Из Океана Душ

Первая «безопасная зона» Подземелья и правда была достойна называться «подземным курортом». После «Верхних» и «Средних» этажей, где окружение пытается убить авантюриста с неизменно нарастающим по мере спуска энтузиазмом и изобретательностью, место, хоть отдалённо напоминающее о спокойствии — само по себе великое благо. Изредка забредающие с нижних этажей монстры не портили вида ни густого леса, ни озера чистой, вполне пригодной для питья воды. Триста тридцать четвёртая версия расположенного глубже иных поселения, по совместительству считающегося тем самым «городом негодяев», где любой торговец имел цены на порядки выше таковых на поверхности за те же самые товары. Даже немного хуже. И как единственный источник припасов на такой глубине, некоторые даже оправдывали такой подход. В основном — сами продавцы. В мыслях псайкера мелькали образы грядущего, психоделическим калейдоскопом сменяясь с поведения отдельных частиц задействованных лиц и их окружения до общего уровня паразитных потерь при касте в бою с чёрным голиафом, которого может и не случиться. Множество ненужной информации от сбоящего Провидения на неоднозначную тему. Единственная причина, по которой Иеро всё ещё здесь: риторический вопрос «будет ли полезен Герой и дальше?» «Кранела вполне могли готовить к бою с драконом, но сейчас это порождение Подземелья — меньшая из известных зол» — общее «Мы», воплощенное Волей в единое «Я», без нужды на то почти не слышало голосов других частей, а потому чувствовало позитивный вариант одиночества. — Как бы нам не хотелось продолжить эксперименты, известную часть с неизвестным потенциалом лучше будет сохранить… — Псайкер поднял голову к скоплению осветительных кристаллов на высоком потолке. Свет почти не слепил. Заглушка на возможностях Подземелья намеренно ослаблена, созданы дополнительные условия и ограничители. В Варпе, слегка касаясь реальности, протянулись сигнальные сети и зачатки порталов, через которое легко можно будет вернуться или перенести что-либо. Также это поможет стабилизировать пространство, если кто-то или что-то попытается проникнуть сюда извне. — Что ты сказал? — Вынырнувшая из размышлений Цубаки покосилась на человекоподобную фигуру, ничуть не смущённая видом или излучаемым присутствием, соразмерным слабой ауре инстинктивного ужаса человека перед неведомым. — Нет, ничего. — Псайкер покачал головой, опустив взгляд на орихалковую дверь. И подошёл ближе, прикладывая руку к створке. — Действительно, похоже на вольфрам… — Иеро. — Стоящий поодаль в состоянии «умной куклы» Финн с сотоварищами подал голос. — Нам начинать сейчас? — Нет. — После краткого размышления последовал ответ. — Мне ещё пригодятся мясные мешки с каплей божественного ихора. — Для опытов? — Даймне тускло улыбнулся, подразумевая шутку. — Угу. — Отозвался псайкер и сделал шаг назад от ворот. Вслед за жестом рукой, нерушимая для обычных авантюристов конструкция распахнулась. — Работают на магии, сигнал на открытие даже не зашифрован… Хотя, странно было бы ожидать подобного. — Тихий голос откуда-то из-под капюшона почти не перебивал ветра и порождаемого им шелеста листвы деревьев неподалёку. Рядом валялись осколки кристаллов, маскировавших дверь в дальней от маршрутов авантюристов, стене. — Но это возможно? — Заинтересовалась Риверия сквозь свою новую сущность, не до конца отводящую на задний план «личность». Без особых на то причин. — Глупый вопрос. Возможно. — И даже использовалось твоими сородичами во время Последней Войны там, откуда я прибыл. — Усмехнулся Иеро. — Пусть в сортах эльфов я и не разбираюсь. — Что с ними стало? — Нейтрально отозвавшись на последнюю часть продолжила маг. — Светлые поймали аналог водородной бомбы, которую дополнительно начинили Светом и Смертью. Прямо за портал. — Псайкер обернулся, ловя взгляд Королевы Высших Эльфов этого мира. — Если это был единственный их анклав — плохие новости. — Эльфийка проигнорировала и насмешку. — К тёмным попал кусок аватары на том момент Проснувшегося «Спящего». — Тон стал мрачнее. — И лучше бы им всем умереть до того, как он сделал бы с ними примерно то, что я с вами, но много хуже. Даже им бы не понравилось. — Слова эхом отдавались в молчаливой глубине коридоров Кносса, откуда никто так и не вышел встречать возможных гостей. — Вероятность того, что этот «Проснувшийся Спящий» явится сюда? — Финна даже в его нынешнем состоянии интересовали куда более прагматичные темы. — Околонулевая. — Пожал плечами по старой привычке Иеро. — Без подробностей. — Отрезал псайкер, с интересом наблюдая за внезапно закрывающимися дверями, тем не менее не пытаясь им помешать. — Глупость какая. — Огоньки во тьме под капюшоном встретились со взглядом декоративной гаргульи, украшающей арку прохода. Не зная что именно искать, следящее устройство в глазах скульптуры найти было бы сложновато. Двери открылись вновь, уже без жеста, как очевидная насмешка над «мастером подземелья». — Ладно. — Поглощающая свет фигура развернулась, начав неспешный путь к огромному дереву, немногим недостающему до потолка в сотнях метров сверху. — Мне нужно кое-что закончить, а вы готовьтесь к возвращению как планировали. — Согласно предупреждению, на сбор камней и добычи «про запас» понадобиться ещё несколько дней. — Гарет как раз наблюдал за охотничьими партиями, сдающими сумки и пополняющие расходники, чтобы отправиться в бой снова, при необходимости заменив кого-то из авантюристов. Цубаки также решила принять участие в мероприятии, как наиболее эффективная боевая единица культистов Гефест. — Не «вермис», которые отравили бы низкоуровневых, но не менее важная причина, если Локи не хочет остаться без денег, пока я настраиваю свою часть Подземелья. Меня устраивает. — Гарет и Риверия остались у двери в Кносс, как и несколько четвероуровневых авантюристов. Судя по голосам, те распределяли дозор. — «Твою часть»? — Пожалуй, именно Айз менее всего была «куклой» из всех культистов Локи. Кроме Веридис. Иронично. — Угу. — Псайкер не глядя кивнул, аккуратно прощупывая в варпе в страхе жмущуюся к Валленштайн Лефию. — Пришлось перекрыть связь Подземелья с его Волей от пятьдесят девятого этажа и выше. — Но ты сказал про тридцать восемь… — Принцесса Меча нахмурилась, пусть и не выражая особого негатива. — Переживаешь о сокращении охотничьих угодий, а? — Послышался хоровой смех из нереальности. — Между ними теперь, читай — фронтир. Беру с запасом, ибо не факт, что смогу сдержать… что-то? Пока перераспределю энергию с лей-линий, которые, видать, со всей планеты к Подземелью сходятся, пока зафиксирую вероятность образования стабильных кусков монстров и прочее-прочее… Долго. Нудно. Но надо, если мне ещё нужен Орарио в его текущем виде. — Не могу спорить с позицией. — Развёл руками идущий позади полурослик, осознающий своё положение и разницу между собой прошлым и нынешним. — Но если нужен, то зачем? — Вопрос интересовал не только его, судя по мыслесвязи. Но прямого ответа не знал и сам псайкер. — …я планировал поиграть. — Наконец отозвался Иеро после доброй минуты размышлений. — Следовать известной истории, отследить ряд моментов, которые местные боги и смертные называют «судьбой». Как золотые нити, пронизывающие ткань реальности сквозь переплетение желаний, мыслей и действий. Только прибыв сюда, я столкнулся с этим раз. И даже не сразу осознал суть действа, зато неосознанно принял участие. — Псайкер улыбнулся. — Это интересно. — Образ Сущности в реальности пошёл рябью, будто неизвестная в этом мире голограмма. — Но всё быстро изменилось. Не будь полудух тем, чем он был, я бы сохранял до поры историю как она есть, больше внимания уделяя иным делам, но теперь… невмешательство будет равносильно уничтожению известного мира. — Будут ли авантюристы эффективны против того, что пришло снизу? — Даймне, кажется, принципиально игнорировал хотя-бы смежные с философией темы. — Нет. — Легко ответил псайкер, транслируя по мыслесвязи части последнего изучения-противостояния. — Тогда мы сосредоточимся на том, чем занимаемся сейчас. — Кивнул Капитан Локи и отправился в лагерь. С ним ушли и сёстры-амазонки, так что дальнейший путь проходил в относительной тишине. Становящийся всё дальше шум основного лагеря, шелест листвы и еле слышный рёв монстров далеко отсюда. — Ты можешь быть свободна. — Недовольство в голосе Иеро подстегнуло всё ещё пребывающую на грани ужаса эльфийку, докучливо фонящую эмоциями, заставив ту покинуть общество двух диаметрально противоположных в её восприятии существ быстрее, чем угнетённый разум успел осознать движения тела. — Единственная хоть сколько-то подходящая «нерукотворная» оболочка. — Псайкер покачал головой, бросив мимолётный взгляд вслед Виридис. — Удивительно. — Зачем с ней так.? — Судя по мешанине определений в разуме Айз, вопрос должен был быть несколько более конкретным. — Необходимость. — Вновь пожатие плечами не сбавляя прогулочного шага. — Ею можно оправдать что угодно. — В мыслесвязи Валленштайн уловила несколько расплывчатых образов откровенных зверств, просочившихся туда из Варпа по воле псайкера. — Но когда оправдания больше не нужны… — Стало холоднее. Вместе с покрывшейся инеем травой пришла торжественная кровожадность, будто режущий свет излучаемая чем-то, до сих пор по неведомой причине притворялось человеком. — Наплевательство, происходящее от власти. Безраздельной над всем, до чего можешь дотянуться. При которой угрозой перестаёт являться большая часть того, что раньше ею хотя-бы номинально, но ею было. — Псайкер выдержал паузу, приводя мысли в порядок, а окружающих варп к спокойствию. — Кроме непонятного нечто из глубин Подземелья, из известного — только боги в полной их силе могут хоть как-то противостоять Нам. Притом не по отдельности — а целыми пантеонами. И то, только «возможно». Мы несколько сомневается, что они именно «боги». — Кривая