Диссоциация

Они не обсуждали ту ночь последние семь лет. Наутро Том молча снял барьер и ушел из дома по своим делам. Морти пришло множество сообщений от Алана: сначала вопросительные, потом обеспокоенные, закончилось все предположением, что его просто решили загостить. Морти не знал, что ответить на последнее сообщение от Алана: Желаю всего наилучшего. <3 Он вполне хорошо принял так называемый «игнор». Морти чувствовал необходимость объясниться, но не имел представления, как же это сделать. Правду Морти не хотел говорить. Лучше не смотреть правде в лицо, надо похоронить ее в прошлом, оставив забытой и невысказанной. Но лгать Морти тоже не хотел. Поэтому все, что Морти ответил, было: Мне очень жаль. За все. Алан не ответил. После этого Морти никто не приглашал на свидания.  Часть Морти хотела рискнуть, Том все равно полностью посвятил себя приключениям. Морти же было безумно одиноко. Том пропадал на недели, даже месяцы, возвращаясь домой максимум на пару часов. Он так нуждался в том, чтобы заполнить образовавшуюся пустоту в своем сердце. Однако, каждый раз, когда появлялась мысль о регистрации на сайте знакомств, он вспоминал нездоровую реакцию Тома. Морти не исключал, что Том мог следить за тем, чем он занимается в интернете. К тому времени уже пришло осознание, что его сын унаследовал контролирующую натуру Рика. По непонятной Морти причине – Том не хотел, чтобы его отец с кем-то встречался. И Морти понимал, что первоначальная теория о том, что дело в Эми несостоятельна. Том, очевидно, не беспокоился, что ее могут заменить. Так что Морти понятия не имел, почему Том был так против его отношений с кем-то. У него было предчувствие, что если он осмыслит причину того поцелуя, то сможет найти ответ. Но все, что Морти хотел – похоронить то воспоминание поглубже в своем подсознании. Том просто запутался. Может быть, он просто пытался напугать Морти, чтобы прекратить спор. Нет. Нет, Морти отказался далее развивать свои рассуждения. Он просто переключил свои мысли на другие вещи. Сейчас он сидел между мамой и папой, оба были столь же стары, каким Морти помнил Рика. Странноватые, но вкусные блюда занимали каждый дюйм стола. Том отвез их всех на странную планету отпраздновать свой день рождения и заказал роскошные яства. Морти не ел инопланетную еду уже более двух декад. Он долго колебался, прежде чем решился откусить кусочек от чего-то, что выглядело как фиолетовый эклер с щупальцем. Рискнул лишь по настоянию Тома. Том был прав. Попробовав лишь один такой эклер, Морти так понравился вкус, что он сразу за первым – умял еще два. Бет попыталась поправить волосы Тома, но он не дался. Бет лишь улыбнулась на это: — Ты бы точно спелся со своим прадедом, если бы вы встретились. Морти растерял всякий аппетит, стоило только услышать с какой гордостью Бет говорит о Рике. Он отложил ложку, пусть перед ним стояла полная тарелка зеленого и синего супа. Родители не заметили этого, но вот Том и Саммер – да. На лице Джерри отражалось то отвращение, которое ворочалось внутри Морти, когда кто-то вспоминал Рика.  — Будь у Рика возможность поговорить с Томом, то он извратил бы его своим цинизмом. — Ох, Джерри, лишь потому, что тебе не нравился Рик, он не становится плохим человеком, — Бет повернулась к Морти. — Помнишь, как он хорошо относился к тебе, Морти? Вы были не разлей вода. «Рик и Морти на сто лет» - часто говорил он. Лязг. Все подскочили, услышав, как Том сильно лязгнул вилкой по тарелке. Том смотрел на Морти со смесью замешательства и боли. Смешанное выражение лица Тома быстро сменило притворное любопытство. — О да, точно! Рик чуть ли не каждый день таскал его за собой. Признаться, я даже немного завидовал. Вечно проводил время с твоим отцом. Едва позволяя кому-либо проводить с Морти слишком много времени, — Джерри, как всегда, не уловил атмосферу за столом. Из Морти вырвался стон боли. Джерри повернулся к жене, которая продолжала сладко улыбаться Тому. Она слишком долго медлила с тем, чтобы пнуть Джерри под столом – ущерб уже нанесен. Том встал. — Думаю, на этом все.  — Том, в чем твоя проблема? — возмутилась Саммер. — Проблема в том, тетя Саммер, что я собрал вас здесь ради ебучей семейной связи. Особенно с отцом, который ведет себя как нытик, когда меня нет дома. А теперь выясняется, что у него была целая жизнь с каким-то челом, который уже двадцать три года, как помер, и он ни разу об этом не обмолвился! — Том посмотрел на Морти: — Если я так похож на Рика, почему ты ни разу о нем не рассказывал? — Вовсе ты не похож на него… — начал Морти, пытаясь успокоить сына. Но вместо этого Том только больше вызлился. Морти подлил масла в огонь, думая, что это вода. — Я знаю, папа! Я понял, ладно? — Люди смотрят… — вмешалась Саммер, но ее перебили. — Я никогда не буду достаточно хорош в сравнении со старым пердуном. Нет Тома и Морти. Лишь Рик и Морти. Всю жизнь я соревновался с мертвецом, а никто об этом даже не обмолвился! Соревновался? Откуда это в нем? Морти не успел оправиться от шока. Том стремительно направился к выходу из заведения, игнорируя взгляды инопланетных посетителей. Вся семья наблюдала через окно, как Том сел в корабль и улетел. Джерри озадаченно нахмурился.  — А как… мы теперь домой вернемся?

