Выкури меня

      Оцукин очнулся на холодном полу. Оглядевшись, химик сразу догадался, что находится в неком подвале. Стоял сырой запах, вперемешку с медикаментами и хлоркой. Икенумовец не был связан, а халат в котором тот был совсем недавно (насколько хорошо он помнил) ни на нём, ни рядом не оказалось. — Долго же ты дрых.       Из тени появились белые ножки, подходившие ближе к парню. Женский голос будто вернул здравый ум Оцу. Это была Эклер, но что-то в ней было не так: она не тараторила, была спокойной и.. трезвой??? — Вставай, э-э-эй… Мне знаешь ли тоже не кайф. Чем быстрее начнём, тем быстрее— — Эклер, что происходит? — Оцукин встревоженно схватил девушку за руки и поднялся. Он забеспокоился. Что-то тут было не так. — Я лишь помогаю, идея не моя. — О чём ты? — Оцукин, я просила тебя быть быстрее, а не начинать допрос. — ПОЧЕМУ ТЫ ТАКАЯ НОРМАЛЬНАЯ?!       Не выдержав, химик начал трясти подругу, пытаясь узнать ответ. Эклер испугалась и начала толкать икенумовца, от тряски кружилась голова. Оба уже перешли на крики: — СУКА, РУКИ УБЕРИ, БЛЯТЬ! Я СЕЙЧАС НАБЛЮЮ ПРЯМО НА ТЕБЯ! — СНАЧАЛА ОТВЕТЬ НА МОИ ВОПРОСЫ, ПОТОМ БУДЕШЬ БЛЕВАТЬ!! — Я ТЕБЕ ЭТИ РУКИ В ЖОПУ ЗАСУНУ!       Острыми зубами наркоманка вцепилась в ключицу Оцукина, от чего тот вскрикнул и отпустил свои руки. Левой рукой тот закрыл себе место укуса, пытаясь не заплакать от боли. Эклер вытерла слюни, благо не прокусила до крови. Она отошла от парня и повернулась лицом туда, откуда вышла ранее. Девушка начала кого-то звать: — Ты скоро? Меня уже вот-вот ломка начнётся! Если я накинусь раньше времени, то план пойдёт по пизде!       Оцукин выровнял дыхание и посмотрел на Эклер. Не понимая что теперь делать, парень пошёл в сторону выхода, но перед ним встал икенумовец. У Кориторы со лба стекала вода, и сам он был каким-то… — Коритора! Ты обдолбанный?       Механик обнял Оцукина, положив свою голову ему на плечо. Молчание друга заставляло химика ещё сильнее нервничать. — ЭКЛЕР, ПОМОГИ МНЕ! ЧТО ТЫ ТАМ, БЛЯТЬ, ДЕЛАЕШЬ?       Рот химика закрыли мужской рукой и, будто специально, надавливали. Оцукин, шатаясь, отходил назад, не давая им двоим упасть. Он пытался подобрать слова, чтобы успокоить Коритору (а на деле себя), надеялся, что механик его слышит и понимает. На обратной стороне локтя были видны следы от шприцов. Эта сука его обколола! Оцукин был в бешенстве и попытался убрать чужую ладонь со своего рта, как вдруг к его губам прикоснулось что-то другое. Коритора поцеловал парня. Как странно… Оцукин даже понятия не имел какие на вкус могут быть иероглифы. Зажмурившись, химик попытался отвернуться, но ладонь друга твёрдо схватила за затылок и не давала способа увернуться.       В комнату вернулась девушка, имея при себе переходной стол с разнообразными приборами. Меф, кальян, иглы и ещё разного рода штуки для обдолбанной ночи. Эклер взяла наполненный чем-то шприц, облизнула его и уколола в свободную руку механика. От неожиданности Коритора укусил язык Оцукина, а второй снова взвыл. Дама начала заливать химикаты в руку парня, и тот отпустил язык партнёра и, словно собака, начал тяжело дышать. Рука на затылке задрожала и медленно стала сжимать голову. Затем наполовину пустой шприц полетел на пол, и довольная Эклер пошла к столику с другими развлечениями. — Чтоб вы знали, пидоры, я не собираюсь стоять в сторонке и ждать, пока вы тут всё обкончаете, — она потянулась за пакетиком с белым порошком, — поэтому я сейчас накидаюсь как в не себя, обколю Вас двоих и тогда мы ох как потрахаемся.       