маниакальная ухмылка почти воплотилась в материуме, но привычки старой войны удержала Воля. — … — Айз промолчала, пытаясь собрать свои немногочисленные знания и на их основе сделать хоть какой-то вывод. — Это лишь значит, что вскоре мир изменится. — Усталый вздох остался девушкой незамеченным. — Точнее, его изменят. Как и в какой степени? Полностью зависит от Наших целей. — Земля вокруг стала будто полупрозрачным стеклом — псевдоматерия трансформировалась, и после секундной дрожи травы и камней волна искажений устремилась в стороны, останавливая любую пародию на «жизнь» на этаже. — Но целей этих ты… вы не знаете. — Айз не подняла задумчивого взгляда от морфирующей под ногами псевдорастительности, но уловила суть правильно. — Угу. — Хмыкнула проекция. — Прямо сейчас — их нет. В привычном человеческом понимании. Соберёмся обратно в нужную форму, которую мы имели до переноса сюда и событий перед этим, и может быть вспомним. — Смятение в Валленштайн нарастало, отчего у неё даже появились зачатки ощущения себя болезненно-глупой, причём ассоциации шли с учёбой Риверии. «Забавно» — Ну вот например что бы ты сама сделала, будь у тебя околоабсолютная власть в рамках этого мира? — Решил Иеро таки прервать неприятные мысли мечницы. «Какая странная симпатия» — одна из обособленных частей Хора передала заключение краткого анализа поведения и прото-чувств. «И ведь на органическое тело не спишешь — Иеро сейчас не более чем психический призрак…» Время на восемнадцатом этаже ненадолго остановилось, когда посланная Сущностью через «аватару» волна стазиса в неразличимое мгновение накрыла территорию, заставив свет несколько померкнуть. Воля неспешно сформировала инструменты познания, буквально просвечивая душу Принцессы Меча и саму аватару-Иеро. «Ничего» — вывод эхом разошёлся по ячейкам хора и глубинам Сущности, оставив тех в скоротечном недоумении. Запущенный цикл работы Провидения также не показал чего-то особенного, что могло бы влиять на личное отношение к конкретному существу. «Мы заикалось о всевластии? Могуществе? Наслаждайся новой потенциальной угрозой, дорогой я!» — Вопреки злобной радости, атаки или «разбора интересной штуки на запчасти» не произошло. Единая Воля стабилизировала части, сделав их несколько эффективнее, но продолжая наблюдение. Стазис спал. — Убить Дракона, очистить Подземелье? — Добрая усмешка, переданная одним только тоном не выбивалась из прошлого образа, но гораздо большее внимание было сосредоточено на внезапно поднявшейся в приоритете полукровке, продолжающей по неизвестной причине вызывать положительные эмоции. «Её ведь нашли в Подземелье…» — … … маму … — Неслышным даже для высокоранговых авантюристов шёпотом произнесла Валленштайн, старающаяся не оформлять это даже в чёткую мысль. Как человек, уже давно переживший потерю, но всё ещё трепетно хранящий воспоминания. — Вернём мы твою маму, Айз. — Телекинетическая проекция ладони похлопала её по плечу, пока перебираемые настройки голоса создавали наиболее участвующий тон. То не было фальшью. «Дух Ария может может оказаться крайне занимательным образчиком мифологии этого мира!» — Сущность и её Части были удивительно солидарны. От попытки разглядеть в грустной Принцессе Меча что-то выбивающееся из гармоничной картины Иеро отвлекла неожиданная деталь. Шнурок некой подвески или амулета, замеченный впервые за всё то время рядом и уделённом внимании. «Глупо было бы во всём ориентироваться на известную историю, но… она его носила раньше? Я ведь их чуть ли не по молекулам тогда перебрал в попытке очертить сферу влияния Фалны! Ладно, потом. Полагаю, не стоит больше лишний раз копаться у неё в голове до восстановления протоколов безопасности» — параллельно этим мыслям несколько околоконцептуальных щитов против воздействий напрямую информацией и смежных тому атак было незаметно возведено между псайкером и объектом опасности напрямую Сущностью. *** Время неспешно текло всё дальше, закованное в объятия трансцендентной воли. Немногим более одиннадцати часов на восемнадцатом этаже незаметно прибавили ещё полтора часа. Хороший результат, а уж то, что обошлось без психофеноменов — так вообще замечательно. Аккуратно отделённая от общемирового потока времени область принимала нужные псайкеру черты, меняясь больше внутренне, чем внешне. Ривира стала куда больше похожа на город-крепость, после того как сменила свой основной материал на укреплённый чёрный гранит, обзавелась стенами из него и поросла рядами четырёхгранных шипов, делающих прямой таран укреплений самоубийством для больших монстров. Стены, грозди кристаллов, растения. Этаж постепенно сдавался сумеркам, утрачивая богатство цветовой гаммы. Тень, что просачивалась сквозь щели в мембране измерений стабилизировала материум и помогала направлять варп. Сомнения Сущности и Хора были недолгими и быстро сменились энтузиазмом экспериментатора. Тень, что накрыла Сущность и окружающий