***

Прошло несколько месяцев, а от сына не было никаких вестей. Том вызвал космическое такси, чтобы их отвезли обратно на Землю, но сам с того дня так и не объявлялся. Морти снова и снова прокручивал тот эпизод у себя в голове, так и не приблизившись к пониманию, что же так разозлило Тома.  Том, очевидно, много скрывал от Морти. Чем больше Том злился, тем больше Морти хотел ему помочь. Но как помочь сыну, когда он живет совершенно иной жизнью, к которой у Морти не было доступа? Снаружи хлопнула дверь, Морти узнал по грохоту металла о металл, что Том наконец-то вернулся домой. Морти встал, когда он вошел в дом. Морти благодарил судьбу за то, что Том не притащил с собой что-то опасное. Том шатался, даже не заметив его. Вид уставший, Тому явно нужен отдых. Морти планировал устроить ему допрос, но увидев его состояние, передумал. — Иди спать, сынок. А утром приготовлю тебе блинчиков, если ты останешься на завтрак, — не было понятно соблазнился Том его предложением или нет, но Том точно направлялся в свою комнату. — Спасибо, пап. — Том, — Морти хмурился, — когда-нибудь нам надо будет обсудить, что с тобой происходит и через что ты проходишь. — Конечно, пап. Конечно, — глухо ответил Том. Должно быть, он очень вымотался. Он даже бросил свою сумку на пол пути к своей комнате, Морти не мог сердиться на него за это. Как только Том ушел, Морти подхватил сумку, грустно вздохнув. Тому уже восемнадцать, он считай правил галактикой, но Морти все равно прибирал за ним. Морти чуть не улыбнулся от этой мысли. На пути к шкафу из сумки что-то выпало. То был планшет. Морти поднял его и, к своему удивлению, заметил, что он не запаролен. Видимо, Том не думал, что кто-то решит шариться в его планшете. Морти стоял и думал. Может быть в нем есть что-то, что поможет ему понять, что творится с Томом… Нет. Нельзя вторгаться в личную жизнь сына. Морти не хотел быть похож на родителей наседок. Он убрал планшет обратно в сумку, но заколебался. Том ведь никогда не скажет, что не так. А если Том в беде? Что если он нуждается в помощи Морти, но боится попросить? Что если ему проще умереть, чем попросить… Морти достал планшет. Не дав себе возможность повернуть назад, он вошел в свою комнату и прикрыл дверь. Сел в кресло и начал листать. Многие иконки он раньше не встречал. Это какие-то игры? Или Том загрузил приложения с других планет? Такое точно нельзя исключать. Морти нашел приложение дневник. Он глубоко вздохнул, унимая расшалившиеся нервы и открывая его. Внутри были еще иконки. Одна была подписана – отстойные вещи в моей жизни, а другая – единственное, что не отстой.  Морти нажал на первую, думая, что найдет там то, что беспокоит Тома. Но все, что там было лишь пустой белый экран. Морти видел отметку, что вчера была некая редакция. Удалил все свои старые записи, слишком уж они позорные. Не могу поверить, что написал половину этих соплей, которые здесь были. Как же я ебнулся. Слава богу, что подростковый возраст уже все. Обновлю журнал чуть позже. Или, блять, просто удалю его. Кто знает? Морти нахмурился. Какие бы секреты тут не хранились, теперь их нет. Единственный способ узнать, что там было – залезть Тому в голову. Он вернулся в меню иконок дневника. Осталось только одно место, которое можно посмотреть. Он нажал на иконку – единственное, что не отстой. Морти был уверен, что ее содержимое будет таким же скудным, как и в первой. Он ошибся. Внутри было много миниатюр. Он прокрутил вниз, чтобы посмотреть, сколько их, быстро отметив, что слишком много – не сосчитать. Все миниатюры были видеозаписями. Когда Морти присмотрелся, то заметил в них одну закономерность. Все видео были сняты внутри дома. Морти видел миниатюру с ним на диване. Кухню. Ванные комнаты. Спальню Тома. Спальню Морти… Он поднял голову и осмотрелся, затаив дыхание. Том везде установил камеры, а Морти об этом даже не знал. Зачем? Вернувшись к планшету, он кликнул по миниатюре с кухней. Сначала кухня была пуста, затем Морти вошел внутрь, налил в стакан молока, положил хлеб в тостер, достал масло и джем. Потом видео просто закончилось. Морти посмотрел его еще раз, чтобы проверить, вдруг он упустил что-нибудь. Дважды. Но нет. Он просто завтракал. Смущенный, Морти нажал на видео с гостиной. Там он смеялся над чем-то, что шло по телику. Потом видео закончилось. Он посмотрел еще. Все видеозаписи были с ним. О Морти, который занимается повседневными делами. Сердце трепетало. Было в этом что-то умилительное. Все это время Морти боялся, что Тому все равно на него. Но видео доказывали обратное. Том наверняка скучал по дому. Оказывается, он все-таки любит его. Морти улыбался, окрыленный осознанием, что он был «единственным, что не отстой».  