Истинные желания

Иван сидел, вальяжно откинувшись на спинку стула, и со скучающим видом барабанил пальцами по столу, отбивая ритм звучащей из динамиков приевшейся новогодней мелодии. Разноцветные лампочки гирлянд, развешанных по окнам автосалона, мигали и многократно отражались в глянце автомобилей так, что от их вездесущего мелькания уже тошнило. Лучше бы вокруг мелькали клиенты, но кто придет покупать машину тридцатого декабря? Беспокоиться Ивану был не о чем, он и так неплохо поработал в этом месяце, и на завтрашнем совещании именно его поощрят как лучшего сотрудника кредитного отдела. Но еще пара проданных кредитов добавила бы уверенности в победе — его главный конкурент шел ноздря в ноздрю и сегодня тоже был на рабочем месте. Иван недобро глянул на Илью, горой нависавшего над своим столом в другом конце зала, и усмехнулся. Нерасторопный здоровяк смотрел в телефон и даже не замечал, что к салону подходит клиент, в то время как Иван метнулся в центр зала на секунду раньше, чем звякнул колокольчик на двери, и уже стоял между двумя кроссоверами, сложив руки перед собой. Он не сводил глаз с деловито хлопающей дверцей авто холеной дамы, сделав на нее основную ставку. Во-первых, это была женщина — Иван самодовольно усмехнулся, поправил дорогой пиджак и пригладил волосы, бросив быстрый взгляд на свое отражение в окне кроссовера. А во-вторых, следующий за ней по пятам лысоватый мужчина имел совершенно безразличный вид и то и дело посматривал в сторону буфета, нетерпеливо комкая ручку дамской сумочки, но, на всякий случай, Иван следил и за ним. Делать это следовало не слишком явно, издали, чтобы его ненароком не приняли за сотрудника автосалона, а не кредитного менеджера. Хотя в тот момент Иван, распаленный азартом заполучить еще одну сделку в стремительно уходящем году, готов был продать что угодно: и машину клиентке, и пончик ее супругу — только бы не упустить. Он напряженно выглядывал из-за красного седана, пытаясь по довольному выражению лица менеджера салона Насти и движениям губ потенциальной покупательницы понять, насколько те близки к продаже. И в тот момент, когда Настя, жестом приглашая клиентку идти, повернула лицо в сторону рабочего стола Ивана, кто-то отвлек его. — Молодой человек! — раздался рядом бодрый мужской голос. Иван резко обернулся, не успев стереть довольной улыбки с лица. Перед ним стоял высокий пожилой мужчина с седой бородой, смешливыми глазами, в потрепанном буро-красном пальто с грязным сероватым воротником. — Что вы хотите? — недоуменно спросил Иван, окидывая странного деда оценивающим взглядом. — Вы же тут кредиты оформляете? — тот указал большим пальцем за плечо на пустовавший стол кредитного менеджера, а потом кивнул на бейдж на груди Ивана. — Да, я. А… — Иван обернулся на замешкавших у авто Настю и покупательницу и досадливо закусил губу. — Что нужно-то от меня? — спросил он резко, не поворачиваясь. — Так кредит хочу, — настырный дед коснулся его рукава. Иван скривился и отдернул руку. — Какой кредит? На что? Тут автосалон, а не микрофинансовая… Увидев, что женщина удовлетворенно кивает головой и тянет совсем утомившегося мужа за руку, Иван невольно сделал шаг в их сторону. Дед возник перед Иваном так неожиданно, будто вырос из-под пола, и преградил путь. — Я машину хочу купить, в кредит, — медленно, почти по слогам произнес он, будто говорил с дурачком. Иван заметил через его плечо, как Настя бросила на него вопросительный взгляд, понимающе кивнула, дескать, «вижу — занят», и