Океан Душ насколько хватало «взгляда», могла стать неожиданно податливой. Опасаешься, что она станет проходом для нерождённых? И они чуть не сожрали культистов. Отвлечённо проектируешь очередной этаж-бастион на пути неведомого врага? Заметно более постоянная чем обычный варп Тень охотно отзовётся на простую попытку использовать её стабилизатором среды. Аномально. «Метка» местных высших сил это или, может быть, «блокиратор» — оно ведёт себя странно. И Мы плавно убеждаемся в том, что Тень — это не явление этого мира. Знакомое присутствие появилось в комнате Голиафа. Проекция-тело перенеслась туда на мгновение опередив сам факт обнаружения. Хорошо быть «одним куском» и к своей пользе использовать ряд парадоксов Эмпирей. Вырывающийся из стены огромный яростный гуманоид — Голиаф не сводил взгляда с маленькой групки разумных, только один из которых был в сознании. Белл, согласно известной истории, тащил на себе будущего стратега их культа и одного кузнеца с занятной кровью. Интересно получается. Герой ведь преодолевает? Себя, противника, обстоятельства. Я почти вижу эту «золотую нить судьбы», что стелется по шёлковой тропе среди бушующего океана вероятностей провала. Испытания, а? Чувствую себя похожим на Гермеса… Фу. Крупный булыжник размером с половину головы взрослого человека, один из многих кусков псевдопороды, что выбивает Голиаф из пола в попытке настигнуть жертв, стёсывает часть сапога на правой ноге Кранела вместе с изрядным количеством плоти. Более не ограниченному физическими глазами взору нетрудно различить разорванные волокна мяса, будто оборванные провода торчащие из раны. «Хм.?» Лицо молодого авантюриста искажается, он почти успешно глушит вопль, вырывающийся из-за сомкнутых зубов. Припадая на следующем шаге, он почти попадает под камень размером с небольшой дом, что швырнул настигающий его «Босс Этажа». Обломками, будто шрапнелью, посекло его ношу. Волевое усилие и грозящая оборваться золотая нить снова оказывается в условной безопасности, когда Белл использует отдачу от своего заклинания «Огненный разряд» как реактивный ускоритель, буквально выбрасывая себя и своих спутников из-под сотрясшей пол стопы великана. Серия таких прыжков позволяет оказаться в спасительной близи от спуска на восемнадцатый этаж. Но эксперимент не закончен. Этот Голиаф, в отличии от чёрного, специальных звуковых атак не имел. Пока некая непознаваемая для монстра воля не направила того, буквально вывернув часть энергосистемы наизнанку и заставив магический камень выделить нужное количество энергии. Акустический удар, куда менее направленный, чтобы именно убить второуровневого авантюриста, неудачно разметал саламандровую накидку и позволил небольшим осколкам камня впиться в спину и ноги Кранела. Ужа давно застилающая глаза чернота взяла новый рубеж, и вместо пятен темноты от теперь видел лишь редкие проблески настоящего. Но не сдавался. На морально-волевых, «долге», «чести» и всём остальном, даже уже бреде, порождаемым истощённым сознанием, Белл продолжал идти. Та самая Воля, которая есть суть «Мы» и «Я». Потенциально. Вместо абсолютной власти здесь была лишь робкая попытка изменить реальность. Чуть-чуть протолкнуть своё стремление, сделав его важнее, реальнее того, на что способно одно конкретное тело. И у него не получилось. Голиаф застыл, как и его гигантская рука, что через доли секунды обратила бы бедовую компанию в кучу раздавленного мяса. «Видимо, канон таков, что Белл уже преодолевает события, которые сможет. По верхней планке, да, но не выше. Занятно.» — части Хора живо обменивались информацией, создавая атмосферу обсуждения интересной задействованным сторонам темы. И ведь действительно — столько новых данных о той самой «Судьбе», называть которую так скорее всего и неправильно… Сочетание Воли, Стремления, продвижения к Цели, отголоски мечты на фундаменте приложенных ранее усилий, успешных промежуточных шагов и полноценных Побед. И это только то, что получилось опознать. «Хе-хе-хе, кажется, правы опять оба!» — отыгрывающая образ одна из частей Хора неприятно засмеялась, пародируя какого-то давно забытого персонажа. «Кто-то творит и кем-то творят. Сторонники неизбежности Судьбы получают на свою сторону аргумент. Как и противники того, уповающие на возможность творить свою Судьбу самим» — другой фрагмент предстал видным, немного высокомерным с высоты своего знания учёным в длинных одеждах, напоминающих восточные. «Вывод сделан → информация получена → банки данных пополнены. Исследования продолжаются.» — Чуть искрящий обильной аугметикой гуманоид в красной мантии проскрежетал свою часть намеренно неисправным вокабулятором. А сам псайкер смотрел на потерявшего сознание авантюриста, с долей насмешки размышляя над уместностью для момента чувств ностальгии и чего-то вроде встречи давно потерянного или никогда прежде неизвестного младшего родственника. Воля состоявшаяся встретила даже не