Бог и Тимошка

Глава 41   Тимофей         Сессия далась очень тяжело, совершенно не оправдав ожиданий Тимофея. Он представлял себе ее, разделенную на две части, то есть "легкий блок" – где он сдает математический анализ, алгебру и геометрию, и зачет по работе с ЭВМ, и "трудный", куда входили английский, история России, и "безопасность жизнедеятельности". Однако, все оказалось совсем по-другому и сложность была не только в предметах, а в том, чтобы находиться в аудитории наедине с преподавателем. Там, где нужно было просто написать ответ на экзаменационный билет, он справился легко, получив "отлично" за матан, алгебру, а вот практикум по ЭВМ оказался сложнее. Нужно было показывать и рассказывать, ощущая за спиной чужого человека, не сбиваться в словах и это едва не отправило его на пересдачу, пока до преподавателя не дошло, в чем настоящая сложность у студента. Но, еще хуже дело обстояло с гуманитарным блоком. Английский Тимофей сдал кое-как, достаточно легко написав задание, а вот с устным ответом встрял надолго – учебники были рассчитаны на нормальных людей, у которых ответы рождаются легко и понятно, но не для таких, как Тимофей. Однако, свой зачет он тоже получил. "Жизнедеятельность" была письменным зачетом, и он сдал работу, которую ему помог сделать Руслан, точнее, почти всю работу сделал Руслан и Тимофею оставалось только ознакомиться с текстом и запомнить его. И вот теперь был последний зачет, по истории и что хуже – зачет был устным. И теперь Тимофей сидел в аудитории с тремя однокурсниками, и думал над ответом по заданной ему теме. С датами и событиями он бы справился, это легко было запомнить, что и когда случилось, но вот с причинами и следствиями было похуже, но тоже терпимо, но, ему выпала самая неудачная тема "Культура Руси в 16-м веке" и это было приговором. Он пытался вспомнить события этого периода и увязать их с культурой, но, почти ничего не получалось, а между тем, приближалось его время садиться напротив преподавателя и рассказывать все, что он знает. То есть – ничего.              - Зайцев Илья. Вы готовы?               - Очень плохо, Зайцев. – После всех его стараний про Стоглавый собор, вынес вердикт преподаватель, - давайте хоть что-то.       - Я знаю про иконопись и векторные изображения на них, – уцепился за последний шанс Тимофей. – там есть иконы шестнадцатого века.       - Ну давайте… - это был последний шанс спастись от пересдачи, и Тимофей его оценил, в последующие пять минут рассказав все, что знал по этому поводу, он говорил бы и дольше, но, преподаватель сам остановил его.       - Достаточно. Считайте, что пересдачи вы избежали. Однако, во втором семестре подойдите к предмету более серьезно. Сейчас вам ставлю условный зачет, Зайцев.               Тимофей получил зачетку и вышел из аудитории, где уже ждали друзья.              - Ну как? Поставили? – спросила Лиза, и Тимофей только кивнул. Все. Сессия закончена, впереди каникулы, которые он хотел провести в Усадьбе. Но, ему так плохо, что сейчас хорошо бы просто дойти до машины, где его ждет Давид, упасть в нее, и уехать туда, где тишина. В Усадьбу.       - Да, что-то тебе не очень, - Денис оказался самым внимательным и помнил зачет по английскому, где как раз оказался в паре со своим другом. Илья такое переносит плохо. – Давай мы тебя проводим. Заодно и до метро подбросишь.               Тимофей кивнул. До метро он подвозил иногда, если у них совпадало окончание пар и, если его просили об этом – это было близко и несложно. Как-то ради интереса он решил прогуляться пешком от главного корпуса до метро сам, точнее до входа в метро, куда он вовсе не желал заходить и это заняло достаточно времени, а ведь еще и холодно.               