Шепот твой стал моим спасеньем

Тао Лу не скрывал своего злорадства, холодно смотря на лорда Му и Хун Люфэна. Он не пожалел сонной пыльцы, поэтому и небожитель, и пиковый лорд лежали на полу без единого движения. Но всё же было нечто, что омрачало его торжество: Юань так и не попал в ловушку. С другой стороны, кто мешает ему обыскать близлежащие пещеры? Ученики и люди из Хуаньхуа? Смешно. Юноша задорно улыбнулся, делая знак сопровождавшим его заклинателям. Свидетели ему всё же не к чему. — Проследите за лордом Му и его спутником, — словно между делом приказал он, стараясь заставить голос звучать непринуждённо. Вот только внутри он трепетал от нетерпения. Каких трудов Тао Лу стоило удержать себя в руках, трудно даже представить. Единственным, что выдавало его нервозность, был трепет рукавов, но не более. Скрывшись за зеленью листвы, он тихо выдохнул и придирчиво поправил ханьфу. Задумавшись на мгновение, Тао Лу позволил иллюзии, менявшей его внешность, исчезнуть. Сейчас она ему не понадобится, тем более, что сил у него, впервые за последние двадцать лет, много. Если бы он пожелал, то смог бы вознестись. Тао Лу шёл по тропе, не оглядываясь, его уверенные шаги почти заглушали приглушённые звуки природы вокруг. Он знал, что ему нужно торопиться, но не мог позволить себе выглядеть поспешным. Тао Лу слишком привык всегда вести себя сдержанно и осторожно. Это место, как и вся ситуация, напоминало ему шахматную партию, где каждое движение имело значение. Он позволил себе скупо улыбнуться, приподняв уголки губ. Скоро, совсем скоро милый даочжан окажется в его руках. Сквозь листву мелькали тёмные очертания пещер, и в груди у Тао Лу что-то неприятно сжалось. Он всегда чувствовал себя неуютно рядом с подобными местами — слишком много скрытых углов. А ещё они пробуждали к жизни дурные воспоминания. Но выбора не было. С каждой секундой Юань мог уйти всё дальше, а он не мог допустить этого. Не сейчас. Пройдя через густые кусты, он остановился на мгновение, внимательно осматриваясь. Пещеры вырисовывались перед ним чёрными зевами, напоминая затаившихся хищников. Здесь царила тишина, но она была обманчивой. Тао Лу знал, что не может доверять собственным ощущениям. Это место играло на нервах, заставляло испытывать ложные страхи. И всё же внутри что-то подсказывало ему, что здесь не всё так просто. «Демоническая тварь…» — мелькнула мысль, и он невольно усмехнулся. С одной стороны, это было бы действительно забавно — если бы Юаня сожрала какая-нибудь мелкая нечисть, обитавшая в этих пещерах. Забавно, но всё же ужасно обидно. Подобное нарушило бы его планы, а этого он позволить себе не мог. Не сейчас, когда цель почти осязаема и вот-вот свалится ему в руки, словно переспелый плод. Тао Лу осторожно приблизился к входу в одну из пещер, прислушиваясь. Внутри царил полумрак, а воздух был густым и тяжёлым, словно пропитанным старыми воспоминаниями и страхами. Время от времени сквозь тишину прорывались странные звуки — то ли шорох, то ли эхо его собственных шагов. Он чувствовал, пусть и слабые, но колебания демонической ци. Вот только казалось, будто что-то перекрывало их. Интересно… — Где же ты, Юань… — прошептал Тао Лу себе под нос, входя в тёмный проход. Чем глубже он продвигался, тем явственнее становилось ощущение присутствия чего-то зловещего. Воздух становился всё более холодным, и даже магический огонь, который он призвал, казался блеклым и неживым. Будто что-то в этом месте поглощало ци. Но Тао Лу не остановился. Его решимость была твёрдой — он знал, что Юань где-то здесь. О нет, все козыри у него, а в пещерах, пусть и на окраине земель Чжаохуа, вряд ли может обитать что-то очень опасное. По крайней мере, он предпочитал думать так. Тао Лу двигался вперёд, ощущая, как с каждым шагом пещера словно сжимается вокруг него, как капкан, готовый захлопнуться. Но он не позволил себе замедлиться. Несмотря на зловещую атмосферу, нарастающий холод и ощущение надвигающейся угрозы, его цель оставалась чёткой, как никогда: Юань. Ему нужно найти даочжана и убраться отсюда. Нет, Тао Лу всё же как следует потрясёт своих сопровождающих, чтобы понять, что не так с этим треклятым местом. Пройдя ещё несколько шагов, он замер, уловив нечто, едва заметное, но определённо присутствующее в воздухе. Лёгкий аромат бамбука и лилий, который он бы узнал где угодно. Это был след, оставленный Юанем. От этого внутреннее удовлетворение взяло верх над тревогой, и на его лице появилась довольная ухмылка. Всё же он всегда любил охоту, даже если охотиться доводилось