Ты заплатишь за свой грех

В голове пульсировала мысль, болью распространяясь по всему телу: «неужели мой брат солгал мне? Не может быть... Это всё Доума. Он издевается надо мной». Кокушибо поймал такси и отправился домой. Ему срочно надо было посмотреть в глаза Ёриичи. Разобраться во всём. Как бы он хотел, чтобы всё это оказалось просто игрой Доумы, а поведение Аказы - искусным притворством. Пережить это легче предательства собственного брата, особенно когда кроме него у тебя никого нет из близких людей. Родители Цугикуни умерли в автомобильной аварии, когда ему было восемь лет, а Ёриичи - шесть. Детство у мальчиков было непростое. Их отец был зависимым и слабым человеком. Любил пить и играть в покер, проигрывая все мамины деньги, а когда и они заканчивались, то начинал продавать вещи. Однажды ему не хватило денег на карточный долг, и он сдал в ломбард мамино обручальное кольцо. Кокушибо помнил, как она плакала, а вот Ёриичи - нет. Он был совсем маленьким. Старший всегда защищал его, делился последним куском и просто любил. Часто Кокушибо попадало за проступки брата от матери. Она просто поднимала руку на них из-за тяжёлой жизни, вымещая всю свою злобу и разочарование. Всё потому, что они были детьми, а дети не могут дать сдачи. Но старший не горевал и сам прикрывал Ёриичи. Только потому что это был единственный человек, к которому он привязался и испытывал светлые чувства. И вот сейчас думать о его неискренности и подлости было очень печально и больно. Добравшись до дома, он первым делом направился к комнате брата. Его немного вело от выпитого алкоголя, из-за чего шатен шёл, опираясь на стену. Парень, преодолевая головокружение, потянул за ручку двери, но та не поддалась. Старший удивился, ведь Ёриичи никогда не закрывал комнату на замок и у него никогда не было секретов от брата. Хотя и вправду, младший стал каким-то замкнутым в последние дни, но Кокушибо списывал всё на поступок Аказы и думал, что такое поведение скоро пройдёт, и Ёриичи снова станет радостным и открытым. - Брат, ты там? Открой дверь. Через несколько минут послышался шорох и дверь открыл заспанный Ёриичи. - Ты что-то хотел? - сказал младший, потирая глаза и зевая. -Да, надо поговорить. - Ты что пьяный? До завтра это никак не подождёт? - Ёриичи был явно недоволен тем, что его поднял поздно ночью пьяный брат, чтобы просто поговорить. - Нет, это важно. - Ну быстрее давай тогда, мне завтра рано вставать. - Да, да. Это быстро. Просто ответь на один вопрос и всё. Только в глаза мне смотри и правду говори. Хорошо? Ёриичи вздохнул и поднял свои глаза на Кокушибо, желая, чтобы его быстрее отпустили. Не хотелось говорить с братом в таком состоянии, но выбора не было. Иначе он от него не отстанет до самого утра. Вот же баран упёртый, сам что-то напридумывал в пьяном угаре, а ему теперь страдать. - Я тебя слушаю. - Только ты не подумай ничего. Я тебе доверяю. Тот парень, Гютаро правда приставал к тебе? Ёриичи вопросительно посмотрел на брата. - Странный вопрос. Конечно, правда. Я бы не стал так врать тебе, - соврал младший и даже бровью не повёл. - Да, конечно. Ты всегда говоришь правду, - облегчённо выдохнул Кокушибо. В глазах Ёриичи не было и тени вранья. И вправду хороший актёр. - Я могу идти? - Нет ещё. А Аказа? Он правда виноват? - Брат, иди проспись. Что за фигню ты несёшь? Или по мне не видно, как я изменился после того случая? - Прости, прости. Я вижу, как тебе тяжело. А что если бы ты узнал, что твой насильник может понести наказание? Ты бы воспользовался этим шансом? - Ты что-то хочешь сделать с Аказой, брат? Кстати, я его в школе уже несколько дней не видел. Мне стоит волноваться? - Значит даже о своём насильнике печёшься? - Ты опять навлечёшь на нас проблемы своим самосудом. Плюс я верю в бумеранг жизни, и я бы не хотел, чтобы кто-то страдал из-за твоих рук. Месть ничего не принесёт, кроме новой боли. - Какой ты мудрый и добрый, - Кокушибо улыбнулся. - Но ты не прав в одном, бумеранг возвращается тому, у кого есть совесть, а остальным нужно помочь искупить свои грехи. Кокушибо постоял молча несколько секунд, всматриваясь в такое родное лицо брата. Да как он мог вообще поставить под сомнения его слова? Вот дебил. - Ладно, иди спать, - трепя по голове сказал старший. - Спокойной ночи, брат. Ёриичи с шумным выдохом захлопнул дверь перед носом Кокушибо, как только ему это позволили сделать. Да, он был хорошим актёром, но не железным. Врать человеку, который так тебе доверяет и оберегает от всех напастей было жестоким, даже для Ёриичи. Просто он умел хорошо прятать свои чувства и мысли. Как же было сложно