сногсшибательный Новый год

Группа собралась на общаге макне-лайна и Минхо, потому что старший не хотел готовить на кухне другой общаги. Время семь часов вечера, парни насаются на кухне, готовят и тут же крадут еду со стола, отчего на них прикрикивает главный шеф-повар. Крис и Чанбин отправились за алкоголем, Минхо порхал на кухне под пристальным взглядом Джисона, остальные наводили суету в главной комнате, где собиралось разворачиваться всё торжество.

***

— Никто же не собирается ночевать в мусорном баке, как в прошлом году? — спросил Бан. — Заманчивая идея, — хихикнул Феликс, отчего лидер чуть не выронил из своей руки фужер с шампанским. — И она осуществиться, если ты набухаешься сегодня. — Вот только не надо на меня всю ответственность спихивать! Мне достаточно хватает того, что вы и в трезвом виде можете учинить. — Короче, сначала культурно, а дальше как пойдёт, — подытожил Чанбин. — Наврядли будет культурно, — заметил Минхо. — С такой-то компанией. — Подеритесь ещё, — вставил свои пять копеек Ким, уже отпив игристого вина. — Давайте есть! — воскликнул Чонин и первым сел за стол, восторженно наблюдая разнообразие блюд. Парни уселись вместе, принимаясь за еду. До Нового года оставалось около часа. Пока все были трезвые.

***

— Где Феликс? — спросил с затуманенными глазами Со. — Под ёлку вроде бахнулся, — икнул Джисон, закидывая в рот целую мандаринку. — Куда блять столько?! Подавишься, дурень! — вклинился Хо и разламывает мандаринку по полам прямо во рту, не успевшего закрыться. — Вот тебе прям охота лазить в моём рту. — И не только там, — похотливо поиграл бровями. — Покажешь, где ещё? — Идите нахуй! — Чанбин вскакивает с дивана и отправляется на поиски Фела. Он находит маленькое существо под ёлкой, пожирающее мандарины и листающее журнал плейбоя. — О, Бини! — улыбается тот, увидев на пороге комнаты Бина. — Хочешь забрать свой подарочек? Вокруг талии Ликса повязана лента с бантом на пояснице. Конечно, Со нравится такой подарок. Ещё красивее этот подарок с этим бантиком на пояснице будет смотреться сидящем на его бёдрах. Как размечтался… В соседней комнате пьяно хихикали Хван и Ян, замышляя ночью разрисовать каждого из участников акварелью, нарисовав всякие разные хуи на лбах. Себе они уже разрисовали щёки, смеясь на всю комнату. — Думаю, с самого утра такое зрелище понравится Чани-хёну, — хихикнул Чонин. — Да отвечаю, он будет в ахуе! Новый приступ хохота накрыл парней. — Хватит ржать как кони, — сказал Сынмин. — Мы не хотим слушать, как через стенку целуются Феликс с Чанбином. Уже лучше так! Ким выгибает бровь и демонстрационно направляется к следующей двери. Громко вышибает её, отчего Чан с Фелом вздрагивают и отскакивают друг от друга. — Сосаться меньше надо. — Почему минсонам можно? — говорит Ликс. — Это другое, — Сын идёт дальше и плюхается рядом с Баном в его объятия. Минсоны смотрят в окно и о чём-то хихикают. Чан поглаживает парня по плечу, отставляя фужер на стол. Сынмин недоумённо смотрит на это: — Больше не будешь? — Ради приличия один-два бокальчика я уже выпил, — поясняет Крис и открывает банку газировки. — Держи телефон на готове, скоро начнётся самое интересное. — Я уже записываю, кто куда собрался, чтобы утром забрать. — Позвонить будет достаточно. — Мы и пешком дойдём! — услышал их разговор Минхо. — Вот от туда, куда вы собрались, вряд ли вы дойдёте пешком! — заметил Бан.