на людей. Но разве так не интереснее? Он ещё обязательно поиграет с дорогим даочжаном. — Даочжан, где же вы? — прошептал Тао Лу, и его голос эхом разнёсся по стенам. Пройдя ещё немного, он увидел впереди слабый свет, мерцающий в глубине пещеры. Это не был свет от огней или магии — скорее, тусклое, неровное сияние, исходящее от небольшого озера, окружавшего прекрасный цветок. Он прищурился, раздумывая, откуда в этом забытом всеми небожителями месте такое чудо, и вдруг его сердце заколотилось быстрее. Впереди, на полу между озером и стеной, на природной подстилке из мерцающего мха, лежал даочжан. Тао Лу остановился, на мгновение вглядываясь в неподвижную фигуру. Юань лежал на спине, словно кто-то осторожно перенёс его туда. Его бледное лицо, обрамлённое распущенными волосами, казалось ещё более хрупким и беззащитным в этом мрачном окружении, а белоснежная повязка, скрывавшая его глаза, блеклые и тусклые, и вовсе вызвала кривую ухмылку. Тао Лу медленно приблизился, стараясь не издавать ни звука. Он был всего в нескольких шагах от своей цели. Но что-то внезапно остановило его. В слабом, болезненном свете, падающем на Юаня, было нечто странное. Что-то в его положении, в том, как его тело покоилось на земле, заставляло Тао Лу насторожиться. Его интуиция, развитая годами осторожности и выживания, предостерегала его от того, чтобы подойти слишком близко. «Это ловушка?» — мелькнуло у него в голове. Если да, то чья? Что-то упорно подсказывало, что это дело рук отнюдь не даочжана. Тао Лу остановился, внимательно вглядываясь в неподвижное тело Юаня. Нет, что-то здесь было не так. Это было слишком просто. Даже если учесть, что даочжан ослаб за последние месяцы, за прошедшую палочку благовоний он должен был прийти в себя. Он снова скользнул взглядом по лицу Юаня. Тот выглядел так, будто просто уснул. Уснул? Тао Лу внимательнее пригляделся ко мху и лианам, так удачном скрывшим Юаня в первые минуты от его глаз. Неужели это Ляньмянь цао? Небожитель едва не выругался, понимая, что задержусь он еще чуть-чуть и ему досталось бы разве только бездыханное тело. Вдруг он услышал шорох позади себя. На долю секунды Тао Лу напрягся, готовясь к атаке, но тут же успокоился. Он обернулся — перед ним стояла одна из его сопровождающих. — Господин Тао, — ее голос был приглушен, но Тао Лу почувствовал в нем тревогу. — нам нужно срочно уходить. Хотя в лесу Байлу есть множество мест, подобных этому, но нам не повезло. — она нервно вздохнула, сжимая рукоять меча — в этих пещерах был заточен Таньлан-цзюнь. Тао Лу стиснул зубы, пытаясь сохранять самообладание. Он оторвет этим идиотам в золотом головы! Придурки! Да он и сам не лучше, доверился кучке чванливых детей! Больше не тратя ни единого мгновения он быстро подхватил Юаня на руки, краем глаза заметив странное движение позади. Недолго думая он бросил туда печать разрушения, обрушив часть потолка и тем самым уничтожив прекрасное озеро. Несколько капель даже долетели до их, но Тао Лу не было никакого дела до этого. Ему нельзя было медлить и уж тем более разбираться, что за твари обитали здесь. Он не собирался проверять на практике жив Таньлан-цзюнь или не очень. Все же Ло Бинхэ даже будучи полукровкой опрокинул небо и сокрушил землю, а настоящий чистокровный небесный демон наверняка сумеет сделать что похуже. Тао Лу спешно покинул пещеру, держа Юаня на руках. Его лицо оставалось холодным, несмотря на внутренний накал эмоций. Он чувствовал тяжесть времени, ощущал, как что-то в темноте пещеры начинало шевелиться, но не оборачивался. Время было против него, но он не мог позволить себе действовать наобум. Юная заклинательница шагала позади, находясь на грани паники, но Тао Лу не удостоил её даже мимолётного взгляда. Все его мысли были сосредоточены на том, чтобы выбраться отсюда как можно быстрее. Каждый шаг, который он делал, казался ему слишком медленным, но он знал, что паника — худший враг. “Таньлан-цзюнь…” — это имя отозвалось в его памяти холодным эхом. Демон-воитель, которого боялись все бессмертные. Если он действительно был здесь заточён, то они все на волоске от гибели. Когда они наконец вышли на поляну, окружённую густыми кронами деревьев, Тао Лу не дал себе расслабиться. Он замедлил шаг, стараясь не выдать свою тревогу перед сопровождающими его заклинателями. — Уходим, — приказал он тихо, не поднимая глаз. Когда они остановились на безопасном расстоянии спустя примерно палочку благовоний, Тао Лу спешно снял плащ, укутав в него даочжана. Еще не хватало, чтобы тот простудился. Пока люди вокруг