Рождественский вальс для Красной шапочки

Первый человек, о котором ты думаешь утром и последний человек, о котором ты думаешь ночью – это и есть причина твоего счастья.

      — Господин Чон, — в кабинет зашёл секретарь с кофе и файлом под мышкой, — Вы просили, — и он поставил на стол кофе и положил распечатку и также тихо ушёл, пока сам господин Чон стоял у окна и смотрел куда-то вдаль, где солнце искрилось в окнах напротив.             Вот уже несколько лет прошло, как в его дом, ставшим пустырём, не входил омега. Уже много лет его, не́когда, супружеское ложе, не посещал никто другой, кроме него самого́, где бы он мог ночами кого-то гладить, любить, укрывать... Носить на руках такого непослушного и... послушного.       Да и возможно перестали бы называть его монахом в его тридцать семь лет и со страхом он не смотрел бы в будущее, где он может жить бобылём со своим псом. А теперь поселилось в нём чувство, сродни боязни, а что если эти стройные ноги, что вошли к нему на порог, исчезнут после первого недоразумения?             С тех самых пор, как он застал его на «горячем», он перестал верить во взаимность чувств и сродные души, которые не́когда клялись быть вместе до гробовой доски... Банально, можно сказать, и люди снова будут правы.       А какой смысл быть в браке, если не говорить по душам при свечах за бокалом вина? Какой смысл брака, если вы не смотрите фильм, укутавшись под одним пледом, переплетаясь ногами? И не гулять в парке? А просто сидеть дома, по своим комнатам и ругаться в переписке? И при любых проблемах закрываться на сто замков, нежели просто говорить?       Его мир стал тусклым и бесцветным и он чувствовал себя осколком разбитого стекла. И каждый день он начинал с того, что заново учился жить, изгоняя из себя то чувство, когда сердце, кажется, не застучит снова, но оно стучало и билось вопреки.       Он был уверен, что нескоро порог его дома переступит кто-то такой буйный и неугомонный. Но именно тот вечер стал для него началом чего-то нового. Именно тогда он увидел его лицо, объятое болью от падения и в душе словно зазвенели колокольчики, возвещая его о той самой сродной душе, как в том, его любимом, аниме.       Он с точностью помнил те моменты, когда омега ворвался в его жизнь: яркий, импульсивный, отчаянный. Именно тогда он вдохнул полной грудью, а мальчик и не знал, что он только что исцелил каменное сердце альфы, заставляя его биться по-новому. И почему он думает об этом, словно это произошло так давно, хотя не прошло и пару дней, а он готов перечеркнуть всё, что было до...             Уж простите, за любознательность, но бывает и такое, когда без спроса человек лезет в чужое и это позволяет ему узнать, с кем он имеет дело. Почему на каком-то ментальном уровне он знал, что всё это неспроста? Неспроста ведь так случается, что люди встречаются по чьей-то воле, не ими придуманной, но кем-то предначертанной?       Не мог он сосредоточиться, где слышал это имя, такое нежное и в то же самое время на слуху оно у него было, только исчезло как-то из памяти, чтобы вернуться к нему в Рождественскую ночь. И та история, что перекликалась с его собственной...       Имя отца его, Ким Намджуна, до боли было знакомым и он с трудом вспомнил, что это именно тот омега, сын его.       Заносчивый невежа...       Это получается что он..?       Что он и есть тот самый состоятельный брюзга???                   Из кабинета доносился смех и секретарь поднял голову, не сразу понимая, что вообще-то этого не может быть, так как не может быть в принципе! Подойдя к двери, он прислушался и рот открыл, но тут же побежал на место, хватая телефон и ручку, изображая полную занятость и рутину.       