Отражение

- Хей, Фелыкс - протягивает Хёнджин, без стука заходя в комнату парня и ловя его возле зеркала - нам уже пора, давай... что ты делаешь?... Ли дернулся, резко разворачиваясь и смотря на лицо Хвана, которое в миг стало непроницаемым, а темные глаза, казалось, стали ещё темнее, рассматривая обнаженный верх накаченного тела. Феликс лишь улыбнулся, спеша взять со стула белую рубашку, и накинув ее на плечи, вновь развернулся к зеркалу. - Собираюсь - просто ответил Ёнбок, закатывая рукава до локтей. Хёнджин нервно сглотнул, чувствуя, как внизу живота начинает скручиваться приятный узел, и сделал пару шагов к Феликсу, останавливаясь от него на расстоянии вытянутой руки. - А ты подкачался - как то хрипло произнес Хван, внимательно рассматривая пресс парня через отражение в зеркале. - Да, я в последнее время часто бываю в зале, когда есть свободное время - ответил Ли, будто нарочно медленно застегивая маленькие пуговицы. Старший ничего не ответил, продолжая наблюдать за действиями младшего, и неосознанно вцепился руками в стол позади себя, крепко сжимая темное дерево. Дыхание сбилось, в ушах слышался только звук собственного сердца, и Хван вдруг подумал о том, что в хорошем заведении, за такое, с него бы содрали не малые деньги. Удовольствие смотреть на это идеальное тело просто не может быть бесплатным. Но это было так. И с каждым разом это становилось все сложнее. На тренировках, когда по накаченным рукам стекали капли пота. На концертах, когда иногда слишком узкие штаны облипляли стройные ноги. И хотелось порвать их к чертям, прижимая поддатливое тело к себе. Исследовать руками и губами, слушая, как глубокий низкий голос превращается в стоны и хрипы. А Хван был уверен: стоны Феликса будут звучать так же возбуждающе, как и его партии в песнях. - Эй, ты здесь? - усмехнулся Феликс, смотря на задумчивое лицо старшего, и вырывая его из мыслей. - Да, просто задумался - тут же ответил Хван, вновь тяжело сглатывая, пытаясь бороться с теснотой в слишком узких кожаных штанах. - Ты весь красный... - произнес Ёнбок подходя к парню во все ещё расстёгнутой рубашке - все в порядке? - Тут просто душно - отмахнулся Хёнджин, отрываясь от стола, и огибая Феликса, подходя к окну, чтобы открыть форточку. Затёкшие пальцы приятно покалывает, а свежий осенний воздух остужает горящее лицо, и Хван пару раз глубоко вдыхает, прикрывая глаза. На улице идёт дождь, тихо барабаня по стеклу, и Хёнджин наблюдает за парой капель, стекающих вниз, вновь о чем то задумываясь. В паху все ещё тесно, но теперь это ощущается не так остро. Проходит наверное пару минут, прежде, чем Хван вновь оборачивается, смотря на все ещё стоящего возле зеркала Феликса. - Долго ты ещё будешь прихорашиваться? - спрашивает старший облизывая сухие губы - нам пора вообще-то. - Да, сейчас - отмахивается Феликс вдруг снимая рубашку, и бросет ее обратно на стул, тут же беря в руки другую - черную - эта лучше, как думаешь? Хван молча оценивает отражение, накидывающее на плечи черную ткань, и вдруг резко срывается с места, за пару шагов оказываясь за спиной Ли. Феликс вздрагивает, с каким то волнением и вопросом смотря на лицо старшего в зеркале, и ловит взгляд, в котором видны огоньки. - Хёнджин... - хрипло шепчет Ёнбок, когда одна рука Хвана невесомо, будто изучая, проводит по его груди медленно спускаясь к прессу - что ты делаешь?... Старший не отвечает, продолжая лёгкими прикосновениями изучать тело Ли, при этом смотря за своими движениями и реакцией парня в зеркале. Слегка нагибает голову, уменьшая разницу в росте, и едва касается губами правого уха Феликса, прикусывая мочку. Чувствует, как младший вздрогнул, но не отстранился, инстинктивно чуть сильнее прижимаясь спиной к груди старшего. Хван мельком бросает взгляд на отражение, видя, как Феликс прикрыл глаза и слегка приоткрыл рот, рвано дыша. Сексуально. Горячо. Развратно... - Ты мне позволишь?... - хрипло прошептал Хёнджин, на самое ухо Ли, опаляя его горячим дыханием, отчего парень снова