Он распрощался с однокурсниками на парковке около станции "Университет", хотя они все равно встретятся в общем чате достаточно скоро. Это Денис придумал создать на них четверых отдельный от группы чат, и Тимофей хоть и редко туда писал, зато много читал. Как, однако, бессвязно общаются "нормальные" люди – хаотичный поток слов, картинки вне контекста, видео с котиками, какие-то шутки из интернета, встроиться в это движение было невозможно, но читать было интересно.               "Я сдал". Тимофей отправил два одинаковых сообщения, Дамиру и Кириллу. Кирилл писал ему реже, чем Дамир, может быть одно сообщение раз в несколько дней, по разным поводам, но, Тимофей был рад получать от него даже эти несколько слов.              ___                     - Нравится?! – Руслан с гордостью показывал машину. Сверкающий хромом черный Land Rover Range Rover. Когда они приехали в Усадьбу, его удивила незнакомая красивая машина, припаркованная аж у входа в дом. Там останавливались только его автомобили, высаживая пассажира и уж тем более никто из персонала не оставлял свои машины, а Тимофей их знал наизусть – охранники тоже предпочитала джипы. А оказалось, что это тоже его машина! Подарок Мурата Алановича к завершению сессии – так объяснил ему Руслан, машину специально пригнали в отсутствие Тимофея, чтобы был сюрприз. Очень приятный сюрприз. Машина была такой, как Тимофею нравилось – большой, черной, широкой.       - Двигатель на пять литров! Зверь! – Тимофей гладил машину по покрытию, рассеянно слушая Руслана. Такого подарка он не ожидал, но был рад ему, еще один маленький мир только для него, надежный и соответствующий правилам.       - Очень нравится! – Кивнул Тимофей, - я попозже попробую, и позвоню Мурату Алановичу.       - А, напиши ему, лучше в ватсаппе, он там, где-то занят, - избавил его от трудностей Руслан. Написать было легче, чем звонить, тем более самому.              Все равно не смог отказать себе в удовольствии сесть в салон, закрыть все двери и познакомиться с автомобилем наедине. Тимофей откинулся в водительском кресле, закрыл глаза, вдыхая запах кожи, положил руки на руль. Он может сам водить это чудо и обязательно это сделает в ближайшее время. Нужно обязательно познакомить машину с Дамиром, хоть он не любит такие машины, но… Тимофей должен прокатить его. Маленькая надежда, что Дамир оценит внедорожники по достоинству все еще не оставляла его. Единственным достоинством "Навигатора", по его словам, было "ну хотя бы не все говно в лобовуху получаешь".              Все-таки в Усадьбе прекрасно, лучше, чем в городе. Тимофей обошел после обеда все свои владения, до самых дальних расчищенных от снега дорожек в парке. Вот беличья кормушка, вот замерзший пруд, и тишина. Два дня тишины, а потом, как он и обещал, поедет к соскучившемуся Дамиру.              Однако, Усадьба всегда требовала дел, и теперь, с появлением четвертой машины, нужно было думать о зимнем гараже уже получше, не только в перспективах. Пока внутри дома стояли только Эскалейд и Тахо, Ровер Тимофей распорядился перегнать в пустующую автомастерскую, но, что-то строить придется. Или перестраивать. Вторую часть подвала дома, где был гараж, занимали кладовые и видимо их придется куда-то переносить, чтобы разместить с комфортом все автомобили. И не выйти за рамки установленного Тимофеем бюджета на месяцы. Значит, на чем-то нужно будет сэкономить. На зарплате персоналу и услугах – нет, это невозможно, значит, на себе. Нужно будет поговорить с Тамарой Сергеевной и понять, без чего он сам сможет прекрасно обойтись, чтобы к лету набралась сумма на ремонт гаража. Залезать в свои доходы с акций и вкладов Тимофей тоже не хотел, тем более, ситуация была такова, что акционная прибыль постоянно колебалась то в плюс, то в минус, что заставляло его офис напряженно работать, а его самого – глубже вникать во все это. Достаточно интересная