Исцеление котёнка

      Тэхен забегает в омежий туалет, закрывается в кабинке и медленно съезжает по дверце, прикрыв лицо ладонями. Руки медленно поднимаются к волосам и зарываются в корни голубых, совсем недавно окрашенных, волос, окончательно запутывая их. Ноги еле держат, все тело дрожит и становится до безобразия ватным. Воздуха в легких не хватает. Тэхен почти задыхается. С усилием делает глубокий вдох и старается не расплакаться. Ужасно разочаровывает, что обычный контакт с альфами доводит его до такого состояния. Тэхен ведь работал все лето с психологом и психотерапевтом. Ему даже начало казаться, что он делает успехи. Еще и родители уверяли в этом: Тэхен хотя бы перестал шарахаться родителей дома и на людных улицах проходит мимо альф без панических атак. Настороженность никуда не исчезла, да и вряд ли исчезнет. После такого тяжело вновь обрести доверие к миру.       Не каждому под силу жить дальше, не вспоминая. А Тэхен никогда и не пророчил себя стойким человеком, который легко преодолевает трудности и движется вперед, несмотря на обстоятельства. Наоборот, его чувствительность всю сознательную жизнь вставляла палки в колеса, обременяя омегу на болезненное существование.       Он ведь и альфу так никогда не найдет — в каждом видит угрозу, а от комплиментов и вовсе мутит. Да и кому нужен дефектный омега, который боится обычных прикосновений? Слишком муторно и долго приручать к себе, всегда быть осторожным и готовым к слезам при малейшей оплошности. Тэхен сам до конца не уверен, что, будучи альфой, пошел бы на это.       Прогнать ураган мыслей не получается. Тэхен чувствует себя слишком уязвимо и беспомощно.       Спустя некоторое время он поднимается на ноги и подходит к раковине, разглядывая собственное отражение в заляпанном зеркале. Чересчур бледный, еще и прическа в плачевном состоянии.       Ледяные пальцы еле попадают по ручке крана. Прохладная вода освежает горящие щеки и шею. Тэхен мысленно считает до десяти и старается выровнять дыхание, но каждый раз срывается на порывистые вдохи. Несколько слезинок скапливаются в уголке глаз и все же пробегают по щекам, оставляя соленые мокрые дорожки. Он грубо стирает их, раздражая и так покрасневшую кожу, и выдыхает со свистом.       — Какой же пиздец, — вслух ругается Тэхен и отворачивается от зеркала, не в силах больше смотреть на собственную слабость. Это все начинает порядком злить. Он вообще сможет доучиться, если даже такие маленькие ситуации расшатывают нестабильную психику? Тэхен мозгами понимает, что ничего страшного не случилось. Сам знает, что сейчас надумает похабные ухмылки, чужой острый взгляд, тяжелый запах и скрытый подтекст в словах. Даже если ему планировали бескорыстно помочь. Плавали, знаем.       Как-то незнакомый альфа подошел спросить дорогу, а Тэхен достал перцовый баллончик, вылил на бедолагу добрую половину и сбежал. Только после долгого анализа той ситуации и сеанса со специалистом, он наконец смог взглянуть на эту ситуацию без излишней придирчивости.       Тэхен старается сохранять оптимизм, мыслить здраво и не раздувать из мухи слона. Он не думал, что все так плохо.       Тэхен садится на закрытую крышку унитаза и дрожащими пальцами включает мобильник. Его встречает разрывающийся экран блокировки от сообщений. Чимин написал ему в какаотоке, твиттере, инстаграмме, снэпчате, дискорде, фейсбуке, обычных сообщениях и даже, блять, в тик ток умудрился.       Тэхен бросает взгляд на время. Оставаться здесь дальше не имеет смысла, как раз подходит конец первой половины лекции и можно появиться хотя бы ко второй. Учеба помогает отвлечься от вечного самокопания. Ну и Чимин — он обладает поистине мастерским навыком забалтывания, из-за чего лишние мысли покидают тревожную голову Тэхена.       Заставить себя выйти в коридор получается с трудом. Омега натурально хнычет, сжимает кулаки и мысленно отвешивает себе оплеуху. Еще немного и он останется тут до закрытия, чтобы точно ни на кого не натолкнуться. Этого допустить никак нельзя.       Тэхен приоткрывает дверь и выглядывает в коридор, посмотрев по сторонам. Студенты заполонили коридоры, образуя толкучку. В туалет уже рвется орава омег, из-за чего Тэхен отходит на несколько шагов и ждет, пока все пройдут. Как только поток прекращается, он мигом выбегает и направляется в сторону кабинета.       