А мне не хватает нашей дружбы.

— Четыре дня, — Говорит Хёнджин, опуская голову на стол. — Что четыре дня, сынок? — Сэкиль села рядом с Хваном и открыла ноутбук. — Феликс не писал мне четыре дня, я начинаю переживать. — Хёнджин посмотрел на маму, которая тоже выглядела обеспокоенно. — Странно, не похоже на Феликса. Может, сам ему напишешь? Уверена, он обрадуется твоим сообщениям. — Сэкиль знала, что Хёнджин без надобности писать первым не станет. И что с Феликсом, всегда первым пишет младший. Так что Ли точно удивится, если Хван напишет сам. — Я даже не знаю, что написать. — У Феликса всегда так легко получалось начать переписку. Причём их диалог никогда не начинался с банального "привет" или "как дела". Ликс просто что-то писал, будто их переписка не имеет начала и конца, просто иногда стоит на паузе. — Уже поздно. Если у нас двенадцать ночи, значит у Феликса уже час, если он не спит, то обязательно тебе ответит. Главное напиши хоть что-то, даже просто поинтересуйся, как он. Ты ведь переживаешь за него. — Женщина улыбнулась и потрепала волосы сына. — Хорошо, я попробую. Спокойной ночи, — Хёнджин поцеловал маму в щеку и, встав из-за стола, пошёл в свою комнату. Надо было найти телефон. Тот почему-то оказался под кроватью. Хван зашёл в чат и завис, он даже не знал, что именно писать. Хёнджин решил проверить, не спит ли Ликс, и поэтому зашёл в kakaotalk...в сети. В этом мессенджере у Хвана было три чата, мама, Каыль как староста класса и Феликс. Естественно, что заходит он сюда ещё реже, чем в обычные сообщения или тот же телеграмм к примеру. Но раз Ликс сейчас в сети, значит и сообщения он тоже отправит здесь. Хёнджин набирал и стирал сообщения. Он просто не знал, как начать. Прошла пара минут, а он так ничего и не придумал. Поэтому просто вернулся к варианту, который предложила мама.

От кого: Хван Хёнджин

Феликс, как ты?

Я переживаю за тебя.

Он отправил это сообщение и стал ждать. Минута, две, а в ответ тишина. Феликс все ещё был в сети, но в чат не заходил. Не видит сообщения или игнорирует? Хёнджин не хотел плохо думать про Ликса, поэтому просто ждал. Долго и упорно. — Три ночи, а Феликс так и не ответил. — На телефоне пять процентов, Ликс в сети, а ответов на сообщение нет. Хван поставил смартфон на зарядку и пошёл в душ. А вернувшись просто лёг спать, настроения смотреть лекции или читать не было.

******

— Чёрт, чёрт, чёрт. — Феликс орал на весь этаж. — Ты чего кричишь? — В комнату заглянул Чан и увидел младшего с максимально испуганным и расстроенным лицом. — Феликс, что случилось? — Спрашивает Крис, когда замечает слезы на лице младшего. — Я вчера с подругой общался в kakaotalk и уснул, а мне Хёнджин написал. И теперь получается, что я всю ночь был в сети. Он теперь думает, что я его игнорю. — Ликс упал лицом на подушку и продолжил плакать. — Эй, успокойся, что он хоть написал? — Чан садится на кровать и гладит брата по голове. — Я ещё не читал. — Ну так читай. — Бан Чану аж самому интересно стало. Феликс открыл их чат, прочитал сообщение и обрадовался, а потом в душе появилась ненависть к себе. — Он ждал мой ответ три часа,— Ли снова упал лицом на подушку. — С чего ты взял? — Посмотри на время отправки и на то, когда он последний раз заходил в сеть. — Говорит Ли, а сам завыть готов. — И что, может он с кем-то ещё общался? — У него всего три чата там. Я, мама и Каыль. С Каыль я общался и, собственно, сначала она уснула и потом я, ну, а с мамой он в одном доме живёт. — А может он просто в три ночи заходил проверить? — Нет, это Хёнджин, если он отвечает на сообщения, то будет ждать ответ до конца, а потом только с утра зайдёт в сеть. Он ждал мой ответ. — Феликс чувствует ужасную вину за себя. — Может тогда ответишь ему? — Я не знаю, что отвечать. — Ли стыдно за свой поступок, это ведь он виноват в том, что поцеловал, и в том, что признался в любви. — Скажи, что всё хорошо, либо позвони ему. — Чан потрепал брата по голове и решил уйти, чтобы не мешать. — Нужно просто ответить. — Сделав вдох и выдох, Ли стал набирать сообщение. Он перебрал много вариантов и все казались либо странными и сухими, либо слишком длинными. Он никогда ещё так не думал над ответом.

От кого: Ли Феликс

Всё хорошо, я с семьёй.

Ликс отправил сообщение, поставил телефон на зарядку и ушёл. Ему просто было страшно получать ответ, а вдруг Хёнджин обиделся за его игнор? Поэтому лучше максимально долго больше не брать смартфон в руки.

********

— С добрым утром, мам. — Хёнджин зашёл на кухню, весь растрепанный и сонный. — С добрым утром, как спалось? — Поздно лёг, рано встал, время только десять. Думаю пойти ещё поспать. — Хван зевает и наливает себе воды из крана. — Феликсу вчера написал? — Да, но он не ответил. — Хёнджин понял, что ещё даже не проверял телефон. — Может был занят или спал? — Он был в сети, но даже не прочитал. — Хван поставил бокал и пошёл назад в комнату. — Уверена, у него были причины, ты же знаешь, Феликс - твой друг. — Крикнула Сэкиль вдогонку, но Хван ничего не ответил. Хёнджин зашёл в комнату и, сняв телефон с зарядки, зашёл в kakaotalk, где увидел одно сообщение. От кого: Ли Феликс Всё хорошо, я с семьёй.