суетились, он вернул маскировку на место, одновременно с этим пытаясь успокоиться. — Господин Тао! Что прикажете делать с лордом Му и Хун Люфэном? Тао Лу почувствовал, как в сердце медленно поднялась волна злости. Хун Люфэн. Как он мог забыть об этом досадном недоразумении. Впрочем сейчас он бесполезен. Он не придет в себя, а Му Цинфан… Не стоит слишком рисковать, в конце-концов он пиковый лорд. — Свяжите их и оставьте здесь. Несколько человек обернулись, собираясь возразить, но Тао Лу незаметно отправил в сторону каждого по печати контроля. Запрещенная техника, но кто его осудит? Он ни в едином слове не солгал Лао Гунчжу, пока их дороги пересекались он действовал в интересах дворца, но сейчас им настало время проститься друг с другом. Все, кто видели его должны умереть. Сопровождающих он уберет собственноручно, а на старого главу натравит бешеного зверя. Если правильно разыграть это правильно, Ло Бинхэ сравняет с лицом земли сначала Хуаньхуа, а потом и хорошенько проредит Цанцюн. Он слишком долго ждал и не собирался давать хоть малейший шанс кому-то помешать его планам. Не в этот раз. Когда Хун Люфэн и горные лорды умрут, тогда даочжан наконец-то станет его. У него просто не оставаться больше никого. Тао Лу холодно ухмыльнулся, взмыв в воздух. Люди, с удивлением посмотревшие ему во след, осели на землю, лишившись жизни. Вскоре сюда явятся твари, которых он заранее призвал. Если Му Цинфан не очнется к этому времени, то можно сказать, что судьба действительно милостива к нему. Если же да, что ж, Тао Лу ненавидел целителя ничуть не меньше Хун Люфэна или Шэнь Цинцю. Быть сожранным живьем это как раз то, что он заслужил. Взлетев над лесом Байлу, Тао Лу на миг остановился, оглядывая тёмную чащу внизу. Даже отсюда, с высоты, пещеры казались неприметными, скрытыми от чужих глаз. Он знал, что за этими деревьями лежат тела тех, кого он только что оставил, но это уже не имело значения. Ему нужно было двигаться дальше. Юань лежал у него на руках, его дыхание было едва слышным, но ровным. Каждое движение Тао Лу сопровождалось ощущением того, что всё идёт по плану. У него была цель, и ничто не могло его остановить. Эта партия была разыграна с учетом ошибок. Все эти годы, проведённые в тени, терпение и хитроумие, наконец-то принесли свои плоды. “Совсем скоро…” — Тао Лу слегка прижал Юаня к себе, словно опасаясь, что тот вот-вот исчезнет. Но даочжан был здесь, в его руках, и это было всё, что имело значение. Ощущение контроля вновь заполнило его сознание, притупляя все страхи и опасения. Тёмное небо уже начинало светлеть. “Охота окончена”, — подумал Тао Лу, его губы вновь расплылись в хищной улыбке. Тао Лу парил над лесом, держа Юаня на руках, чувствуя, как ледяной ветер обдувает его лицо. Далеко впереди маячил пейзаж Хуаньхуа, залитый золотым светом заходящего солнца. Всё шло по плану. Он наконец-то держал Юаня — его драгоценную цель — в своих руках. Тао Лу, взглянув на бледное лицо даочжана, ощутил странное чувство удовлетворения. Всё было слишком легко. Однако внутри всё ещё тлела тревога. Ему казалось, что судьба даёт слишком много благ, и за это вскоре придётся заплатить. Но чем больше он думал об этом, тем яснее осознавал, что готов заплатить любую цену. Пока Тао Лу летел, его мысли были уже далеко впереди. Он знал, что должен действовать быстро, не оставляя шансов своим врагам. Когда Юань очнётся, он уже окажется в надёжных руках. Никаких лишних слов, никаких игр — всё будет кончено. Когда он приблизился к границе Хуаньхуа, пейзаж под ним начал меняться. Мрачные леса уступили место равнинам, усеянным цветами, чьи ароматные запахи дразнили чувства. Даже ледяной, колючий ветер стих, а тучи расступились, позволяя солнцу согреть землю. Тао Лу скрылся среди облаков, чтобы избежать лишнего внимания. Закончится всё должно тихо. Как только он приземлился, Тао Лу без промедления направился к своему убежищу — одной из заброшенных башен, которые даже Хуаньхуа считали проклятыми. Здесь никто не осмеливался появляться уже почти как сотню лет. Даже заклинатели обходили стороной это место, что делало его идеальным для его целей. Башня, лишённая энергии и полуразрушенная временем, стояла словно чёрный маяк в окружении леса. Время было милосердно к этому строению. Внутренние помещения, ровно, как и подземелья остались нетронутыми. Обустроить их и защитить причудливой вязью заклятий было довольно легко. Тао Лу осторожно спустил Юаня на землю, под блеклым светом одного из магических светильников, и тихо вздохнул. Теперь всё в его руках.

