Бог и Тимошка

      Глава 28              Тимофей               - Это называется “спальный район”, - от Кирилла не ускользнул его интерес к тому, что было за окном автомашины. Многоэтажные дома, площадки, магазины. И все это было каким-то другим, отличающимся от мира, в котором Тимофей привык жить. Гораздо больше людей. Наверно в одном таком доме живет больше, чем во всем их поселке, включая не только владельцев, но и персонал.        Но как Кирилл так быстро считывает мимику его лица и угадывает?       - Почему “спальный”? - не понял Тимофей.        - Потому что тут люди живут, а работают ближе к центру. Тут отдыхают, лечатся, учатся в школах, водят детей в детские сады. Моя квартира в таком же районе, но похуже. Это Митино, а я живу в Ясенево.       - А чем они отличаются? Почему твой район хуже? И работаешь ты не в центре.        - Москва поделена на разные округа. Митино это северо-запад, а Ясенево - самая задница юго-запада. Там лес, МКАД и прочее. Этот округ считается лучше. Тут дороже квартиры. Насчет центра это я условно сказал. Но, например, твоя хата на Фрунзенской лучше, чем Митино и Ясенево вместе взятые. У тебя там и сталинка, и вид на реку и округ Центральный. Короче, не забивай всякой ерундой голову.        - Это достаточно интересно. Я ничего не знаю про Москву. - Видимо, Кириллу надоело отвечать на тысячу вопросов.        - Ничего из этого тебе и не пригодится.               Сегодня первый раз за неделю, когда они покинули пределы Усадьбы, с самого возвращения из Москвы, Тимофею было объяснено, что пока “выезжать рискованно”, и только потом, после чьего-то звонка Кириллу, запрет был снят. Почти тоже самое, как при хозяине, когда Тимофею никуда не надо было, да и нельзя. За неделю он успел позаниматься английским языком, провести время в спортзале и бассейне и даже нашлось несколько часов, чтобы вернуться к паззлам. Остался один угол большой картины. Прекрасное занятие, чтобы не думать ни о чем, не думать о том, что кому-то нужна твоя смерть.        Наверно, он все равно не понял до конца, что на самом деле произошло, кроме того, что снова кто-то погиб из-за него. Но на этот он так и не понял, в чем провинился и какое последует за это наказание. Наоборот, почему-то его жалели, бесконечно интересовались самочувствием и давали обещания, что такого больше не случится и что “все меры будут приняты”. “Прости, дорогой, это я не уследил”, “Это наш недосмотр, Тимофей” - и Вяхирев и Хатаров почему-то соревновались, кто возьмет на себя больше вины за случившееся.               Он сам не мог себе объяснить, почему пришел тогда ночью к Кириллу и затеял этот разговор. Но, в тот вечер бессонница была особенно злой, Тимофей не находил себе места, во-первых, потому что не привык спать в этой квартире, во-вторых, потому что все произошедшее днем выбило его из стабильного состояния. Желать ему смерти могли только те, кому она выгодна - это он много раз слышал от Игоря Анатольевича. Тот говорил ему об этом почти с самой их встречи после детского дома и именно потому Тимофей очутился в Усадьбе. Потому что Игорь Анатольевич не хотел его смерти.        Его смерть не нужна ни Мурату Алановичу, ни Сергею Юрьевичу, потому что именно она запустит процесс опубликования материалов из неизвестной папки в Цюрихе, что совсем им не ни к чему. Но, это нужно тем, кому это выгодно. Тем, кто что-то потерял со смертью Игоря Анатольевича. Эта уравнение было достаточно простым, даже с учетом неизвестных, чтобы сложить все его части.        Он ходил по спальне, выпил чай, но, в конце концов, просто не желал оставаться один. Думал, что Кирилл просто посидит с ним. Пусть даже Кирилл спит, Тимофей просто не хотел оставаться наедине с самим собой.        Но, вышло как вышло. Лучше бы они обошлись без слов и проще было бы просто уснуть на чужой постели, под чужое дыхание. Еще так было теплее. Тимофею понравилось просыпаться в коконе одеял, на нагретом большим телом месте, и наверно, он не отказался бы от повторения. Но вряд ли этого бы захотел Кирилл.               