область, но, не настолько глубоко, чтобы сильно его заинтересовать, там много математики и прогнозирования, но, для него требующая быстрых реакций и решений, что Тимофея напрягало всегда. Нет, деньги что оставил Игорь Анатольевич – до тех пор, пока он не начнет зарабатывать сам, а потом они будут как "страховка". Он уже пытался говорить об этом с Дамиром, но, тот только рассмеялся, сказав, что зарплата даже самого высокооплачиваемого программиста не покроет расходов на содержание Усадьбы, потому что дом родителей Дамира, который намного меньше и не требует такого ухода и затрат – съедает весомую часть его дохода как руководителя и владельца компании. А высокооплачиваемым программистом ведь тоже не станешь сразу. Но, нужно начинать работать как можно раньше.              "Спасибо, мне очень понравился Ваш подарок!" – Тимофей отправил сообщение Мурату Алановичу, но, тот пока не прочитал его, что успокоило Тимофея. Не нужно будет сразу отвечать.              Два дня прошли идеально, как Тимофей и хотел, его никто не беспокоил, кроме редких сообщений от Дамира, где они договорились про время встречи, на сообщение с фото нового автомобиля тот почему-то не ответил, и Тимофей не стал его переспрашивать. Он занимался математикой, просматривая темы, что будут относиться ко второму семестру, Олег передал ему примерный план занятий по математическому анализу и алгебре с геометрией, немного разбирал позаброшенный ассемблер, и даже сложил половину большого паззла. Жаль, что в новом семестре никуда не исчезнут проклятые гуманитарные предметы, которых Тимофей так опасался, в тысячный раз задавался вопросом – зачем ему они? "Для общего развития, Илья Андреевич!" – так отвечала на этот вопрос Тамара Сергеевна, прочитав ему пространную лекцию, из которой Тимофей понял только то, что "нормальные люди" имеют некий обязательный набор знаний по этим дисциплинам и не только. Туда еще должна входить мировая и российская литература, о чем Тамара Сергеевна очень сокрушалась, узнав, что "Илья Андреевич" опасается художественной литературы в принципе. И до сих пор у нее пока не получилось заставить его читать не по-русски, ни по-английски. Тамара Сергеевна давала ему тексты, в качестве диктантов и пересказов, но, Тимофей сосредотачивался на грамматике и словах, не вникая в смысл. "У меня нет объяснений, почему так произошло" – весь его ответ на попытки поговорить о самом тексте.              _____              - Завтра в десять утра. – Кивнул Тимофей, отпуская Давида вместе с машиной. Они делали так всегда. Охранник привозил Тимофея на парковку дома Дамира, провожал на лифте до квартиры, передавая "из рук в руки" и уезжал, оставляя хозяина до утра в гостях, ставя машину на платную парковку около собственного дома, чтобы утром заехать и забрать "Илью Андреевича", выспавшегося и накормленного завтраком. Они приехали на Тахо, на которой почти всегда передвигался Тимофей, если не хотел быть за рулем, новенький Ровер он пачкать в зимней московской грязи не хотел, а Эскалейд вообще не заслуживал, чтобы на него летела дорожная грязь, мокрый снег и прочие подарки зимней российской погоды. Пусть лучше Дамир оценит Ровер в Усадьбе, когда приедет в гости.              Сейчас десять вечера и у него есть двенадцать часов с Дамиром, который два часа назад вернулся с работы и попросил время "отдышаться".       - Я не буду ужинать, - мотнул головой Тимофей в ответ на приглашение, - я поел дома, но, выпью чай с тобой.       - Ну вот, а у меня тут целая курица, мать передала. Кто ее есть будет? – улыбнулся ему Дамир, - пироги сладкие тоже есть. Не откажешься?       - Нет, - согласился Тимофей. Пироги всегда были вкусные. Особенно маленькие, которые назывались "вак губадия", с разной начинкой. – Пироги буду.              