МАГМА

***

Дорога к зданию кинотеатра прошла в тишине как бы альфа не пытался разговорить омегу. Даже на предложение расстегнуться и снять шапку, ведь в машине было и впрямь жарко, Тэхён лишь фыркнул. Если младший решил побыть таким «взрослым бунтарём», то Чонгук не будет ему мешать. Омега на то и омега, что имеет полное право ковырять чайной ложечкой мозг своего альфы время от времени. При выборе попкорна и напитков Тэхён тоже молчал. Только пальчиком показывал, что хочет, что, в свою очередь, альфу уже начинало подбешивать. И вот когда до сеанса оставалось чуть меньше пятнадцати минут, а омега также молчаливо двигался в сторону зала, Чонгук не выдержал. – Тэ, вот скажи мне в чём я был не прав, – останавливается в зале ожидания чуть позади Тэхёна. Он и шагу дальше не сделает пока они всё не решат. – Да запросто, – разворачивается на носках подходя в плотную в альфе. – Ты не удосужился поддержать меня перед родителями. Трое на одного! – Ну вот ты издеваешься или что сейчас? – искренне не понимает поведения младшего. – Когда я тебе говорил, что ты достаточно взрослый, чтобы встречаться и целоваться со своим альфой я также затрагивал и другие аспекты твоей жизни. Взрослый и адекватный человек не идёт в минус десять на улицу без шапки или чем-то прикрытой головы. – Значит ты неадекватный ребёнок?! – упёрся всеми рогами и принимать что не прав не хочет. – Значит мне плевать на себя и своё здоровье. И спасает меня только мой крепкий иммунитет и то, что я большую часть времени нахожусь в машине или помещении. Только вот на тебя мне не наплевать. И я не хочу, чтобы ты завтра же свалился с температурой под тридцать девять, просто потому что решил кому-то что-то доказать! И вот эти слова. Именно слова о том, что он небезразличен и на него не наплевать сработали тумблером в голове омеги. Тэхён промаргивается и наконец осознав то, как вёл себя весь день дома и вечер с альфой опускает голову. Чонгук видя результат своих слов и видя, что добился нужной реакции крепко обнимает, вжимая младшего в себя. – Тэ, я же не многого прошу. Быть здоровым и счастливым лишь, – вдыхает мягкий аромат омеги путаясь в кудряшках. – Гук-и, прости меня, пожалуйста. Я у родителей тоже потом прощения попрошу. Просто эта шапка реально бесит, – смеются оба после слов омеги. Прав был Господин Ким. Омега ещё ребёнок. – У тебя запоздалый подростковый бунтаризм начался что ли? Или ты просто характер решил показать? – Скорее второе, – настроение и вправду бушует последние дня два. – Ты не обижаешься на меня? – поднимает свои очаровательные глазки смотря прямо в альфьи. – Я не могу на тебя обижаться. Просто в следующий раз начинай протестовать против чего-либо заранее обдумав и прикинув тему и исходы протеста, – говорит усмехаясь с вновь насупившегося Тэхёна. – Ты сейчас договоришься и действительно в будущем рожать сам себе троих будешь! – нашёл рычаги давления. Чонгук поднимает руки вверх в сдающемся жесте, затем тянет выдуманную застёжку на губах и глотает ключик. – Вот и славненько. Пошли, а то без нас начнут, а я уже попкорн похрумкать хочу. – Как скажешь.