Он не чувствовал себя так уже много лет. Со времен своего детства, когда на одно счастливое мгновение подумал, что Рик ревнует его к Защитникам. Тогда он думал, что Рик – его друг. Тогда он понятия не имел, что Рик… будет его насиловать. Морти попытался прогнать от себя ужасные воспоминания. «Сконцентрируйся сейчас на хорошем», — сказал он себе. Он посмотрел другие видео, проведя добрых сорок пять минут за поглаживаниями своего эго. Ему было также любопытно, что же такого нашел Том в его рутине. Может ли это быть связано с тем, что беспокоит Тома? Может быть Том тянулся к нормальной жизни? Морти задумался, как можно деликатно поднять эту тему в следующий, когда выдастся возможность поговорить с Томом. Пока разные мысли крутились у него в голове, он наткнулся на папку с названием «лучшее». Морти нетерпеливо нажал на нее. И открыл первую попавшуюся миниатюру. Видео было из его спальни. Три секунды ничего не происходило, затем Морти увидел себя входящим в комнату. Он выглядел уставшим. На видео Морти снял рубашку. Потом джинсы. Морти пялился в экран, не совсем понимая, что видит. На записи обнаженный Морти улегся на кровать, в то время как Морти, наблюдавший за ней, покрылся холодным потом. Морти на видео начал мастурбировать. Планшет чуть не улетел на пол. В ужасе он вскочил с кресла. — Какого черта?! Внезапно Том влетел в его комнату, будто до этого лишь поджидал нужного момента. Его глаза смотрели на планшет в руках Морти. Он казался бодрым и сосредоточенным. Видео все еще было включено, и Том видел это. Он знал, что Морти знает. Последовало долгое молчание, Морти стоял, застыв в страхе, глядя на своего сына так, будто видит его впервые в жизни. Том посмотрел ему в глаза, застенчиво улыбнулся и закрыл за собой дверь. — Что ж… шила в мешке не утаишь. И это все, что он мог сказать? Никаких объяснений? Никакой попытки сказать, что это все лишь недоразумение? Ничего? — Не надо на меня так смотреть, пап, — сказал Том, — у меня молодой организм, всякие извращения для меня сейчас в пределах нормы. Записывать на видео, как твой отец мастурбирует, без его ведома и согласия — это абсолютно ненормально. Морти кинул планшет на кровать и медленно подошел к сыну. Он все еще был отцом. Ему надо выяснить, почему Том так себя ведет и помочь с его психическими проблемами. — Т-Том. Это… Боже, — пытался что-то сказать Морти, пока Том терпеливо ждал, когда он соберется с мыслями. — Ты… давно? — Пару лет уже. Мне было где-то шестнадцать плюс-минус, когда я начал собирать записи. Блять. Морти поплохело. Почему Том говорит это так беспечно, как будто они обсуждали сон на уроке или ночные игры за компьютером? Том пожал плечами. Широкая улыбка растянулась по лицу Тома, когда Морти подошел к нему. Прикусив губу, Морти положил руки на плечи Тома. — Я… я знаю, ты думаешь, что знаешь все. Но это ненормально… — Из-за инцеста? — Том рассмеялся. Его резкий смех одновременно смутил и напугал Морти. — Да! Том скинул его руки с себя, взгляд посуровел, улыбка стекла с лица. Шагнув вперед, он вынудил Морти сделать шаг назад. Том насмешливо смотрел на него, выглядя наполовину разозленным, наполовину голодным. — Думаешь, я сам не понимаю? Думаешь, я не твердил это себе день ото дня, как осознал, что испытываю к тебе подобные чувства? Мне было одиннадцать, папа. Именно тогда эти чувства проросли во мне, как сорняк. Старался, ладно? Перепробовал все, лишь бы выкинуть тебя из своей головы. Ох, я просто влюбился. Любовь, не являющаяся чем-то необычным для детей, которые привязаны к своему родителю. Но я повзрослел, пап. И чувства НИКУДА не делись. Стало только хуже, когда настал пубертат. Я старался избегать тебя, насколько это возможно много лет. Но так и не смог выкинуть тебя из своих ебучих мыслей, — он снова засмеялся, выглядя сумасшедшим. Почти хохотал. — Б-БЛЯТЬ! А потом я взял да признался себе. Я хочу тебя. Хочу тебя трахнуть. Хочу держать тебя в своих объятиях, когда буду в тебе… — …замолчи… — …я грезил о твоем рте. Ебать. Думаю, это была одна из моих самых первых фантазий о тебе. — …Я сказал «замолчи», — Морти прижал руки к ушам, чтобы не слышать его. Том умолк. Он ждал, когда отец снова откроет уши и заговорил тихим, опасным голосом. — Когда я улетел тогда в свой день рождения и отправился в самые дальние уголки галактики. Знаешь, что я обнаружил? Морти заморгал. Не знал. Откуда? Морти даже не стал гадать. После паузы Том продолжил. — Домик на необитаемой планете. Естественно, мне стало любопытно, что