От кого: Хван Хёнджин

Рад.

Хёнджин не нашёл, что ещё написать, и стал ждать ответа, но Феликса теперь не было в сети. Конечно, Ликс прочитал потом сообщение, но не ответил, только поставил реакцию. И на этом всё, Хёнджин больше не знал, что написать, а Феликсу просто было страшно хоть что-то писать. Хван хотел, но не мог, он просто не знал, как сформулировать свои мысли так, чтобы Ликс его понял. Дни шли, а написать больше никто так и не решился. Хёнджин все также ходил на лекции по философии, мама таскали по магазинам, и всё вроде было хорошо. Но чего-то не хватало, правильно, назойливого блондинистого парня рядом. Того, кто будет доставать бессмысленными разговорами и неожиданными встречами. Единственное, на что надеялся Хёнджин, так это поговорить в школе, встретиться вживую и всё обсудить. Хван ещё никогда так сильно не хотел в школу, как сегодня. Пусть многие и ноют, чтоб каникулы длились подольше. — Хёнджин, ты так рано в школу? — Да, я уже покушал. Мне в парк надо....— Встретить Феликса, но он этого не договорил. Хван шёл к парку и думал о том, что вот сейчас, сейчас все станет хорошо. Ликс скажет, что все было глупой шуткой и они снова вместе пойдут в школу. Но Феликса он так и не встретил, Хёнджин даже дошёл до конца парка и вышел к дому младшего, но его не было. Времени ждать не оставалось, ведь скоро начнётся урок, поэтому Хван просто развернулся и пошёл назад. Естественно, по дороге Хёнджин задумался, что даже остановился, начиная о чем-то думать, и в школу пришёл только к середине первого урока. — Простите за опоздание, можно войти? — Хван никогда не опаздывал, он приходил всегда раньше всех или не приходил совсем, если на то были причины. — Хёнджин, а я уже маме твоей позвонил с вопросом где ты, проходи, садись. — По лицу учителя было понятно, что тот крайне удивлён опозданию парня. Феликс был на месте, он сидел за своей партой и спокойно писал в тетради. Ли поднял глаза, они встретились взглядом и всё... Феликс опустил голову и продолжил писать так, будто не заметил Хвана. Хёнджин смотрел на это и не понимал, как он его пропустил и почему тот еще злится? Странно. Но да ладно, Ликс в школе, значит они ещё поговорят. Хван сел за свою парту и достал учебники с тетрадями. Первый урок окончился и наступила тишина. Хёнджин сверлил взглядом спину Ликса, а тот вёл себя так, будто Хвана нет. Он не поворачивался, ничего не спрашивал и просто сидел на месте. Может, просто не выспался с утра. — Эй, Феликс, помоги мне учебники перенести. — Около него оказалась Каыль и мило улыбнулась. — Пошли. — Ликс спокойно встал и пошёл за Каыль. — Что-то случилось? — Спрашивает девушка и толкает Феликса несильно в бок. — Ничего. — Ага, ты пришёл с утра пораньше, без Хёнджина, но на вопрос где Хван сказал, что не знаешь, плюс потом припёрся он сам с опозданием. На вас это не похоже, если ты приходишь без него, значит Хёнджина совсем не будет, а если он опаздывает, то ты всегда знаешь причину. Плюс началась перемена, а вы друг с другом даже и словом не обмолвились. Поэтому я и спрашиваю, что случилось? — Каыль, давай поговорим за обедом? — Феликс сейчас и правда не хочет поднимать эту тему. — Окей, как скажешь. Тогда пошли назад. — Девушка развернулась и пошла обратно. — А учебники? — Удивлённо спрашивает Ликс и идёт за Каыль. — Я соврала, чтобы ты вышел со мной. — Девушка показала язык и обняла друга за плечи. В классе Феликс вместо того, чтобы сесть на место, пошёл к парте Каыль и разговаривал там с девушками. Он почему-то не хотел садиться назад. Ликс боялся повернуться к Хёнджину и что-то спросить по привычке. Феликс сам не знал, почему, но боялся. Правда когда прозвенел звонок пришлось все-таки пойти на место. Так прошло ещё три урока и наконец наступил обед. Хёнджин, собрав свои вещи в портфель, взял телефон и направился в столовую. В классе уже никого не было и Хван думал, что Феликс уже сидит за их столом. Правда в столовой Хёнджин обнаружил, что их места пустуют. Взяв еду, Хван пошёл за стол и увидел, что Феликс сидел в компании девушек и о чем-то мило беседовал. Хёнджин понял, что поговорить, видимо, удастся только после уроков, поэтому, тяжело вздохнув, он начал есть. — Я так и не поняла, почему Феликс сегодня с нами? — Вольджу посмотрела на парня и тот слегка смутился. — Нет, я не против, просто ты с Хёнджином обычно сидишь, а с нами только тогда, когда его нет. — Ну, тут такое дело... — Кстати да, ты обещал рассказать, — Говорит Каыль и кладёт в рот кимчи. — Мы с ним немного поругались, если так можно сказать....— Феликсу теперь ещё стыднее, он же не может прямо сказать, что в любви Хёнджину признался. — Странно, мне казалось, у вас всё ок. — А кстати, я всё спросить хотела, а вы с ним встречаетесь или как? — Наён! — Вскрикивает Каыль и сурово смотрит на девушку. — Что? Много кто об этом говорит, вот я и решила спросить. — Наен надула губки и отвернулась, показывая обиду. — Кстати да, много чего говорят про Феликса с Хёнджином. — Минджи, и ты туда же? — Каыль сейчас точно треснет им всем. — Да всё нормально, мне как-то все равно на слухи. Но скажу честно, между мной и Хёнджином ничего нет. Мы просто друзья, хотя....