***

По итогу Тэхён понял, что выбирать фильм можно было менее тщательно. Всё-равно примерно половину фильма они были заняты друг другом. И если раньше омега был недоволен парочками, что постоянно целовались в кинотеатре, возмущаясь, что тем заняться больше нечем, то теперь он и сам был таким. И вдоволь нацеловавшись, Тэхён просто положил свою голову на плечо Чонгука и досматривал уже так. Выходя сейчас из здания Тэхён понимает, что домой ему не очень хочется, а вот покушать чего-то острого и вредного очень даже. – Гук-и, сколько у нас ещё времени? – чуть с прищуром спрашивает омега. И Чонгук, поняв, что его неугомонный сегодня парень что-то придумал, глянув на часы и отняв время на дорогу к дому омеги отвечает: – Чуть больше сорока минут, а что? – поправляет кудряшки, что чуть вылезли из-под шапки и мешаются младшему. – Тогда мы идём в очень уютный ресторанчик тётушки Чхве, – кладёт ладонь на живот. – Я хочу покушать чего-то остренького и прямо сейчас. – Я даже не знаю кого мне благодарить за то, что мне достался такой прекрасный омега. И никаких тебе «я растолстею» или «я не ем после шести», – берёт лицо Тэхёна в руки и приближается, сталкиваясь носами. – Медвежонок, ты просто лучший, – целует в кончик носа. – Во-первых, я и так не худой и тебя это вроде как не волнует, – загибает пальчики пересчитывая очевидные вещи. – Во-вторых, если я и вправду растолстею, ты всё равно никуда не денешься. Сам сказал, что никого лучше меня нет. – Верно. Если ты начнёшь поправляться, единственное, что я сделаю, это усилю свои тренировки, чтоб по-прежнему носить тебя на руках. –  Это когда ты меня на руках носил? – вздёргивает брови в удивлении. – Не было такого. – Значит сейчас будет, – и быстро хватает омегу, подхватывая на руки. Тот, не ожидая, кратко взвизгивает потеряв опору под ногами. Машину Чонгук припарковал чуть дальше кинотеатра, за неимением пустых мест на парковке. Потому сейчас он бежит к ней с мило возмущающимся омегой. – ДЯДЬКА, ПУСТИ МЕНЯ. Если ты поскользнёшься и упадёшь, я тебя прибью, – кричит во всё горло, крепче сжимая шею альфы. Чонгук аккуратно перекидывает Тэхёна через плечо, продолжая бежать. – Аа-а-а-а-а-а, дядька. Ну это ни в какие ворота не лезет уже. Поставь меня на ноги. Аа-а-а-а, ПОМОГИТЕ, – за что только получает по жопе. Добежав и быстро разблокировав дверь, Чонгук всё-таки ставит Тэхёна на ноги. Тот начинает бить его в грудь ладошками. – Ты ж хотел на руки, – смеясь говорит Чонгук. – Что не так? – Я хотел мило, чтоб как в дорамах. А ты меня тащил как мешок с картошкой… – возмущается всё ещё предельно громко. – Эм-м, простите. Вам помощь нужна? Может полицию вызвать? – парни оборачиваются, смотря на молодого альфу с вопросом. Тот обращается к Тэхёну и по виду реально готов спасать в случае чего. – Я просто видел как вас несли и вы кричали. – А, ой. Нет, не нужно, – омеге стаёт стыдно. Тэхён кланяется. – Простите. У меня всё хорошо, мы дурачились просто, – и пока Тэхён краснеет и оправдывается, Чонгук же стоя за омегой уже готов взорваться от смеха, за что получает локтем в бок. – Да, Чонгук?! – Да, помощь не нужна, – парень в ответ кивает улыбаясь. Хотя игривое настроение включает театр малого актёра, и альфа продолжает. – Хотя ты можешь спасти меня от этого вредного омеги. Видел, как зарядил мне в бок? Печень небось отвалилась уже, – альфы смеются, а залитый краской Тэхён уже готов провалится сквозь землю. – Хорошего вам вечера тогда. Я пойду, – также чуть кланяется и уходит с улыбкой на лице. Тэхён разворачивается к Чонгуку. Пилит страшно-угрожающим взглядом. – Беги, Чонгук. И лучше, чтоб я тебя не догнал, потому что ты покойник! – Ой, – и стартует куда глаза глядят. Тэхён зол, ноги нужно уносить как можно дальше.

