Опекун

Игорь проснулся раньше Сергея, но будить парня не хотелось. Красивый, спящий. Оу, как сильно он изранил себе губы, ну что такое! Дубин получит и конкретно. Когда Сергей открыл глаза, Гром улыбнулся ему. — Доброе утро! — Доброе. — Сонно пробормотал Сергей, лишь сильнее зарываясь носом в одеяло. Просыпаться не хотелось совсем. — Как ты? — Спокойный голос. — Как себя чувствуешь? — Нормально. — Разумовский вновь открыл глаза, посмотрев на Игоря. — Можешь ещё поспать, нам некуда спешить. — Гром погладил мягкие взъерошенные волосы Сергея. — М… Спасибо… — Парень зевнул и снова закрыл глаза, вновь проваливаясь в сон. Какой милый. Так вот лежишь, любуешься, и даже убивать никого не хочется. Сила прекрасного. Незаметно для себя, Игорь тоже уснул. *** Проснулись они вечера в пять, провалявшись в кровати целый день. В этот раз Сергей первым открыл глаза, и проводил пальцем по лицу Игоря, запоминая его черты. Гром ощутил касание, какое-то время он лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь ощущением, потом решил проснуться. — Хм, сколько времени? — Поинтересовался он. — Пять часов вечера. — Спокойно сказал Сергей, не убирая руки. — Я ещё и режим тебе сломал. — Вздохнул Игорь, поймал тонкие пальцы Сергея, и коснулся их губами. — Совсем плохо. — Наладишь, куда денешься. — Улыбка. — Постараюсь! — Гром тоже улыбнулся. — Идём, хах, завтракать. Сергей кивнул, встав с кровати и натягивая на себя одежду, новую, из шкафа. Старые рубашку и джинсы оставалось только выкинуть. Игорь посмотрел на свою рубашку, расстроился, и тоже надел другую, заправил кровать, взял Сергея за руку, и повёл на кухню. — Да, мы живы. — Сообщил он остальным. На данное заявление все лишь усмехнулись, Ден улыбался, глядя на воссоединившуюся парочку. На кухне Гром нашёл салат, вареники, мясное рагу, спагетти, да много чего было. — Что будете? — БудеТЕ? — Удивлённо переспросил Сергей, забыв вдруг про Птицу. — Ты и Птичка. Я же не знаю, кто у вас что любит, и как это происходит, мне не плевать на него. Не удивляйся так! Его мнение важно учитывать. — А… Ясно. — Рассеяно произнёс Сергей, виновато улыбнувшись. После «завтрака» Игорь на руках унёс Сергея в комнату, вновь обработал его губы. — Я уже привык к тебе, вчера понял. — Негромко сказал Игорь, думая, уместно ли признаваться в симпатии. — Я тоже… Не оставляй меня больше с Дубином, я всё время думал, что он не ты, и хотелось его прибить. — Вздох, виновато опущенный взгляд. — Я не оставлю тебя с ним. Ты мне нравишься. — Гром сел рядом, обнял парня за плечи. Сергей посмотрел Игорю в глаза, обнял его в ответ, прижавшись к нему. — И ты мне… — Шёпот. Тёплый и такой весь хороший. Игорь забрал Сергея к себе на колени, прижал к груди. — Знаешь, я могу остаться с тобой. Насовсем. — Насовсем? — Да. Я ведь твой законный опекун, могу не отдавать тебя обратно, попробуем жить вместе, по-нормальному. Что думаешь? — Я согласен. — Сказал Сергей. Возвращаться в психушку обратно, навсегда, не хотелось, тем более, там не будет Игоря. — Хочешь, идём прогуляемся? Погода хорошая. Только, чур, вести себя хорошо, и мою руку не отпускать. — Да, хочу! — Глаза радостно заблестели, постоянно находиться в башне уже становилось скучным. — Идём, но, серьёзно, давай без попыток побега, я не хочу тебя потерять. — Гром совсем мимолётно коснулся губ Сергея своими губами. — Я не буду убегать, мне это не нужно. — Честно ответил Сергей, сам поцеловав Игоря, в этот раз нормально. Игорь ответил на поцелуй, ему нравилось целовать Сергея, да и Птицу. Интересно, а эти двое не будут обижаться, что он с ними обоими? Хм. — Идём, пока не стемнело, посмотрим на закат. — Идём. — Кивнул Сергей, улыбаясь, заглядывая Игорю в глаза. Он взял Грома за руку, не сильно сжав её. Игорь повёл парня за собою. Приятная вечерняя прохлада, солнце ползло к горизонту и небо было рыжим. — Красиво. Думаю, мы можем гулять вечерами, сидеть безвылазно в башне вредно. Всем. — Ага… — Сергей завороженно смотрел на закат. Давно он их не видел. Просто… Вот так… На улице. На свежем воздухе. И рядом с человеком, которого однозначно любит. — Спасибо, Игорь. — Голос Разумовского чуть дрогнул. — Мне приятно