Первая его поездка после покушения - на кладбище. Не в офис, ни в клинику. Он должен был подумать об этом и сделать раньше, но, почему-то решился только сейчас. Его отец похоронен на Митинском кладбище, это выяснил Руслан, по его просьбе, найдя инвентарный номер захоронения и фотографию. Нужно было сделать это раньше, и неужели понадобилось покушение на него самого, чтобы он понял, что не подумал об очень важном деле?               - Ты будешь цветы покупать? Так обычно люди делают. - Оказывается, они уже приехали, и Кирилл вырвал Тимофея из размышлений.        Обе машины, и Тахо и черный крузак, в котором были сотрудники Вадима Ковалева, припарковались напротив цветочных рядов одновременно.        Вторую машину назначил Роман Евгеньевич, предупредив, что это мера временная, и что будут сопровождать только “от точки до точки, пару неделек потерпи”. Тимофей только пожал плечами. Ему все равно, если так считают нужным, то он все равно в этом не разбирается.               Неприятное место. Слишком открытое большое пространство, Тимофей поежился, когда пришлось выходить из машины второй раз - они въехали на территорию, остановившись около небольшой церкви. По плану, который дал Руслан, им нужно было зайти за нее и повернуть чуть назад, чтобы найти среди черных массивных обелисков могилу Валерия Старовского.                - Памятники эпохи, - сказал Кирилл у него за спиной, - тогда так было модно, чтобы портрет был на фоне мерседеса или другой тачки, статус. Не удивляйся.        Лица мужчин в кожаных куртках и костюмах, высеченные в черном мраморе, березы, машины, стихи…         - А моя могила такая же? - он оглянулся на Кирилла, чуть не уронив охапку красных гвоздик.        - Сомневаюсь. Ты тоже думаешь туда съездить? Я не уверен, что это надо, Тимофей.               Когда-то он уже тут был. На похоронах. Он помнил их очень плохо, и теперь было вовсе ничего не узнать вокруг. Тогда, очень давно, вокруг были одни мужчины в черном, несколько женщин, кто-то держал его за руку, а потом сказал “попрощайся с папой” и вложил в ладонь землю, которую нужно было бросить в яму с гробом. Было холодно и земля была ледяной и мокрой. За ним переговаривались взрослые, неясно о чем, а потом была чужая машина и детский дом.                - Кто ставил памятник? - Тимофей смотрел на черную большую плиту, явно ухоженную кем-то. Старовский Валерий Иванович “Старик” 07.06.1959-27.11.2001.        - Братва какая-то наверно, твоего отца приятели. Так полагалось. “По понятиям”. Что-то вроде “последнего долга”.               Портрет отца в полный рост, на заднем фоне черный “чероки”, тот самый, что помнил Тимофей, и какие-то деревья, купола церкви. Здесь папа Валера похож на себя, слово на фотографии. Он вспомнил и эту черную кожаную куртку, мягкую на ощупь, и кольцо на руке отца, и думать об этом было опасно. Если вспоминать - то потом становится очень плохо.        Он постоянно вспоминал в детском доме и в первое время в Усадьбе, уходя мыслями далеко в прошлое, когда был рядом с отцом.        Когда уехала мама, насовсем, Тимофей оставался с нянькой, но самыми важными событиями в его дне были уход и приход отца вечером. Тимофей всегда ждал его с нетерпением, чтобы скорее услышать голос, оказаться в кольце крепких рук, отвечать на вопрос “как дела, Тимоха?”, задавать свои, а может быть, если отец не очень устал, то покататься с ним на машине, на переднем сиденье.        Он не помнил лица няньки, ни чего-то значимого, связанного с ней, потому что самым главным человеком для него был папа Валера. Теперь, сквозь годы, он даже не мог точно вспомнить черт лиц мамы Юли, но, всегда бы узнал отца.        