***

Хун Юэхуа едва успела отскочит в сторону, наблюдая за падением грузной тучи монстра. В разные стороны брызнула ядовитая зеленая кровь, прожигая даже камни. Девушку это тем не менее мало волновало. Она твердо решила, что подарит даочжану шубу из мха восточной саблезубой тигрицы, даже если для этого придется сначала разобраться с не самой безобидной зверушкой. Тем более, что брат едва ли не трясся над Юанем. Юэхуа пока придерживалась все шутки о скором браке при себе, но на языке вертелись множество колких высказываний и замечаний. А что? Любимый братец ведь желал увидеть свадьбу даочжану, ну так он не уточнил, что хочет быть гостем, а не женихом. Когда она наконец-то перевела дыхание, внутри что-то словно замерло. Юэхуа испуганно застыла на месте. С братом ее всегда связывала необычная связь, позволявшая ей знать, что он жив и даже более или менее здоров. Это был один из подарков Наставницы, которым они дорожили больше всех прочих. Чтобы не случалось, их связь не прерывалась никогда. Юэхуа нахмурилась, запуская легкий импульс по связывающей их невидимой нити. Брат всегда отвечал ей, как он бы не был занят. Вот только в этот раз ответа не последовало. Нить все еще была, но она потускнела, словно что-то лишило Люфэна сил. Юэхуа нервно облизала губы, пытаясь собраться. Брат рассказывал, что он и лорд Му вместе с даочжаном отправились к Персиковым источникам. Вряд ли с ними могло что-то случится, но… Девушка спешно начертила прямо на земле печать портала. Лучше пусть Люфэн отругает ее, чем встрянет в неприятности. Сосредоточившись, она произнесла заклинание, и печать ярко вспыхнула. Вокруг поднялся ветер, срывающий с земли пыль и листья. Силы, собранные в магическом круге, засияли, и Юэхуа, не дождавшись полного открытия портала, шагнула в него, готовая ко всему. Однако, когда она появилась на другом конце, она оказалась не у Персиковых источников, а в лицо ударил густой дым и резкий, отвратительный запах, от которого перехватило дыхание. Запах горелого мяса. Сердце забилось быстрее. Она огляделась: вокруг валялись растерзанные тела в желтых одеждах, над которыми склонялись уродливые твари, источавшие дым из пастей и пустых глазниц. — Брат! — закричала она, мгновенно разрубая двух ближайших к ней монстров. Чтобы здесь не случилось, на трудно было понять, что до Персиковых источников никто так и не доехал. А твари тем временем все прибывали и прибывали, а вместе с ними на некогда аккуратную поляну вползал ядовитый дым. В конце-концов Юэхуа не осталось ничего кроме, как воспользоваться талисманом для призыва помощи, надеясь, что его заметят либо люди из Чжаохуа, либо из Цанцюн. Все же кем бы ни были монстры ей еще никогда не доводилось сталкиваться ни с чем подобным, хотя ранее девушку считали едва ли не лучшей воительницей в Небесной столице. Юэхуа тихо вскрикнула, едва успевая разрубить парочку уродливых, гниющих прямо живцем монстров. От ядовитого дыма слезились глаза, а земля, залитая слизью и кровью скользила под ногами. — Брат! — опять позвала девушка, мечась между растерзаниями трупами и боясь найти Люфэна среди них.

***

Юань просыпался с трудом. Последним, что он помнил была боль в руке и чье-то тихое шипение рядом. Он был столь шокирован и дезориентирован падением, что даже не успел понять, что произошло, прежде чем сознание заволок туман. Сейчас же он ощущал что-то странное: ткань плаща, обильно расшитую замысловатыми узорами, хотя брат Му и Люфэн никогда не носили ничего подобного, аромат персика и сырость, а на смену приятной прохладе ветра пришел застоявшийся и тяжелый воздух. — Люфэн? — позвал Юань, чувствуя, как неохотно поддается тело. Он искренне не понимал, как их угораздило провалиться в пещеры. Хотя главное, чтобы все были более или менее целы а выход они как-нибудь найдут. Вот только даже спустя минуту никто так и не ответил ему. Когда Юань собирался опять позвать Люфэна, кто-то рядом тихо хмыкнул, а потом поднялся на ноги. Юань нервно сглотнул, пытаясь понять, что происходит. — Что происходит? Люфэн, это не смешно! Вы в порядке? — Ну-ну, даочжан, ложитесь обратно. Юань, вздрогнул, узнав голос. Это кошмар? Да, это наверняка кошмар! Прежде, чем он успел сделать хоть что-то, Тао Лу надавил ему на плечи, заставив его лечь обратно на лежанку. Его ладони, холеные и изящные, отдавали жаром, столь привычным и любимым, что Юаня едва не стошнило. У Хун Люфэна были такие руки. Это он укладывал его так спать, особенно в первые недели, когда он только лишился зрения. — Где… — ему не дали договорить. Тонкий палец коснулся его губ, призывая к молчанию. — Даочжан, — чарующе глубокий голос разрезал неприятную тишину, подобно клинку, — разве вам не стоит отдохнуть немного? Не нужно сопротивляться, даочжан и если вы будете благоразумны, то мы с вами сможем немного поболтать. Юань замер, напряжение сковало тело. Он никогда не слышал этого голоса таким… мягким, вкрадчивым. Будто его успокаивали перед чем-то неизбежным и ужасным. Тао Лу редко прибегал к подобным интонациям, но когда это случалось, за этим всегда следовало что-то, что Юань хотел бы забыть. — Я… — начал было Юань, но тут же осекся, чувствуя, как пальцы Тао Лу легко сжимают его плечи. Они не причиняли боли, но и свободы не давали. — Вы слишком сильно волнуетесь, — голос Тао Лу звучал