хотя наверное и дружбе уже конец. — Эй, не говори так. Что случилось? — Наён видела, как близки Хван и Ликс, поэтому если он так говорит, значит случилось что-то серьёзное. — Мы...в общем мы поругались и потом Хёнджин ушёл, мы не общались все каникулы. — Феликсу всё ещё стыдно рассказывать, что случилось на самом деле. — Ну, может ещё помиритесь, ничего страшного не произошло, все ругаются. — Минджи улыбнулась и хотела показать, что все хорошо. — Ага, ты же его единственный друг, уверена, он тебя быстро простит. — Вольджу хотела помочь, но сделала только больнее. Феликс и правда единственный друг Хвана, а он просто взял и всё разрушил своей любовью. — Ладно, хватит тему мусолить, давайте есть и в класс. — Каыль прекрасно видела, что Ликс что-то скрывает и не хочет говорить это перед девочками. Поэтому она спросит его чуть позже сама. Девушки и правда замолкли, а уже через пару минут все начали обсуждать новые тренды, косметику и кто где побывал на каникулах. Феликс тоже подключился к разговору и рассказал про его семью и старшего брата, как в Австралии хорошо и чем они там занимались. Всё было хорошо до момента, пока Ликс не перевёл взгляд на Хёнджина, тот смотрел прямо на него и Феликсу стало не по себе от этого. Он злится? Сильно? Ликсу стоит извиниться за тот случай? — Я поела. — Наён отодвигает свой поднос и смотрит, кто ещё поел. — Я тоже, вас ждать? — Спрашивает Вольджу, которая хотела зайти в раздевалку, чтобы взять кофту, ибо на улице холодало. — Нас с Феликсом нет, можете подождать Минджи и идти. — Каыль улыбнулась и посмотрела на подругу. — Я тоже все. — Минджи только закончила пить свой сок. Три девушки встали и пошли относить подносы. А Феликс уже чувствовал, как его будут допрашивать с пристрастием. — Ну что ж, и с чего вы вдруг поругались? — Я поцеловал его, а потом признался в любви, Хёнджин меня оттолкнул и ушёл. — Ликс проговорил всё очень быстро и зажмурился. Было как-то страшно. Каыль знала о его чувствах к Хвану, и Феликс знал, что она знает. Но они ни разу не поднимали эту тему. — Ого....— Девушка не знала, что ей сказать, это было как-то слишком резко. — Во-первых, говори потише, — По сути их сейчас и правда могли услышать, ведь в столовой все ещё находилось достаточно много людей. — Прости, я просто не знаю. Мы не общались все каникулы, я так боялся написать. Это Хёнджин, я даже не могу предположить, что он сейчас обо мне думает. — Феликс сложил руки на столе и спрятал там лицо. Полная безнадежность. — Успокойся, хочешь, я с ним поговорю? — Но Ликс отрицательно покачал головой. Он не хотел, чтобы кто-то в это вмешивался. — Тогда поговори сам с ним. — Каыль тыкает пальчиком тому в макушку, но Ли не реагирует и голову не поднимает. — Не могу, мне стыдно, — Феликс готов завыть от своего положения. Он просто взял и всё испортил. — Проблема так не решится, поговори, обсуди, объясни, чем вызваны твои чувства. Это Хёнджин, он тебя не ударит и не пошлёт, а выслушает. Он же твой друг, — Каыль точно не может быть уверена. Но она точно знает, что Хван относится к Феликсу лучше, чем к другим. У Ликса будто было больше привилегий в общении с Хёнджином. — Я не могу, Каыль, пожалуйста, не лезь в это. Думаю, нам стоит и правда прекратить с ним общение. — Феликс этого не хотел. Но даже если они всё обсудят, всё выяснят, Ликсу будет некомфортно. Хёнджин уже знает о его чувствах, а значит дружбы как раньше у них не получится. — Окей. И всё, они шли молча до самого класса. Феликс не хотел туда идти, поэтому сказав, что ему надо в туалет, оставил девушку одну. Ликс прогулялся до спортзала, и, когда прозвенел звонок, отправился в класс. Последние уроки прошли нормально, Хёнджин не пытался с ним заговорить или как-то обратить на себя внимание. Да и Феликс не сильно старался, он просто хотел побыстрее сбежать домой. Вот только если не Хван, то его доставали другие люди. — Эй, Хёнджин, куда идёшь? — Каыль догнала парня в коридоре и пошла вместе с ним. — В библиотеку. — Коротко и сухо отвечает Хван. — А не знаешь, где Феликс, я просто найти его могу. — Нет. — Ах, да, точно, вспомнила, Ликс же мне рассказывал...