вздрогнул и откинул голову на плечо старшего. Хван тут же касается оголенной шеи губами. Ведёт от самого уха, оставляя мокрые следы и красные метки. Кусает, слушая рваные вздохи и шипение и проводя по местам укусов языком, будто успокаивая, извиняясь. Руки всё ещё блуждают по оголенному торсу и груди, и Хван временами отрывается от истерзанной шеи, всего на секунды, чтобы только взглянуть на отражение. Взглянуть на поддатливое тело Феликса в его руках. На то, как ноги парня дрожат, и он отчаянно хватается за края собственной рубашки и тяжело сглатывает. Как дёргается его кадык, когда старший в очередной раз проводит по чувствительным соскам, будто играя с ними. Как все мышцы напрягаются, при очередном игривом касании края черных штанов. Как в паху уже явно видно возбуждение... - Хёнджин... - хрипло шепчет Ёнбок, с какой то мольбой в голосе - прикоснись ко мне... Но Хван лишь молча слушает хриплые вздохи, дразьня ещё больше. Целует шею, тянет бледную кожу зубами, срывая тихие стоны, которые младший всё ещё пытается контролировать. Вновь и вновь проводит руками по груди и прессу, сам распыляясь от этого ещё больше. В штанах невыносимо тестно и немного больно. Но Хёнджин продолжает играть, не пропуская ни миллиметра бархатной кожи. Целует, целует, будто опьянённый, слушая шипение и стоны, становящиеся все громче и глубже. Хван вдруг мысленно радуется тому, что все мемберы уже уехали в студию, иначе своими стонами Ли точно привлек бы ненужную публику. Спускает руку чуть ниже пресса Феликса, едва касаясь тесноты в его штанах, и парень тут же протяжно стонет, дергаясь в его руках. - Хёнджин... - вновь повторяет Ёнбок, с такой мольбой в голосе, что Хван просто не может отказать - пожалуйста... Старший усмехается, вновь прикусывая мочку уха, и нарочно медленно расстёгивает ремень и ширинку обтягивающих джинс. Второй рукой поворачивает голову Ёнбока, наконец касаясь желанных губ, и заглушая громкий стон. Феликс сам переплетает языки, прижимаясь ближе к груди старшего, и чувствуя, как его рука ложится на возбуждение. Хван разрывает поцелуй, вновь смотря в зеркало. Ли откидывает голову на чужое плечо, дрожа от приближающийся концовки, по его вискам и шее стекают капельки пота, шея в красных метках и Хван, сглатывает, готовый кончить от одного этого вида. Одежда сейчас совсем не к месту, но Хёнджин не обращает на нее никакого внимания, ему уже откровенно плевать. Невыносимо жарко, и старший ускоряет темп руки, будто сквозь пелену слушая громкие стоны. Замедляется, вновь ускоряясь и снова замедляясь, будто играет, заставляя Феликса выгибаться, молить, хрипеть. Ли, будто принимая игру, вдруг заводит руки назад, ловко пробираясь под футболку Хвана, и царапая кожу короткими ногтями. Ведёт дрожащими пальцами ниже, касаясь явно выпирающего бугорка между ног, и проводя по нему несколько раз через черную ткань штанов. Сжимает, вновь проводит, поглаживая, будто издеваясь. Старший хрипло стонет, дергаясь, и вновь ускоряется, чувствуя, как тело Ли в его руках крупно дрожит и с последним хриплым стоном обмякает, полностью опираясь на него. Феликс стоит на ногах только потому, что Хёнджин держит его под руки, но успевает в последний раз сжать возбуждение Хвана, и старший протяжно стонет вслед за ним, до хруста выгибаясь от долгожданной разрядки и стараясь удержаться на дрожащих ногах и удержать при этом Ёнбока. Проходит несколько секунд перед тем, как Хёнджин все же оседает на пол, утягивая за собой ослабевшее тело Ли. Ложится рядом, пытаясь отдышаться и слыша такое же тяжёлое дыхание по соседству. По лицу скатывается пот, волосы не приятно липнут, но это не сравнится с липкостью в штанах. Хван прикрывает глаза, стараясь успокоить мысли и придумать, что сказать. Что то же нужно сказать. Так, ни с того ни с сего, набросится на друга. Хотя, какой он теперь друг... Грань пересечена. Обратного пути нет. Хёнджин вдруг открывает глаза, чувствуя, как его ладонь сжимает чужая. Маленькая, уже такая родная и очень