повела холеную даму к засыпающему Илюхе. «Да ептить!» — чуть не выкрикнул с досадой Иван. Чертов бомж! — Какой тебе кредит! — от злости он перешел на ты. — На себя посмотри! В ломбард иди, а для кредита доход нужен. Сейчас охрану вызову, чтобы время мое не тратил. Дед упер руки в бока и сокрушенно покачал головой, цокая языком. — Эх, Ваня! — неожиданно заговорил он, с укоризной прищурив глаза. — Что же с тобой стало? Куда же подевался тот искренний мальчик, открытый юноша? Ты потерял себя, но придется найти. И ты будешь искать! — дед топнул ногой так, что Иван вздрогнул, а назойливо мигающие гирлянды будто померкли на миг и стихла музыка. — Чего?! — воскликнул Иван, хмурясь. Дед-то совсем «ку-ку». Рука невольно потянулась к виску покрутить пальцем, но что-то промелькнувшее в лице старика — смутно знакомое, словно обрывок детского сна или позабытой мечты, — заставило Ивана замереть в замешательстве. Откуда дед знает его имя? Ах да, на бейдже прочитал… Из мгновенного оцепенения вырвала вибрация браслета. Увидев на экране имя начальника, Иван хмыкнул недовольно и, грубо отодвинув старика с пути, бросился к столу, где оставил телефон, но где его почему-то не было. Пока Иван торопливо перебирал бумаги и папки на столе, пытаясь понять, откуда идет звук звонка, заглядывал под стул, растерянно озирался в поисках злосчастной трубки, старик ушел. По крайней мере, когда спустя четверть часа и десяток звонков от шефа Иван стоял на четвереньках возле розовой малолитражки, упрятанной в дальнем углу салона, и пытался вытянуть из-под нее невесть как оказавшийся там телефон — деда в салоне уже не было. — Что это значит?! Что ты мне прислал?! — вопль шефа взорвал слух. — Почему не на связи? Рабочее время, или ты там забухал уже? Пока ошеломленный Иван, зажав трубку плечом, отряхивал колени, на него изливался поток претензий о том, чего он точно не делал. Но файл, прикрепленный к отправленному шефу еще утром письму, свидетельствовал об обратном — Иван действительно отправил отчет, в котором половина нормальных слов была заменена на матерные синонимы, а вместо фамилий начальства были написаны их прозвища. И теперь он тупо смотрел в экран ноутбука, встряхивая головой и потирая переносицу, силясь понять, как такое вообще могло произойти. Следующий час Иван был настолько погружен в исправление своего эпического косяка, что пропустил появление очередного лакомого клиента, ушедшего к Илье, а потом и еще одного. Внезапно покупатели повалили в салон один за другим, а Иван мог лишь разочарованно наблюдать за ними, выглядывая из-за ноутбука. Исправив отчет, он стоял у стойки буфета и переводил дух за чашкой кофе, когда удача, казалось, вернулась, — в салоне появился очередной клиент, а Илюхи даже не было в зале. Иван закинул остатки круассана в рот, отряхнул нечаянные крошки с лацканов пиджака, подтянул галстук и сделал шаг. И носком зацепился за ножку барного стула, опрокинул его в одну сторону, а сам повалился в другую, на лету смахивая со стойки стаканчик с кофе прямо себе на грудь. — Твою мать! — зашипел Иван с досадой, глядя, как расползается по белоснежной сорочке темное пятно, а из-под полы пиджака вытекают остатки и впитываются в ткань в области ширинки. — Красота! — Ой, не обжегся, Ванечка? — откуда-то впорхнула со щебетанием Настя. Отчего-то все девушки и в салоне, и в банке обращались к нему не иначе как «Ванечка», хотя Иван был вполне себе взрослым мальчиком. Мальчиком… На миг вспомнились слова придурочного