— Девушка стукнула себе по голове и, развернувшись, пошла в обратную сторону. — Стой. — Сказал Хёнджин и Каыль правда остановилась. — Что? — Что тебе сказал Феликс? — Каыль была близка с Ликсом, значит он все ей рассказал и, возможно, она поможет им поговорить. — Он сказал, что вы с ним больше не общаетесь и всё. — Девушка пожала плечами и увидела крайнее удивление на лице Хёнджина. — Понятно, спасибо. — Видимо, Феликса и правда очень расстроил его побег. Ну, Хёнджин же не виноват. Он просто испугался и не знал, как реагировать. Хван шёл по коридору и думал, почему Ликс так сказал? Он сам принял такое решение или, может, Каыль его не так поняла. Феликс не хочет общаться или не может? Получается, его признание было не шуткой и он поэтому не хочет общаться? Возможно, что Ликс думает, что Хёнджин злится и поэтому не хочет разговаривать. Вариантов множество, но что из этого правда? Они никогда не обсуждали тему любви и чувств. Хёнджин идёт в раздевалку, надевает куртку и, закинув портфель на плечо, покидает школу. Вот только идёт он не домой, а на задний двор, он так и не нашёл Феликса, так что ему стоит проверить все места. — С Хёнджином ты больше не общаешься и защищать тебя некому. Так мало этого, ты и в любви ему признался, пидор. — Ликс совершил большую ошибку, когда рассказал об этом Каыль в столовой, их и правда услышали. Вот только Феликс не понимает, что нужно этим парням? Обычно им не нравилось, что Ликс общается с девушками, которые им нравятся, а сейчас они знают, что он гей и все равно его бьют. Феликс прятал лицо и прижимал ноги к животу, так хоть меньше боли. — А тебе Хёнджин случайно за такие слова не вмазал? — Всё рассмеялась, а Ликс сжался сильнее. "Нет, но лучше бы сделал это", от удара всё стало бы намного, понятнее чем от побега. Почему Хёнджин просто ушёл? Ничего не сказал? Не ударив и даже не накричав? Феликс лежал и просто думал, когда это закончится? И как потом объяснить маме грязные и порванные вещи? Правда из этих мыслей вывел голос одного парня и потом звук удара. — Хёнджин, ты что творишь? — Ликс не поверил своим ушам и, убрав руки, поднял голову. И правда он, Хёнджин стоял со злым и суровым лицом, смотря на парня, которого только что ударил. — Юнджун, разве я не говорил, что сломаю тебе челюсть, если ты тронешь Феликса? — Ты....говорил...— У парня шла кровь из носа, он прижимал руку к лицу, стараясь её остановить. — Если хоть что-то типа того, что вы услышали, распространится по школе, на месте Юнджуна будет каждый из вас, если всё поняли, то можете идти. — Хёнджин знал, что никто из них не полезет в драку, ведь им это слишком не выгодно. Хван был выше и сильнее каждого из них, хотя нападай они все разом, победа все равно была бы за ним. Парни, перепугавшись, помогли встать Юнджуну и после тихо свалили, если не считать маты, которые они отправляли в сторону Хвана. А Феликс, все так же лёжа на земле, смотрел на Хёнджина как на героя или ангела. Даже несмотря на их "ссору", Хван всё равно помог. Ликс готов был заплакать от собственной беспомощности. За три года Феликс только и делал, что прятался за спиной друга и знал, что его никто не тронет. Но только пронёсся слух, что они перестали общаться и Ликса снова избили. — Держи,— Хёнджин протянул носовой платок, чтобы Феликс вытер кровь с губы, которую, по всей видимости, ему разбили. — Я отведу тебя в медпункт. — Вот только Хван не помог Ликсу встать, он просто поднял его на руки и понёс в нужном направлении. И хоть Феликсу было немного некомфортно и даже в какой-то степени стыдно, он решил промолчать, у него болела нога и вряд ли он смог бы дойти до кабинета медсестры. — Мы поругались, а ты снова вступился за меня, ты хороший друг. — Ликс постарался посмеяться, но получилось слишком наигранно и жалко. — Снова делаешь из меня героя и хорошего человека? — Спрашивает Хван и открывает дверь медкабинета. Он уложил Ликса на кровать и хотел пойти искать медсестру, но Феликс схватил его за руку. — Ты хороший человек, и друг тоже хороший, это я просто взял и всё испортил. — Ли жалеет о своём поступке, очень сильно. Если было бы возможно повернуть время вспять, то Феликс никогда бы не признался Хёнджину в любви. — Потом поговорим. — Хван высвободил руку и вышел из медкабинета, оставляя Феликса одного. Ли стянул с себя куртку и повесил на стул, что стоял рядом с кроватью. Старший вернулся спустя минут пять вместе с медсестрой. Женщина задала пару банальных вопросов и начала обрабатывать синяки, раны и царапины. Было видно, что медсестра совсем не удивлена, ведь для старшеклассников драки являлись обычным делом. Феликс шипел от боли и сжимался, но несмотря на это, то и дело бросал взгляд в сторону Хёнджина, который тихо сидел на кушетке и ждал. — Ну всё, раны обработаны, теперь показывай, что с ногой? — Всё нормально, всего лишь синяк, у меня плотные штаны, приду домой и просто йодом помажу. — Снимать штаны как-то не хотелось, тем более медсестра часто игнорирует слова о боли и делает как ей надо, поэтому лучше и правда сделать всё дома. — Хорошо, постарайся больше не ввязываться в драку, в следующий раз к директору поведу. — Такие слова были стандартны, никто директора из-за этого вызывать не будет. Ну только в случаях каких-то переломов или если кто-то в больницу загремит. — Хорошо. — Ликс кивнул и потянулся за курткой. — Полежи немного, — Говорит Хёнджин и подходит ближе.