притворяться по поводу Аказы, зная, что он лежит сейчас совсем рядом в другой комнате. Ещё секунда и пиши всё пропало. Но вот почему Кокушибо начал подозревать его? Неужели он где-то прокололся, или Аказа разжалобил его. Надо быть осторожнее. Это стоит того, чтобы иногда приходить к любимому и быть рядом. Даже если против его воли, даже если придётся делить его с братом. Всё равно. Игра стоит свеч, и Ёриичи будет продолжать её пока может. *** Кокушибо, удовлетворённый разговором с братом, решил зайти и проверить Аказу, перед тем как лечь спать. Да и покормить надо бы пленника. Собрав на кухне два сандвича с ветчиной и сыром, шатен направился в комнату с железной дверью. В помещении было темно и душно. Немного пахло аммиаком из-за мочи в ведре, которую похититель забыл вынести в прошлый раз. - Аказа, вставай. Я тебе жрать принёс. Но розоволосый даже не пошевелился. «Странно. Так крепко спит», - подумал Кокушибо. Он подошёл к лежащему на футоне телу и тронул его за плечо. -Аказа? Тело парня было очень горячим. Приложив руку ко лбу Хакуджи, Кокушибо поморщил нос. «Жар. Этого ещё не хватало. Одни проблемы с этим выродком». Цокнув, Кокушибо решил, что здесь Аказе быстро не выздороветь. Не хватало, чтобы он ещё копыта откинул. Перетащить парня в свою комнату было очень опасной затей, так как скрывать Хакуджи от глаз брата будет сложнее, но выбора походу нет, придётся рискнуть. Нашарив ключ в кармане, шатен открыл замок ошейника. Кокушибо всегда носил его с собой в целях безопасности. Вдруг Ёриичи заметит что-то странное в его поведении и захочет проверить эту комнату. Его взору представился красный след на шее Аказы из-за трения металла по коже. «Ещё и это лечить. Ну зашибись», - подумал с досадой длинноволосый. Хотя он не мог отрицать того факта, что эта красная полоска красиво контрастировала с почти прозрачной кожей пленника и притягивала его внимание. В какой-то момент просто захотелось прикоснуться к ней пальцами, нежно огладить контур. Эти мысли странно подействовали на Кокушибо и отозвались приятной истомой внизу живота. «Чёрт, о чём я думаю». Одёрнув себя от наваждения, Цугикуни взял на руки безвольное горячее тело и понёс его в свою комнату. От этих манипуляций с уст Аказы вырвался полустон - полухрип прямо в ухо парня, отчего тот покрылся мурашками. «Да что же это такое. Неужели алкоголь делает меня более чувствительным». Положив Хакуджи на свою кровать, Кокушибо пошёл за жаропонижающим и лекарствами. Заставить пить препараты бессознательного парня было той ещё задачей, но похититель хорошо справился с ней и лёг рядом с розоволосым. Укрыл его одеялом, но привязывать к кровати не стал. Во-первых, нечем, во-вторых, при всём своём желании Аказа не сбежит в таком состоянии. Пьяному и уставшему Кокушибе показалось, что закрыть дверь на замок будет более чем достаточным. Хотя бы до утра. Некоторое время Цугикуни просто смотрел на профиль Аказы. Слушал его равномерное дыхание и не мог заснуть. День был эмоционально тяжёлым, но Морфей всё никак не хотел забирать юношу в своё царство. Тут с губ Аказы опять вырвался стон, намного громче предыдущего, а дальше последовал какой-то бред больного, не поддающийся расшифровке. Кокушибо опять почувствовал назревающее возбуждение. Это окончательно сняло ту малую сонливость, которая была у парня, и он, вздохнув, сел рядом с Аказой, внимательно всматриваясь тому в лицо. «Ничего же страшного не будет, если я всего один раз сделаю это», - подумал юноша, облизнув сухие губы. Не сводя взора с Хакуджи, шатен потянулся к своим боксерам. Оттянув резинку, он достал свой полувялый член и раскрыл Аказу. Всё это время розоволосый был обнажённым, что сыграло на руку Кокушибе, и сейчас перед ним красовалось подтянутое стройное тело. Правда рёбра были немного видны от недоедания, но это только придавало своей изюминки, распаляя Цугикуни ещё сильнее. Положив правую руку на свой орган, он начал плавно двигать ею вверх - вниз, очерчивая взглядом кубики пресса своей жертвы, худые бёдра, но не решаясь прикоснуться рукой к желанному парню. Вот он на расстоянии вытянутой руки, бери и делай что хочешь. Но Кокушибо не позволил себе этого. Он чувствовал, что совершает что-то аморальное, но не мог остановиться. Особенно после такой беседы с братом дрочить на его насильника - верх безумства, но что поделать. Это останется его маленьким секретом. Ещё пара движений, и горячее семя излилось на живот юноши в сопровождении хриплого стона удовольствия. Отдышавшись, Кокушибо привёл себя в порядок и почти сразу провалился в сон, обнимая одной рукой Аказу и уткнувшись тому в шею.