Долгий обстоятельный рассказ о сессии, Тимофей, конечно же, пожаловался на несправедливое засилье гуманитариев, но, поддержки не нашел.       - Ну, так-то они правы, Илюш, - Дамир подал ему большую кружку с чаем, и тарелку с разогретым пирогом, - это действительно общее развитие и все, в большинстве, с ним справляются. И у технарей и так урезанная программа, тебе просто тут не повезло, сошлись все неудачные факторы – билет и твои трудности с этим. Это надо просто перетерпеть.              Непросто. Если было бы просто, то не пришлось бы жить все время сессии в ожидании тишины Усадьбы и возможности чуть-чуть перестать думать о том, как будет глупо ее не сдать из-за гуманитарного предмета!              - Весной у меня будет один интересный проект, если я выиграю конкурс на его разработку, он иностранный, и желающих на него много и там мне понадобится твоя помощь, Илюша. И возможно кого-то из твоих однокурсников, как математиков. С официальным трудоустройством. Как ты на это смотришь?       - Я согласен, - Тимофей даже не стал спрашивать, что придется делать. Если его зовут как математика, он справится или разберется и справится. – Я позову Дениса. Он говорил, что ему нужна работа, чтобы снимать жилье в Москве. И мне будет комфортно именно с ним.       - Да, ты рассказывал про него. Посмотрим его в деле. Вот так, Илюш, обычно и начинается путь в айти.              "Скорее бы", подумал Тимофей, это будет очень вовремя и правильно, если он начнет работать по специальности как можно раньше и хорошо бы к окончанию университета как-то приблизиться к той самой цели, которая пока звучала как "высокооплачиваемый программист".              Он немного посмотрел на город из окна комнаты Дамира, пока тот убирал посуду, и все-таки Дамир прав, это очень красивый вид из окна, но, не лучше, чем в Усадьбе. Не говоря уже о тишине.              - Чем займемся, Илюш? – Дамир обнял его со спины, - ты уже хочешь спать? Или что-то посмотрим?       - Не знаю, - Тимофей спать пока не хотел точно, хотя прекрасно уже начал понимать, что Дамир зовет его вовсе не спать. Но, и сам пока не уверен, иначе бы не предлагал выбора. Такое мастерство распознавания поведения далось ему не сразу, но, он все-таки учился и это было уже успехом. – но, я пока не хочу спать. Ты можешь включить камин?              У Дамира тоже был камин, правда ненастоящий, электрический, но он нравился Тимофею – грел и был красивым, правда в него нельзя было подбрасывать дрова, и он не пах ничем. Руслан как-то привез можжевеловых палочек и с ними в гостиной становилось тепло и приятно дышать. В электрическом нельзя менять запахи.              - Ты ничего не сказал про машину, - Тимофей почти лег на широкое кресло, устраиваясь на нем поудобнее, - она тебе не нравится?       - Ты про рендж ровер, Илюш? – Дамир хотел сесть на подлокотник кресла, но, остановился в шаге от него. – Я не хотел развивать эту тему, прости.       - Почему? – Тимофей чуть подобрался в кресле.       - Ну, во-первых, это подарок другого человека, про который ты спросил мое мнение. Во-вторых, это очень дорогостоящий подарок. Помнишь, мы как-то говорили про это?              - Да. – припомнил Тимофей. Тогда они разговаривали про значимость подарков и дни рождения, это было совсем недавно, Дамир спросил, когда у Ильи Зайцева день рождения. Тимофей ответил так, как было написано в документах, но, этот день ничего не значил для него. Это ненастоящий день и ненастоящий Илья Зайцев. Да и день рождения Тимофея Старовского отмечали только дома, с папой и мамой. Хозяин никогда не выделял ни одной из дат – ни фальшивой, ни настоящей. Дамир хотел узнать, что желает в подарок Илья Зайцев, но, Тимофею ничего не было надо. Он ведь получил подарок от Дамира на Новый год, даже больше – настоял на том, чтобы такой запах был