— Где твои вещи? — Хван имел ввиду портфель. — Где-то на заднем дворе валяются. — Подожди пока, я принесу их. — Хёнджин уходит, а Феликс все ещё сидит, у него грязные штаны и куртка тоже вся испачкана. Не хотелось ещё и кровать замарать. Хван вернулся спустя пятнадцать минут с портфелем Ликса и его спортивной формой. — Переодень штаны, твои грязные и мокрые. — Хёнджин протянул тому спортивную форму и отвернулся. Феликс тихо и без вопросов аккуратно снял грязные брюки и надел спортивные штаны, а после сел на кровать. Хван повернулся и достал кофту и футболку из мешка, переложил их в портфель, а после засунул в мешок грязные брюки и куртку Феликса. Ликс все ещё ходил в осенней куртке, так что она легко поместилась. Хёнджин поднялся и снял куртку с себя, а после помог надеть её Феликсу. Ли ощутил смущение вдвойне, они оба молчали, и Феликс просто не хотел ничего говорить, а Хёнджин молчал большую часть времени. И вот закончив, Хван взял два портфеля и спортивный мешок, а после помог Феликсу слезть с койки. Они шли к выходу из школы ну очень медленно, у Ликса болела нога и он сильно хромал. А после каждого его "Ай" Хёнджин просто останавливался. И как они дойдут до дома Феликса? Точнее не как, а когда? Ли уже хотел просто взять и позвонить маме, сорвать её с работы, чтобы она довезла его до дома, но телефон к сожалению был в его куртке, которая находилась в мешке. И вроде бы все просто, надо спросить у Хёнджина, но Ликс не хотел начинать разговор первым. Сейчас даже не в гордости дело, ему просто было стыдно. — Я могу позвонить маме, и она меня заберёт. — Всё-таки пересилив свое смущение, говорит Феликс. — Она работает, просто дойдём до моего дома, обработаем синяк и я отвезу тебя на своей машине. — Спокойно говорит Хёнджин, придерживая Ликса и помогая ему идти. Конечно быстрее было бы его просто донести на руках, но Феликс вряд ли разрешит. — Хорошо, прости за неудобства, — На слова Ликса Хёнджин лишь кивнул. Они шли больше получаса, а десятиминутный путь до школы от дома Хвана занял сорок минут. И от этого было ещё страннее, ведь они и так задержались в школе, соответственно скоро могла вернуться мама Хёнджина. Плюсом было ещё неудобно за то, что Хван шёл без куртки, ведь отдал её Ликсу. Но старшего это как-то сильно не волновало. Хёнджин, зайдя домой, помог Ликсу раздеться и пошёл в ванную. Там он забросил грязные вещи Феликса в стирку и пошёл искать аптечку. А Ликс же сидел на кухне и просто ждал. Он сам говорил, что больше не будет общаться с Хваном, а теперь сидит у него дома и ждёт, пока старший найдёт аптечку. — Йодом намазать или гепариновой мазью? Ещё есть просто крем от синяков. — Чем угодно. Просто намажь быстрее и отведи домой. — Тебе в любом случае придётся ждать, пока постираются вещи, а потом высушатся. — Стирка идёт час, и потом ещё полтора часа сушка. Так что торопиться им некуда. Феликс ничего не ответил, он просто снял штаны и стал ждать, пока Хёнджин намажет синяки. Ликс мог сделать это и сам, но...но почему-то просто позволил старшему. Хван делал это в какой-то степени на ощупь, ведь синяки еще не проявились. Поэтому там, где он трогал и Ликс айкал, Хёнджин наносил мазь. Выглядело это всё максимально странно. Феликс без штанов, в трусах и рубашке сидит на стуле, а Хван ползает около него на корточках и трогает ноги младшего. Картина не очень, было бы жутко неловко, если бы сейчас вернулась Госпожа Сэкиль. — А если твоя мама зайдёт? — Спрашивает Ликс, когда Хёнджин наносит мазь на синяки около ступни. — Она сегодня задержится немного, но даже если вернётся, то что такого? — Ну да, конечно, ты же каждый день на корточках перед парнями в трусах ползаешь. — Феликс хотел ударить себя, вот и зачем он так пошутил? — Нет, ты первый пока. — Абсолютно спокойно отвечает Хёнджин и переходит на другую ногу. — Здесь почти ничего не болит, только если икра. — Возможно его кто-то ударил или он сам потянул. Хёнджин кивнул и намазал больное место. — Всё. — Хван встаёт и убирает мазь, а Феликс натягивает штаны. Ждать ещё долго, пока постираются вещи, и вроде сейчас лучший момент, чтобы поговорить. Но никто не желает начинать разговор первым. Хёнджин стоит около стола и наводит чай, а Феликс просто молча ждёт. Было жутко неловко, но это ощущал похоже только Ликс. Хёнджин ставит на стол две кружки с чаем и чашку с печеньем. — Мы вчера с мамой испекли. — Говорит Хван и тоже садится за стол. — Спасибо. — Феликс обхватил ладонями бокал, пытаясь согреть руки. — Тебе холодно? — Спрашивает Хёнджин, смотря на то, как Ликс постепенно начинает дрожать. — Немного. — Феликс точно не знает, но он достаточно долго пролежал на асфальте в полумокрой куртке. Так что да, ему сейчас холодно. — Я прибавлю отопление и включу тёплый пол посильнее. — Всё дома в Корее отапливаются через тёплый пол и центрального отопления нигде нет. Только в частных домах, у кого есть деньги, проводят отопление. — Угу. — Ликсу теперь ещё более стыдно, Хёнджин о нём так заботится. И как в такого не влюбиться? — Хёнджин, я дома. — Громко сказала Сэкиль и хлопнула дверью. — Ой, Феликс, и ты тут. — Женщина прошла на кухню и поставила пакет из ресторана. — Чай с печеньем на потом, уверена, вы ещё не поели оба. Поужинаешь с нами? — Да...