бомжа, привязавшегося к нему поутру. «Куда же подевался тот искренний мальчик?» Почему-то Иван вспомнил этого сумасшедшего, глядя в потолок подсобки, пока Настя, закусив губу и покраснев до кончиков маленьких ушек, вытирала ему влажной салфеткой испачканные брюки и почти утыкалась носом в его голую грудь — ведь в это время ее коллега Олеся пыталась застирать рубашку. Когда Иван вышел из подсобки в мятой мокрой сорочке и с влажным пятном на промежности в окружении двух разгоряченных девиц, клиент и Илья уже обменивались прощальным рукопожатием. С той минуты беды стали валиться на его голову с такой частотой, что Иван потерял им счет: у него завис ноутбук, принтер жевал бумагу, потекла ручка и залила договор, и даже кулер отказывался напоить Ивана. Недовольные клиенты уходили к обалдевшему от наплыва работы Илюхе, а Иван о первенстве за звание лучшего работника уже и не думал — мечтал просто дожить до конца рабочего дня. За окном давно сгустились ранние зимние сумерки, и огоньки на окнах заиграли радостнее, вот только у Ивана настроение было совсем не праздничное. Он был настолько вымотан неудачами, что когда в салон неожиданно вбежала огромная лохматая собака, наследив на полу мокрыми лапами, и сразу же прямиком кинулась к Ивану, никем не замеченная, он не закричал охране, не покрыл псину матом, а просто истерически засмеялся: — Это что еще за хрень? Но улыбка сползла с лица, когда псина вдруг угрожающе зарычала и бросилась, хватаясь за штанину. От неожиданности Иван повалился на стол, столкнул на пол ноутбук, и тот повис на проводе, а бумаги, ручки и визитки разлетелись по салону. На шум прибежали сотрудники: кто-то оттаскивал собаку, остервенело вырывающую клок из штанов, кто-то поднимал Ивана, кто-то предпочитал держаться подальше и визжать. Когда этот кошмар закончился и безумная псина была вышвырнута за дверь, а спасители разошлись каждый по своим углам, оглядываясь и перешептываясь, Иван остался сидеть на полу среди вороха измятых документов в грязных собачьих следах и отпечатках мужских туфель, приходя в себя. Потом медленно, словно в трансе, поднялся на ноги, убрал ноутбук с вывалившимся гнездом питания в сумку, скомкал бумаги и утрамбовал их в ведре, поправил галстук и оборванную до середины голени штанину и сказал тихо: — Я домой, пораньше. Илья, прикроешь? — и не дожидаясь ответа и не поднимая на окружающих глаз, поспешно ушел. Холодный воздух остужал пульсирующие виски и покусывал голую лодыжку. С облегчением Иван обернулся на сверкающие гирляндами огромные окна салона, подошел к чуть присыпанной снежком машине и нажал кнопку ключа. Дернул дверцу, но та не поддалась. Примерзла? Дернул снова и тогда лишь заметил, что фишки в дверях опущены. Иван снова нажал кнопку на брелоке, но двери оставались заблокированы. Что за ерунда? Он попробовал открыть ключом, но тот не вошел в замок. Черт, чужая машина? Иван оглянулся в поисках своей, но на парковке оставался только автомобиль Ильи, с которым не спутать. Он смахнул ботинком налипший снег с номера — да нет, это точно была его машина! Но ключ не подходил. Иван нажимал кнопку раз за разом, свирепо вдавливая ее в брелок, толкал и толкал ключ, но чертова дверь не открылась. Чуть не заорав от обиды, он в сердцах стукнул по капоту и пошел в метро. Грязный, рваный, со сломанным ноутбуком и отвратным настроением Иван ввалился в квартиру, сбросил ботинки и пальто и упал на кровать прямо в костюме, предпочитая уснуть как можно скорее, пока опять что-нибудь не произошло.