Даже если отец был занят разговором по телефону, или дома были гости, а были они у Старовских часто, отец всегда находил время на него, если Тимофей хотел что-то сказать или показать. Еще они ездили в разные, тогда непонятные для ребенка, места, “бизнес” - так говорил отец, говоря, что Тимофею стоит знать об этом уже сейчас. Теперь было понятно, что это те самые заводы и банк и прочее, из-за чего существуют и могила в Тарусе и папка в Цюрихе. Уравнение снова складывалось…                      Отец умер одним днем, из-за сердца, так говорили тогда и сейчас. Почему? После его смерти Тимофей еще немного думал, что вдруг мама вернется и все станет почти как прежде, хотя без отца это было невозможным, но мама так и не приехала, а приехал “друг папы”, Игорь Сударев, тогда, когда Тимофей совсем потерял надежду на что-то хорошее. “Я тебе устрою комиссию, щенок”, “Ты тут сгниешь, дебил!” - вот что обещали ему до того, как его забрал Игорь Анатольевич.               “Да ты с ума сошел! Его же обсыпет!” - почему-то всплыло в голове. Это каким-то вечером они поехали с папой Валерой кататься на машине и отец купил целый ящик мандаринов где-то по дороге. Тимофею тогда казалось, что это лучшее что могло быть - он ехал с отцом, на переднем сиденье и ел мандарины, сколько хотел, сладкие, пахнущие, а кожуру отец разрешил бросать под ноги. Только мама была потом недовольна. И его все-таки не обсыпало.               Тимофей осторожно положил цветы на основание плиты. Он скучает. Он очень скучает и понимает, что ничего не вернуть и вспоминать больно. Но, нужно. Иначе он потеряет не только свое имя, которое ему дал отец.              - Поехали. - коротко обронил он Кириллу, отошедшему на несколько шагов назад.               _____              “Я хочу встретиться”. Тимофей думал, что Дамир теперь ответит только утром, наверно не стоило отправлять сообщение в половине двенадцатого ночи, но телефон пискнул входящим почти сразу.       “Лучшая новость за день, Илья” и красное сердечко.        “Когда?”       “Я хотел бы пригласить тебя кое-куда, в пятницу вечером” - Дамир говорил об этом в прошлый раз.        За эту неделю они мало списывались, Тимофей не знал, о чем написать первым, а Дамиру наверно было некогда и он в основном спрашивал про самочувствие.               Он действительно хотел увидеться. Выйти из круга, где все было ограничено рамками инструкций охраны, мыслями о случившемся недавно и о том, что теперь следовало со всем этим делать. Даже Тамара Сергеевна не осталась безучастной - ведь она отвечала за домашний персонал и тот самый побег горничной принес ей проблемы, которые решать нужно было Тимофею. И управляющая и Кирилл и даже Роман Евгеньевич и Мурат Аланович настаивали на полной смене домашнего персонала и Тимофею пришлось согласиться.        Он привык к молчаливым филиппинкам, которые ни о чем его не спрашивали, но всегда знали, что им следует делать. Они работали тут давно и стоило ему еще весной разобраться в зарплатах и понять, что их тут совсем ничем не обижали, как одна решила его предать…        “Если вы хотите иностранный персонал, Илья Андреевич, это не составит никакого труда подобрать”.        Пожалуй, он так и хотел. Чтобы были такими же молчаливыми и незаметными, как он сам.               “Куда?”.       “Ко мне в офис. Хочешь? Я покажу тебе как создается софт и проведу экскурсию. Я подумал, что тебе будет интересно.”       “Да!” - Тимофей отправил согласие первым же сообщением, чтобы вдруг Дамир не передумал. Офис Дамира! Он уже достаточно прочитал про “I-Tarch”, и даже в мечтах не мог себе представить, что можно все посмотреть по-настоящему!       “Я очень хочу! Это лучше, чем ресторан!”       “Ты первый человек, который так думает, Илья. Но, мне приятно. Честно!”       “Я приеду в любое время, когда ты скажешь”.       “Давай в семь часов”.                      - Хорошо. - Кирилл записал в телефон дату и время, - Хорош что ты сказал заранее.        - Почему? - Тимофей даже не ожидал, что Кирилл так быстро согласится на эту поездку. Это через день. Не так уж и “заранее”.        - Ну, это тонкости моей работы. Я успею все согласовать.        - А что-то нужно согласовывать?! - удивился Тимофей.       - Заезд на территорию и парковку. Или ты думал, что я тебя высажу у входа и сам пойдешь? Не забивай себе голову.              