с наигранной заботой. — Я здесь, чтобы помочь вам. Вам нужно всего лишь немного отдохнуть. Или… — Он склонился ближе, и Юань услышал его дыхание совсем рядом с ухом, — вы предпочтете, чтобы я ушел? Неужели отважитесь вновь оставаться в темноте одному? Юань ощутил, как по спине побежали холодные мурашки. Уйти? Конечно, он хотел, чтобы Тао Лу исчез, растворился в темноте, как призрак прошлого или послесловие ночного кошмара. Но где-то в глубине его сознания зрела ужасная мысль: а что если ему нужен этот голос, этот тёплый, но чуждый прикосновениям человек, чтобы разобраться в хаосе, который накрыл его с головой? — Что тебе нужно? — хрипло спросил Юань, с трудом справляясь с дрожью в голосе. Тао Лу усмехнулся, его пальцы теперь легко касались его висков, словно успокаивали тревожные мысли. — Что мне нужно? — Он засмеялся почти добродушно. — О, даочжан, у вас неверные приоритеты. Сейчас вопрос в том, что нужно вам. Юань не успел ничего ответить, как ощутил, что голова становится всё тяжелее. Отчего-то разум начал сдавать позиции перед усталостью. Он видел лишь тьму и слышал едва уловимый шепот: — Расслабьтесь. Мы еще успеем поговорить, когда вы придёте в себя. Следующий раз, когда он очнулся в воздухе витал запах булочек и черного чая. Юань, не до конца понимая, что произошло из-за тумана в голове, невольно улыбнулся. Люфэн обожал баоцзы с персиковым вареньем. Когда Юань еще был небожителем, они иногда вместе готовили их, устраивая ужасающий беспорядок на кухне. Единственным, что Люфэн всегда делал сам был чай. Он мог несколько длинных минут придирчиво выбирать сервиз, прежде чем приступить к заварке. И даже во время нее он всегда казался невероятно сосредоточенным. Юаню не хватало терпения. Когда на столе уже стояли теплые, ароматные булочки он начинал суетиться. После смерти матери он научился быстро приступать к еде, чтобы ту не отобрали. Люфэн же никогда не упрекал его в поспешности. Казалось небо могло рухнуть на землю, но он все равно остался бы невозмутимым. С ним было спокойно и удивительно тепло, хотя небожитель не был склонен к широким жестам или неожиданным действиям. Юань расслабленно потянулся, еще несколько секунд пребывая в блаженном покое, прежде чем в голове молнией пронеслись воспоминания о произошедшем, а сбоку послышался ехидный смешок. — Даочжан, проснулись? Юань нахмурился. Голос явно принадлежал Люфэну, но тот никогда не использовал таких интонаций. Или Тао Лу решил поразвлечься? — Шутка не удалась, — недовольно протянув он, жалея, что не может видеть где находиться небожитель. А тот в ответ опять расхохотался, словно Юань сказал несусветную глупость. — Я не шучу, — безмятежно протянул Тао Лу, судя по звуку поднимаясь на ноги — разве вы не узнали меня, даочжан? Это ведь я, ваш друг или уже любовник? — глумливо поинтересовался он. — Что? — Юань презрительно фыркнул, до боли сжимая кулаки, — Что за бред ты несешь? Тао Лу совершенно точно не имел ничего общего из Хун Люфэном, не говоря уж о том, чтобы быть одним и тем же человеком. Эти двое были не похожи, словно лед и пламя. Юань нахмурился, опуская ноги на пол. Он не знал, где находился, но здесь было прохладно, а от стен тянуло холодом. Неприятно, но не смертельно. — Вы не поняли, что я сказал, но так беспечно обвиняете меня невесть в чем. Тал Лу безмятежно присел рядом с ним, окутывая Юаня ароматом персика и корицы. Тонки, изящные ладони, без единого мозоля, совсем не похожие на ладони Хун Люфэна, легли на его плечи, безмятежно играя с выскользнувшими из пучка прядями. Юань невольно поежился. От каждого прикосновения кожу едва ли не жгло, а его самого начинало тошнить от отвращения. Если на Ло Бинхэ он злился, возможно даже обижался и опасался его, то Тао Лу он ненавидел. Будь его воля он бы снес тому голову. Некрасиво, отвратительно, жестоко? Возможно, но Юань считал, что он имел на это право. Просто потому что он мог бы понять, если Тао Лу просто попытался бы завоевать внимание Ло Бинхэ, но тому было мало этого. В прошлый жизни он угрожал не только Юаню, но и Хун Люфэну, Му Цинфану, Нин Инъин и тем, кто был добр или любил его. Он планомерно превращал Императорский дворец в подобие осиного гнезда, упиваясь властью. — Хун Люфэн рассказал вам о то, как он вознесся? Конечно рассказал, — Тао Лу наклонился ближе к нему и Юань поспешил отодвинуться от него, пока их поза не стала похожа на объятия, — хотите узнать откуда у меня эта информация? — Не хочу, отцепись. — устало произнес он, не желая вступать в разговор. Уж в чем Тао Лу был хорош, так это в коварстве и плетение словесных кружев. — Какая жалость, тогда давайте я расскажу вам о том, как зимой вы вместе упали в сугроб. Помните что сказал, господин Хун? — Тао Лу опять приблизился к нему, шепча на ухо — Кажется, вы всё же хрустальный, даочжан, — произнес он, идеально копируя интонацию и тон Люфэна. — Что ты такое? — Юаню показалось, словно его опустили с головой в ледяную воду. У произошедшего в тот день не было свидетелей и об этом он не рассказывал никому. Так какого черта? Тао Лу опять рассмеялся. — Я и есть Хун Люфэн, — повторил он, кажется искренне наслаждаясь каждым мгновением своего торжества. Юань тяжело вздохнул, чувствуя, как сердце бешено забилось в груди, словно птица в клетке. Глупость, несусветная глупость! Это просто