Stacy's Brother

[Ёнджун] [POV постороннего: Официантка] Кафе гордилось тем, что было простым и безопасным местом отдыха для всех своих клиентов. Сюда посетители приходили, чтобы расслабиться и отвлечься от всего преследовавшего их в мире снаружи. Оно не было слишком популярным, но его все любили. Однако, неприятности врывались даже в такие места как это. И иногда неприятности приходили под видом опрятной чирлидерши, открывшей дверь и подбежавшей к стойке, чтобы заказать напиток с количеством сахара, способным убить ребёнка викторианской эпохи. Бариста не была точно уверена, что произошло – она стояла спиной к ней, готовя кофе, а когда повернулась, девушка – Стэйси – метала взглядом кинжалы в кабинку с двумя парнями, пришедшими примерно полчаса назад. Они закончили со своей едой и пили горячий шоколад, что-то тихо обсуждая, нужно было быть слепым, чтобы не заметить их отношения. Стэйси подошла к ним, сказала несколько слов и в кафе воцарилась тишина. Весь ад вырвался на свободу. Бариста никогда больше не видела никого из них в кафе. Годы спустя она будет следить за дебютом айдола в США. Чхве Даниэль, звёздный танцор. Это было для неё своеобразным финалом. В каком-то роде.

._.

[POV постороннего: Стэйси] Прошёл год с тех пор, как Ёнджун принял предложение от развлекательной компании из США. Прошёл год с её последней ссоры с братом. Год с тех пор, как она вошла в это проклятое кафе и, кипя от злости, столкнулась с ними лицо к лицу. Кай? Она стояла перед его дверью, набираясь смелости, чтобы постучать. Ёнджун… Ну, Ёнджун теперь стал Чхве Даниэлем. Американка, виснущая у него на руке, куда бы он не пошёл, деловая улыбка, застывшая на лице. Он слушал хип-хоп и танцевал, как и всегда, словно пытался убежать от самого себя. Что бы у них не было общего – это изменило их и сначала она была в ярости. Но недели прекратились в месяцы, а они так и не вернулись. Ярость превратилась беспокойство, сменившееся сожалением. Их младшая сестра поступила в университет, её специализацией была сфера развлечений, она готовилась к дебюту в группе. Стэйси последовала за своей мечтой и стала инфлюенсером, любым способом избегая темы любви. Видимо, то, что она считала глупым любовным треугольником, взорвалось и изменило их жизни безвозвратно. Квартира, в которой всё началось, пустовала. Нет, никто не съехал из неё, она осталась пустовать. Кай так и не нашёл смелости вернуться обратно, да и сама она не смогла бы жить в доме, наполненным таким количеством призраков старых воспоминаний. Она не могла зайти на кухню, не вспомнив заразительный смех младшего брата, то, как он оставлял ей еду на столе, когда она возвращалась с тренировок. Не могла сидеть в гостиной, не вспоминая вечера кино, которые они проводили вместе, когда были младше и умнее. Её комната была местом преступления – скомканные салфетки для снятия макияжа и полароиды с девичников. Разочарование её семьи. В комнате Кая царила чистая боль. Незаконченные портреты Ёнджуна. Светлые скетчи и акварель. Маленькие портреты и большие пейзажи. Куда бы она не взглянула, она видела, как он сияет в своём искусстве. Она тоже была в нём. Маленькие фотографии нарядов, в которых, как ей думалось, она выглядит хорошо, её лицо, когда она спускалась в косметической маске по лестнице. Её руки, пока она выбирала кольца, чтобы надеть их на вечеринку, и она с растрёпанными с утра волосами в старой пижаме. Пока Стэйси была занята игнорированием её брата, он никогда не прекращал уделять ей внимание. Никогда не считал её слишком некрутой или злой. Даже с причинами ненавидеть её, в нём по-прежнему была только любовь. Но не теперь. Ни разу с того дня в кафе. Сделав глубокий вдох, она постучала. На полсекунды ей показалось, что никто не ответит, но, к удивлению, дверь открылась. – Заходи. Он вырос – это она заметила первым. Выше и крепче. Больше не тот неуклюжий маленький мальчик, сбиваемый с ног порывами ветра. Может быть, его и унесло бы очень сильным ветром, да, но он вырос. На нём не было красок – это она заметила вторым. И угля. И графита. От холстов, скетчбуков, ручек и карандашей. Никаких кистей на полу, никакой засохшей краски и пустых тюбиков из-под ярко-розового цвета. Она медленно вошла, наблюдая за тем, как он закрывает за ней дверь. – Кай. Обернувшись, он посмотрел ей прямо в лицо. Это был не тот застенчивый и маленький брат, к которому она привыкла. Благодаря этому она поняла – он наконец повзрослел. – Давно не виделись. – попыталась она, но встретила лишь холодный взгляд. – Чего ты хочешь? Мне нужно уходить через пятнадцать минут. – он пересёк свою гостиную, взял сумочку с фотоаппаратом и застегнул её. – Папа сказал, что ты поменял специальность. – Ну и? – Мне жаль. Он напрягся. – Почему ты здесь? – Я пришла извиниться. – она подошла, медленно продвигаясь к нему, чтобы встать за спиной. – Мне жаль, что я винила тебя в том, что произошло. Мне жаль, что я тебя не поддерживала. – Прекрати. – Прости, что я была гомофобом. Прости, что я игнорировала тебя, отказалась от тебя, и не уделяла тебе времени. – Я сказал тебе прекратить. – Прости за тот день в кафе. Прости, что разрушила ваши отношения. Теперь он кипел от злости, поворачиваясь, чтобы высказать своё мнение– – Прости, что я не была хорошей сестрой. – она стояла прямо перед ним, смотря вверх, на лице виднелись слёзы. Это был её единственный шанс, чтобы вернуть брата. – Почему? – его голос был тихим. – Почему сейчас? Почему не тогда? – Про– – Я спросил не про извинения. – его телефон зазвонил, но он отключил его, даже не посмотрев. – Я спросил: почему сейчас? Почему не тогда, когда я целый день плакал в пятом классе из-за того, что твои друзья налили кетчуп в мой набор для рисования? Почему не тогда, когда я шёл долгой дорогой домой, чтобы дать тебе и твоим друзьям время уйти из дома, потому что ты не хотела, чтобы кто-то знал, что твой брат? Почему не тогда, когда у меня был нервный срыв из-за письма с приёмом в тот же университет, в который ходила ты? Почему не тогда, когда я готовил тебе ужин каждый вечер, или когда делал твою домашку по искусству, чтобы ты не завалила выбранный предмет в старшей школе? С каждой секундой его слова становились всё жарче. – Почему сейчас, а не год назад? Мне плевать на тот день в чёртовом кафе! Всё это так или иначе случилось бы! Но почему ты здесь сейчас, а не неделю или месяц после того, как всё случилось? Почему тебе понадобился ёбанный год, чтобы извиниться? – Я скучала по тебе. – она думала, что он может уйти прямо сейчас. Просто уйти, никогда не оборачиваясь. Она вздрогнула, когда он пошевелился, но вместо того, чтобы пройти мимо, Кай обнял её. Он снова был маленьким мальчиком, нуждающимся в ласке старшей сестры. Прощении и одобрении. – Я ненавижу тебя. – всхлипнул он без настоящей злобы. – Я так ненавижу тебя. И она знала, это ещё не конец. Их отношения никогда не будут прежними. Они были хрупкими, шаткими. Но она сделает всё, что в её силах, чтобы никогда больше не подвести его.