Оцу не знал что ответить. Перед ним стоял его дорогой друг, что тычил снизу в парня своим DICK и вскоре он мог бы стать таким же. Химик конечно мог бы итак предложить Кориторе как-нибудь совокупиться, но точно-ТОЧНО БЛЯТЬ НЕ В ТАКОМ ПОЛОЖЕНИИ. — Отпусти нас. — грозно сказал парень, надеясь напугать Эклер, но та лишь усмехнулась и повернулась к химику. На лице девушки еле заметно был виден белый след от кокса. — Без обид. Я пообещала, что прослежу за тем, чтобы всё произошло.       Эклер взяла со стола розовую таблетку в форме маленького грибочка и подошла к Кориторе. Его рот был открыт и дама без проблем запихнула туда препарат. Затем она прошептала тому: — А теперь положи это ему в рот. — указывая пальцем на химика.       Ледяной потянулся к своему другу, держа на своём языке маленький грибочек. На лице Оцукина было отвращение, но язык Кориторы всё-таки прошёл сквозь зубы химика, оставив что должен был. Сначала адекватыш пытался выплюнуть, но Эклер схватила его за горло и массажными действиями заставила того сглотнуть. Не выдерживая издевательств, глаза Оцукина уже стояли на мокром месте. Он не знал как ему лучше поступить в этой ситуации, что стоило предпринять и куда бежать. Главное, он никогда не верил, что Эклер так могла поступить с ними. Она ведь никогда не перегибала палку с веществами и (почти) не заставляла никого из друзей их принимать. — Уложи его на диван, он же щас свалиться, — отдалённо послышались голоса ребят. — Эклер, мне т-тоже нехорошо… — прошептал Коритора. — Ну-ну, мы ещё даже не начали. Идите ложитесь на диван, не знаю. Подрочи ему, может хоть возбудишь.       Механик отвёл парня в сторону, уложив того на диван. Оцу оказался снизу, полностью скиснув. Последние отголоски адекватности у икенумовца сверху стали покидать. Рука аккуратно обхватила своё мужество и начала массировать, смотря на нумовца на диване. Нога стала давить на грудную клетку Оцукина, выдавливая из того стоны. Правда те скорее были от удовольствия, ведь снизу показался бугорок. Приятное дополнение к тому, что вот-вот произойдёт. Убрав ногу и остановив массажные движения, Коритора присел и стал готовиться к соитию с парнем, как неожиданно сзади дали подзатыльник. Недовольная Эклер несла в руках два заполненных шприца и упаковку таблеток. На её руке красовался синий жгут, что ещё не был затянут. — Стой. Я ещё не готова. — Тебя тут изначально и не должно было быть… — хрипло процедил ледяно-головый, злобно засветившись голубым оттенком. — Я сказала, что обеспечу препаратами, но только с моими условиями. Первое условие, — девушка села на живот Оцукина спиной к нему, улыбнувшись, — я буду с вами. Второе, — она затянула жгут на руке и с размаху попала туда, куда хотела, сразу же начав впускать жидкость в себя, — я буду пиздец какая обдолбанная. Третье — вашу дозу буду регулировать тоже я.       Достав иглу из себя, Эклер простонала. Видимо та чуть не кончила прямо будучи на животе бедного Оцукина. Она просунула в себя два пальца, проверяя влажность и улыбнулась. В руках появились три таблетки, которые та запихнула в себя и приподнялась с химика. — Ха-а, я придумала… Долби его, пока он ищет во мне эти таблеточки своим ртом.       Оцукин поднял голову и, увидев перед своим лицом женский зад, взвыл от смущения. Это он ещё не видел, что за ним… Переместившись на лицо икенумовца, Эклер нежно присела, не разрешая себе убийство друга. Коритора принял и наконец Оцукин ощутил как все его проходы были полностью закрыты. Желая как можно быстрее закончить всё это, он начал искать эти чёртовы препараты в Эклер. Ляжки девушки закрывали уши химика, но приглушённый смех дебоширки он слышал. Как же Оцукин хотел сдохнуть и тут было дело не только в ней. Снизу неприятно долбили и явно не сохраняли темп. Коритора не мог даже спросить приятно ли другу, ведь кто-то попросту