невозможно, Люфэн бы никогда не причинил ему столько боли! Люфэн был его лучшим другом, он просто не мог так поступить, не мог ведь, верно? — Он не рассказывал вам о то, что случилось с его душой? — Тао Лу похлопал его по плечу, — Синьмо расколол ее на две части. Наставница думала, что сумела спасти своего любимого ученика, но это был второй раз когда она ошиблась. Синьмо, некогда ее собственный меч, был отравлен ядовитый кровью демона. И я был отравлен тоже, только уже чужой страстью. Сначала ваш милый друг не замечал меня, я был слаб. Но однажды он совершил ошибку, — Тао Лу весело рассмеялся, прекрасно и безумно одновременно — он подарил мне тело, думая, что так сможет уничтожить меня. Ох, я жутко мешал господину Хуну. Конечно, ведь небожителю не пристало пестовать в себе столь отвратительные пороки. Юань тяжело вздохнул, чувствуя, как его начинает потряхивать то ли неверия, то ли от поступающей истерики. — Как видите он не смог уничтожить меня. Знаете почему? Потому что я его часть, я воплощение его желаний и пороков. И чем сильнее становился Хун Люфэн, тем сильнее был я. А потом Наставница нашла вас и я притаился. Знаете, даочжан, более бессердечную женщину чем она трудно найти, с нее бы стало уничтожить и меня, и своего ученика. Вы же всегда были очаровательны. К тому времени я был немногим слабее Хун Люфэна и тот заподозрил что-то неладное, уйдя в уединение. Глупец. Тогда я в первые сумел создать себе тело, избавившись от его контроля. — Ты, — Юань попытался оттолкнуть Тао Лу от себя, но тот не сдвинулся с места. — Не спешите, это еще не конец. — небожитель сжал его руку, продолжая как ни в чем не бывало. — Хун Люфэн понял, что я становлюсь сильнее. Он пытался меня уничтожить вновь, но не смог и тогда я понял, что до тех пор, пока жив он, мы навсегда будем связаны. — Я не хочу слышать это бред, оставь меня в покое! — Юань попытался вырвать руку из чужой хватки, хватая ртом воздух и чувствуя как тот обжигает легкие при каждом лихорадочном вздохе. Тао Лу даже не обратил на его слова внимание, продолжая все также безмятежно, будто они вели обычную светскую беседу, будучи давними знакомыми. — Вы знали, что Хун Люфэн следил за вами последние пять лет до вашего вознесения? Он так трепетно заботился о вас, заботился, чтобы в Люлинь не проник никакой монстр или прочая падаль, вот только этот идиот не смог уберечь вас от полукровки. Скажите мне, вы знали, что Ло Бинхэ искал вас, после того, как вы спасли его от работорговцев в далеком детстве? Я думал, что сумею убить его, используя Луань-няо, но треклятый Синьмо оказался сильнее. Ох, вы ведь даже не знаете в каком ужасе был Хун Люфэн, когда Император задержался у вас. Вот только если он беспокоился, то я злился. Ни он, ни эта вшивая псина не подходила вам. Но вы не слушали меня. — Ты никогда раньше не говорил со мной до Императорского дворца, мы до этого не встречались ни разу, — Юань повернулся у Тао Лу, не понимая кто из них двоих тут спятил — ты просто лжешь. — Нет, я не лгу, я просто несколько раз одалживал облик Хун Люфэна, — Тао Лу притворно сочувственно похлопал его по плечу, меняя тон на поучительный, как если бы он отчитывал нерадивого ученика — я предупреждал вас, я говорил вам, что демоны не способны любить, но вы не слушали меня. — Чудесное оправдание, — Юань тихо выдохнул, едва сдерживая неуместный смех. Ему было почти что до слез смешно. Он не понимал, что за чувства преобладают в нем. Злость, страх, непонимание, отчаяние? Что он вообще чувствовал? — Не злитесь, даочжан, я просто расчищал нам путь. — Каким еще нам? Прекрати издеваться, это не смешно, это… Тао Лу цыкнул, прежде чем наконец-то объяснить свои слова: — Если бы вы разочаровались в Ло Бинхэ, то у Хун Люфэна появился бы шанс, но даже тогда, когда вы лишились глаз, этот идиот оказался слишком честным и благородным. Хотя все, что от него требовалось так это отбросить свою дурацкую вежливость и тактичность. Я рассчитывал, что вы влюбитесь в него, после чего я захвачу облик Хун Люфэна. — А что бы стало тогда с ним? — Юань сжал кулаки, ощущая себя будто в бредовом сне. — Видите ли, мы бы не смогли поделить одно тело, поэтому он бы занял мое место, а потом я бы уничтожил заклятие Ложной красной нити, которое наложил на Ло Бинхэ. Император бы без промедлений убил его, а если нет, то те, кому я перешел дорогу, а их было много. — Чтобы ты сделал с Ло Бинхэ? — Я? — Тао Лу фыркнул — Я не стал бы марать руки о демоническое отродье. Синьмо к тому времени должен был стать достаточно нестабильным, поэтому я рассчитывал, что меч уничтожит разум псины, убив его. Но Хун Люфэн испортил мне все, он мялся словно девица на выданье и поэтому мне пришлось травить Ло Бинхэ. В конце-концов я ведь не монстер, мне не доставляли удовольствия ваши страдания. Это была последняя капля. Юань просто не выдержал. Он расхохотался, словно сумасшедший, а с глаз почему-то полились слезы. Он смеялся и смеялся, не понимая, как такой бред вообще мог быть реален. Это ведь сущий бред. Тао Лу просто издевается. Иначе объяснить его слова было просто нельзя. Юань отказывался верить в это. Он попытался успокоиться, но истерика не желала утихать. — Люфэн знал? — спросил он, как никогда в жизни желая услышать нет. — Знал или вы думаете он просто так, трясся над вами, сопровождая