Дверь громыхнула о стенку и несчастный увидел перед собой босса, только оболочка была другая – на него смотрел его президент, Чон Чонгук, и улыбался!! Это вообще возможно?? Захлопав глазами бета отодвинулся немного, готовя крест под столом, ибо это было явно какое-то проклятие! Его босс не умеет улыбаться, а это явно сам чёрт в него вселился!       — Коня мне надо, белого. Да гриву подлиннее и чтобы породистым был, — отчеканил по привычке, вводя в о́торопь помощника.       И тот, хватая блокнот дрожащей рукой стал вносить данные.       — Позвольте узнать, господин Чон, — замямлил бета, — Из какого материала должен быть выполнен конь и какого размера и цвета... Хотя да... Белого, простите... — он быстро записывал, а сам боялся переспросить лишнее, ненароком дратуя «главного».       — Живого. Бегого. Коня! — с расстановкой и без капли сомнения выпалил альфа, — И мне нужна Ваша помощь, идёмте, — и сам, не дожидаясь, босс пошёл по коридору, чеканя шаг, как на плацу, пока за ним бежал несчастный бета, молясь, как в последний раз.                               🤍🤍🤍       — Может быть ты поешь что-нибудь?       На пороге стоял Джин, глядя на потускневшего сына и его желудок скрутило от тревоги за ребёнка. Омега не знал, что сказать сыну, чтобы найти правильный баланс между сочувствием и заботой. Разговоры о больнице бесполезны, ибо тут дело в другом...       — Ты ведёшь себя глупо...— начал папочка, аккуратно подбирая слова, — Нужно поесть, — и он убрал поднос на стол, садясь к ребёнку на кровать; и разве важно, что лялечке так много лет? Пока есть родители – значит он ещё маленький... — Ты не ел с тех пор, как приехал, малышка, я же беспокоюсь... — и Джин прикоснулся ко лбу сына, — Миска твоих любимых хлопьев с молоком, — и он коснулся пальцем родинки на носу омеги, — Кто обидел моего мишку? — шепнул ему папа на ушко и Тэхён свернулся калачиком, укладываясь на коленях папы, — Ты только скажи мне и за тебя горлышко любому перегрызу, — пошутил Сокджин и посмотрел на раскрытый альбом с фотографиями.       Омега переворачивал плотные страницы и улыбался, глядя на их совместные фото. На большинстве из них Тэхён был изображён с родителями и на каждой из них он ярко улыбался, а его лицо светилось, пока он сам кутался в любви родителей – в нежности папы и силе и властности отца.       — Что говорит тебе твой внутренний интроверт? — спросил старший омега и погладил сына по светлым волосам.       — Что нужно выпить, — без стеснения пробурчал Тэхён и уткнулся в папины коленки.       — Милый...— омега уже не знал, с какой стороны подходить к сыну, ибо на всё тот отвечал однозначно и печально, — Ну что с тобой происходит? — а сам ведь понимает, что мальчик его влюбился – родительское сердце ведь всё чувствует.       — Я в порядке, — и снова односложный ответ.       — Ты не поделишься со мной? — и Сокджин поцеловал сына, когда тот встал и сел рядышком, облокотившись о папино плечо, — Давай сходим в спа-салон, — предложил он суперскую идею, хотя знал наперёд, что и она провальна.       — Я хочу уехать... — прошептал Тэхён, а сам бы и побежал туда и спросил бы, куда бы Джей уехал... Он бы поехал вместе с ним, да хоть на край света!       — Ну значит поедешь, если хочешь, — не стал с ним спорить папа, заглядывая в печальные глаза, — Только ты пожалуйста... — и Тэхён глянул в ожидании на папу, — Давай после встречи с господином Чоном, а потом я тебе сам соберу вещи...       — О Господи!! — заныл Тэхён, пряча голову под подушку, — Меня нет, скажите ему, что я умер...       — Тьфу-тьфу-тьфу, — заплевался папуля, — Гадости не говори, — и сам уже встал с кровати, — Давай сынок, вставай, ну не конец же света!       — Ладно, — вздохнул глубоко Тэхён, — Где там твой старый пердун и я пойду спать...       — Ну почему же старый? — спросил Джин, глядя на себя в зеркало, — Он ещё ого-го! Я бы у-ух! — и он так и заиграл бровями, хитро улыбаясь.       — А отец тебя не заревнует? — и Тэхён улыбнулся, глядя на своего красивого папу, — Вам так повезло двоим, — и они обнялись молча, слушая сердцебиение друг друга, — И я вас очень люблю, — и Тэхён ещё крепче обнял папулю, целуя его куда-то в шею.                               🤍🤍🤍       — Я не понимаю, как это могло произойти!? — вот уже, как полчаса помощник господина Чона клялся и божился, боясь посмотреть в злющие глаза босса, — Я клянусь!! — оправдывался он, набирая тот же самый номер телефона, но там было недоступно, — Мы же с ними договорились..!— он едва не плакал и с опаской смотрел на президента, не узнавая в нём своего привычного Чон Чонгука – всегда хмурого и серьёзного, всегда в чёрном костюме, от Кутюр, а сейчас...       Сейчас перед ним стоял тот же самый Чон Чонгук, только в идеальном белом костюме, сшитым на заказ в считанные часы по особой задумке, в стиле... Непонятно в каком стиле, но такое сейчас точно не носят, в этом он был уверен!       — Если мне сейчас же не подгонят моего белого коня, то этим конём станешь ты и повезёшь меня, куда я тебе скажу! Тебе ясно? — тон босса был совсем негромким, но интонация голоса ни о чём хорошем не предвещала!       Именно таким голосом он увольнял бездельников из своей фирмы, которые зря протирали штаны в его офисах, и лишал премий и всяких там наград.       — Вот-вот-вот, — защебетал секретарь, услышав длинные гудки в трубке телефона, тыкая пальцем туда же, — Алло... Да... Да, это мы заказывали, да... — он слушал, что ему говорили на том конце провода, бледнел и краснел... Потом он оттягивал во́рот рубашки, освобождая себя от тисков, а потом он перевёл растерянный и затравленный взгляд на босса, прощаясь с нагретым местом первого помощника.       — Что? — проскрипел голос Чона и бета явно и отчётливо услышал, как палач проводит лезвием топора по точильному камню, предвещая скорую смерть, в случае невыполнения работы!       И бета прям и представил, как его несчастная головушка покатится по белому снегу, окропляя всё красненьким и в глазах у него потемнело, а в животе помутнело и что-то неприятно прогудело там же, предвещая весьма печальные последствия.       — Как я и предполагал, да? — и помощник почувствовал, как его взяли под белы рученьки и повели на эшафот, — Ничего не хочешь мне сказать? — с мнимой улыбкой Чон обратился к секретарю и тому очень сильно приспичило в туалет... Прям очень сильно...       — Там... — и он правда, не знал даже, как выразиться правильно, — Там... кажется... Не получается... Там... — и он так тщательно подыскивал нужные слова и выражения, ощущая, как по спине пот катится градом, — У Вашей лошадки... — и как сказать об этом? — Д-диарея... — и бета почувствовал эти же симптомы и у себя, вот прям секундочки и ему тоже понадобится помощь, а желательно горшок!       — Так... — и это его «так» сквозануло, будто плетью прошлось по спине несчастного, — Давай, наклоняйся и вези меня... Конь...волшебный...мой...— и бета сглотнул слюну, а казалось, что кинжал, когда босс на него смотрел со звериным оскалом.       — Подождите, босс! — взмолился бета, чувствуя настоящий кирдык, — Ну почему именно белого коня?! — едва не заплакал он, и правда не понимая, почему нужен именно белый конь?? — Есть же другие цвета, господин Чон... — и бета опешил, когда Чонгук схватил его за грудки, приподнимая над землёй, что только носки его обуви едва касались белого снега, — С-серый, например, — и секретарь скуксился, готовый расплакаться прям сейчас и сию минуту, — Или г-гнедой, например... Или ч-чёрный... Ну или в к-к-крапинку... — и на каждом слове он заикался и, как ему казалось, он становился всё меньше и меньше.       — Где ты видел принца на коне в крапинку? — зарычал Чонгук ему в самое лицо, плюясь в него слюной, — На каких, блядь, конях приезжают принцы?? — и он смотрел в ошалелые глаза помощника, готового потерять сознание в любую секунду.       — На б-белых... — промямлил помощник, только сейчас понимая суть вопроса, ругая себя за свою нерасторопность в таких ситуациях.       — Вот я и спрашиваю у тебя!! Где мой конь?! Белый?! — и Чонгук отпустил бету, по-честному боясь остаться без своего лучшего, уж чего греха таить, помощника.       — Но что же я могу..? — заныл тот, расставляя руки в стороны, — Наверное он Вас испугался, — не нашёлся, что сказать умнее, — И обосрался... — выдал правду, как на духу, а ему бы и самому не повторить такой инцидент.       — Пиздец!? — как заключение всего этого действия, закричал Чонгук, — И как я появлюсь перед ним?? Вот так?? — и он оглядел себя, — Ты видишь подо мной коня?? — опять он заорал, не выдержав напряжения, на что секретарь отрицательно покачал головой, — Вот и я не вижу! — чуть ли не на визг перешёл Чонгук.       — Но есть же лимузин... — вспомнил бета, перекрещиваясь мысленно.       — На хуй мне нужен твой лимузин?? — не понимая ответа взвыл альфа.       — Ну, как же... Как в «Красотке»... Помните..? — и он с такой надеждой глянул на босса, — Век технологий и прогресса, всё-таки..! — а сам едва пищит, втягивая голову в плечи, — Может прокатит, а? — а сам и думает, может и правда, прокатит?       — Давай мне свой лимузин, чёрт с тобой! — выдыхает Чонгук, глядя на время, как оно уже и поджимает, — Будем повторять неизменный подвиг, — и он закрыл глаза, уже представляя, каким придурком будет выглядеть...       А на коне бы не выглядел придурком, правда??                               🤍🤍🤍       По улице медленно ехал лимузин, с мужчиной на самой крыше. Люди повыходили из домов, глазея на такого себе смельчака или придурка, но каждый омега завидовал, что к кому-то едет этот самый Ричард Гир, корейского разлива, покорять сердце некоего счастливчика.             — Что там происходит? — и Намджун посмотрел в окно, как там собиралась толпа за медленно ползущим лимузином, — Идите-ка гляньте, — обратился он к своей семье, — Это же... — и он не сразу поверил своим глазам – на крыше лимузина стоял его молодой и амбициозный президент компании, Чон Чонгук, собственной персоной, а здади шлейфом собралась толпа зевак, в воодушевлении глядя и ожидая продолжения.       — Ой Господи... — теперь уже запричитал Сокджин, не веря своим глазам, — Так это же...— и он, схватив сына за руку, потащил его к дверям, пока Тэхён мотылялся за папой безвольной тряпочкой, — Сыночек... — они остановились в прихожей и папа повернулся к сыну, глядя на него так волнительно, тихонечко хлопая в ладоши, сразу поправляя сы́ночке причёску, — Ты только не волнуйся...       — Пиздец, — вылетело у сы́ночки, когда он подумал, что после этой фразы наступает именно пиздец.       — Это господин Чон... Тот самый, за которого я тебе и говорил, — и сам Джин затрепетал, как юный мальчик, предвкушая любовь, как в сказках, — Пожалуйста, сы́ночка...— он так отчаянно посмотрел омеге в глаза, — Только одно свидание с ним и я от тебя отстану, — и он скрестил два пальца, обещая сохранить свою клятву, и, не дожидаясь ответа, открыл перед ним дверь, а сам убежал в прихожую, к мужу и прилип до окна!       Тэхён выждал какое-то время и повернулся, рассматривая перед домом непонятную толпу.       — Чё за хуйня? — он оглядывал народ, потом увидел, как к дому медленно подъехал белый лимо с Джеем на крыше...       От удивления он раскрыл рот, хлопая ресницами, не веря своим глазам и просто смотрел, как из автомобиля выскочил невысокий человек в глупой одежде и поспешил к капоту машины, откуда уже спускался сам Джей, игнорируя поданную ему руку. Он лихо спрыгнул с капота и медленно пошёл к дому, не разрывая зрительного контакта с омегой, которого он сразу заметил.       