мешает тому услышать предполагаемый вопрос. Холодная капля со льда упала на живот Оцукина, от чего тело резко напрягалось, сжимая механику и выдавливая из него хриплый стон. Услышав его, бёдра Эклер начали двигаться, желая почувствовать язык Оцукина везде в себе. Надо было запихнуть побольше таблеток, чтобы продлить аттракцион. Почувствовав одну из таблеток, парень облизал её, желая притянуть её к себе, как тут услышал самый страстный женский стон. Видимо это была не таблетка. Ноги Эклер задрожали и та не выдержала, полностью упав на лицо парня. Одышка сопровождалась продолжительными стонами дамы, разносящиеся по всему подвалу. Даже Коритора на момент остановился, смотря на фигуру перед собой. Женская спина откинулась назад и опёрлась на пресс икенумовца. Руки бедного химика обхватили бёдра Эклер и подняли с себя. И вот Оцукин снова знал каков на вкус чистый O². Он посадил нума к себе на ключицу, продолжая пялиться в потолок. — Эй…       Икенумовец опустил взгляд и увидел перед собой картину, где на его теле сидела Эклер с раскрытыми ногами, показывая всё, что между ними, а сзади был нависающий Коритора, наблюдающий за реакцией парня снизу. Затем перед лицом химика оказались пальцы Эклер, которые та запихнула их в себя и, раздвинув изнутри, показались три грибочка, что "выплыли" на ключицу парня. Все они были покрыты жидкостью дамы, а значит.. наверное можно было принять их без воды? — Держи, заслужил с руки.       Эклер положила все три в рот химика, но на этот раз даже не пришлось заставлять. Оцукин сам их проглотил, не делая лицо отвращения. Сзади уже полностью стояла страсть любви этого химика. Присев поближе к паху, девушка схватила его руками и, сделав кольцо из пальцев, медленно прошла сверху донизу. Механик стал в таком же темпе двигаться. Химик прикрыл глаза рукой и нервно засмеялся, тихим голосом прокомментировав: — Такое чувство, будто вы издеваетесь… Сначала ебали как ненормального, а теперь будто какие-то неженки.       Этих слов было достаточно. Коритора начал набирать темп, а Эклер сжала во всю руку, что было. Вот теперь его трахали по-настоящему. Механик схватил бёдра Оцукина, сближая их к себе, и ведя ими в разные направления. Он хотел задеть каждую стенку изнутри, пройтись по всему, что было там. Нума, чуть ли не лежавшая на Оцу, взяла второй неиспользованный шприц и приставила к DICK'у того. Вены были хорошо видны, так что девушка стала аккуратно вводить иглу. Почувствовав что-то колющее, химик напрягся (снова послышался стон сверху). — Ч-что там? — Не имея свой собственный длинный хуй (а он бы больше, чем у вас двоих вместе взятых), я решусь испытать подобное на тебе. — Оцукин, если тебе будет больно, т-то, — хриплый мужской голос прокашлял, — скажи сразу, я заставлю убрать шприц. — ТАМ ШПРИЦ? — Сука, ВОТ КТО ТЕБЯ ПРОСИЛ ОТКРЫВАТЬ РОТ?! — Эклер достала иглу из органа парня и кинула подальше.       Химик почувствовал что-то невероятное, но оно действовало! Сжав кожу дивана, он стал глубоко дышать, теряясь в пространстве. Эйфория, экстаз и возбуждение теперь царило в нём и в его мыслях. Увидев как изо рта парня пошла слюна, двое нумовцев переглянулись. Девушка кивнула Кориторе, но теперь парень хотел помочь другу… высосать яд… ведь друзья так делают……… Он вытащил себя из Оцу, наклонился к его чести, и обхватив при этом свой и начав самоудовлетворяться, параллельно работая ртом. Но видимо Эклер не собиралась оставлять бедного нумовца на диване без проникновения. Она встала и пересела к месту, где ранее был Коритора. Достав из себя слизь, та обмазала свои средний и указательный пальцы и прильнула к внутреннему миру Оцукина. Пусть сантиметры её пальцев были и поменьше размера льда у Кориторы, те были куда поворотливее и ловче.       