Второй раз за несколько дней Кирилл говорит эту фразу. И все равно, получается ровно наоборот.               Тарханов               - Дамир Каримович, позволите? Один вопросик есть. - Дамир прекрасно знал этот тон начальника службы безопасности. “Один вопросик” это минут на пятнадцать минимум. Хуже только “у нас вот дельце тут”, а “проблемка возникла” вообще означало катастрофу. Так что “вопросик” это еще хорошее начало дня.        - Тут поступила бумажка от “здания”, пришел запрос от ЧОП “Арбелас” на доступ к вип-парковке подземной, на два автомобиля. Один, Шевроле Тахо, зарегистрирован на Зайцева, вы помните, интересовались недавно, а второй на комитет один, эти по обычным визитам не ездят. Пассажир - Зайцев Илья Андреевич, начальник охраны Кирилл Константинович Орехов. Цель визита - к вам.        - И? - поднял бровь Дамир, так-то “вопросик” был новостью и для него, - вопрос-то в чем?       - У нас какие-то дела с ЧОП “Арбелас” или его хозяевами? Если так, то предварительно бы проработать, какие у них интересы. Я вам говорил, не самые приятные люди. Да еще и еще в таком сопровождении. И так-то сам Орехов, где появится - там ущерб, а еще и с этими.               “Дальнейший протокол безопасности”, значит. Вот о чем говорит Илья. Это после аварии такое сопровождение у него появилось? Кто же тогда стоит за ним, какие имена, кто может себе позволить такую охрану? И не просто себе, а выделить ее мальчишке, у которого была паническая атака.        Илья говорил, что родственников у него нет, а вот что у опекуна остались “друзья”, которые ему помогают - это говорил. Что же это за друзья? Имен, конечно, он не сдаст, раз даже до сих пор не проговорился о личности опекуна.                - У нас никаких дел нет с “Арбеласом”, упаси всевышний, и уж тем более с их спутниками. Лично у меня есть дела с Зайцевым Ильей Андреевичем. Так что согласуйте парковку, там на девятнадцать часов?       - Так точно. - Объяснение явно не устроило начальника службы безопасности, но распространяться Дамир не собирался.       - Хорошо. И, в восемнадцать ноль-ноль, в пятницу, в офисе, никого кроме охраны и дежурного администратора не должно быть. Пусть кадры делают приказ или как там положено. Никаких “задержаться”, “доделать”, “у нас совещание и клиент только сейчас смог”. Все на выход, из всех кабинетов, переговорок и прочих нор.  Вашей службы тоже касается. Клининг - в субботу утром.        - Понял. Обеспечим. - Лицо сотрудника стало еще более озабоченным. Сплетен теперь хватит на неделю наверняка.        - И, постойте. Вы второй раз говорите, что у “Арбеласа” есть хозяева. Какие-то конкретные фамилии будут? - что же, не хочет говорить Илья, значит, скажет кто-то другой.        - Вяхирев Роман Евгеньевич. Ларионов Сергей Юрьевич.  Слышали? - последнее слово бессмысленное уточнение. Конечно, Дамир слышал. Но, надеялся видимо на что-то другое.        - Орехов цепной пес Вяхирева, числится каким-то там начальником в "Арбеласе", чуть ли не завскладом. Но, на самом деле Вяхирев выпускает его по приказу выше и дает команду “фас”.        - Хорошо. Спасибо.                      Ларионов, Вяхирев. Дамир смотрел в монитор, на открытый код, но думал совершенно о другом. Для таких лиц, как эти двое, он сам где-то на уровне бабки, торгующей семечками в райцентре под Елабугой, и если Илья человек из их круга, или хотя бы близкого к нему, то все становится как-то более или менее объяснимым. Охраняют его, конечно, как принца. И видимо поэтому он не называет имен, видимо, кто-то выдрессировал открывать рот только по делу.        Он много слышал и о Ларионове и Вяхиреве, и даже имел дело со структурами из их бизнеса, но, его уровень - более мелкие управленцы, заключающие договоры на разработку программного обеспечения или покупку готового продукта.        Или… Но, от этой мысли Дамир поморщился как от лимона. А что, если все это спектакль и его бизнес приглянулся кому-то там, наверху. Кто-то написал сценарий, вписав туда очаровательного Илью, угадав на все сто процентов мечты Дамира? Его ориентация вовсе не тайна, а уж тем более для таких людей. И Илья это только приманка, которую контролирует Орехов? Но, у этой версии есть свои “но”. Илья нездоров и это очевидно. Или очень хороший актер. Но, так играть - вряд ли.        