— Ликс смущённо отвернул голову и весь сжался. Он ещё не взял печенья, так что ничего страшного. — Привет, мам. — На кухню зашёл Хёнджин с тёплой кофтой и накинул её на плечи Ликса. — Сынок, разбери пакет, я пока разденусь.— Женщина все ещё была в верхней одежде. — Хорошо. — Хёнджин стал доставать контейнеры с едой и ставить их на стол. — Мне надо написать маме, что я задержусь. — Твой телефон в ванной комнате, я сейчас его принесу. — Хван достал последний контейнер, поставил его на стол и, убрав пакет, пошёл в ванную комнату. — Феликс, как отдохнул? — На кухню зашла мама Хёнджина и села за стол. — Всё хорошо, с братом встретился. Мы все отдохнули. — Очень этому рада, правда Хёнджин все каникулы с ума сходил. Его очень расстроило то, что ты не писал. Но я рада, что вы помирились. — Помирились? — Шёпотом переспрашивает Ликс. Получается, госпожа Сэкиль знает о случившемся или Хёнджин не вдавался в подробности? Судя по её реакции всё пока нормально. Хёнджин правда переживал? Просто обычно было чувство, что того слабо волнуют какие-то вещи, а вечные сообщения надоедают. — Было очень жаль, что ты никуда с нами не съездил. Мы в Пусан ездили, на Чеджу ещё. Всякие мероприятия посетили и я наконец уговорила его в магазин сходить. — Правда? Заставили что-то купить? — Феликс знал, что Хван упертый и редко покупает новую одежду — Да, зимние вещи. Ещё пару штанов, худи и даже рубашку новую. — Думаю, это лимит на год, и больше вы его туда не затащите, — Тихо смеясь, говорит Ликс. — Затащу, ему ещё выпускной костюм покупать. — Вообще Сэкиль думает, что лучше было бы сшить на заказ. В это время на кухню зашёл Хёнджин и протянул телефон Феликсу, тот кивнул и забрал гаджет. Потом Ли начал быстро набирать сообщение, спустя пару секунд мама ответила, что она не против, если Хёнджин его потом до дома проводит. Феликс поставил реакцию на сообщение и отложил телефон. — Хёнджин, пожалуйста, принеси тарелки. — Говорит женщина, открывая контейнеры. — Сейчас. — Хван достал три тарелки, палочки и ложки. — Еда ещё горячая, так что разогревать необязательно. Приятного аппетита. — У Госпожи Сэкиль явно хорошее настроение. Она будто светилась. Хотя, если подумать, женщина редко когда грустила. И часто говорила, что роль вечно хмурого и недовольного играет Хёнджин, на что всегда получала протяжное "маааам". Первые пять минут прошли в тишине и это напрягло маму Хвана. — А вы воды в рот набрали, или в первый учебный день рассказать нечего? — Нет, всё хорошо. Но рассказать и правда нечего. — Отвечает Феликс и смотрит на Хёнджина, который уже опять витал в своих мыслях. — Ну по вам и видно. Тогда, Феликс, расскажи, как прошли каникулы? — Ну, я отдохнул. Мы много где побывали. Ещё Бан Чан меня на катере катал. Что ещё? — Феликс пытался вспомнить самые яркие моменты. — Думаю, на зимних каникулах мы тоже в Австралию слетаем, да, сынок? — Женщина смотрит на Хвана, а тот будто и не с ними. — Хёнджин? — А? Да. — Ты хоть слышал, про что мы разговаривали? — Смеясь, спрашивает Сэкиль, её сын слишком часто летал в облаках. — Нет. — Честно отвечает Хван и переводит взгляд на Феликса. — А что там пищит? — Женщина вроде ничего не включала. — Машинка постирала, пойду вещи в сушилку заброшу. — Я куртку испачкал, вот Хёнджин и предложил у вас постирать, пока я тут. — Ликс сказал первое, что пришло на ум. Говорить правду о том, что его избили, он не хотел. — Хорошо, так, ты чего так плохо ешь, ну-ка бери мяса. — Сэкиль с Хёнджином всегда правильно питались и вели здоровый образ жизни. Для них слово голодовка не имело смысла. Феликс так не мог, он всегда старался есть меньше, чтобы не набирать вес. Но при этом занимался спортом, из-за чего у него было худое и подтянутое тело. Хотя Госпожа Сэкиль и говорила, что такая худоба болезненна. Поэтому дома у Хёнджина Феликс всегда ест раза в полтора или даже два больше, чем у себя дома. Хёнджин вернулся на кухню и они продолжили есть. Госпожа Сэкиль то и дело накладывала Феликсу еду в тарелку и смотрела, чтоб тот ел. А Хван снова витал где-то в облаках. Так и прошёл ужин, тарелки вымыл Хёнджин, а его мама налила новый чай. Только Ликс сидел на месте и ничего не делал, он знал, что если встанет, то женщина увидит, что ему больно и тогда пойдут вопросы. Но его ничего не просили сделать, и хоть самому было немного стыдно за своё безделье, он всё равно сидел. Они попили чай всё также в тишине, что не могло не радовать. А потом Хван отправил маму спать под предлогом