в ней. А потом я понял чей это домик. Должно быть, он сделал для себя какую-то секретную базу или что-то вроде того. Рик Санчез был умным типом, позволь отметить. А внутри я нашел целый тайник с хранителями памяти. С тонну, пап. Он… Он каким-то образом вложил в них все воспоминания своей жизни. И вот так я узнал о его жизни все… — затем его глаза сузились в щелки. Трудно было сказать, злился ли он сейчас или самодовольничал: — А также там были воспоминания с тобой… самые интересные. У Морти онемели кончики пальцев. Нет… — Много тебя в его спальне… В твоей спальне… Пожалуйста, нет. — Ты был не просто его внуком, — Том нагло улыбнулся, — ты был его любовником. Мир Морти рушился. Стены, что он возвел, чтобы оградить сына от правды, рассыпались в мгновенье ока. Он не мог двинуться, не мог говорить, едва мог дышать. Лишь титаническими усилиями, он смог заставить себя сделать вдох. Том беззлобно улыбался. Выглядел будто достиг мира с самим собой. Морти грезил увидеть на его лице подобное выражение, но не такой ценой. Не так. — Я видел с каким упоением ты отдавался ему. Как сильно любил. Сколь сильно был в нем заинтересован. Блять, если бы не ревность, я бы посчитал это зрелище очень горячим, пап. А затем я задумался… тебя же не беспокоит инцест. И ведь я похож на прадеда Рика, верно? Если ты находил его привлекательным, то и меня найдешь. Я хочу тебя, пап. Так сильно-сильно хочу. Итак… почему бы нам не… — Хватит! — Морти почти кричал, голос властен. Стиснув зубы, он сурово посмотрел на сына. Том мрачно окинул Морти взглядом, когда его прервали. Казалось, он мечется между желанием ударить Морти или поцеловать его. Он был словно клубок запутанных эмоций, готовых проявиться самым разрушительным способом. Морти должен был положить конец этому безумию раз и навсегда. — Том, иди спать. Утром я найду тебе специалиста. — У меня есть идея получше, — сказал Том и бросился на него. Морти отшатнулся, когда руки сына вцепились ему в плечи. Том всем весом навалился на Морти, и он упал спиной на кровать. Том запрыгнул на него, обхватил бедрами талию, прижимая его к кровати. Пусть Том и был астеничного телосложения, в приключениях он развил мускулы твердые, как камень. Он мрачно посмотрел на Морти. — Я займусь с тобой любовью, так же, как и он. — Слезь с меня! Ты не знаешь, чего желаешь… — Морти не смог продолжить, Том прижал ладонь к его рту. — Дай сказать. Я собираюсь трахнуть тебя. Может, я и девственен, но изучил вопрос вдоль и поперек, будь уверен – ты дико кайфанешь, несмотря на мою неопытность. Ты будешь кончать снова и снова. Я исцелую каждый дюйм твоей кожи, до которого смогу дотянуться. Возможно, мы будем ебаться всю ночь. А к утру ты заснешь в моих объятиях, чувствуя себя на миллион флурбо. Ты будешь представлять, что я твой старый любовник, пока я буду вбиваться в тебя. А потом я захлебнусь твоим оргазмом, когда ты кончишь абсолютно счастливый. И в конце концов – ты забудешь про своего Рика. Дыхание сперло. Хотелось кричать, но голоса не было. Грудь стиснуло, сердце будто остановилось. Морти озирался, пытаясь найти что-то, чтобы выбраться. Том убрал ладонь с его рта, схватился за подбородок, заставляя смотреть на него. Том смотрел на губы Морти так же заворожено, как и много лет назад. Морти знал, что будет дальше. Но, как бы он ни боялся, как бы не желал дать отпор, он не смог помешать сыну прильнуть к его губам. Морти стиснул зубы, не давая Тому проникнуть ему в рот. Язык Тома вылизывал его зубы, будто осторожно просил разрешения войти. Морти продолжал сжимать зубы, не заботясь о возникшей боли в челюсти. Том отступил, неодобрительно посмотрел на него, как будто Морти дитя, а Том отец, убеждающий сына вести себя прилично. Он положил ладонь на грудь Морти. — Папа, все в порядке. Сделай это. Я… я даю тебе разрешение, ладно? Так что не увлекайся своим ебучим нравственным компасом. Просто. Впусти. Меня. Просто впусти меня, Морти. Впусти дедушку в свой сладкий ротик. Не надо, Рик. Пожалуйста…. Тшш, Морти. Т-ты меня расстраиваешь. Открой или... пожалеешь об этом. Глаза Морти заблестели, в уголках глаз собрались слезы, угрожая пролиться. Пусть Том и выглядел обеспокоенным, было так же видно, как он теряет терпение. Том облизнул губы Морти. — Ладно, пап, давай договоримся. Я целую тебя еще раз, а ты открываешь для меня рот. Морти не осмелился ответить, опасаясь, что Том воспользуется моментом, чтобы просунуть в него свой язык. Поэтому он взглядом молча задавал вопрос: «Иначе что?» Том легко прочитал его выражение лица. — Иначе, я убью кого-нибудь. Кого-то, к кому ты