I feel you right there (in the heart)

Крепко обнимая возлюбленную, Виолетта постаралась забыть о том, что они теперь не вместе, хотелось вернуть всё назад, обратно, когда они каждый день проводили вместе, спали друг на друге, были готовы мир забыть, лишь бы вместе. — Вил, мне идти уже нужно, — посмотрев время через телефон девушки, произнесла Лена через два часа их обнимашек. — Иди..., — тяжело вздохнув, Малышенко ослабила объятья, не желая отпускать девушку. Алексеева молча поднялась, а потом начала переодеваться, чтобы пойти гулять, почему-то между девушками снова повисло некомфортное напряжение. Где же те времена, когда она могла спокойно подойти и обнять её, погладить её голую кожу, а потом покрыть поцелуями, сейчас же девушка снова оттолкнёт её, опыт был. — Только теплее одевайся, холодно на улице, — произнесла Виолетта, всё это время наблюдая за девушкой и разглядывая её, будто в последний раз. — Да, и так нормально. Мне тепло. — Нет, не нормально, замёрзнешь, тебя твой Максим лечить будет? — Да что ты пристала к нему? Нормальный парень, он изменился, — вновь начала оправдывать бывшего Алексеева, хотя не особо верила ему. — Да блять, ты думаешь, я просто так за тобой всё время ухаживала? — сорвалась Малышенко, садясь на кровать и опираясь руками по бокам от себя. — В смысле? — с непониманием спросила девушка, наблюдая за старшей, только ответа от неё не было. — Вил..., что такое? Скажи — Да блять, Лен... — Виолетт, не кричи..., что не так...? — немного вздрогнув, девушка медленно подошла к подруге, поглаживая её по голове, ведь она совсем не смотрела на неё, в пол куда-то пялилась. Малышенко сильнее сжимала край кровати, бегая глазами по полу, чтобы зацепиться за что-то. Она оговорилась, но дальше сказать не могла, снова не решалась, нужно было на эмоциях всё сказать, только остановилась она не вовремя. — Кис..., — Виолетта молча обняла, уткнувшись в живот возлюбленной, так ничего и не ответила ей. — Солнышко моё... — Тяжело мне сказать..., — тяжело вздохнув, Малышенко прижалась сильнее, пытаясь не выйти на эмоции. — Что сказать? Ты же знаешь, я попробую тебя понять и поддержать... — Я не могу..., — Ви тяжело вздохнула, нежно целуя девушку в живот. — Тогда давай завтра поговорим, заюш? — нежно спросила девушка, так как ей уже нужно было идти, да и Ви походу нужно время подумать. — Хорошо, тебе уже идти... Иди тогда, только оденься. — Хорошо, — Алексеева чмокнула младшую в губы, а потом погладила по волосам. — Можно возьму твоё рубашку? — Бери, можешь даже не спрашивать, я никогда не против, — Малышенко отстранилась, поправляя свои волосы. Лена довольно улыбнулась и несколько раз чмокнула подругу в губы, а потом подошла к шкафу и взяла её тёплую рубашку и надела, с потом вышла из комнаты. — Я ушла, — крикнула девушка с коридора, а потом послышался хлопок двери, от которого Малышенко тяжело вздохнула. Виолетта минут через пять поднялась с кровати и вышла из квартиры, быстро спускаясь по лестнице. Она взяла в магазине несколько бутылок пиво и расплатилась, а потом пошла на кассу. Уже дома она начала пить залпом, даже не делая перерывов. Она не хотела ни о чём думать, но я голову лезли мысли, как и чем занимается Алексеева со своим теперь парнем. Не хотела она делить и отдавать любимого человека, но, если Лена говорит, что Максим изменился, она его простила и дальше любит его, не сможет она помешать возлюбленной, не хочет, чтобы та снова страдала, а тем более делать ей вред своими руками не хотелось. И только утром Алексеева вернулась домой, тихо проходя на кухню, а потом в комнату, присаживаясь на кровать рядом, со спящей Виолеттой, нежно поглаживая её голову. — Заюш, девочка моя, — шёпотом протянула младшая, разглядывая лицо девчушки и легко улыбаясь, хоть и было не в восторге от двух полторашек пиво у себя под ногами. — Ммм... — Пойдём на кухню, покушаем, — тихо говорила Лена, поглаживая голову подруги. — Не хочу... — А тортик? Я твой любимый взяла. — Сплю я ещё, сама иди ешь, — грубовато ответила Малышенко, натягивая одеяло на свои плечи и утыкаясь в него носом. — Ты чего злюка такая, пойдём со мной на кухню, м? — Алексеева наклонилась и чмокнула в губки. — Я не злюка, не хочу я никуда, отвали, — Ви окончательно психанула и повернулась спиной к возлюбленной. — Ладно..., — сглотнув, девушка вышла из комнаты, тихо прикрыв дверь, а затем зашла на кухню, а руки мелко тряслись. Малышенко проснулась минут через тридцать, зарываясь рукой в волосы и оттягивая их, пытаясь снять головную боль, которая была после количества выпитого алкоголя. Она мало что помнила, даже короткий разговор с Алексеевой был каким-то далёким и размытым, отчего она просто открыла глаза и оглядела комнату. — Лееен, Ленусь, подойди пожалуйста, — крикнула Малышенко, а у самой голова больше раскалываться начала. Не услышав никакого ответа, и вообще даже шага, сквозь силы Виолетта поднялась и побрела на кухню, обычно там возлюбленная сидела и курила, либо просто в телефоне лазила, дожидаясь пробуждения старшей, только в этот раз она не ждала её, не бежала радостная в объятья, её вообще не было на кухне. Увидев на столе какую-то бумагу и что-то сверху, старшая подошла ближе. Малышенко взяла в руки кулончик в руку, сжимая, а глазами пробежалась по строчке. "Не теряйте меня. Виолетт, это тебе". Ви будто мгновенно протрезвела, она начала искать девушку по квартире, а потом звонить ей. Девушка просто не отвечала, она будто специально игнорировала каждый звонок от подруги, но в течении двух часов она так ни разу и не ответила. Шатенка с ума сходила, не понимая, где найти девушку, как с ней связать, насколько она ушла и когда придёт, совсем не понимала, что делать.