Тэхен поднимается в аудиторию, замечает вдалеке Чимина и садится рядом, ожидая нескончаемое количество вопросов. Тот взволнованно смотрит на друга.       — Ты где был? Почему не отвечал? Что случилось? — заваливает его возмущенный Чимин.       Тэхен не сразу находит, что ему ответить, поэтому ненадолго задумывается, опустив глаза в парту. Ураган мыслей мешает сосредоточиться.       — Все хорошо, просто потерялся, — все-таки выдавливает из себя Тэхен, поджав губы. Чимин пишет старосте, чтобы тот убрал Тэхена из рапортички отсутствующих.       В аудиторию возвращается преподаватель и продолжает вести нудную лекцию.       — Надо было написать мне, я бы тебя встретил, — шепотом отвечает Чимин и переводит взгляд на большой экран с презентацией, вслушиваясь в слова лектора.       Почерк Тэхена становится до неприличия кривым. Трясущиеся руки все также не удается успокоить. В голове громко работает сирена, что мешает нормально думать. Чимин странно на него косится, пытается разговорить Тэхена, но тщетно. Тот словно находится в какой-то прострации, лишь заторможено кивает на вопросы и переспрашивает по нескольку раз.       На перерыве они направляются в другую аудиторию, а в голове опять всплывают те воспоминания. Их прогнать не получается. Сознание подкидывает все больше и больше старых картинок. Тэхена начинает подташнивать. Похоже, придется передвинуть сеанс с психологом поближе.       — Все правда хорошо?       Волнение за Тэхена не проходит: тот выглядит совсем поникшим, даже не заговаривает про поход в столовую за сладкой булочкой и шоколадкой.       — У меня проблемы с противоположным полом, ты же знаешь.       — Кто-то приставал к тебе? — удивленно растягивает слова Чимин. — Я попрошу Юнги разобраться.       — Не надо, я просто испугался, когда ко мне подошли помочь найти аудиторию, — заверяет его Тэхен. Этого только не хватало. — Ничего такого не случилось.       День проходит в смешанных чувствах. Его периодически накрывает. Тэхен вновь покрывается мурашками и жмуриться от неприятных картинок перед глазами. Чимин пытается растормошить его, заводя бессмысленные разговоры и делится невероятными историями, которые никого не оставят равнодушными. К последней паре Тэхен начинает чувствовать себя лучше. Он иногда улыбается, поддерживает разговор и не вздрагивает от каждого прикосновения прохожих.       Касания — не совсем страх. Обычно ему все равно, за исключением некоторых плохих дней, когда даже чужие запахи становятся триггером. Именно поэтому Тэхен напрягается после каждого не нарочного толчка в бок, а в груди все неприятно сдавливает.       Тэхен добирается до дома, благодарит водителя и заходит домой. Завтра всего две лекции и речевое практическое занятие, поэтому он лениво пролистывает пару слайдов с лексикой для повторения, и выполняет несколько упражнений на перевод.       Не в силах больше справляться с ощущением пустоты в груди, он решает посмотреть фильм на итальянском. Арсенал из какао, попкорна, который слегка подгорел в микроволновке, и плитка шоколада скрашивают этот вечер. Он выключает свет и садится на кровать, поставив напротив ноутбук. Кружка с теплым напитком отправляется на тумбочку, а сайт с фильмом наконец прогружается. Спустя пару минут Тэхен, нехотя, вооружается гуглом и переводчиком. Скудного словарного запаса катастрофически не хватает и он быстро бросает эту гиблую затею, заранее обреченную на провал. Тэхен решительно решает разобраться самостоятельно без помощи переводчика. Дети трех лет как-то же справляются с изучением нового языка.       Ровно через семнадцать минут и двадцать одну секунду, когда главный герой вновь начал мямлить, крышка ноутбука с треском оказалась захлопнута. Несколько предложений непонятной речи, даже не похожей на итальянский, окончательно вывели Тэхена из себя. Все это время он только и делал, что злился на невнятное бормотание актерского состава. Зато следующая часть вечера проходит куда лучше. Тэхен принимает горячую ванну с бомбочкой приятно персикового оттенка и долго лежит, молча пялясь в потолок. Мысли из головы окончательно исчезают, оставив после себя лишь легкую дымку. Потихоньку начинает клонить в сон и Тэхен, не дождавшись родителей, засыпает.