И Чонгук никогда ему не скажет, что ему было безумно страшно ехать вот так, не пошатнувшись, и в целости добраться до назначенного места, не упав лицом в грязь.       А Тэхён...       Тэхён смотрел на него, как на какое-то наваждение, пока в его глазах собирались слёзы, а подбородок неконтролируемо дрожал и сердце прыгало, как сумасшедшее...       Не говоря ни слова и не спуская с него взора, Джей опустился на одно колено, протягивая маленькое колечко в скромной коробочке, глядя в глаза самому красивому омеге...       — Ты хотел сказку...— пробормотал Чон Чонгук, чувствуя себя пацаном и превращаясь в принца Джея, — Но мой конь... — и он кашлянул и посмотрел на своего верного па́жа, стоящего в сторонке, с глупой улыбкой на лице, — Он подвёл меня, — и теперь и альфа улыбнулся, — Но от этого моя любовь к нему не стала меньше, — и он нахмурился, понимая, что сморозил что-то не то, — То есть моя любовь к тебе не стала меньше, — и он понял, что дико волнуется, как мальчишка на первом свидании и конкретно путает слова, — Если хочешь, я так и останусь Джеем для тебя, но меня зовут по-другому... И мне тридцать семь лет уже... но я совсем не брюзга... — и он перевёл дыхание, глотая слюну, — И я хочу спросить у Вас, Ваше величество... Не соблаговолите ли Вы... — и он не договорил, когда Тэхён побежал к нему, смешно скользя по снегу и падая перед ним на коленки, окунулся в объятия и уткнулся в плечо, пряча слёзы... — Это значит да..? — и альфа почувствовал, как омега много-много-много раз кивает головой... — Ты нужен мне, Тэхён... — и омега почувствовал его объятия, — И у нас с тобой всё получится... Вот увидишь...— и кажется, что Тэхён не мог сдержаться, чтобы не разреветься, — Ты только верь мне...       — Я верю тебе... Честное слово...— прогудел Тэхён забитым, от слёз, голосом...                                     🤍🤍🤍             — И какой ты после этого друг?! — вопила трубка телефона голосом Чимина, — Алло, ты там?? — орала несчастная железяка фальцетом, пока двое целовались в комнате, а потом смеялись и никого не слышали, кроме самих себя, пока альфа поцелуями вытирал слёзы с лица омеги.       А за дверью стоял папочка, приложив ухо к тонкой фанере, не обращая внимания на своего супруга, тщетно пытающегося оттащить любопытного мужа от дверей комнаты сына.       — Они что, знакомы?! — недоумевал Джин, пытаясь услышать хоть что-то, — Почему я этого не знаю?! — причитал он и отмахивался от рук альфы, — Ты знал?? — зыркнул он на мужа, — Знал и мне ничего не сказал??       — Ничего я не знал! — спокойно отвечал Ким Намджун, с силой оттаскивая омегу от двери, — Он нам сам потом расскажет, пошли, я есть хочу!       — Как ты можешь хотеть есть, когда тут такое происходит?? — возмущался омега, но всё же послушно шёл за мужем в кухню.             — Ты мне должен, ты слышишь меня, алло?? — кричала трубка, — Если бы не я, случилось бы с тобой такое?? — ну прям крёстная фея, а не Чимин, — Короче, я жду от тебя полный отчёт, ты понял?? Ты слышишь меня?? Тэхён??             Но его никто не слышал и после бурных слов и излияний трубка стала замолкать, а потом она стала просить прощения, щебетала что-то, потом на фоне послышался ещё один голос, а потом раздались гудки...             А двое всё также стояли в комнате, прижавшись лбами, крепко держась за руки. Один из них в белом костюме, подстать только королям из сказок, а второй – в простых розовых трениках и объемном худи с капюшоном. И уже никому не приспичит уезжать на другой конец земли, ибо своё счастье Джей уже нашёл, а его белокурый принц будет слушаться, несмотря ни на что...

            И кто говорит, что чудеса не случаются в Рождество?

Верьте в них...

А вдруг, однажды, к кому-нибудь нибудь из нас приедет принц на коне в крапинку?

Ну, а почему бы и... Да??