заказан еще, и флаконы были бы везде, где он живет – дома, на Фрунзенской, и тут, у Дамира в ванной комнате. Но, день рождения Ильи Зайцева не остался незамеченным со стороны офиса, что было полной неожиданностью и со стороны "Арбеласа". Хорошо, что ситуацию с офисом спасла Тамара Сергеевна, заказав туда некий "фуршет", который сам Илья пропустил по причине экзамена, а с "Арбеласом" его предупредил Кирилл, что так надо. Надо так надо – огромную корзину со всякой едой и сладостями Тимофей отдал для кухни Тамаре Сергеевне, а цветы поставили в гостиной. Мурат Аланович не написал ничего и за это Тимофей был ему отдельно благодарен. Но, Дамир говорил о том, что дорогие подарки принято дарить и получать от самых близких людей. А кто у него был ближе хозяина?              - Вот. Это очень деликатная тема, Илья. – Дамир замолчал, словно хотел сказать что-то еще, но передумал.        - Если ты не объяснишь мне сейчас, в чем дело, я не пойму, что мне делать в следующий раз. Или мне просто не говорить тебе про это? – молчание крайне не нравилось Тимофею и очень хотелось бы знать его причину. Опять какие-то сложности, связанные с нормальностью.       - Ты прямо сейчас фактически вынуждаешь сказать то, что тебе наверняка неприятно будет слышать, Илюш.       - Я готов. Потому что я хочу разобраться. – Тимофей на всякий случай обнял себя за ноги, подобрав их к груди.       - Человек, который намного тебя старше и с которым ты состоишь в непонятных мне отношениях дарит тебе дорогой подарок. Очень дорогой подарок. Я как понял – это самая люксовая комплектация и модель, то есть более четырех миллионов рублей. Обычно такие вещи не дарят просто так, Илюш.       - Это подарок за первую сданную сессию, – вроде все понятно, с точки зрения Тимофея.       - Даже для уровня людей типа Хатарова это не самая дешевая машина, - Дамир словно не расслышал его фразы. – И мне интересна причина такого подарка, и так же его последствия.       - Разве у подарков бывают последствия? – Бывают, конечно, тут Тимофей слукавил, почувствовав металл цепочки на шее. Хозяину нравилось за нее тянуть, заставлять его задыхаться. Наверно он подарил ее поэтому?       - Да, Илюш. Если я имею на кого-то какие-то виды, хочу произвести на него впечатление и расположить к себе – я дарю ему дорогой подарок. И если он согласен на мои действия - он его принимает. А мы имеем с тобой крайне странную ситуацию – ты напрочь отказываешься от моих подарков, игнорируешь поводы, по которым я мог бы их преподнести тебе и лишаешь меня возможности произвести впечатление. Но, по более незначимому поводу, ты принимаешь машину по стоимости квартиры в моей республике, и получается, даешь шанс на те же впечатления Мурату Алановичу. Мне очень не нравится такой расклад, Илья.              Дамир все очень усложняет, Тимофей пытался поймать логику во всем этом рассуждении, но потерял ее на моменте сравнения. Это же совсем разные вещи. От Дамира ему не нужны никакие подарки и впечатления, и тех уже было достаточно – разве кто-то другой отвел бы его в специальное место, где много котов? Или научил собирать компьютер? Ему нужен сам Дамир. От Мурата Алановича не нужно ничего, кроме того, о чем шел разговор год назад – обоюдные гарантии и покровительство. Точнее, Мурат Аланович отвечал за него, Тимофея, что никаких неожиданностей с бумагами в Цюрихе не произойдет, и со своей стороны гарантировал Тимофею спокойную жизнь и отсутствие той самой психиатрической больницы. Это сначала Тимофей решил, что Хатаров его новый хозяин, но, оказалось вовсе не так. От подарков Тимофей не думал отказываться и не знал, что они так значимы для Дамира, это всего лишь машина. Подобный подарок мог бы сделать хозяин и он его сделал – оставив Тимофею и дом и квартиру и машины и деньги. К этому у Дамира претензий не было?       