Выдумали ли для Ильи роль технаря, помешанного на математике, трогательно нездорового, с идеальной внешностью, мимо которой сложно пройти и подсунул его Дамиру? Для чего? Для того, чтобы потом не сесть за изнасилование по статье, которая не оставит его в живых или отдать бизнес? Стоит ли этот бизнес такого сценария?               Но, его никто ведь не заставлял подходить к Илье на том пикнике. Это он вмешался в чужой разговор, обратил внимание на соседа, который живет в этом поселке дольше, чем сам Дамир и его семья. И Илья даже не пытается провоцировать его. Скорее, наоборот.               Еще вариант, что на Илью завязан какой-то бизнес его покойного опекуна, связанный с этими “друзьями” и поэтому тот находится под контролем Орехова. Это даже более реальный вариант, который к тому же никак не вредит самому Дамиру. Остается тогда просто не совать в них нос. Но, отсюда может вытекать еще один интересный вопрос, который не переставал занимать Тарханова. Кто этот опекун? В задаче добавились известные постоянные и одна вероятная переменная. Получается, этот опекун должен быть примерно на том же уровне что и “известные постоянные”.        “Покончил жизнь самоубийством Игорь Анатольевич Сударев, известный бизнесмен и владелец….” - всплыли в голове слова из выпуска новостей, несколько месяцев назад.       Еще тогда щекотнула мысль, что все это как-то бессмысленно звучит. Он видел Сударева, да и остальных “шишек” на технологическом форуме, в вип-зоне, но, естественно, общих причин для разговоров у них не было. Кто для них Тарханов - какой-то продавец программ. То есть никто.        Дамир открыл на втором экране поисковик.               ___              Пятничный офис был непривычно пустым и тихим. Обычно по графику уходил только бэк-офис, вроде бухгалтерии, кадров и прочих специалистов, разработчики же игнорировали пункты в трудовых договорах, и это было оправданно. Дамир, который и сам частенько задерживался, привык к тому, что в десять часов вечера могла кипеть жизнь и стучат клавиатуры, а запах кофе, казалось бы, впитался в ковролин на полах технических отделов. Но, сегодня он отправил домой всех, невзирая на нытье и “необходимость”. Пусть включают удаленку, если так не терпится. Но, он всегда старался выстроить работу так, чтобы специалистам нравилось ходить в офис и быть командой. Он не скупился ни на кухню, ни на кофемашины, ни на развлечения и даже сквозь пальцы смотрел на легкий алкоголь - лишь бы работа приносила нужный результат. Если разработчику комфортно сидеть с банкой пива четыре часа - то это его дело, главное, чтобы программа работала. И без того нужно было выдирать зубами хороших специалистов у конкурентов, хотя Дамир предпочитал “растить кадры” - брать студентов и уже потом развивать их способности по возможности, но, тут тоже стоило прилагать усилия, чтобы любовно выращенный профессионал не собрал чемоданы и не отбыл в Европу или США - тут уж ничего не противопоставишь…              Илья приехал точно в условленное время, ровно в восемнадцать пятьдесят девять пискнуло сообщение на экране “мы поднимаемся”, и вот уже Дамир берет в свою руку тонкую прохладную ладонь, слегка ее пожимая, а лифт с Ореховым катится вниз, на парковку. “Сдал с рук на руки”.         - Восхитительно выглядишь. - не смог сдержать восторга Дамир. У Ильи какая-то своеобразная манера одеваться и все-таки, какой-то привлекающий стиль. Шоколадного цвета летний костюм с белоснежной футболкой, цепочка, пересекающая ключицы, темные очки, забранные наверх, в волосы. В его возрасте и с его внешностью что угодно будет красиво, но, все-таки…        - На это полагается отвечать “спасибо”?                - Ну, вообще-то да, но, не обязательно, - улыбнулся Дамир, с неохотой отпуская пальцы.        - Я запомню. - Пообещал Илья и Дамир понял, что ни разу не видел, как тот улыбается. Придуманный им коварный юный соблазнитель должен был бы улыбнуться, завлекая в свои сети. Но, Илья серьезен всегда.        - Так с чего начнем? Давай я покажу тебе сначала офис. - предложил Дамир, - Это этажом выше.                - Это “технический этаж” как я называю это место, - вдохновенно вещал Дамир, потому что более заинтересованного слушателя у него еще не было. Илья смотрел на него, почти не отрываясь и переводя взгляд туда, куда показывал Тарханов, - тут у нас сидят основные разработчики, так сказать, самое сильное звено компании. Те, кто пишет наши продукты, работает с клиентами и менеджерами и представителями компании, они сами структурируют свою работу и уже делят ее на сектора между более мелкими специалистами, а потом собирают весь конструктор воедино. Они должны знать и код, и структуру и еще тысячу других вещей, им нужно мыслить, как масштабно, так и в деталях. Система построена так, что каждый имеет свою собственную команду, отвечающую за свой участок, и в целом - существует взаимозаменяемость, но, я стараюсь этим не злоупотреблять.        - Что им нужно выучить, чтобы делать это? - желтый взгляд Ильи был направлен прямо ему в глаза.        - В основном выпускники Бауманки и других университетов, программирование и прочее, но, нужно постоянно учиться. Если думаешь, что выучив один язык и направление - ты сядешь ровно и будешь этим сыт всю жизнь, то нет, Илья. Это очень подвижная область. Все меняется постоянно. Более того, еще нужно постоянно “подкручивать” уже имеющиеся проекты - привезли новые машины, ввели новую линию производства и еще тысяча других мелочей. Восемь часов работаешь, минимум три учишься. Я постоянно выпадаю из этой гонки и с каждым пропуском все сложнее и сложнее возвращаться в нее.        - Я отвлекаю тебя? - даже бровки поднялись настороженно, Дамир подавил желание до них дотронуться.        - Нет, что ты. Я себе могу позволить такую роскошь. Я так понимаю, вид из окон тебя не очень интересует, так что давай покажу самое свое любимое место.               Самому Дамиру безумно нравился вид из окон башни. Видно всю Москву, а в облачную погоду облака иногда ниже их этажей. Но, Илья едва повернул туда голову. Что же, один пункт из экскурсии можно вычеркнуть.               О, такой взгляд обычно был у парней, когда Дамир заезжал за ними на мазератти. Восторг и удивление. А Илья, кажется даже забыл как дышать, когда Дамир карточкой открыл дверь дата-центра. Здесь, в этом здании, он был небольшим, обеспечивающим только насущные производственные нужды, но, Илье и этого было достаточно.         - Здесь у нас сетевое и серверное оборудование, хранение данных и связь, для офисных нужд, ну и немного для производства, не самый мощный, но, мы и небольшая относительно компания, сейчас, когда будем расширять область техподдержки клиентов и облачные услуги - соответственно и оборудование будет другое.        - Это очень красиво. - видимо так Илья решил выразить свое восхищение, - мне хочется тут остаться, хоть и холодно.         - Где-то можно почитать, как это все работает? - Илья даже тронул его за руку.         - Зря я отпустил админов, вот они бы могли помочь, но, я бы тебя тут потерял тогда, как понимаю, - рассмеялся Дамир. - Я что-то придумаю тогда с этим, хорошо?        - У меня очень много вопросов, - кивнул Илья, - может, ты бы ответил на некоторые?              Что же, значит надо вычеркнуть и третий пункт из плана. Дамир хотел показать Илье один из продуктов, на презентации, чтобы тот понимал, чем вообще занимается компания, но, судя по всему, это лучше сделать отдельной встречей.        - Конечно. Тогда, может пойдем ко мне, за чаем как-то лучше рассказывать. Или желаешь что-то другое?               