сногсшибательный Новый год

— Вау, время двенадцать дня! Рекорд! — хихикнул Крис по телефону. — В следующем году встанем в 10, — усмехнулся Хван. — Не пизди. Ты понял, где ты находишься? — Знаешь, у нас тут два мозга, но ни один пока не вкатил даже в примерную геолокацию. — Дурни вы. — Неправда! — Вы спустились в подвал, в бар, где была акция: каждый пятый литр пива бесплатно. — Слышал, Чонин? Тут каждый пятый литр пива бесплатно был! — А дальше вы узнали, что и текила подвергается той же акции. — Пиздец… И как долго. стоп, неправильно. Со скольки мы тут? — Ну, часов так в 3 ночи вы туда ушли и больше не возвращались. Хоть что-то помнишь? — Я вообще в ноль. — Алкаш. — Бе-бе-бе… Ладно, давай пока. Мы будем выбираться на свет. — Давайте удачи, — усмехнулся Бан, зная, как соблазнительны бывают акции с алкоголем после Нового года, и как моментально на них реагируют мемберы. — Я, кажется, припоминаю, что с нами было… — говорит Чонин. — Надеюсь, мы не трахались на глазах у всех?.. — В этом я не уверен… — Пиздец.

***

Как они очутились в баре не помнит никто: ни Чонин, ни Хёнджин, ни сам Бан. Просто как-то так вышло. Пара с хохотом спускается по лестнице, да так, что Хван чуть кубарем не слетел со ступенек вниз, если бы Ян не схватил неуклюжего и пьяного парня за локоть. Хён продолжает хохотать, теня за собой младшего. — Я требую продолжения банкета! — говорит он и дует губы. — О, да тут акция! Мы здесь надолго! Садись! Парни садятся за барнуб стойку. Им наливают по большой кружке пива. Чокаются ими и делают несколько глотков. Джин демонстративно двигает ближе к себе стул, на котором сидит Чон. Ин улыбается, посылает тому воздушный поцелуй и прижимается к боку старшего. Хван начинает шептать Яну на ушко пошлости, что тот по-детски краснеет и ехидно ухмыляется. Чонин прикрывается кружкой пива, неловко кладя ладонь на бедро Хёнджина. Ведёт ею чуть выше, а потом снова вниз, до колена. Хён на это рванно вдыхает, но продолжает флиртовать. — Хочешь, сходим в туалет? — предлагает Чонин. Теперь покраснел Джин. Подтверждая своё предложение, Чон кладёт руку на пах старшего, сверкая похотливыми лисьими глазками. Кажется, что Хван сейчас сожрёт младшего прямо здесь. — Хочу! — резко отвечат Хёнджин, хватая его за руку. Ин смеётся, торопливо поднимаясь со стула. Они идут в мужской туалет, заходят в одну кабинку. Губы сталкиваются вместе в жарком и громко поцелуе. Руки Яна ложатся на пояс джинс Хёна и медленно расстёгивают ремень, а после пуговицу с ширинкой. Чонин целует шею Джина, спускаясь ниже и ниже. Он приспускает джинсы вместе с боксерами, проводит рукой по возбужденному члену. Чон встаёт на колени, не отрывая взгляда от затуманенных возбуждением глаз старшего. Ин ещё раз проводит пальцами по всему стволу, а после проводит языком. Ян засасывает головку, сжав член у основания. Наверху тяжело вздыхает Хён, зажав себе рот ладонью. Чонин заглатывает член наполовину длины, громко чмокнув напоследок. Он начинает насаживаться на него всё глубже и глубже, параллельно играясь с яичками. Слюна вытекает и капает на пол из рта Чона, но тот даже не обращает внимания: Ин тщательно и качественно сосёт своему парню, совершенно не замечая ничего вокруг. Ян ускоряется, сильнее всасывает. Держась за сильные бёдра, Чонин начинает надрачивать член у самого основания, отчего Джин закидывает голову назад и начинает шумно дышать через нос. Ноги Хвана немного подрагивают. Чон ускоряет надрачивания ещё больше. Хёнджин стонет имя своего парня и кончает ему в рот. У Хёна красные щёки. — Немедленно выплюнь, — приказывает он и указывает на унитаз. Ин повинуется и выплёвывает сперму в открытый унитаз. Ян выходит из кабинки и быстро полоскает рот водой. — А теперь, малыш, моя очередь доставить тебе удовольствие, — говорит Джин, хватает Чонина за свитшот и дёргает обратно в кабинку, закрываясь. — Джини, может, не надо? — рванно отвечает Чон, чувствуя, что он не сможет сдерживаться. Хван уже целовал его и не слушал ни сколько. Губы краснеют от покусываний, уши не слышат ничего, кроме шумного дыхания и чмоков. Хёнджин спускается ниже, оставляет на шее пару засосов. Его руки лезут в штаны Ина, захватывая в кольцо своих пальцев возбуждённый член. — Ты хотел сидеть со стояком в штанах? Ты себя видел, малыш? — ухмыляется Хён, принимаясь надрачивать. Джин глотает тихие стоны младшего через поцелуй, прижимая к стенке кабинки. Ян откидывает голову назад и тяжело дышит. Старший расцеловывает его шею, ускоряя темп. Чонин начинает шептать имя Хвана, выгибаясь в спине. Тот кусает открытую кожу, рукой сжимает талию и быстро дрочит. Младший сильно сжимает руку Хёнджина на своей талии и выгибается в спине, громко простонав. — Так быстро? — улыбнулся Хён, вытаскивая ладонь в сперме парня. — С тобой происходит всё горзадно быстрее. Чон выскакивает из кабинки и моет руки. Следом выходит Джин, который проделывает такую же процедуру. После они, как ни в чём не бывало, вместе садятся за барнуб стойку на свои стулья и спокойно допивают пиво. Бармен подозрительно смотрел на красные пятна на шеях обоих, которые волшебным образом появились только сейчас. Вскоре вместо пива появилась текила. Под ее действием Хван чуть не устроил в баре стриптиз, но Ин вовремя его остановил и приковал к стулу своей рукой. Потом они почти вышли на улицу без курток. И вышли бы, если бы бармен не остановил их и не указал на акцию с алкогольным коктейлями. Маршрут был перестроен, и парни остались здесь на всю ночь. Под утро оба заснули. Ян под действием силы притяжения сполз со стула на пол и благополучно продолжил спать на полу. Кажется, что их сюда больше не пустят… Помимо всего этого, Чонин успел разбить стакан, возместить за это ущерб и спиздить у бармена целую бутылку пива. Благо, что никого из этой парочки не стошнило прямо на стойку или куда-то ещё. Оба успели добегать до унитаза в туалете и изливать всё туда. Хоть какой-то рефлекс был… Конечно, ни у кого на глазах парни не трахались, но смачно поцеловаться никто не запрещал. Да никто и не останавливал. Единственное, их один раз разнимали, когда Хёнджин поставил новый засос Чону на шее, а тот хотел уебать его стаканом и отгрызть хуй. *** — Ты у Чонина на общаге? — спросил Хён, всё ещё разговаривая с Баном по телефону. — Да. Приходите похмелиться. — Обязательно. Бежим, аж волосы назад… Ща приедем на такси. — Вот, как раз остальных подождём. А то все растерялись по всему Сеулу. — Я не удивлён.