***

Сейчас состояние Чонгука, а точнее его батарея, находятся на нуле. Альфа, если его не трогать минут пять, готов уснуть стоя. Их свидание закончилось чуть позже запланированного, ведь их догонялки вылились в кучу времени. Потом они всё-таки съездили в ресторанчик домашней корейской кухни тётушки Чхве. Та так была рада видеть Тэхёна, что наготовила им целый стол, расспросила про всё что только могла и чуть ли не поженила их там прям за столиком. Чонгук не был в том круглосуточном маленьком ресторанчике никогда, но обстановка и отношение немногочисленного персонала ему понравились. А за то, как там готовила, по рассказам Тэхёна и персонала, сама тётушка он был готов душу отдать. Омега кушал за троих, обосновывая тем, что пока бегал за Чонгуком в попытке наколотить, потратил слишком много калорий и его бедненького и голодненького нужно теперь откармливать. Чонгук только покивал да вкусненького в омежью тарелку подкладывал. Домой Тэхёна он привёз уже под два ночи. Родители были предупреждены о чуть загулявшейся парочке, потому никто не переживал. А потому Чонгук сейчас ходит ходячим мертвецом. Ведь поспать альфа смог всего шесть часов, и те соседи испоганили. И казалось бы, выходной. Это значит, что можно пойти и проспать полдня, но нет. С минуты на минуту приедут Юнги и родители Тэхёна. Все должны обсудить план и прийти к соглашению. Если всё отлично сложится, то через год они будут жить в мире и спокойствии за своё будущее. В худшем же варианте… Думать о нём Чонгук сейчас не будет. Сидя в гостиной на диванчике и выпивая третью чашку кофе за это утро, Чонгук надеется, что всё пройдет отлично. А пока напиток, что по идее должен бодрить, только горчит на языке и ничего больше. Задумавшись о сегодняшнем разговоре, Чонгук слышит звонок в дверь. Альфа встаёт и идёт открывать. – Мелкий, я готов спасать твою дорогую жопу и попу твоего омеги, – а Юнги сегодня полон энергии, что немного на него не похоже. – Отстань от наших задниц и проходи.  – А что с настроением? – разувается и бредёт за сонным альфой вглубь квартиры. – Я просто не выспался, а три выпитые мной чашки кофе до жопы. Видимо до той, которую ты так бодро спасать собрался, – грузно падает на диван. – М-да. Ну в общем ничего нового. Я тебя такого зло-бесячего вижу только когда ты голоден или когда спать хочешь. Ничего, – садится к Чонгуку, включая телек. – Когда Кимы приедут? Это у тебя выходной, а мне и влететь может. – С минуты на минуту, – и в эту минуту раздаётся звонок в дверь. – А вот и они. Намджун с Сокджином входят в квартиру Чонгука. Альфа предлагал забрать их, но получил мягкий отказ. По легенде для Тэхёна те снова уехали по магазинам. Омега на взводе. Дома с мужем и сыном ещё немного отпускает ситуацию, но, когда они целенаправленно едут обсуждать варианты и план спасения от верной смерти его Тэ, становится не по себе. С утра Джин принял пару таблеток успокоительного, но те, видимо, забыли своё предназначение. – Привет, Чонгук, – Сокджин от волнения в любую минуту готов потерять сознание. Его колотит, и унять себя и успокоиться он не может. Намджун также кивает и жмет в приветствии руку. – Здравствуйте, рад вас видеть, – помогает с верхней одеждой и проводит в гостиную, где и будет всё обсуждаться. Намджун сжимает руку супруга, таким разбитым никогда не видел и не хотел бы. Пытался уговорить чтоб тот остался дома и узнал всё после от него, но омега отказался. Хотя и сам бы не смог усидеть дома. Когда родители заходят в комнату, Юнги встаёт в знак уважения и также приветствует. – Мин Юнги. Можете считать старший брат мелкого, – пожимают руки и садятся. Чонгук замечает состояние Сокджина. Тот бледный как стена, руки трясутся и дыхание сбитое. – Сокджин-щи, вам