того, что она устала на работе. — Ладно, не скучайте. Хёнджин, не забудь Феликса проводить. — Я на машине его отвезу. — Кричит Хван и слышит как хлопает дверь. И теперь на кухне повисла гробовая тишина. — А... — Я хочу новое видео посмотреть, — Феликс достал телефон и, зайдя на ютуб, включил видео выступления философа, чтобы им обоим было интересно. Он выбрал его чисто случайно. — Я принесу ноутбук. — Всё равно ещё ждать около часа, пока досушатся вещи. Хёнджин спустился спустя пару минут и поставил на стол ноутбук, включая нужное видео. Они не разговаривали, только смотрели и слушали. Именно так и прошёл час. Никто так и не решился завести диалог. — Вещи высохли. Можем ехать. — Хёнджин помог Ликсу дойти до коридора, там помог обуться и надеть куртку. А после, взяв все вещи Феликса, и естественно одевшись самому, Хван, чтобы не тратить время, просто донёс Ликса до гаража. Стыдно ли младшему? О да. Феликс хотел сгореть со стыда. Правда радовало то, что территория огорожена, и их никто не видел. Хёнджин положил вещи младшего на заднее сиденье, а Феликса усадил на переднее. Ликс хоть и видел машину Хёнджина, но внутри никогда не сидел. Весь салон из кожи, оригинальные коврики, полная комплектация. Даже страшно представить, сколько это всё стоит. Феликс даже подумал, что ему жаль портить коврик и наступать на него. — Пристегнись и поедем. — Хёнджин сел на водительское сиденье, пристегнулся и, подождав Ликса, тронулся с места. Феликс рассматривал вид из окна и думал, что это все очень романтично. Ночной Сеул, листва на дороге, ночные фонари. Все это добавляло особенную атмосферу происходящему. Правда доехали они всего за двадцать минут. Ликс решил, что дойдёт сам и хотел выйти, но дверь была заблокирована. — Хёнджин, открой дверь. — Феликс смотрит в окно и ждёт, пока старший выполнит его просьбу. — Ты игнорировал меня весь день. — Хёнджин смотрит вперёд на дорогу и сжимает руль. — Ты три года меня игнорируешь. — Ты злишься из-за этого? — Хван немного не на такой разговор рассчитывал. — Нет. — Я тоже нет, тогда почему ты всем сказал, что мы больше не общаемся? Мы больше не можем дружить? — Хёнджин, как раньше не получится. — Почему? — Потому что. Я не смогу дружить с тем, кого люблю. — Феликс сжимает кулак и всё ещё смотрит в окно. Ему не хотелось смотреть на старшего, ибо Ликс знал, что обязательно заплачет. — До этого же дружил. — До этого ты ничего не знал. — Тогда зачем признался? — И вот, удар в самое сердце. Что ответить Феликсу? Ли даже не думал об этом. Хотя и правда, зачем он это сделал? — Просто не хотел молчать, как ты. — Как я? — Хёнджин смотрел вперёд и иногда бросал взгляд на Ликса, который прижимался к двери и будто боялся посмотреть в ответ. — Ты переживал все каникулы, но не сказал об этом. — Я тебе писал. — Одно сообщение? — Феликс наконец повернулся, и первое, что увидел Хван, это слезы в уголках глаз. Он снова расстроил Ликса. — Я не знал, что больше написать. — Хёнджин достал из бардачка пачку сухих салфеток и дал их Феликсу. — Всё что угодно я напишу тебе ещё, только не плачь. — Хван хотел видеть слезы Ликса в последнюю очередь. Почему они не могут поговорить без этого? — Нам просто с тобой не по пути. — Феликс вытирает слезы и поднимает голову вверх, так легче не заплакать. — Я не понимаю, в чём проблема. Почему мы не должны больше общаться? Меня не смущает твоё признание, и я смогу общаться как и раньше и просто забыть об этом. — А я нет. Ты не понимаешь даже такой вещи, как любовь. Не мою любовь к парню, а даже самую обычную. У тебя есть чёткий план на жизнь, хобби в виде философии и рисования. И там совсем нет места мне. Для тебя наша дружба обусловлена просто географическим расположением. Ты поступишь в один университет, а я в другой. И всё, дружбе конец. — Почему мы не можем общаться сейчас? — Хёнджин правда не видит в этом проблемы. — Потому что тебе достаточно проявить чуть больше заботы и внимания, и я начинаю влюбляться ещё больше. И в конце года мне будет больнее с тобой расставаться. Тебе не понять этого. Ты не то, что в парня, с которым шансов нет, ты даже в девушку никогда не влюблялся. В твоём плане жизни нет любви. Я буду страдать, а ты нет. — С чего ты это решил? — С того, что я знаю тебя. Ты привык быть один, и уже через неделю просто забудешь про меня и нашу дружбу. Если бы я не лез к тебе постоянно, было бы тебе дело до меня? Или если бы не изучал философию? Я всё это время что-то делал, я! А ты нет, ты даже не пытался, ты не знаешь вообще ничего. Хёнджин, ты даже никогда не пытался узнать о моих увлечениях и заняться чем-то, что нравится мне. Все три года мы только и делали, что обсуждали философию, ибо что-то другое тебе не интересно. — Феликс решил высказать всё. Ему обидно, даже очень. Хоть Ли и говорил, что привык к такой дружбе, но это было не так. — Ты любишь смотреть драмы, и обсуждать моду с девочками. По