вас едва ли не всегда и повсюду. Он догадывался, что я не стану сидеть сложа руки. Как я уже сказал ранее я отображение его пороков и чувств, того, что он скрывает от остальных и от себя. К слову, вы знаете божеством чего он является? — Он ведь бог сватовства и свадьбы, — Юань нервно поправил повязку, чувствуя, как от всего произошедшего кружится голова. Разговаривать с Тао Лу было невозможно. Он прыгал с темы на темы, не давая ни единой лишней минуты, чтобы обдумать свои слова, поэтому Юаню оставалось только отвечать на его странные и никак не связанные друг с другом вопросы, пытаясь хоть как-то уложить в себя в голове произошедшее. Последнее было особенно трудно, его все еще потряхивало и он то и дело начинал смеяться, тихо и горько. — Ах, еще одна ложь. — Тао Лу ласково погладил его по волосам, вот только в его голосе не было ни капли сочувствия. Ему было откровенно весело и интересно, словно он с нетерпением ожидал того, что Юань окончательно погрузится в пучину отчаяния. С губ сорвался еще один дурацкий смешок. Юань уже сожалел, что ослеп, а не оглох. — Хотя в Небесных чертогах он действительно был известен, как бог сватовства, мало кто помнил о том, что он еще и являлся богом судьбы. Это в его дворце хранились записи о всех, кто когда либо жил и это мог менять чужие жизни на свое усмотрение. Он имел право задержать какую-либо душу перед тем как та отправлялась в Диюй и с ним был вынужден считаться сам Яньло-ван. — Сделка… — неверяще выдохнул Юань, подозревая худшее. — Не стоит волноваться, я верну вам глаза, в конце-концов мое условие вы выполнили, — Тао Лу нежно коснулся его лица, снимая повязку — глаза, но не силу, — поспешил добавить он. — Я не могу допустить, чтобы вы вновь испортили мой замысел, даочжан. — Нет, не смей! Ты не можешь убить его! — Юань в отчаянии схватил Тао Лу за руки, уже не контролируя себя. — Я действительно не могу убить Хун Люфэна собственноручно, — согласился тот, на минуту подарив ему хрупкую надежду — мы ведь связанны, даочжан. Он не мог уничтожить меня, а я не могу его. Чтобы сделать это собственноручно мне пришлось бы убить себя, поэтому я не поступлю так, иначе ради чего было это все? Если он до сих пор жив, то я просто использую для этого Хуаньхуа. Хун Люфэн узнав, что вы у них в плену броситься в Золотой дворец и попадет в ловушку в Водной тюрьме, после чего та по печальному стечению обстоятельств обрушится. Хун Люфэна похоронит под слоем камней. А даже если он это переживет, то выбраться ему уже не удастся. Он медленно умрет, лишившись духовных сил. Даже божества не живут с полностью изломанным телом и раздавленными внутренностями. — Ты… ты… — Юань тяжело хватал воздух ртом — нет, это… н-н-невозможно, это… нет, нет… — Вы замерзли, даочжан? — Тао Лу ласково погладил его по плечам, после чего снял с себя верхнее ханьфу. Закончив с этим он опять коснулся глаз Юаня, чертя кончиками холеных пальцев замысловатые руны. Прикосновения обжигали, но Тао Лу не давал ему отвернуться. Хрупкие и нежные руки оказались на удивление сильными и жесткими. Вывернуться из их цепкой хватки было невозможно. Боль медленно усиливалась и Юань невольно прикусил губу, тихо шипя. Щеки неприятно стянуло от слез, а в носу хлюпало. Он чувствовал себе отвратительно беспомощным, а тело слушалось заторможенно и неохотно. Течение ци и вовсе ощущалось едва-едва. Сейчас Юань не мог бы даже подать сигнал — сил не хватило бы даже на столь простую печать, доступную самым младшим ученика. Боль медленно, но верно усиливалась, но ни отвернуться, ни отстраниться не получалось. Тао Лу держал крепко настолько, что вырваться из его хватки без повреждений было невозможно. Казалось если он чуть сильнее надавит на лицо Юаня, то кости просто треснут у него под пальцами. — Вот так даочжан, — Тао Лу наконец-то убрал руки. Юань поспешно растер глаза, все еще ощущая неприятное покалывание. Он бы предпочел остаться слепым, нежели получить зрение ценой подобных откровений, вот только его никто не спрашивал. Открыв глаза он попытался осмотрелся, но все вокруг было слишком размытым. Юань с трудом различал что-то кроме силуэтов предметов, но после бесцветной темноты даже это казалось чудом. — Для полного восстановления зрения понадобиться примерно неделя, даочжан. Не серчайте, но я обязан удостовериться, что в это время вы не сможете сделать ничего, чтобы нарушило мой замысел. Не злитесь на меня. У вас еще есть вопросы? Юань повернулся к Тао Лу, различая черноту его волос и персиковый цвет чужого ханьфу. Что ж, когда то он обожал персики и даже мечтал высадить вокруг дома персиковый сад, но теперь их запах или цвет не вызывал ничего, кроме злости. Будь его воля он собственноручно сейчас придушил Тао Лу. — Бинхэ хочет вернуться за мной, — спокойно произнес Юань, стараясь не думать о том, какой клубок противоречий содержало в себе это имя. Тао Лу хмыкнул, прежде чем будто между делом спросить: — Как думаете, даочжан, кто сильнее он или лорды Цанцюн? Юань почувствовал, словно его ударили под дых. Там ведь дагэ и эргэ, и их ученики, и брат Му, и Нин Инъин, и многие другие. Убьет ли их Ло Бинхэ? Сможет ли он победить? Вполне, если он нападет на школу вместе со всеми своими войсками или использует Синьмо, Цанцюн в лучшем случае сильно пострадает, в худшем на его месте вновь