***

      Чонгук скучающе сидит за партой, глядя в пустоту, а точнее, на доску и наиболее ярко олицетворяет пословицу: «смотрю в книгу — вижу фигу». Он не находит в себе силы до конца разобраться в теме, поэтому переводит взгляд в тетрадь, перечитывая старые заметки и старается вникнуть хотя бы в половину из них. Мыслительный процесс продвигается медленно.       Вчерашний день его вымотал. Надо было помочь Хосоку, поэтому Чонгук потратил на дорогу час туда и час обратно до квартиры. За эту тяжелую учебную неделю накопилась усталость. К счастью, уже завтра можно будет валяться в кровати до пяти вечера.       Преподаватель объявляет об окончании пары. Чонгук подрывается со своего места по инерции. Слишком часто они перебегали из одного корпуса в другой, ведь обосанный перерыв длится всего десять минут. Студенты банально покурить не успевают. Все десять минут уходят на лавирование между другими людьми в душном коридоре и ходьба быстрым шагом по улице. По скромному мнению Чонгука, мероприятие скучноватое.       Он выходит из кабинета и оглядывается на Юнги, Намджуна и Хосока. Те обсуждают ближайшую вечеринку в честь посвящения первокурсников.       — Сомнительная хуйня, — выдвигает свою позицию Хосок. — Там будет слишком много несовершеннолетних.       — Кто бы говорил, — смеется Юнги, вспоминая ту историю с алкоголем и малолеткой. Компания разрывается хохотом, привлекая внимание других студентов.       — А ты встречаешься с первокурсником! — кидает ответку Хосок под всеобщий гогот.       — Цыц, мы с ним в школе познакомились еще четыре года назад, а не в баре.       Кивки остальных раздражают Хосока пуще прежнего.       — Ой все, идите нахуй, — грубит он, закатывая глаза.       — Мы поняли твое позицию, можешь не беспокоиться, — дополняет Юнги и чувствует небрежный толчок в спину.       — Я не сплю с малолетками!       — Да-да, уверяй себя, — подхватывает Чонгук и спустя секунду ощущает пинок по лодыжке, из-за чего коротко смеется и отбегает от Хосока на расстояние двух метров, разворачиваясь спиной к толпе.       — Суки, — приходит к неутешительному выводу Хосок. Он складывает руки на груди, глядя на компанию с претензией, которую все умело игнорируют, продолжая взвешивать все «за» и «против» вечеринки просвещения первокурсников. И все же, бóльшая часть согласилась с мнением Хосока, но появиться там точно стоило — хотя бы бесплатный алкоголь будет.       Они поднимаются по лестнице и проходят мимо кафедры иностранных языков. Чонгук краем глаза замечает сборище незнакомых лиц возле закрытого кабинета. Толпятся, никак не давая пройти.       Он цокает и аккуратно двигает кого-то в сторону. Первокурсники.       — О, тут мой где-то, — внезапно говорит Юнги, замечая вдалеке знакомую макушку, и направляется в сторону окна с легкой улыбкой. Компания молча следует за альфой. Времени все равно вагон и маленькая тележка, а знакомство с первокурсниками, в особенности с представителями прекрасного пола, никогда не бывает лишним.       На подоконнике сидит тот самый омега с небесно-голубыми волосами. В этот раз без заколок со звездочками. На нем те же голубые джинсы и новая желтая толстовка с надписью на итальянском. Чонгук, в силу своей неосведомленности и прогулах даже английского, перевести надпись не смог.       