зачатки, первую робкую попытку прогнуть реальность определённым способом от, в данном контексте, пустого места. «Похоже, да. Но едино ли?» «Если Кранел где налажет, мы с удовольствием заберём этого «Героя» на опыты!» — с почти детской радостью выразили общую канву несколько частей. Если бы у Воли было бы чем, она бы заинтересованно кивнула. *** «Тук-тук, ксеномерзость!» — сказанная в порыве злобного веселья фраза дала бы такой желанный повод для пусть и постановочной, но конфронтации, дабы соответствовать атмосфере. К сожалению конкретно этой части, мрачная опустошённость и безразличие сейчас преобладали. Потому, под высокие своды рукотворной пещеры псайкер вошёл тихо. Лишь звук шагов и их эхо, необычайно гулкие в почти колючей тишине. — Приветствую, Иеро. — Не в силах подобрать должное обращение, вынырнувшая из тьмы навстречу аватаре знакомая фигура глубоко поклонилась. Сквозящий опаской, психически несколько более «мягкий» чем ожидалось от него — «Мудрец» знатно переживал за дальнейшее развитие событий. — Позволено ли будет мне сперва объяснить? — Мысли нежити были приятнее. Не так загрязнены эмоциями, куда меньше скачут с темы на тему. Кажутся яснее и ярче. И не удивительно — думает то оно напрямую шестой оболочкой души. — И тебе не скрипеть, Фелс. — Лениво, но с угадывающейся благосклонностью кивнул Иеро. — Не стоит. Мы решило «лично» взглянуть на эту более чем интересную аномалию. — В темноте впереди, во вполне узнаваемом защитном построении напряжённо замерли «Ксеносы». Несколько десятков самых разных «существ». Разумные монстры, чьё сознание не затмевает бесконечная ненависть к местным богам и их «детям». — Особенно в свете последних событий. — Взгляд светящихся глаз впился в древнего мага, отчего посторонняя мысль возникла у того в разуме будто сама собой. — Всевышний Уран уже знает о случившемся в глубине Подземелья, но не может сказать что именно пытается прорваться вверх. — От разнообразия псевдоживых форм рядом потянуло опаской и многим другим интересным. — Это часть… — Да-да, я знаю. — Отмахнулся от Фелса псайкер. — И вы тоже что-то знаете. — Повернулся он к разумным монстрам, притом благожелательности в проецируемом голосе поубавилось. — И прежде чем выпотрошить ваши мозги, я желаю услышать причину собрать их потом обратно. — Угроза, высказанная тоном участия и почти искреннего сочувствия, была для ксеносов вновинку. Вперёд вышел прямоходящий ящер в нескольких металлических пластинах брони и парой сабель, сейчас опущенных. Лидо. Лидер своего народа в той степени, в которой это возможно. — Фелс сказал нам не проявлять агрессии и быть вежливыми. — Ящер улыбнулся-оскалился, подвешивая мысль о не взаимности этой самой вежливости. — Я хочу спросить: «кто ты?» Между магом и своими сородичами, перед натуральной бездной, о которой тот лишь догадывается, невольно подёргивая кончиком хвоста. Отвага и решительность, достойные уважения. Или так определила Воля, направляя ситуацию по определённому пути. — Эта история кабы не длиннее всех твоих жизней вместе взятых, занятное создание. — Два светящихся глаза в глубине капюшона прищурились, разглядывая людоящера почти уничижительно и понимающе одновременно. — Повезло, что ещё не один монстр не умер от старости, а? — Ухмыляющуюся чешуйчатую морду можно было бы счесть даже угрожающей, если не знать об испытываемых им эмоциях. Простой, но проницательный. Во главу собственного существования поставивший благо своих сородичей и где-то близко мечту о сосуществовании с жителями поверхности. И только после понявший подтекст собственной фразы, отчего весьма комично испугался. — Перейдём к более насущным вопросам. — Не оценивший попытки, псайкер выказал пренебрежение даже мимикой, даром что являлся скорее пятном «тёмного света», как бы противоестественно сие не было для законов этого мира смертных. Неуловимое изменение вокруг, оставившее после себя мгновение недоумения, но не память. Под вопросительными взглядами капюшон чуть подался вверх. Как один ксеносы подняли головы. Фелс чуть медлил. Варп расцвёл, как не делал этого на памяти псайкера с начала третьей войны. Будь то камень или плоть, все эти псевдоживые создания подземелья трепетали перед открывшимся видом. Бесконечное звёздное небо, не запятнанное рукотворным светом. Яркие звёзды, которых даже для невооружённого взгляда будет слишком много. Лидо судорожно выдохнул сквозь сжатые зубы, неосознанно пытаясь присесть, будто опасаясь сорваться в бездонную высь. Арахна из рядов ксеносов наоборот — вытянулась вверх как могла на длинных паучьих ногах, прижав руки к груди. Застывшее лицо даже не пыталось выразить и части сковавших её суть чувств. Восторг, смятение, жалость, ненависть, надежда и по-детски наивная обида. Разных физических форм, но куда больше похожие друг на друга ментально, чем те же люди, разумные создания Подземелья были солидарны в своём стремлении хоть чуть-чуть, но постигнуть