все так плохо, возвращайся в реальность, тебе уже принесли твою порцию яда.              — Ха-ха, — беря десертную ложечку, парень начал безынициативно ковыряться в чизкейке, так как настроение что-либо есть пропало совершено.              — Как ты пришел к написанию книг по ДНК- парам? — внезапно спросил Джостен, немного меняя тему разговора. — Мне всегда было интересно узнать некоторые ответы на вопросы, которые появлялись при прочтении твоих произведений.              — Правда за правду? — хмыкнул Эндрю, получая в ответ легкий задумчивый кивок. — Всегда ненавидел эту чушь с наукой. Я попал в детский дом из-за того, что моя мамаша нашла свое «счастье». А после пропутешествовал по двенадцати приемным семьям, где наглядно увидел всю гниль ДНК партнерства. И мне пришла идея поделиться своими мыслями с массой.              — Ага, значит, я не один такой — пишущий на основе своих травм, — как-то радостно хмыкнул Джостен. — А Эллисон еще доказывала, что это ненормально.              — Рейнольдс? — приподняв бровь, спросил Миньярд.              — Знаком с ней? — вопросом на вопрос ответил Нил.              — Она подруга моего редактора. Возможно, девушка, я как-то не расспрашивал Рене об этом.              — Вот черт, все это время мы были знакомы через три рукопожатия… Даже обидно как-то, — рыжий провел рукой по своим волосам, выражая крайнюю степень удивления. — Ладно, твой вопрос.              — Ты гей? — Эндрю предпочитал не ходить вокруг да около, задавая интересующие вопросы, даже если они были не в тему. — Вернее, какая у тебя ориентация?              Джостен, делающий в это время глоток кофе, слегка поперхнулся, с замешательством посмотрев на парня напротив.              — Эм… Я не знаю, — все же начал отвечать Нил. — Мое детство и юношество не располагали… хм… возможностями для погружения в вопросы ориентации, а когда… когда я выбрался из того ада, то как-то об этом не задумывался, просто наслаждаясь жизнью. У меня нет ответа на твой вопрос, так как мне он самому неизвестен. Можешь спросить еще о чем-нибудь.              Немного задумавшись, Миньярд начал наконец есть свой десерт. Открытий для сегодняшнего дня было слишком много. А ведь времени прошло всего ничего. Кто бы мог подумать, что очередной резко прославившийся писака несет в себе что-то большее, чем просто неуемная фантазия? Парню хотелось докопаться до каждого написанного абзаца, спросить, было ли это в реальности, и как так получилось, что Нилу можно об этом писать.              — Пойдешь со мной на коктейльную вечеринку? — спросил Эндрю.              — Это та, которая проводится для популярных писателей Штатов? — уточнил Джостен, получив в ответ утвердительный кивок. — Мне тоже пришло приглашение. Неужели великий Эндрю Миньярд решил вылезти из своей пещеры? Там, насколько я понял, репортеры будут в обязательном порядке, а, судя по слухам, ты съедаешь всех, кто попытается задать тебе хоть один вопрос.              — Да или нет? — никак не прокомментировав сказанное, снова спросил Миньярд.              — Да, — слегка улыбнулся Нил.              — Хорошо. Место встречи и способ, которым мы будем добираться я скину тебе позже, — парень начал вставать, собираясь уйти.              — Стой, Эндрю, ты так и не забрал нож, — протягивая картонную коробку, в которой лежало оружие, дабы не светить лезвием на все кафе, проговорил Джостен.              — Оставь пока себе, — хмыкнул Миньярд, тут же уходя.              Может, для кого-то этот жест ничего и не значил, но для человека, который все детство проспал с пистолетом под подушкой, это значило, что ему готовы доверять. Нил так и замер с протянутой рукой, пытаясь осознать, в какое болото на этот раз его пытается закинуть жизнь.