теплая. - Прости... - тихо произносит старший, смотря в потолок. - За что ты извиняешься? - подаёт голос Феликс, всё ещё стараясь восстановить дыхание. - За то, что не смог контролировать себя - ответил Хван, чуть крепче сжимая руку Ли - я не должен был так... - Тебе было плохо со мной, да?... - перебивает парня Ёнбок, и Хван слышит в его голосе плохо скрываемую боль. - Нет, ангел... - тут же отзывается Хёнджин, переворачиваясь на бок и приподымаясь на локтях, чтобы посмотреть прямо в глаза Ли - конечно нет. Это было потрясающе. Феликс молчит, внимательным взглядом изучая лицо Хвана, будто пытаясь найти в нем признаки лжи. Хёнджин смотрит в ответ, аккуратно убирая прилипшие пряди со лба младшего и мягко улыбаясь, переводя взгляд на румянец на его щеках. - Поцелуй меня - вдруг тихо просит Феликс, и Хван тут же мягко касается его губ, слегка покусывая, растягивая и наслаждаясь ими. - Это было волшебно, слышишь? - шепчет Хёнджин, отрываясь от чужих губ - ты волшебный. Феликс улыбается, и Хёнджин на секунду замирает, переставая дышать. Веснушки на щеках парня выделяются ещё сильнее из за румянца, и теперь он кажется ещё более невинным и ранимым. Но Хван вдруг вспоминает громкие хриплые стоны, нетерпеливые касания, дрожащее тело и приоткрытые губы, убеждаясь, что ангельский вид - это просто обманка. А слишком яркие метки на шее теперь только подтверждают это. - Не думал, что ты можешь быть таким... - усмехается Хёнджин, мягко касаясь губами щеки парня, и вгоняя его в краску - я наконец понял выражение "в тихом омуте черти водятся". Феликс тихо смеётся, смущаясь и закрывая лицо руками, прячась от насмешливого взгляда старшего. Но Хёнджин мягко, но настойчиво берет одну руку парня в свою, убирая ее от лица и целуя по очереди каждый палец. - Мы опаздываем на тренировку - вдруг произнес Хёнджин, задумчиво покручивал кольцо на пальце Ли - Чан будет ругаться. - Плевать - отозвался Феликс, поворачиваясь на бок и утыкаясь лбом в грудь Хёнджина - не в первый раз. - И не в последний... - загадочно улыбается Хван, поглаживая парня по спине. В комнате воцаряется молчание, нарушаемое только еле слышным дыханием. Феликс ластится к теплым касаниям Хвана, слабо улыбаясь и прижимаясь ещё ближе к его груди. Хёнджин мягко касается волос парня, трепя их ещё больше, а потом невесомо ведет от них до спины и спускается ниже, поглаживая бедро. Ли вдруг отстраняется, и Хван убирает руку, боясь, что сделал что то не то. Младший внимательно смотрит в глаза старшего, переплетая их пальцы, а потом неуверенно улыбается, будто хотя что то сказать. - Мы теперь?... - наконец неуверенно нарушает тишину Ёнбок, отводя глаза от лица Хвана, но замолкает, не решаясь закончить и боясь ответа. Хёнджин несколько секунд молчит, рассматривая собственное творение на бледной коже, а потом вдруг вновь тянется к шее младшего, туда, где уже не видно живого места, оставляя на ней беглый поцелуй. - Только если ты захочешь - мягко улыбнулся Хван, выпуская ладонь младшего и подцепляя его за подбородок, вновь разворачивая лицом к себе, чтобы посмотреть в глаза - я ни к чему тебя не принуждаю. И если ты откажешь, то я пойму. Не прощу, но пойму. Феликс усмехнулся, резко поднимая голову и касаясь губами губ Хвана, затягивая его в неспешный поцелуй. - Мы ведь не обязаны рассказывать остальным, да? - подаёт голос Хёнджин, первым отрываясь от Феликса. - Они все равно узнают - отвечает Ли, и тут же смеётся, видя, как Хван теотрадьно надувает губы - у меня нет столько тональника, чтобы замазать все твои метки... - Это что - жалоба? - наигранно серьезно спрашивает Хван, хмурясь, но его выдает игривый блеск в глазах. - Вовсе нет - улыбается в ответ Ли, перебирая все ещё влажные волосы Хёнджина - меня все устраивает. Но придется пережить насмешки Чанбина, пошлые шутки Сынмина и шок Чана. И многочисленные вопросы от стей. - Никакой личной жизни - закатывает глаза старший, но тут же улыбается, когда Феликс притягивает его к себе, обнимая за шею и снова затягивая в поцелуй.