привязан. Возможно, кого-то из семьи. Может… Дедушку Джерри? Или бабушку Бет? Черт, а может обоих, прихватив заодно тетю Саммер. Его безразличный тон, потряс Морти до глубины души. Он пытался найти знак того, что Том блефует и не находил. Том был серьезен. — Ты не станешь, — сказал Морти, убеждая больше себя, чем Тома: — они твоя – единственная семья. — Ты не проведешь, папа. Я в курсе о мультивселенной. Узнал год назад. Знал о Цитадели Риков? — он усмехнулся, когда Морти не смог удержать лицо. — Так и думал. Риков там осталось немного. Но они есть. А также версии тебя, пап, которые все еще дети. Думаю, они предпочли бессмертие. А значит твой Рик не любил тебя настолько, чтобы разделить с тобой вечность. Знаешь, что еще? Там так же есть другие Томы. У каждого из них есть своя бабушка Бет. Могу поспорить, что у меня бесконечное количество членов семьи. Так что нет. Ты не прав, говоря, что они моя единственная семья. Цитадель действительно так сильно изменилась? Морти уже много лет не думал о Цитадели Риков. Ему никогда не приходило в голову, что могло с ней случиться. Он думал обо всех тех версиях себя, которым пришлось навсегда остаться детьми, и его сердце обливалось кровью. Эти Рики пошли по пути бессмертия. Морти должен быть благодарен за то, что его Рик выбрал смерть. И то, что Морти не обречен на вечное сексуальное насилие, под соусом вечной любви. …Но благодарности не было. Потому что теперь его сын шел по пути Рика. Укол предательства куда более болезненный, ведь сын его причина. Сын смял губы Морти большим пальцем. Гнев испарился, сменившись мольбой. — Я убью их и найду им замену, стоит мне только захотеть. Поэтому повторяю в последний раз. Открой рот. По щекам Морти разлились слезы. Он приоткрыл рот. Том не сразу на него накинулся. Сначала колебался, смотря растерянными глазами, как Морти рыдает из-за него, будто не он тому причина. На мгновение Морти поверил, что он не станет. Но затем Том склонился к нему и впился в его губы, ловко скользнув языком внутрь. Он неторопливо вылизывал рот Морти, уделяя внимание каждому доступному местечку. Морти тихо плакал, пока Том нежно целовал его. Том урчал, выглядя таким счастливым, когда Морти хотел поскорее очнуться от этого кошмара наяву. Очередное изнасилование, как то, когда Рик требовал его вести себя хорошо и с упоением целовал Морти, как хотел. Морти сопротивлялся Рику. Плакал перед Риком. Увещевал Рика не делать этого. Напрасно. Рик все равно взял желаемое. А когда все закончилось, Рик взглянул на него с улыбкой на лице и сказал: «Видишь? Разве тебе не понравилось?» Не понравилось. Он молился, чтобы это никогда не повторилось. Но все повторялось – снова и снова. И Рик вел себя, будто Морти так же страстно желал его. Он игнорировал протесты Морти, уверяя себя, что их чувства взаимны. Разве Том не видел? Разве не видел, как отчаянно Морти ненавидел это, просмотрев те воспоминания? Или воспоминания Рика содержали его искаженную точку зрения, что зрителю казалось, что Морти тоже желал его? Том оторвался от его рта удовлетворенно вздохнув. Морти очень давно не видел его таким довольным. Словно Том не видел, как рыдает под ним родной отец. А потом он смахнул слезы с лица Морти. — Плачешь от того, что думаешь, что не заслужил подобное? Или беспокоишься, что изменяешь Рику? Уверен тебе будет со мной так хорошо, что любая вина испарится из твоей головы. — Том, — Морти был впечатлен тем, насколько хорошо он контролировал свой голос, учитывая, что он был рыдающей развалиной. — Зна… Знай, что то, что ты сделаешь будет изнасилованием. Я… я не хочу этого. Я говорю тебе нет. Пожалуйста… прекрати. И вот так безмятежное блаженство на лице Тома сменилось ужасом. — Но я же во всем похож на Рика! Почему ты… — С ним тоже было изнасилование! — сказал Морти, не думая. Тишина осевшая на них была оглушительной. Том в изумлении смотрел на Морти. До этого дня никто не знал, что Рик его насиловал. Это была тайна, которую он рассчитывал унести с собой в могилу. — Ты лжешь… — Том замотал головой. — Смотри на меня! Я плачу. Мне страшно. Я действительно хочу, чтобы ты остановился, Том. В глубине души Рик знал, что насиловал меня долгие годы. Он чертовски точно осознавал, что то было изнасилование. Не будь, как он, Том. Будь лучше, чем он. Наступила гробовая тишина. Том ничего не делал, слезы Морти начали высыхать. Наконец он отлип от отца, выглядя до основания разбитым. — Мне… надо идти, — сказал он и ушел. Морти сел, позволив себе дышать. Раздался знакомый шум корабля Тома, улетающего в космос. На этот раз Морти не хотел, чтобы Том вернулся домой.

