сногсшибательный Новый год

Что порадовало Сынмина с самого утра так это то, что он проснулся в комнате вместе с Баном. Хоть не в помойке где-то, что было очень заманчивой идеей для пьяного на голову Кима. В горле сушняк дикий, что вырывается только слабый хрип. На хрип резко обернулся сонный Чан. Он подскакивает с кровати и хватает со стола стакан воды, протягивает Сыну. Мин жадно выпивает протянутую воду и тяжело дышит. Голова отдаётся ритмичной болью. — Пиздец… — сказал Ким. — Радуйся, что мы в одной комнате и всё в том же здании, где отмечали праздник, — зевнул Крис и блаженно потянулся. Он утром чувствовал себя просто превосходно. — Мне уже страшно, что мы могли учудить… — Да всего не перечесть. Бан натягивает шорты и ерошит свои кудрявые волосы. — Скоро уже будут звонить и спрашивать, как же прошёл наш вечер. — Ну правильно, ты один трезвый был. — Ну правильно, вы набухались до таких чертей, что смеялись с вида друг друга. — Этого следовало ожидать… — Да я и ожидал. Ожидал этого, а не того, что вы полезете на ёлку на главной площади. — Что блять?! — Ты просыпайся, я потом всё расскажу, — рассмеялся Чан, погладил парня по щеке и поцеловал в сжатые в недоумении губы.

***

Феликс продирает глаза и вытягивает руку, натыкаясь на что-то пушистое и колючие, отчего взвизгивает и мгновенно просыпается. Рядом дёргается Чанбин, который успешно своим затылком сносит ёлку к хуям. — Блять, Феликс! — прохрипел Чан, хватаясь за голову. — Вчера, что ли, не наорался? — Мы где вообще?.. Бин осмотрел комнату. Это была общага трирачи. Уже хорошо! — Наша общага. Хоть не на улице проснулись. — Я всё равно дез… м… дизъе… нахуй, — не смог выговорить слово Фел и грузно сел на попу. — Почему я полуголый? — Хороший вопрос. — Ты меня изнасиловал? — Ты ебанутый? У тебя возможностей изнасиловать меня было больше, чем у меня — тебя. — Что ты со мной тогда делал? Ликс ищет зеркало и находит. Вся шея красная: в засосах и укусах. Он закатывает глаза и смотрит на Со, который гаденько улыбался. — Вот только не нужно говорить, что это не ты сделал. — Ты меня соблазнил! — Пиздюк! Ли грозит ему кулаком, но тут же смягчается. На теле Чанбина не меньше красных отметин. — Я тоже постарался. — Я весь чешусь из-за тебя. — Так тебе и надо! Чан показательно высунул язык, дразнясь. Он принялся искать телефон, но ни в кармане штанов, ни в ворохе остальной одежды его не было. Уже и Феликс подключился к поискам. Они искали несчастную вещь уже битые двадцать минут, пока эта вещь не зазвонила. Из ванной. — О, это Чан-хён! — сказал Бин. — Да? — Скажи, что мы живы! — вклинился Фел.

***

Хван с хрипом поднимает голову с рук. Мутным взглядом осматривается. Он сидел на барном стуле в каком-то баре. В ногах валялся Чонин. Хёнджин хмурит брови и тянется к Чону, но теряет координацию и смачно падает поверх младшего. — Блять… — стонет под ним Ин. — Я не блять, а ягодка! — ответил Хён, поднимаясь с него. — Просыпайся, алкаш. — Сам такой… Они еле встают на ноги. И правда, это был бар. Только никого не было в помещении, кроме них, что немного напрягало. — Мне страшно от того, как мы сюда попали, — говорит Ян. — Зато живые. — Вот радость-то! Чонин тяжело сглатывает. — Остальные где? — Нини, я-то откуда знаю?.. Мне бы самому понять, где мы. Надо Крису звякнуть. — Я знаю, что он уже ждёт твоего звонка. — Ну куда же ему от меня деваться?.. Джин, найдя телефон в кармане брюк, набирает лидеру, попутно обнимая Чона за талию и прикладываясь губами к его виску. — Ой, фу, отлипни! От тебя алкашкой несёт. — От тебя тоже, мелочь. Ротик закрой ненадолго, я покумекаю, — снова целует в висок. — Ты не ахуел? — удивлённо поднимает брови Ин. Хван льнёт к самым губам, всё ещё слушая длинные гудки. Ян мыкнул, ударил парня по груди и, всё же, ответил, наплевав на запах алкоголя.

***

— Минхо! Хё-ён! — трясёт старшего Джисон за плечи. — Отстань! — шипит Минхо, отворачивается. — Проснись, нагибатор блять! — и ударил Мина по ягодице с громким шлепком. — Я тебя сейчас сожру! — мгновенно среагировал тот, прыгает на Джи и нависает сверху, но тут же стонет от резкой боли в голове. Хо падает рядом, схватившись за голову. Сон целует старшего в лоб несколько раз и гладит по волосам. — Дорогой мой и ненасытный, скажи мне, что мы забыли в лав-отеле? — наивно спрашивает Хан. — В смысле? — не понял Ли. Он садится, широко распахнув глаза. Они находились в номере отеля на большой кровати. Вокруг раскидана одежда, на полу валяются наручники, баллон со взбитыми сливками, какой-то тюбик. На стене неоновая надпись: «Секс сжигает много калорий. Худейте с удовольствием!» — В прямом. — Ну… — Минхо оглядывает пол. — Видимо, мы здорово повеселились сегодня ночью. — Я заметил, — и повернулся спиной, на которой была куча засосов, а на ягодицах лёгкие царапины и следы укусов. — Ой… — Вот нужно же было сюда зайти, оплатить на целую ночь номер и отъебать меня! — Ну, Хани! Джисон приложил ладонь к губам Мина, затыкая. В глазах Хо загораются огоньки, он растягивается в ухмылке. Ли внезапно кидается на Джи, опрокидывая на спину, отчего тот взвизгивает. Губы целуют красную шею, игнорируя ярое сопротивление. Они поднимаются выше и натыкаются на другие пухлые губки, которые мгновенно подчиняются и отвечают с тихим стоном. Звонит телефон Хо. Он нехотя отрывается от Сона, ища смартфон в одежде на полу. Хан часто дышит, облизывая губы. — Это Крис. — Так возьми трубку! — Ох, мой сладкий, как я могу ответить хёну, если ты меня так сильно возбудил? — Когда ты уже заткнёшься… Ли хихикает и поднимает трубку. — Да?.. Где мы? Мы в каком-то лав-отеле… Чё ты ржёшь? Какая оргия?!