***

Пьянки, конечно же, было мало. Нужно идти на улицу! С первых шагов в сугробе оказался Феликс. Завизжав на всю улицу, Фел выплюнул изо рта снег. А упал он туда благодаря Чанбину, у которого шило в жопе заиграло энергичней обычного. Вытаскивали парня оттуда всей компанией. Ликс чуть не потерял там шапку, которую тоже благополучно достали из снега. Отправились на главную площадь, чтобы посмотреть на новогоднюю ёлку. События начали разворачиваться с небывалыми последствиями. — А давайте на ёлку залезем? — предложил Ким. — Поехали! — поддерживает Хан, уже готовый лезть. — И я, и я! — завопили Ян и Феликс. — Куда блять?! — но Чан не успел: парни уже побежали к ёлке. — По-моему, нам выпишут штраф. — Ну хоть не 15 суток в обезьяннике, — ответил Минхо и достал телефон, снимая пьяных друзей, несущихся к бедной ёлке. — Они же не завалят её? — Ну, если бы там был Чанбин, то завалили бы, — задумчиво сказал Хёнджин и тут же получил снежком в лоб об Чанбина. — Долбаёб ты! — говорит он. — Это я?! Ну я тебе сейчас покажу! Между Хваном и Со завязалась борьба снежками. Вскоре они оба оказались в сугробе и тут же присмирели: мало того, что холодно, так теперь и мокро. Растрёпанные и с красными щеками они встают на ноги, отряхиваясь от снега. — Ёптвую мать, — говорит Бин, прикрывая рот рукой. — Они реально на неё полезли?.. — А кто шутил-то? — хохотнул Минхо, шмыгая красным носом от мороза. — Я был уверен в их… м… нем… э… — Намерениях? — подсказал Крис. — Да! — согласился пьяный Хо. — Именно так. Парни действительно полезли на ёлку: схватились за металлические конструкции и начали подтягиваться. Крис шокировано раскрыл рот, Мин с удовольствием снимал, а Со с Хваном, кажется, сейчас лопнут от накатывающегося смеха. — Их нужно снимать! — Стой, хён! — крикнул было Хо, но Бан уже направился к обезьянам. Пришлось и остальным идти за своими парнями. Сынмин благополучно упал на руки Криса, который схватил его и поставил на ноги. Сын уже хотел продолжить штурм, но старший начал отводить его от ёлки. Минхо повезло меньше: Джисон ни в какую не хотел слезать, поэтому пришлось лезть следом. В итоге Хан бахнулся в сугроб. Мин заботливо достал оттуда младшего и начал его оттряхивать, целуя в надутые от обиды губы. Вскоре Джисон уж и думать об этом забыл, льня к Хо всем телом и целуя в красные щёки. Чонин же принялся убегать от Хёнджина. Они намотали вокруг ёлки круга три, когда в Чона врезался такой же убегающий от Бина Феликс. Столкновение Титаника и айсберга выглядело именно так: они смачно ударились лбами, громко застонали и бахнулись в снег. Хён и Со подняли раненных на ноги и быстро оттряхнули. — Мне уже страшно, что может быть дальше, — говорит Бан, сдерживая порывы Кима к ёлке. — А давайте поиграем в игру «бей и беги»? — предложил Минхо. — О! Чур я первый! — воскликнул Джисон, сверкая щёчками. — Это как? — спросил Крис. — Сейчас увидишь, — заговорщески ответил Мин. — Пойдёмте дворами. Ничего не подозревающие парни отправились дворами многоэтажек, где стояла всякой разновидности куча автомобилей. Вот тут-то и разворачивается следующий акт веселья. Джи подходит к одной машине, смотрит в горящие окна. Пинает под ноги снег, а потом резко хуярит по колесу. Сигнализация на ней завыла на весь двор. Сон с Хо уже давно дропанули, только пятки сверкают, и слышен смех. Группа спохватилась и ринулась бежать следом. — Кто это придумывает?! — Ну весело же! — хихикает Чонин. — Я следующий! Таким образом несколько пинков получили ещё 12 машин, которые заорали чуть ли не на весь Сеул. — Так, надо уже домой, вы как алкаши с красными носами, — говорит Бан. — Так мы только что знатно нахуярились, — говорит Чанбин. — О, смотрите! Там акция! Пятый литр пива бесплатно! Нам туда-а-а! — кричит Хёнджин и хватает Яна за руку. — Да куда?! Вам хватит! — Не хватит! Отстань! — показывает лидеру язык и убегает вместе с младшим в бар, находящийся в подвале. — Блин, Чан, я зарядку в общаге забыл, — говорит Бин, шаря по карманам куртки, — я сгоняю по-быстрому? — Я с тобой! — пискнул Феликс и прижался к парню. — Можете не возвращаться, — махнул рукой старший, прекрасно зная, чем это всё кончится. — Слушай, Чан, тебе же не охота слушать нас всю ночь, да? — тихо говорит подошедший Джисон. — Мы в лав-отель махнём с Минхо. — Ну вы даёте… — он удивлённо поднимает шапку со лба. — Да на здоровье! Езжайте уж… Вскоре приехало такси, которое забрало четверых парней. — Получается, мы вдвоём остались? — спрашивает Ким. — Получается так. — Чани, я спать хочу, — зевнул он. — Пошли в общагу тогда. И там мы тоже будем одни. Пара добирается до общежития спокойно. Там они раздеваются и медленно согреваются. Доедают кое-какие остатки салатиков, пьют ещё по фужеру шампанского. Спать Мину перехотелось, поэтому парни включили какой-то новогодний фильмец. Фильм был, откровенно, не очень интересен. Скоро на него стало наплевать, а пара начала заниматься только друг другом: губы сталкиваются вместе в ленивом и нежном поцелуе, как руки мягко обнимают тело. Чан чмокает младшего последний раз и опускается ему на грудь, закрывая глаза. Ким перебирает в пальцах его пушистые волосы и потихоньку начинает засыпать. Вскоре они оба уже мирно сопели в два носа. Только они Новый год встретили спокойно.