***

Четыре года. Столько времени прошло с тех пор, как Морти в последний раз видел своего сына. Он тревожился о нем каждый день. Несмотря ни на что, Том был его единственным сыном. Морти надеялся (грезил), что Том получил психологическую помощь от инопланетян, которые были более квалифицированы, чем любой земной врач. Возможно, Том вернется к нему однажды, как будто долгого расставания и не было. Излечившись от своих инцестуальных мыслей. Извинится, а Морти немедленно простит его крепко-крепко обняв. И они снова станут семьей. Когда Том ушел, Морти старался не думать о нем. Чем дольше думал, тем сильнее его одолевали мысли, что Том погиб на одном из своих приключений. Морти круглыми сутками работал, дома отвлекался на другие дела. Если дел не было, то залипал в интернете. Этим он сейчас и занимался. Шарился по разным сайтам, пока не нашел тот, что посвящен упущенным возможностям. Казалось, это был сайт, чтобы найти старых знакомых и друзей, с которыми утеряна связь. Морти заметил, что много постов было от странных, жутковатых людей, которые говорили что-то вроде "видел тебя, пьющего кофе в кафе два года назад. Не спросил твое имя. Ты здесь?" Странно, конечно, но интригующе. Просто удовольствия ради он ввел Сиэтл, штат Вашингтон, в строку поиска местоположения. Он просматривал все посты, которые появились, любопытствуя, какие странные встречи происходили в его собственном городе. Честно говоря, не все были странными. Некоторые были о знакомстве с друзьями, о школьных временах и так далее. Один пост привлек внимание Морти.  Встретил тебя в кофейне одиннадцать лет назад. Ты рассказал, что ты отец-одиночка. Мы решили сходить в пиццерию.   Не может, блять, быть. Морти нажал на пост быстрее, чем успел осознанно дать сигнал пальцу. Привет, Морти. Это Алан. Знаю, что маловероятно, что ты увидишь этот пост, но решил рискнуть. Когда я тебя встретил, ты показался мне очень крутым парнем. И ты даже согласился сходить со мной в пиццерию. Мы так и не встретились. Я спросил тебя, что случилось, но ты просто извинился. Я беспокоился, что с тобой что-то случилось или я как-то заставил тебя почувствовать себя некомфортно. Уже столько времени прошло, и я уверен, что ты уже сменил свой номер. Точно уверен. В общем, я путешествовал по миру все эти годы и вернулся в Сиэтл всего несколько месяцев назад. Потом я вспомнил, что видел тебя в кофейне. Тусовался там каждый вечер с шести до семи. Все думал о тебе. Часть меня надеется встретить тебя здесь. Тебе бы не пришлось мне ничего объяснять. Ты не обязан. Я бы хотел подружиться и поболтать с тобой за чашечкой кофе.   Просто знай, что я там, в той самой кофейне, где мы впервые встретились. Я не давлю на тебя, просто хочу увидеть тебя снова. Но я пойму, если ты не захочешь. Просто знай, что я там – жду тебя. Алан… Сердце Морти затрепетало в горло, угрожая вырваться из него и улететь. Он был на седьмом небе от счастья. Улыбаясь экрану монитора, он прерывисто задышал. Он и не думал, что будет шанс встреться с ним снова. Словно ему дали второй шанс. Что Алан дал ему второй шанс. Морти взглянул на часы. Было 5:15. Если он выйдет сейчас, то успеет к моменту, когда Алан зайдет в кофейню. Наконец-то у Морти появится особенный человек, с которым можно поговорить. Алан так внимателен и совсем не давит на него. Прошло столько лет, Морти был уверен, что Алан уже забыл его. Он был так рад, что ошибался. Морти выскочил за дверь и сел в машину. Он посмотрел на себя в зеркало заднего вида и провел рукой по волосам, убирая челку с глаз. Проверил зубы. Как только он остался доволен своим внешним видом, он поехал в кофейню, в которой не был одиннадцать лет. На удивление, она выглядело почти так же, как он ее помнил. Морти вышел на подъездную дорожку. И увидел его. Теперь Алан выглядел намного старше, с уже редеющими волосами и без очков. Но это определенно был он. Он направлялся в кофейню. — Алан! — крикнул Морти. Алан замер. Он простоял целых пять секунд, обернулся и взглянул на Морти. Его глаза удивленно расширились, на лице засияла улыбка. — Морти! — откликнулся он. Морти был на седьмом небе. Казалось, все встало на свои места, будто он Золушка, которой хрустальная туфелька встала по ноге. Он действительно ждал его. Чувствуя себя будто во сне, Морти пошел к нему раскрыв руки для самых счастливых объятий в своей жизни. …Все