окажется Бесконечная Бездна, а в наихудшем Цзю-гэ еще и опять превратят… Юань тихо сглотнул. — Ты не посмеешь, — тихо прошептал он, просто не веря в подобное. — Ваш брат будет мне мешать, если узнает, что вы живы, — безмятежно заметил Тао Лу, поднимаясь с кровати и отходя куда-то в сторону. — Я предпочту устранить все помехи сразу. Или вы поможете мне. — Только если ты пообещаешь, что не тронешь никого больше. — Кроме Хун Люфэна, — Тао Лу взял что-то с комода, но Юань и не пытался разглядеть что, слишком размытым было все вокруг. — И его ты тоже не тронешь. — О нем речи не идет, либо умрут все вместе с Хун Люфеном, либо умрет только он и в обмен на вашу помощь, я сохраню жизнь лордам школы и быть может даже демонической псине. Не глупите, даочжан, мои условия более, чем щедры. Юань нервно сглотнул. Он не хотел выбирать, хотя выбора то и не было. Тао Лу в любом случае убил бы Люфэна и Бинхэ, ему просто хотелось, чтобы это выглядело со стороны, словно Юань так решил. Если же он откажется принимать подобное решение, то последствия могут быть еще хуже хотя казалось бы куда уж. Тао Лу опять сел рядом с ним, ставя поднос на прикроватный столик. Воздух наполнился запахом чая смешанного с какими-то травами. Юань облизал пересохшие губы, улавливая в аромате знакомые нотки похожие на запах успокоительного, которое ему иногда давал Му Цинфан. — Так что вы решили, даочжан? — Тао Лу разлил чай по чашкам. Юань не мог различить выражение на его лице, но готов был поклясться, что тот безмятежно улыбался. От бессилия сводило скулы. Хотя если он сумеет потянуть время, то возможно ему удастся что-то придумать или дождаться когда сил хватит на то, чтобы подать простейший сигнал бедствия. — Я помогу тебе, — произнес Юань бесстрастно, чувствуя себе просто отвратительно, — и ты не будешь пытаться навредить никому, кроме Люфэна. — Прелестно, — Тао Лу снисходительно потрепал его по голове, вынудив Баня недовольно поджать губы — пейте, это укрепляющий и успокаивающий чай, после вашего неудачного падения в пещеру мне бы не хотелось, чтобы вы заболели, даочжан. Юань с небольшой задержкой потянулся за чашкой. В голове было пусто, мысли проносились со скоростью согнанных с насеста птиц, не позволяя ухватиться ни за одну из них. Размытые силуэты медленно растворяющиеся в полумраке помещения вызывали неясную тревогу и заставляют чувствовать себя неуютно. По сравнению с ними даже извечная темнота сейчас казалась ему приятная и успокаивающей. Находясь в темноте Юань хотя бы знал, что рядом есть кто, кто не позволит ему упасть, но сейчас он был впервые в жизни совершенно один, а сделка с Тао Лу неприятно давила на плечи. Сколько бы Юань не повторял себе, что ему действительно не оставили выбора, но факт оставался фактом: он выменял жизнь брата, учеников и лордов Цанцюн ценою жизни Хун Люфэна. Это было больно. Больно от того, что он предал и от того, сколько боли это причини Люфэну, который всегда был рядом. Да, он не договаривал, но это казалось сейчас несущественной мелочью. В конце-концов людям свойственно лгать. Юань и сам лгал иногда не желая лишний раз беспокоить Цзю-гэ, так почему это тогда было недозволенно другим? Юань сделал первый глоток, морщась от чуть горьковатого привкуса. Он не любил лекарства. В далеком детстве матушка уговаривала его съесть пилюлю или выпить настойку только при помощи сладостей. Тогда его любимым лакомством были юэбины с персиком или пироженые с лотосовой пастой. — Что ты сделал с лордом Му? — тихо спросил Юань, едва ли не до посинения сжимая изящную фарфоровую чашечку. — Я не тронул его, даочжан, — спокойно ответил Тао Лу, — лорд Цаньцяо далеко не самое главное препятствие. — Хорошо, — Юань сделал еще один глоток, облизывая губы. Пряный, чуть сладковатый вкус трав горечью оседал на кончике языка. Если бы рядом был Цзю-гэ он бы обиженно надулся, требуя у брата в обмен на еще один глоток какую-то глупость. Брат в ответ бы демонстративно строго ругался, пытаясь спрятать улыбку. Возможно к ним пришел бы Ци-гэ, принеся с собой запах полыни и метала. Юань сделал еще глоток, чувствуя, как глаза медленно слипаются. Он что-нибудь обязательно придумает. В конце-концов Тао Лу ведь не может предусмотреть все, верно? — Не вздумайте делать глупостей, даочжан, — раздался спокойный ответ, словно небожитель прочитал его мысли — в пределах трех дня пути пешком отсюда вы не найдете ни единого поселения, а те что вам встретятся будут заброшены и населенны монстрами. В таком состоянии уйти отсюда для вас самоубийство, а если вы умрете, то и мне незачем будет держать в руках. Вы ведь не хотите, чтобы мир омылся кровью из-за вас? — Не хочу, — Юань тихо выдохнул, опять делая глоток, лишь бы хоть немного отвлечься. — Вот и чудесно, пока вы остаетесь здесь, я буду спокоен, если же вы попытаетесь уйти, — Тао Лу сделал паузу, поправляя подол одеяний — как думаете, Ло Бинхэ все еще ненавидит лорда Шэня? — Откуда мне знать, — Юань залпом выпил оставшуюся жидкость в чашке. Горько, но он не уверен от чего, то ли от трав, которые Тао Лу добавил к чаю, то ли от безысходности положения. Юань еще несколько секунд сжимал кружку в руке, прежде чем потянуться к подносу и попытаться поставить ее на него. Вот только он все еще не видел четко и поэтому чашка полетела на землю, разбиваясь.