Мужской стон пронёсся по всей комнате и не прекращался ещё пару минут. Подумать только, что от такой маленькой дозы мозги парня были похожи на кашу. Он больше не контролировал ни слёзы, ни слюни, вытекающие из него. Одной рукой Оцу поглаживал мокрый лёд Кориторы, а другую перекинул сзади себя и та свисала с дивана. Что за блаженство… Чуть не закончившись там (и прям в рот Кориторе), икенумовец выгнул спину, но неприятная боль внутри заставила позабыть об этом. Эклер злобно пялилась на парня своими круглыми зелёными глазами, явно ещё не насытившись тем, что тут было. Коритора тоже прекратил свои действия и повернулся к девушке, негодуя… — Что ты делаешь? — обращаясь к даме, холодно спросил нумовец, "спасавший" друга. — Я должна думать не только о Вас двоих, начнём с этого. Садитесь оба на диван.       Парни, пожав плечами, послушались Эклер. Те сели поближе друг к друге, чтобы эта бестия села к кому-то одному. Когда та вернулась с трубкой в руках, то дала сначала Кориторе и потребовала того закурить, а затем передала трубку Оцукину, приказав сделать тоже самое. Каждому хватило по одной затяжке, чтобы начать кашлять, это позабавило наркоманку. Она положила обратно курево себе в рот и уселась между парнями. Никто ещё из них не успел завершить ночь. Пальцами раскрыв себя снизу, девушка села на страсть Кориторы, сразу же начав двигаться. От неожиданности сам икенумовец растерялся, но потом положил одну руку на бедро Эклер, как бы придерживая. Затем та схватилась за Оцукина и приставила его туда же, где был и Кориторы… — И запомните оба! Ваша гейская история закончится проникновением в меня, ПОНЯТНО, А?!       Тут нума резко села и… все трое заорали. Кто-то от боли, кто-то от радости, а кто-то уже просто хотел покончить со всем этим. Даму обхватили руками с двух сторон и, спустя некоторое время, ребята наконец нашли один темп. Коритора впился иероглифом в спину девушки, вдыхая запах той, а Оцукин кусал её рёбра, проходил языком по коже, покрывающей косточки. Пока сама Эклер скакала, выкуривая трубку и перестав сдерживаться. Смех разносился по всей комнате, приглушая страстные звуки соития трёх икенумовцев. Все они не верили до последнего в то, что происходило сейчас. Запах смазки перемешивался с никотином, создавая сладкий аромат. — К-когда вы к… конч… б-БЛЯТЬ! МИНУТУ ВНИМАНИЯ! — ребята тут же перестали двигаться и лишь томно смотрели на Эклер, что выдохнула пар от табака и продолжила, — Когда вы кончите, то… То выливайте себя вот сюда.       Она указала на стеклянную колбу, где внутри был не расплавленный меф. Видимо и сама посуда была новенькой. Не ответив ничего, парни лишь кивнули и продолжили доводить себя.       Первым кто закончился был Оцукин. Вспомнив про слова Эклер, тот подбежал к колбе и сделал что хотел именно в неё. Правда немного не попал, но часть была там. Затем Коритора, но тот видимо был настолько недоволен задумкой наркоманки, что решил проигнорировать просьбу той. Достав свой лёд, он выплеснул на живот дамы, а от этого уже и сама Эклер обмазалась своим кремом.       Ребята молча смотрели друг на друга, пока Эклер уже откашливалась от никотина в её лёгких. — Твою мать, кха—! Последнее канадское производство между прочим. Пиздец… — Ничего. — Оцукин взял со стола зажигалку и подошёл к дивану, пнув колбу со своей CUM и нерасплавленным внутри мефом, — Попробуй выкурить меня. Может понравится.       Коритора лишь вздохнул и молча вышел из комнаты за Оцукином. Никому из них больше не хотелось тут находиться, ни за что и никогда более они сюда не вернутся.       А Эклер закурила, задумавшись: — Мда… Только меф испортил.