произошло так быстро, что Морти не успел моргнуть. В одно мгновение Алан смотрит на него с широкой улыбкой, а в другое… Странный звук расколол воздух. Кровь хлынула из головы Алана, в ней появилось три дыры, словно из ниоткуда. Морти замер, ужас сковал его сердце, а Алан еще стоял на ногах, будучи уже мертвым. Затем Алан рухнул с глухим стуком на землю. Кровь заливала траву под ним. Морти был так испуган, что не мог выдавить из себя хоть какой-то звук, иначе бы он уже кричал. Кто-то схватил его за руку и потащил за собой. Кровь заледенела, когда он увидел, что его тащит Том, а в одной из рук у него лазерный пистолет. Морти сложил два и два. Морти не сопротивлялся, когда Том грубо затолкал его в корабль, а ремень безопасности сам по себе обхватил его. Морти не сопротивлялся, когда Том, сев на водительское место, поднял их высоко в небо, пока они не оказались за пределами земной атмосферы. Том включил автопилот нажатием на несколько кнопок. Затем отодвинулся от руля и повернулся к отцу. Морти уставился на него, открыв рот… И душераздирающе закричал. Запоздалая реакция Морти на произошедшее, казалось, не смутила Тома. Скорее наоборот, он выглядел так, будто ожидал подобного. Он молча смотрел, как Морти вопит от ужаса. Морти вопил так долго, что горло начало болеть от криков. Вопль сменился хриплым сипением. Морти выкашлял то, что осталось от его голоса: — …зачем? — его едва было слышно. Голос треснул и потерял высоту. Том схватил Морти за плечи и посмотрел в глаза. Том немного подрос с тех пор, как Морти видел его в последний раз. Он стал ростом с Рика. Ему уже было двадцать два, волосы уложены проще прежнего, глаза пылают юношеским счастьем при виде отца. Очевидно, его не беспокоило, что он только что убил невинного человека. — Я следил за тобой, Морти. Заметил, как ты прочел пост того засранца, с которым ты еще давно планировал пойти на свидание. Пришлось бежать к кораблю, чтобы успеть вовремя. Чтобы успеть убить Алана прежде, чем Морти успеет ему хоть слово сказать. Вот что он имел в виду. Морти внезапно кое-что осознал. — Почему… — было трудно говорить, горло разрывалось от боли: — почему… ты зовешь меня по…  — Я больше не буду называть тебя папой. Ты снова стал моим Морти, — усмехнулся Том. Страх растекся по всем членам Морти. — А я твоим Риком. Нет. Морти замотал головой. Нет, нет, нет! Что с его сыном? Он все еще хочет переспать с ним? Думал, что если притворится Риком, то убедит Морти вступить с ним в запретные отношения? Он попытался заговорить, но даже хрипота голоса исчезла, ничего не осталось. Том завозился на заднем сиденье. Достал стакан, налил в него странную жидкость, добавил немного какого-то порошка, размешал, пока жидкость не порозовела и протянул отцу. — Держи, Морти, — уверенность его тона, манера говорить… все это кричало «Рик». — Пей, это вернет тебе голос. Взяв стакан, Морти увидел, как сильно трясутся его руки. Он попытался успокоиться и сделал глоток. Невкусно, но он ощутил, как боль в горле унимается. — Ты убил его… — прошептал он. — То лишь твоя вина, Морти. Ты ведь знал, что я, то есть Том, очень разозлился, когда ты тогда собрался с ним на свидание. Должен был понимать, что я слежу за тобой, убеждаясь, что ты не шляешься там и сям. Говорил же, что вернусь, пес. Следовало ждать, как маленький Ромео, коим ты и являешься. Том не говорил, что вернется. И почему он назвал его «маленький Ромео»? Почему «маленький Ромео» так знакомо звучит? — Кто… ты? — спросил Морти, голос был как новый. — Сказал же. Это я, Морти. Рик. Время замерло для Морти. Том с нежной улыбкой (ведь Том же?) смотрел на него глазами полными любви. Он нежно щелкнул Морти по носу.   — Глянь на нас. Теперь ты старикашка в наших отношениях. Но не парься. Я считаю, что ты все такой же ебабельный, каким был в детстве, — улыбка Тома стала шире. — Хотя я все равно буду сверху. Я люблю тебя, Морти, но давать в задницу – не моя сильная сторона. — Стой… — Морти зажал виски, голову разбила боль, он пытался собрать все воедино: — если ты здесь… то где Том? Где мой сын?  