***

Утром Иван проснулся с предвкушением прекрасного дня — впрочем, после вчерашнего любой день покажется прекрасным. Отдохнувший, он, напевая, приводил себя в порядок, размышляя о предстоящем совещании, — как бы ни повезло Илье в последнее время, обскакать истинного мастера кредитного отдела тому будет нелегко. Хотя куда больше его волновал корпоратив, на который Иван давно вынашивал планы: в расслабленной обстановке втереться в расположение руководителя отдела и проторить дорогу на место своего нынешнего непосредственного начальника Гаврюшкина — вечно недовольного истерички и любителя перекладывать дела на других, которому как раз вчера Иван отправил нецензурное недоразумение вместо отчета. Он рассмеялся, представляя, как изумленно вытянулась рожа Гаврюшкина, когда тот открыл файл. Перед выходом Иван задержался у зеркала и придирчиво осмотрел свое отражение. Прекрасно сидящий костюм, уложенные волосы, дорогие часы, изящная заколка для галстука — и-де-аль-но! Усмехнувшись и наставив указательный палец на зеркало, он произнес: — Эй, я бы с тобой переспал, красавчик! Отражение вернуло самодовольную ухмылку, и Иван, проведя пальцами по темным волосам, накинув пальто и подхватив ключи и сумку, вышел из квартиры. На улице светало, рыжий свет фонарей пронзал сиреневое утро и отражался на влажных после ночной мороси автомобилях. Иван окинул взглядом парковку в поисках своего, но вспомнил, что вернулся с работы на метро, и досадливо поджал губы. Взгляд выцепил из ряда привычных соседских машин одну незнакомую, обращающую на себя внимание новизной глянцевой краски и ярким рождественским красным цветом. — Вот! — из-за машины вышел человек, заставив Ивана вздрогнуть от неожиданности, и хлопнул по капоту машины. — В другом салоне купил. Нравится, Ваня? Голос показался знакомым, но не сразу ошеломленный Иван понял, что перед ним — вчерашний дед. Неудивительно, ведь выглядел тот совсем иначе: ухоженная бородка будто только что из барбершопа, элегантное пальто, на пальцах несколько золотых колец и серьга в ухе. И машина. Она была не просто новая — она была чертовски дорогая. Дед вышел на середину парковки и самодовольно упер руки в бока, преграждая Ивану проход. — Так, окей, — немного придя в себя, качнул тот головой. — Ты выследил меня, чтобы понтануться машиной? Я впечатлен… Иван протиснулся между авто и направился прямиком на мерзкого деда, давая понять, что разговор окончен. — На работу идешь? Совещание, награждение, корпоратив? — дед хитро усмехнулся, блеснув уголками глаз и идиотской цыганской серьгой в ухе. Иван замешкался, но ненадолго. Старик отчего-то дико раздражал его. — Думаешь, сегодня все будет по-другому? — не унимался дед, и не думая уходить с дороги, несмотря на то, что Иван почти уперся в него. — Я ведь волшебник, Ваня, а ты меня обидел. — Что? — Иван прыснул через сжатые зубы, останавливаясь. — И сегодня все будет так же, как вчера. И завтра. И всегда — до тех пор, пока я не отменю проклятье! — голос безумного пенсионера зазвучал громом, заставляя Ивана оторопело остановиться и уставиться на него, расширив глаза. — Что за чушь? — пробормотал он. И отскочил назад, когда из-за спины деда вышла рыжая псина, угрожающе обнажив клыки. — Но ты можешь снять проклятье, если немного поработаешь на меня, — старик сменил выражение лица на деловое и, не давая Ивану опомниться, вытащил из кармана пальто округлую вещицу, похожую на старинный компас. — Исполнить три истинных желания тех, кто в этом нуждается. Он протянул компас, но Иван отступил еще на шаг и для верности убрал руки за спину, не желая встраиваться в чужой бред. Дед пожал плечом и продолжил, указывая ухоженным пальцем с тяжелой печаткой на циферблат компаса: — Стрелка укажет на человека, которому нужна помощь. Магия поможет тебе понять, чего он хочет, смекалка — придумать способ это осуществить. Если все будет сделано правильно, на одной из сторон света загорится метка, — он упер палец в витиеватую букву «N». — Всего три желания до Нового года — и ты освободишься от проклятья. Дед перевернул компас обратной стороной, где на полированном медном корпусе Иван увидел неожиданный для старинного артефакта цифровой экран с быстро бегущими секундами обратного отсчета, и добавил, многозначительно приподняв седую бровь: — Время идет! После чего неожиданно бросил компас, и Иван чудом успел поймать увесистую вещицу перед лицом, а не получить удар в нос. Дед сел в машину, изящно одергивая подол пальто, и вскоре та рванулась с парковки, красным всполохом мелькнула между голых деревьев и исчезла в арке, пока Иван боялся сдвинуться с места под пристальным взором рыжей дворняги. Но только дед уехал, собака тотчас убежала к соседнему подъезду, где улеглась на мокрой скамейке и демонстративно прикрыла глаза, опустив лохматую морду на лапы.