Омега сидит, облокотившись на руки, которые поставлены между раздвинутых ног. До Чона доносится приятный короткий смех. На щеках омеги появляются еле заметные ямочки, а глаза блестят так, что оторваться невозможно.       Рядом с ним стоит Чимин, которого Чон не разглядывает, лишь здоровается ради приличия, полностью приковывая взгляд к незнакомому омеге.       С этим надо что-то делать.       Улыбка у того омеги спала, стоило альфам подойти ближе. Он садится ровнее, сдвигая колени вместе, а через несколько секунд и вовсе сползает с подоконника. Даже делает шаг в сторону, чтобы снова сбежать, но Чонгук ненавязчиво преграждает дорогу, выставив руку к стене прямо перед лицом омеги, из-за чего тот заметно напрягается и отшатывается, врезаясь спиной в друга. Морщится и хватается за локоть Чимина.       — Познакомишь нас? — интересуется Чонгук. Омега смотрит на него взглядом оленя в свете фар. Чон склоняет голову по-птичьи. Первокурсник красивый, невероятно красивый, но странный. Чонгук совсем не понимает, что он такого сделал.       — А, да, конечно, это Ким Тэхен! — восклицает Чимин, улыбнувшись. — Тэхен, это друзья Юнги, — говорит он и хватает омегу за плечо, обращая на себя внимание.       Чонгук видит, как Тэхен вздрагивает и ежится на простое прикосновение.       — Это Ким Намджун, Чон Хосок и Чон Чонгук. Не братья. Они хорошие, — заверяет Чимин, пока Тэхен недоверчиво косится в сторону Чонгука.       Альфа поднимает руки в обезоруживающим жесте, наконец открывая доступ к тому, чтобы сбежать. Тэхен продолжает молчать, наклоняется к Чимину поближе и что-то шепчет тому на ухо. Чонгук напрягает слух, но все равно не слышит.       — Мы пойдем, надо бежать, — мгновенно завершает диалог Пак и, без сладких взглядов и поцелуев с Юнги, быстро уходит с Тэхеном под руку.       Они заворачивают в ближайший угол и пропадают из поля зрения. Юнги единственный, кто не выглядит удивленным. Чонгук, несмотря на закравшиеся подозрения, решает не спрашивать. Толпа первокурсников никуда не исчезла, галдеж не прекращается, а курить хочется все сильнее.       Держится Чонгук ровно до курилки. Как только никотин проникает в легкие, обсудить недавно произошедшую ситуацию становится необходимо. Чон хочет хотя бы понять — это он что-то сделал не так?       Чонгук делает глубокий вдох и поворачивается на компанию, которая переглядывается и со смешинкой в глазах глядят на него. Все только и ждут, когда тот заговорит.       — Так что это все-таки было? — спрашивает Чонгук. Хосока прорывает и он еле подавляет смех.       — Постарайся в следующий раз не съедать первокурсников глазами. Только из школы человек пришел, — намекает Намджун.       — Да я уже ничего не понимаю, я и слова не сказал, — обращается он к Хосоку с самым, что ни на есть, обреченным видом. Тот тоже только пожимает плечами.       — Не лезь в это лучше, — обрывает тираду Чонгука Юнги и хлопает пару раз по плечу. — Не твое дело.       — То-о-очно, у тебя же омега дружит с ним.       — Я же сказал, — с укором глядит Юнги, давая понять, что разговор окончен.       Чонгук ненадолго отступает. Это и правда не его дело. Только досада внутри растекается неприятной патокой.       Блеск в глазах и чужая улыбка сегодня не раз будет всплывать в голове альфы, который спихнет все на недотрах. Действительно стоит сходить на вечеринку, ибо такой заинтересованности в омеге у него еще не было.       Искать надо все-таки минимум второкурсника.