состояние психоментальной комы. «Перебор» — отстраннёно произнёс кто-то тоном всё повидавшего на своей работе клерка. Послышался шорох шариковой ручки. — «Взять на заметку — трансляция наших собственных фрагментов памяти как подобия имеет неожиданный итог. Приоритет «нуль-двенадцать-дробь-Б», в работу Белому Хору по восстановлению.» Большой портал, что заменил потолок убежища ксеносов, рывком расширился, будто хищная пастью устремляясь вниз и смыкаясь под ногами присутствующих. — Ветер, Рей… это настоящий ветер! — Гарпия с красным оперением вытянуло крыло, силясь поймать больше потоков ночной прохлады, внезапно окружившей их. Даже воздушные течения в Подземелье казались подделкой, если знать, с чем сравнивать. У тех же, кто впервые это прочувствовал, да ещё и в состоянии «пригодно к убеждению»… Монстры утопали в запахах, звуках и тактильных ощущениях, подхваченные сонмом порой противоречивых мыслей. «Заставить их сотрудничать будет легко» — общая мысль подчеркнула происходящее. Захваченные новым видом, невозможным для Подземелья, всем тем обилием сенсорной информации, не заключающейся в явных и скрытых огпасностях, в том переплетении мирских энергий, разумные монстры почти пришли в себя. Картина сменилась. Ночная равнина между лесов и гор, с видом на берег обширного моря сменилась возвышением, откуда была как на ладони местная тайга далеко на северо-востоке от Орарио. Остров посреди океана, оазис в пустыне, заснеженный лес, ледяной полюс, горные вершины, ещё более контрастные на предыдущем фоне влажные джунгли. Настоящие, а не подделка в глубине планеты. Каждый следующий вид был чуть светлее предыдущего. Виды сменялрись один за одним всё быстрее, и на этот раз ксеносы не видели портала, и даже если и был — скорее всего не заметили бы. Последний переход привёл их на край отвесной скалы, где на далёком горизонте небо сменялось алым. Вольный ветер нёс запах соли, леса неподалёку и холод гор. «Хорошая работа, «поиск». Цели достигнуты. ” — ячейка Хора ответила единым образом, где человек в строгом костюме легкомысленно скидывает папку бумаг, обозначенных как «работа» в волшебный ящик с золотой плашкой «Провидение». Осознание грядущего неизменно привлекло внимание ксеносов — рассвет. Немного влияния через варп, и сегодняшние события, сами по себе для подобных существ грозящие стать самыми яркими воспоминаниями в жизни, окажутся основополагающими в дальнейшем «сотрудничестве». Разумные формы не жизни, а скорее «альтернативного существования» молча встречали рассвет, первый на своей памяти и тот, который был их общей мечтой. Вернее, половиной. — Кстати, Фелс. — Иеро отвлёк древнего мага от «незаметного» поиска угроз вокруг. — Хочешь обратно мясную тушку? — Я… не думаю, что это будет уместно в нынешней ситуации. — Вспыхнувшая надежда, пусть далеко не такая яркая как, например, у тех-же ксеносов, быстро была подавлена рациональностью. — Мудро. — Показатльно кивнул псайкер, и из-за истончившейся мембраны материума с варпом начали сочиться невозможные для мира смертных энергии. Будто клубящаяся дымка, тёмный туман обволок его кости, нарастая слоями и аккуратно вытесняя то, что скелет удобства ради хранил в необъятном балахоне, в том числе и внутри пустой грудной клетки. Последними упали с рук перчатки, которые не смог бы носить обладатель полагающейся согласно видовой принадлежности плоти, как слишком маленькие. — Не слабое смертное мясо, а вполне себе хорошая проекция, с которой по «физическим» характеристикам ты можешь считать себя пятым уровнем согласно стандартным положениям о фалне. — Пока древний маг силился вспомнить как дышать и говорить не через магию, всё больше ксеносов привлекало происходящее. — Да ну нах… — Красный ящеролюд вынужденно прервался, когда большая адская гончая толкнула его плечом за неправильную лексику. — Кхм… поздравляю? — Лидо не знал как относится к происходящему, но развитая интуиции предупреждала, что ничего ещё не кончено. — Да… спа… спасибо. — По началу хриплый «настоящий» голос с каждым звуком становился лучше. Фелс кивнул людоящеру, после чего повернулся и глубоко поклонился Иеро. — Я уже и не рассчитывал когда-либо… — Да-да, я знаю о чём ты думаешь, но не беспокойся — ты не приобрёл ненужных уязвимостей. Не истечёшь кровью, не будешь отравлен и иже с ними. Можешь считать это Очень функциональным костюмом. — Судя по тону, псайкер постепенно терял к происходящему интерес. — И выгуливать их теперь будешь ты. — Зубастый оскал во тьме капюшона не был угрожающим, но вопросов у «нежити» меньше не стало. — Прямо… а можно?! — Сразу к нужной мысли перешла красная гарпия, опасение и настороженность в глазах которой постепенно вытесняла надежда вперемешку с восторгом. — Я не против. — Безразлично отозвалась проекция. — Тогда, тогда… раз в месяц! Можно ведь?! — Кажется, «красная» единственная была настолько пустоголовой, чтобы пропустить мимо ушей предупреждения