принести воды? Я вижу, как вас колотит, – Чонгук смотрит на омегу, что кивает в согласии. Встаёт, собираясь сходить на кухню, переводит взгляд на Намджуна и еле заметно кивает чтоб тот пошел за ним. Когда оба выходят из комнаты, Чонгук начинает. – Господин Ким, я не уверен, но может Сокджин-щи рассказать всё после вместе с Тэхёном? – старший закусывает губы. – Он сейчас совсем не в том состоянии чтобы здраво мыслить, а тот план, который мы имеем с Юнги на руках точно введёт его в ступор, – видно, что омега и сейчас готов в любую минуту в обморок свалиться. – Чонгук, он не согласится. Я пытался его уговорить, но и понять тоже могу. У него сын в опасности, и не просто коленку разбить, а умереть может. Давай лучше как с пластырем – резко. Мы альфы, и совладать со своими чувствами нам легче. – Хорошо, – тяжело вздыхает. Наливает стакан воды и по возвращению отдаёт Джину. Чонгук оглядывает всех собравшихся, подтверждает кивком готовность начинать. – Первое, что хочу сказать. Все, кто находится сейчас в этой комнате могут стопроцентно доверять каждому как самому себе, – остальные кивают на его слова. – А теперь ближе к делу. По нашим лучшим расчётам план должен занять год. Может чуть больше, может чуть меньше. Главная цель состоит в том, чтоб агентство навсегда забыло кто такой Ким Тэхён. Так как никого оно не отпускает и в живых не оставляет, – смотрит на руки Сокджина, что трястись сильнее начинают. Видно, как тот пытается совладать с собой, но попытки безуспешны, – нам нужно подстроить смерть омеги. – Какую смерть? Чонгук… – слёзы, что до этого просто стояли в глазах начинают скатываться по щекам. Намджун приобнимает за плечи. – Сокджин-щи, это единственный способ сохранить реальную жизнь Тэхёна. Агентство признает только один способ – фактическая смерть, – Юнги никогда не умел подбирать слов, потому озвучивает так. – К сожалению это правда, – Чонгук виновато опускает голову. На плечах такой груз будто во всём происходящем есть его вина. – Я продолжу. В нашей практике было такое, что «цель» умерла сама. Тот человек тяжело болел и агентство просто не успело его «ликвидировать». Поэтому мы предлагаем провернуть такое с Тэ. Я устрою ему липовые медицинские документы и справки с якобы смертельным диагнозом. У меня есть хороший знакомый в центральной больнице. Хосок не подведёт. Он не будет знать деталей дела, но устроить такое согласится. Наш начальник ублюдок, и, если сказать ему что человек с суперспособностями будет умирать сам, долго и в муках, он даст добро на бездействие. В наши обязанности с Юнги тогда войдёт лишь слежка чтобы «цель» не сбежала или не натворила ничего. Потом я увожу Тэ загород. Там ему придётся посидеть некоторое время и никуда не выходить. Вам, как его родителям придётся изображать великую скорбь. К этому времени у Тэ будет новый паспорт, Юнги устроит. Так как не будет тела, а лишь справки с документами, агентство по правилам ставит ещё одного агента на перепроверку нас, как сотрудников. И вот после этого мы идём и увольняемся. Это в лучшем варианте. – А в худшем? – Сокджин сейчас является одной натянутой струной. – Худших вариантов гораздо больше, и абсолютно каждый вы должны знать и принимать. Сейчас мы всё проговорим… Спустя два часа каждый имел свою цель и знал каждую деталь плана. Юнги рассказал худшие варианты событий и свои предположения. – Чонгук, план хороший и я абсолютно на тебя полагаюсь, – Намджун удивился продуманности каждого вектора и поворота не туда. Чонгук умный молодой человек, что готов идти на жертвы и самопожертвование ради его сына. – Когда обо всём узнает Тэ? – Месяца через два. Как раз в это время мы должны подобраться максимально близко к «цели», но начать действовать нам помешает болезнь.