***

      — Ты как? — Чимин беспокойно, словно курица-наседка, вьется возле Тэхена, старается то успокоить и обнять, то совсем не касаться. Тэхен заметно побледнел, напоминая живой труп. Такое сравнение Чимину не нравится. — Пойдем домой? — жалостливо просит он.       — Нет, у нас еще пара, — мотает головой Тэхен. Он облокачивается двумя руками на раковину и опускает голову вниз, прикрывая глаза. Сегодняшняя ситуация не довела до триггера — омеге всего навсего стало трудно дышать из-за концентрированных феромонов. Слишком много альф на квадратный метр. Ну и, да, Тэхен совсем чуть-чуть испугался. На минуту. Потом стало легче. Тем более, никто его не трогал и не тянул руки, дабы обнять на приветствие. — Пять секунд, я подышу и пойдем.       — Выглядишь лучше, чем вчера.       — Вчера я был один в коридоре. Сегодня многолюдно, — объясняет Тэхен и поворачивается на Чимина. — Ладно, все хорошо, пойдем в столовую.       Они медленно выдвигаются.       — Так все же, почему Чонгук преградил тебе путь? — интересуется Чимин.       — Не знаю. Он вчера подходил ко мне помочь, — поясняет Тэхен. — Я до конца не понял.       — Оке-ей, — тянет Чимин, задумываясь. — Я жду подробностей.       — Чонгук сказал «не бойся, я не кусаюсь», — говорит Тэхен, пародируя и кривляясь. Воспоминания здорово колются.       Он поворачивается и видит перед собой удивленную физиономию Чимина.       — Он там не прихуел? — раздражается тот, не подбирая цензурных слов. Тэхен моментально тормозит и останавливается посреди коридора.       — А это не норма? — уточняет он. Тэхен, как бы, сомневается в своей здравой позиции по поводу общения с альфами, поэтому все подвергает тщательному анализу. Иногда с психологом.       — Ну… — Чимин уже жалеет, что раскрыл сегодня свой поганый рот. — Знаешь, это, наверное, его стиль общения просто, — и пожимает плечами. Он скала. Он не наговорит хуйни про Чонгука.       — Почему? — перебивает его Тэхен.       — Что «почему»? — теряет нить разговора Чимин.       — Почему «стиль общения»? Так обычно не говорят или это что-то значит? Я не понимаю.       — Знаешь, просто звучит кринжово, я бы от испанского стыда на месте бы умер, — он старается быть аккуратнее в выражениях, насколько это вообще возможно в данной ситуации. Да и вообще, Чимин едва может назвать себя профи в отношениях и взаимодействиях между двумя полами. Вся его личная жизнь построилась на том, что за ним ухаживали, а он сидел, тупил и ничего не понимал. Юнги дарил ему цветы, помогал таскать тяжести, брал за руку и провожал до дома. Чимин был уверен, что это такая дружба.       Потом Юнги поцеловал его на четырнадцатое февраля и до Чимина наконец дошло. Ну, как, дошло. Чимин подумал, что этот поцелуй, возможно, тоже дружеский. Он на тот момент учился в школе, был глупым и думал только об экзаменах, не осуждайте его.       Юнги тем временем от отчаяния чуть не сошел с ума. Пришлось разбираться со всем этим Чонгуку и объяснять Чимину, что Юнги тем поцелуем намекал на отношения. Помарка: отношения НЕ дружеские.       Чимин рассмеялся и сказал, что Чонгук очень плохо шутит. На этом моменте Чон начал биться головой об стену и говорить о том, какой же он, будущий омега Юнги, тупой, и как Чонгук сочувствует своему другу.       Чимин тогда до конца не понял всей трагедии, подошел к Юнги и прямо спросил: «я тебе нравлюсь?». Спустя несколько минут истерического смеха, альфа кивнул. Чимин, честно говоря, удивился, но свое удивление решил не афишировать, дабы не довести Юнги до еще одного нервного срыва. Вместо этого, он решил проверить наверняка: встал на носочки и потянулся за поцелуем, мысленно скрещивая пальцы на руках, дабы это оказалось правдой.       На поцелуй с радостью и незнакомой жадностью ответили. Юнги подхватил его на руки и унес из школы к себе долго целоваться. Чимин вернулся домой с букетом цветов, красными от долгих поцелуев губами и весь помятый, потому что его слишком много обнимали, целовали в лоб, трепали по волосам и кусали за плечи. Это все было очень странно, неожиданно, непривычно, но до ужаса приятно. Юнги назвал это приливом любви и желанием его съесть, потому что Чимин был слишком хорошеньким и тискательным.       В общем, Юнги чуть не умер, пока пытался, а Чимин чуть не умер, когда до него наконец дошло.       — Чимин, але, — тормошит его Тэхен.       — Задумался. Короче, все будет хорошо, просто Чонгук… ну… кринжовый? — предполагает Чимин.       — Ладно. Не хочу с ним больше видеться и разговаривать, — говорит Тэхен. Не то, чтобы их встречи можно назвать разговором — он буквально молчал.       — Я вообще не знаю контекста диалога, может, это было уместно, — говорит Чимин. Он, честно говоря, сомневается, что есть такая ситуация, в которой «не бойся, я не кусаюсь» было бы весьма уместно. Возможно, только если до этого Чонгук покусал другого человека. Да, тогда такое предупреждение все-таки имело бы смысл. — Попросить Юнги, чтобы они держались от тебя подальше? — предлагает Чимин.       Тэхен неуверенно мычит и отказывается.