Рик нахмурился и покачал головой. — Ты так и не понял? Я и есть Том, всегда им был. Я внедрил свою душу в твою сперму незадолго до своей смерти. И позаботился о том, чтобы именно я проник в яйцеклетку той шлюшки, которую ты трахал. — Невозможно! Том не был тобой. Он был невинен! — Морти, все мы невинны, когда нам три года. Я не помню, чтобы был Риком, когда рос. Мне надо было найти припрятанные мной хранители памяти. Оказывается, их было больше, чем в том тайнике на необитаемой планете. Я нашел их. За четыре года моего отсутствия я нашел их все. Они вернули меня. Я преодолел смерть путем искусственной реинкарнации, пес.  Спорим, ты под впечатлением? Морти схватился за лацканы лабораторного халата Рика и пронзительно посмотрел ему в глаза. Он понял, что это он. Это точно был Рик. Но упрямая часть Морти отказывалась принять, что его милого Тома больше нет. — Где мой сын?! — Ты чем слушал? Я – твой сын! Я и был Томом все это время, — Рик толкнул его и навис над ним, его глаза будто умоляли принять новую реальность. — Мой сын… — всхлипнул Морти. — Его никогда не существовало, Морти, — мягко, но строго сказал Рик. Между ними повисло молчание. Морти хотелось выть, но на это уже не было сил. Рик прижался к нему и Морти захныкал. Колено Рика прижалось к его промежности и это точно не было случайностью. Сознание Морти заметалось в ужасе. Он понимал, что будет дальше, но у него не было сил, чтобы остановить это. Морти продолжил хныкать. — Ты… переродился как мой сын? Рик, блять, это… почему ты…   — Я скажу тебе. Но держи себя в руках, Морти, — Рик утер его слезы и поцеловал в лоб. — Помнишь, когда я еще был в ипостаси Тома, я говорил, что был в Цитадели и там были бессмертные Рики и Морти? Морти кивнул, дышать становилось все труднее. Он хотел, чтобы Рик оставил его. Хотел личного пространства, потому что отсутствие пространства между ним и Риком всегда плохо заканчивалось. Многолетняя разлука с ним не дала Морти забыть об этом. Но Рик был прямо здесь. Настолько близко, что Морти ощущал его дыхание на своем лице. — Помнишь я говорил тебе, что человеческий разум не приспособлен для вечности. Я был прав. Рики и Морти, что решили сохранить себя молодыми… ну… сходят с ума. Грустное зрелище, Морти. Рики кончают с собой, потому что теряют самосознание. Забывают, как сделали портальные пушки. Застреливаются. Застревают на планетах, забывая, как вернуться домой. Беспорядок. Вопрос времени, когда эти идиоты помрут один за другим. Смерть. Морти желал им всем смерти. Морти хотел, чтобы все Рики исчезли. Он грезил о мире полном блаженства без них, как тогда, когда он растил Тома. Все эти годы были ложью. Том был ложью. Морти никогда не был свободен от Рика. И никогда не будет. — Но я оказался умнее их. Я все продумал. Нашел способ, Морти – сохранить нашу любовь в вечности и не потерять себя. Нам необходим чистый мозг. Простое клонирование не подойдет. Надо родиться и повзрослеть заново. А когда придет время, мы восстановим наши воспоминания с помощью хранителей памяти. И наш новый мозг способен это выдержать. Мы снова будем Риком и Морти. Такие же, как и всегда! — большим пальцем Рик смял губы Морти. — Хотел тебе все рассказать, но потом подумал, что лучше пусть это станет сюрпризом. Все было предопределено. Воспитание Тома Морти. Его обладание интеллектом Рика. Развитие у Тома чувств к Морти, которые спровоцируют отправиться на поиски хранителей памяти, которые Рик раскидал по галактике перед смертью… Рик все спланировал. Морти всхлипнул, слезы бурным потоком полились из глаз, ослепив на мгновение. Рик снова поцеловал его в висок. Голосом, полным тьмы, Рик спросил: — Так… я насиловал тебя, да? Тревожный звон оглушил Морти. Миллионы мыслей пронеслись в его голове за секунду, он изо всех сил пытался найти лучший способ уйти от ответа. Закричать? Звать на помощь? Рыдать? Умолять? Дать себя убить? А потом… его мысли просто застыли. Он дал своему разуму уйти глубоко-глубоко, окутав себя блаженной тишиной. Рик заметил, что его тело расслабилось. Тьма, одолевавшая его растаяла, как только он понял, что Морти снова послушен ему. — Какой же ты лгунишка. Решил соврать Тому, ведь не хотел изменять мне с ним… так? То не было изнасилование. Ты всегда хотел меня. Скажи мне правду. — Конечно, Рик… Я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю, — голос Морти раздавался будто издалека. До чего же диссоциация приятное чувство. Глаза Рика сияли от счастья. Он прильнул к губам Морти своими, растворившись в поцелуе полном страсти. — Я скучал, Морти, — еще один поцелуй. — Видишь? Что я тебе говорил? Мы будем вместе вечность. Как же я счастлив.