быть рядом с тобою. — Гром больше любовался Сергеем, чем закатом. Такой очаровательный, а ещё — бледный. Давно он взаперти… Сергей крепче сжал руку Игоря, подойдя к нему ближе, и всё так же не спуская взгляда с заката. — Мне тоже, Игорь… Не бросай меня. Пожалуйста. Никогда. — Шёпот. — Не брошу. Правда. — Игорь обнял Сергея. — Хочу предложить тебе отношения, всерьёз. Будь моим парнем. — Гром даже несколько смутился, совсем каплю. Сергей наконец оторвал взгляд от заката, посмотрев Игорю в глаза, краснея. — Буду. — Он нежно улыбнулся Игорю. Тот чмокнул Сергея в макушку, продолжая обнимать, шокировать народ чем-то большим он не собирался. — Послушай. У меня есть несколько вопросов. — Каких? — Это по поводу тебя и Птицы. Ты не будешь ревновать меня к нему и наоборот? Не хочу, чтобы возникли недопонимания, вы оба мне дороги, я принимаю вас двоих, но вот как это будет в отношениях? Разумовский задумчиво смотрел в глаза Игоря. — Не думаю, что мы будем ревновать. Это как-то тупо даже. — Сообщил он. — И хорошо. Я просто уточнил, ведь важно всё обсуждать изначально. И ты всегда говори, если что-то беспокоит тебя, спрашивай, делись, ладно? Я всегда выслушаю и буду стараться помочь. — Игорь взгляд не отводил, ему нравилось общаться вот так. — Хорошо, Игорь. — Сергей улыбнулся. Скажи ещё недавно кто-то Игорю, что он будет встречаться с парнем, да ещё и с чумным доктором, он счёл бы его сумасшедшим. А теперь Гром был доволен положением дел, нет, он был счастлив. — И да, для посторонних — я твой опекун, как и для врачей, молчи про отношения, не хочу, чтобы тебя у меня забрали. — Не скажу, я тоже не хочу, чтобы тебя забирали! — Сергей обнял Игоря сильнее. Мило, тепло и комфортно, они гуляли до сумерек, зашли в кафе, а когда вышли, на небе уже горели звёзды. — Птичка, а ты погулять не хочешь? — Позвал Игорь. Глаза парня приняли жёлтый цвет, Птица посмотрел на Игоря, усмехаясь. — Думал, уже и не предложишь. — Я помню о тебе, Птичка! — Гром улыбнулся. — А ты будешь со мной встречаться? — Размечтался. — Сообщил Птица. — То есть, ты не хочешь? Мы с Сергеем теперь встречаемся, ты ведь не против? — Встречайтесь на здоровье, мне то что. — Усмешка. — Спасибо. — Игорь улыбнулся. — Тебя я тоже люблю и ценю! — Как мило! — Обрадовался Птица, обняв Игоря. Игорь обнял Птицу в ответ. — Хочешь покататься на теплоходе? — Теплоход?! Хочу! — Восторг. — Идём. — Игорь привёл Птицу к воде, и помог зайти на небольшой теплоход, который как раз собирался отчаливать. Людей было немного, красивые и уютные каюты, места на палубе под открытым небом. — Смотри, звёзды сегодня очень хорошо видны. — И Гром указал на небо. Птица посмотрел на верх, даже залюбовавшись звёздами. — Ага. Красивые. — Согласился он. — И ты красивый. — Улыбнулся Гром, любуясь восхищённым парнем. Птица посмотрел Грому в глаза, и тоже улыбнулся. Тепло совсем, искренне. Игорь обнял Птицу за плечи. — Не замёрз? Мне нравится близость воды, смотреть на небо и на звёзды, отражающиеся в них. — Нет, не замёрз. — Соврал вдруг Птица. Обычно он всегда жаловался, сейчас не хотелось. — Да, это красиво… Игорь снял с плеч куртку, и укутал парня. — А по мне так, прохладно. Грейся! Птица улыбнулся, сжав края куртки. Она пахла Игорем, и была тёплой, Птице нравилось. Такое мини-гнёздышко его устраивало. — А ты не замёрзнешь? — Нет, ничуть. У меня даже руки горячие! — И он коснулся щеки Птицы. Он был такой милый, уютный. Птица вздрогнул, тепло руки Игоря на его щеке было неожиданно. Но приятно, и Птица отстраняться не стал. — Ну хорошо тогда. А то если ты замёрзнешь и умрёшь Сергей меня никогда не простит за это. — Ухмылка. — Не волнуйся, всё со мной будет хорошо, умирать в ближайшее время не собираюсь. — Улыбнулся Гром. — О, смотри, мост разводят! — Где?! — Птица посмотрел на мост с интересом. Он никогда не видел, как разводят мосты, и ему было интересно, как это происходит. — Вот, видишь, начинает подниматься. — Игорь указал на мост. — Вижу… — Птица завороженно наблюдал за мостом. Вернулись домой они поздно, уставшие, но счастливые. Сергей был рад, даже очень. Легли спать они так же вместе. А на утро произошло то, чего не ждал совершенно никто.