А теперь все это нужно как-то объяснить Дамиру и не выдать ничего лишнего… Очень сложно.              - Мне невероятно сложно объяснить тебе, почему это не так, - сказал Тимофей, - совсем не так, как ты видишь.       - Уж изволь постараться, пожалуйста, Илья. – снова "Илья", значит Дамир не в духе. – потому что у меня очень много вопросов. Эта машина скорее катализатор, для них.              - Может, ты их сразу задашь? Мне наверно так будет легче, получить все данные и ответить. – попробовал уцепиться за надежду Тимофей.       - Может тебе еще дифференциальный анализ провести? Илья… Хорошо, давай начнем на твоем языке. Пока у меня создается впечатление, что я имею дело с неким интерфейсом с условным названием "Илья Зайцев", который разработан на основании непонятного технического задания, к которому не найти ни концов, ни разработчиков. Есть условные "акционеры" как я называю их, с которыми тебя связывают непонятные отношения. И нет никакой открытой предыстории разработки и описания. Тебе двадцать один год, ты имеешь на своих счетах некие средства неясного происхождения, позволяющее тебе содержать огромное роскошное поместье, держать штат персонала, включающий в себя охрану одним из самых дорогих агентств, экономку, повара и т.д., у тебя квартира в престижном районе Москвы и небольшой парк не самых плохих авто. Все это, по твоим словам, ты получил от своего опекуна, однако его имя и обстоятельства попадания к нему ты держишь втайне. Скажем так, у меня есть некоторые догадки, но я их оставлю при себе. Ты мало социализирован и это легко выдает тебя, ты незнаком с культурным кодом последнего десятилетия среди твоих ровесников, но при этом у тебя такие знакомства, что многие удавились бы от зависти. Ты получаешь подарки от человека, про которого ходят легенды. Твой телохранитель Кирилл известен в сфере бизнеса участием в рейдерстве и других вещах, однако он ходил за тобой как нянька и думаю с хозяевами Орехова ты тоже хорошо знаком. У тебя нет никакого цифрового следа и даже в поселке, хотя ты живешь в нем дольше многих – ты почти никому не известен. Это просто какой-то голливудский кинофильм – детективный триллер, Илья. Я еще не встречал людей с таким бэкграундом и меня это заставляет задуматься, с кем я вообще имею дело, и какие риски это несет для меня и что вообще происходит. В том числе и с тобой. Почему у тебя нет загранпаспорта и тебе нельзя покидать страну? Это связано с криминалом, Илья? Помнишь, я говорил про программы, которые не то, чем кажутся. Интерфейс один и заставляет выполнять некие действия, которые ведут вовсе не к тому результату, который нужен пользователю. Вот мне кажется, что ты ровно такая же программа. Так понятнее?              - Да. Вполне. – глухо сказал Тимофей. – Хорошо. Если тебе не нравится пользоваться этим интерфейсом и хочется залезть в программный код и техническую документацию, то, грубо говоря, я забираю пользовательскую лицензию. Это закрытая документация, и права на нее не у меня. Ты прав, я всего лишь интерфейс. Илья Зайцев.       - Какой изящный способ сказать "тебя это не касается, если что-то не устраивает, то давай расстанемся". Ты это хотел сказать, Илья? То есть ответов на мои вопросы не будет?       - Не будет. – Рано или поздно это должно было случиться. Дамир просто не стал скрывать этого, что хочет докопаться до сути. Но, ему нельзя. Никому нельзя. Даже самому Тимофею. Для всех он тот самый интерфейс "Илья Зайцев". – Я не могу ответить на них. Это была всего лишь машина, которую мне подарили. И я никогда не пойму, как из этого повода ты получил возможность высказать мне все свои сомнения.       - Хорошо. Получается я прав, и ты связан с какими-то мутными схемами, в которые нельзя лезть. Насколько эти схемы опасны для тебя?       - Нет никаких схем. – Наверно прозвучало совсем неубедительно, - и ты снова хочешь открыть программный код. Я уже сказал, что он закрыт. Если мы не пойдем спать, тогда я позвоню Давиду и поеду домой.       - Это просто невозможно, Илья. Я в сотый раз поражаюсь твоей голове и "эмоциональности". То есть ты сейчас совершенно серьезно предлагаешь варианты – мне забыть весь этот разговор и пойти спать или разъехаться по домам с "отключением лицензии". Без всякой драмы, слез и даже не сменив тона. Первая моя ссора такая…        - Для меня она тоже первая. – Тимофей разжал пружину, созданную телом и вылез из кресла. – И я не знаю, как правильно ссориться. Я не хочу отвечать на твои вопросы, не хочу возвращать машину, потому что тебе не нравится, что ее подарил Мурат Аланович и я просто пошел бы спать. Но, этот вариант ты не рассматриваешь.       - Слов нет… - Дамир пошел за ним в прихожую. – Любой другой бы что-то бы попытался придумать и сочинить, или уцепиться. А тебе настолько все равно, и ты просто "прекращаешь действие лицензии". С ума сойти.       - Открой мне дверь. – Тимофей дотронулся до ручки замка, надо было бы вызвать Давида отсюда и подождать его, так требовала инструкция, но, тогда придется остаться и отвечать на вопросы. А ответить ему нечего. – Я вызову машину из холла.       - Охренительный вечер, нечего сказать. Илья, все-таки напиши, как доедешь. – Дамир открыл дверь и выпустил его. Но, Тимофей обернулся, чтобы в последний раз посмотреть. Все-таки внутри было больно, что-то жгло глаза изнутри и грудь. Сожаление, наверно так это называется. Но, ему нельзя. Нельзя так рисковать.       - Не знаю. – Тимофей нажал кнопку лифта.              ____              Лифт спускался невероятно долго и в нем не было воздуха. Тимофею казалось, что его как будто тянет хозяин за цепочку, заставляя горло сжиматься и лишая дыхания. Наконец-то электронный голос известил "Вы приехали. Первый этаж" и стальные двери выпустили его в просторный холл. Он остановился, заставляя себя дышать. Но, словно и тут, в самом низу длинного стеклянного куба, дома Дамира, тоже не хватало воздуха. Ладно, он выйдет на улицу и вызовет Давида оттуда.              Тимофей вышел, не обращая внимания на любопытный взгляд охранника за стеклом его помещения, и пошел куда-то вперед. На нем было легкое пальто, но, холодно не было, падал крупный снег, ложился на волосы, на темный экран телефона, который Тимофей так и не разблокировал. Но, дышать становилось легче, хотя недостаточно еще сил для того, чтобы просто позвонить Давиду и вернуться в холл башни.       Он не знал сколько уже прошел, башня осталась за спиной, но, из Москвы-Сити он еще не вышел, и легко вернется назад, как только ему станет чуть легче.              - Эй, время не подскажешь? – Тимофей даже не заметил людей, которые подошли к нему, трое, и только он поднял руку, чтобы посмотреть на часы, и ответить на вопрос, как его резко дернули за другую, вырывая из пальцев телефон, а потом он получил удар.       - Мажор гребанный…              Тимофей упал на колени, инстинктивно прикрывая голову руками.  Он должен был сопротивляться, но тело будто онемело, а сознание уплывало куда-то в сторону, туда, где не было ни боли, ни Дамира, ни этих людей.        - Смотри, какие часы! — кто-то сорвал с его запястья браслет, и руку снова дернуло болью.       - Глянь, бабки есть? – чужие руки рылись в карманах пальто, он не сопротивлялся, потому что видел их лица размытыми, как будто сквозь залитое дождем стекло.        -  Сливаемся!       Шаги, удаляющиеся в темноту.       Тимофей остался лежать на снегу, мокрый, с кровью на губах. Он попытался встать, но мир вокруг завертелся, и он снова рухнул на плитку.       "Надо позвонить... Кириллу... Давиду..."       Но телефона не было.