Фелса. Судя по ужасам, которые наговорил им древний волшебник, сейчас проносящимися в их памяти, выразить своё согласие или одёрнуть сородича было бы как минимум «опасно». Пусть на последние и хватало решимости и мыслей «а вдруг?!» — Да хоть каждый день. — Сомнения в её адекватности, переданные проекцией голоса аватары, сама она предпочла собственному счастливому писку, пусть и додумалась прикрыть рот руками-крыльями. — Мне нет особой разницы. Единственное — удалённость от разумных жителей поверхности и отсутсвие попыток контакта. Пока что. — Иеро повернулся к Фелсу. — С возможными свидетелями будешь разбираться сам. — Условие не подразумевало отказа или обсуждения, судя по появившемуся незримому давлению. — Мы не смеем просить о большем. — Вернувший плоть, соответствующую своим тридцати годам, древний волшебник выглядел пришибленно-недоумевающим, но лёгкая улыбка в обход забытого контроля над лицом выдавала его глубинные чувства. — Учитывая твоё знание о том, что мне открыты мысли окружающих? — Насмешливо спросила проекция. — И нет, промывать мозги человечеству на принятие вас как равных я не буду. — Псайкер покосился на бронированного каменного великана, богатства мимики которого хватало, чтобы отразить конфуз существа. — А почему? — Косящийся на поднявшееся солнце Лидо спросил быстрее, чем успел обдумать саму идею открыть рот. — Должна же у вас быть хоть какая-то цель в жизни? — Атмосфера восторга и радости ощутимо померкла. — Пока я не придумаю иного, будете заниматься примерно тем-же самым. Прежде чем задетые нескрываемым пренебрежением ксеносы попробовали бы подобрать слова, помня о предупреждениях нежити, Фелс предостерегающе поднял руку. — Как прикажете. — Фелс учтиво склонил голову, являя под солнечные лучи несколько необычную для визуальной оценки возраста его «тела», но весьма эстетичную белую седину на висках и далее. Обстановка сменилась в неуловимое мгновение на мрак пещеры, из которой началось их «путешествие». Привычные ранее стены теперь казались разумным монстрам давящими. После просторов поверхности — не иначе как тюрьма. Затхлая и бедная на детали, будто кара за само их существование, быть запертыми в глубине места, где абсолютная часть окружения пытается их убить. «Хорошо, контраст создан.» — эффект небольшого внушения, слегка подстегнувшего имеющиеся мысли, также был вызван общим согласием на это частей. Зачем? Как отвечает Алый Хор: «На будущее». — Фелс, не понимая что мы такое, достаточно компетентен, чтобы понимать, Что Мы делаем. — Голос начавшей пожирать свет фигуры раздвоился, потом их стало три, четыре… Под конец став бессчётным хором. — Какая власть над реальностью, какие знания для этого требуются. Но вы… — За драматической паузой скрывались последние приготовления к ещё не восстановленному принципу воздействия. — Проще будет показать. Будто из провала в реальности, из проекции вырвалась Тень и энергии варпа, удерживая условно-тёмные, тяжёлые цвета. Ячейки Хора отрабатывали адресное воздействие, по несколько сразу на каждого разумного монстра. «Эксперимент начат — извлечение информации из существ типа «ДМ-К.1», корректировка условий — ограниченная энергоёмкость воздействий и контролируемое сопротивление среды.» За краткое мгновение минула маленькая вечность. После проверки разума и памяти, псевдоматериальные существа были разобраны, изучены, собраны обратно и очищены от «лишней» информации о том, что конкретно с ними произошло. Никто, кроме, может быть местных богов и не был бы способен считать её, но псайкер уже давно был параноиком и исходил скорее из собственных возможностей и потенциала. — Хорошо, здесь мы закончили. — Иеро было уже лень вести диалог дальше, а потому нужные воспоминание о «разговоре» были просто имплантированы в объекты манипуляции. «Зачем они нам?» — Иеро, как маленькая часть, обратился к себе-общему. «Надо» — ответила Сущность. Понятнее не стало, но противоречить самому себе? Этого бы псайкер просто так не стал бы делать и в куда худших условиях. Почти по-человечески вздохнув, он исчез без лишних спецэффектов, напоследок бросив в общее ментальное пространство мысль: “ Неисповедимы пути:/ ” Ответом ему стало ехидное хихиканье нескольких из более осведомлённых фрагментов. *** «Спасённые» Принцессой Меча из-под руки недвижимого Голиафа, Белл и компания восстанавливались в одном из медицинских шатров под присмотром самой золотоволосой девушки. Не присутствующая в привычном физическом пространстве, проекция псайкера была рядом и «тыкала палочкой» в «судьбу». При намерении, допустим, вскипятить Юному Новичку мозги, «золотая нить» колебалась, смещаясь на путь «смертельной опасности» и мгновенно оказываясь на прежнем месте, когда воздействие силой и Волей перемещали урон в неслучившееся. «Значит, по крайней мере, ряду законов мира смертных оно подчиняется…» — Псайкер нивелировал физический ущерб пути, но не истощённый разум и тонус