._.

[Чхве Даниэль] Всё началось с пары ступенек. Пара ступенек, застенчивый мальчик наверху, смотрящий вниз на парня, учащего химию на диване в гостиной. Всё началось с пары ступенек. Выставка была простой, но привлекала зрителей пачками. Девушки вздыхали и даже парни задумчиво молчали. Отовсюду доносились обрывки разговоров. – …эмоция… – …мрачно… – …привлекает… Картина, по мере того, как он приближался к ней, стирала годы его образа. Чхве Даниэль исчез, и у Ёнджуна перехватило дыхание, когда человек, стоящий перед ним, ушёл. На секунду Ёнджун не был уверен в том, что перед ним. Оглядываясь назад, он понимает, что это, вероятно, было оттого, что он никогда не смотрел с той стороны – в конце концов, он всегда был по другую сторону лестницы. Лишь это. Лишь начало всего. Ёнджун нагнулся, чтобы рассмотреть название: [0x1=<3]. Он обернулся к своему менеджеру. – Кто написал это? Тэхён пожал плечами. – Помнишь Стэйси из универа? Ёнджун кивнул, затаив дыхание. – Брат Стэйси написал это.

Love is not over;

It doesn’t make sense

Story is not over;

It doesn’t make sense

Talk is not over;

It doesn’t make sense

Problem is not over – 

It doesn’t make sense

BTS – Outro: Do you think it makes sense?