На памяти Дамира случались всякие свидания, когда заканчивающиеся страстным сексом в машине или отеле или дома, когда заканчивающиеся ничем, но, полуторачасовой лекции по серверному и сетевому оборудованию и принципах его работы он еще никому не читал. Однако, Илья не давал ему пощады, генерируя все новые и новые вопросы, абсолютно логичные и четкие и заставляя голову работать так, как не заставлял даже самый требовательный заказчик. Никого еще не заманивал в постель таким образом…        Да и на этом кожаном диване случалось всякое, что приходилось потом вытирать салфетками, но точно не такое. Ладно, теперь его очередь.         - Однако, - нашел наконец-то паузу Дамир, - мои соболезнования твоим преподавателям в университете, ну или поздравления, как пойдет.  Я даже, пожалуй, все-таки налью вина, ты точно не хочешь?        Илья замотал головой. Интересно, сколько чашек чая в него может вместиться?         - Мне нельзя. - ах да, лекарства. Может он поэтому такой невозмутимый?        - Ты позволишь мне пока на этом закончить? - Дамир все-таки решил его спросить.               - Мне пора уходить? - Илья немедленно поставил чашку на стол, хотя только что долил в нее чай из стеклянного чайника.         - Нет, что ты! Я имел в виду лекцию, - нужно быть осторожным, но все равно не угадаешь, как он истолкует слова или поведение.         - Да, конечно. Наверно мне не следовало так много спрашивать. - о, ради этих скромно опущенных вниз глаз, прикрытых ресницами, и прикушенной губы Дамир был готов развернуть для Ильи лекцию хоть в самой серверной.         - Я не подготовился, извини. Хотя, у меня тоже есть к тебе вопросы. Правда, не совсем такого характера…              Поднял взгляд, чуть наклонив голову. “Задавай”.                - Кхм… - Дамир замялся. В реальности, конечно чуть сложнее, чем в голове, и он уже даже немного пожалел, что съехал с темы серверов. Там-то было болтать гораздо легче. - У меня не так хорошо с ними получится, как у тебя. Я тут много думал и все равно не знаю, как сформулировать.        - Это похоже на то, что обычно не могу сделать я? - Илья поднес чашку к губам.        - Да, но только я могу и мне скорее надо сделать так, чтобы ты понял мою мысль. Я не ошибусь, если предположу, что у тебя были отношения с мужчинами? Это считывается по некоторым признакам.        - По каким? - заинтересованный взгляд, палец чуть сильнее прижат к стеклу.        - Это интуитивные признаки, я умею их определять. Как ты разговариваешь с другими, со мной, например. Это достаточно сложно пояснить, но просто поверь мне. - стоило надеяться, что такое объяснение прокатит.  - Но я прав?       - Да.        - Второе предположение - что это мужчины старше тебя.        - Да. - губы сжаты в нитку, но, отступать уже некуда. Или он скажет или лучше вообще закончить все сейчас.       - И, если ты сейчас не состоишь в никаких отношениях, то я хотел бы попытаться претендовать на твое внимание, Илья. Встречаться с тобой, и не только. Мне очень важно понимать, что ты думаешь по этому поводу.        - Встречаться? - словно это слово новое для него. Вздернута бровь и янтарные глаза снова сверлят своим пронзительным взглядом Дамира.       - Да, проводить с тобой свободное время, чем-то заниматься. Для тебя это незнакомо? Ты мне очень нравишься, Илья. Ты очень умный молодой человек и очень красивый.        - Так нужно говорить, если хочешь с кем-то встречаться? - вопросы Ильи опять ставят в тупик.       - Не всегда, для меня ты первый человек, которому я это так говорю, обычно все это срабатывает на уровне интуиции и взаимных симпатий. Но, я помню, что ты мне писал по этому поводу, поэтому мне нужно искать слова, чтобы тебе тоже было проще понимать.        - Я читал в книгах и видел в кино, как ведут себя люди в отношениях, - Илья снова опустил голову и Дамиру почему-то показалось, что тот скажет что-то важное. - Взаимность, да? Я не могу… Наверно у тебя был другой опыт? Врач сказал мне, что лучше предупредить.       - Это очень важно то, что ты сейчас говоришь. - кивнул Дамир, у которого вдруг сдавило сердце. Да, он читал об этом, когда искал информацию о диагнозе Ильи. Эмоциональная глухота. - Я готов принять это, больше скажу, в тебе это завораживает, Илья…               Легко врать ему, да, Дамир? Завораживает красота, ум и беззащитность, в том числе эмоциональная, и готовность к покорности. Себе врать сложнее.               - Мы можем попробовать. - кивнул Илья, так, словно соглашался с мнением Дамира относительно случайного потока пакетов в канале связи, получив ответ на заданный им вопрос. - Наверно это не то, что ты хочешь… Но, я точно не знаю.                - Это легко узнать, - улыбнулся Дамир, протянув ему руку, - идем, я покажу тебе  кое-что.               Вид на закатную Москву из его кабинета стоил каждого рубля, потраченного на аренду, и Илье стоило это увидеть…        - Ты позволишь? - Дамир встал сзади, положив руку на его плечо. Даже под льняной тканью пиджака ощущалась твердость и тонкость кости…               Кивок как разрешение. Темные волосы, почти прямые, густые, пахнущая шампунем макушка, ткань рукава, когда ладонь Дамира скользит к запястью Ильи. Такая нежная кожа…              От окна до переговорного стола чуть меньше полуметра, достаточно, чтобы Илья сделал шаг назад… Тогда, когда Дамир наконец-то коснулся его губ своими. Какой хороший, послушный мальчик.              От одной мысли, что Илья вот-вот может оказаться на этом черном столе, полностью покорный и готовый к новым экспериментам, в штанах стало тесно. Но, нужно взять себя в руки, хоть как-то. Нельзя его пугать так сразу… Сейчас все не так, как привык Дамир.        Илья замер под его руками и только чуть учащенное дыхание говорило о том, что он не просто терпит.        От него не требовали ответа?                - Садись прямо на стол, - Дамир перехватил его за поясницу. - Тебе нравится?        -Да, - Илья снова закрыл глаза, позволяя снять с себя уже ненужный пиджак. Дамир потянул футболку, освобождая плоский юношеский живот.       Можно ли принять это за разрешение? Хотелось бы…       Там, под расстегнутым ремнем брюк, под тонким бельем - уже вставший член. Ему действительно нравится?! Дыхание подтверждает это.       Что же, можно зайти и дальше… Дамир взял правую руку, все такую же прохладную, словно Илья только что вошел с улицы, и положил ладонью туда, где пульсировало собственное желание.         - Ты пробовал так? Взаимное удовольствие.              Футболка тоже пока не нужна, Дамир спихнул ее куда-то в сторону, обнажая Илью по пояс, гладкие плечи, и…чуть ниже неровность кожи, словно шрамы. Илья чуть качнул головой, показывая свое недовольство и Дамир убрал руку.        - Давай попробуем.        Уже от этого прикосновения можно было сойти с ума, от того, как нежная прохладная рука скользит по длине члена, как Илья учащенно дышит от таких же движений Дамира на собственном.  Казалось бы, так просто, но то, что это делает Илья, создание с янтарными глазами и сокрытыми от всех чувствами - делает удовольствие еще острее и драгоценнее.        Илье, в силу возраста понадобилось меньше времени, чем Дамиру, но, он не остановился, пока не почувствовал тоже самое, что испытал сам.                - Бог ты мой, Илья. Это лучшее, что со мной могло случиться сегодня. Ты просто… Восторг.  - Надо было дотянуться до салфеток, они всегда были на столе, Дамир часто вытирал руки по какой-то старой привычке, но выпустить из объятий Илью казалось невозможным.        - Мне понравилось. - сообщил Илья, - Мы будем спать вместе?              - Я бы хоть сейчас, - рассмеялся Дамир, дотянувшись до салфеток, нет, не видно, что за шрамы на лопатке, похоже на надпись, но, стоит надеяться - успеет еще рассмотреть.        - Нет. - Илья принял салфетки, начал приводить себя в порядок. - Не сегодня. Я сказал Кириллу чтобы он поднялся за мной в десять. Но, мы это сделаем. Ты можешь приехать ко мне.               Словно и не было этого частого дыхания, не было горячего обжигающего удовольствия, снова ровный тон.               Опять чертов Орехов. И время - двадцать один пятьдесят пять.                - Увидимся. Спасибо за прекрасный вечер, Илья - Дамир отпустил руку юноши, но, смотрел скорее на Орехова. Какие мы суровые. Конечно же. Как бы не так… Ничего, Кирилл Константинович, ты уже проиграл.