парку ты ходишь лишь только потому, что это быстрее, хотя больше хочешь ходить вокруг, по дороге, где много домов и магазинчиков, особенно если это ночь. Ты боишься темноты. Любишь готовить, а в частности что-то печь и много-много болтать. У тебя много личных дневников, которые ты любишь украшать мини-рисунками и наклейками. И именно поэтому готов часами торчать в канцелярском магазине, ища определенные карандаши или ручку. Ты также любишь танцы. Этих знаний о тебе досточно, или мне продолжить? — Ты.. — Я всегда стараюсь. На танцы ходил ради тебя. В канцелярских магазинах стою по несколько часов ради тебя. Я ем сладкое, которое не люблю, лишь только потому, что ты готовишь сам и я не хочу расстраивать тебя. — Ты сам готовишь печенье. — Сегодня ведь его угощал. — Я пеку его для мамы, ведь сладкоежка она. Мне сладкое не нравится, но ты постоянно что-то печешь и вечно таскаешь в школу, чтобы меня накормить. А я просто ем через силу, чтобы тебя не расстраивать. Я стараюсь ради нашей дружбы, но не так открыто и сильно, как ты. Я правда стараюсь и пытаюсь измениться...— Хван пытается больше времени уделять Ликсу, их прогулкам. И даже пытается внимание концентрировать на его разговорах. — Это всё равно не отменяет факта моих чувств. — Феликс погорячился, сказав, что Хёнджин ничего не делает. Ведь за такие мелочи он и влюбился, Ликс обращает внимание на каждый жест и действие Хвана. — Значит, мы больше не друзья? — Нет...или да. Я не знаю. Почему я должен это решать? — У Феликса дрожит голос и всё тело. Он не хочет. Он не понимает. Всё...всё, чего он добивался, всю его дружбу с Хваном разрушила его любовь. Хёнджин не виноват, он старался как мог. — Потому что я уже принял решение, выбор остался у тебя. — Я не хочу выбирать и решать что-то тоже. Просто отведи меня домой. — Ликс услышал протяжный звук, и после Хёнджин открыл свою дверь, в салон наконец проник холодный воздух и от этого будто полегчало. Дыхание начало успокаиваться. Хван забрал вещи с заднего сиденья и после открыл дверь Ликса, помогая тому выбраться. Ссора ссорой, но помощь никто не отменял. Хёнджин также как и раньше донёс Феликса до дома и открыл тому дверь. — Привет, Хёнджин. — В коридоре появилась мама Феликса, которая наблюдала за тем, как Хван развязывал ботинки Ликса, сидя на корточках. — Здравствуйте. — Не поднимая головы говорит Хван и снимает первый ботинок. — Всё нормально, мам, можешь идти. — Феликса избили, и у него болит нога. Пожалуйста, съездите с ним завтра в больницу. — Хёнджин старался никогда не говорить перед мамой Феликса. Не то что боялся, скорее просто чувствовал себя некомфортно. Но сейчас речь идёт о здоровье, а Хван знает, что Ликс никогда не расскажет правду. — Феликс, что опять случилось? — Ликс будто всегда находил проблемы на голову. Такое было постоянно, что в Австралии, что в Корее после переезда. Только потом, когда он начал дружить с Хёнджином, это прекратилось. Госпожа Лина была благодарна Хвану за это. — Хёнджин, как так получилось? — Я не уследил, пожалуйста, не ругайте Феликса. — Не буду, но скорую вызову. — Мам, не надо. Я могу ходить, просто немного хромаю. Всё будет хорошо, Хёнджин уже обработал синяки и тем парням пригрозил. — Феликс смутился, ведь по факту без Хвана он - никто. Из друзей у него только девушки и то, из-за этого обычно и происходили избиения. Хёнджин единственный, кто его защищал, хотя и о том, что его били, тоже знал только старший. — Феликс, это.. — Мам, всё нормально...мне надо просто поспать и всё пройдёт. Иди, пожалуйста, в комнату. — Ликсу больно физически, но только если задеть ушибленное место, а вот душевно ему больно с момента признания в любви. — Я ему помогу, идите спать, уже достаточно поздно. — Говорит Хёнджин, расстёгивая куртку Феликса. Женщина ушла, больше ничего не сказав. Феликс потом извинится и всё объяснит. А сейчас он просто хочет оказаться один. — Доведи меня до комнаты, и можешь ехать. — Ликс стягивает с себя куртку и ждёт пока Хван повесит её. А после Хенджин помогает Феликсу добраться до комнаты. — Спасибо, можешь идти. — Спокойной ночи. — Говорит Хван и выходит из комнаты. А Ликс ложится на кровать и начинает тихо плакать. Не такого он хотел. Совсем не такого. Их разговор ни к чему не привёл, они по сути ничего не добились. Или только Феликс. Хёнджин не хочет прекращать общаться, но а как же чувства Ликса? Ли же не может переступить через себя и разлюбить его не может. Почему всё так сложно? Феликс сжался комочком и плакал до тех пор, пока не уснул. Хотя за это время он так и не принял решение. Друзья ли они всё ещё с Хёнджином? А Хван уже решил и просто ехал домой. Он знает Феликса, тот с собой ничего не сделает. Так что можно не волноваться. Нога перестанет болеть и Ликс вернётся в школу. А вот что решит он насчёт их дружбы - уже другой вопрос. Вряд ли Хёнджин может повлиять на его решение.