организма, отчего мог вволю тестировать нечто для себя новое. Будто ожидая этой мысли, Кранел содрогнулся. Через секунду, меньшая доля которой ушла у Айз чтобы приблизиться, он уже открыл глаза. Алый встретился с золотым, но куда интереснее мыслей двух молодых людей была эта самая «судьба». Не дрогнув, а скорее срезонировав с чем-то пока неизвестным, нить породила что-то вроде волны, устремившейся в более материальные слои реальности. Почти упустив ту от неожиданности, псайкер отследил её до, ожидаемо, фалны Белла. Значения менялись, и судя по приобретённому опыту взаимодействия с меткой местных богов — потенциал конкретного авантюриста только что вырос суммарно пунктов на пятьсот. — Ты в порядке? — Неразличимые для плохо знакомых с Принцессой Меча нотки беспокойства в её голосе остались бы незамечены и Беллом, но тут «нить судьбы» чуть вильнула. «Ещё тысяча…» — отстраннёно фиксировал происходящее псайкер. — Д-да… — Кранела хватило на то, чтобы остаться неподвижным и даже ответить, не смотря на чуть ли не панику. — Хорошо. — Айз улыбнулась. «Да ну нахрен…» — От количества трансцендентных данных Хор даже несильно стебал происходящее. *** — …и после я догадался использовать заклинание, чтобы его отдачей уворачиваться от атак монстр-рекса. — Почти закончил свой рассказ альбинос, чему открыто восторгалась Тиона и одобрительно кивал Финн. Приглашение на общий ужин с культистами Локи было ожидаемым. «Сложно не ожидать того, что сам бы и устроил…» — Но… — Белл почесал затылок, стараясь не растрепать не снятые бинты. — …кажется, я потерял сознание не достигнув спуска. — Айз услышала буйство Голиафа вытащила вас из-под удара. — Ответила младшая амазонка, гордая своей подругой-героиней. «Как забавно можно не допускать лжи. Кто же заподозрит, что Голиаф замёрз во времени и мог там «висеть» до смерти этой вселенной» — редкие незадействованные в каком-либо деле части откровенно веселились. Их общее число росло — Алый Хор постепенно восстанавливался. — Ещё раз спасибо, Мисс Айз. — Кранел снова поклонился, не замечая как неудобно Валленштайн от такого. Не первый раз ведь, и даже не десятый. Игнорируя возню окружающих, конкретно Вельфа и Лили в каноничной сцене с неудавшемся непрямым поцелуем через слишком сладкий фрукт, псайкер отслеживал присутствие группы существ, из-за двух наиболее ярких из которых он заметил их ещё на первом этаже Подземелья. Спроецировав себя на этаж выше, Иеро пришлось несколько срежиссировать «битву», чтобы несколько переделанный Голиаф не стал фатальным сюрпризом для нарушивших правила богов. — Йййййааааааааахх!!! — Звуковое сопровождения скатывая одной конкретной богини по самому быстрому пути с семнадцатого этажа не услышать было трудно. — Всевышняя?! — Белл вскинулся. — Прошу прощения.! — Крикнул он уже скрываясь в наступающих сумерках. Несколько недоумённых переглядываний спустя, заинтересовавшиеся последовали за ним. *** — Белл! — Гестия в духе эффектного реслинга попыталась сбить парня с ног, бросившись к тому с объятиями. — Ты в порядке! — Чем больше прибывало народу, тем сильнее краснел «кролик», неубедительно пытаясь отстранить от себя богиню, самозабвенно трущуюся об него щекой. На что-то мысленно плюнув, он крепко обнял её, заставив счастливо пискнуть. — Да, Всевышняя. — Успокаивающе погладил Белл богиню по голове. Тем временем Провидение показало надобность в присутствии Иеро «во плоти», отчего тот в обход внимания возможных зрителей «появился» из воздуха, вписываясь в окружение будто с самого начала тут и был. Следующим, придерживая шляпу, тем-же маршрутом на заднице приехал с семнадцатого этажа Гермес. — Фух, это было нечто! — Его взгляд мгновенно потерял всякий намёк на веселье, стоило ему увидеть изрядно изменившегося, но безошибочно узнаваемого псайкера. — Те символы… Уловив лишь край от образа в сознании Гермеса, Иеро с поддержкой частей Хора и самой Воли вторгся в сознание живого бога, перебирая его память. Не успевшая приземлиться Асфи схватилась за голову из-за внезапного приступа головной боли. Даже самые быстрые из находящихся рядом авантюристов не успели осознать ситуацию, как тьму вокруг разорвало сияние невозможных энергий. Почти обратившийся в форму психической аватары, издали похожей на огромную искрящую шаровую молнию, псайкер с места взял огромную скорость, устремившись вверх. Яркий послеобраз дополнил грохот, когда накачиваемая энергией сущность проломила потолок этажа. И снова, и снова, и снова… Жители Орарио видели как нечто вырвалось из-под земли, будто живая звезда вернулась в небо и устремилась на север. — Господин Гермес? — Капитан Локи, бесполезный и оттого позабытый, сам попытался прояснить ситуацию. — Он предупреждал… — Кривясь, блондин в шляпе пытался отдышаться и одновременно обеспокоенно покосился на шатающуюся Андромеду. — Боги! — Зло выдохнул Гермес, и полурослику показалось, что имел в виду «посланник» не своих сородичей.